Жанр: Электронное издание
coalt1
...губную помаду. -Марта поцокала языком и вышла из
просторной гостиной.
- Я бы предпочел заняться делом, - заявил Томас Шреддер, вложив в свой
голос достаточное количество нетерпения - как раз столько, что у Квинлана
возникло озорное желание развалиться в кресле, закинуть руки за голову и
чуток вздремнуть, просто чтобы позлить этого зануду.
Шреддеру было около тридцати, это был высокий, долговязый и очень горячий
парень - из той породы людей, от которых Квинлан старался бежать как от
чумы. Они нервировали его хотя бы уже потому, что никогда не смеялись,
абсолютно не понимали шуток и обычно видели лес, но не различали деревьев.
Что касается женщины - специального агента Кори Харпер, - то она пока что
не произнесла ни слова. Это была высокая молодая женщина со светлыми
волосами и очень красивыми серо-голубыми глазами. Она тоже явно рвалась в
бой - сидела на самом краешке дивана, на коленях блокнот, шариковая ручка
наготове застыла над открытой страницей. Судя по всему, она не так давно
вышла из Куантико. Он готов был поспорить, что портлендский офис - первое
назначение мисс Харпер.
- Кори рассказала мне обо всех ваших треволнениях в Вашингтоне, - начал
Дэвид Маунтбэнк, не обращая внимания на Томаса Шреддера. - Господи Иисусе,
это было что-то! Вы в порядке, Салли?
- Да, сейчас все хорошо. Они все еще не поймали моего отца, но Джеймс
обещает, что обязательно поймают, говорит, что это лишь вопрос времени.
Квинлану вдруг показалось, что Томас Шреддер вот-вот взорвется. Он
улыбнулся коллеге и пояснил:
- Я приехал сюда, разыскивая Салли. Я появился как частный детектив,
якобы нанятый для того, чтобы найти двух стариков, которые пропали в этих
краях примерно три года назад. Это было моим прикрытием. Но в то же время
это была правда. Эти люди действительно пропали в этом районе. Самое
забавное, что, когда я стал задавать вопросы в рамках моей "легенды", начали
происходить всякие неприятные вещи. Салли, расскажи-ка им про женские крики.
Салли так и сделала, обойдя, однако, молчанием то обстоятельство, что
Амабель не верили, что это в самом деле были крики женщины.
- На следующее утро, гуляя но прибрежным скалам, мы натолкнулись на
женский труп, - продолжил рассказ Квинлан. - Несчастную убили и сбросили со
скал. Не очень-то приятное дело. Естественно было предположить, что это та
самая женщина, чей крик Салли слышала целых две ночи подряд. Должно быть, ее
держали взаперти где-то поблизости от коттеджа Амабель, тетушки Салли.
Почему ее держали в плену? Мы не имеем ни малейшего представления. Однако я
охотно готов поспорить на любую сумму, что эти убийства напрямую связаны с
теми пропавшими людьми.
- Да, да, все это мы знаем, - бросил Шреддер. Он буквально замахал руками
на Квинлана, словно тот был какой-то мухой, которую нужно согнать с куска
хлеба. - Нам также известно ваше мнение по поводу этой якобы существующей
связи. Однако до сих пор у нас нет никаких реальных доказательств того, что
эти явления связаны между собой. Что имеем, так это два убийства. Одно -
местного старожила, доктора Спайвера, другое - женщины из нового
микрорайона, по сути, вовсе не местной жительницы. А что нам требуется - так
это установить связь между этими двумя убийствами, а вовсе не между ними и
исчезновением больше трех лет назад какой-то пожилой пары!
- Что ж, пусть будет так, - остановил его пыл Квинлан. - Дэвид, почему бы
вам не поделиться со мной последними новостями? Чего вы добились с тех пор,
как я умчался домой на прошлой неделе?
Шреддер поспешно вмешался, не дав Дэвиду и рта раскрыть. Его голос
прозвучал резко:
- Шериф Маунтбэнк мало что сделал. Мы с мисс Харпер находимся здесь
только с понедельника - не слишком большой срок для раскрытия преступлений,
однако мы подошли уже близко к разгадке, очень близко.
