Жанр: Электронное издание
Bretton2
..., мать виновника торжества, была дружелюбной, но было видно,
что это лишь из вежливости. Мать
Конора заявила: "Какая у вас взрослая дочь!" - и Мэгги пришлось объяснять, что
Николь всего пятнадцать. Мэгги также
упомянула о возрасте дочери в разговоре с братьями Конора, чтобы те не дали ей,
Мэгги, больше лет, чем на самом деле, но
результатом было лишь разочарованное выражение на их лицах.
Мэгги снова задумалась о том, почему Клер согласилась на эти фотографии.
Уж Клер-то, казалось бы, должна быть
крайне осторожна - кому, как не ей, знать все подводные камни модельного
бизнеса? Клер стала моделью в шестнадцать лет,
бросив школу, к большому неудовольствию матери.
- Да ты только посмотри, мама! - заявила тогда Клер в ответ на гневные
тирады Риты, потрясая перед ее носом
чеком на кругленькую сумму. - Ты столько и за год не заработаешь!
Клер знала, на каких струнах играть. Деньги всегда были больным местом в
семье, хотя Рита и так крутилась как белка
в колесе. Этот чек был самым весомым аргументом из всех, что заставили Риту в
конце концов смириться с выбором дочери.
Клер всегда была взбалмошной, а дайте вчерашнему ребенку свободу и много
денег, и он совсем потеряет голову.
Мэгги совершенно не хотелось, чтобы ее дочь пошла по той же дорожке, как бы
трудно ни было с деньгами. Мэгги твердо
решила сказать сестре все, что она о ней думает, как только вернется домой.
Она подошла к буфету, чтобы наполнить свой бокал, и к ней присоединился
один из младших братьев Конора.
- Мэтт, - представился он. - Впрочем, мы с вами уже встречались. Тогда, в
Атлантик-Сити.
Она улыбнулась и протянула ему руку:
- Мэгги.
Она оглянулась вокруг, но красивой молодой блондинки, с которой она видела
его тогда, нигде не было видно. Мэтт
заметил это,
- Если вы ищете Лайзу, то ее здесь нет. Мы были просто друзьями. Теперь я
уже месяц как с ней. - Мэтт показал на
девушку интеллектуального вида в компании таких же интеллектуалок.
Мэгги задело то, что Мэтт говорит о своей девушке "она". Мэтт был
единственным мужчиной во всей семье, кто не
был ни полицейским, ни пожарным, и уже этим выделялся. Отец Конора был
полицейским в отставке, его дяди были
пожарными, большинство кузенов служили в армии.
Мэгги заметила, что все присутствующие держались маленькими группками, и
ни одна из этих групп не спешила
принимать в свою среду Конора. Только Мэтт казался открытым и дружелюбным.
- Ваша дочь прелестна. - Мэтт наполнил ее бокал.
- Она еще ребенок. - Мэгги решила, что не будет лишним напомнить ему об
этом.
- Должно быть, вам с ней порой приходится нелегко.
- Еще как, - грустно согласилась она.
- Она так хороша, что могла бы быть фотомоделью.
- Знаю. К сожалению, она тоже это знает.
В этот момент к ним подошел Конор. Мэгги положила руку ему на плечо. Этот
жест не остался незамеченным никем
из присутствующих.
- Наслаждаешься обществом моей семьи? - с иронией спросил Конор.
Мэгги посмотрела на него:
- А ты как думаешь?
- Ничего, потерпи, - шепнул он ей на ухо, - скоро отчалим.
Мэгги почувствовала облегчение, но постаралась не выдавать его.
Они непринужденно поболтали с Мэттом, у которого был удивительный дар
переводить разговор, о чем бы он ни
зашел, на свою персону. Вскоре к ним присоединилась мать семейства - высокая
чопорная дама с аккуратно уложенными
абсолютно седыми волосами.
- Вы поужинаете с нами? - спросила она у Мэгги. - Мы собираемся
отправиться в "Золотой дракон", как только
закончится вечеринка.
- Извини, мама, - ответил за Мэгги Конор, - но мы, пожалуй, пойдем. Детям
Мэгги завтра с утра в школу.
- Ради такого случая могли бы и остаться! - Дама окинула Мэгги оценивающим
взглядом.
