Жанр: Электронное издание
Livad21
...с мало... Я буду думать... Уходите...
- Почему? Мы хотим изучить планету, понять, что тут произошло...
- Они идут, - оборвал его мысль инсект. - Вы погибнете.
- Кто они? - Джон так глубоко вошел в мысленный контакт, что уже не затруднялся, формулируя
краткие вопросы, подкрепленные эмоциональным желанием узнать ответ.
- В твоей голове нет ответа. Только одно слово - хозяева.
Значит, тут, в границах скрытого от посторонних глаз шарового скопления, существуют, как минимум,
две цивилизации... - подумал Джон, не адресуя эту мысль застывшему напротив инсекту, но получил ответ:
- Три...
В следующий миг сознание Джона резко помутилось, а когда он, плохо соображая, что происходит, начал
наконец приходить в себя, то понял, что разговаривавший с ним инсект убегает в сторону города, а в коммуникаторе
гермошлема бьется голос Инвара, безуспешно пытающегося докричаться до Джона:
- Фрайг тебя раздери, Джон, нас атакуют!
Он очнулся, резко вскинул голову и увидел объятый пламенем, падающий в болото АРК и те самые чужеродные
корабли, образы которых настойчиво передавал ему инсект!..
Их было так много, что глаз затруднялся сосчитать истинное количество пребывающих в небесах точек,
которые стремительно приближались, приобретая очертания огромных, обрубленных в запястье конечностей с
тремя вытянутыми параллельно пальцами.
Еще секунда, и первая волна кораблей пронеслась над его головой, выплюнув в сторону человека туманное
марево оседающей вниз белесой пыли.
- В рубку! Поднимайся в "Ворона", Джон! - отчаянный крик Инвара слился с ритмичным грохотом
автоматической зенитной установки. Джон инстинктивно рванулся к своей машине, успев заметить, как
несколько чужеродных кораблей стремительно несутся к земле, оставляя за собой жирные шлейфы дыма,
потом он внезапно почувствовал горечь, которая необъяснимым образом примешивалась к лишенному запахов
регенерированному воздуху, взглянул на себя и ужаснулся, ощущая, как волна черного отчаяния захлестывает
разум...
Белесая пыль, осевшая на скафандр, проела в нем огромные дыры, прочнейший синтетический материал
плавился, будто воск, и спустя несколько мгновений этот процесс разрушения добрался до его тела, породив
вспышку ужасающей боли.
Джон едва помнил, как вскарабкался по лестнице в рубку своего "Ворона". Первой его мыслью при виде
белесой дряни, которая с одинаковой скоростью пожирала материал скафандра и живую плоть, было мгновенное
воспоминание о программном микрочипе, который он по устоявшейся привычке всегда носил при себе, но
боль не сумела окончательно лишить его рассудка.
Он ворвался в тесную шлюзовую камеру, теряя разум от пожирающей тело боли. Скафандр он сбросил
еще на лестнице, которая зашипела и принялась корчиться под подошвами его ботинок, и, едва ступив на рифленый,
покрытый мелкими отверстиями пол переходной камеры, он резко выкрикнул единственную фразу, адресованную
кибернетической системе "Ворона":
- Процесс дезактивации, быстро!
Он не успел договорить последнего слова, как на него со всех сторон обрушились упругие струи остро
пахнущей химикалиями воды.
На мгновенье он ощутил облегчение, боль сразу притупилась, но ей на смену тут же пришел мгновенный
ужас, смешанный с чувством отвращения, - он увидел, как с пораженных участков тела упругие струи воды
срывают плоть, обнажая спрятанный под ней тусклый металл эндоостова, оплетенный жгутами сервоприводов.
За долгие годы скитаний Джон порой начинал забывать о том, что его тело искусственно создано в лабораториях
Башни...
Плевать... теперь уже плевать на все... - мелькнула в его голове отчаянная мысль.