Кори Харпер прокашлялась.
- Фактически Дэвид собрал показания у каждого жителя городка. Он
расспросил всех очень подробно, но никто не смог ничего толком рассказать.
Все слишком потрясены и подавлены, особенно смертью доктора Спайвера.
- Мы уже начали повторять опрос, - вставил Шреддер. - Кто-то же
обязательно должен был что-нибудь видеть. Мы таки добьемся от них толку.
Старикам бывает трудно что-нибудь вспомнить, если их не подтолкнуть
правильным образом. А для того чтобы знать, как это сделать, нужно иметь
специальную подготовку.
- Ничего подобного, - возразил Квинлан. - Я прекрасно делал это и до
того, как прошел обучение. С другой стороны, Дэвид знает всех этих людей. Он
поймет, когда они лгут и по какому поводу.
- Это мы еще посмотрим, - заявил Шреддер. Кори Харпер казалась смущенной.
В дверях возникла Марта с огромным подносом в руках. Квинлан поднялся и
принял у нее поднос.
- Какой приятный молодой человек, - сказала Марта, обращаясь к Салли. -
Вот сюда, пожалуйста, мистер Квинлан. Да, вот так. Ладно, молодые люди, я
понимаю, вы не хотите, чтобы я слушала все эти важные разговоры, поэтому я
просто оставлю вас одних. Справитесь сами?
- Да, спасибо, Марта, - ответил Квинлан. - Как поживает Эд?
- А, этот бедняга! Тельма все никак не оставит его в покое. Теперь она
обвиняет его в том, что он скомпрометировал меня на кухонном столе, и по
этому случаю она вознамерилась купить дробовик. Сейчас Эд в больнице, ему
делают анализы в связи с его простатитом. Бедняга!
Томас Шреддер взглянул на Кори Харпер, а потом на поднос. Девушка
прикусила губу и принялась расставлять чашки. Квинлан понимающе усмехнулся и
стал помогать ей. Салли налила кофе в первую чашку.
- Дэвид, вам добавить сливок?
Томас Шреддер сидел и наблюдал, как все самостоятельно себя обслуживают.
Квинлан одарил его широкой ухмылкой и указал на последнюю чашку, оставшуюся
на подносе.
- Берите сами, Томас. И, пожалуй, стоит поторопиться. Боюсь, от
нью-джерсийского сырного кекса скоро ничего не останется.
- Просто невообразимо вкусно! - Кори Харпер отправила в рот последний
кусочек.
- Мы с Джеймсом собираемся попросить Марту поехать вместе с нами в
Вашингтон, - сказала Салли. - Она самая лучшая повариха из всех, кого я
знаю. А как она печет - пальчики оближешь!
Квинлан чувствовал, что Шреддер готов взорваться с минуты на минуту.
Ладно, он и так уже достаточно подзавел эту задницу. Как ни в чем не бывало
он произнес:
- Забудьте о ваших допросах, Томас. Нам нужно взглянуть на это дело под
другим углом. Знаю, это звучит странно - то, что исчезнувшие люди могут
иметь какое-то отношение к двум недавним убийствам, но суть в том, что
вплоть до тех самых пор, когда исчезли Мардж и Харви Дженсен, Коув был
настоящим захолустьем - старым, полуразвалившимся городишком. Ни следа
свежей краски, покосившиеся и рухнувшие заборы, вся дорога в выбоинах. Даже
деревья падали. Молодежь разбежалась, остались одни старики, живущие на
пособия по социальному обеспечению. Мой вопрос таков: почему Коув так
разительно изменился по сравнению с тем, что он представлял собой всего лишь
три года назад? Почему все здесь вдруг начало каким-то неведомым образом
просыпаться и оживать примерно в то время, когда исчезли Дженсены?
- О Боже! - ахнула Кори Харпер. - Я как-то не сопоставила события по
времени.