- В другой раз, - сказал Конор.
- Я понимаю, что вы не член семейства, - обратилась старуха к Мэгги, - но
если вас не затруднит...
- Не хочу вас обидеть, но мне действительно пора.
- Понимаю. Сложно, должно быть, растить одной двоих детей? - спросила мать
Конора.
- Ничего, муж помогает, хоть мы и в разводе, - не осталась у нее в долгу
Мэгги.
- А вы давно в разводе?
- Два года.
- Он что, живет неподалеку от вас?
"Не слишком ли ты любопытна?" - подумала Мэгги.
- Он в Лондоне. С новой женой.
"Что, съела?" - усмехнулась она про себя. Миссис Райли - надо отдать ей
должное - была хорошо натренирована в
словесной войне, но и Мэгги ей не уступала.
- Да, слышал новость? - обратилась миссис Райли к Конору. - У Джо и Энджи
родился сын! Восемь фунтов
двенадцать унций.
- Подумать только! - удивился тот. - А он-то уже было думал, что у него
никогда не будет детей. - Конор
повернулся к Мэгги. - Джо мой ровесник, - объяснил он. - А его жене двадцать
три.
- Понятно, - протянула Мэгги, давая почувствовать миссис Райли, что
догадывается, для чего та затеяла этот
разговор.
"Не бойся, - означал на самом деле ответ Мэгги. - Я еще способна иметь
детей".
В этот момент в комнату вдруг ворвался один из многочисленных малолетних
родственников Конора.
- Миссис О'Брайен, - сбивчиво затараторил он, - я думаю, вам лучше
вмешаться. Они дерутся, как кошка с
собакой!
- Господи! - вырвалось у Мэгги, и она, даже не извинившись, кинулась вслед
за мальчиком. Что там еще натворил
Чарли? Он никогда не лез в драку, но мог, конечно, расквасить кому-нибудь нос
мячом во время игры в футбол.
Но Чарли здесь был ни при чем. Дело было в Николь. Она стояла в окружении
многочисленных отпрысков семейства
Райли, и один из них заламывал ей руку за спину. На секунду Мэгги почему-то
вдруг посмотрела на дочь глазами мужчины.
Та выглядела сейчас раскрасневшейся, дикой и чертовски красивой.
- Отпусти мою дочь! - потребовала Мэгги таким тоном, что было ясно: она не
шутит.
- Она сумасшедшая! - заявил мальчишка, отпуская руку Николь. - Она хотела
откусить мне нос!
Мэгги выступила вперед. Хотя самый маленький из семейства Райли был выше
ее, вид у нее был такой, что все
попятились. Никто, если только он в здравом уме, не станет связываться с
матерью, защищающей своего ребенка.
- Что происходит? - Мэгги адресовала этот вопрос всем, но глаза ее были
устремлены на дочь.
- Она набросилась на него! - заявила одна из девочек. - Она сумасшедшая!
- Николь! - Мэгги заставила дочь встретиться с ней взглядом. - Она говорит
правду? Ты действительно
набросилась на него?
- Да, - пожала плечами Николь. Мэгги окинула всех взглядом:
- Кто-нибудь расскажет мне, что произошло?
- Она начала первая! - заговорила девочка с темными, как у Конора,
волосами. - Мы говорили о дяде Коноре, а она
открыла свой грязный рот и... - Девочка покраснела и отвернулась.
Все вдруг почувствовали себя неуютно и стали расходиться. Мэгги
обернулась. Рядом с ней стоял Конор.
"Я не хочу знать, - думала Мэгги. - Что бы она ни сказала, я не хочу этого
знать".
- Все в порядке, - сказала она Конору. - Но я думаю, нам лучше попрощаться
со всеми и уехать.
Дорога домой была тяжелым испытанием для всех. Николь была мрачнее тучи.
Чарли сначала пытался ее расшевелить,
но потом, по-видимому, настроение сестры передалось и ему. Он сжался в комочек и
тихо плакал весь оставшийся путь. Не
было смысла и пытаться выяснить у Николь, что же все-таки произошло, - это лишь
привело бы к новой истерике.
К тому же Мэгги в глубине души не была уверена, что Действительно хочет
знать, что произошло. Она пыталась
списать инцидент лишь на задиристость подростков, но не могла не понимать, что
на самом деле здесь нечто большее.
