Жанр: Электронное издание
bjo3
...ко он и вправду так думал", - пронеслось у нее в голове.
"Почему она не хочет мне поверить?" - недоумевал он.
- Тут есть еще кое-что.
Грейс улыбнулась, не в силах сдержать радостного нетерпения:
- Это уж слишком!
- Для тебя ничего не может быть слишком. Она посмотрела на него серьезно:
- Слова что-то слишком легко слетают с ваших губ, сэр. Рейз подавил улыбку.
Приложил руку к сердцу со словами:
- Признаюсь, я виновен, мадам.
Грейс открыла коробку и вытащила черные шелковые панталончики - самые
короткие, какие только она видела в своей
жизни. Вряд ли они будут доходить ей даже до бедер. На них были кружевные
подвязки с красными розочками. Там же
лежала и кружевная рубашка - тоже самая коротенькая из когда-либо виденных
Грейс. Пожалуй, она не дойдет ей даже до
талии.
- О, какая прелесть! - воскликнула Грейс, поднимая рубашку повыше. - Прямо
носовой платочек!
Рейз не мог удержаться и расхохотался до слез. Она тоже смеялась.
Удивительная, необыкновенная Грейс! Он ожидал
чего угодно, только не этого. Он заключил ее в объятия.
- Ты такой несносный! - пробормотала Грейс, уткнувшись в его шею.
- Я стараюсь исправиться. Но без тебя я не могу, Грейс, ты должна
перевоспитать меня. Она коснулась его щеки. Рейз
счастливо, сконфуженно улыбался.
- Неужели я так уж плох?
- Чуть-чуть.
- Но я ведь не виноват, я стараюсь.
- Конечно же, ты не виноват, ты стараешься.
Рейз поднялся и стал собирать пустые коробки и оберточную бумагу. Грейс не
в силах была отвести от него глаз, полная
сладостным бременем любви. "Я люблю его, - думала она, прижимая руки к груди. -
Я и в самом деле люблю его!"
- Ну и что ты тут делала без меня? - спросил Рейз, складывая все в
аккуратную стопку.
Грейс уже хотела было ответить, когда он заметил ее сумочку на полу и
поднял ее. Грейс похолодела.
- Господи, что это у тебя там? - удивился он. - Эта штука страшно тяжелая!
- Рейз... - начала она, на ходу придумывая, чем бы отвлечь его. Но слишком
поздно. Он обернулся, глядя на нее
потрясенно, потом с недоверием и, наконец, с гневом. В руке он держал черный,
безобразный пистолет. Грейс купила его
после той встречи с Фордом и Роулинзом.
- Что это, черт побери, такое?
- Пистолет.
- Я вижу, что пистолет, - сказал Рейз мрачно. - Но почему он оказался в
твоей сумочке?
- Потому что... - она облизнула губы, - потому что я подумала, что он может
мне понадобиться.
Рейз внимательно посмотрел на нее. Странное выражение было на его лице:
тревога, беспокойство, страх одновременно.
- Зачем тебе может понадобиться пистолет?
Ей не хотелось рассказывать ему о шерифе и Роулинзе.
- Это просто предосторожность, - сказала Грейс как можно беспечнее. - Я
ведь по утрам хожу в школу и потом
возвращаюсь одна. Вот я и подумала, что хорошо бы как-нибудь защитить себя, так,
на всякий случай. От воров И от типов
вроде того матроса.
Рейз смотрел на нее не отрываясь.
Она храбро улыбнулась ему.
- Ты работаешь в школе?
Он не мог этому поверить. Он ведь запретил ей, пусть даже тогда они сразу
отвлеклись на те злосчастные пять тысяч
долларов. Он запретил ей, а она пренебрегла его запретом.
- Ты учишь детей?
- Да.
- Я не верю! - Он с силой грохнул кулаком по столу.
- Рейз
- Я ведь объяснил тебе! - крикнул он. - Я не хочу, чтобы ты работала в
школе!
Лучше бы она была одета, тогда можно было бы встать. А так все, что она
могла сделать, - это выпрямиться, придерживая
у шеи простыню.
- Давай поговорим спокойно. Ты не запрещал мне учить детей. И ты не мог...
- Так я говорю тебе это теперь! - прорычал Рейз. Она вскочила на ноги,
забыв про свою наготу.
