Жанр: Электронное издание
coalt6
... кивнул и повторил:
- Она самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Не в моих
правилах прибегать ко лжи, Турелла.
- А она умеет варить мед? - поинтересовался Керек.
- Мед? О да, ее мед превосходен. Если она решит уехать с вами, ей
придется рассказать своей сестре, как она его
готовит, иначе наша жизнь станет куда менее приятной.
Керек потер руки.
- Если это так, - сказал он Турелле, - то Утте с Ястребиного острова
ничего не грозит. Рагнор всегда будет пьян, и
вы с этой Кейман сможете спокойно править королевством.
Турелла перевела взгляд на брата. Его плащ продолжал развеваться,
несмотря на полное безветрие.
- Я согласна выдать ее за моего сына.
Варрик кивнул:
- Тогда подождите здесь два дня. Если она согласится поехать с вами, я
привезу ее. Прощай, сестра. Хорошо
обращайся с моей падчерицей. Если ты будешь обращаться с ней дурно, тебе
придется держать ответ передо мной.
Он еще раз кивнул Турелле, резко повернулся на каблуках и быстро зашагал
прочь. Керек увидел, как он вынул изза
пояса деревянную палочку, и поднял ее над головой. Тотчас же подул ветер,
однако не везде, а только там, где находился
Варрик. Поднявшийся вокруг него вихрь раздул его плащ и широкие рукава туники.
Потом внезапно сгустился туман,
однако и он клубился только в одном месте - прямо перед Варриком. Варрик вошел в
него, и тут пелена тумана вдруг начала
рваться, в ней появились прорехи, которые становились все шире и шире, словно
дыры на горящей материи. Несколько
мгновений - и туман исчез. Варрик исчез вместе с ним.
К немалому изумлению Керека, Турелла расхохоталась, - Он проделывал этот
трюк еще когда был ребенком, -
сказала она. - Этому его научили булгарские маги. - И она снова залилась смехом.
- Но.., он же исчез, госпожа, - вымолвил Керек, чувствуя, как его горло
сжимается от страха.
- Да, - согласилась Турелла, - он исчез. Когда я приехала в Британию,
чтобы выйти замуж за короля Данло, он
приехал вместе со мной. К тому времени булгарские маги уже научили его всему
тому, что умели сами. Он слышал о магии,
которой владеют на Западе, о древней магии друидов. Ему хотелось посетить землю,
называемую Шотландией, и вызнать
тайны пиктов. Как видно, там он и поселился. Мне трудно поверить в это, Керек,
но Клив - его сын. Эти удивительные
разные глаза - как же я не догадалась раньше? Если 6 я не была такой дурой, то
сразу бы поняла, что он сын Варрика.
Достаточно было приглядеться к нему, когда мы встретились в Йорке.
- Нет, моя госпожа, тебе не в чем себя упрекнуть, - сказал Керек и
привлек ее к себе. - Ох, как же ты вымокла и
устала. Не хотелось бы мне еще раз пережить такую ночку. Пока мы будем ждать
прибытия Кейман, надо будет собрать всех
наших людей и успокоить их. И еще надо заняться починкой корабля.
- Она готовит превосходный мед, - пробормотала Турелла и хихикнула,
уткнувшись лицом в плечо Керека.
Неужели она и впрямь хихикнула? Керек в жизни не слыхал более приятного
звука.
Хромая на больную ногу, подошел капитан Торрик. Он посмотрел на Керека,
обнимающего королеву, прочистил
горло и буднично сказал:
- Рагнор проспал всю бурю, не проснулся ни от молний, ни от грома. Когда
корабль врезался в пристань, он все еще
дрых. Но сейчас он продрал глаза и требует, чтобы ему принесли меда.
Глава 30
Чесса сидела в лодке, на коленях у Клива. Воины из Кинлоха сидели рядом,
ожидая Варрика. Чесса увидела его
первой. Он приближался к лодке, высокий и прямой, горделиво откинув назад
голову, и его проклятый черный плащ
продолжал развеваться за спиной, несмотря на полное отсутствие ветра. Чесса
понимала, что именно он спас ее, но
понимала она и другое: ей надо предпринять что-то прямо сейчас, иначе она
никогда не избавится от его домогательств.