Конор пытался заговорить с Мэгги, но разговор не клеился, и он вскоре
оставил эти попытки и вел машину в
молчании.
"Добро пожаловать в семейную жизнь, разрушитель всех романтических
иллюзий!" - думала Мэгги, когда машина
въезжала в ее ворота. Возможно, мать была права, когда говорила, что никто не
будет любить ее детей так, как она. Однако в
тот момент, когда Николь пулей выскочила из джипа и пустилась в дом, а за ней
последовал Чарли, Мэгги сама не была
уверена, что так уж без ума от них.
- Беги, - обреченно сказала она Конору, стоявшему, прислонившись к джипу.
- Возвращайся в свою жизнь.
Конор никуда не убежал. Вместо этого он подошел к ней и заключил ее в
объятия. Мэгги не было дела, что эту сцену
могут увидеть соседи.
- Прости, что все так вышло. - Она склонила голову к нему на грудь. - Ты,
должно быть, жалеешь, что взял меня с
собой.
Он поцеловал ее в макушку. Мэгги закрыла глаза, еще сильнее прижимаясь к
нему. Если бы все было так просто!..
- Ты, должно быть, сама жалеешь, что поехала со мной.
- Нет, что ты, все было очень здорово! - похвалила она, но ее слова
звучали неубедительно. Она посмотрела на
Конора: - Извини, я, конечно, не умею лгать. Все вышло довольно паршиво.
- Я сказал матери пару ласковых, пока ты разговаривала с Николь во дворе.
- Не надо было.
- Надо.
- Почему, ну почему все получается так сложно? - в отчаянии проговорила
Мэгги.
Конор посмотрел на нее:
- Потому что нам уже не восемнадцать. У нас обоих за спиной целая жизнь,
состоявшая не из одних лишь радостей.
- Твоя мать, похоже, считает, что я слишком стара для тебя.
- Мало ли что считает моя мать!
- Я думаю, ей нужна невестка, которая нарожала бы ей кучу детей.
Конор лукаво подмигнул ей:
- Не вижу проблем!
- Целый букет внуков, с кровью Райли на пятьдесят процентов.
- Я перестал слушать маму лет двадцать назад.
- Я рада, - улыбнулась Мэгги, хотя отлично представляла себе ситуацию.
Пока они с Чарлзом жили отдельно от
родителей, все было хорошо, но стоило им приехать в гости к ее или его матери,
как сразу же разгорался сыр-бор. -
Единственное, о чем я жалею, - что Николь показала себя такой невоспитанной.
- Что поделать, дети есть дети.
- О матерях судят по их детям, - сказала Мэгги. - Я же, похоже, с треском
провалила этот экзамен.
- Забудь об этом.
- Послушать тебя, так все очень просто.
- Это все образуется. - Конор притянул ее к себе. - Главное, у нас с тобой
серьезные намерения.
- Тогда, в Кейп-Мей, все было действительно просто. Мы даже не знали
фамилий друг друга...
- Мы можем вернуться туда снова, - улыбнулся он.
- Непременно! - поддержала она его.
Вернуться они, конечно, могли бы. Только вот будет ли все как прежде?
Теперь они знали друг о друге слишком много.
И что еще хуже, хотели знать еще больше.
Глава 17
Николь никак не удавалось заснуть. Она вертелась с боку на бок и даже
пыталась засунуть голову под подушку, чтобы
не видеть света, проникавшего из-под двери, и не слышать шума на кухне, но
ничего не помогало. Наконец, отчаявшись
заснуть, она зажгла лампу и стала листать журнал, но была слишком возбуждена,
чтобы сосредоточиться. Строчки танцевали
перед глазами. Она со злостью отбросила журнал и стала смотреть в потолок.
Мать и тетя Клер спорили на кухне вот уже два часа, и Николь готова была
взвыть. Она хотела было присоединиться к
ним - в конце концов, разговор шел о ней, - но мать строго приказала ей идти
спать. Николь повернулась было к Клер, ища
у нее поддержки, но та сказала: "Ты слышала, что говорит твоя мать?" - и
отвернулась. От матери Николь еще могла такое
стерпеть, но от тети Клер уж никак не ожидала.
