Жанр: Электронное издание
Lew-sus1
...еще
немного, Боб пошел в спальню - в их спальню - и принялся собирать вещи.
Глава 34
Стоя в дверях старого дома своих родителей, Вики с улыбкой наблюдала, как Дженнин
играет в саду с ее малолетней кузиной. Они приехали сюда в пятницу вечером.
Дженнин так устала, что буквально валилась с ног. Зато теперь, всего два дня спустя,
на нее было любо-дорого смотреть. Во всяком случае, домочадцы Вики в ней просто души
не чаяли. Сегодня утром совершенно неожиданно для всех нагрянул кузен Вики, Пол, со
своей женой. Они ехали в Корнуолл и заскочили по дороге, чтобы погостить дня три.
Мать Вики, тетка Пола, искренне обрадовалась приезду племянника, а вот Дженнин
мгновенно замкнулась и ушла в себя. Немного поразмыслив. Вики догадалась, что,
должно быть. Пол успел пасть жертвой зловещей миссис Грин (скорее всего па той
памятной вечеринке у Роберта Блэкуэлла), и делала все возможное, чтобы разрядить
обстановку.
После обеда родители Вики прилегли отдохнуть, а Пол с женой отправились на
прогулку. Эстер, их четырехлетняя дочурка, уговорила родителей оставить ее с Дженнин,
которая так "здоровски играет". Вики же уединилась в своей комнате с какими-то
бумагами.
Покончив с работой, Вики собралась было поиграть вместе с Дженнин и Эстер, но,
увидев, как им весело вдвоем на солнышке, решила просто понаблюдать за ними.
- О чем думаешь? - вдруг послышался сзади голос.
- О, Пол! - Вики обернулась. - Ты ходишь, как кот.
Я даже не слышала, как ты подкрался.
Пол положил руку на плечо Вики и спросил:
- Ты уже сказала ей?
Вики обернулась; в ее глазах читалось недоумение.
- Кому?
- Дженнин.
- О чем?
Пол молча смотрел на нее.
Вики отвернулась и покачала головой:
- Нет еще.
- А скажешь?
- Не знаю, - пожала плечами Вики. - Думаешь, стоит?
Остановившись в дверях, Пол засунул руки в карманы и, чуть помолчав, произнес:
- Мне кажется, да.
- Вот как?
Пол молча кивнул.
- И как, по-твоему, она это воспримет?
- Тебе лучше Знать.
Вики опять пожала плечами:
- Возможно. Хотя временами мне Кажется, что я ее совсем не знаю...
- Это вполне естественно.
- Наверное, - вздохнула Вики. - Но я все равно плохо представляю, как это сказать.
- Да, это непросто, - согласился Пол.
- Эй, люди! - послышался голос миссис Дин. - Чайник кипит. Кто-нибудь его снимет?..
- Сейчас, мамочка! - крикнула Вики. - Тебе налить?
- Да, будь любезна. И папа сейчас спустится.
Тем временем Пол сбежал по ступенькам в сад, откуда по-прежнему доносились
веселые возгласы.
- Ну как, нравится у нас твоей подруге? - спросила миссис Дин у Вики.
- По-моему, очень, - ответила Вики. - И вы с отцом так с ней любезны.
- Я, конечно, не стану спрашивать, что у нее за неприятности, но по приезде она,
безусловно, выглядела хуже, чем сейчас.
- Она и чувствует себя по-другому, - улыбнулась Вики.
- Вы сегодня уезжаете?
- Вообще-то думали завтра, - сказала Вики. - Если вы не против, конечно.
- Конечно, нет! - замахала руками миссис Дин. - Можете вообще оставаться сколько
душе угодно.
- Спасибо, - снова улыбнулась Вики, садясь рядом с матерью.
Миссис Дин уставилась на свою чашку.
- Скажи, а Дженнин тоже?.. Вы с ней?..
Вики натянуто рассмеялась:
- Нет.
- Извини, я просто не знала.
Пол вернулся, таща за руку упирающуюся и запыхавшуюся Эстер. Дженнин шла за
ними.
- Чай готов, - провозгласила Вики. - Садитесь к столу.
После чая Вики предложила Дженнин прогуляться по окрестностям.
- Везет же вам, - вздохнула Дженнин, когда они брели по небольшому перелеску,
отделявшему землю Динов от соседской фермы.
- Везет? - переспросила Вики. - Почему?
