Жанр: Электронное издание
GIBSO01
..., и как раз вовремя.
Колеблющаяся кровяная завеса перед глазами Молли начала вращаться.
- Хидео, - другой голос, женский, - она теряет сознание. Дай ей
что-нибудь. Ей досталось слишком сильно, тебе не кажется, Питер? Эти
очки, они что, в моде в тех местах, откуда она родом?
Прикосновение прохладных рук, спокойных, уверенных, как у хирурга.
Укол иглы.
- Никогда не интересовался, - сказал Ривейра. - И на ее родине я
никогда не был. Они пришли и забрали меня прямо из Стамбула.
- Да, Мурашовник. Конечно. У нас там есть кое-какие деловые
интересы. И однажды мы посылали туда Хидео. По моей вине, должна
признаться. Я впустила на виллу кое-кого. Вора. Он украл наш фамильный
терминал.
Джейн рассмеялась.
- Да я, в общем-то, по сути даже подыграла ему. Чтобы досадить
остальным. Он был очень симпатичным пареньком, мой вор. Она пришла в
себя, Хидео? Может, сделать ей еще одну инъекцию?
- Еще одну нельзя - умрет, - произнес третий голос.
Сетка из кровяных жилок растворилась, расползлась в темноте.
Вновь зазвучала музыка. Труба и рояль. Танцевальная музыка.
КЕЙС:::::::::::
:::::ВЫКЛЮЧАЙСЯ
Огненные силуэты пылающих на индикаторе слов все еще мерцали, но
теперь уже на фоне глаз и наморщенного лба Малькольма. Кейс стащил с
головы троды.
- Ты кричал, друга, недавно.
- Молли, - прохрипел Кейс - в горле у него пересохло.
Он нашарил и достал из кармана своего кресла мягкую пластиковую
бутылку и отсосал из нее полный рот тепловатой безвкусной воды.
- Мне совсем не нравится, как закрутилось это дерьмо, мать их.
Экран маленького монитора "Крей" осветился. Финн, на фоне
наваленного как попало барахла.
- Мне тоже. У нас неприятности.
Малькольм оттолкнулся от пола, перевернулся в воздухе вверх ногами
и уставился в экран, вцепившись руками в спинку кресла Кейса.
- Это еще что такое, Кейс, друга?
- Это всего лишь картинка, Малькольм, - обессилено пробормотал
Кейс. - Парень из Мурашовника, которого я знал. А говорит с нами
Зимнее Безмолвие. Этой картинкой он просто создает для нас ощущение
реальности разговора.
- Чушь собачья, - сказал Финн. - Я уже объяснял Молли, что это не
для антуража. Мне это необходимо, чтобы общаться с вами. Потому что у
меня нет даже аналога того, что вы называете личностью. Ладно, это все
равно что ссать против ветра, потому что, как я уже сказал, у нас
проблемы.
- Тогда объяснись, Безмолвие, - сказал Малькольм.
- Для начала, у Молли опять сломана нога. Она не может ходить. Мы
рассчитывали, что она опустится вниз, войдет в покои, уберет с дороги
Питера, узнает у Три-Джейн магическое слово, поднимется к голове и
скажет ей это слово. Сейчас она вышла из игры. Поэтому я хочу, чтобы
вы отправились туда за ней.
Кейс уставился на лицо на экране.
- Мы?
- А кто же еще?
- Аэрол, - предложил Кейс, - пилот с "Вавилонского рокера", друг
Малькольма.
- Нет. Это должен быть ты. Это должен быть кто-то, кто имеет связь
с Молли и кто знает Ривейру. Малькольм - лишь для мускульной
поддержки.
- Ты не забыл, что я здесь занимаюсь маленьким вторжением, и как
раз сейчас самый его разгар? Ты помнишь про это? Или ты хочешь
вытащить меня отсюда для того...
- Кейс, послушай. Времени мало. Очень мало. Так что запоминай.
Связь между твоей декой и "Блуждающими огнями" сейчас осуществляется
через навигационную систему "Гарвея" на нестандартной полосе частот.
