Жанр: Электронное издание
esper1-3
...боевые отсеки, пульты, помятые кресла операторов, пустые глазницы мониторов. Теперь, когда они
подлетели почти вплотную, стало ясно, почему бортовой компьютер не смог определить класс корабля, -
это был странный гибрид, созданный на базе LX, с добавлением целых модулей от совершенно других
конструкций и снабженный к тому же архаичным фотонным парусом, хотя отсеки гиперпривода были
видны и казались неповрежденными.
- Зависай у пробоины, - приказал Сергей пилоту рейдера. - Мы пошли.
Группа молчаливо и слаженно покинула свои места.
Командир первым коснулся обшивки чужого корабля. Детекторы движения молчали. Ствол
импульсной винтовки смотрел во мрак провала. Туда же спустя мгновение ударил прожектор. Сергей
нырнул вниз.
- Похоже, метеорит. - Ладонь десантника в перчатке скользнула по заплавленному краю. - Лазер
бы сработал аккуратнее.
- Энергетическая активность в цепях! - доложил компьютерный техник.
Они стояли у изгиба длинного коридора, который опоясывал внутренний периметр корабля. По одну
сторону через равные промежутки шли двери. Сергей с трудом отодвинул одну из них.
Ходовая рубка. Луч прожектора разогнал мрак, скользнув по темному экрану телескопического
обзора, и замер, высветив три кресла за пультом, в одном из которых возвышалась неподвижная фигура
робота-андроида.
- Пусто. Здесь все обесточено.
Они вышли в коридор. Одна за другой вскрывались двери отсеков.
- Склад какой-то, - не выдержал Гордон. - Тут продуктов лет на двести!
Они шли дальше. Коридор плавно изгибался. Сергею казалось, что они шагают по самой истории -
брошенный корабль, фигура андроида перед пультом, забитые консервированными продуктами отсеки -
все это выглядело жутковато и загадочно. "Узнаем ли мы правду о тех, кто летел на нем?" - подумал он.
Очередная дверь открылась сама. Ствол импульсной винтовки взметнулся вверх.
- Это и есть источник энергии, - произнес за его спиной Хоули.
Две сиротливые зеленые лампочки горели на двух полусферах низкотемпературных капсул гиперсна.
Сергей осторожно подался вперед и замер, пораженный увиденным.
Перед ним, под прозрачными колпаками, в зыбком тумане консервирующего газа, лежали юноша и
девушка.
Два корабля, некоторое время дрейфовавшие в жесткой сцепке, медленно расстыковались. Щель
между ними становилась все шире, она наполнялась звездами, пока в провалы грузовых шлюзов
втягивались рукава переходных туннелей, но вот они закрылись; борт крейсера озарили вспышки
навигационных дюз, и он начал разворачиваться. Через минуту гигант включил маршевые двигатели и
начал стремительно удаляться от небольшого темного диска, который, беспорядочно вращаясь, продолжил
свой неуправляемый дрейф в глубинах пространства. Кто знает, какая судьба ожидала этот собранный из
различных модулей корабль, уже дважды выполнивший свою миссию и вот теперь окончательно
покинутый людьми?
Капитан Ганс Фрайенберг еще несколько минут наблюдал, как вспыхивает среди узоров созвездий
искра установленного на нем проблескового маяка, пока тот не затерялся среди россыпей звезд.
- Судьба... - философски вздохнул он, тут же забыв о покинутом осколке прошлого. У него было
слишком много проблем дня сегодняшнего, чтобы развивать эту тему.
Крейсер "Ио" приступил к боевому патрулированию заданного сектора пространства.
В лаборатории компьютерный техник досадливо поморщился, отключая многочисленные тестеры,
соединенные интерфейсами со вскрытой черепной коробкой андроида. Хоули впервые столкнулся с
машиной, оказавшейся не по зубам бортовой аппаратуре, и пять часов бесплодных попыток оживить
робота убедили его в бесполезности подобного занятия.