Если она не сумеет как-то отвратить его от себя, Варрик не оставит ее в покое.
Он будет дожидаться своего часа. Нет, этому
необходимо положить конец.
И когда он приблизился к ним, она вдруг повернулась, уткнулась лицом в
грудь Клива и громко зарыдала,
прижимаясь к мужу все теснее и теснее, словно ища у него защиты.
Клив несказанно удивился, однако тут же обнял жену, поцеловал ее волосы и
принялся укачивать ее, как ребенка,
шепча ей на ухо нежные слова, чтобы ее успокоить. Но все было тщетно. Она рыдала
все сильнее и сильнее.
Варрик недоуменно воззрился на нее.
- Что это с ней? - спросил он. - У нее что-то болит?
Чесса прошептала между всхлипами:
- О, мне так страшно! Я думала, придется ехать в Йорк. Я боялась, что мне
придется стать его женой. Вы спасли
меня. Вы все спасли меня!
- Чесса, дорогая, - начал Клив, - все уже кончено. Все в порядке. Я
всегда буду тебя защищать. Ну же, любовь моя,
перестань плакать, а то чего доброго заболеешь.
Говоря, он поднял глаза и заметил, что Варрик смотрит на Чессу так,
словно видит ее в первый раз. Взгляд его был
холоден.
- Какую чепуху она говорит. Что с ней случилось? Игмал пожал плечами:
- Она как-никак женщина, господин Варрик. Ей было страшно. Это буря так
перепугала ее.
Варрик продолжал смотреть на Чессу, не скрывая недовольства. Больше он не
проронил ни слова.
Туман растаял; воздух был холодным и ясным, а темные воды озера
спокойными. Чесса подняла взгляд и увидела
Варрика - он приближался к усадьбе, а вслед за ним шли Аргана, Атол и по меньшей
мере дюжина воинов. Его плащ, как
обычно, развевался за спиной - впрочем, к этому она уже успела привыкнуть. У нее
вдруг мелькнула мысль: интересно, как
же Аргане удается делать шерстяную ткань такой тонкой?
Последние семь дней Варрика не было видно. Приходила Аргана и рассказала,
что Варрик отвез Кейман в
Инвернесс, к Турелле. Теперь Кейман уже на пути в Йорк.
- Она улыбалась и пела, - сказала Аргана. - Ей понравится быть королевой,
она сумеет получить удовольствие даже
от брака с этим недоумком Рагнором, о котором ты, Чесса, так много мне
рассказывала. Кейман очень умна и умеет
добиваться своего, хоть по ее виду этого и не скажешь.
После возвращения из Инвернесса Варрик не заходил к своему старшему сыну.
Но Чесса знала; скоро он
обязательно явится. Интересно, какими глазами он будет смотреть на нее теперь?
И вот сегодня, на седьмой день после их последней встречи, он пришел.
Чесса радушно поздоровалась с Варриком,
Арганой, хмурым, как туча, Атолом и Игмалом. Игмал первым делом позвал Кири, а
когда девочка подбежала к нему,
восторженно выкрикивая его имя, поднял ее, подбросил в воздух и крепко прижал к
своей груди. Остальные мужчины
быстро смешались с обитателями Карелии и вскоре все уже оживленно болтали и
громко смеялись. Четыре живущие в
усадьбе собаки прыгали, чтобы лизнуть знакомые лица, и радостно лаяли.
Варрик стоял поодаль, молча глядя на это веселье. Он не хмурился, однако
и не улыбался. До его слуха донесся
голосок Кири:
- Игмал, я понюхала тебя, и от тебя больше не воняет. Ты помылся, да? Как
я тебе говорила?
- Да, малышка, помылся. С тех пор не прошло и трех дней.
- И твоя медвежья шкура почти не воняет, - заметила Кири и понюхала ее
еще раз.
- Ну конечно. Ведь я мылся в ней.
Кири залилась веселым смехом и долго не могла остановиться.
- Я спрошу отца и Чессу, можно ли и мне мыться, не снимая одежды.