- Как ты смеешь! Ты не имеешь права мне указывать!
- Послушай меня, Грейс. Я могу, и я буду указывать тебе! - в бешенстве
крикнул он.
- Я - учительница! - воскликнула она. - Это моя профессия, моя жизнь!
- Ты - моя любовница!
Она задохнулась от возмущения.
- Ты мне не хозяин, ты не покупал меня.
Желваки заходили на его скулах. Слава Богу, он не ответил, ведь оба они
знали правду: он купил ее, он приобрел на нее
все права на целый год. Грейс завернулась в простыню
- Ты не покупал меня, - упрямо повторила она.
- Ты не будешь учить детей негров, - сказал Рейз - Это слишком опасно. И
все, разговор окончен.
- Ты ведешь себя нечестно, - сдавленно произнесла Грейс, сглатывая комок в
горле.
- Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, - сказал он глухо.
- Со мной ничего не случится. Я - женщина. Они не сделают мне ничего
плохого.
- Ты заблуждаешься И я не намерен продолжать спор. Рейз отвернулся и открыл
шкаф, чтобы достать оттуда бриджи.
- Разговор на эту тему не окончен! - воскликнула Грейс. Он одевался, сделав
вид, что не слышит.
- Неужели ты действительно думаешь, что сможешь остановить меня, Рейз? Он
затянул ремень.
- Я распорядился, чтобы твою мать перевели в больницу "Фрэзьер" в НьюЙорке.
Это лучшая больница в городе, и ее
директор - мой близкий друг. За ней будет особый уход.
Грейс сразу поняла, что он решил сменить тему. Конечно, он показал себя
очень заботливым. Ну и что! Слишком поздно.
- Я должна была сама ее перевезти.
- Я договорился также с частной сиделкой.
- Ты ведь дал мне пять тысяч долларов, разве забыл?
- Я дал эти деньги тебе, - возразил он. - Они твои, Грейс. Я сам позабочусь
о твоей матери.
Он что, пытается откупиться от нее? Зачем он так командует ею? Отчего он
такой упрямый? Решимость ее еще больше
окрепла. Она тоже может быть упрямой, не меньше, чем Рейз, тем более когда она
права, а он нет! О, разумеется, она будет
продолжать учить детей. Просто ей придется стать лгуньей, хитрить и обманывать.
Рейз заметил выражение ее лица.
- Грейс, - предостерегающе сказал он, - выбрось из головы мысли, которые
придают тебе такой упрямый вид. Я больше не
намерен к этому возвращаться.
К его удивлению, она улыбнулась:
- Конечно. Я вовсе и не собираюсь спорить.
- Я тоже.
Рейз шагнул к ней и привлек к себе. Она не поддавалась на ласку.
- Не сердись на меня, Грейс. Я стараюсь, только чтобы тебе было лучше.
Она взглянула на него, и злость ее растаяла.
- Ты ведь это знаешь, правда?
- Да, - кивнула она, касаясь его щеки. - Я знаю это.
Рейз смотрел на нее и думал, что ни за что на свете не позволит ей работать
в школе.
Грейс смотрела на него и думала, что ни за что на свете ему не удастся
остановить ее.
Он не мог позволить ей подвергать себя такой опасности. Он слишком любил
ее.
Она не могла позволить ему командовать собой. Слишком многое лежало на
другой чаше весов.
Глава 23
Рейз был влюблен. Дни плыли точно в тихой мечтательной дымке и солнцем,
озарявшим его вселенную, была Грейс. Ему
приходилось сдерживать себя, чтобы не накупать ей чересчур много подарков, чтобы
не прикасаться к ней ежеминутно
чтобы не опрокидывать ее слишком часто на их затененную балдахином кровать. Он
любил смотреть как она улыбается,
слышать ее смех. Стало вдруг совсем нетрудно сделать ее счастливой. Грейс больше
не противилась ему. Она уступила, и он
это чувствовал. Рейз по-прежнему хранил тот желтый бриллиант в двенадцать
каратов, но опасался поспешно , слишком
резко подступать к ней со своим предложением. Он уже достиг кое-чего медленно,
постепенно, исподволь приучая Грейс
любить себя. Рейз замечал это не только по ее отклику в постели но и по тому,
как она улыбалась ему, как она смотрела на
него, когда он неожиданно ловил ее взгляд. И все-таки, он еще подождет, прежде
чем снова попросить ее руки.