- Сама не знаю, - смущенно развела руками Дженнин. - Просто у вас здесь так
просторно. И семья замечательная. Мне даже завидно, что у меня не такая родня.
Вики улыбнулась, но промолчала.
- Ты не подумай, - поспешно добавила Дженнин, - я свою семью тоже люблю. Просто
живем мы совсем по-другому, и от этого мне порой бывает очень грустно.
Словно мы с ними существуем в различных мирах. Они плохо знают мою жизнь и
оттого ведут себя так, будто боятся ее.
Они побродили еще немного по сухой осенней листве, одни во всей Вселенной.
Дженнин вдруг стало так хорошо и легко на душе, что она невольно улыбнулась.
- Почему ты улыбаешься? - спросила Вики.
- Да так, мысли приятные. Здесь так здорово. Будь моя воля, никогда бы отсюда не
уехала.
- Как я тебя понимаю, - вздохнула Вики.
Они вышли на опушку, и Дженнин присела на пенек.
Вики пристроилась рядом.
- Послушай, Вики, - промолвила Дженнин, чуть помолчав.
- Да?
- Могу я задать тебе вопрос?
- Смотря какой, - улыбнулась Вики.
- Личный.
Вики пожала плечами:
- Попробуй.
- Скажи, ты когда-нибудь любила?
Вики изумленно вытаращилась на нее.
- Да, - ответила она, чуть помолчав. - А почему ты спрашиваешь?
- Сама не знаю, - призналась Дженнин. - Наверное, потому, что ты никогда не
рассказывала об этом.
, - .. - Да мне особенно и не о чем рассказывать, - усмехнулась Вики. - А ты сама как?
Влюблялась?
- Нет, - после некоторого раздумья ответила Дженнин, качая головой. - Кажется, нет.
Вики улыбнулась.
- Порой, - продолжила Дженнин, - мне казалось, что я влюблена, однако потом,
поговорив с Эшли и Элламарией, убеждалась, что это не совсем то. Или даже совсем не
то.
- Ничего, у тебя еще все впереди, - сказала Вики.
- Все так говорят, - вздохнула Дженнин. - Что придет прекрасный принц и унесет тебя
на крыльях любви.
Она встала с пенька и направилась к деревьям. Вики последовала за ней. С минуту обе
шли молча. Дойдя до старого дуба, под которым они с Полом частенько играли в детстве,
Вики остановилась и прислонилась к могучему стволу. Дженнин, присев на корточки,
принялась рвать маргаритки, и плести из них венок.
Вики следила за ней, улыбаясь. Дженнин вдруг показалась ей совсем маленькой и
беззащитной.
- Джен, - сказала она. - А ведь рано или поздно тебе придется держать ответ.
Дженнин вздрогнула, но не подняла головы.
- Я знаю, - тихо проговорила она.
- Ты когда-нибудь задумывалась над тем, почему так делаешь? Что тебя на это толкает?
Дженнин покачала головой.
- Но ведь должна быть какая-то причина, - настаивала Вики. - Возможно, ты просто не
можешь или не пытаешься это осознать. Иначе это просто не поддается пониманию.
- Я и сама не понимаю, - грустно сказала Дженнин.
- А Мэттью знает?
- Про миссис Грин?
- Да.
- Увы, знает.
- И что ты собираешься делать?
Дженнин медленно повернула голову и посмотрела на Вики.
- Может, тебе лучше спросить Мэттью, что собирается делать он? - промолвила она.
- Но я тебя спрашиваю.
Дженнин встала и, подойдя к Вики, принялась ковырять растрескавшуюся кору дуба.
- Мне кажется, я готова убить его, - глухо сказала она.
Вики молча смотрела на нее.
- У меня есть пистолет, - добавила Дженнин, прислонившись спиной к могучему
стволу.
- И ты готова им воспользоваться?
- Не знаю.
- Убив его, ты тем самым признаешь, что он победил.
- Я знаю.
Обе замолчали.
- Нет, Джен, это не выход, - сказала наконец Вики.
- Да, мне тоже так кажется. И почему он меня ненавидит?
- Никто не знает, что творится в его мозгу.
Дженнин глухо засмеялась:
- Или в моем.
- Или в твоем, - улыбнулась Вики.
- Если ты думаешь, что мне самой это нравится, - произнесла Дженнин, - то
ошибаешься. Потом я себя просто убить готова. Но.., мне не удается себя сдержать.
