Жанр: Электронное издание
NORUSSIA
...разрыв: правление Владислава окончилось в 1444-м, а
Казимир вступил на трон лишь три года спустя, в 1447-м...
Сиамец явственно ощущает холодок какой-то мрачной загадки. Правил короче
всех в этом веке... И этот странный трехлетний перерыв... Подлинного
ученого такие странности должны насторожить...
Вскоре готова парочка великолепных гипотез. Либо Ежи Третий и есть
Владислав Третий, либо правление Ежи приходится на эти три "выпавших" из
истории года, и потомки предпочитают умалчивать о безумном короле, потерпевшем
поражение в борьбе с мятежниками, преданном собственной супругой
Катажиной...
Впоследствии, уже в родном Сиаме, Чандранипат изложит в своем труде
обе эти версии, с добросовестностью истинного ученого отметив, что доказать
правдивость какой-либо из них пока не в состоянии. Однако его книга
и без того производит впечатление на сиамский ученый мир: признание,
лавры, перстень от короля...
Все. Легенда зажила самостоятельной жизнью, утвердившись на страницах
писаной истории в качестве реальности. Впоследствии, конечно, докопаются
до истины, но с тех пор много воды утечет, наш Чандранипат так и умрет в
преклонных годах, в блаженном неведении, и на его книгах долго будут
учиться сиамские студенты...
А все оттого, что заезжий сиамец поверхностно выучил польский язык.
Достаточно, чтобы читать и понимать написанное, но кое-какие тонкости
так и не успел узнать...
Письмо написано не в пятнадцатом веке, а в конце восемнадцатого, и
представляет собой не копию, а оригинал. В польском языке, как и в некоторых
других славянских, иные иностранные имена пишутся так, как и на
родине носителей этих имен, а иные, наоборот, переводятся согласно правилам
польской грамматики...*
* Когда-то мне доставляло несказанное удовольствие чтение чешских
журналов, где в международных новостях частенько фигурировала Малгожата
Тэтчерова. Таковы уж правила чешского - "Маргарет" переводится как "Малгожата",
а поскольку "Тэтчер" - не девичья фамилия, а фамилия по мужу,
она соответствующим образом и склоняется...
"Ежи Третий" - это Георг Третий, английский король, и в самом деле
слабый на голову. "Мятежники", соответственно, - американские повстанцы.
"Королева Катажина" - не супруга бедняги "Ежи", а русская императрица
Екатерина Вторая, и в самом деле отказавшаяся помогать Англии в войне
против восставших колонистов. "Князь Михал" - это какой-то английский
герцог по имени Майкл - в польском языке слово "ксенже" с равным успехом
может обозначать и "князя", и "герцога", что до сих пор создает помехи
даже опытным переводчикам. Загадочная Колония, где набирает солдат герцог
Майкл, - на самом деле немецкий город Кельн, по-польски "Kolonia".
"Тадеуш" - это, конечно же, польский генерал Тадеуш Косцюшко, участвовавший
в войне американцев за независимость.
Как же письмо попало в папку, помеченную пятнадцатым веком? Аллах его
ведает, это уже дело десятое. Ктонибудь перепутал - не шибко прилежный
слуга или папаша пана Пшекшицюльского. Такие мелочи нас уже не должны
интересовать. Важнее другое: стало понятнее, как рождаются исторические
ошибки, продиктованные не сознательным стремлением к обману, а добросовестным
заблуждением, недостатком знаний. А ведь к этому может добавиться
и вполне осознанная фальсификация, и заказное стремление переписать
историю, густо разбавив ее мифами, а реальных людей превратив в
сказочных персонажей...
В этой книге мы столкнемся и с первым, и со вторым...
КОРАБЛИ-ПРИЗРАКИ 1492 ГОДА?
На примере с "невезучим королем Ежи" я добросовестно пытался показать,
как могут рождаться увлекательные, но совершенно ложные гипотезы.
Имеет смысл коснуться и другой проблемы - рассмотреть, как недостаток
информации о прошлых временах и явственные противоречия в сочетании с
нелогичностями позволяют выдвигать гораздо более убедительные версии. Не
обязательно соответствующие истине, стоит сразу оговориться - но, как
знать, быть может, и имеющие нечто общее с истиной...