Дезактивирующий раствор иссяк, а металл его искусственного скелета стремительно покрывался тонкой
коростой непонятной проказы...
Он ринулся в рубку, понимая, что стоит ему сесть в кресло пилот-ложемента, как непонятная дрянь поразит
и "Ворона", уничтожив его последнюю надежду...
Застыв подле кресла, он схватил толстый кабель нейросенсорного шунта и воткнул его в контактное
гнездо импланта, расположенного в районе правого виска.
Полная перезапись данных личности, - отдал он лаконичный, недвусмысленный приказ кибернетической
системе "Ворона", а его изуродованные губы уже выкрикивали в коммуникатор болезненную фразу:
- Инвар, ты жив?!.. Что с машинами?!..
- Все в порядке. Этот состав не действует на керамлитовый сплав.
- Дай мне пять минут. Сможешь?
- Постараюсь.
Джон опустил руку с коммуникатором и закрыл глаза, ощущая, как под черепной коробкой пробегает
неприятный холодок - это кристаллосфера "Одиночки" копировала на основной информационный носитель
"Ворона" личность Джона Митчела Сент-Иво...
В его сознании полыхала адская, нестерпимая боль, когда пришел сигнал о полном завершении процесса
копирования.
Он уже не мог думать - что-то поразило мозг, и свои последние шаги Джон делал машинально, по
инерции...
Отключив здоровой рукой шунт нейросенсорного контакта, он прошел через шлюз и, оступившись, полетел
вниз, упав под ступоходы "Ворона".
Обезображенное тело еще содрогалось в конвульсиях, а люк над головой уже закрылся.
...Он смотрел на собственное тело, спокойно, отрешенно созерцая его агонию.
Коллизия была необратима, теперь информация его разума занимала место на тех же носителях, что и
программное ядро серв-машины...
Не все истории на свете имеют счастливый конец... - подумалось ему в этот миг, но спустя секунду в
его мыслях не осталось ни грамма созерцательной философии, - вокруг кипел жестокий, неравный бой, и
только полная неподвижность его "Ворона" спасала машину Джона от беспощадных ударов с воздуха.
Внезапная массированная атака поставила их в безвыходное положение.
Ни Джон, ни Инвар не имели четкого представления о противнике. Единственным не вызывавшим сомнений
фактом было то, что чужеродные корабли изначально базировались тут, на планете, об этом свидетельствовала
не только скорость их реакции на появление "Звездного Пса", но и молчание оставленных на орбите
спутников контроля, следящих за космическим пространством.
Видимо, база чужаков располагалась в иных широтах данного мира и была тщательно замаскирована от
обнаружения с воздуха.
Это невольно наводило на мысль, что в пределах шарового скопления звезд идет затяжная война. Воспоминания
инсектоида не были личными, здесь, по убеждению Джона, работал механизм общественной памяти,
где информация передается от поколения к поколению на подсознательном уровне. У существ, владеющих телепатическими
способностями, такой механизм накопления опыта должен быть развит особенно сильно...
Подобные мысли проносились где-то на периферии обновленного сознания Джона. Количество и быстродействие
процессоров кристаллосферы, в которой разместились данные его личности, позволяло обрабатывать
параллельные, не связанные между собой потоки данных. В первые мгновенья это испугало, принесло
ощущение дискомфорта, раздвоения сознания, но разум Джона быстро адаптировался к новым возможностям,
- в конце концов, вся его жизнь была тесно связана с кибернетическими системами, и он с легкостью убедил
себя, что нет никакой существенной разницы в способе контакта с машиной. Исчез шунт, но ощущение слияния
осталось таким же, как при обычном нейросенсорном контакте. Он ощущал себя "Вороном", и это являлось
нормальным, привычным для пилота чувством, а значит, все остальное можно проигнорировать, позже придет
время разбираться со всеми вынужденными коллизиями, а сейчас необходимо действовать, выбираться из внезапной
передряги...