- Ни черта не понимаю, - откровенно признался он своему помощнику, младшему технику, с
равнодушным видом копавшемуся в интегральном затворе автоматической пушки. - Первый раз
сталкиваюсь с таким "глухим" случаем.
Он с досадой захлопнул черепную коробку робота.
- Нет, ты посуди сам, - не унимался Хоули, - порт ПЗУ вроде стандартный, но доступа к
внутренним файлам не добиться никакими способами! (ПЗУ - постоянное запоминающее устройство.
(Прим. автора.))
- А питание?
- Да все в порядке. У него встроенный миниреактор, так что напряжение есть. - Хоули вытащил
последний разъем. - Погоди, - пригрозил он, сматывая интерфейсы, - вернемся на базу, я тобой
займусь...
Спустя час капитан Фрайенберг зашел в медицинский отсек корабля.
- Ну что, Володя? - спросил он, остановившись у двух прозрачных сферических камер, где в
физиологическом растворе безвольно застыли увитые проводами и облепленные датчиками юные тела
спасенных. - Как они?
- Девушка в коме... - вздохнул дежурный. - А парень вроде выкарабкивается.
Капитан нахмурился.
- Как думаешь, надежда есть?
- Трудно сказать. Их бы обоих на Стеллар.
- Невозможно. Нас никто не снимет отсюда, - он устало потер подбородок. - Черт, ты прав. Наше
оборудование не предназначено для реанимации после столетнего сна... Попробую связаться с базой.
- Вот, передайте на Стеллар, - Владимир протянул капитану кристаллодиск, - это кодированная
запись биоэлектрической активности мозга юноши. Он приходит в себя, и какие-то воспоминания рвутся
наружу. В лабораториях Джедиана как раз занимаются этими проблемами. К тому же на основании этой
записи можно будет судить - нет ли тут попытки скрытого проникновения.
- Да, ты прав, - вновь согласился Ганс, - я, честно говоря, тоже допускал такую возможность.
Нелишне будет узнать, кто они такие, прежде чем наступит пробуждение. - Он спрятал кристаллодиск в
карман униформы и повернулся к выходу. - Держи меня в курсе, - уже с порога напомнил он.
За несколько мгновений до пробуждения он почувствовал страх. Что-то пугающее копошилось в
черноте небытия - зловещая тень на фоне смутного сознания.
Он тихо застонал. Десятки датчиков на оперативной панели тотчас отреагировали - вспыхнуло
несколько ламп, и вверх взметнулись кривые, отмечающие активность нервных и мышечных тканей.
Веки чуть дрогнули и приоткрылись. Он находился внутри небольшого, замкнутого пространства.
Тело покрывало липкое, теплое желе. Остро пахло озоном и лекарствами. Вокруг клубился молочный
туман, из которого к телу тянулось множество проводов и трубок.
Случилось именно то, чего он подсознательно боялся всю жизнь. Внезапно материализовавшийся
кошмар из прошлого мгновенно захлестнул пробудившийся разум - он понял, что находится внутри
какой-то машины!.. Мускулы рефлекторно напряглись, глаза расширились, он выгнулся и задрожал в
безуспешной попытке вырваться из цепких объятий сковывавших его захватов.
Датчики на панели издали серию тревожных сигналов, и синусоиды графиков вздыбились, отмечая
всплеск жизненной активности.
Он еще плохо понимал, что делает, - почти все реакции проходили на рефлекторном уровне. Он
окаменел в попытке вырваться, когда из тумана, по ту сторону пленившей его машины, внезапно возникло
бородатое лицо человека!
Тело юноши вдруг безвольно опало, он рухнул назад, в жесткий пластик реанимационного ложа, не
смея оторвать глаз от смутных контуров человеческой фигуры.
Владимир, оценив состояние пациента, пробежал пальцами по клавиатуре компьютера. В тело
впились инъекторы, и спустя несколько мгновений синусоиды датчиков вновь поползли вниз.
Глаза юноши бессильно закрылись, но угасавшее сознание сопротивлялось, удерживая одну мысль:
"Человек... Люди... Я вернулся!.."
ГЛАВА 10
- ... Чудовищно...
