Жанр: Электронное издание
MOON
... Мы опорожнили наши бокалы, которые Феликс наполнил вторично.
этот коктейль молочного цвета, основу которого составляла смесь различных
вин со свежим кремом, имел еще другой привкус.
Что же касается его действия, то вскоре мы могли убедиться, что мадам
Иоланда Де Сент-ив Де Кернес не обманула нас.
Г л а в а i v
Номер, который мне предоставили, оказался очень комфортабельным, но
весьма своеобразно устроенным. Действительно, я никогда не видела так
странно отделанной комнаты. Стены и потолок были почти полностью покрыты
зеркалами. Весь пол был застлан толстым ковром, заглушающим звуки шагов.
кресла были затянуты черным бархатом, так же, как и необьятная,
потрясающая, величественная кровать...
Я чувствовала себя очень неловко в этой комнате, от которой веяло
чем-то очень тревожным. Она, казалось, была заполнена испарением,
эманацией чего-то волнующего и неопределенного. Все это красное и черное
ассоциировалось с кровью и колдовским мраком преисподней. И эти зеркала,
бесконечно повторяющие мое изображение, ввергали меня в какое-то
оцепенение, от которого я была не в силах освободиться.
-Ничего страшного,- сказала я себе. - Не поддавайся впечатлению, моя
маленькая Симона! Это всего лишь на одну ночь!
Стараясь не обращать внимания на странность обстановки, я быстро
разделась, чтобы принять ванну. После того, как я понежилась в ванне и
приняла душ, ко мне вновь вернулось прекрасное расположение духа. Я
почувствовала себя полной сил. Было ли то действием ванны или знаменитого
коктейля, достоинства которого так расхваливала мне Иоланда Де Сент-ив? Во
всяком случае, дивное чувство охватило меня. Приятная теплота
распространялась из самой глубины моего тела, а если быть точной (почему
бы не признаться в этом), из моего интимного местечка. Вся моя плоть испытывала
восхитительный прилив сил. Я вытерлась и, не одеваясь, быстро вышла
из ванной комнаты.
В комнате силуэт моего обнаженного тела, во множестве повторенный
многочисленными зеркалами, показался мне на этот раз более
привлекательным, чем раньше. Все мое беспокойство, все мои страхи, которые
владели мной в этой странной комнате, полностью испарились. Стоя перед
зеркалом, я начала расчесываться. Мои пышные волосы каскадом ниспадали на
обнаженные плечи и я перекинула их на груди... Легко касаясь сосков, они
щекотали их, доставляя мне невыразимо сладострастное наслаждение, похожее
на то, что предшествует оргазму... Я не могла не признаться себе, что я
очень хороша. Мои ноги совершенных очертаний, также как и бедра, и грудь,
были в прекрасной форме женщины моего возраста, и даже более молодые могли
бы позавидовать их упругости. Мой выпуклый живот и лобок, обрамленный
густой порослью, были превосходны. Моя тонкая талия подчеркивала
совершенные линии бедер. Что же касается ягодиц, то они красовались в
многочисленных зеркалах и мне не надо было изгибаться, чтобы полюбоваться
их округлостью и прекрасными очертаниями.
Внезапно у меня закружилась голова. Я отложила свой гребень. Все мое
существо охватила ккакая-то теплота. Я стала гладить себя, проводя руками
по всем линиям моего тела, ощущая эластичность моей плоти, тонкость и
нежность кожи. Я провела руками вниз вдоль боков, потом погладила живот,
лобок, играя волосами. Я заканчивала эту прогулку тем, что плотно
обхватила свои груди. Они были очень твердые. Соски вздулись, как будто их
щекотал любовник, когда я снимала бюстгалтер! Я начала сожалеть о том, что
я одна в этой комнате... Одна... Ну почему я не сказала моему прекрасному
маклеру, чтобы он пришел ко мне?.. Или, еще лучше, чтобы Иоланда составила
мне компанию. Мне стало хорошо и приятно при мысли, не становлюсь ли я
внезапно лесбиянкой.
- Свинья ты, - выговаривала я себе. И поклялась, что после обеда
вознагражу себя с Робертом, хозяйкой... Лицо прекрасного мулата возникло
предо мной. Если он так хорошо вооружен, как представляет предположить его
фигура... Нет, ты сходишь с ума, моя девочка... А почему, собственно? В
глубине души я не находила оснований, чтобы хранить верность Жерару... На
борту его яхты, наверняка, перебывало множество девушек и он не спрашивал
моего разрешения, чтобы переспать с ними.