...Все мысли, чувства, трансформации заняли ничтожный отрезок времени. Субъективное восприятие
могло растягивать его до полной неопределенности, но на самом деле прошло ровно шесть минут с того момента,
как чужие корабли появились в небесах над пятью городами инсектов.
За это время две волны атакующих успели пронестись над округлыми площадками, произведя химическую
атаку и массированный лазерный залп, и теперь они плавно разворачивались в нескольких километрах от
титанических черных построек, чтобы вновь выйти на боевой курс.
Моментальный взгляд, брошенный на машину Инвара, показал, что "Ворон" Зори-Магира серьезно пострадал
от разрядов когерентного излучения: его броню бороздили глубокие дымящиеся шрамы, над шарнирным
соединением правого ступохода машины вился зловещий зеленоватый дымок, - это испарялась специфическая
жидкость из пробитой системы гидравлических усилителей, отчего "Ворон", двигаясь по широкой магистрали,
соединяющей две посадочные плиты, заметно "прихрамывал".
- Джон, ты в порядке?
- Да.
- Я ничего не понимаю. Ты...
- Некогда, Инвар. Не обращай внимания на мое тело, оно погибло. Мы теперь с тобой в одинаковом положении.
Инвар воздержался от комментариев по поводу последней фразы Джона. Его сейчас заботили более насущные
аспекты их незавидного положения.
- Они разворачиваются. Что будем делать? Я израсходовал половину боекомплекта зенитной установки.
- Нужно отступать. Мне не удается наладить связь с бортовым компьютером "Пса", что-то блокирует
сигналы.
- Прорываемся на борт и стартуем?
- Да. Ты двигаешься первым, я буду прикрывать.
- Понял. Начинаем движение. Надеюсь, этим стервятникам не понравятся установки главного калибра
крейсера...
Им не удалось пройти и сотни метров по мелкому болоту, как с той стороны, где остался "Звездный
Пес", зачастили отсветы от работы лазерных установок, затем на мгновенье полыхнула ослепительная вспышка,
заставившая все предметы отбросить глубокие угольно-черные тени, и, наконец, как финальный аккорд невидимого
действа, сенсоры "Воронов" зафиксировали тяжкий грохот множественных взрывных волн...
...Джон, не останавливаясь, включил оптические умножители.
Картина, которую транслировали видеодатчики, уничтожала всякую надежду на благополучный исход
их рискованной разведки.
"Пес" стоял посреди кипящего болота, все пространство вокруг корабля в изобилии усеивали обломки
сбитых залпом энергетических орудий крейсера "трехпалых" кораблей, но около пятидесяти чуждых аппаратов
все еще находились в воздухе. Они на глазах перестраивались, образуя над человеческим кораблем странное
коническое построение.
Джон переключился на канал связи и понял, что кибернетический мозг "Пса" полностью заблокирован,
- со стороны "пирамиды" исходило мощное электромагнитное излучение, которое ощущалось даже здесь, на
удалении в двадцать километров.
- Бесполезно, Инвар... - произнес Джон, ощущая, как процесс мелких неполадок электронных систем
грозит перерасти в глобальный, непоправимый сбой. - Они заблокировали бортовой компьютер "Пса". Нам не
дадут приблизиться и на десяток километров.
- Я чувствую... - Инвар внезапно выругался на ганианском и заставил своего "Ворона" резко остановиться,
разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. - Джон, у нас остался единственный шанс выбраться отсюда.
- Какой? Я не вижу иного выхода, кроме как принять бой.
- Тот генератор низкой частоты в центре разрушенного города, помнишь?
Джон на мгновенье задумался, мысленно просчитывая варианты, а затем ответил:
- Нет никакой гарантии, что он работает. И неизвестно, куда ведет гиперпространственный тоннель.
- Куда бы он ни вел, хуже не будет, - резонно возразил Инвар. - Смотри, они развернулись. Либо мы
действуем немедленно, либо нас попросту сожгут.