Наверное, никому из них нельзя верить. Наобещают с три короба, а потом на
попятную. Только и слышишь: "Это для
твоего же блага, дорогая... Когда-нибудь сама поблагодаришь... Будешь в моем
возрасте - поймешь..."
Сколько можно считать ее маленькой?! Она и сейчас все отлично видит.
Видит, что мать думает только о себе. Это мать
виновата в том, что они с папой больше не одна семья. Ей, видите ли, надоело
мотаться за ним с места на место! А что
думают дети - до этого ей никогда не было дела.
Можно подумать, ей не нужны деньги! Ведь лишней тряпки не может себе
позволить, и машина такая, что давно уже
пора в утиль. Почему бы не разрешить дочери самой зарабатывать себе на жизнь?
Если тетя Клер права и Николь
действительно станет супермоделью, то она сможет чаще быть с папой, как бы
далеко он ни был. Она сможет летать к нему
сколько хочет, даже первым классом, как рок-звезды и киноартисты.
Отец, возможно, даже не догадывается, как она скучает по нему, ибо всякий
раз, когда он звонит, столько всего надо
сказать, что не хватает времени даже на самое важное.
Николь знала, не его вина, что он так далеко от нее. Армия - дело
подневольное, сегодня он дома, а завтра его могут
послать куда-нибудь, куда даже семья не может за ним поехать. Вот почему он так
торопился расписаться с этой Салли.
- Мне, конечно, хотелось бы, - сказал он тогда, - чтобы вы с Чарли
присутствовали на нашей свадьбе. Но меня
посылают на Ближний Восток, не знаю, когда вернусь, так что мы с Салли решили
поторопиться... - Отец не сказал этого,
но Николь поняла, что он может и не вернуться.
Николь не знала как следует, что делает отец на этом самом Ближнем
Востоке, но знала, что обстановка там опасная.
Как знала и то, что мать собирается сделать большую ошибку с этим Конором. Может
быть, если бы мать хоть раз спустилась
на землю с небес, она бы увидела, что он за птица? Ее тетки, кажется, что-то
говорили о том, как погиб его напарник. Похоже,
Конор просто подставил под пулю дружка, чтобы спасти свою задницу. И ему еще
дали за это отпуск, словно он его
заслужил! Николь так и сказала его родственничкам, вот они и накинулись на нее.
Впрочем, если им нет никакого дела до того, что она о них думает, то что
ей за дело до них? Пусть отец женится на
женщине, с которой знаком без году неделя, пусть мать выходит за придурка,
подставившего под пулю лучшего дружка.
Николь решительно встала, включила компьютер и стала рыскать по сайтам. Не
нужна ей помощь никакой тети Клер.
Она и сама не пропадет, заявила Мэгги сестре.
- Оставь в покое мою дочь, и я от тебя отстану.
- Подумай хорошенько, Мэгги! - Клер налила себе чашечку кофе. - Эта
девочка - золотая жила! Не пожалей
потом!
- Эта девочка - моя дочь. И я не хочу, чтобы она стала такой, как... -
Мэгги осеклась на полуслове.
- Как я? Договаривай, не стесняйся! - усмехнулась Клер. - Мы и так уже
сказали друг другу массу нелицеприятных
вещей.
Мэгги смутилась.
- У тебя была трудная жизнь, Клер, - осторожно сказала она. - Я не хочу,
чтобы у Николь была такая же.
- Хорошо сказано, - одобрила Клер. - Жестко, но справедливо.
- Я не шучу!
- И я не шучу. У меня была дерьмовая жизнь, и ты хочешь уберечь от этого
Николь. Кто посмеет осудить тебя за это?
- Я не говорила "дерьмовая". Я сказала "трудная".
- Это одно и то же. Послушай, разве ты не хочешь, чтобы твоя дочь стала
блестящей сменой старушке Клер?
Мэгги усмехнулась, хотя ей было не до смеха.
- Только не это, - не сдавалась она. - Это уже было в нашей семье, пора
попробовать что-нибудь новенькое.
- Мы уже говорили об этом весь вечер, - сказала Клер. - Моя звезда
заходит, звезда Николь восходит. Я могу
помочь ей, напутствовать ее, уберечь от ошибок. Я позабочусь о том, чтобы с ней
обращались помягче.
