Жанр: Электронное издание
boss4
...уна-третьего и Тилли сыграть
со мной в гольф.
- Синтия - это та девица, которую терпеть не может Уэйд? - Лорел уже съела
добрую половину упаковки.
- И его трудно за это винить. - Кевин положил коробки на стол. - Эта жадная
гадина пыталась уговорить меня
надуть Мисти, заменив кукольный дом, доставшийся ей в наследство, на
драгоценности, которые Таун оставил моей
клиентке.
Рейчел едва не выпалила, что днем он не очень-то противился приставаниям
Синтии, но здравый смысл вовремя
взял верх. Кевин все-таки стоял к ней спиной. Рейчел не могла ссылаться на
выражение его лица. Скорее всего Кевин
говорил правду.
- И что предложила вам Синтия? - Глаза Лорел блестели от любопытства. - Она
ведь что-то предложила вам,
чтобы умаслить, правда? Я знаю, как ведут себя подобные женщины. Я смотрю
телевизор.
- Вероятно, слишком много и не то, что нужно, - обрезал ее Кевин. - Но
Синтия действительно кое-что
предложила.
- Я так и знала! - Лорел хихикнула. - Деньги или себя?
- И то, и другое. Как будто это может заставить меня обмануть клиента! -
Кевин возмущенно фыркнул. - Я сказал
мисс Ллойд все, что я о ней думаю. И заодно объяснил ей, что в смысле
нравственности она и в подметки не годится
Мисти.
- Большего оскорбления для Синтии и придумать невозможно, - задумчиво
сказала Рейчел. - Кевин Кормак всегда
знает, как уколоть побольнее.
- Если это комплимент, спасибо. Если ты сама хотела меня уколоть, то делаю
вид, что ранен. Так или иначе, можно
не сомневаться, что теперь Синтия не заговорит со мной до конца жизни. - Кевин
взглянул на часы. - Я проголодался.
Давай двигаться, Рейчел.
У Рейчел перехватило дыхание.
- Лорел, положи мое мороженое в морозилку, пожалуйста. Оно начинает таять.
- И поставьте розы в воду, - добавил Кевин, сунув ей коробку с цветами.
- Вы просто хотите выставить меня из комнаты, чтобы остаться вдвоем, -
надулась Лорел.
- Умница, Лорел. Схватываете на лету, - нисколько не смущаясь, подтвердил
Кевин.
Обреченно вздохнув, та вышла из комнаты, унося розы и мороженое.
- Теперь мне нужно изобразить нечеловеческую проницательность и сказать
что-нибудь вроде "пришла беда -
отворяй ворота", да? - Кевин во мгновение ока оказался рядом и уже обнял ее.
- Никакая это не проницательность. Просто избитая, затасканная поговорка, -
произнесла она дрожащим голосом.
- Неважно. - Его губы коснулись ее волос, и он с удовольствием ощутил их
тонкий аромат. - У тебя был тяжелый
день, малыш. Сначала мерзкие Тилдены, а теперь сестричка Лорел со своими
капризами. - Он ласково погладил ее. -
Пора мне тебя отвлечь.
Рейчел подняла на него взгляд.
- Я не ожидала, что ты приедешь, - призналась она, стараясь говорить
небрежно. Но дрожь в голосе выдала ее.
- Почему? - Кевин искренне удивился.
- Ты еще спрашиваешь?! - изумилась Рейчел. - После того, как мы расстались
сегодня, после всех оскорблений и
обидных слов! Ты ушел с таким видом, будто тебе все равно, что я говорю.
- Рейчел, я просто не принимал того, что ты говорила, на свой счет. Твои
тетка и брат просто лопались от ярости;
было бы странно, если бы ты тоже не рассердилась. Да и кто бы обвинил тебя за
то, что ты вышла из себя, увидев, как
поворачиваются события? Я понимаю.
Она смотрела на него, пораженная тем, как по-разному они восприняли
произошедшее. Для нее это был сущий
кошмар! А Кевин просто отмахнулся от ее нападок. Не принял на свой счет.
Так поступают юристы в заде суда. Сначала яростно клеймят противников,
призывая на их головы громы и молнии, а
потом поздравляют коллег или соболезнуют им, в зависимости от исхода дела.
Рейчел, конечно, знала, как это бывает,
поскольку сама придерживалась такого ритуала.