- А я сопоставил, Квинлан, - сказал шериф, - но никогда не задавался
таким вопросом по одной простой причине: общеизвестно, что доктор Спайвер
как раз примерно в то время получил кучу денег. Поскольку у него нет
наследников, он выгодно вложил деньги и весь доход пустил на развитие
города.
- Я думаю, что это обстоятельство заслуживает серьезной проверки. Помню,
вы рассказывали, что по завещанию Спайвера его имущество переходит городу и
что его стоимость оценивается в двадцать тысяч долларов. Если он был так
небогат, тогда город снова начнет сползать вниз, причем довольно скоро. Вам
не кажется? Наводит на размышления, правда?
Я позвоню Диллону - это компьютерный зануда из нашего бюро - и попрошу
его заняться этим вопросом. Назовите мне номер счета и в каком он банке,
Дэвид. Мы с Салли остановимся здесь. Позвоните мне, и я свяжусь с Диллоном.
- Это какой Диллон - Дилпоп Сэйвич? - встрепенулась Кори Харпер.
- Он самый. В том, что касается компьютера, он просто гений, только не
говорите ему об этом, а то он подумает, что вы к нему подлизываетесь.
- Знаю. Я ему это уже говорила, когда проходила курс обучения в Куантико.
Он прочел мне парочку небольших лекций и, вероятно, в самом деле подумал,
что я подлизываюсь. - Никогда не слышал об этом Диллоне, - заметил Томас
Шреддер. - Кому интересны чудаки-компьютерщики? Спору нет, на своем месте
они хороши, но мы-то живем в реальном мире. Вот то, чем мы тут занимаемся,
действительно имеет значение.
Дэвид задумался. Он медленно проговорил:
- Независимо от того, связаны ли как-то пропавшие люди с этими
убийствами, то, на что вы тут очень тонко намекаете, Квинлан, довольно-таки
горькая пилюля, которую трудно проглотить. Этих людей я знаю чуть ли не всю
свою жизнь. Они стреляные воробьи, им пришлось пережить все экономические
бедствия, которые у нас бывали. Господи, только подумаю, что один из них -
убийца, так у меня завтрак в горле застревает. Среди них, очевидно, есть и
еще убийцы, не только один? Нет, не может быть.
Как ни странно, на этот раз Томас Шреддер был почти согласен с шерифом.
Он заявил с изрядной дозой сарказма:
- Это не горькая пилюля. Это просто бред. Вы, Квинлан, параноик.
В ответ Джеймс лишь пожал плечами.
- Этот городок выглядит как голливудская декорация. Помню, именно таким
было мое первое впечатление, когда я сюда приехал. Я хочу знать, как и
почему он таким стал.
- Ну хорошо, у нас есть общее направление? - спросил Дэвид, наклоняясь
вперед. - Я собираюсь более детально проверить банковский счет доктора
Спайвера. Я уже подобрал полицейские отчеты за последние три года на всех
людей, объявленных пропавшими без вести в этом районе. - Дэвид сделал паузу
и набрал в грудь побольше воздуха. - Таких без вести пропавших набирается
около шестидесяти человек!
- О Господи! - воскликнула Кори Харпер.
- Джеймс ошибается, - поспешно вставила Салли. - Моя тетя живет в этом
городе уже больше двадцати лет. Она не может участвовать в таком гигантском
заговоре убийц. Амабель просто не способна на это.
- Очень хочется верить, что я ошибаюсь, Салли. - Джеймс взял ее за руку.
Рука была холодной. Он налил немного кофе в хрупкую чашечку китайского
фарфора, чтобы она немножко согрелась. - Но возникает слишком много
вопросов. Просто не могу придумать никакого другого способа двигаться дальше
в наших рассуждениях.
- И я тоже, - вздохнул Дэвид.
- Что ж, зато я могу. - Томас Шреддер поднялся и встал перед камином. Он
принял театральную позу - ни дать ни взять Эркюль Пуаро, готовый объявить
слушателям свое решение. Ему не хватало только знаменитых усов, чтобы их
подкручивать.
- Мы все - внимание, - чуть заметно улыбнулся Квинлан. - Надеюсь, ваша
версия этого заслуживает. Вперед, начинайте представление.