Джедиан Ланге выключил монитор и порывисто встал. Психоанализ и нейрохирургия были его
призванием, но сегодня первый раз в жизни он пожалел, что не стал каким-нибудь клерком или рядовым
техником.
- Мне нужна аудиенция у командующего! - требовательно проговорил он, склонясь к интеркому.
- Немедленно. Речь идет о его семье.
Где-то в глубинах кибернетического мозга Стеллара заработал микропроцессор личного секретаря
адмирала. Прошло десять или пятнадцать секунд - время нешуточное для машины, - и в динамике
раздался отмодулированный женский голос:
- Вам назначено на одиннадцать тридцать.
Джедиан взглянул на хронометр. Одиннадцать двадцать пять. Старик все еще ценит своего внучатого
племянника. Сунув в стол кристаллодиски, Ланге скинул халат и выскочил из кабинета, исчезнув в
лабиринте подземных коммуникаций Главной базы космического флота Федерации.
Адмирал Воронцов ждал его в своем кабинете. Он прожил двести один год, и только личным
медикам командующего было известно, чего больше в организме этого человека - живой плоти или
искусственных тканей. Основатель Форта Стеллар и автор военной доктрины Конфедерации солнц сидел в
жестком диагностическом кресле.
- Джед, мальчик мой, что случилось?
Джедиан склонил голову в почтительном приветствии.
- Адмирал...
- Не нужно. Нас не слышат. Налей себе выпить, ты нервничаешь.
- Есть от чего, дедушка. - Джедиан судорожно глотнул тоник и протянул старику стереоснимок,
сделанный с компьютерной модели. - Вам знакомо это лицо?
Никто в обитаемых мирах никогда не видел и не мог представить подобного. Губы человека, о
котором ходили жуткие легенды, который не признавал никаких эмоций, вдруг затряслись, и на глазах
Воронцова выступили слезы.
- Андрюша...
- Дедушка, вы уверены?
- Где он?! Он жив?! - безумно выкрикнул адмирал, но тут же взял себя в руки. - Этого не может
быть... Вы, верно, нашли его тело или какой-то архивный снимок. Жестоко, Джед... - упрекнул он.
- Нет. Не жестоко. Этот снимок - компьютерная модель воспоминаний юноши, найденного неделю
назад в криогенной камере мертвого корабля времен Первой галактической. Он родился и вырос на
кладбище звездолетов, оставшемся на месте той битвы, в которой, как считалось, погиб Андрей Воронцов.
Вся память этого юноши несет в себе это лицо - лицо его отца!
- Ты можешь дать полный отчет? - справившись наконец со своими чувствами, спросил адмирал.
- Расскажи мне все, что узнал, до мельчайших подробностей, но прежде ответь - что Андрей?!
- Ваш сын и мой дядя мертв... - собравшись с духом, ответил Джедиан. Он недолюбливал деда за
жестокую бескомпромиссность и побаивался вспышек его гнева. - Он погиб за восемь лет до того, как его
сын покинул кладбище кораблей на собранном из различных обломков звездолете. Им не удалось
подчинить гравипривод, и потому они использовали фотонную тягу. Курс был избран на ядро Галактики...
- Как погиб мой сын?
Джедиан побледнел под ледяным взглядом деда, в котором ясно читалась безумная боль. Он был
хорошим психоаналитиком и ясно представлял последствия.
- Андрея застрелил робот, - ответил он. - Судя по воспоминаниям, которые мне удалось считать с
коры головного мозга моего кузена, - это была боевая машина класса "PLENET", состоявшая на
вооружении флота Свободных колоний.
Адмирал скрипнул зубами. Воспоминания, такие отчетливые, роились в нем, унося последние силы,
оставляя лишь пустоту и боль.
Он сам приговорил Андрея...
- Николай Ильич, мы вырвались! - Старший офицер флагманского крейсера Владимир Воронцов
прикрыл дверь каюты и взглянул на сгорбленную спину командующего.
