Жанр: Электронное издание
Norrob28
...аверное, лет тридцать, но он еще в отличном
состоянии. - Рорк ласково похлопал
разноцветного монстра по железному боку. - Только сегодня купил.
- "Полицейские и воры"?
- Да. Я просто не смог устоять.
Машина ответила ему зверским воплем: "Лежать! Мордой вниз! Руки за
голову!", и Ева опять подпрыгнула от
неожиданности. Последний шарик, звякнув, закатился в лунку, и автомат, словно
спятив, замигал разноцветными
огоньками.
- Дополнительный шарик, - удовлетворенно произнес Рорк, отступив на шаг и
расправив плечи. - Впрочем, это
может подождать.
Он наклонился, чтобы поцеловать жену, но Ева оттолкнула его, упершись
ладонью в грудь.
- Не так быстро, игрок! Сначала скажи, какого черта ты звонил Фини?
- Чтобы предложить свою помощь полиции родного Нью-Йорка и выполнить, так
сказать, свой гражданский долг.
Давай кусаться? - Он наклонился и прикусил ее нижнюю губу. - Давай поиграем.
- Не забывай, что главная - я!
- Конечно, дорогая.
- Я имею в виду расследование, умник!
- В расследовании тоже. Поэтому тебе понадобилась информация на
сотрудников театра, а достать ее ты поручила
Фини. Очевидно, тебе в голову не пришло, что эта информация у меня давным-давно
собрана. Но теперь все сделано.
Кстати, у тебя мокрые волосы.
- На улице моросит.
Еве очень хотелось поспорить, но она не знала, к чему прицепиться. Рорк
был полностью прав.
- Зачем тебе понадобилась столь исчерпывающая информация на всех, кто
работает в "Новом Глобусе" и связан с
этой постановкой?
- Затем, лейтенант, что все, кто работает в "Глобусе" и связан с этой
постановкой, работают на меня. - Рорк сделал
шаг назад и взял бутылку пива, которую до этого поставил на панель игрового
автомата. - Видимо, у тебя сегодня был
тяжелый день?
- Да уж!
Рорк протянул ей бутылку. Сначала Ева отрицательно покачала головой, но
потом, пожав плечами, взяла ее и
сделала несколько глотков.
- Я хочу отдохнуть пару часов, чтобы прояснилось в голове.
- Я тоже. И у меня есть отличное средство для этого - пинбол на
раздевание. Ева фыркнула:
- Иди ты!
- Если ты боишься проиграть, я дам тебе фору. - Говоря это, Рорк
улыбнулся: он слишком хорошо знал свою жену.
- Я не боюсь проиграть. - Ева сунула ему в руки бутылку; в ней уже
проснулся боевой дух. - А какая фора?
Все еще улыбаясь, Рорк снял туфли.
- Вот это и еще пятьсот очков за каждый шарик. Учитывая, что ты -
начинающий, это, по-моему, справедливо.
Ева испытующим взглядом посмотрела на автомат.
- Значит, говоришь, ты купил эту штуковину только сегодня?
- Буквально несколько часов назад.
- Играй первым.
- С удовольствием.
В течение следующих двадцати минут Ева проиграла ботинки, носки, кобуру и
теперь проигрывала рубашку.
- Черт возьми! Эта железяка жульничает! - воскликнула она, потеряв
терпение.
- Машина не может жульничать. Просто ты чересчур агрессивна. Позволь, я
помогу тебе. - Рорк принялся
расстегивать ее рубашку, но она оттолкнула его руки.
- Я сама справлюсь! Значит, жульничаешь ты! - Сняв рубашку, Ева осталась
в майке без рукавов, джинсах - и
босиком. - Не знаю, как, но ты мухлюешь!
- А ты не допускаешь мысли, что я просто классный игрок?
- Нет!
Рорк засмеялся и, взяв жену за плечи, повернул ее к себе.
- Я дам тебе дополнительный ход и помогу выбраться. - Он положил свои
руки на ее поверх панели управления. -
Надо не нападать, а маневрировать. Шарик все время должен быть в игре. Вот,
смотри.
Рорк запустил шарик и, наклонившись вперед, стал следить за ним через
плечо Евы.