Поначалу, оставаясь один в промежутке между чудесными утренними часами,
когда они любили друг друга, и сладостным
послеполуденным отдыхом на лоне природы, он еще порой подозревал что-то
неладное. Грейс слишком легко сдалась! Это
было совсем не похоже на нее. Однако потом Рейз вспомнил, что до сих пор она ни
разу не поступила так, как он ожидал.
Она непредсказуема и, видимо, навсегда останется для него загадкой.
Только ради нее Рейз полностью не забросил своих дел, Он не хотел оставлять
ее ни на минуту. Но Грейс проявила
непреклонность и выдержку, настаивая на том, чтобы он непременно посвящал
несколько часов в день своим разнообразным
делам и заботам.
- Ты ведь не хочешь, чтобы тебя водили за нос, как слепого котенка, правда?
- спросила она, подбоченившись.
- Нет, мэм.
Рейзу ничего не оставалось, кроме как согласиться, и они распределили
время. Каждое утро с десяти до двух он
просматривал свою корреспонденцию и занимался делами. Грейс в это время выходила
в город, всякий раз возвращаясь с
какой-нибудь покупкой: свежими булочками, кружевными перчатками, брошкой с
камеей. Один раз она даже сделала ему
подарок - чудесный золотой перстень с печаткой из оникса. Рейз не находил слов
благодарности. Конечно, он и раньше
получал подарки от женщин, но этот - совсем иное дело, ведь он был от Грейс.
Рейз был тронут до глубины души.
- Тебе нравится? - смущенно спросила она.
- Он восхитительный!
- Конечно, я купила его на твои деньги... Он не дал ей договорить, схватив
в объятия и крепко прижав к себе.
- Деньги, которые я тебе даю, твои. Спасибо, Грейс.
Рейз хотел сказать ей, что любит ее, но все еще боялся обнаружить свои
самые сокровенные чувства. Правда, в эти дни
ему и так не очень-то удавалось скрывать их. Они были просто написаны у него на
лице.
Рейз принял решение. Он послал родителям телеграмму, сообщая, что он и его
нареченная прибудут через три недели,
пятнадцатого. Через десять дней он сделает предложение, и Грейс наверняка примет
его, а значит, домой он приедет уже с
молодой женой. Он не собирался тянуть со свадьбой до возвращения на ранчо. Как
только Грейс скажет "да", он отведет ее к
ближайшему священнику и наденет ей на палец кольцо.
После ужина Рейз засел в "Блэк-Хилле" за покером. Грейс сама прогнала его,
сказав, что ей нужно написать письма, а она
совершенно не может сосредоточиться, когда он рядом. Рейз рад был этому. Он
хотел, чтобы его близость всегда оставалась
для нее праздником. Даже когда она была чем-то занята, он хотел оставаться с
ней, в ее мыслях... как она всегда была с ним.
Ему хотелось вернуться в гостиницу, лечь в постель и любить ее. Однако он
только-только начал по крупному
выигрывать, а в везение он верил. Фаррис и другие не очень-то обрадуются, если
он сейчас уйдет. К тому же они с Грейс
любили друг друга с обеда до самого вечера на полянке у пруда. Но если он и
дальше будет об этом думать, то проиграет
партию.
- Эй, Рейз! Ты здесь или в облаках витаешь? - Джордж помахал у него перед
носом рукой.
Рейз выругался и отбросил его руку.
- В облаках. Прошу прощения.
- Наверняка только о том и думаешь, как бы поскорее вернуться в свое
маленькое, уютное гнездышко и погладить свою
кошечку - или кто у тебя там? - Джордж подмигнул, метнув на Рейза плутоватый
двусмысленный взгляд.
- Эй, послушайте, - произнес чей-то встревоженный голос за соседним столом.
Стало тихо. Все, в том числе и Рейз, вслушивались в ночь. Снаружи
доносились только стрекот цикад, далекое лошадиное
ржание да стук колес проезжающего экипажа. К черту все это! Рейз отодвинул стул,
собираясь уйти, но в эту минуту тишину
нарушила барабанная дробь множества лошадиных копыт. По спине его пробежал
холодок.