- Хорошо... - Джон и сам видел, как с небес на них накатывается волна чужих кораблей. - Включай
канал телеметрии. Работаем на прыжковых ускорителях, синхронно...
...Время, измеряемое миллисекундами тактовой частоты процессоров, казалось, застыло.
Два "Ворона", связанные незримым каналом взаимного обмена данных, одновременно озарились сполохами
реактивных выхлопов, затем из-под поворотных платформ серв-машин ударили оранжевые столбы пламени,
и они стремительно взмыли в воздух навстречу атакующей волне чужих кораблей.
Для противника этот маневр оказался абсолютно непредсказуемым, - вместо завершающего победного
акта атаки они получили внезапный контрудар: "Вороны" еще не достигли апогея точно рассчитанной пологой
баллистической траектории, когда заработали их зенитные установки, пробивая брешь в построении растянувшихся
над черными городами летательных аппаратов.
На мгновенье могло показаться, что в небесах началось извержение вулкана: ритмичный грохот непрерывных
очередей зенитных комплексов смешивался с содрогающими землю ударами, стробоскопические
вспышки огня тонули в пламени падающих вниз сбитых кораблей, жирные шлейфы дыма свивались тяжким
замысловатым кружевом, а сквозь дымный сумрак по двум бесноватым машинам били ослепительные разряды
когерентного излучения...
Вершина одного из пирамидальных городов внезапно начала медленно сползать вбок, подрубленная
множеством попаданий лазерных лучей, которые разминулись со стремительно проскользнувшими в пробитую
брешь "Воронами".
Земля продолжала содрогаться, когда пламя реактивных прыжковых ускорителей пошло на убыль, -
две серв-машины снижались, опускаясь точно в центр титанической постройки инсектов, в которой АРК обнаружили
контур генератора низкочастотного поля.
Строй вражеских кораблей остался позади, противник был дезориентирован внезапным дерзким маневром,
ему требовалось время, чтобы восстановить построение и совершить разворот для новой атаки.
В распоряжении Джона и Инвара оставались считанные минуты, не больше. Оба прекрасно понимали,
что маневренность "Воронов" не сможет уравновесить шансы в открытом бою, - кораблей противника было
слишком много, а их лазерные установки эффективно прожигали керамлитовый сплав брони серв-машин...
... Джон благополучно опустил своего "Ворона" на просторной площадке перед замысловатой конструкцией
из прямоугольных плит, в центре которой явственно выделялась окаймленная невысоким поребриком окружность.
Оглянувшись, он увидел, как машина Инвара коснулась черной тверди и вдруг стала валиться набок -
поврежденный ступоход "Ворона" подломился, не выдержав динамического удара при приземлении.
- Инвар, поднимай машину! Воспользуйся гидравлическими упорами!
Подбитый "Ворон" совершил несколько конвульсивных движений, затем из недр его поворотной платформы
начали выдвигаться специальные телескопические штанги, обычно применявшиеся в качестве дополнительных
опор при стрельбе из ракетных комплексов.
- Порядок, Джон... Я встал... Идет замена поврежденных элементов... Ищи, здесь должен быть источник
энергии или место для его подключения.
- Понял. Следи за небом.
Машина Джона сделал несколько шагов и остановилась, медленно поворачивая заостренный корпус,
будто "Ворон" действительно осматривал циклопический контур генератора своими раскосыми глазницами
смотровых триплексов.
На самом деле все происходило иначе, оптика принимала минимальное участие в процессе сканирования.
- Источника энергии нет, - спустя небольшой промежуток времени произнес Джон. - Я обнаружил
лишь клеммы на торце одного из блоков.
- Этого достаточно... - ответил Инвар, с трудом заставляя свою машину двигаться. - Укажи направление.
- Что ты задумал?
- Кто-то должен подать питание на контур. Я подключу к контактам энерговоды от своего реактора.
Первым пойдешь ты.
- Я не согласен.