Приближалось зимнее солнцестояние, однако снега не было. Не было и ночных
заморозков, от которых у спящих
начинают стучать зубы. Чесса погладила свой округлившийся живот. В последнее
время люди из Кинлоха все чаще
приходили в их с Кливом усадьбу, и немудрено. Здесь были и смех, и споры, и
ссоры - и никакого колдовства, ничего
таинственного и пугающего. Никаких черных плащей, развевающихся при полном
отсутствии ветра.
Чесса улыбнулась, глядя на Варрика и одновременно сжимая руку Клива. Что
же на уме у ее тестя? Может быть, он
наконец решил отступить и оставить ее в покое?
- Добро пожаловать, отец, - сказал Клив. - Чесса считала, что ты сегодня
заглянешь к нам, и велела женщинам
наготовите" побольше еды. Скоро все уже будет готово для пира, так что если ты
хочешь послать кого-нибудь в Кинлох за
остальными, тебе надо поторопиться.
Варрик снисходительно улыбнулся.
- Мне не нужно никого посылать. - И он вынул из футляра бурру. - Я вызову
своих людей с помощью чар.
Он любовно погладил бурру и отошел на несколько шагов в сторону. Потом
посмотрел на Чессу, скользнув
взглядом по ее животу, и в его глазах она заметила сомнение и вместе с тем -
твердую решимость. Чесса вздохнула. Стало
быть, истерический припадок, который она разыграла после того, как ее спасли, не
отвратил его от нее.
Она сложила руки на груди и зевнула. Варрик продолжал смотреть на нее не
отрываясь, и теперь в его странных
разноцветных глазах сверкал гнев. Когда ей случалось рассердить Клива, она
иногда думала, что его золотистый глаз,
пожалуй, выражает больше ярости, чем голубой. Однажды она сказала ему об этом, и
они оба так хохотали, что забыли про
свою ссору.
Варрик взошел на вершину Соколиного гребня - в окрестностях Карелии это
была единственная возвышенность, -
в очередной раз решив показать, на что он способен. Он вызвал и гром, и холодные
белые вспышки молний. Однако дождя
он не наколдовал, за что все были ему очень благодарны.
Закончив, он обернулся и застыл как громом пораженный. Никто на него даже
не взглянул. Игмал учил Кири
метать деревянный нож, который он сам для нее вырезал. Другие дети внимательно
наблюдали за ними и просили, чтобы он
научил и их. Трое воинов из Кинлоха - его воинов! - пили мед и шутливо пихали
друг друга локтями. Другие были заняты
разговором с обитателями Карелии, которые прежде тоже входили в его дружину, и
никто не обращал на него, Варрика, ни
малейшего внимания. Двое его младших сыновей бросали камешки в озеро,
соревнуясь, кто дальше бросит. Аргана, всегда
молчаливая, покорная Аргана, разговаривала с Чессой и еще несколькими женщинами.
Внезапно Чесса засмеялась над чемто,
что сказала Аргана. Как, неужели Аргана сказала что-то смешное?
Никто не глядел в его сторону, кроме одного-единственного пса, который
сидел, наклонив голову набок, и
таращился на странного человека в черном.
Варрик решительно подошел к Чессе.
- Пойдем, - властно сказал он.
Чесса улыбнулась ему:
- Ты уже вызвал остальных людей из Кинлоха?
- Да, вызвал, - ответил он тоном, который показался ей похожим на тон
обиженного ребенка.
- Вот и хорошо, - сказала Чесса. - Эта твоя палочка - очень удобная
штука. Я скажу женщинам, чтобы они
поджарили еще кабанятины для гостей. Как удачно, что Клив и его люди подстрелили
нынче утром больше дюжины
фазанов. У нас будет знатное угощение.
- Это не палочка, а бурра. И я же ясно сказал тебе, чтобы ты пошла со
мной.
Чесса продолжала улыбаться:
- Ах да, я забыла. Ты хочешь поговорить со мной именно сейчас? Нельзя ли
отложить этот разговор на потом?
Сейчас я очень занята. Ну хорошо, Варрик, давай отойдем;
Они вошли в дом. Здесь не было деревянного помоста, как в Кинлохе. В
длинной общей зале пахло жарящимися
фазанами, пекущимся хлебом и дымом, который поднимался из очага. Варрик подошел
к столу и взобрался на него.