Корабль маневрировал, и звезды на обзорном экране исполняли бешеный и понятный одним
навигаторам танец. Командующий повернулся и угрюмо посмотрел на офицера.
- Чему вы радуетесь, позвольте узнать?
"Старый дурак!" - раздраженно подумал Владимир, незаметно ослабив кобуру бластера.
- Адмирал, я потерял в этом бою сына, а вы, похоже, - разум, - резко ответил он. - Наш долг
продолжать борьбу!
Старого адмирала ударил озноб. Он был раздавлен. Чудовищность схватки и цифры потерь не
укладывались в его голове. Он видел взрыв, в котором за мгновение погибли миллионы - стоило понять
ужас этой цифры - людей, и он уже не хотел продолжения. Не хотел вместе с безумцами ринуться
бомбить планеты, закрепляя стратегический успех...
- Там остались люди... - медленно проговорил он, - и машины. Наш долг - вернуться и
попытаться спасти хоть кого-нибудь, а не воротить новые горы трупов!
- Там не осталось никого! Ни одно живое существо не выжило там, где испарялся металл! -
балансируя на грани истерики, выдавил из себя офицер. - Все корабли, у кого выстояли силовые поля,
уже дали о себе знать, а что до активизированных роботов, уцелевших в обломках, - мне плевать на них!
Отдавайте приказ!
- Вы безумец, Воронцов!
- А вы трус и мертвец! - Владимир поднял бластер. - Мой сын отдал жизнь за это дело, и я
отомщу за него! Мы сомнем Землю, пока не поздно, пока не собраны новые силы!
Командующий отвернулся к экранам.
Владимир не стал стрелять в спину.
- Вы арестованы. Я принимаю командование флагманом!..
Это было так давно... Первые шаги трудной карьеры к званию командующего...
Собственно, тогда он верил во все, что делал...
... Джедиан оторопело смотрел на командующего, лицо которого напоминало в эти минуты маску
смерти.
- Оставь меня! - внезапно потребовал тот, всплыв из омута воспоминаний. - Нет, постой! Где
сейчас этот молодой человек?
- Его зовут Семка. Он на борту патрульного крейсера "Ио", который блокирует наиболее вероятное
направление...
Воронцов побледнел. Что это, судьба?.. Или запоздалая расплата за предательство?..
- Я понял, - оборвал он Джедиана. - Срочно свяжись со старшим офицером базы и от моего
имени потребуй, чтобы "Ио" вернули назад. Пусть заменит его любым кораблем, на свое усмотрение...
Несколько мгновений он молчал, словно за эти минуты растерял всю присущую ему энергию, и
Джедиан вдруг понял, насколько все-таки стар сидящий перед ним человек...
Лицо старика исказила судорога.
- Он должен выжить, даже если это невозможно! - В голосе адмирала прорвались привычные
властные нотки. - Во что бы то ни стало! Ты понял?!
Джедиан кивнул.
На пороге он задержался. Долгие годы он боялся этого человека и раболепствовал перед ним.
Джедиану вдруг безумно захотелось еще раз увидеть, как судорога комкает это бесстрастное лицо...
- На столе кристаллодиск с записью воспоминаний, - напомнил он. - Посмотрите его, дедушка...
Дверь плавно встала на место, оставив командующего наедине с собственной памятью и сиротливым
диском, от которого он не мог отвести глаз, хотя боялся этой пластины больше, чем смерти.
Он понимал: содержимое диска - страшнее, чем смерть.
Немногочисленный экипаж патрульного крейсера "Ио" был занят по горло, поэтому при
пробуждении Семена присутствовал лишь Владимир Юсупов - бортовой медик корабля.
Юноша лежал, укрытый одной простыней, и исподволь следил, как незнакомый мужчина в белом
комбинезоне вышагивает по модулю, снимая показания многочисленных приборов.
Владимир закончил проверку и вернулся к столу, на котором был установлен переносной компьютер.
По привычке, прежде чем сесть, он взглянул на своих подопечных. Восковое тело девушки по-прежнему
медленно вращалось в струях физиологического раствора, а вот парень лежал с открытыми глазами,
устремив колючий взгляд на его пояс.