- Вешать эти убийства на нескольких местных жителей просто бессмысленно.
Равно как и связывать их со всеми вашими пропавшими людьми, Дэвид. По-моему,
об этом нужно просто забыть.
- Но, Томас... - начала было Кори, однако Шреддер поднял руку, призывая
ее к молчанию.
- Это все теория и ничего больше. А у нас есть реальные факты. Будем
конкретными. Я изучил всe, что касается преподобного Хэла Ворхиза и его жены
Шерри. Действительно, они живут в Коуве двадцать семь лет, а до этого жили в
Телте, штат Аризона. У них было два приемных сына, но кончилось все тем, что
оба малыша, попав к Ворхизам, погибли в течение года. Один упал с дерева и
сломал шею. Другой - сжег себя до смерти, включив газовую духовку. И то, и
другое - несчастные случаи, по крайней мере так было заявлено, и эта точка
зрения была принята официально. Все очень переживали по этому поводу,
буквально каждый говорил, что Ворхизы - милейшие люди, к тому же Гарольд -
проповедник, почему бы это Богу было угодно взять обоих их ребятишек?!
Но были кое-какие вопросы. Кажется, за время, пока Ворхизы жили в Телте,
там произошло еще несколько несчастных случаев с детьми. Потом они переехали
из Аризоны сюда. Здесь вроде не было никаких детей. Впрочем, кто знает?
Он подождал аплодисментов - и получил их.
- Да, это уже кое-что! - воскликнул шериф Маунтбэнк. - Неплохое начало,
Томас. У вас есть еще что-нибудь?
- Есть еще одна история про Гаса Эйснера - старика, который ремонтирует в
этом городе все, у чего есть колеса. Оказывается, Вельма не первая его жена.
Первая жена была убита. Эйснер обвинялся в убийстве, но окружной прокурор
так и не сумел собрать достаточно улик, чтобы отправить его в тюрьму. Через
месяц Гас женился на Вельме, и они перебрались в Коув. Из Детройта. Дьявол!
Нам придется навести справки о каждой живой душе в этом городе. Кори, к
примеру, сейчас занимается Китонами.
- Да, вы правы. Нужно проверить их всех, - сказал Квинлан. Шреддер
воззрился на него с неподдельным удивлением, в его темных глазах мелькнул
радостный огонек. - Я надеюсь, что это либо тот, либо другой. Но все-таки
что-то тут не чисто.
- Знаете, Квинлан, - сказал Томас Шреддер, - поскольку доктор был убит,
мы как следует покопались и в его прошлом.
- Погоди, Томас, - перебила его Кори Харпер, - на самом деле все справки
о докторе навел Дэвид.
- Да, это так. - Дэвид выпрямился на стуле. - Спайвер приехал в Коув в
конце сороковых годов вместе с женой. В середине шестидесятых его жена
умерла от рака груди. У них было два сына, сейчас обоих уже нет в живых:
один погиб во Вьетнаме, другой разбился на мотоцикле в Европе. Был еще некий
богатый дядюшка, который умер. Это все, что я сумел раскопать, Квинлан.
- Ну что ж, посмотрим. Если деньги не могли поступать от доктора
Спайвера, значит, они должны идти откуда-то еще.
В дверях послышалось стариковское покашливание, настойчиво привлекая
всеобщее внимание.
- Ага, значит, вы вернулись, Салли, и вы, мистер Квинлан! Я слыхала от
Амабель, что в нашей столице, этом отвратительном оплоте несправедливости,
ФБР разобралось почти во всем. - Она немного помолчала, качая головой. -
Слава Богу, мне определенно хотелось бы туда съездить.
Тельма Неттро распахнула дверь и предстала перед ними, опираясь на трость
и сияя улыбкой. Персиковая помада смазалась, и часть ее попала на вставные
зубы.
- Привет, Тельма. - Квинлан встал и направился к пей. Потом склонился и
чмокнул старуху в щеку. - Вы выглядите, как французская фотомодель. В чем
секрет?