- Осторожнее, отец, - сказал Клив. - Этот стол качается.
- Да, - ухмыльнулся Игмал. - Клив приделал к нему ножки разной длины.
Клив ткнул его локтем под ребра.
- Замолчите, - бросил им Варрик и посмотрел на Чессу. - Подойди ко мне.
- Надеюсь, ты не станешь просить, чтобы я тоже залезла на стол, - сказала
Чесса, поглаживая живот.
Варрик гневно сдвинул брови, казалось, еще немного - и он зарычит.
Внезапно он слез со стола и, вытащив из футляра бурру, протянул ее Чессе.
- Возьми ее. Возьми и скажи, что ты чувствуешь, что ты видишь.
Чесса медленно вытянула руку и взяла бурру, но тут же вскрикнула и
схватила палочку обеими руками, словно ей
было не под силу держать такую тяжесть одной рукой.
- Она ужасно тяжелая, - пробормотала она и положила бурру на стол, однако
не отняла от нее рук. Варрик сверлил
ее взглядом:
- Сейчас бурра горяча, не так ли?
Чесса покачала головой:
- Вовсе нет. Я чувствую только, что она тяжелая, такая тяжелая, что я не
могу ее держать.
- А теперь она стала холодной, верно?
- Холодной? Вот уж нет. На ощупь это обычное дерево, только очень
тяжелое.
- Что ты видишь? Чесса посмотрела на бурру:
- Нарисованные круги и квадраты. Краска, похоже, выцвела и скоро начнет
лупиться. Возьми обратно эту палочку,
Варрик. Она мне не нравится.
На его лице отразилось недоумение, потом гнев.
- Я спросил тебя, что ты видишь, а не как выглядит бурра.
- Что я вижу? Ничего не вижу, разве что этот стол. Боюсь, он слишком мал,
чтобы на нем поместились все
кушанья, которые мы готовим.
Варрик выхватил у нее бурру и засунул ее обратно в футляр.
- Все дело в ребенке, - сказал он. - Ребенок забрал твою силу.
- Какую силу? - удивленно спросила Чесса. - Колдовская сила есть только у
тебя, Варрик. У меня ее нет. Он
испустил глубокий вздох и приказал:
- Аргана, принеси мне меду.
- Не могу, Варрик. У меня руки в капусте. - В голосе Арганы все еще
звучали отголоски веселого смеха.
Он медленно повернулся и посмотрел на женщину, которая восемнадцать лет
была его женой. Она рубила капусту
и укладывала ее на большое деревянное блюдо.
- Атол, - позвала она, - отнеси своему отцу кубок меда.
- Я мужчина, а не раб.
- А я, сынок, женщина и тоже не рабыня. Не пойму, при чем тут это? Я
занята делом, твои братья тоже, а ты не
делаешь ничего. Ты должен слушаться своего отца, как и все мы. Делай, что я тебе
сказала, иначе ты не сядешь вместе с
нами за стол.
К немалому удовольствию Чессы, Атол подчинился. Он налил в кубок меда и
подал его своему отцу. Сделал он это
с явной неохотой, но все же сделал.
Во время всего этого разговора Чесса старалась держаться как можно
незаметнее. Она была удовлетворена. По
всему было видно, что царству ужаса и безмолвия, которое создал вокруг себя
Варрик, приходит конец.
Пир прошел как нельзя лучше. Еды было вдоволь, а столько смеха Чессе не
доводилось слышать с тех самых пор,
как она покинула Ястребиный остров. Внезапно ей вспомнилась история про Египет,
которую рассказывала тогда Ларен, и
загадка, которую она задала под конец и которую разгадал этот хорек Рагнор.
Чесса пересказала историю своим новым
родичам и друзьям и задала им загадку. До разгадки додумался один только Атол.
Остальные долго не могли поверить, что
именно он дал правильный ответ, а они все ошиблись. "Пожалуй, - подумала Чесса,
- между Атолом и Рагнором есть что-то
общее". Надо будет уговорить Варрика послать Атола в Йорк. Он смог бы
подружиться с Рагнором.
Ночью, когда все заснули, Клив спросил жену:
- Скажи, Чесса, что же ты все-таки видела?