- А, ну наконец-то! - Он поправил кобуру с неизменным "стоун-игл". - Я уж думал, ты собрался
проспать до самого Стеллара.
Семен попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь мучительный вздох.
- Спокойнее, парень, спокойнее. - Владимир взял тампон и смочил пересохшие губы Семена. - Не
все сразу. Ну-ка, выпей, - он вложил ему в рот янтарный шарик, который тут же лопнул, обдав небо и
горло щекочущей прохладой.
Семен судорожно сглотнул.
Его губы зашевелились. Он силился что-то сказать, пока не выдохнул:
- Яна...
Володя придвинул кресло, попутно нажав клавишу интеркома.
- Так, давай по порядку. Я понял твой вопрос. Не напрягайся, все хорошо.
Семен откинулся на подушку, прикрыв глаза. Он был настолько слаб, что постоянно балансировал на
грани потери сознания.
- Ты слушаешь?
Ответом послужил едва заметный кивок.
- Так вот, ты среди друзей. Мы случайно наткнулись на дрейфующий в космосе корабль и высадили
на него десантную группу. У вас произошла авария в одном из отсеков или было столкновение с
метеоритом - мы так до конца и не разобрались. Но факт, что корабль мертв, в борту огромная пробоина,
все накопительные силовые установки пусты, за исключением двух резервных, от которых питался
криогенный отсек, откуда извлекли тебя и твою спутницу. Больше на корабле не было никого, за
исключением нефункционального робота-андроида неизвестной модели.
При этих словах Семен открыл глаза. В них читался немой вопрос.
- Успокойся, он тут, на борту, но, кажется, наш техник сломал об него все свои зубы, - улыбнулся
Владимир.
Семен кивнул, снова прикрыв веки.
- Что с Яной? - едва слышно прошептал он.
Владимир ответил не сразу.
- Видишь ли, процесс анабиоза очень сложен. Вас заморозили в камерах очень старого образца, они
настолько стары, что наша бортовая аппаратура пробуждения и реанимации практически несовместима с
режимами их работы. Поэтому мне приходится быть вдвойне осторожным. Видишь, ты уже очнулся, но
твой организм сильнее... В общем, девушка жива, мы поддерживаем функции всех органов ее тела, но,
боюсь, до окончательного пробуждения еще далеко.
Он снова открыл глаза и мучительно покосился через плечо, пока его взгляд не нашел прозрачную
двухметровую сферу, в которую было заключено тело Яны.
- Как тебя зовут? - поспешно встрял Владимир, пытаясь отвлечь его от этого зрелища.
- Семен...
- Отлично, а я - Владимир. - Он дружески сжал его плечо. - Не волнуйся, она выкарабкается, -
как можно бодрее проговорил он. - Вот увидишь. Дай мне немного времени, и я разберусь с вашими
проблемами.
Голова Семена упала на подушку.
- Я буду ждать... - прошептали потрескавшиеся губы.
Через несколько минут, обессиленный, он уснул.
Владимир отодвинул кресло.
- Слышали? - спросил он.
- Да, - прозвучал в интеркоме ответ капитана. - Парень говорит на интерангле со старорусским
акцентом. По-моему, в нашем секторе нет таких миров.
- Да, но он проспал больше ста лет.
- Скорее всего он из другой части Галактики. В любом случае - это не попытка внедрения на наши
планеты. Скорее - отзвук Первой галактической. Их корабль собран из модулей боевых кораблей тех лет.
Похоже, жизнь круто обошлась с этими ребятами.
- Да, капитан. Скажите, со Стеллара ничего?
- Еще рано, Володя. Мы выйдем в точку барражирования через пять часов. Следующий сеанс связи
оттуда. Будем надеяться, что они расшифровали сделанные тобой записи.