Может, и с Мэттью похожая история.
- Нет, - убежденно сказала Вики. - Мэттью болен. У него точно не все дома. Не забудь,
он ведь алкоголик. У него мозги отравлены винными парами.
- Не всегда, - возразила Дженнин.
- Вот поэтому я и говорю, что у него не все дома. Он самый настоящий садист. И
анализировать его поведение бесполезно - ни ты, ни я никогда этого не поймем.
- Мама всегда мне говорила, что абсолютно пропащих людей не бывает, - сказала
Дженнин. - Что даже у самых отъявленных мерзавцев в душе есть что-то доброе.
Вики рассмеялась:
- Да, моя матушка тоже так, считает. Но Мэттью... Наверное, из всякого правила есть
исключение.
- Думаешь, он получает удовольствие, измываясь надо мной? - спросила Дженнин.
- Трудно сказать, - пожала плечами Вики. - У него извращенный ум; вполне возможно,
что он и правда наслаждается, мучая тебя. А ты? Ты получаешь удовольствие, когда
перевоплощаешься в миссис Грин?
Дженнин уставилась на нее глазами, полными ужаса.
- Господи, да я ненавижу эту миссис Грин! - вскричала она. - Я ее удавить готова! Я
ведь говорила тебе.
- Тогда почему ты это делаешь?
- Не знаю, - резко ответила Дженнин. - Просто сама не понимаю. Я не отдаю себе
отчета, когда это случается.
- А мужчины, которых ты находишь?
- Что мужчины? Получают ли они удовольствие? - Дженнин горько усмехнулась. -
Откуда мне знать? Сама спроси.
Вики пропустила намек на Пола мимо ушей.
- А для тебя имеет значение, кто доставляет им это удовольствие - ты или миссис
Грин?
Глаза Дженнин засверкали. Вики даже испугалась - столь внезапной была вспышка
гнева.
- Да, черт побери! - выкрикнула Дженнин. - И даже очень имеет, но для меня! А вот
миссис Грин начхать на это! Ее интересует только одно - траханье! Она не может без
мужчин, а я.., я их ненавижу! Всех до последнего. Потом, после того как это произойдет,
меня так и подмывает их оскопить или даже вовсе растерзать! Уничтожить! Но всегда
после, а не до. Вот в чем беда.
Вики подошла и взяла ее за руку, но Дженнин выдернула руку.
- Теперь ты сама видишь, - сказала она. - Я так же больна, как и Мэттью. Может, даже
хуже. Должно быть, это шизофрения - ведь у меня самое настоящее раздвоение личности.
Во мне словно сидит какой-то злой дух, который управляет моими поступками. Он
захватил не только мой мозг и мое тело, но и душу. О, Вики... - Голос ее сорвался. - Я
просто в отчаянии. Что мне делать?
Вместо ответа Вики обняла ее и прижала к себе, а Дженнин, словно только этого и
ждала, припала к ее плечу и заплакала.
- Что мне делать. Вики? - всхлипывая, спросила она. - Умоляю, подскажи, как мне
спастись.
- Возможно, это не так уж трудно, - промолвила Вики.
Дженнин отпрянула от нее.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Скажи, Джен, в глубине души ты любишь Мэттью?
Дженнин посмотрела ей в глаза.
- Я его ненавижу, - с чувством произнесла она. - Ненавижу! - Ее голос был спокоен, и
Вики поняла - Дженнин говорит правду.
Взяв Дженнин за руку. Вики увлекла ее по направлению к дому.
- Я верю тебе, - только и ответила она.
Вернувшись домой, Дженнин извинилась перед всеми и поднялась в свою комнату.
Она уже пришла в себя, но не была настроена на праздную болтовню.
Примерно час спустя в ее дверь постучали, и вошла Вики; в руках у нее были два
бокала вина.
- Я хотела, чтобы ты попробовала папину бражку, - весело прощебетала она.
- Спасибо, - улыбнулась Дженнин, принимая бокал.
- Как ты себя чувствуешь?
Дженнин подошла к окну и остановилась у подоконника.
- Сама не знаю, - вздохнула она.
Вики приблизилась к ней и выглянула в окно.
- Полюбуйся на закат, - предложила ей Дженнин, в свою очередь, повернувшись к
окну.
- Очень красиво, - прошептала Вики. - Жаль только - день пошел на убыль.