Но с Кевином Кормаком с самого начала все было совсем иначе. Процесс
Петерсена оказался для нее своего рода
брачным танцем, правда, тогда она об этом не догадывалась.
- Ты могла провести Ив и Уэйда, но не меня. - Кевин коснулся ее губ, и у
нее сразу ослабели колени. - Что же до
твоих обличений, то ты, милая моя, выглядела довольно бледно. Тебе удалось
задеть меня раз-другой, но это ни в
какое сравнение не идет с тем, как ты накидывалась на меня раньше. К тому же я
умею отличать профессиональный
выпад от личного.
Рейчел попыталась вспомнить, что ему говорила. Вот значит как - ее желчные
реплики были всего лишь бледной
тенью прежних. А она-то была уверена, что уязвляет его глубоко, лично. Но сейчас
у нее кружилась голова от его
близости и никак не удавалось мыслить ясно. Впрочем, теперь это не имело
значения. Все ее сомнения и страхи
рассеялись как утренний туман.
Кевин легко погладил ее по щеке. Рейчел закрыла глаза, млея от
удовольствия. Он поцеловал ее, нежно, ласково, и
она обвила руками его шею в извечном жесте любовной капитуляции. Поцелуй стал
глубже, пламя страсти
разгоралось все сильнее.
- Я так и знала, что вы броситесь друг на друга, как только я выйду из
комнаты. - Раздраженный голос Лорел
нарушил тишину.
Рейчел хотела было отпрянуть от возлюбленного, как подобает сознательной
старшей сестре, но Кевин крепко
держал ее в объятиях.
- И не ошиблись, Лорел. - Кевин все еще тяжело дышал и не пытался этого
скрыть.
Рейчел чувствовала его неодолимую мужскую притягательность и хотела только
одного: отбросить остатки
самообладания и отдаться на волю страсти.
Но присутствие Лорел мешало.
Кевина же оно раздражало.
- Разве вам не пора домой, Лорел? - спросил он. - У вас ведь семья,
наверное, пора укладывать спать дочку. Или вы
намерены пренебречь материнскими обязанностями и вынудить мужа играть роль обоих
родителей?
Он попал не в бровь, а в глаз. Лорел немедленно разразилась уже знакомым
Рейчел монологом, перемежая
громкими рыданиями жалобы на свою рабскую долю.
- Ну что ж, подведем итоги, чтобы убедиться, что я все правильно понял. Вы
хотите бросить мужа, оставив ребенка
на его попечении и отправиться на поиски приключений, так? - Этот тон Кевин
приберегал обычно только для зала
суда.
- Ах, вы ничего не понимаете. - Лорел рухнула на диван, заливаясь слезами.
Кевин крепко прижимал к себе Рейчел,
чтобы она не бросилась утешать сестру.
- Ошибаетесь, Лорел, я все отлично понимаю. Видите ли, мне знакома эта
песня, - резко возразил он. - Вы не
думали о путешествии по Восточной Европе? Могу дать пару адресов.
- Рейчел, он что, больной? - завопила Лорел; слезы у нее мгновенно высохли.
- Нет, я совершенно здоров, - уверил ее Кевин. - И у меня есть маленький
сын, чья мать решила, что больше не
хочет о нем заботиться. Она просто спихнула его мне, передала на мое
попечительство. Теперь я имею полное право
решать, увидит ли она когда-нибудь еще своего ребенка, и вряд ли я ей это
позволю.
Лорел ахнула и отшатнулась.
- Не тешьте себя иллюзией, что, бросив мужа и дочь, сможете вернуться к ним
когда вам заблагорассудится,
Лорел. - Кевин называл вещи своими именами. - Некоторые поступки непоправимы.
- Вы просто меня запугиваете! Джералд не станет запрещать мне видеться со
Сноуй, если я решу. - Лорел
судорожно сглотнула; ее глаза округлились от ужаса. - Рейчел, ведь с нами не
может произойти такого. Ты, Уэйд и
тетя Ив не позволите Джералду забрать Сноуи.
- Рейчел не может дать вам никаких гарантий, если вашего мужа будет
представлять Джудит Бернард. - Кевин стоял
на своем. - Она практически непобедима в делах об опеке. И очень любит
представлять отцов. Если Джералд
пригласит ее, считайте, что Сноуи для вас потеряна.