Последующие за этим разговором пятеро суток капитан Ганс Фрайенберг лишь урывками вспоминал
о спасенных: "Ио" вышел в заданный пространственный куб с длиной ребра в два световых года и
приступил к патрулированию. Этот район считался одним из наиболее опасных в случае внезапного
прорыва кораблей противника, и в задачу крейсера входило вовремя обнаружить точку выхода вражеских
кораблей из гиперсферы и постараться связать их боем до подхода основных сил флота.
"Ио" был кораблем-смертником.
Шел десятый год Второй галактической войны, Свободные колонии, победив Землю, делили сферы
влияния.
Жизнь...
Семен лежал под тонкой простыней, всем телом впитывая прохладу свежей постели.
Конечно, космический корабль - это лишь частица того мира, куда он стремился, но какая!.. Все
ощущения были новыми. Стоило открыть глаза - и взгляд упирался в мягкое сияние потолочных панелей.
От пола исходило тепло. Шелест регенераторов воздуха не стихал ни на секунду. Это был полностью
исправный корабль, не обломок, а настоящая частица большого мира, поднявшаяся в космос по воле
людей, а не беспомощно дрейфующая в космических течениях.
Он повернулся. Безжизненное тело Яны по-прежнему оплетали провода и шланги систем
жизнеобеспечения. Владимир что-то писал, сидя за столом.
Беспомощный вид девушки разбудил дремавшую тревогу и боль. Ему было бы легче, будь рядом с
ним Андор. Но как Семен ни старался, он не мог вспомнить, как они с Яной оказались в криогенных
камерах и почему андроиду пришлось отдать им всю свою энергию...
Владимир закончил писать и повернулся.
- Ага, проснулся! - обрадовался он. - Отлично!
Семен попытался улыбнуться и сел. Слабость почти прошла, но голова все еще кружилась.
- Ну как, можешь встать?
Он осторожно спустил ноги на пол. Верить ли своим чувствам? Ослабевшие мышцы с трудом
приняли на себя вес тела. Семен пошатнулся и сделал несколько неуверенных шагов... Как будто время
вернулось назад и он снова учится ходить в тесноте и полумраке крохотного отсека... Вот сейчас откроется
дверь, и войдет отец...
Ладони уткнулись в холодный пластик реанимационной камеры. Он прижался к нему щекой
напротив неподвижного лица Яны.
Владимир осторожно взял его под руку.
- Без изменений, - ответил он на немой вопрос. - Мы ждем, что ответят со Стеллара. Ее нужно
доставить туда.
- Это твоя планета? - спросил Семен, добравшись до кресла.
- Ну в некотором смысле... - неопределенно ответил медик, доставая из шкафа комплект полетной
униформы. - С тобой хотел поговорить капитан, и еще наш компьютерный техник с нетерпением ждет,
когда ты сможешь ходить. - Он испытывающе посмотрел на Семена, словно хотел что-то спросить, но,
вспомнив запрет капитана, не решился. Ганс Фрайенберг пообещал лично оторвать голову любому, кто
хоть словом обмолвится при Семене о целях патрулирования "Ио". Владимир мысленно три раза сплюнул.
Хоть бы их пронесло, как в прошлый раз. Он даже и думать не хотел, что будет, если в этом секторе
обозначится прорыв...
- Ну что, куда ты хочешь попасть сначала, к капитану или в лабораторию? - спросил он, когда
Семен оделся. Опыт подсказывал, что парня нужно увести отсюда, подальше от неподвижного тела его
юной спутницы.
- Я хочу увидеть Андора.
Брови Владимира удивленно взметнулись.
- Андроида, - поправился Семен. - Его зовут Андор.
- Ну что же, Хоули будет рад тебя видеть, - ответил Владимир, запирая дверь медицинского
отсека. То, что Семен не имеет понятия о бортовой субординации, нисколько не удивило его.
"Действительно, а почему бы капитану не подождать своей очереди?" - не без удовольствия подумал он,
шагая вместе с Семеном к шахте межпалубного лифта.
"Ио" имел около километра в поперечнике и почти вдвое больше в длину. Внутреннее пространство
корабля было разделено на десять автономных палуб.
Семен шел по коридорам, впитывая запахи и звуки живого корабля, и ему не верилось, что он
действительно тут, среди людей, и все вокруг не мираж, а самая настоящая реальность...