Речь пойдет о Христофоре Колумбе и каноническом открытии им Америки в
1492 г. - быть может, представлявшем собой не более чем умышленную,
грандиозную дезинформацию мирового "общественного мнения"...
Начнем с того; что к Колумбу всецело можно отнести слова, которыми
Стругацкие характеризуют одного из своих героев. "Он никто. Он ниоткуда".
В самом деле, Колумб окутан полнейшим мраком неизвестности. Неизвестно
его подлинное имя (испанизированный вариант его фамилии "Колон" =
"Голубь" может оказаться либо прозвищем, либо, как считают некоторые историки,
сокращением от слова "полковник", "колонель". По иным версиям,
именно так уважительно обращались моряки к командирам кораблей, нечто
вроде "шеф" или "босс". А "Колумб" - не особенно-то и итальянская фамилия*...).
* Интересно, что прозвище "Колон" носил и современник Колумба -
итальянский капер на французской службе Гийом Казанова. По стечению обстоятельств
оба "Колона" встретились на море - в 1476 г. Казанова напал
на фламандскую эскадру, где матросом на одном из кораблей плыл Колумб, и
потопил как раз тот корабль, где находился Колумб... Колумб едва спасся
вплавь, благо до берега было недалекою
Неизвестны его родители. Хоть и считается, что Колумб "был сыном генуэзского
ткача Доминико Коломбо", но в сохранившихся списках мастеров
цеха ткачей человека с таким именем нет, а дом в Генуе на площади Данте,
где Колумб якобы родился, - не более чем бутафория для туристов, подобная
"квартире Шерлока Холмса на Бейкер-стрит".
Неизвестно, в каком городе он все-таки родился. Только в итальянской
провинции Лигурия за честь считаться родиной Колумба до сих пор спорят
четыре прибрежных города - Генуя, Савона, Коголетто и Нерви. Плюс - еще
десяток итальянских городов в других провинциях. Да что там города...
Поскольку точно так же неизвестна национальность Колумба, на роль его
отчизны претендуют восемь (!) стран, включая, естественно, Италию.
Польский исследователь в свое время выдвинул версию, что Колумб - это
гданьский мореплаватель Ян из Кольно (по-польски - Jan z Kolno). Согласно
этой версии, Кольно - то ли забытая ныне и переименованная деревушка,
то ли немецкий Кельн (который, как мы помним, на польском языке до сих
пор пишется Kolonia, а потому, по мысли пытливого исследователя, в старые
времена вполне мог город Кельн писаться Kolno. Польское слово голубь
- "голомб" как-то очень уж подозрительно созвучно "Колумбу", а в
Гданьске очень любили называть корабли именами птиц: "Голомб", "Ожел"
("Орел"), "Ясколка" ("Ласточка"). (О Яне из Кольно, реальной личности,
подробнее поговорим чуть погодя.)
Восемь стран и полтора десятка городов... Само по себе такое обилие
кандидатов заставляет думать, что истина так навсегда и останется неизвестной.
Есть даже версия, что Колумб - еврей. Увы, аргументов маловато.
А посему просто удивительно, что отечественные любители сенсации еще не
записали Колумба в русичи - скажем, умного и любознательного паренька,
Христина Голубка, сцапали татары и продали венецианцам, а потом он сбежал
с галеры и выбился в люди...
А если серьезно, первые более-менее достоверные следы Колумба появляются
лишь в 1473 г., когда ему было двадцать два года. Примерно к этому
времени относится обнаруженный в прошлом веке документ, где "морской суд
Венеции предостерегает относительно пирата Коломбо", состоящего на службе
у анжуйского герцога Рене.
Речь, без сомнения, идет о "нашем" Колумбе - сам он в зрелые годы не
раз вспоминал о службе у герцога Рене, к которому относился с симпатией.
Правда, "пират" - понятие относительное и растяжимое. Во-первых, в те
времена, как и много еще лет спустя, пиратство считалось "достойным
джентльмена занятием". Во-вторых, речь тут идет скорее о капере - частном
лице, с патентом того или иного властелина топящим суда страны, с
которой этот властелин ведет войну или просто находится в скверных отношениях.