- Нет, подожди. Не надо давить на все кнопки подряд, да еще с таким
бешенством. Не торопись.
Он нажал на ее пальцы, послав серебристый шарик в ворота, которые
обозначали "стрельбу из автомата".
Машина тут же сымитировала пальбу, разразившись громкими очередями.
- Я хочу туда, к золотой решетке! - Ева была азартным игроком, знала за
собой это и всегда старалась избегать
подобных развлечений.
- Все в свое время, все в свое время... - Рорк прижался губами к шее
жены. - Ну вот, ты уничтожила полицейскую
машину и заработала пять тысяч очков.
- Но я хочу золота.
- Как я тебя понимаю! Что ж, давай попробуем. Чувствуешь мои руки?
Рорк стоял, крепко прижавшись бедрами к упругим ягодицам Евы.
- Это не руки, - откликнулась она.
На его губах появилась широкая улыбка.
- Верно. Вот они. - И он положил ладони на груди жены, почувствовав, как
под тонкой хлопковой тканью ее сердце
пустилось вскачь. - Предлагаю тебе сдаться на милость победителя. Это будет
почетная капитуляция.
- Черта с два!
Рорк поймал зубами мочку ее уха и слегка прикусил. Пальцы Евы вздрогнули
и непроизвольно нажали на кнопки.
Машина взорвалась бравурными звуками.
- Что это? Что... - Ева чуть не подскочила от удивления.
- Ты выиграла золото! Призовые очки и дополнительный шарик. - Рорк
расстегнул верхнюю пуговицу на ее
штанах. - Молодец!
- Спасибо.
Ева слышала, как звенят колокольчики - и в автомате, и в ее голове. Она
позволила Рорку развернуть ее так, что они
оказались лицом к лицу.
- Но ведь игра еще не окончена...
- Далеко не окончена! - Его губы, горячие и жадные, прильнули к ее губам,
ладони, которые уже находились под
майкой, накрыли груди Евы. - Я хочу тебя... Я всегда тебя хочу!
Задыхаясь от желания, Ева дрожащими руками стала расстегивать пуговицы на
его рубашке.
- Ты должен был проиграть хотя бы несколько вещей. На тебе надето слишком
много всего.
- Я это учту.
Желание овладело ими обоими так быстро и властно, что теперь обжигало,
заслоняя собой весь остальной мир.
Тело жены казалось Рорку сокровищем - его ровные линии, округлость мышц,
удивительная чистота и мягкость кожи.
Крепко прижавшись к любимой, он тонул в ней.
А Еве хотелось отдавать. Отдавать все, что у нее есть, все, что у нее
когда-либо будет. Рядом с ним она забывала все
ужасы своего детства, все тяготы своей работы. То, что они снова и снова дарили
друг другу, было ее собственным, только
ей принадлежащим чудом.
Ева опустилась на пол, увлекая Рорка за собой.
- Посмотри на меня...
Его имя застряло у нее в горле, она онемела, почувствовав, как нежные
пальцы скользят по ее телу, проникают в
нее. По коже Евы побежали мурашки, словно серебристые шарики, которые только что
бешено метались под стеклом
игрового автомата.
Рорк увидел, как затуманились ее глаза, а потом вдруг широко открылись и
потемнели.
- Давай... Давай...
Ее пальцы впились в его плечи, по телу проходили судороги, и, когда из ее
горла уже готов был вырваться
яростный крик наслаждения, он накрыл ее рот губами...
- Я не проиграла!
Рорк повернулся и с улыбкой посмотрел на обнаженные ягодицы Евы, которая,
нагнувшись, подбирала с пола свою
одежду.
- А я и не говорил, что ты проиграла.
- Но ты подумал, я же знаю! Мне просто не хватило времени, чтобы
закончить эту дурацкую игру.
- Будем считать, что она отложена. - Рорк застегнул брюки. - Есть хочу!
Давай что-нибудь проглотим?
- Времени нет. Мне нужно работать. Я собираюсь поехать в гостиницу и
осмотреть номер, где жил Драко.
Рорк тем не менее чуть ли не силком притащил жену на кухню и
собственноручно разогрел бифштексы и перловый
суп.
- Я поеду с тобой, - решительно заявил он, когда Ева допила кофе.
- Я тысячу раз просила тебя не вмешиваться! Это дело полиции.