Лорел закричала. Пронзительно, на высокой ноте; от такого крика завыли бы
собаки, окажись они поблизости.
Кевин был в отличной боевой форме, и, хотя Рейчел хотелось успокоить
сестру, она заметила, что та слушает его
так, как не слушала никого и никогда.
- Я знаю вашу дочь. - Кевин продолжал экзекуцию. - И полюбил эту девочку.
Поэтому мне небезразлично, что с
ней будет. Если окажется, что она страдает от вашего эгоистичного и неразумного
поведения, я позвоню Джералду и
посоветую ему прибегнуть к услугам Джудит Бернард. И не думайте, что я блефую,
Лорел. Спросите у сестры - я
никогда не угрожаю для того, чтобы напугать, я сразу действую. Я вас
предупредил.
Лорел схватила сумочку и стремительно бросилась прочь. Кевин на минутку
отпустил Рейчел, чтобы она заперла
дверь, которую Лорел впопыхах забыла закрыть.
- Шоковая терапия? - тихо спросила Рейчел. Кевин кивнул.
- Я врубил ток на полную мощность, но мне показалось, твою сестру легким
уколом не проймешь. Как думаешь,
она отправилась домой?
- Надеюсь. Бедная Лорел перепугалась до смерти. Она любит Сноуи. И всегда
была хорошей матерью. Она не
сможет без дочки.
- Хочется верить, что ты права. Ради Сноуи.
Рейчел взглянула на него с любопытством.
- А что, Джудит Бернард в самом деле так сильна? Я плохо ее знаю.
- О, да, - подтвердил Кевин. - Однажды мне пришлось выступать против нее в
деле об опеке; она сделала из меня
отбивную. У меня не было опыта в этой области, я представлял мать, потерпел
сокрушительное поражение и уже
после много раз слышал, что рассчитывать мне было не на что.
- Ну, если она одолела тебя, то должна быть просто гением.
Кевин улыбнулся.
- Спасибо. - Он провел рукой вдоль ее спины. - А теперь переоденься,
пожалуйста, Рейчел, и поедем. Я в самом
деле умираю от голода.
Она лукаво выгнула брови.
- Значит, издевательства над Тилденами и Саксонами и запугивание Лорел
возбуждают аппетит, да?
- Возбуждаешь меня ты, но имей в виду: если я как следует не поем для
поддержания жизненных сил, может
получиться что-то вроде "дух крепок, да плоть немощна".
Рейчел не стала мешкать. Она бросилась к себе, надела шелковое платье
абрикосового цвета и босоножки на
высоких каблуках. Она как раз докрашивала глаза, когда в комнату вошел Кевин.
- Тебе это не нужно. Ты и так замечательно выглядишь.
- Голодный мужчина что угодно скажет, лишь бы поскорее добраться до еды, -
ответила Рейчел, причесываясь.
Через несколько минут они уже подходили к машине; Кевин попросил разрешения
сесть за руль.
- Я мечтаю об этом с тех пор, как увидел эту машину, - признался он,
восхищенно глядя на изящный автомобиль. -
Так хочется иногда сменить свой немудрящий фургон на что-нибудь более
изысканное. К тому же если я сяду за руль,
мы доедем быстрее.
- Правда?
- Определенно. Я ведь ездил с тобой, помнишь? Даже спеша на пожар, ты
тормозишь на желтый свет.
- А ты даже в проливной дождь и ураган будешь гнать на полной скорости, -
парировала Рейчел, но ключи от
машины отдала.
- Если ты такой голодный, может, нам заехать в супермаркет и купить тебе
сырого мяса, чтобы заморить червячка, -
пошутила она, после того как они несколько раз проскочили на желтый свет.
- Думаешь, только так можно усмирить мои первобытные потребности?
- Ага, значит, ты признаешь, что под респектабельной личиной адвоката
таится дикарь? - усмехнулась Рейчел. - Я
так и думала.
- В каждом мужчине скрывается дикарь, - уверил ее Кевин. - Может, за
исключением разве что Тилденов. И
прежде всего этого мерзкого Тилли. Там, по-моему, нет ни того, ни другого.
Они пересекли мост Франклина через реку Делавэр и въехали в Пенсильванию. И
еще через несколько минут
входили в ресторан "У каретника", почти не опоздав.