- Ночные мстители, - сказал Джордж.
Было уже поздно, и ничем иным нельзя было объяснить появление целого отряда
всадников.
- Хотел бы я знать, кто тот несчастный, за которым они охотятся, -
пробормотав один из игроков.
Рейз думал о том же, в нем вскипали негодование и ярость. Внезапно он
заметил, что все в баре смотрят на него. По телу
снова пробежал холодок, точно леденящее дыхание рока коснулось его. Он не взял с
собой пистолет, но у него был нож. Рейз
медленно поднялся. "Неужто Форд осмелится напасть на меня?" - подумал он.
Джордж тоже встал.
- Тебе бы лучше идти, - с тревогой сказал он. Рейз криво усмехнулся:
- Я не собираюсь бежать. Джордж широко раскрыл глаза:
- Ну ты и дурень! Да разве ж они за тобой охотятся? Рейз, как ты мог
позволить ей это? Разве ты не знал, чем все может
кончиться? Роулинз в последние дни только и болтал, что о твоей рыженькой.
- Что?!
- Он злится, что она все еще учит ниггеров, - продолжал Джордж. - Злится,
что она не послушалась второго
предупреждения. Он просто кипит от ярости.
До Рейза не сразу дошел смысл этих слов.
- Учит?
Джордж сочувственно посмотрел на него:
- Так ты не знал? Она там собрала целый класс и занимается с ними каждый
день, с десяти до двух. Я так сразу и подумал,
когда мне сказали, что Роулинз сегодня...
Рейз выругался и бросился к выходу. Услышал за собой топот Джорджа и почти
не удивился. Он был еще в дверях, когда
всадники пронеслись мимо - около дюжины громадных темных лошадей. Рейз замер,
прижавшись к стене. Стоило им
промчаться мимо, как он вскочил на Коня, посылая его в галоп, отчаянно пытаясь
вспомнить какой-нибудь более короткий
путь к гостинице. Но его не было. Завернув на полном скаку за угол, Рейз увидел,
как вся эта груда темных лошадиных спин
вздыбилась, с маху остановившись перед гостиницей "Силвер леди". Половина
всадников спешилась, и все они ринулись
внутрь.
Грейс знала, что ведет себя не правильно.
Она все время лгала Рейзу и чувствовала себя из-за этого ужасно. Но он
больше не заговаривал с ней о школе, и Грейс
тайком, за его спиной, продолжала заниматься с учениками. Она тоже решила больше
не возвращаться к этому разговору.
Все равно она не может уступить ему.
Дело было даже не в том, что дети имели право учиться. Через пару недель
Аллен вернется к своим обязанностям. И что
тогда будет с ней? Она станет просто содержанкой - и никем больше.
Даже если Рейз снова сделает ей предложение, как она может принять его?
Любовь - это еще не все. Он пытался
подчинить ее своей воле, а ведь она еще даже не его жена. Рейз не имел еще над
ней никакой власти, по крайней мере
законной, и все же пытался навязать ей решение, которое перевернуло бы всю ее
жизнь. Было бы чудом, если после свадьбы
перед ними снова не встал бы тот же самый вопрос и Рейз опять не попытался бы
командовать ею. И так будет продолжаться
всегда, потому что они смотрят на жизнь совершенно по-разному, и вряд ли это
когда-нибудь изменится.
Все рассуждения бессмысленны. Рейз больше не сделает ей предложения, и она
должна возблагодарить за это Бога.
Потому что какая-то безрассудная частичка ее существа отчаянно хотела сказать
"да".
"Неужели это и есть любовь?" - спрашивала себя Грейс, зарывшись лицом в
подушку. Страдание, сердечная боль и такое
мучительное, страстное томление, словно разъедающее ее изнутри?
Она отчаянно любила его.
И не видела выхода.
Все равно так не может долго продолжаться, сказала она себе. У них заключен
договор, и она должна оставаться с Рейзом
в течение года. Но она не способна без конца хитрить и изворачиваться, ей
придется во всем признаться. И поплатиться за
это. Грейс была уверена только в одном: в их договоре не было ни слова о том,
что она не должна учить детей. Рейз не сказал
ей об этом четко, а что до нее, то она никогда не согласилась бы на эту связь,
поставь он подобное условие.