- Разумеется, а я лишь выполняю свой гражданский долг. Впрочем, я это,
по-моему, уже говорил. - Зная, что Ева
наверняка разозлится, Рорк с улыбкой добавил: - В конце концов, этот отель
принадлежит мне.
Понимая, что он хочет позлить ее, Ева предпочла промолчать. "В конце
концов, это же не место преступления, куда
не пускают посторонних, - подумала она. - Так что, если он поедет со мной,
большой беды не будет". Кроме того, ей могли
пригодиться его наблюдательность и ум, хотя вслух она в этом не призналась бы
никогда.
- Ладно, - согласилась Ева, с напускным равнодушием пожимая плечами. -
Только не путайся под ногами.
Рорк послушно кивнул, хотя вовсе не собирался выполнять ее просьбу: иначе
было бы скучно.
- Мы возьмем с собой Пибоди?
- Она - на свидании.
- А-а... С Макнабом?
Ева почувствовала приступ раздражения.
- Она не встречается с Макнабом. - Заметив удивленный взгляд Рорка, Ева с
ожесточением отодвинула от себя
чашку. - Послушай, возможно, в каком-то параллельном измерении, далеко-далеко,
они занимаются сексом. Но они не
встречаются. Вот так!
- Дорогая, рано или поздно обязательно наступает момент, когда дети
улетают из родного гнезда, как бы ни было
обидно маме.
Ева замахнулась на мужа ложкой:
- Заткнись! Я серьезно говорю. Они НЕ встречаются!
В каком-то смысле обшарпанную квартиру Макнаба, расположенную в южной
части Вестсайда, действительно
можно было назвать "параллельным измерением". Это было типичное жилище одинокого
мужчины: бедно обставленное,
напичканное разнообразными спортивными призами, с раковиной, полной грязной
посуды.
Когда ожидался приход дамы, Макнаб обычно пытался хотя бы частично
разгрести повседневный кавардак,
распихивая по шкафам нестираное белье и немытые тарелки. В помещении после этого
все равно оставался стойкий запах
подгоревшей овсянки, но хозяина квартиры это нисколько не смущало. Он гордо
оглядывал результаты своих трудов,
пребывая в твердой уверенности, что навел стерильную чистоту. Ту же операцию
Макнаб проделал и перед приходом
Пибоди.
- Ну и ну! - Он перекатился на спину и хватал ртом воздух, как
выброшенная на берег форель. Рядом с ним в
постели лежала обнаженная женщина, и, даже если сейчас ему было бы суждено
умереть, он предстал бы перед создателем
счастливым человеком. - Сегодня мы с тобой побили все рекорды. Надо записать это
для потомства.
Пибоди находилась на грани обморока, как это всегда с ней случалось,
когда она оказывалась в постели с Яном
Макнабом.
- Я не чувствую ног, - пролепетала она, едва ворочая языком.
Макнаб галантно приподнялся на локте, но, поскольку они кончили в позе
"валета", он видел только ноги Пибоди
от ступней до колен. Колени у нее, надо сказать, были просто загляденье.
- Даю тебе слово, что я их не съел, иначе бы я это запомнил. - Он провел
ладонью по ноге Пибоди и добавил: - Да
вот же они! Обе на месте.
- Слава богу. Они мне еще понадобятся.
Отдышавшись, Пибоди села в постели, посмотрела на профиль Макнаба и уже
не в первый раз задумалась: в какой
же момент она потеряла от него голову? Если бы месяц назад кто-нибудь сказал ей,
что она будет лежать голой в кровати с
Макнабом, Пибоди плюнула бы этому человеку в лицо.
- Как здесь холодно! - пробормотала она, закутавшись в скомканные
простыни.
- Этот пес домовладелец выключил отопление, заявив, что весна на носу и
уже тепло. Можно подумать, что я не
плачу за квартиру! Как только получу зарплату, первым делом куплю обогреватель.