Глава 27
- У вас хорошо подвешен язык, молодой человек, - ответила Тельма. Она
была явно в прекрасном расположении духа. Старуха потрепала Квинлана по
щеке. - Помогите-ка мне сесть в кресло, и я расскажу вам обо всех моих
трюках.
Как только Квинлан помог ей усесться, она пробасила:
- Ну, так что там такое - я слышала по каналу Си-эн-эн, будто отец Салли
убил какого-то человека, которого некий хирург-косметолог за большие деньги
сделал на него похожим? Он держал вас под замком, Салли? А потом удрал?
- Все примерно так и было, Тельма. Мой отец, к сожалению, все еще на
свободе, но ФБР его поймает. Его лицо показали по всем каналам телевидения.
Кто-нибудь обязательно его опознает. Отец не сможет выехать из страны, его
паспорт не пропустят через границу.
- Он мог получить другой паспорт, - возразил Томас Шреддер. - Это не
составляет труда.
- Дерьмо! - выругался Квинлан. - Прошу прощения, Тельма, как-то само
собой вырвалось, Вы правы, Томас.
- Молодой человек, за свою жизнь я слыхала словечки и похлестче, чем ваше
ругательство. Я вижу, вы пригласили сюда еще несколько агентов ФБР. Хотите
раскрыть эти убийства, а? - Да, мэм, - ответила вместо него Кори Харпер.
- Мы все считали, что док сам себя убил, но та дамочка из Портленда
заявила, что это не так.
- Медицинский эксперт, - пояснил шериф. - Мне повезло, что у нее
оказалась такая хорошая подготовка. В противном случае смерть Спайвера могла
сойти за самоубийство.
- Бедняга доктор, - вздохнула Тельма. - Ну кому могло понадобиться сунуть
ему в рот дуло пистолета? На редкость некрасивый поступок, вы не находите?
- Да, очень;
- А что до той молодой женщины, матери троих детей - что ж, это тоже
достойно сожаления, но в конце концов она все же не была одной из нас. Она
из нового микрорайона.
- О да, Тельма, она совсем чужая - жила аж в трех милях отсюда, -
усмехнулся Квинлан. Но он видел, что его ирония прошла мимо ушей Тельмы. -
Однако правда состоит в том, что умерла-то она как раз здесь!
Квинлан снова уселся на обитый ситцем диван рядом с Салли и заговорил в
своей тихой, вкрадчивой, располагающей к доверию манере. С таким голосом он
смог бы выудить информацию даже у телеграфного столба.
- Скажите, Телъма, а вы встречали когда-нибудь богатого дядюшку доктора
Спайвера?
- Нет, никогда. Даже не помню, где он жил, - если вообще когда-нибудь
знала. Но о нем все слышали. Мы знали, что он стар, как Мафусаил, и что,
если мы еще чуть-чуть потерпим, он окочурится, и док получит в наследство
кучу денег.
Разумеется, у меня есть деньги, но не так много, как было у этого
богатого дядюшки. Мы все боялись, что старикан может потратить их все на
сиделок и дома престарелых. Однако, как сказал док, он просто тихо скончался
во сне, и тогда Спайвер получил солидный чек. На нем было больше нулей, чем
кому-нибудь в нашем городе вообще доводилось видеть, доложу я вам.
- Тельма, - вмешался Дэвид, - а вы знаете кого-нибудь в Коуве, кто мог
встречаться с этим пресловутым дядюшкой?
- Нет, не знаю. Но я выясню. Марта! Тельма завопила так, что у Салли
зазвенело в ушах. Она поморщилась, но при этом и улыбнулась: Кори
подпрыгнула на месте, выронив ручку и блокнот.
- Очень здоровые легкие, - заметил Квинлан. Марта показалась в дверном
проеме, вытирая руки о фартук.
- Что ты там готовишь на обед. Марта? Дело близится уже к четырем.
- Твое любимое блюдо, Тельма - жаркое из баклажанов, посыпанное сверху
большим количеством тертого пармезана, и чесночные гренки - такие
рассыпчатые и поджаристые, что у тебя зубы затанцуют. А еще - салат "Цезарь"
с козьим сыром.