- О, Клив, - тихо ответила она, - это было чудесно. Я видела нашего с
тобой ребенка, нашего сына. Он не
унаследовал твоих прекрасных глаз, глаза у него больше похожи на мои. Они такие
же зеленые, но глубже, чем у меня, они
полны тайн и радости, и любви к приключениям. И у него твои волосы, такие же
золотистые и густые.
- А как его зовут? Она улыбнулась:
- Об этом я не успела его спросить.
ОТ АВТОРА
Во времена римского владычества Шотландию называли Каледонией. Название
"Шотландия" окончательно
привилось только в середине девятого века нашей эры. Что касается озера ЛохНесс,
то оно называлось Лох-Несс и в эпоху
викингов. Однако я, по понятным причинам, не могла назвать лохнесское чудовище
"Несси". Я решила назвать ее Кальдон.
Озеро Лох-Несс имеет двадцать четыре мили в длину и в среднем милю в
ширину. Оно никогда не замерзает. В
него впадает восемь рек и бесчисленное множество ручьев, русла которых за
последние века и тысячелетия наверняка
сильно изменились. Единственная река, вытекающая из озера, - это река Несс,
впадающая в залив Морэй-Ферт.
Святой Колумба действительно был первым человеком, который сообщил, что
видел лохнесское чудовище. Это
произошло еще в шестом веке нашей эры. С тех пор его много раз наблюдали и
описывали, причем по большей части эти
описания были очень похожи. Количество сообщений очевидцев, видевших чудовище,
резко пошло вверх в 30-е годы, когда
густой лес, росший на западном берегу озера, был вырублен для строительства
автострады. Именно в 30-е годы о Несси
стали много писать, и охота за Несси сделалась модной.
Верю ли я в существование Несси? В 1990 году, когда мы с мужем
путешествовали по Шотландскому нагорью, нам
как-то раз захотелось выйти из взятой напрокат машины и немного побродить
пешком. Мы оставили машину возле замка
Уркарт неподалеку от Драмнадочита, одного из наиболее популярных мест, где
наблюдали Несси. Погода была теплая и
сырая, стоял густой туман - обычный летний день для горной страны. Мы взяли с
собой еду и устроили пикник в
развалинах старинной крепости на вдающемся в озеро высоком мысе. Из-за плотного
тумана туристов в крепости было
мало, а те, которые были, смотрели на наш обед и обходили нас стороной. Мы
расстелили скатерть и начали пировать.
Туман оседал влажной пленкой на запеченном цыпленке, хлебе, бокалах для вина, но
нас это не беспокоило. После обеда
мой муж заснул, а я стала читать роман. Между тем туман сгустился еще больше.
Услышав впереди себя тихое шипение, я
подняла голову. Что здесь Может шипеть? Змея? В озере?
Волосы у меня на затылке зашевелились, сердце екнуло. Тихое шипение
послышалось снова, на сей раз еще ближе.
Затем туман внезапно разошелся, как будто кто-то взял нож и вырезал квадрат из
тонкой занавеси. В этом неровном
квадрате показалась маленькая голова на длинной, невероятно длинной шее и
медленно, без единого звука стала
подниматься из воды. В этот момент я поняла, что смотрю на Несси. Я помню, что
протянула к ней руку и что-то
прошептала. Потом туман вдруг сгустился снова и все исчезло. Я долго сидела не
двигаясь, гадая, не отравилась ли я
цыпленком и не оказалось ли выпитое мною сладкое красное вино крепче заявленных
на этикетке одиннадцати градусов. И
в конце концов пришла к выводу, что мой обед здесь ни при чем.
Несен существует, и у нее есть дети. Не знаю, сколько поколений Несси
сменилось в озере после того, как святой
Колумба увидел ее в шестом веке нашей эры. Пять? Десять?
Не все ли равно? Главное, что она есть.
Файл из библиотеки OCR Альдебаран: http://aldebaran.ru/
Кэтрин КОУЛТЕР: ХОЗЯИН СОКОЛИНОГО ГРЕБНЯ
Библиотека OCR Альдебаран: http://www.aldebaran.ru/
Закладка в соц.сетях