Не переставая ласкать себя, я закрыла глаза и представила себе, что Я
уже не одна. Сзади меня находился мужчина со своим прекрасным тугим зебом,
который в одно и то же время скользил между моими ягодицами и вонзался в
меня спереди. Сначала у него было лицо Жерара, потом маклера, затем
крестьянина, который покрывал меня на сене... Наконец оно превратилось в
черное лицо Феликса - бармена, который поразил мое воображение. Его
большие черные губы целовали меня повсюду, опускались на мои груди, под
живот, проникали в мою раковину, которую я открыла как можно шире, чтобы
он мог засосать мой клитор. "о, дорогой... Соси меня лучше, войди в мен
я... И насади на свой прекрасный черный зеб..." обезумев от удовольствия,
я бредила в эротической горячке, на которую не считала себя способной. Мои
пальцы играли с волосами, раздвигая щель, искали клитор, который я начала
неистово теребить.
"ах, я схожу с ума, дорогой! Возьми меня, войди до конца, чего же ты
ждешь?" я засунула два пальца внутрь... "а-аах, дорогой, как прекрасен
твой зеб..."
В своем безумном месте я начала царапать нежную ткань моего влагалища
своими длинными острыми ногтями. Под действием этой боли я пришла в себя и
смогла трезво оценить ситуацию. Чем это я тут занимаюсь?! Уже давнымдавно,
со времен лицея, я не предавалась онанизму. В этот вечер моя плоть словно
сошла с ума! Я попробовала отогнать от себя это эротическое наваждение и
стала готовиться к обеду. Сначала я надела чулки, затем пояс с подвязками,
отороченый черными кружевами. Он имел то преимущество, что совершенно не
был заметен под одеждой и абсолютно не стеснял движений. Иоланда де
сент-ив подумала обо всем. На кровати лежал приготовленный для меня
пеньюар.
Прикрепив чулки, туго облегающие мои ноги, я натянула нейлоновые
трусики, также отороченые кружевами. Затем, чтобы не видеть себя в таком
возбуждающем виде, я накинула пеньюар.
И тут я увидела книгу... До сих пор она была скрыта темно-голубым
пеньюаром. Это был том "ин-карто", богато переплетеный, в каштанового
цвета коже. Обрезы страниц были позолочены, как на подарочных книгах моего
детства. Из любопытства я раскрыла ее... Заголовок гласил:"задний проход
ирены"! Что же касается автора, то я не поверила своим глазам! Я всегда
думала, что этот писатель, известный поэт левого направления, был более
серьезным автором.
Листая книгу я напала на серию сенсационных иллюстраций! Я знала о
существовании таких книг, но впервые видела ее своими глазами. Откуда она
взялась? Конечно, книга появилась здесь не сама по себе. Вполне возможно,
что Иоланда положила ее под пеньюар в мое отсутствие. Я улеглась животом
на кровать и углубилась в чтение. Сначала я внимательно изучила все
иллюстрации. Они были выполнены на высоком профессиональном уровне И
необычайно эротичны. Сила их воздействия была неописуема и превосходила
даже впечатление от порнографических фотографий, которые уже побывали у
меня в руках. Все наиболее интимные детали сексуальных сцен были поданы
крупным планом, а выражения лиц участников передавали сладострастие,
овладевшее ими. Некоторые позиции требовали акробатического искусства от
мужчин, женщин, детей и даже животных, соединившихся в них. Среди других
иллюстраций был, например, показан громаднейшего размера зеб, наполовину
погруженный во влагалище монашки, задравшей до живота свою рясу. Я
принялась изучать текст... Мало-помалу я прониклась чувствами и настроениями
персонажей книги. Это была другая форма эротического миража,
овладевшего мной. Мне казалось, что герои книги ожили и вовлекают меня в
свои распутные и бесстыдно сладострастные игры. Вся моя плоть
воспламенилась при воспоминании о сценах, приведенных в эротической книге
как на рисунках, так и в тексте.
Мои груди, набухшие до боли, упирались в черный бархат, покрывающий
необьятную кровать. Мои бедра инстинктивно колыхались в ритме любви, в
ритме полового акта во всем своем возвышенном бесстыдстве. Я не могла бы
сдерживать свое желание...