Вы проведете "Гарвей" в один очень приватный док, который я вам
покажу. Китайский вирус уже практически пропитал всю ткань
программного обеспечения твоей "Хосаки". Так что в настоящий момент в
"Хосаке" нет ничего, кроме вируса. К тому времени, когда вы войдете в
док, вирус уже будет контролировать внешнюю охранную систему виллы, и
мы сможем плюнуть на маскировку хитрыми полосами частот. Ты возьмешь с
собой свою деку, Котелка и Малькольма. Найдешь Три-Джейн, вытрясешь из
нее слово, убьешь Ривейру и возьмешь у Молли ключ. За работой
китайской программы ты сможешь следить, время от времени подключая
свою деку к сети "Блуждающих огней". Это я беру на себя. На затылке у
головы имеется стандартное гнездо для подключения, под крышкой с пятью
цирконами.
- Ривейру убивать?
- Да, убей его.
Кейс сидел и молча моргал глазами, рассматривая лицо Финна. Потом
почувствовал, что на плечо ему легла рука Малькольма.
- Эй. Ты забыл кое о чем. - Кейс почувствовал, как в нем
разгорается веселая злость. - Ты облажался. Вместе с Армитажем ты
отправил к чертовой матери пульт управления захватами яхты. И "Ханива"
держит нас крепко. Армитаж сжег вторую "Хосаку", а электронная
оснастка компьютера яхты уплыла вместе с мостиком.
Финн кивнул.
- Так что мы сидим здесь как привязанные, приятель. И это
означает, что ты в заднице, дружище.
Кейсу хотелось рассмеяться, но смех застрял у него в горле.
- Кейс, друга, - тихо произнес Малькольм, - "Гарвей" - буксир.
- Вот именно, - сказал Финн и подбадривающе улыбнулся.
- Что, развлекался в большом внешнем мире? - спросил у Кейса
конструкт сразу же, как тот вернулся в Матрицу. - Могу спорить, что у
тебя снова был с визитом Зимнее Безмолвие...
- Ага. Ты выиграл. Как "Куань" - в порядке?
- Шурует вовсю. Вирус-убийца.
- Отлично. У нас небольшая заминка, но мы над этим работаем.
- Может, расскажешь?
- Нет времени.
- Ладно, мальчик, дело твое. Меня это не касается, мне смерть уже
не грозит...
- Да пошел ты, - сказал Кейс и перескочил в симстим, оборвав на
середине душескребительный смех Котелка.
- Она мечтала о стиле жизни, требующем минимального вмешательства
со стороны сознания живого существа, - сказала Три- Джейн.
На своей сложенной чашкой руке она держала большую камею и
демонстрировала ее Молли. Выбитый в камне профиль имел чрезвычайное
сходство с самой Три-Джейн.
- Животное блаженство. Мне кажется, она смотрела на развитие
человеческого разума как на нечто вроде отклонения от магистрального
пути.
Три-Джейн взяла брошь в другую руку и принялась рассматривать ее
сама, поворачивая так и эдак под разными углами и любуясь играющими на
поверхности вещицы лучами света.
- И только в редчайших, самых решающих случаях должно было
происходить индивидуальное - и только от членов клана - осознанное
вмешательство в течение жизни.
Молли кивнула. Кейс вспомнил, что ей сделали укол. Что ей вкололи?
Боль по-прежнему была с ней, но ощущение ее, доходящее до Молли, было
незначительным, размытым. В тканях мышц ее бедра словно бы копошились
неоновые черви, Кейс чувствовал короткие прикосновения поверхности
джутовой ткани, слышал запах жарящегося криля. Его разум содрогнулся и
отпрянул. Если не сосредоточиваться на ощущениях, то это переживание
растекалось, наслаивалось, становилось чувственным эквивалентом белого
шума. Если нечто подобное происходит сейчас и с нервной системой
Молли, то что останется после от ее сознания?
Поступающие от Молли зрительные образы были неестественно яркими и
четкими, гораздо более контрастными, чем при нормальных условиях.