Они залюбовались заходящим за горизонт светилом, раскрасившим небо в
изумительную багрово-алую палитру.
- Вики, - прошептала Дженнин, когда снаружи уже сгустились сумерки.
- Что?
- Спасибо тебе. Ты очень помогла мне, впервые заставив о многом задуматься всерьез.
Не знаю, поможет ли мне это, но я тебе очень признательна.
- Просто очень важно, чтобы в такую минуту кто-то был рядом, - сказала Вики. - По
себе знаю. Меня так в свое время выручил Пол. Спас, можно сказать. Казалось, это было
совсем в другой жизни, но зато теперь мы с ним очень близки. Он все про меня знает.
Дженнин пристально посмотрела на нее.
- Как и ты, Вики. Ты ведь тоже теперь все обо мне знаешь.
- Почти все.
Дженнин вздохнула:
- Господи, до чего у вас здесь здорово. Ты просто не представляешь, как я тебе
благодарна за то, что ты меня сюда привезла. - Она обняла Вики и привлекла к себе.
Вики тоже обняла ее.
- Я рада, что тебе у нас понравилось, Джен. Очень рада.
Дженнин отстранилась и заглянула Вики в глаза.
- Ты так добра, - прошептала она.
Вместо ответа Вики нагнулась и легонько поцеловала Дженнин в губы. Это был
необычный поцелуй, одновременно дружеский и любовный, и Дженнин, казалось, нутром
почувствовала, что это именно то, чего ей сейчас больше всего недостает. Она поднесла
руку Вики к губам и поцеловала. Вики же медленно погладила Дженнин по волосам, а
затем снова поцеловала в губы. Дженнин затрепетала.
И вдруг Вики отстранилась.
- Извини, Джен, - прошептала она и отвернулась.
Дженнин словно током ударило.
- Но почему. Вики? Пожалуйста, не надо извиняться.
Вики печально улыбнулась.
- Ты такая красивая, Джен.
- Ты тоже.
Глаза Вики подернулись поволокой, и она вдруг крепко сжала лицо Дженнин в
ладонях. Дженнин сама наклонилась к ней и нежно поцеловала в губы. Затем обхватила
рукой за талию и прижала к себе. Ее другая рука медленно спустилась и нащупала упругие
ягодицы Вики.
- Ты уверена, что хочешь именно этого? - дрожащим голосом спросила Вики.
- Сама не знаю, - ответила Дженнин, опустив голову на плечо Вики. - Знаю лишь, что
мне очень хорошо с тобой.
Несколько минут они молча стояли, прижавшись друг к дружке. Наконец Дженнин
вздохнула и сказала:
- Я хочу спать.
Лицо Вики затуманилось.
- Я пойду.
- Нет, пожалуйста, не уходи!
- Но, Джен...
- Тес! Я нисколько не боюсь, Вики. Если ты сама не боишься.
Вики улыбнулась и снова погладила Дженнин по волосам, откинув их со лба.
- Кто это сказал - миссис Грин или Дженнин Грей?
- Я, Дженнин.
- Тогда я не боюсь.
Они молча разделись, избегая смотреть друг на друга.
Так же молча забрались в постель. Вики выключила ночник, и какое-то время обе
лежали рядышком в темноте.
- Джен!
- Что?
- А ты знала, да? Про меня.
- .) - Нет, - ответила Дженнин, - Я ничего не знала.
- Я уже жалею, что не сказала тебе.
- Это не имеет значения.
- И ты.., не возражаешь?
Дженнин повернулась к ней.
- Нет.
- Честное слово?
- Наипречестное. Дай мне руку.
Вики выпростала из-под простыни руку и протянула Дженнин. Та взяла ее руку и
опустила себе на грудь. Затем поднесла к губам и нежно поцеловала.
- Я бы очень хотела снова обнять тебя, Джен, - прошептала Вики. - Просто безумно.
Дженнин откинула простыню и всем телом прижалась к Вики; руки Вики тут же
обвились вокруг ее талии.
- Боже, как приятно, - прошептала она. - Ты такая нежная!
Они снова поцеловались, уже с нарастающей страстью.
Вики тяжело дышала, и Дженнин, решившись, сначала робко погладила, а затем начала
целовать ее нежные грудки.