Просунув руку под живот и раздвинув пеньюар, я начала ласкать себя,
твердо решив довести до конца то, чем я занималась перед зеркалом. Мое
влагалище увлажнилось так же, как под долгими ласками моего любовника
Жерара, сводящего с ума своим проворным языком мой клитор. Меня больше не
могли сдержать ни щепетильность, ни самоуважение. Я превратилась в массу
трепещущей плоти, жаждущей удовольствия и плотского, животного
наслаждения. Щекоча одной рукой клитор, другой я продолжала перелистывать
страницы книги, находя ее все более и более интересной.
Внезапно три легких удара в балконную дверь заставили меня
привскочить от неожиданности.
- Кто там? - Воскликнула я, смущенная и одновременно раздосадованная
тем, что меня отвлекли от моего интимного занятия прежде, чем я довела
себя до оргазма.
- Это я... Роберт,ваш попутчик... Я вам помешал?
- Нет, нет, - вскричала я живо. Я быстро захлопнула книгу и оправила
пеньюар, чтобы встретить маклера в более приличном виде. Я была
обрадована. Наконец-то мужчина. Это все же лучше, чем палец во влагалище,
пусть даже искусно ласкающий.
Я пошла открывать своему вечернему посетителю,.. Твердо решив быть
сговорчивой и даже поощрить его, если приличное воспитание помешает ему
положить руку на мой лобок и взять меня гусарским приступом - меня, корая
так изнывала от желания.
- Как вы прошли ? - Спросила я, удивленная тем, что он появился не со
стороны коридора.
- Через балкон, естественно. Мне пришлось лишь перепрыгнуть через
барьерчик.
Роберт был одет, как и я, в домашний халат, но из настоящей
шотландской шерсти в крупную клетку, как плед.
- Я хочу показать вам кое-что, - сказал он таинственным голосом. Его
глаза странно блестели. Я едва сдержала радостный возглас, увидев, что его
халат оттопыривается в том месте фигуры, которое не оставляло никаких
сомнений в его чувствах. И этот величайший идиот изогнулся, как олень, не
осмеливаясь показать мне свой зеб, внушительную твердость которого я уже
чувствовала, когда он прижимался к моему заду на сеновале.
- Что же вы хотите мне показать, дорогой месье Вандерберг ? - Эту
книгу... И он протянул мне томик, который прятал до того за спиной. Одного
взгляда было достаточно, чтобы понять, какого рода была эта книга! Только
заголовок отличался: это была знаменитая "Галиани" Альфреда Де Мюссе,
также иллюстрированная редкостными гравюрами. Безо всяких комментариев я
протянула в ответ "Задний проход Ирены".
- Я могу услужить вам тем же, дорогой!
Он испустил изумленное восклицание, слишком громкое, чтобы быть
правдивым...
- Как, у вас также ?
- О, да...
- Никакого сомнения, - произнес мой элегантный сорокалетний холостяк,
что мы попали в забавное местечко. Я слышал о том, что в сша в каждом
номере отеля можно найти библию, но я впервые вижу, чтобы к услугам
клиентов предоставлялась букинистическая порнография! Но это хорошо
соответствует обстановке.
- Обстановке? - Спросила я смущенно.
- Неужели вы не задавались вопросом: с какой целью здесь такое
изобилие зеркал?.. И почему мебель и кровать покрыты черным бархатом?..
Моя комната обставлена так же, как и ваша. Вам не кажется это странным?
Вам не приходилось слышать о возбуждающем действии, которое может быть
достигнуто такого рода хитростями?
Я покраснела...
Смутно вспоминая некоторые лекции и интимные женские разговоры, я
немного смутилась, обнаружив, что попала в распутное место или, попросту
говоря, в бардель. Я попыталась спасти свою репутацию перед Робертом.
- Надо сейчас же уйти отсюда! - Вскричала я искренне.
- О, нет, - живо возразил плут, - куда вы пойдете в такой поздний
час? и потом, чем, в сущности, мы здесь рискуем? Ничем, и, может быть у
вас появится возможность узнать кое-что интересное. Вы же сами мне
говорили, что вы не "синий чулок". Неужели вам не любопытно, Симона? Такой
случай может больше не представиться... Но я не хочу вас принуждать или
соблазнять этим приключением в пристанище самого тайного эротизма.
Я продолжала лицемерно протестовать, в то время, как он пиближался ко
мне с горящими глазами, губами лакомки, а его признак мужественности, до
краев наполненый теплой силой, приподнимал его халат. Я даже произнесла
про себя:"ну почему же он медлит пустить в ход свой зеб, который должен
быть твердым как пика?".