Вообще, судьба Колумба богата перипетиями - после каперской
службы у Рене вдруг отчего-то оказался простым матросом на фламандском
"купце", торговал морскими картами, даже на короткое время уходил в монастырь
(в те бурные времена так порой поступали многие, кому требовалось
отсидеться в тиши и глуши, пока в большом мире позабудут об иных их
художествах...).
История о том, как Колумб долгие годы обивал пороги королевских дворов
Португалии и Испании, известна хорошо, и пересказывать ее нет смысла,
поэтому перейду сразу к странностям, сопровождавшим эту одиссею. Не
вполне понятно поначалу, почему португальский король отнесся к Колумбу
столь равнодушно. И уж вовсе странными выглядят условия договора, который
подписала с Колумбом испанская королевская чета, прежде чем он отплыл
на поиски Америки.
Щедрость в Испании прежде неслыханная. Сказочная. Невероятная. Испанские
короли всегда щедро рассчитывались с моряками, открывавшими для
державы новые земли, - но такого прежде не бывало... Дворянство и наследственное
звание адмирала моря-океана и всех островов и материков, которые
он откроет, титул вице-короля и главного правителя этих земель с
правом самому назначать губернаторов, десятая часть со всей добычи, взятой
в новооткрытых колониях, причем сам Колумб оплачивает только одну
восьмую расходов на снаряжение кораблей, а все остальное вносит королевская
чета...
Достаточно известно также, что большая часть этих обещаний осталась
невыполненной. Поневоле обе странности следует рассматривать в связке:
Колумб оказался ЕДИНСТВЕННЫМ, кому посулили столь щедрое вознаграждение
- и ЕДИНСТВЕННЫМ из всех капитанов на испанской службе, в расчетах с которым
не выполнили условий. У испанских монархов была масса недостатков,
но вот в подобных случаях расплачивались они всегда честно... Почему же
они так поступили с Колумбом?
Быть может, оттого, что "свершения Колумба" вовсе не были столь впечатляющими,
какими мы их сегодня считаем? А то и оттого, что Америка была
открыта несколько позже официальной даты (хотя все-таки при участии
Колумба)?
Перейдем к вопросу о предшественниках. Стало общим местом повторять,
что Колумб "был не первым". Но нас сейчас должны интересовать не викинги
Лейва Счастливого, а более близкие по времени к Колумбу путешественники,
о которых он мог знать, и немало...
Есть сведения, что в 1390 г. в Америку по поручению шотландского
принца Синклера плавал венецианец Никколо Дзено - в сопровождении своего
брата Антонио и самого принца. Некоторые исследователи горячо отстаивают
подлинность так называемой "Книги Дзено" - путевых дневников, карт, писем.
Эти материалы хранились в венецианских архивах, а Венеция и Генуя -
близкие соседи...
Совершенно не подвергается сомнению подлинность письма флорентийского
медика и космографа-любителя Паоло Тосканелли королю Португалии Аффонсу
V Африканскому от 15 июня 1474 г. Король (племянник знаменитого Энрике
Мореплавателя, получившего это прозвище не за собственные плавания, а за
огромную работу по организации плаваний португальских капитанов) через
своих придворных попросил у Тосканелли консультацию: можно ли достичь
Индии, если плыть на запад? Тосканелли ответил: "существование такого
пути может быть доказано на основании шарообразности формы Земли". И
приложил собственноручно вычерченную карту.
Примерно в это же время (совпадение примечательное) король Аффонсу
посылает экспедицию на поиски "северного морского пути" в Азию и Индию.
Сначала берегов Северной Америки достигли два норвежских капитана, Дидрик
Пайнинг и Ганс Пофорст, к которым в качестве наблюдателя был прикреплен
португалец Жуан Ваш Кортириал. Есть письма и сообщения, не подвергающиеся
сомнению, - экспедиция побывала у Ньюфаундленда и Лабрадора.