То, что за этим последовало, навсегда врезалось в память Дженнин. Казалось, Вики
пробудила в ней неведомые и прекрасные чувства, которые прятались глубоко внутри и о
существовании которых она даже не подозревала. Дженнин словно впервые открывала для
себя удивительную нежность атласной кожи и магические прикосновения горячих губ.
Лаская в темноте Вики и извиваясь под ее ответными ласками, Дженнин чувствовала,
будто заново рождается, и вдруг поняла: Вики никогда не бросит ее, всегда будет рядом.
Ласковые руки и губы открыли ей удивительный и прекрасный мир любви и сказочного
наслаждения, путешествие в который она совершила впервые. И закончилось это
путешествие не безумным и всесокрушающим оргазмом, а настолько теплым и
удивительно светлым ощущением, что Дженнин поняла: вот оно! И улыбнулась.
Вики, склонившись над ней, пытливо заглянула ей в глаза.
- Как ты, Джен?
- Чудесно, - выдохнула Дженнин.
- Ты не жалеешь?
- Нет. Едва ли не впервые в жизни я насладилась любовью, после которой не возникло
чувство ненависти. Представляешь, что ты со мной сотворила?
Вики покачала головой:
- Ты только что доказала мне, что Дженнин Грей способна любить, не перевоплощаясь
в миссис Грин. Я очень рада, Джен. Я надеялась, что все будет именно так.
Дженнин откинулась на подушки.
- Скажи, Вики, ты знала, что у нас этим закончится?
- Нет, - улыбнулась Вики.
- И ты не сожалеешь об этом?
- Ни капельки.
- Тогда почему ты такая грустная?
- Так просто, - сказала Вики и отвернулась.
Дженнин притянула ее к себе и нежно поцеловала в губы.
- Прошу тебя, скажи. В чем дело?
Вики вздохнула и заговорила:
- Понимаешь, Дженнин, возможно, тебе и покажется, что ты нашла ответ, но это не
так. Точнее, не совсем так.
На самом деле все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Возможно, ты просто боишься
сама заглянуть в себя. Словом, тебе все равно понадобится помощь; того, что я могу тебе
дать, недостаточно.
Дженнин не ответила.
- Ты согласна? - спросила Вики. - Ты пойдешь к врачу?
- Если ты останешься со мной.
Вики обняла ее и поцеловала.
- Да, Джен, я останусь с тобой.
Положив телефонную трубку, Эшли посмотрела на стену. Ее взгляд остановился на
картине, подаренной тремя ее подругами. "Маленький пустячок для украшения твоего
нового пристанища" - так выразилась о нем Элламария.
Вскрыв упаковку и обнаружив внутри изумительную репродукцию картины Клода
Моне, Эшли не смогла сдержать слез умиления. Господи, как ей недоставало ее подруг!
Покосившись на Кита, она вздохнула - его лицо было по-прежнему искажено гневом.
- Это Конрад, - пояснила она, мотнув головой в сторону телефона. - Мы должны в
восемь утра встретиться у него в кабинете перед поездкой к Дэвиду Берджессу.
- Понятно, - процедил Кит. - Стоит только боссу свистнуть, и Эшли несется со всех ног.
- Но он ведь и в самом деле мой начальник, - сказала Эшли. Ей уже не терпелось
остаться одной. День выдался на редкость утомительный, а Кит все еще не собирался
возвращаться к себе в отель.
- Только начальник, Эшли? Или уже нет?
- Я даже не хочу отвечать тебе.
- И теперь так будет всегда, да? - продолжил Кит. - Стоит ему свистнуть, и ты
помчишься к нему на всех парах? Учти, Эшли, если это так, то ты совершаешь большую
ошибку. Ты хоть подумала об Алексе? Какую жизнь ты ему уготовила? Предупреждаю: не
вздумай даже мечтать о том, чтобы забрать его из школы и перевезти сюда. Поняла?
- Между прочим, мне решать, где ему учиться! - запальчиво возразила Эшли, не зная,
как побыстрее закончить этот разговор. - Или ты забыл о решении суда?
- Не забыл, но сделаю все возможное, чтобы его изменить, - процедил Кит. - Уж будь
уверена.
Эшли слегка побледнела.
- Послушай, если все пойдет по намеченному плану, то мне здесь работать еще лет
пять, а то и больше. Я не хочу, чтобы мальчик рос без матери.
- Какая же ты все-таки эгоистка! - покачал головой Кит. - Значит, без отца ему расти
можно, да?
- Ты ведь всегда можешь с ним видеться, сам знаешь.