Казалось, что окружающие ее предметы вибрируют, причем каждая персона
или объект - с индивидуальной и только ему присущей частотой. Ее руки,
все еще заключенные в черный шар, лежали на бедрах. Молли сидела в
одном из пляжных кресел, ее сломанная нога была вытянута вперед и
покоилась на подушечке с верблюжьим ворсом. Напротив, в другом кресле
и на другой подушечке, утопая в слишком большой для нее галабие из
некрашеной шерсти, сидела Три-Джейн. Она казалась очень юной.
- Куда он ушел? - спросила Молли. - Принять очередную дозу?
Три-Джейн в глубине своего шерстяного халата пожала плечиком и
отвела в сторону упавший на глаза локон темных волос.
- Он сказал мне, в какой момент я должна была впустить тебя на
виллу. Но не сказал зачем. Все должно было происходить в тайне. Ты
хотела причинить нам вред?
Кейс почувствовал, что Молли не знает, что сказать.
- Я бы убила его. Я постаралась бы убить ниндзя. После этого я
должна была поговорить с тобой.
- Но зачем? - спросила Три-Джейн, убирая камею в один из карманов
своей светлой галабии. - Зачем все это? И о чем ты хотела со мной
поговорить?
Казалось, Молли изучает высокие, элегантно очерченные скулы,
широкий рот, узкий, ястребиный нос своей пленительницы. Глаза ТриДжейн
были темными, удивительно непроницаемыми.
- Потому что я его ненавижу, - ответила наконец Молли. - Просто
потому, что он такой, а я такая, и потому, что меня наняли для этого.
- И еще из-за того спектакля, - добавила Три-Джейн. - Я видела
шоу.
Молли кивнула.
- А Хидео?
- Потому что он - само совершенство. Потому что такой, как он,
однажды убил моего партнера.
Три-Джейн нахмурилась. Затем подняла брови.
- Потому что мне нужно было видеть это своими глазами, - сказала
Молли.
- И после этого мы должны были поговорить, ты и я? Как сейчас? -
Темные и очень прямые волосы Три-Джейн были разделены посередине на
прямой пробор, свободно убраны назад и лишь ниже шеи перевязаны. -
Можем мы поговорить об этом сейчас?
- Сними с меня это, - попросила Молли, приподнимая скованные руки.
- Ты убила моего отца, - сказала Три-Джейн, но в голосе ее не было
никаких эмоций. - Я видела это на экране монитора. Глазами моей матери
- так он называл их.
- Он убил марионетку. И она была похожа на тебя.
- У него была склонность к широким жестам, - сказала Три-Джейн.
Ривейра, излучающий наркотическое довольство, был уже рядом с ней,
облаченный в тот же самый серый арестантский костюм, в котором Кейс
уже видел его во время завтрака на лужайке на крыше отеля.
- Знакомитесь друг с другом? Она очень интересная девушка, не
правда ли? Я понял это при первой же нашей встрече. - Ривейра шагнул
вперед и загородил собой Три-Джейн. - Этот фокус у тебя не пройдет, ты
меня поняла?
- Ой ли, Питер? - Молли выдавила улыбку.
- Зимнее Безмолвие не первый, кто совершил такую ошибку.
Недооценил меня.
Питер прошел по окаймляющим бассейн кафельным плиткам к белому
столику и плеснул себе минеральной воды в стакан, похоже, вырезанный
из цельного куска хрусталя.
- Он говорил со мной, Молли. Наверно, он говорил с каждым из нас
по отдельности. С тобой, с Кейсом. С тем, с чем можно поговорить в
Армитаже. Видишь ли, Молли, он не способен понять нас. У него есть эти
его подробные описания нас, но это ведь всего лишь статистические
данные. Ты еще можешь быть таким статистическим зверем, дорогая, и
Кейс тоже ничего сложного собой не представляет, но я... Я обладаю
качеством, не поддающимся расчету по самой его природе.
Питер отпил из стакана.
- Что ты имеешь в виду, Питер? - спокойно и равнодушно спросила
Молли.
Ривейра просиял.
- Извращенность.