Макнаб широко зевнул и пригладил свои вьющиеся светлые волосы. Пибоди
едва удержалась, чтобы не поиграть с
его чуть рыжеватыми кудряшками. На худом бедре Макнаба красовалась переводная
татуировка, изображающая
серебряную молнию, а в левом ухе - четыре серебряные сережки. Кожа у него была
белой, как молоко, глаза - серыми, как
пыль. Пибоди до сих пор не могла объяснить себе, что привлекло ее в нем. И тем
более - как вышло, что они регулярно и
отчаянно занимаются сексом, а встречаясь на службе, не испытывают по отношению
друг к другу ничего, кроме раздражения.
Она и рада была бы сказать, что ей не по вкусу такой тип мужчин, но беда
в том, что Пибоди и сама не знала, какой
именно тип ей по душе. Ее успех у мужчин носил обычно случайный характер и
вообще был каким-то... кривобоким, что ли.
- Я, пожалуй, пойду.
- Почему? Еще рано.
Макнаб сел в постели и, зазывно глядя на Пибоди, погладил ее по голому
плечу.
- Я изголодался...
- Господи, Макнаб, мы же только что закончили!
- Вообще-то, я имел в виду пиццу. - Он знал ее слабое место. - Давай
подкрепимся.
- Я на диете.
- Это еще зачем?
Пибоди округлила глаза, обмоталась смятой простыней и встала с кровати.
- Как зачем? Чтобы не быть толстой.
- Ты вовсе не толстая. Ты просто крепко скроена. - Проявив завидную
быстроту, он поймал краешек простыни и
сдернул ее с Пибоди. - Очень крепко скроена!
Когда Пибоди нагнулась, чтобы поднять простыню с пола, Макнаб спрыгнул с
постели, обхватил ее сзади за талию
и прижался так крепко, что она испугалась.
- Ну ладно, давай перекусим, а там видно будет.
- Прекрасно! У меня есть неплохое вино.
- Если это то же самое вино, которым ты поил меня в прошлый раз, я лучше
попью из унитаза.
- Нет, это другое. - Он поднял с пола свой оранжевый тренировочный костюм
и натянул на себя. - Хочешь, дам тебе
какие-нибудь штаны?
Когда Пибоди услышала такое предложение, ей захотелось отхлестать его по
щекам.
- Макнаб! Я не влезла бы в твои штаны даже в возрасте двенадцати лет, а
теперь и подавно. У меня задница шире,
чем у тебя плечи.
- Это верно, - поспешно согласился Макнаб. - Ну ладно, мне нравятся
полные женщины - особенно в полицейской
форме. - Ему каждый раз приходилось уговаривать ее остаться после первого
"сеанса связи".
Макнаб отправился на кухню и достал из холодильника бутылку вина, которую
он купил накануне, предвкушая
очередное свидание с Пибоди. Он часто думал о ней, слабея от этих мыслей. Когда
ему удавалось удержать ее в постели, все
было хорошо: он не задумывался о своих словах, а все действия происходили сами
собой.
Сунув пиццу в духовку, Макнаб вытащил из ящика стола штопор. Это
проклятое вино обошлось ему в два раза
дороже, чем то пойло, к которому он привык. Но когда тощему парню вроде него
приходится конкурировать с изощренным
в своем деле красавцем жиголо, не остается ничего другого, как идти на жертвы.
Он не сомневался, что Чарльз Монро -
знаток тонких вин. Они с Пибоди, наверное, принимают ванны из шампанского...
Представив себе эту картину, Макнаб разозлился и, чтобы успокоиться,
залпом выпил полбокала вина, а затем
обернулся, услышав, как из спальни вышла Пибоди. Она была в форменных штанах и
рубашке, расстегнутой у горла, и
Макнабу до боли захотелось поцеловать ее туда - в то место, где из-под грубой
хлопковой ткани виднелась нежная кожа.
Дьявольское наваждение!
- Что с тобой? - спросила она, заметив выражение страдания на его лице. -
Пиццы не оказалось?
- Отчего же? Сейчас будет готова. - Макнаб протянул ей бокал вина. - Я
думал... о работе.
- Мм-м... - Пибоди отпила вина и вытянула губы, наслаждаясь его сладким
вкусом и нежным ароматом. - Вот это
совсем другое дело! А что у тебя на работе? Собираешь информацию на свидетелей
по делу Драко?
- Все уже сделано и отослано Даллас.
- Быстро сработали.
Макнаб только пожал плечами. Зачем ему было рассказывать, что вся
необходимая информация буквально
свалилась ему в руки от Рорка?