- Понимаю, - заявила Мэгги. - Но мое решение остается тем же. Я не
позволю, чтобы пятнадцатилетняя девочка
становилась фотомоделью.
"Как и не отдам ее тебе, Клер, при всей моей любви к тебе".
- Ты совершаешь большую ошибку, Мэгги!
- Я так не думаю.
- Ты слишком самоуверенна, Мэгги. Это твой недостаток.
- Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои недостатки. Я знаю лишь одно:
никаких тайных снимков больше не
будет. Только через мой труп!
Клер посмотрела на нее:
- Ну да, конечно! Ты ведь всегда принимаешь только правильные решения! И
когда бросила Чарлза, и когда вернулась
в эту дыру, чтобы жить такой жизнью, от которой любой нормальный человек сбежит
на следующий день. Неудивительно,
что идеалы твоей дочери не совпадают с твоими!
- Разговор окончен, Клер.
- Что, правда глаза колет? Ты ведь всегда так любила правду. Ты не можешь
навязывать Николь свой образ жизни.
Она не такая, как ты. Она любит путешествовать, а не торчать в Богом забытом
городишке. Она скучает по Чарлзу. Она хочет
от жизни большего, чем работа за гроши или брак с каким-нибудь неудачником.
- На себя посмотри, Клер! Я по крайней мере не затягиваю пятнадцатилетних
девочек на путь порока. Я отлично
знаю, что такое фотомодель. Мне ты можешь сказок не рассказывать!
- Может быть, я и действительно так плоха, как ты расписываешь. Но я по
крайней мере не сплю с мужиками, по
которым тюрьма плачет.
Звук пощечины эхом отдался в кухне. Ладонь Мэгги встретилась с холеной
щекой Клер, но ни один мускул не дрогнул
на лице знаменитой красавицы.
- Как это мило! - Клер осторожно дотронулась до щеки. - А мы, однако,
больше похожи, чем я думала!
Прекрасный пример для Николь...
Рука Мэгги опустилась.
- Прости, - пробормотала она.
- Ладно, что уж с тебя взять. Я вот что хочу сказать: помнишь того
замечательного парня, за которого тогда вышла
мать? Я думаю, тебя до сих пор тошнит от одного воспоминания о нем! А теперь
подумай: хорошим ли отчимом будет твой
ненаглядный Конор?
- Не твое дело.
- Вот погоди, скоро начнется суд, тогда станет видно, чье это дело!
Мэгги на минуту задумалась. С тех пор как она обнаружила у Конора
фотографию Бобби, тот ни разу не заводил
разговора об этом происшествии. Мэгги тоже - зачем бередить Конору душу? Она уже
почти успела забыть об этом.
Недавно, правда, Конор упоминал, что суд начнется за неделю до Дня благодарения
и закончится, вероятно, в начале декабря,
но при этом казался безразличным.
- К чему ты клонишь? - спросила Мэгги. Клер, казалось, была не на шутку
удивлена.
- Ты знаешь к чему.
- Ей-богу, не знаю!
- Разве Элли тебе не говорила?
- О чем?
- Вообще-то это держится в строгом секрете, но защита, похоже, собирается
облить твоего дружка дерьмом. - Клер
выпалила это с каким-то злорадством. - Они считают, что он вполне мог бы помочь
этому Бобби, но просто струсил.
- Не верю! - решительно заявила Мэгги. - Это не похоже на того Конора,
которого я знаю.
- Лучше скажи - на того Конора, каким ты хочешь его видеть. Ты сейчас
слепа, Мэгги. За тебя думают твои
гормоны.
- Я знаю о Коноре все.
Она знала, что он добрый, умный, веселый и смотрит на нее как на богиню.
Что еще нужно о нем знать?
- Ты не знаешь жизни, Мэгги. Ты всегда жила в своем мирке. Ты совершаешь
все ошибки, какие только можно
совершить, и сама того не замечаешь. Ты просто выбрала себе не того человека.
- Ты нарываешься на грубость, Клер!
- Ты говоришь, что заботишься о детях, и я тебе верю. Но если ты и вправду
о них заботишься, почему не подыщешь
им лучшего отчима?
- Разговор окончен, Клер!
- Боишься, что я разрушу твою мечту? - Мэгги тряслась от злости.