- Дядюшка, Тельма, - подсказал Квинлан.
- Ах да, Марта, ты когда-нибудь встречала богатого дядюшку доктора
Спайвера?
Марта сосредоточенно нахмурилась, потом медленно покачала головой.
- Нет, я только годами слышала упоминания о нем. Всякий раз, когда дела
шли совсем плохо, мы, бывало, говорили об этом дядюшке - насколько он стар,
какие у него болезни, пытались прикинуть, когда он может скончаться. Разве
ты не помнишь, Тельма? Хэл Ворхиз еще всякий раз с осуждением говорил, что
мы как вурдалаки - дескать, грешно вести такие разговоры, словно мы дружно
молимся о смерти бедного старика.
- Мы и молились, - заметила Тельма. - Во всяком случае, бьюсь об заклад,
что Хэл сам молился потихоньку, когда поблизости никого не было. Ну я-то как
раз не желала старику смерти, потому что я не была бедной, как все остальные
в Коуве. Однако, когда док получил наследство, я громко ликовала вместе с
другими горожанами.
- Если не ошибаюсь, вы живете в городе с сороковых годов? - уточнил
Дэвид.
- Да, я приехала сюда еще в тысяча девятьсот сорок пятом, с моим мужем
Бобби Неттро. Наши дети тогда уже выросли, и нам стало неуютно в большом
старом доме в Детройте. Мы как-то заехали. в Коув и решили, что это место
как раз нам подходит. - Она вздохнула полной грудью, так что воздух, проходя
между ее вставными зубами, породил свистящий звук. - Бедняжка Бобби, он
скончался в пятьдесят шестом, как раз вскоре после того, как Эйзенхауэра
переизбрали на второй срок. Знаете ли, он умер от пневмонии. Но он оставил
меня состоятельной женщиной, доложу я вам, очень состоятельной. В конце
шестидесятых я взяла к себе Марту, мы стали жить вместе и прекрасно
управляемся. Она работала школьной учительницей в Портленде, но ей это не
нравилось - знаете, всякие хиппи, наркотики, свободная любовь и все такое. А
поскольку я знавала ее маму, когда та была жива, то знала и Марту. Мы всегда
поддерживали связь. Но знаете, Квинлан, я не оправдала надежд ее матери -
все еще не могу найти Марте мужа, а ведь я ей обещала, что найду. Видит Бог,
я потратила на поиски больше лет, чем у меня во рту зубов.
- У тебя совсем нет зубов, Тельма! - уточнила Марта. - Почему бы вам
просто не сжевать эту прекрасную помаду и не переключиться на баклажаны с
пармезаном?
- Что ж, я привыкла иметь полный рот зубов. Знаете, что я вам скажу,
Квинлан! Похоже, все без толку - как бы она ни возбуждалась и как бы ни
выпячивала напоказ свой бюст перед старыми греховодниками. Возьмем, к
примеру, беднягу Эда... Марта закатила глаза и выплыла из комнаты. Квинлан
попытался вернуть разговор в нужное русло.
- А все-таки, Тельма, не могли бы вы рассказать о своих детях?
- У меня было два мальчика. Одного убили на войне - на мировой войне, не
в Корее или во Вьетнаме. Другой - другой живет в Массачусетсе. Сейчас он на
пенсии, у него уже выросли внуки, и у них тоже есть дети... Это превращает
меня в такую древнюю старуху, что просто невыносимо об этом думать.
Салли поднялась, улыбаясь, и подошла к Тельме, чтобы поцеловать ее мягкую
морщинистую щеку.
- Сейчас, Тельма, я собираюсь навестить Амабель, но мы с Джеймсом
остановимся в вашем номере в башне.
- А, так ты все еще пользуешься, его услугами? Бедный мальчик, у него нет
ни единого шанса. В первый же раз, когда я увидела вас вместе, то сразу
поняла, что ты в два счета заставишь его снять штаны.
- Тельма, съешь-ка лучше кусочек нью-джерсийского сырного кекса!