Внезапно (и наконец-то) он бросился на меня и обвил своими руками. Я
сделала вид, что сопротивляюсь, но он прошептал мне хриплым голосом,
задыхающимся от сдерживаемого желания:
- Ах, Симона, к чему отказываться от удовольствия, когда оно само
идет в руки?
Одной рукой он обхватил меня за талию и крепко прижал к себе. Я
почувствовала крепость его члена на своем животе. Его рот искал мой.
Наконец он впился в него. У него были подвижные, ласковые и искусные губы.
Я решила, что достаточно посопротивлялась и ответила на его ласки,
отдавшись его поцелуям. Наши языки сладострастно сплетались друг с другом.
рукой он скользнул под мой пеньюар и приоткрыл мне плечи. Чтобы перевести
дыхание, его влажный и алчный рот прикоснулся к впадине на моем затылке,
скользнул между моими грудями, обхватил один сосок, затем другой. Он сосал
их,щекотя кончиком своего языка.
Это было восхитительно, а через ткань я чувствовала волнующее и
чрезвычайно возбуждающее прикосновение твердого члена. Это прикосновение
необыкновенно усиливало мое желание, и я едва сдерживалась, чтобы не
расстегнуть его халат, схватить член и ззсунуть себе его внутрь. Как
девушка на сеновале, я шептала:
- Целуй меня еще... О, дорогой... Возьми меня...
Мужчина снова впился в мои губы. В тоже время он просунул свое колено
между моими бедрами. Потом рука, ласкавшая мои плечи и груди, атаковала
мой халат с другой стороны, приподняв его и обнажив бедра до живота. Эта
проворная рука начала ласкать округлости моих ягодиц. Затем эта плутовка
прокралась в расщелину между ногами... Один палец коснулся моей маленькой
дырочки... Мое тело как будто пронзил электрический разряд. Я хотела
устраниться от этой ужасно грязной ласки, на которую считала себя
неспособной.
Рука неотвратимо спускалась по впадине и проскользнула между бедрами,
широко раскрытыми коленом Роберта, хотя я не испытывала никакого желания
их сдвинуть... Его пальцы прошлись вокруг моего отверстия и лишь потом
скользнули в саму щель...
- Как ты влажна, моя маленькая Симона, - произнес маклер, переходя на
ты (в данной ситуации обращаться на "вы" было бы просто смешно).
Признайся, что ты хочешь так же, как и я. Ведь ты хочешь, чтобы я пронзил
тебя, вогнал в тебя свой большой зеб?.. Ты знаешь, он так прекрасен... Он
красив, тверд и готов войти в твою маленькую дырочку. Хочешь, я тебя
поласкаю?!
Произнося эти слова, которые буквально кружили мне голову, обещая
бесконечное наслаждение, Роберт ввел свой указательный палец внутрь,
засунув его как можно глубже. Он начал двигать им как маленьким членом.
Все мое существо взорвалось.
- О, нет, дорогой! Не так! -Вскричала я , обезумев. Одним страстным
движением я вырвалась и шагнула назад. Пытаясь снова притянуть меня к
себе, он зацепился за нейлоновый пеньюар и сорвал его с меня. Я предстала
перед его восхищенным взором во всем блеске своей наготы. На мне
оставались лишь чулки и пояс, образующий дугу из черных кружев над
треугольником моего пухлого лобка.
- Ах, как ты прекрасна, Симона! - Воскликнул маклер. Он отступил
назад, чтобы иметь возможность рассмотреть меня целиком, прищурив глаза,
как любитель, рассматривающий картину. Потворствуя его желанию, в высшей
степени возбужденная, я вся изогнулась. Я извивалась, принимая похотливые
позы: живот вперед, груди кверху, бедра расставлены и так далее. Меня
охватил настоящий приступ желания показать себя. Безумный взгляд мужчины
оглядывал мое тело в многочисленных зеркалах, в которых я представала ему
в различных ракурсах. Он мог рассматривать меня со всех сторон сразу. Я
захотела снять чулки, но он остановил меня:
- О, нет! Останься так! Это более возбуждающе!
Я видела, что он еще не насытился любоваться мной, но у меня обмякли
ноги и все мое нутро горело в огне желания. Поэтому я растянулась на
черном бархате кровати и приняла серию поз, провоцирующих одна более
других, подчеркивая их томность и извращенность.
Желание мужчины достигло параксизма, но Роберт все еще сдерживался.