- Вообще-то Нью-Йорк - это не Вест-Энд, - усмехнулся Кит.
- Мы с ним сами будем прилетать, - напомнила Эшли. - Навещать бабушку и дедушку.
- Господи, Эшли, ну почему ты никогда не думаешь обо мне?
- Не кричи, Кит, разбудишь Алекса.
- Эшли, но ведь он англичанин! Он родился и вырос в Англии. Неужели тебе
безразлично, что станется с ним здесь?
- Ну конечно, небезразлично, хотя я не придаю этому большого значения. Главное,
чтобы он был здесь. Со мной.
- С тобой! - выкрикнул Кит. - Да ты только и думаешь что о работе и своем паршивом
агентстве! У тебя и времени-то на него не остается!
- Не правда!
- Вот как? И сколько же времени ты можешь ему уделять? Какой-то жалкий час
вечером раз или два в неделю, если не задерживаешься на работе? А по ночам, когда ты
шляешься где-то со своим Конрадом Фрезером, ты тоже думаешь об Алексе?
- Ни с каким Конрадом Фрезером я, как ты выразился, по ночам не шляюсь. Это
случилось один-единственный раз, в прошлый четверг, в связи с совершенно
официальным мероприятием.
- А как насчет бейсбольных матчей, на которые твой драгоценный Конрад таскает вас с
Алексом? - прошипел Кит. - Моего сына и мою жену!
- Я не твоя жена, - возразила Эшли.
- Вот как? - ощетинился Кит. - А почему тогда ты до сих пор носишь мое обручальное
кольцо?
Эшли кинула взгляд на свою левую руку. Она и сама толком не знала, почему
продолжала носить кольцо. Возможно, ради Алекса. Только теперь она поняла, насколько
это нелепо: какая разница, носит она кольцо или нет? Осознав это, Эшли молча сняла
кольцо с пальца и протянула Киту.
- Спасибо, - криво усмехнулся тот. - Можешь оставить его себе. Или ты освобождаешь
место для подарка от Конрада Фрезера?
Глаза Эшли засверкали.
- Замолчи, Кит, прошу тебя!
- Крепкий оказался орешек этот Фрезер, да? - не унимался Кит. - Даже тебе не по
зубам. По сравнению с ним Джулиан - жалкий провинциал.
- Господи, да сколько же надо тебе повторять: между мной и Конрадом никогда ничего
не было и не будет!
- Ага, значит, он по чистой случайности нагрянул к нам на уик-энд и увез Алекса
кататься верхом?
- Кит, прекрати! - Эшли не собиралась больше с ним пререкаться. Обсуждать будущее
Алекса и его грядущий переезд в Нью-Йорк было неизбежно, но вот беседовать с бывшим
мужем о Конраде Фрезере она не собиралась. Как, впрочем, и с кем-либо еще.
- В общем, так, Эшли, - отчеканил Кит. - Заруби себе на носу: Алекс сюда не приедет и
в Нью-Йорке жить не будет. Это мое последнее слово.
- Твое - возможно. Кит, - твердо сказала Эшли. - Но не мое.
- Я подам в суд, чтобы тебя лишили родительских прав, - заявил Кит. - С такой
матерью мальчик оставаться не может.
- Не говори глупости. Кит, - поморщилась Эшли.
- Я просто хотел честно тебя предупредить, - сказал Кит. - Сразу же по возвращении в
Англию я затеваю процесс. В Америку я Алекса не отпущу. И тебе придется пересекать
Атлантику, когда ты захочешь его увидеть, а не мне.
Эшли побелела. По изменившемуся лицу Кита она поняла, что он вовсе не шутит. При
мысли о судебном разбирательстве она похолодела. Господи, только этого ей
недоставало!
- Тебе никогда не победить, - сказала она. - Вспомни свое прошлое. Ни один судья в
здравом уме не присудит тебе ребенка. Не говоря уж о том, что ты психически
неуравновешен..
- А ты, что ли, устойчива? - презрительно фыркнул Кит. - Едва пришла пора принять
решение - и ты удираешь в Америку! А куда ты побежишь потом, когда Конрад бросит
тебя, выпотрошив наизнанку? Со мной Алекс хотя бы получит нормальное образование,
да и жить будет в человеческой обстановке - среди родных и близких. А что ты ему
можешь предложить? И после этого ты можешь называть себя матерью?