- Убирайся вон, Клер! - Клер собрала свои вещи.
- Подумай о моих словах, Мэгги! Он, может быть, и хорош в постели, но
будет ли он хорошим отцом? Наша мать
тогда об этом не подумала, а в результате расхлебывать пришлось мне.
- Мать тут ни при чем. Во всех твоих проблемах виновата ты сама.
- Откуда ты знаешь? Ты убежала из дома, как только представился первый же
случай.
- Можно подумать, я убежала из дома так, как убежала ты в шестнадцать лет!
Я вышла замуж, и, между прочим,
вполне официально.
- Это был лишь повод, чтобы убежать из дома! - не собиралась сдаваться
Клер. - Чарлз был высокий, красивый,
собирался повидать мир. Вот ты и решила убежать с ним.
- Я любила его.
- И хотела убежать из дома.
- Да, хотела! Хотела иметь свой дом, семью. Что здесь плохого?
- Да я как раз и не осуждаю тебя за то, что ты хотела убежать из дома. Я
ведь тоже хотела. Просто выбрала другой
путь. А какой путь выберет Николь - решать ей самой.
Чарли наутро был весел и держался как ни в чем не бывало. Николь же попрежнему
продолжала дуться на Мэгги.
Атмосфера в кухне казалась накалившейся до предела.
- Я бы посоветовала тебе поторопиться, - обратилась Мэгги к дочери. - Я не
собираюсь везти тебя на машине, если
опоздаешь на автобус.
Мэгги ожидала, что Николь, как обычно, просто буркнет что-нибудь в ответ.
Но на этот раз реакция была более бурной.
Николь проглотила, почти не жуя, бутерброд, одним махом опустошила стакан
апельсинового сока, и, подхватив свои книги,
пулей вылетела из дома, даже не попрощавшись. Через пару минут ушел и Чарли, и
Мэгги осталась наедине с Тайгером,
Дейтой и своими невеселыми мыслями.
У нее был еще час до работы. Посуду Мэгги вымыла за несколько минут, дом
не требовал уборки. Чем бы заняться?
Может, поискать в Интернете информацию об убийстве Бобби Ди Карло? Ей не
хотелось идти в библиотеку и просить Карен,
библиотекаршу, найти в газетах что-нибудь об этом деле, тем более что уже,
казалось, весь город знал, что Мэгги встречается
с Конором.
Мэгги чувствовала себя после вчерашнего так, словно она побывала в стане
врагов. Это была настоящая война, хотя не
падали бомбы и не рвались снаряды. Впрочем, ее родные встретили Конора не лучше.
Она включила компьютер и отпила кофе, ожидая, пока он загрузится.
Неудивительно, что все нормальные люди
стараются держать свои любовные отношения в тайне. Как только в дело вмешается
кто-то посторонний, пиши пропало.
Пропало? Какое мерзкое слово! Ничего не пропало. Просто надо помнить о
том, что не все всегда бывает гладко.
Компьютер наконец загрузился, и Мэгги вошла в Интернет.
Может быть, они и впрямь поторопились выходить на публику? Их роман
развивался очень быстро, и Мэгги это порой
пугало. Всякий раз, когда Конор предлагал выйти на новый этап, она переводила
разговор на другую тему.
Ей снова вспомнились слова матери: "Никто никогда не будет любить твоих
детей так, как ты". Дети, как правило,
очень болезненно реагируют на нового отца. Мэгги, очевидно, была еще не очень
готова к этому. Может быть, вообще
никогда не станет готова.
Мэгги набрала "Бобби Ди Карло, убийство, Нью-Джерси, Конор Райли" и начала
поиск.
Результаты оказались ничтожными. Дело об убийстве Бобби не было событием
общенациональной значимости, а
местные газетенки не могли позволить себе сайт в Интернете. Мэгги так и не
удалось узнать больше того, что она уже знала.
Если все действительно случилось именно так, как рассказал ей Конор, то
его вины в смерти напарника не было. Да,
ходили разные слухи, но Мэгги им не верила. Конор не такой. Разве он не пришел
ей тогда на помощь, хотя почти не знал ее?
И действовал он тогда вполне умело, скрутил этого наркомана в два счета.