Изнутри помещение напоминало фешенебельный мужской клуб: диваны, обитые
красной кожей, стены, обшитые
панелями каштанового дерева, кессонированный потолок.
Рейчел огляделась.
- Похоже на те заведения, где в начале века собирались короли грабежа и
разбоя, чтобы обсудить крупные дела.
- Из тех старомодных клубов для джентльменов, где рукопожатием отмечалось
заключение многомиллионных
сделок, - согласился Кевин.
- Кстати, о мужских клубах, - заметила Рейчел. - Забавно сравнить этот с
каким-нибудь "Салоном мужских
фантазий". Там-то заключаются совсем другие сделки. Да и фешенебельным его никак
не назовешь.
- Да уж. - Кевин наполнил бокал Рейчел шампанским из бутылки, что стояла в
ведерке со льдом. - Мы как раз
проезжали мимо "Фантазий" на бульваре Адмирала Уилсона по дороге сюда.
- Я заметила. Там такая огромная вывеска - с обещанием стриптиза. Как потвоему,
судьба Мисти вдохновляет этих
девиц? Интересно, сколько будущих вдов миллионеров там сейчас танцует? Если все
они в конце концов обзаведутся
таким же состоянием, как у Мисти, и она любезно посоветует им воспользоваться
твоими юридическими услугами, ты
сможешь...
- Рейчел, умей проигрывать. Таун-старший, Мисти и я победили вас в честной
и открытой борьбе.
- Нам придется смириться с тем, что тут наши взгляды не совпадают. - Рейчел
залпом выпила шампанское и
почувствовала, как по жилам разлилось тепло. Сознание заволокло легкой дымкой. -
Нужно было сначала что-нибудь
съесть. Сразу в голову ударило.
Она попыталась встряхнуться, но мысли не прояснились, наоборот, расплылась
картина на стене напротив, в
подробностях изображавшая сцену охоты на лис.
- Хорошо, - Кевин улыбнулся и снова наполнил ее бокал. - Так и было
задумано. Сначала я должен тебя напоить, а
потом осуществить свои нечестивые намерения.
Вдруг осмелев, Рейчел сбросила туфлю и погладила его лодыжку.
- Для этого тебе нет нужды меня спаивать. - Ее нога проникла под брючину, и
Рейчел с радостью увидела, как
потемнели его глаза. - Не нужно было даже тратиться на дорогой обед.
- Значит, я мог бы добиться своего, сводив тебя в какую-нибудь забегаловку
низкого пошиба?
- Ты мог бы добиться своего где угодно и когда угодно. - Ее нога
продвинулась выше. - И тебе это прекрасно
известно.
На подобное замечание прежняя Рейчел, чопорная и застегнутая на все
пуговицы, была бы не способна. Но,
влюбившись в Кевина, она очень изменилась.
Кевин отхлебнул добрую половину бокала. - Я не сказал, что снял на ночь
номер в отеле? - Его ладонь легла на ее
колено и медленно поползла под юбку. - Брейди дома с Сарой, а нам останется лишь
подняться после ужина на
третий этаж.
Рейчел почувствовала такой прилив желания, что, если бы Кевин не повторял
столько раз, будто умирает с голоду,
она бы потащила его к лифту прямо сейчас.
Но тут появился официант, и Кевин, убрав руку, вежливо стал в обсуждать с
ним заказ.
Рейчел улыбнулась. Ничего, она призовет на помощь все свое терпение. У них
с Кевином впереди целая ночь.
ГЛАВА 18
Уэйд сидел на диване перед телевизором вместе с Бобом и Мери Шилли, но
леденящий душу фильм о нападениях
акул на доверчивых купальщиков не отвлекал его от тревожных мыслей.
Было уже начало одиннадцатого, а он все еще не знал, где Дана. Не знали и
ее родители, однако, когда он заводил
об этом разговор, они проявляли демонстративное спокойствие. Впрочем, и
заговорить-то ему удавалось только во
время рекламных пауз, потому что Боб и Мери были, похоже, по-настоящему
захвачены зрелищем. Когда Уэйд
пытался их отвлечь, на него шикали - как на ребенка! - и ему снова приходилось
ждать подходящего момента.