- Он мой сын! - запальчиво выкрикнула она. - И никому не отобрать его у меня! Вбей
это в свою дурацкую башку!
- Он и мой сын, Эшли, - вкрадчиво возразил Кит. - И никому, и уж тем более тебе, не
отобрать его у меня! Вот так-то.
- Господи, неужели ты и в самом деле хочешь, чтобы та грязная история снова выплыла
наружу? Чтобы на судебном заседании вновь вспоминали отца - пьяницу и бабника,
который в тот самый день, когда ребенок появился на свет, бросил семью и отправился по
шлюхам? А ведь Алексу уже восемь лет, Кит. Ты хочешь, чтобы он все это слышал? Чтобы
он понял, каков ты на самом деле? А ведь он поймет, Кит, он уже большой.
- Ах ты, гадина! - взревел Кит. - Ты на все готова, чтобы своего добиться, да?
- Да, если хочешь знать, я не желаю, чтобы он рос рядом с тобой! - вскричала Эшли. -
Ты.., ты не то, что ему нужно. Кит. Ты неудачник!
Кит занес руку, чтобы ударить ее, но Эшли даже глазом не моргнула.
- Валяй, бей меня, Кит. Покажи, на что ты способен.
Сам видишь - ты ни капли не изменился. Горбатого могила исправит. Я костьми лягу,
но не отдам тебе ребенка!
- Ты об этом пожалеешь, Эшли. - процедил он. - Горько пожалеешь!
- Ничего у тебя не выйдет, - устало вздохнула Эшли. - И ты это отлично знаешь.
- Лучше позаботься о том, чтобы он побыстрее вернулся в Англию. Пока не поздно. И
запомни - в Нью-Йорке жить он никогда не будет. Никогда, поняла?
Элламария понуро бродила по опустевшему театру. С пятницы она не только не видела
Боба, но он даже ни разу не позвонил ей. Они договорились, что в субботу, поговорив
начистоту с женой, он вернется. Ну, в крайнем случае в воскресенье. Однако сегодня уже
был понедельник, а от Боба по-прежнему не было ни слуху ни духу.
Элламария много раз звонила ему домой, но там не брали трубку. В загородный же дом
Мак-Элфри, как ей этого ни хотелось, Элламария звонить не стала. И вот теперь, не зная,
куда деваться, она пришла в театр. Она и сама не ожидала увидеть здесь Боба, но тем не
менее, услышав от его секретарши, что Боб не показывался, Элламария окончательно пала
духом.
С каждой минутой се страх возрастал. Неужели он передумал? Или что-то случилось с
Линдой? Может, ей стало плохо и он за ней ухаживает? Успокаивает ее? Может, она
пригрозила свести счеты с жизнью? Тогда понятно, почему он задержался. Элламария
отчаянно терзалась, не зная, что и подумать.
Ник не ожидал от этой встречи ничего хорошего. Более того, он ее смертельно боялся.
И вот теперь, оказавшись лицом к лицу с отцом Кейт в его домашней библиотеке, он
понял, что его худшие опасения подтверждаются.
Лицо Кэллоуэя казалось непроницаемым, но Ник, опытный актер, видел, что за
холодным взглядом таится враждебность. Кейт куда-то скрылась, оставив мужчин с глазу
на глаз, а миссис Кэллоуэй вообще не выходила из своей комнаты.
- Присядьте, - холодно предложил Кэллоуэй, кивком указав на кресло.
- Благодарю.
Обогнув стол. Ник прошел к камину, по обеим сторонам которого стояли вычурные
кресла в стиле неорококо, и сел. Кэллоуэй устроился напротив.
- Наверное, вы знаете, почему я приехал, - начал Ник.
Кэллоуэй склонил голову набок, но не ответил.
- Это насчет Кейт.
- Да.
- Мы с ней хотим пожениться.
В который раз Ник поразился очевидной нелепости своего приезда - в его-то
положении и возрасте ездить свататься! Но Кейт на этом настояла.
- Понимаю, - сказал Кэллоуэй.
Ник неловко заерзал в кресле. Кэллоуэй, несомненно, понимал его затруднения, но не
собирался ему помочь. Ник прокашлялся и добавил:
- Кейт хотела, чтобы мы с вами об этом поговорили.
Кэллоуэй кивнул.
- Думаю, - продолжал Ник, - что вы хотел
...Закладка в соц.сетях