Мэгги сейчас хватало забот. Приближались экзамены, я она готовилась к ним
вместе с Джанни, в то время как адвокат
Конора отрабатывал с ним его будущие показания на суде. Слава Богу, Рита
согласилась посидеть несколько дней с внуками,
чтобы дать дочери возможность позаниматься.
Мэгги весь день провела на работе, затем в школе, и когда она подъезжала к
дому Конора, было уже десять вечера.
Мэгги валилась с ног и была почти не в состоянии даже разговаривать, не говоря
уже о занятиях любовью.
- Ты слишком рано. - Конор поцеловал ее.
- Рано? А мне казалось, что поздно. Извини, я так устала, ничего не
соображаю.
- Рад тебя видеть.
- Надеюсь, ты купил пиццу?
- Две. И бутылку "Чинзано". - Она вздохнула:
- Если бы я не была такой уставшей, я показала бы тебе, как я рада.
- Покажешь после ужина.
Но Мэгги заснула прямо за столом, не успев отведать и кусочка пиццы.
Сквозь сон она чувствовала, как Конор
подхватил ее на руки и понес в кровать.
- Ну как? - спросил он. - Выспалась? - Мэгги лениво потянулась:
- Более или менее. Извини, ты, должно быть, не этого от меня ожидал.
- Я должен был заполучить тебя в любом виде.
Он налил ей стакан вина, и она пила его маленькими глотками, смакуя.
- Как здорово! Всегда бы так...
"Никаких посторонних взглядов, непрошеных комментариев..."
Какое-то время они молчали. Он гладил ее волосы, она что-то чертила
пальцем на его груди. Больше ничего не было
нужно. Им было хорошо и так.
- К сожалению, так будет не всегда. - Конор был серьезен. - Мы живем среди
людей...
- Мне кажется, я еще не готова. Ты же видел, как среагировали и мои
родственники, и твои. Может, не будем пока их
дразнить? Пусть попривыкнут к этой мысли.
- Может быть, мы и впрямь поторопились. Но теперь не вернешь. Они уже
знают о нас.
- Тебе легче. Твой сын живет с матерью на другом конце страны. А мои дети
живут со мной, и волей-неволей их
касается все, что делает мать.
- В первую очередь ты имеешь в виду Николь. Она кивнула. С Чарли в этом
отношении проблем не было.
Он слишком мал, чтобы сильно переживать разлуку с отцом, а от Конора
просто без ума. Если бы и с Николь было так
же просто, как с ним!..
- Нет, я не требую, чтобы ты любил ее. Как я могу это требовать, когда
сама порой не уверена, что я ее люблю?
- Любят маленьких детей. А Николь уже почти взрослая. В таком возрасте
дети требуют не любви, а уважения. Я ее
вполне уважаю. Со временем, возможно, и полюблю.
Но Мэгги не была уверена, что это когда-нибудь произойдет. Николь словно
задалась целью отравлять матери жизнь
насколько возможно. Николь была Клер номер два. В ней настолько не было ничего
от Мэгги, что та, пожалуй, сама
усомнилась бы, что Николь ее дочь, если бы не помнила, как девять месяцев носила
ее в себе.
Они еще немного поболтали, и Конор поднялся, чтобы подбросить дров в
камин.
- Можно, я останусь на ночь? - спросила Мэгги. - Здесь так уютно, что не
хочется уходить.
Конор молчал. Мэгги не понимала, в чем дело. Может, она чем-то обидела
его?
- В чем дело, Конор? - встревожилась она.
- Мне завтра рано вставать, - объяснил он.
- Тогда я, пожалуй, пойду.
- Идти на суд, - добавил он.
- Ну что ж, - она хотела чем-нибудь утешить его, - по крайней мере завтра
наконец все решится.
- Все не так-то просто, Мэгги. - В его словах было что-то испугавшее ее.
- Я понимаю, тебе трудно будет еще раз пережить все это, но зато в этом
деле будет поставлена точка.
Конор посмотрел на нее. От этого взгляда Мэгги стало не по себе.
- Ты не знаешь всей истории, - с горечью сказал он.
- Мне кажется, я все знаю. - Мэгги старалась держаться непринужденно. - Ты
мне рассказывал, я сама читала чтото
в газетах...
- Я ничего не делал, - произнес он. - Стоял и пялился, как дур
...Закладка в соц.сетях