- Наш отдел всегда работает на совесть. Хотя этот случай - особый. Даже
после того, как список подозреваемых и
свидетелей отфильтруют, в нем все равно останется очень много имен. Представь
себе, на глазах у тысяч людей парню в
сердце всаживают нож!
- Мне ты можешь не объяснять. Нам всем предстоит еще та работка.
Пибоди сделала еще глоток и уселась в кресло. Она вдруг осознала, что
здесь, в кошмарном бедламе Макнабова
логовища, чувствует себя не менее уютно, чем в собственной чистенькой квартирке.
- Ты знаешь, мне кажется, что-то происходит, - сказала она неожиданно для
себя.
- Всегда что-то происходит, - философски заметил Макнаб.
- Нет, сейчас - что-то необычное. - Уткнувшись носом в бокал, Пибоди
боролась с собой. Ее распирало. Она
чувствовала, что если прямо сейчас не расскажет ему о встрече в "Голубой белке",
то буквально взорвется. - Слушай,
хочешь, я расскажу тебе кое-что? Только по секрету!
- Какие проблемы?! Валяй.
Поскольку пиццу можно было ждать не раньше чем через десять минут, Макнаб
открыл пакет с соевыми чипсами
и устроился на ручке кресла, в котором сидела Пибоди.
- Так что там у тебя за тайна?
- Честно говоря, сама не знаю. Надин Ферст настояла на встрече с
лейтенантом. Она просто разваливалась на куски!
Я имею в виду Надин. - Пибоди рассеянно сунула руку в пакет с чипсами. - Я ее
такой еще никогда не видела. Эта встреча
была личной. И очень серьезной. Они отослали меня в другой конец комнаты, но я
видела их лица. А потом Даллас не
сказала мне ни слова.
- Подумаешь! Может, у них просто какие-то свои дела.
- Надин не стала бы так яростно настаивать на встрече, если бы не
оказалась в беде. - В некоторой степени Пибоди и
себя считала подругой Надин, поэтому сейчас ее грыз изнутри какой-то червячок. С
какой стати ее отослали, будто
маленькую девочку?! - Я думаю, это каким-то образом связано с делом Драко. Но
почему Даллас ничего мне не рассказала?
Она должна доверять мне!
- Может, я попробую разузнать об этом?
- Я и сама могу попробовать. Мне не нужна помощь отдела электронного
сыска.
- Дело твое.
- Не лезь в это! Я сама не знаю, для чего рассказала тебе все это. Меня
что-то точит. Надин - моя подруга. По
крайней мере, так считается.
- Ты просто ревнуешь.
- Чушь собачья!
- Ревнуешь, ревнуешь! - Макнаб обнял Пибоди за плечи. - У Даллас и Надин
появились какие-то свои дела, в
которые они тебя не допускают, вот ты и ревнуешь.
Пибоди спихнула Макнаба с ручки кресла.
- Ты дурак!
- Эй, поосторожнее! - весело откликнулся он. - Будешь обзываться - не
получишь пиццу.
ГЛАВА 6
Рорк наблюдал за тем, как Ева вынула универсальный электронный ключ и
провела им в прорези замка пентхауса
А.
- Ничего не трогай и не вертись у меня под ногами, - предупредила она.
- Дорогая, ты повторяешься.
Она обернулась и посмотрела мужу в глаза.
- Я повторяюсь потому, что ты никогда не слушаешься.
Ева открыла дверь, и они вошли внутрь.
- Не понимаю, почему человек, который в основном живет и работает в НьюЙорке,
предпочитает снимать номер в
отеле вместо того, чтобы купить собственный дом.
- Во-первых, ради выпендрежа. Чтобы про него говорили: "Представляете,
когда мистер Драко бывает в НьюЙорке,
он снимает целый пентхаус в "Палас-отеле"!" Во-вторых, удобство: по
первому мановению мизинца для тебя
сделают все, что бы ты ни пожелал. И в-третьих - возможно, это главное, - полное
отсутствие какой бы то ни было
ответственности. Все, что вокруг, тебя не касается, это чьи-то чужие проблемы, а
не твои.
- Судя по тому, что я слышала о Драко, последнее объяснение наиболее
правдоподобно.