Он вернулся от столика к двум женщинам, побалтывая небольшим
количеством воды на дне стакана - массивного, угловатого
цилиндрического куска хрусталя - будто наслаждался его тяжестью.
- Я получаю удовольствие только от добровольного акта. И я принял
это решение, Молли, целиком на добровольной основе.
Молли ждала, разглядывая Ривейру.
- Ну, Питер, - сказала Три-Джейн по-детски капризным тоном.
- Ты не узнаешь это слово, Молли. Видишь ли, он сказал мне про это
тоже. Три-Джейн знает код, само собой разумеется, но ты его не
узнаешь. Не узнает его и Зимнее Безмолвие. Моя Три-Джейн чрезвычайно
честолюбивая девушка - в своем, извращенном понимании.
Питер снова улыбнулся.
- Она - воспитанница семейной империи и двух сбрендивших
искусственных разумов. Но вот пришел Ривейра и помог ей выпутаться из
всего этого, ты тому свидетельница. И Питер сказал: сиди тихо. Слушай
папочкины любимые пластинки с свингом и предоставь Питеру возможность
сотворить для тебя оркестр, толпы танцующих. Пробуждать к жизни
мертвого короля Ашпула. - Питер выпил минеральную воду до дна. - Нет,
не надо, папочка, не делай этого. Пусть этот Питер уходит домой.
Порозовев лицом от кокаинового и мепиридинового наслаждения, Питер
с размаху ударил стаканом в левую линзу Молли, мгновенно обратив
зримый ею мир во вспышку крови и света.
Когда Кейс сорвал с головы троды, Малькольм был распростерт на
потолке кабины. В таком удивительном положении его удерживали серые
резиновые присоски на стенах, веревками соединенные с нейлоновым
поясом, застегнутым у него на талии. Он был без рубашки и трудился над
одной из крышек-панелей на потолке кабины, зажав в руке странного вида
гаечный ключ, специально приспособленный для работы в невесомости.
Стопорная пружина ключа звякнула, и сионит вытряхнул на ладонь
очередную гайку. Корпус "Маркуса Гарвея" трясся и скрежетал от
чрезмерной нагрузки.
- Безмолвие ведет я и я к доку, - объяснил сионит, аккуратно
упрятывая гайку в холщовый мешочек на поясе. - Малькольм возьмет на
себя посадку, а пока нам нужно снаряжение.
- Ты хранишь там свой инструмент? - Кейс вытянул шею, пытаясь
увидеть содержимое отсека за панелью, скрытое жилистой коричневой
спиной с канатами мускулов.
- Вот этот, да, - ответил Малькольм, извлекая из-за панели длинный
черный полиэтиленовый сверток.
Поставив панель на место, он закрепил ее, наживив однуединственную
гайку. Пока сионит работал, беспризорный черный сверток
успел уплыть от него к корме. Малькольм нажатием пальца куда-то на
своем поясе освободил присоски и выловил добытый из-за панели сверток.
Оттолкнувшись, Малькольм плавно пересек кабину - на центральном
экране пульсировала зеленая причальная диаграмма - и уцепился рукой за
подлокотник противоперегрузочного ложа Кейса.
- Один человек в Китае сказал, что истина сидит вот в этом, -
произнес сионит, освобождая от полиэтиленовой упаковки старинное,
блестящее от смазки помповое ружье "Ремингтон" со стволом, обрезанным
в нескольких миллиметрах от затертого цевья. Приклад ружья был
полностью удален и заменен деревянной пистолетной рукояткой,
обмотанной тусклой изоляционной лентой. От пилота пахло потом и
ганджей.
- А еще ружья у тебя нет?
- Больше нет, друга, - ответил сионит, вытирая красной тряпицей
масло со ствола. Черный полиэтилен упаковки болтался в воздухе,
зацепившись за пистолетную рукоятку. - Я и я - воин Растафари, будь
спокоен.
Кейс натянул на голову троды. Техасский катетер он себе больше не
ставил. Он сможет потом как следует отлить на вилле, даже если и в
последний раз.
Кейс подключился.