У нее было ужасное предчувствие, что рано или поздно Рейз сам все узнает и
это повлечет за собой новую цепь
непредсказуемых событий, а кончится все тем, что они расстанутся. К ее
удивлению, на глаза навернулись слезы - соленые,
горькие. Мысль о том, что она должна во всем признаться, убивала ее. "О Рейз,
возвращайся скорее, и люби меня, и избавь от
этой муки, пусть даже на несколько мгновений. Обними меня так, будто ты любишь
меня! И я притворюсь..." Грейс подняла
голову. В ночи вдруг все странно стихло, тогда как обычно разнузданное, шумное
веселье, доносившееся из баров у
подножия холма, разгоняло тишину. И тут она услышала гулкий грохот, будто гром
прокатился в отдалении. Что это? Гроза?
Грейс приподнялась на локте. Нет, не может быть, на небе за весь день не
появилось ни облачка. Всадники.
Они стремительно приближались. Отвратительный холодок страха пробежал у нее
по спине. Она поняла: это ночные
мстители.
Ей хотелось спрятаться с головой под одеяло, свернуться клубочком и
замереть. Вместо этого она спустила ноги с кровати
и села, не в силах шевельнуться от ужаса, пытаясь что-либо сообразить. Кто
станет их следующей жертвой? Просто
невероятно, что они едут так открыто прямо по Клиф-стрит. Что же ей делать?
Если бы только Рейз был здесь!
Дробь лошадиных копыт стала такой оглушительной, что, должно быть, они уже
под самым окном. Грейс услышала храп
лошадей, позвякивание сбруи, поскрипывание седельной кожи. Потрясенная,
подбежала к окну и увидела, что прямо под
ним, внизу, несколько всадников держат в поводу шесть лошадей без седоков.
Успев лишь подумать: "Они приехали за кем-то сюда, в гостиницу", - она
услышала топот на лестнице, и вся съежилась,
застыла у окна.
Дверь распахнулась от удара ноги. Грейс в ужасе смотрела на мужчин,
столпивщихся в дверном проеме, силуэты их
смутно вырисовывались в свете поднятого фонаря.
- Брэга здесь нет, - заметил кто-то с удовлетворением. Оцепенев от ужаса,
Грейс узнала шерифа Форда.
- Я же говорил, что он в баре, - сказал кто-то.
- Привет, малышка! - осклабился Форд, показывая желтые зубы.
Грейс не могла пошевелиться.
- Я ею займусь. - Роулинз угрюмо проталкивался вперед С отчаянным криком
Грейс повернулась и рывком подняла чуть
приоткрытую оконную раму до упора вверх Их номер был на втором этаже. Под окном
- наклонная дощатая крыша, а дальше
- только пыльная мостовая. Вне себя от ужаса, Грейс все же перебросила одну ногу
через подоконник, но руки Роулинза
потащили ее назад. Она пронзительно вскрикнула.
Он грубо ударил ее по лицу, заставляя замолчать.
- Заткнись, янки!
Грейс не успела еще почувствовать боли, а ее уже волокли по полу, словно
мешок с картошкой. Она выкручивалась,
извивалась, отбивалась ногами, пытаясь вырваться.
- Ну и чертовка! - воскликнул кто-то.
- Любительница черномазых, - бросил Роулинз.
- Я не понимаю, - нервно произнес кто-то, - все-таки женщина...
- Обыкновенная шлюха, содержанка, - хмыкнул Форд, выволакивая ее за дверь.
- Эй, как ты там, готова обслужить нас,
училка? Думаешь, выдержишь, если я на тебя насяду? - Он стал грубо мять ей
грудь.
Грейс изо всех сил впилась зубами в его руку повыше локтя. Он взвыл, рванул
Грейс вверх, вытягивая в полный рост, и
так ударил по лицу тыльной стороной ладони, что из глаз у нее посыпались искры.
Потом наступила темнота. Он двигался
неслышно.
Впереди слышался гулкий грохот копыт: лошади мчались на север от Натчеза,
через лес.
Рейз бежал тихо, легко, без усилий. Ярость кипела в его крови, в его мозгу.
Перед глазами у него стояла одна, однаединственная
картина: Грейс в ночной рубашке волокут из гостиницы и
перебрасывают через спину чьей-то лошади. Тело ее
безжизненно обмякло.