Нахмурившись, Тельма повернулась к Марте, которая как раз возвращалась в
комнату с очередным подносом кексов.
- Какая ты грубая, Марта, какая грубая! Могу поспорить, ты - фригидная
женщина, и Эду каждый раз, когда он хочет добиться от тебя милостей,
приходится выпрашивать их на коленях.
- Увидимся позже, - попрощалась Салли, усмехнувшись Джеймсу, Дэвиду и
двоим опешившим от удивления специальным агентам из Портленда.
- Я скоро к тебе присоединюсь, Салли, - крикнул ей вслед Квинлан.
Когда Салли выходила из парадной двери гостиницы Тельмы, он уже продолжал
расспрашивать хозяйку.
День был замечательный - теплый ветерок, который касался лица так легко,
словно крылья бабочки, доносил соленый запах океана.
Салли вздохнула полной грудью. Перед магазином "Лучшее в мире мороженое"
стояла Шерри Ворхиз. Салли помахала ей рукой, и та махнула в ответ. Потом из
магазина вышла Хелен Китон - та самая, чья бабушка изобрела рецепт
мороженого. Остановившись рядом с Шерри, она посмотрела на Салли и тоже
приветственно помахала рукой. Милейшие женщины. Определенно они не могут
иметь ни малейшего отношения к убийствам или исчезновению людей.
- Сорт, которым мы торгуем на этой неделе, - ореховый крем с бананом, -
окликнула ее Хелен. - Обязательно зайдите с мистером Квинланом и попробуйте!
Это не совсем то, что готовила моя бабушка, но мне нравится придумывать
новые сорта. Ральф любит бананово-ореховое, он говорит, оно такое вкусное,
что обязательно должно быть вредным.
Салли вспомнила, что Ральф Китон - хозяин похоронного бюро. Она увидела и
Ханкера Доусона, ветерана второй мировой войны, который всегда носил свои
две медали на кармашке байковых рубашек. Доусон подтянул мешковатые брюки и
крикнул с другой стороны улицы:
- А вы знаменитость, Салли Брэйнерд! Пока вы не уехали, мы и не
разобрались, что вы сумасшедшая. А теперь оказалось, что вы даже и не
сумасшедшая. Я думаю, репортеры здорово разозлились, что вы не чокнутая.
Помешанных да злодеев они любят гораздо больше, чем невинных или жертв.
- Ага, точно, - вступил Пурн Дэвис. - Газетчикам страсть как хотелось,
чтобы вы были полным психом и кидались на людей. Им было явно неприятно
сообщать, что вы оказались нормальной. Зато потом они накинулись на вашего
папашу.
- Я рада, что они в конце концов занялись этим, - откликнулась Салли.
- За своего папашу можете не волноваться, Салли, - крикнул Гас Эйснер. -
Его физиономию показывают чаще, чем президента. Они его схватят.
- Да, - присоединился Ханкер Доусон, - как только репортеры как следует
запустят в него свои когти, они позабудут про все остальное. Они всегда так
делают. Для них это теперь главный материал дня.
- Я очень на это надеюсь, - крикнула в ответ Салли.
- Ханкер Доусон, оттягивая пальцами подтяжки, равнодушно, просто
констатируя факт, прокричал:
- Моя жена, Арлен, всегда раскачивалась в своем кресле-качалке. Она
годами качалась, пока не померла.
Пурн Дэвис крикнул, поясняя:
- Ханкер имеет в виду, что она была малость не в своем уме.
- Такие вещи случаются, - сказала Салли, но, вероятно, недостаточно
громко, чтобы они ее услышали.
Четверо стариков прервали игру в карты и все уставились на нее. Даже уже
отвернувшись, она знала, что они смотрят ей вслед, пока она шла по этому
прекрасному деревянному тротуару к коттеджу Амабель. Она заметила жену Гаса,
Бельму Эйснер, и помахала ей рукой. Бельма ее не заметила - опустив голову,
она шла в направлении универмага Пурна Дэвиса.
Коттедж Амабель выглядел свежим, как сама весна. На недавно высаженн
...Закладка в соц.сетях