- Ага, пожаловал, - сказал конструкт. - Старина Питер оказался
законченным обезьяньим дерьмом, так я понимаю?
К настоящему моменту они превратились уже в часть айса "ТиссьеАшпул";
изумрудные дуги расширились, срослись вместе, стали монолитной
массой. В плоскостях китайской программы, окружающей их, также
преобладал зеленый цвет.
- Подходим вплотную, а, Котелок?
- Вплотную, совсем вплотную. Ты скоро будешь нужен здесь.
- Слушай, Котелок. Зимнее Безмолвие сказал, что "Куань" под шумок
успел закрепиться и в нашей "Хосаке". Я собираюсь на время отключить
тебя и деку и перебраться в "Блуждающие огни", где подсоединюсь вместе
с тобой к сети виллы. Так велел Зимнее Безмолвие. Он сказал, что к
тому времени вирус уже закончит вскрывать айс. После этого мы будем
действовать изнутри, через сеть "Блуждающих огней".
- Прекрасно, - сказал Котелок. - Я тоже не люблю делать чтонибудь
просто, если это можно сделать через задницу.
Кейс перешел в симстим.
И окунулся во мрак и волны анестезии, в омывании которых
пульсирующая боль имела привкус старого железа и запах дыни, и
мотыльки щекотали крылышками щеки. Молли была без сознания, и он был в
ней, но вне ее снов или видений. В темноте горел одинокий индикатор
оптического чипа - голубые цифры в тусклом розовым ореоле.
19:29:40.
- Ты меня очень расстроил, Питер, - приглушенный голос Три- Джейн
доносился будто бы издалека.
Молли слышит, подумал Кейс, но тут же поправил себя - симстим цел
и невредим и функционирует нормально; Кейс чувствовал его твердую
коробочку на ребрах Молли. Барабанные перепонки Молли улавливали
вибрации воздуха, вызванные голосом Три-Джейн. Ривейра ответил ей
что-то, коротко и неразборчиво.
- Нет, я не стану этого делать, - возразила девушка. - Это не
смешно. Хидео сейчас принесет снизу аптечку, но здесь необходима
помощь хирурга.
Наступило молчание. Кейс услышал, как где-то вдалеке о стенку
бассейна плещется вода.
- О чем ты говорила с ней, когда меня не было? - Ривейра был уже
совсем рядом.
- О моей матери. Она спросила меня о ней. Похоже, сейчас она
совсем ничего не чувствует после укола, что ей сделал Хидео. Зачем ты
так с ней?
- Мне хотелось узнать, разобьются они или нет.
- Одна разбилась. Когда она придет в себя - если вообще очухается,
- мы увидим, какого цвета у нее глаза.
- Она очень опасна. Крайне опасна. Если бы здесь не было меня,
чтобы отвлечь ее, подкинув ей Ашпула и моего собственного маленького
Хидео, которые приняли на себя ее гранату, что было бы с тобой? Ты
оказалась бы в ее власти.
- Нет, - ответила Три-Джейн. - Мне было достаточно моего Хидео.
Мне кажется, ты не совсем понимаешь, кто такой Хидео. Она это,
несомненно, понимала.
- Хочешь выпить?
- Да. Белого вина.
Кейс отключился.
Малькольм сгорбившись висел над пультом управления "Гарвея" и
вводил с консоли последовательности команд постановки "Гарвея" в док.
На центральном экране навигационного модуля неподвижный красный
квадратик обозначал док виллы "Блуждающие огни". "Гарвей" был зеленым
квадратом, большим по размеру, который неторопливо наплывал на красный
цвет, покачиваясь из стороны в сторону в результате выполнения команд
Малькольма. На маленьком экране слева было схематически изображено
расположение в пространстве "Гарвея", "Ханивы" и ближайшей, видимой от
них части корпуса Веретена.
- У нас на все не больше часа, дружище, - крикнул пилоту Кейс,
принимаясь выдергивать из бока "Хосаки" пучки оптоволоконных кабелей.