Ева огляделась. Кругом царила невероятная роскошь. Впрочем, чему тут
удивляться, если все здесь принадлежало
Рорку?
Гостиная была необъятной - обтянутые розовым шелком стены и
куполообразный потолок, расписанный сложным
узором из фруктов и цветов. На трех бархатных диванах винного цвета лежало
множество светлых подушек, напоминавших
топазы. Старинные деревянные столы были отполированы до зеркального блеска - так
же, как и полы. Ноги по щиколотку
утопали в ковре, рисунок которого точь-в-точь повторял роспись на потолке.
Одна из стен была стеклянной, и за ней, словно рождественская елка,
переливался огнями огромный Нью-Йорк и
тянулся длинный балкон, уставленный каменными вазами с живыми цветами. В одном
конце гостиной сияло
лакированными боками белоснежное пианино, в другом за резными деревянными
панелями скрывался домашний
кинотеатр.
- Видимо, после того, как он отправился в театр, сюда приходили уборщики,
- проговорил Рорк. - Я могу
распорядиться, чтобы вызвали бригаду, которая работала в тот вечер, и они
расскажут, в каком состоянии было помещение.
- Да, - рассеянно ответила Ева. Зная Надин, она могла предположить, что в
тот вечер помещение выглядело так,
будто по нему прошел торнадо.
Ева подошла к деревянным панелям, раздвинула их, и ее взгляду предстал
гигантский экран.
- Поглядим, чем он развлекался перед смертью, - пробормотала она и нажала
на кнопку воспроизведения
видеомагнитофона. Экран вспыхнул, и на нем появилась обнаженная парочка,
исступленно занимавшаяся любовью на
простынях черного цвета. - Почему только мужикам так нравится наблюдать, как
трахаются другие?
- Мы все - озабоченные, испорченные и слабые. Прости нас.
Ева рассмеялась. Между тем парочка перевернулась, теперь женщина смотрела
прямо в камеру, и Еве стало не до
смеха.
- Господи боже мой! Да ведь это же Надин! Надин и Драко!
Рорк сочувственно положил руку на плечо жены.
- Эта запись была сделана не здесь. Тут нет таких спален. И прическа у
Надин другая. По-моему, этой записи не
один год.
- Мне придется забрать кассету в качестве вещественного доказательства.
Господи, порнографическая запись с
участием ведущей тележурналистки Нью-Йорка - в качестве вещдока на процессе об
убийстве! За что мне все это?!
Ева остановила воспроизведение, вынула кассету из видеомагнитофона и
положила ее в пластиковый пакет.
- Черт! Черт! Черт!
Она принялась метаться по комнате, словно животное, попавшее в клетку.
Как сложно все с этим клубком
межличностных отношений! Надин рассказала ей свою историю доверительно, как
другу. А человек, который сейчас стоит
рядом и терпеливо ждет, ее муж. Ева всей душой ненавидела, когда в ее
расследования оказывались замешаны близкие
люди. Если она расскажет Рорку о Надин, будет ли это означать, что она предала
свою подругу? А если не расскажет,
получится, что она не доверяет мужу...
Как, черт возьми, люди в течение всей жизни пробираются сквозь эти
джунгли запутанных, словно лианы,
взаимоотношений?
- Ева, милая, - услышала она участливый голос Рорка и замерла как
вкопанная посередине комнаты. - Ты сама себе
устраиваешь головную боль. - Он словно прочитал ее мысли. - Позволь мне
облегчить твои терзания. Не считай себя
обязанной рассказывать мне то, от чего ты чувствуешь себя неловко.
Ева сощурила глаза и внимательно посмотрела на мужа.
- Мне почудилось, что в конце последней фразы ты хотел поставить слово
"но".
- У тебя очень острый слух. НО, увидев эти кадры, я понял, что когда-то у
Надин и Драко был роман. А учитывая
твою нынешнюю нервозность, я догадался, что между ними что-то произошло совсем
недавно.
- О, черт!
Кончилось тем, что Ева собралась с духом и поведала Рорку всю историю
Надин - от начала до конца.
Рорк внимательно слушал, а когда Ева закончила рассказывать, он осторожно
заправил ей за ухо выбившийся
локон и сказал:
- Ты очень верный друг.