... На второй палубе корабля находился внутренний космодром.
Они вышли на узкий балкон, обегавший весь периметр огромного зала на высоте десяти метров.
Семен невольно остановился, осматривая стартовые плиты, на которых застыли десять горбоносых АРК.
(АРК - автоматический разведывательный корабль. (Прим. автора.)) Малые корабли, закованные в
серебристую отражающую броню, напоминали хищных птиц со сложенными крыльями, готовых в любую
секунду сорваться с места. Люк одного из разведчиков был открыт, и оттуда на темное покрытие стартовой
плиты падало яркое пятно света...
Владимир тронул его за плечо.
- Ты извини, у меня мало времени.
Семен неохотно кивнул и вслед за медиком свернул в боковой коридор.
В технической лаборатории было пусто.
- Хоули! - позвал Владимир. - Где ты?
Тишина. Он озадаченно огляделся.
Семен внезапно отстранил его, шагнул в глубину лаборатории и опустился на колени перед
громоздким саркофагом, внутри которого в тисках амортизирующих захватов лежал робот-андроид.
Владимир понял, что совершил ошибку. Вид неподвижного робота причинил парню не меньше
страданий, чем восковое тело Яны.
"Почему?! - бился в голове Семена безответный вопрос. - Что случилось с нами на корабле?!" -
Его пальцы безотчетно скользили по прочному прозрачному пластику над телом Андора.
- ... Ты побудь тут, а я посмотрю в соседних мастерских, - дошел до его сознания голос бортового
медика. - Только ничего не трогай, ладно?
Семен машинально кивнул.
Сейчас его интересовал Андор. Стенки транспортного контейнера вмещали в себя целый комплекс
аппаратуры. От многочисленных контактных разъемов к голове робота тянулись кабели интерфейсов и
энерговодов. Два монитора, сияющие хаотичным мерцанием точек, отражали полную беспомощность
систем тестирования и контроля. Андор был мертв...
Пальцы Семена легли на встроенный клавиатурный блок.
Активация...
Когда-то Андор заставил его выучить код доступа и программу полного перезапуска своих систем.
Семен заметил, как дрожат пальцы, и мысленно приказал себе успокоиться. Не хватало еще ошибиться и
запустить неправильную последовательность...
Программа работала. Мерцание точек на правом мониторе сменилось короткой надписью:
"Полная потеря активного заряда. Прошу внешний источник питания".
Это еще был не Андор, но какая-то из его аварийных программ. Семен огляделся. Отсек был пуст, но
ему и в голову бы не пришло ждать. Отключив какой-то прибор, он воткнул в освободившийся разъем
кабель питания транспортного контейнера.
Надпись на мониторе мгновенно сменилась:
"Ждите. Идет зарядка основного накопителя. Переключение на встроенные источники питания через
618 секунд".
Семен присел на край саркофага, наблюдая, как на мониторе бегут цифры обратного отсчета. Он
чувствовал тошноту и слабость...
"И все-таки мы вернулись..." - эта мысль наполняла его восторгом, несмотря ни на что...
Семен встал и склонился над саркофагом, представляя, как Андор выкарабкивается из бездны
небытия, байт за байтом обретая сознание и память...
На панели интеркома внезапно заморгал сигнал вызова. Семен вздрогнул и огляделся. Отсек был
пуст.
Он отжал кнопку связи.
- Эй, Хоули, черт бы тебя побрал! - прорычал скрытый динамик голосом капитана. - У нас
неприятности. Код Альфа двенадцать! Давай пулей на космодром, там Сергей со Спайтом копаются в
седьмом АРК. Чтоб через секунду все были тут!
Динамик щелкнул и отключился.
Семен ничего не понял из тирады Фрайенберга, но приказ был очевиден. Он посмотрел на монитор.
Осталось триста секунд.
"Успею", - решил он, выйдя на балкон космодрома. Люк одного из разведчиков по-прежнему был
открыт, и он не р
...Закладка в соц.сетях