Батареи деки могли поддерживать ее в рабочем состоянии в течение
девяноста минут, но был еще конструкт Котелка, увеличивающий
потребление энергии. Кейс действовал быстро, работая руками
автоматически, почти бездумно. Он прикрепил конструкт к днищу "ОноСендая"
куском широкой липучей ленты из микропорки. Мимо головы Кейса
проплыл рабочий пояс Малькольма. Кейс поймал пояс, отцепил от него два
шнура, каждый из которых заканчивался с одной стороны
застежкой-карабином, а с другой - присоской. Он сцепил карабины между
собой, а присоски прижал к противоположным сторонам деки, после чего
проверил, крепко ли это держится. Подготовив деку, конструкт и
импровизированную перевязь, Кейс разложил все это перед собой и
принялся натягивать кожаную куртку, заодно проверяя содержимое
карманов. Паспорт, выданный ему Армитажем, банковский чип на то же
имя, что и в паспорте, кредитный чип, который он получил по прибытии
на Вольную Сторону, два кож-диска бетафенетиламина, приобретенные у
Брюса, пачка новых иен, полпачки "Ехэюань" и сюрикен. Чип Вольной
Стороны Кейс выбросил через плечо и через секунду услышал, как тот
стукнул о стенку воздухоочистителя. Он хотел сделать то же и со
стальной звездочкой, но отскочившая от стены кредитка ощутимо щелкнула
его по черепу, отрикошетила, ударилась о потолок и просвистела над
левым плечом Малькольма. Сионит на секунду оторвался от пилотирования
и укоризненно посмотрел на Кейса. Кейс мельком глянул на сюрикен и
засунул его обратно в карман, услышав, как тот разорвал там ткань.
- Ты забыл про Безмолвие, друга, - сказал Малькольм. - Безмолвие
сказал, что специально для "Гарвея" внес коррективы в охранную систему
виллы. "Гарвей" причалит как другое судно, как судно из Вавилона,
которое на вилле ждут. Безмолвие передал нам причальные позывные.
- Надеваем скафандры?
- Слишком тяжело ходить, - Малькольм пожал плечами. - Оставайся в
кресле, пока я не скажу.
Пилот закончил вводить последовательность команд и ухватился за
грязные розовые скобы по бокам навигационного пульта. Зеленый квадрат
на экране поглотил последние несколько миллиметров красного. На левом
экране пульта "Ханива" наклонила нос, чтобы избежать столкновения с
Веретеном, и аккуратно вошла в магнитную ловушку. Пленный "Гарвей"
по-прежнему болтался в подбрюшье у гигантской осы. Буксир задрожал,
запел двигатель. Из глубины дока протянулись две механические руки и
осторожно подхватили элегантные осиные формы. Следом за руками из дока
"Блуждающих огней" выскочил желтый прямоугольник, который начал
вырастать в трубу, изгибающуюся вокруг "Ханивы" и направляющуюся к
люку "Гарвея".
От носовой части "Гарвея", из-под шевелящихся в воздухе гирлянд,
донесся приглушенный скрежет.
- Друга, - сказал Малькольм, - думаю, сейчас будет тяжесть.
С дюжину мелких предметов с дробным стуком одновременно упали на
пол кабины, будто притянутые внезапно включившимся электромагнитом.
Кейс охнул - его внутренние органы переместились, занимая в теле новые
положения. Дека и конструкт пребольно навалились ему на живот.
Они состыковались с Веретеном и обрели вращательную силу тяжести.
Малькольм развел руки в стороны и потянулся, приспосабливаясь к
новому ощущению, сорвал пурпурный берет, тряхнул головой и расправил
свои дреды.
- Пошли, друга. Надо успеть, времени у нас немного.
19
Вилла "Блуждающие огни" была паразитирующей структурой, напомнил
себе Кейс, пробираясь мимо гирлянд и полупрозрачных лент, украшающих
носовой люк "Маркуса Гарвея". "Блуждающие огни" сосут воду и воздух из
Вольной Стороны и не имеют собственной экосистемы.