Сегодня ночью он будет убивать.
Шаги его были широкими, легкими, несмотря на сапоги вовсе не
предназначенные для такого бега. В руке он сжимал
пистолет Джорджа. Бежал бесшумно, как выучился в детстве на просторах Техаса.
Так бегать научил его отец, наполовину
индеец. Ни одна веточка не хрустнула. Ни один листик не шелохнулся. Было темно,
но он бежал уверенно. Давненько не
приходилось ему так бегать, со времен войны, но тогда охотились за ним. Теперь
охотником был он.
Рейз услышал, как они остановились, до него долетали их голоса -
возбужденные, злобные, пререкающиеся. Он весь
вспотел, так что и бриджи, и рубашка влажно прилипли к телу. Рейз замер,
притаившись за кустами. Выглянул в просвет
между деревьями, и каждый мускул, каждая мышца его тела напряглись. Он
прерывисто втянул в себя воздух.
Грейс на четвереньках стояла на земле, голова ее покачивалась, как у
пьяной, длинные волосы, рассыпавшись, накрыли ее
всю. Форд спешился и молниеносным движением сорвал с нее рубашку. Мужчины вмиг
смолкли. Затем тишину нарушили
возгласы:
- Матерь Божья! Нет, вы только гляньте на эти ноги!
- И эти сиськи!
Форд захохотал, и смех его прокатился в ночи. Роулинз соскочил с лошади,
рывком поставил Грейс на ноги и прижал ее
спиной к себе, ухмыляясь, тиская ее груди. Он открыл рот, чтобы что-то сказать.
Но так и не произнес ни звука.
Нож вонзился в его шею сзади, чуть повыше спины. Роулинз застыл, широко
раскрыв глаза, потом, скорчившись,
повалился на землю.
- Беги, Грейс! - крикнул Рейз, вставая и обнаруживая себя, и выстрелил.
Стоявший рядом с Грейс мужчина упал, не успев
даже понять, что случилось.
Грейс растерялась. Она не сразу двинулась с места, опоздала на долю
секунды. Ее похитители вышли из оцепенения, и
ружейный огонь стеной обрушился на Рейза. Он пытался отразить его. Увидел, как
Форд подскочил к Грейс, и развернулся,
целясь в шерифа, на миг отвлекшись от общей свары. В то мгновение, когда он
нажал на спуск, чья-то пуля царапнула его
бок, и Рейз промахнулся. Форд оттащил Грейс в сторону, держа перед собой;
приказал всем прекратить огонь Его люди,
затаившиеся за камнями и деревьями, подчинились. Рейз прислонился к стволу дуба,
не обращая внимания на теплую
струйку крови, стекающую по груди, не отводя глаз от Грейс, готовый снова и
снова убивать.
- Я захватил твою милашку, Брэг! - крикнул Форд. - Брось пистолет, или я
продырявлю ее очаровательную нежную
шкурку.
Пот струйками стекал у Рейза по виску, заливая левый глаз. Вид Грейс,
обнаженной и беззащитной, в лапах Форда, грозил
лишить его самообладания, свести с ума.
- Я не шучу, Брэг! - крикнул Форд. Рейз отшвырнул пистолет в сторону.
- Возьмите у него оружие, - скомандовал Форд. - И возьмите его самого.
Рейз вышел из-за дерева, и его тотчас же схватили двое мужчин. Он позволил
им вывести себя на поляну под свет
факелов. Внутри у него все сжалось, когда он заметил алую отметину на лице
Грейс; она уже начинала багроветь, вспухая.
Потом увидел, как Форд щупает ее грудь, и пришел в бешенство. Яростно, неистово
рванулся из рук державших его мужчин
и вырвался. Смех Форда неожиданно оборвался. Рейз ощутил бесконечное
наслаждение, метнувшись к его горлу, чувствуя,
что еще мгновение - и он раздерет его голыми руками. Последнее, что он слышал,
был пронзительный крик Грейс. Страшная
боль разорвала ему затылок, и тьма обрушилась на него.
Вода была теплой. Рейз поперхнулся, когда она потекла по его лицу,
заливаясь в рот, потом понял, что это не вода, а
виски. Волны боли прокатывались в голове, а с ними - осознание случившегося, и
ярость, и страх. Он пытался прорваться
сквозь мрак, когда новую струю жидкости плеснули ему в лицо. Он стал
отплевываться, закашлялся и открыл глаза.