- Не надо говорить таких вещей, они действуют мне на нервы!
- Хорошо, я скажу иначе: Надин не имеет никакого отношения к убийству
Драко.
- Я это знаю, да и улик против нее никаких нет. Но для нее эта история
все равно станет ужасной трагедией. Ну
ладно, что еще есть в этих хоромах?
- Ах да. Если мне не изменяет память, кухня - там, - показал Рорк. - А
также кабинет, ванная комната, спальня, еще
одна ванная.
- Начну с кабинета. Первым делом залезу в компьютер и просмотрю его
электронную почту. А ты, если тебе не
трудно, сделай мне одолжение: собери оставшиеся видеокассеты. Мы возьмем их с
собой.
- Есть, лейтенант.
Ева моргнула от неожиданности, но ничего не сказала.
Она действовала методично и скрупулезно. Рорк любил смотреть на жену,
когда она работает: его восхищала
точность, концентрация и железная логика ее действий. Если бы еще года два назад
Рорку сказали, что полицейский за
работой может выглядеть сексуально, он бы либо рассмеялся, либо обиделся.
- Перестань таращиться на меня!
- А разве я таращусь? - улыбнулся он.
Ева решила не размениваться на мелочи.
- Очень много и входящей, и исходящей почты. Если бы я была
психоаналитиком, я бы сказала, что этот человек
совершенно не мог находиться один на один с собой. Ему был необходим постоянный
контакт с людьми. В его почте,
впрочем, нет ничего из ряда вон выходящего. Разве что оптовые закупки через
Интернет: восемь пар туфель, три вечерних
костюма...
- Я ни за что не стал бы покупать вечерние костюмы через Интернет. В
таких делах главное - примерка.
- Ага! Вот письмо к его агенту. Судя по всему, наш мальчик выяснил, что
его партнерша будет получать такую же
зарплату, как он. Его это оскорбило до глубины души, и он требует у своего
агента пересмотреть контракт и выбить для него
более высокий гонорар за каждый спектакль.
- Да, я знал об этом. Ему вежливо показали кукиш.
Ева подняла удивленный взгляд на мужа.
- Вы ему отказали?
- Малышей обычно сажают в манеж, чтобы они не проказничали, - мягко
сказал Рорк. - Для него таким манежем
был контракт, за рамки которого он не мог выйти. Мы это предусмотрели заранее,
поскольку было известно, что объем
запросов у него невероятный.
- А ты не прост. Крепкий орешек!
- Еще бы.
- Он не стал скандалить с вами по этому поводу?
- Нет. Может, и собирался, но не успел. Дело обстояло так: его агент
пришел к моим адвокатам, они - ко мне, а я
отказал. Вот и все.
- Это делает тебе честь. Теперь я хочу осмотреть спальню.
Ева прошла мимо Рорка, миновала небольшой коридор и открыла дверь,
ведущую в спальню.
Кровать была большой, словно аэродром, над ней висел балдахин из тонкой
полупрозрачной ткани серого цвета,
напоминавшей туман. Ева заглянула в примыкающую к спальне гардеробную и была
поражена обилием одежды и обуви. В
зеркальном шкафчике стояли ряды бутылочек и баночек: духи, дезодоранты, кремы
для рук и лица, присыпки...
- Итак, что мы имеем? Тщеславный, жадный, эгоистичный, самовлюбленный,
неуверенный в себе и ненадежный
человечишка.
- Не стану спорить с твоей характеристикой. Однако все перечисленные
тобой качества могут являться причиной
разве что антипатии, но не мотивом убийства.
- Иногда мотивом убийство оказывается то, что у жертвы были две ноги и
два уха. - Ева вернулась в спальню. -
Человек с таким раздутым "эго" и неуверенностью в себе вряд ли часто ночевал в
одиночестве. Драко трахал Карли
Лэндсдоун, и наверняка у него на примете имелась другая женщина, которая должна
была занять ее место. - Ева медленно
выдвинула ящик прикроватной тумбочки. - Ну и ну! Погляди-ка на эту коллекцию
игрушек.
Ящик был разделен на секции, а каждая из них битком набита различными
эротическими приспособлениями,
предназначенными для того, чтобы
...Закладка в соц.сетях