Переходной трап, поданный из дока, был более совершенной версией
того сооружения, которым Кейс и Малькольм пользовались при путешествии
на "Ханиву" - специальная конструкция, приспособленная к ротационной
силе тяжести Веретена. Рифленый туннель, составленный из независимых
круглых секций, управлялся гидравликой. Каждое сочленение начиналось и
заканчивалось кольцом из жесткого шершавого пластика, эти кольца
служили и поручнями, и ступенями лестницы одновременно. Трап змеей
обвивал "Ханиву"; в месте присоединения к люку "Гарвея" трап шел
горизонтально, но потом резко изгибался вверх и влево, образуя подъем
по периметру корпуса яхты. Малькольм уже карабкался по кольцам вверх,
помогая себе левой рукой, а в правой удерживая "Ремингтон". Для похода
на виллу он переоделся в мешковатые солдатские штаны и парусиновые
спортивные тапочки с яркими красными подошвами, но зеленая нейлоновая
куртка-безрукавка по-прежнему была на нем. Каждый раз, когда пилот
ступал на очередное кольцо, трап ощутимо содрогался.
Сцепка карабинов заплечной перевязи, на которой камнем висели
"Оно-Сендай" и конструкт, глубоко врезалась Кейсу в плечо. Сейчас он
чувствовал только страх, всепоглощающий, обессиливающий ужас. Кейс
попробовал отогнать страх, сосредоточив все мысли на лекции Армитажа о
устройстве Веретена и виллы "Блуждающие огни". И начал подъем.
Экосистема Вольной Стороны была ограниченной, но не замкнутой. В
отличие от нее Сион, например, был замкнутой системой, способной
рециркулировать имеющиеся в ней вещества в течение многих лет без
дополнительного снабжения из внешних источников.
Вольная Сторона производила свои собственные воду и воздух, но
нуждалась в регулярных поставках пищи и минеральных удобрений для
насыпной почвы. Вилла "Блуждающие огни" не производила вообще ничего.
- Друга, - сказал Малькольм, - забирайся сюда и держись за мной.
Кейс перевалил через поворот трапа и осилил несколько последних
колец-ступеней. Трап заканчивался гладким, слегка выпуклым люком
диаметром около двух метров. Сочленения коридора с их гидравлическими
приводами исчезали в обрамлении люка.
- И что теперь...
Кейс закрыл рот. Крышка люка уплыла в сторону, и в лицо им пахнул
мелким песком легкий ветерок, выравнивающий разность давлений.
Малькольм перелез через край люка и исчез из вида. Кейс услышал
приглушенный щелчок снятия "Ремингтона" с предохранителя.
- Торопись, друга... - прошептал Малькольм, выглянув из люка.
В два прыжка Кейс оказался рядом с сионитом.
Люк вывел их в центр круглой сводчатой камеры, пол которой был
выложен голубыми шершавыми пластиковыми плитками. Малькольм подтолкнул
Кейса локтем и кивком указал на монитор, заделанный в изогнутую стену.
На экране монитора высокий молодой человек с чертами лица
Тиссье-Ашпулов тщательно отчищал что-то с рукава своего пальто
делового покроя. Молодой человек стоял на фоне точно такого же
круглого люка, в точно такой же камере.
- Прошу прощения, сэр, - произнес мужской голос из зарешеченного
отверстия над люком. Кейс глянул в сторону динамика. - Мы ожидали вас
несколько позже, в осевом доке. Одну минуту, пожалуйста.
На экране монитора молодой человек нетерпеливо покачал головой.
Малькольм резко повернулся на звук открывающейся слева от них
двери, держа винтовку наготове. В двери появился низкорослый евразиец
в оранжевом комбинезоне и изумленно уставился на Кейса и сионита.
Человек в оранжевом комбинезоне открыл рот, но ничего не сказал. Потом
закрыл рот. Кейс бросил взгляд на монитор. Ничего, пусто.
- Кто вы? - выдавил из себя человечек.
- Военный десант Растафари, - объяснил Кейс и поднялся во весь
рост, поправляя перевязь с декой на боку. - Нам
...Закладка в соц.сетях