- Мне бы не хотелось лишить тебя этого зрелища, Брэг, - растягивая слова,
проговорил Форд.
Рейз с ненавистью взглянул на него.
- Сначала мы займемся твоей милашкой, а потом и тобой.
Кулаки Рейза судорожно сжались, но веревка стягивала ему запястья. Он мощно
оттолкнулся от земли и встал на ноги.
Взглядом нашел Грейс, привязанную лицом вниз к кресту, обнаженную и дрожащую. Он
чуть не лишился сознания от ужаса,
но когда заговорил, голос его прозвучал спокойно и уверенно:
- Оставь ее. - Он оторвал взгляд от мерцавшего белизной тела. - Это ведь я
тебе нужен. А не она. Форд засмеялся:
- Мы ее только чуть-чуть поучим. Так, чтобы она собрала свои вещички и
убралась отсюда подальше. Но ты... - Он
шагнул ближе. - Ты будешь смотреть, как мы в кровь исполосуем ее нежную белую
кожу. Потом поглядишь, как я с ней
позабавлюсь. Потом ты умрешь, Брэг, долгой, медленной смертью, и ни одна душа в
Натчезе даже не вспомнит о тебе.
- Она - женщина.
- Она - твоя шлюха, содержанка, янки! - злобно прошипел Форд и
расхохотался, когда Рейз бессильно рванулся, пытаясь
освободиться от веревок. Форд с силой оттолкнул его назад. Рейз упал на спину,
головой ударившись о землю. Боль пронзила
его, перед глазами заплясали красные и черные огни. С минуту он лежал
неподвижно, пытаясь преодолеть головокружение и
тошноту. Слышал, как Форд приказывал кому-то привести его в чувство. Ему нельзя
было сейчас терять сознание. Он
должен спасти Грейс'. Рейз потряс головой, пытаясь отогнать наплывающую мглу, и
тут в лицо ему снова плеснули виски. На
этот раз его подняли на ноги двое мужчин. Когда они отпустили его, он опасно
покачнулся, и Форд отдал новое
распоряжение:
- Держи его, Фрэнк, я не хочу, чтобы он пропустил хотя бы миг. Давай
начинай, сказал он мужчине, стоящему рядом с
Грейс с хлыстом в руках.
Это казалось сном. Рейз увидел, как напряглось ее тело, сияющее белизной в
свете факелов, увидел, как палач
размахнулся, медленно отведя руку назад, затем так же медленно рука его
качнулась вперед. Он увидел, как кожаный
ременный хлыст, змеясь, устремился к Грейс, и прошла целая вечность, пока он
коснулся ее. Рейз услышал крик и удивился:
кричала не Грейс, а он сам. Хлыст небрежно скользнул по ее матовой, гладкой, как
слоновая кость, коже, оставляя за собой
пурпурный след.
Грейс содрогнулась. Форд засмеялся, и новый удар хлыста обрушился на Грейс.
На этот раз она застонала.
Звук выстрела разорвал ночь. Все, в том числе и Рейз, повернули головы.
Тьма была непроницаема, но не настолько,
чтобы скрыть нескольких всадников - как раз там, где начиналась линия дубов.
Прогремел еще один выстрел, и кто-то
вскрикнул от боли. Ночные мстители кинулись врассыпную, Форд напрасно выкрикивал
какие-то распоряжения. Рейз
почувствовал, что остался один. Он упал на землю и откатился в сторону. Вокруг
него гремели выстрелы. Он изгибался,
пытаясь найти глазами Грейс, опасаясь, как бы шальная пуля не задела ее. Ему
удалось подняться на колени. Ночные
мстители в панике спасались бегством.
- Лежите спокойно, мистер Рейз, - произнес за его спиной тоненький детский
голосок.
- Джеф! - выдохнул Рейз. - Ты можешь перерезать веревки?
Мальчонка, черный как ночь, схватил нож и полоснул по шнуру, стягивавшему
его руки. Едва освободившись, Рейз,
покачиваясь, бросился к Грейс. Краем глаза он видел, как Форд, вскочив на
лошадь, пронесся мимо него. Он знал, что шериф
не уйдет от него, час е
...Закладка в соц.сетях