- Вы обещали, что она вернется рано, раз ушла с Ричем Викером. - Уэйд
старался говорить как можно
непринужденнее и веселее.
- Обычно так и бывает, - ответил Боб. - Наверное, пошли куда-нибудь после
ресторана. Кино или что-нибудь
такое.
- А она не должна была бы вас предупредить? - Уэйд уже не улыбался.
- Дане двадцать шесть, - напомнила ему Мери. - И еще даже нет одиннадцати.
На экране снова появились акулы, и разговор закончился. Уэйд поплелся на
кухню. Там Эмили собирала себе
перекусить, прижимая плечом телефонную трубку. Увидев Уэйда, она отняла трубку
ото рта.
- Только что вклинился Шон, - Эмили была явно возмущена дерзостью брата. -
И просил передать маме и папе, что
останется ночевать у своего друга Чеда. Вернется утром. Ты им скажешь? У меня
важный разговор. - Она повернулась
к Уэйду спиной и как ни в чем не бывало продолжила беседу.
- У Чеда, значит. - Уэйд усмехнулся, нисколько не сомневаясь, что Шон не у
Чеда, если таковой вообще
существует. Он вообразил их с Мисти в обширном особняке Тилденов и не стал
фантазировать дальше.
- Я не стану ничего говорить твоим родителям, Эмили. Скажи сама, если
хочешь.
Эмили зашипела на него не хуже змеи. Уэйд решил, что это последняя капля.
- Я пошел, - объявил он, ни к кому конкретно не обращаясь, поскольку Эмили
что-то шептала, хихикая, в
телефонную трубку, а Боб и Мери как завороженные следили за похождениями
калифорнийской акулы, питавшей
слабость к серфингистам. Больше никого не было.
Уэйд сел за руль своей машины - которую так любил, которой так гордился, -
и пожалел, что сегодня он не за
рулем какого-нибудь другого транспортного средства, необузданного и опасного.
Вроде черно-серебристого
"Харли-Дэвидсона", который всегда выбирают мятущиеся бунтари во всех фильмах про
мятущихся бунтарей. Он
представил себе, как несется по шоссе без шлема, и ветер обдувает голову. Быть
может, развеялись бы все
мучительные мысли.
День выдался чудовищный, невыносимый, его следовало вычеркнуть из
календаря. И кто же виноват? Не Кевин
Кормак, хотя он явно поставил себе целью самолично сокрушить "Саксон и
компаньонов". Не заносчивые Тауны
Тилдены, не хитрая лисичка Мисти, не даже наглая Синтия.
Нет, виновата одна Дана Шилли, любовь всей его жизни, как недавно
выяснилось.
Уэйд перебрал в голове все несчастья. Дана отказалась говорить с ним,
словно он какой-то настырный надоеда.
Дана проводит вечер с занудой Ричем Викером, а он кукует один.
Как она могла так с ним обойтись, особенно после прошлой ночи? Она же не
могла не понять, что он влюблен в
нее.
Уэйда вдруг осенило. А что, если в этом-то все и дело? Дана знает о его
чувствах, но не разделяет их. Возможно,
просто она ищет развлечения, а не любви? Но ему-то нужно и то, и другое. И
только с ней. Он хочет прожить с ней
всю свою жизнь, хочет жениться и завести детей. Тогда он официально станет
членом семьи Шилли. У него
потеплело на душе. Теперь Уэйду казалось, что ему судьбой было предназначено
полюбить Дану еще тогда, когда он
познакомился с Тимом.
И вдруг все его мечтания разлетелись вдребезги от одной жуткой мысли. А
что, если Дана вовсе этого не хочет?!
Она хорошо его знает - быть может, даже слишком хорошо. Он всегда был с ней
самим собой; ей были отлично
известны все его недостатки. Можно ли ее винить, если она подумала и решила:
"Уэйд Саксон? Нет уж, благодарю
покорно".
Уэйд вдруг ощутил пронзительную боль. Внезапно стали понятны заезженные
романтические выражения вроде
"сердечные страдания", "разбитое сердце": грудь ныла так, словно сердце
действительно разбилось. Господи, он
словно превратился в Героя какой-нибудь душещипательной песенки, над которыми
всегда потешался.