- Не спорь. Неизвестно, что ждет по ту сторону тоннеля. Твоя машина исправна, значит, первым идти
тебе.
- Хорошо, Инвар... Я пойду... Но ты должен успеть...
- Не беспокойся. В моих базах данных есть сведения о работе генераторов. Поле после подачи энергии
затухает в течение пяти минут. Я успею отключиться и войти в круг.
- Ладно... Не будем медлить...
Джон остановил "Ворона" в центре обозначенного поребриком круга. Он видел, как машина Инвара выдвигает
технические манипуляторы, чтобы подключить кабели питания к обнаруженным контактам.
Они делили риск в неизвестных пропорциях - трудно было предсказать, что произойдет в следующий
миг, когда элементы древней конструкции получат энергию, достаточную для пробоя метрики пространства.
По аналогии с человеческими образцами подобных устройств, можно было лишь предполагать, что контур генератора
откроет вход в гиперпространственный тоннель, но куда он ведет и в каком состоянии находится его
приемник, не ведал никто...
- Джон, приготовься. Я подключаю питание.
Это были последние слова Инвара - в следующий миг пространство круга озарила ослепительная
вспышка, и Джон ощутил, как кибернетическая система "Ворона" внезапно дала глобальный сбой, - его сознание
рассыпалось, будто хрустальная ваза, разлетевшаяся на тысячи мелких осколков...
ЭПИЛОГ
...Тихо, вкрадчиво сочилась вода, проникая в рубку "Ворона" через поврежденные уплотнения корпуса.
На пультах управления цвел хаотичный узор тревожных сигнальных огней.
Сознание угасало, расслаиваясь на отдельные фрагментарные ощущения восприятия внешнего мира...
Единственный работающий видеосенсор транслировал странную картину: над рубкой серв-машины был
расположен треснувший прозрачный купол, над которым, искажая реальность изображения, колыхалась потревоженная
водная гладь...
Разум Джона продолжал воспринимать окружающее, но он понимал, что пройдет немного времени, и все
системы "Ворона" отключатся.
Последние секунды его рассудок созерцал странный, явно нечеловеческий мир - над ним опрокинутой
чашей виднелся изгибающийся кверху горизонт, неяркий красноватый свет незнакомого солнца высвечивал
детали рельефа, которые, презирая привычные законы, карабкались в небеса, чтобы постепенно раствориться в
призрачном красноватом сиянии...
Последним, что он увидел, была гигантская тень, которая медленно наползала на окрестности, погружая
их в чернильный мрак
Процессоры кристаллосферы еще работали, и анализ видеоряда сформировался в заключительную
мысль:
Это не планета...
Вокруг него простирался циклопический искусственный мир, построенный вокруг тускло-красной звезды,
а угольно-черную тень, знаменующую наступление очередного цикла смены дня и ночи, порождала исполинская
орбитальная плита...
Видеодатчик внезапно отключился, и угасающий разум Джона погрузился в абсолютный мрак.
Затухающие мысли были обрывочными и бессвязными...
Меня найдут...
Жизнь не может оборваться вот так, безвозвратно и несправедливо...
Инвар...
Гея...
Меня найдут...
Кристаллосфера отключилась. Вода, просочившаяся в рубку "Ворона", уже покрыла пустующий пилотложемент,
и кибернетическая система автоматически погасила реактор, чтобы избежать губительной цепи замыканий.
Джон был прав в своем последнем провидении: жизнь - это прежде всего сознание, ощущение самого
себя, и она не может оборваться с окончательной, удручающей необратимостью - данный аспект гарантировали
системы "Ворона", которые могли ждать столетиями, чтобы включиться вновь, как только изменятся губительные
условия внешней среды.
"Ворон" не погиб - он уснул.
До поры...
ААК - автоматический аппарат катастроф, аналог современных "черных ящиков". Снабжен своим видеозаписывающим устройством.
Джон Горин - художник-механореалист.
Импульсная винтовка.
Закладка в соц.сетях