Он знал, что удовольствие от страсти неизмеримо усиливается, если
сдерживать себя до самых границ терпения. Все еще разглядывая, но не
касаясь меня, он шептал:
- О, любовь моя! Как ты превлекательна! Как прекрасны твои ягодицы! А
твой великолепный пышный лобок! Ты увидишь, как я буду тебя ласкать,
ласкать, ласкать, - повторял он хриплым голосом, с глазами, почти вылезшими
из орбит. Пользуясь тем, что он неподвижно застыл в ногах кровати,
очарованый прелестями моего тела, которые я выставляла ему напоказ, я
передвинулась так, что моя голова оказалась на уровне его бедер. Обеими
руками я схватила полы его халата и одним внезапным, но давно задуманным
движением распахнула его!
Напряженный зеб самца триумфально взвился в трех сантиметрах от моего
лица. Я не смогла сдержать восхищенного возгласа:
- Ах, как он прекрасен!
И это была правда! Его зеб был действительно восхитителен! Большой,
очень твердый, с приоткрытой головкой. Никогда я не видела члена таких
внушительных размеров и так прекрасно сложенного.
- О, мой дорогой! Знаешь, ты мне очень нравишься. (в умилении я
взвесила на ладони очень полные яйца).
- Все это для тебя, дорогая. И в этих больших сливах, которые ты так
хорошо ласкаешь, еще много останется в запасе. Можешь мне поверить! -
сказал мой сорокалетний обаятельный повеса.
Я приподняла руку, чтобы заключить в свой рот этот прекрасный, очень
теплый трепещущийся член. Оттянув крайнюю плоть, я полностью приоткрыла
блестящую головку фиолетового цвета, готовую, казалось, вот-вот лопнуть,
как переспелый плод. Сверкающая капелька выступила на кончике и упала на
ковер... Я не смогла отказать себе в удовольствии похолить этот
великолепный член. Я начала с нескольких легких поцелуев, касаясь члена
лишь кончиками губ. Затем вступил в дело язык, очень осторожно пройдясь
вокруг узла. Мужчина застонал, издав серию многообещающих вздохов...
- Ох, как нежны и проворны твои губы! Как ты хорошо делаешь,
душенька! - лепетал он. Тогда моя рука полностью освободила этот
восхитительный зеб, чтобы подвергнуть его алчной ласке моего жадного рта.
Я провела кончиком моего языка вдоль уздечки. Это вызвало у Роберта
новые стоны удовольствия. Я приготовилась с удовольствием проглотить всю
эту колонну пылающей плоти и не отпускать ее до тех пор, пока не высосу из
нее все соки, но мужчина резко отклонился и вырвался. Раздосадованная тем,
что лакомая добыча улизнула от меня, я обзывала его про себя слабоумным. Я
так хорошо рассчитала позицию, что ему оставалось лишь наклониться, чтобы
отдать ответную дань нежности моему влагалищу. Я умирала от желания, чтобы
он поцеловал меня там, улегшись валетом... Он не знал, что теряет, этот
идиот.
Я не знала, что у месье припасена в голове другая идея... Несколько
позднее я удостоверилась в том, что это была прекрасная идея, лучше моей и
мне пришлось изменить свое суждение..
Да! У меня оказался достойный партнер. Спасши свой драгоценный
инструмент от моей похотливой ненасытности, он обошел вокруг кровати и
остановился как раз напротив того места, которое так жаждало ласки.
Быстрым движением он скинул халат и предстал передо мной совершенно
обнаженным. Он показался мне сверкающим архангелом во всей своей лучистой
и мужественной наготе.
- Наконец-то он войдет в меня, - сказала я себе. Я широко раскинула
бедра и изогнулась в пояснице жестом полной готовности к этому. Но он,
вопреки моему ожиданию, имел другие намерения. Ухватившись за лодыжки,
подтащил меня к себе до самого края кровати. Затем, продев свои руки под
мои ягодицы, он просунул пальцы во впадину между ними и начал расширять их
насколько мог. Я спросила себя, куда же он хочет войти...