Хуже того, он достаточно давно знал семейство Шилли, чтобы не сомневаться:
затруднительное положение, в
которое попала Дана, непременно станет предметом оживленных обсуждений, по
крайней мере среди ее братьев и
сестер. Он вообразил себе картинку: Дана мучительно раздумывает, как себя дальше
вести, а все Шилли часами висят
на телефонах, обсуждая последнюю катастрофу. Роман Шона с Мисти Тилден побоку.
Теперь нужно решать, как бы
поделикатнее объяснить этому болвану Уэйду Саксону, что его никто не принимает
всерьез. Что, отдавшись ему, Дана
совершила страшную ошибку, о которой теперь глубоко сожалеет.
Тим, разумеется, будет неприятно поражен тем, что лучший друг соблазнил его
сестру, и не станет ему
сочувствовать. Разве что сострадательная Мери, как старшая сестра, предложит
щадить чувства бедного Уэйда, а
менее милосердная Триша посоветует держаться с ним холодно и отчужденно.
Чем подробнее он воображал себе, что его ждет, тем омерзительнее себя
чувствовал. Уэйд понял, что нельзя
ехать домой, где горе и одиночество, перемешавшись с горько-сладкой памятью о
прошлой ночи, превратятся в
невыносимую пытку.
На душе было так отвратительно, что захотелось учинить какую-нибудь
пакость. Окунуться в пучину порока.
Подвергнуться смертельной опасности. Он стал глядеть по сторонам в поисках чегонибудь
подходящего - вернее,
неподходящего, и вдруг понял, что едет по 70-му шоссе.
Это был необычный для него маршрут, и ему показалось, что судьба забросила
его сюда неспроста. По обе
стороны шоссе тянулась вереница убогих питейных заведений, из тех, где постоянно
работает телевизор,
транслирующий какие-нибудь спортивные события, а клиенты сражаются с игральными
автоматами, перебраниваются
и устраивают потасовки.
Все это никуда не годилось. Ни одна из этих жалких забегаловок не была
достаточно порочна. А вот наконец и
нечто вроде того, что он искал. Притон под названием "Кукольный домик". Вывеска
гласила, что это мужской клуб,
хотя ни один уважающий себя мужчина со вкусом не переступил бы его порога, кроме
как на спор. Афиша обещала
разнообразные развлечения, в том числе танцовщиц. "Кукольный домик" по виду
ничем не уступал своим мерзким
собратьям на бульваре Адмирала Уилсона, к тому же до них было далековато. На
замусоренной автостоянке среди
нескольких облупленных развалюх высился огромный черный "Рейндж-Ровер" - не от
Петерсена ли? Все откровенно
говорило о том, что перед вами низкопробный бордель.
То, что нужно!
Уэйд въехал на стоянку и остановился возле нового, с иголочки, черного
гиганта. Две роскошные машины стоят
рядом посреди окружающего убожества - забавно.
Уэйд распахнул дверь; на него сразу обрушился шквал оглушительной музыки.
Он прищурился, пытаясь привыкнуть
к дымному полумраку. Три девушки, на которых не было ничего, кроме чисто
символических - не шире бечевки -
трусиков телесного цвета и туфель на невероятно высоких каблуках, танцевали на
подковообразной барной стойке.
Две из них извивались вокруг шестов, помещавшихся на концах подковы. Оседлав
шесты, они то опускались, то
поднимались, зазывно к ним прижимаясь; их движения были слишком грубы, чтобы
хоть сколько-нибудь волновать.
Вместо того чтобы завестись, Уэйд окончательно упал духом. Гнев прошел.
Тупое отчаяние гнало его обратно в
машину, чтобы...
- Уэйд!
При звуке собственного имени он остолбенел. Никогда в жизни он не подумал
бы, что может встретить знакомого
в таком месте!
- Эй, Саксон! Сюда!
Увидев, что из-за столика за стойкой ему машет рукой Шон Шилли, Уэйд на
мгновение лишился дара речи. Он так и
остался стоять столбом, разинув рот.
Потом он заметил, что Шон был не один. Рядом во всей красе сидела Мисти
Тилден в платье без бретелей,
выставлявшем напоказ исполинских размеров бюст.
А еще за их столиком был какой-то бочкообразный сальный человечек, похожий
на слизняка, у которого на лбу
словно было написано "скользкий тип".
Уэйд начал постепенно оправляться от потрясения. Когда Шон снова помахал
ему, долгие годы дружбы с семьей
Шилли подтолкнули его вперед.
Пробираясь в шуме и полумраке со слезящимися от густых клубов дыма глазами,
Уэйд раздумывал, какую избрать
тактику поведения. Сара говорила, что Шон буквально одержим юной вдовушкой.
Интересно, можно ли
одержимость внушить? Если да, то нужно заманить Шона в машину, умыкнуть его и
держать у себя, пока Шилли не
найдут гипнотизера, который и приведет его в порядок.
Черт, что за чушь лезет в голову, когда пытаешься не думать о том, что
действительно тебя волнует?!
- Эдди Эйкен, - представился слизняк, вскочив из-за стола и протягивая
Уэйду влажную ладонь. - Друг Мисти и
Шона здесь всегда желанный гость. Скажите, чем желаете отравиться, и Тиффани
живенько все принесет.
Уэйд почувствовал искушение попросить стрихнину, но вместо этого сказал:
- Пива, какое там у вас в розлив.
- Мы не совсем друзья, - томно произнесла Мисти, когда Уэйд уселся:
- Вы, вероятно, меня ненавидите, как остальные Саксоны.
- Уэйд не может тебя ненавидеть, детка. И он не такой, как остальные
Саксоны, и уж точно не такой, как Тилдены.
Уэйд классный! - объявил Шон.
Уэйду было и смешно, и тошно. Однако, не желая обидеть Шона, он сдержался.
- Спасибо. - Он попытался дружелюбно улыбнуться. - Но что на самом деле
классно, так это тот "Рейндж-Ровер"
на стоянке. Такая махина где хочешь пройдет; просто жаль, что у нас столько
хороших дорог. Это ваш, миссис
Тилден?
Мисти кивнула.
- Купила сегодня у мистера Петерсена. Какой чудный человек! - Она закатила
глаза. - Настоящий джентльмен.
- Мисти хотела водить что-нибудь сама, - объяснил Шон. - Она устает
постоянно ездить с шофером в лимузине.
- Вполне понятное желание. Кстати, поздравляю с победой в войне вокруг
завещания, - сказал Уэйд. - Кевин
Кормак, разумеется, рассказал вам, как прищучил Тилденов и их адвокатов. Вернее,
теперь бывших адвокатов.
- Фигово для вас, - посочувствовал Шон. Затем он повернулся к Мисти и
широко улыбнулся. - Зато Мисти как
обрадовалась. Теперь ей не придется терпеть всю эту судебную тягомотину.
- Кевин сказал, что мы получили все, чего хотели! - просияла Мисти. - Мы с
Шони празднуем.
- Но почему здесь? - не удержался Уэйд. - У вас столько денег, огромный
дом. Вы можете позволить себе что
угодно, а вы приехали сюда?
- Вчера мы ездили в "Планету Голливуд" в Атлантик-Сити, - сказала Мисти,
как будто это все объясняло.
- А кто откажется здесь погулять? - воскликнул Эдди Эйкен. - Это же
первоклассное заведение. У меня потрясный
бармен, а девочки... вы только посмотрите на девочек! - Он сделал широкий жест
рукой в сторону скучающих девиц,
извивающихся вокруг своих шестов будто на автопилоте.
- Я думаю, куда интереснее заменить этих девочек мужиками. - Мисти глотнула
из заиндевевшего бокала. - Это моя
задумка - открыть клуб для женщин, где они могли бы любоваться на танцоров, -
гордо заявила она.
- Мисти знает, как завлечь посетителей. Ее клуб вполне мог бы потягаться с
клубом "Конкрит"! - воскликнул Эдди с
воодушевлением.
- Клуб "Конкрит", - с усмешкой отозвался Уэйд. - Незабываемые впечатления.
- Вам остается только согласиться с моей ценой, и "Кукольный домик" ваш,
прекрасная дама. - Эйкен изображал из
себя обходительного кавалера.
Уэйд немного помолчал.
- Вы хотите купить это заведение и устроить здесь мужской стриптиз? Мисти
кивнула.
- Я всегда хотела иметь собственное дело. Мне нравится идея клуба для
женщин. Ведь мужских клубов хоть
отбавляй, верно? У меня вообще
...Закладка в соц.сетях