Внезапно я испытала ужасное потрясение: он ввел два средних пальца в
самую глубину моего заднего прохода. Его пальцы начали извиваться там, как
чертенята, которых окропили святой водой. Самое интимное место моего тела
испытывало не боль, но необычайное возбуждение! Роберт все время отдавал
себе отчет в том, что у меня очень чувствительный и сладострастно
восприимчивый аннус, и теперь пользовался этим. Он крепко вцепился в меня
и я не могла больше ускользнуть от него... Мне оставалось только терпеть
эту извращенную ласку, которая буквально сводила меня с ума! Продолжая
массировать меня изнутри, он несколько приподнял меня, и как чашу поднес к
своим губам мою широко открытую раковину. Наконец-то его рот вступил в
действие в самом центре моего удовольствия. Эффект, производимый
одновременной лаской в аннальном отверстии, посасывании влагалилища и
щекотанием языком моего обезумевшего клитора был неописуем! Кончик его
языка то касался клитора, то проникал в самую глубину моей раковины, сводя
с ума ее нежные стенки. Мой лакомка буквально пил из меня, так как я
увлажнялась с редким изобилием. Все мое существо растворилось в симфонии
страстных криков и невообразимых наслаждений. Настоящее неистовство чувств
овладело мной. В исступлении я рассматривала мое задыхающееся и ужасно
бесстыдное изображение, видимое под всеми ракурсами передо мной на стенах
и потолке и выделяющееся на черной кровати для оргий. Я видела себя
извивающейся, с рассыпавшимися волосами, в извращенных обьятиях мужчины и
этот вид усиливал мою эротическую горячку, доводя ее до параксизма.
Я была полна любовной горячкой и быстро приближалась к тому, чтобы
очутиться на седьмом небе, когда внезапно произошло непредвиденное
событие.
- Хорошо!.. Это хорошо, дорогой... О, дорогой!.. Еще... Еще!.. Я
Лепетала таким образом, истекая сладострастием и сжимая в конвуль
сиях голову мужчины, прикованого к моему заду, когда, к моему великому
изумлению, я увидела в зеркале, что дверь комнаты приоткрылась. Мужчина и
женщина проскользнули в комнату. Это был бармен Феликс, сопровождаемый
Иоландой, хозяйкой отеля...
Какой скандал! Я заранее ужаснулась, хотела высвободиться, но из
этого ничего не вышло: Роберт крепко держал меня. Невозможно было также
предупредить его о вторжении Феликса и Иоланды... Я слишком запыхалась,
чтобы говорить, а он, приникший своим лицом к самой глубине моей
женственности, поглощенный своим восхитительным делом, не мог видеть то,
что происходило у него за спиной!
Директрисса "Светлой луны" тщательно закрыла за собой дверь,
движением подбородка она указала Феликсу на переплетение пылающих тел,
образованное мной и биржевым маклером.
Я услышала, как прекрасная Иоланда сказала своему бармену низким
голосом:
- Иди туда, Феликс...
Мулат скинул свою куртку; оставшись в рубашке, он бросился вперед.
Что он хочет с нами сделать?! Несомненно этой черной скотине его хозяйкой
было поручено оторвать нас друг от друга, прежде чем выкинуть прочь. Крики
наслаждения, которые мы издавали должны были всполошить весь замок, что и
вызвало вмешательство директриссы.
А мой партнер, как ни в чем ни бывало, продолжал пожирать мое
влагалище и сотрясать мой зад!..
- Что же происходит? - Спросила я себя, - это совсем не то, чего я
ожидала...
Быстрым жестом мулат расстегнул свою ширинку, опустил брюки, потом
плавки... Он выставил напоказ свой поднятый член, более длинный, более
толстый и еще более прекрасный, чем у Роберта! Я не поверила своим глазам!
но я была настолько заинтригована развитием событий, что восхитилась
подобным оборотом дела... Феликс не медлил ни секунды. Он поплевал на
ладонь, смочил слюной головку своего члена, схватил моего любовника за пах
и, с криком "ха!", как будто он рубил дрова, с огромной силой вонзил свой
кол между ягодиц Роберта.
Я думала, что после такого толчка мой партнер закричит от боли и
бросит меня. Но нет! Напротив, после небольшой паузы, вызванной
неожиданностью, он освоился со своим положением и приник к моему заду с
еще большим пылом. Каждый удар Феликса сотрясал его тело, насаженное на
член. Эти сотрясений передавались мне в виде ритмичных колебаний. Это было
восхитительно. И особенно хорошо после страха, который я испытала.
Уже примерно через шесть движений я достигла вершины экстаза.
Содрогаясь в судорогах оргазма, я обильно орошала рот Роберта.
Головокружительный вихрь захватил меня. Ураган наслаждений небывалой силы,
такой неистовый, что я не смогла сдержать настоящий вой, предшествовавший
полному опустошению моего существа. За это время Иоланда сбросила одежду и
явилась во всей своей сияющей наготе. С неослабевающим вниманием ее
голубые глаза, блестящие
...Поділитися у соцмережах