Чуть позже, в 1476 г., по тому же маршруту уходит вторая экспедиция,
опять-таки скандинавско-португальская. Командует ею то ли Йене Скульно,
то ли Йене Скольно, а на одном из кораблей плывет... Христофор Колумб!
Историки давно отметили, что идеи "западного пути в Индию" стали волновать
Колумба около 1479 г. - после окончания экспедиции. Разве что он
решил плыть несколько южнее. Кстати, из скудных свидетельств об этих
двух плаваниях вовсе не следует со всей неопровержимостью, что Иенс-Ян
СкульноСкольно и Христофор Колумб - два разных человека...
Быть может, и один, и вышеупоминавшийся поляк не был таким уж сказочником...
Становится понятно, почему в Португалии так прохладно отнеслись
к планам Колумба, - были свои планы, не хуже, и свои капитаны...
Англия. Около двадцати лет назад профессор Фобс Тейлор проанализировал
отчеты и списки грузов, которые корабли ввозили и вывозили в Бристоль.
И заметил любопытные несуразности. Согласно заявленным декларациям,
большинство капитанов вели торговлю с Ирландией - но этому не соответствовало
проведенное в пути время. Некий капитан Морис Таргат сплавал
в Ирландию и обратно за 115 дней. Этого хватило бы, чтобы совершить рейс
туда и назад... трижды! Профессор сделал вывод, что на самом деле бравые
морячки плавали вовсе не в Ирландию... Куда? Не исключено, что и в Америку.
Именно из Бристоля весной 1498 г. отплыл в Америку Джон Кабот (он
же - генуэзец Джованни Габото, обосновавшийся в Англии за восемь лет до
того). А профессор географии Эксетерского университета Дэвис считает,
что еще в 1477 г. в Гренландию регулярно наведывался известный валлийский
контрабандист Джон Ллойд (то есть в те годы, когда в Англии бывал
Колумб).
Сообщения о том, что Колумб довольно хорошо знал, куда плыть, многочисленны.
Марокканский профессор Мохаммед эль-Фаси утверждает, что Колумб побывал
в Марокко, где и узнал о древнейшей трансатлантической трассе берберов,
плававших некогда в Америку. Так это или нет, в точности неизвестно,
но в соседствующей с Марокко Гвинее Колумб в 1419 г. бывал, возможно,
даже дважды...
Известный моряк и географ, автор знаменитых карт, турецкий адмирал
Пири Рейс прямо писал, что распространилась весть, будто "неверный по
имени Колон-бо" узнал из каких-то старых книг о существовании за морем
обширной земли. Мало того, из тех же книг "Колон-бо" узнал, что обитатели
этих земель обожают стеклянные украшения и готовы менять их на золото,
- потому и прихватил означенных украшений побольше...
С этим свидетельством перекликается книга Гарсиласо де ла Беги "О государстве
инков", вышедшая в 1609 г. в Лиссабоне. Гарсиласо утверждает,
что примерно в 1484 г. лоцман из Уэльвы Алонсо Санчес по пути на Мадейру
угодил в жесточайший шторм, около месяца буря носила его суденышко, пока
не прибила к неизвестному острову, предположительно Гаити. Санчес ухитрился
вернуться в Европу, потеряв из семнадцати человек экипажа двенадцать.
А далее...
"Они остановились в доме знаменитого Христофора Колумба, генуэзца,
потому что знали его как великого лоцмана и картографа, который составлял
карты для мореплавания... И так как прибыли они измученными перенесенным
в прошлом трудом, сколько ни одаривал их Христофор Колумб, они не
пришли в себя и умерли все у него дома, оставив ему в наследство труды,
которые принесли им смерть и которые взялся завершить великий Колумб с
таким энтузиазмом и силой, что, если бы ему пришлось перенести такие же
страдания или даже большие, он все равно предпринял бы это дело, чтобы
передать Испании Новый Свет и его богатства..."
Проще всего сослаться на извечную нелюбовь португальцев к давним военным
противникам и конкурентам в захвате дальних земель - испанцам. Но,
во-первых, Гарсиласо явно настроен к Колумбу доброжелательно (что плохого
в том, что Колумб воспользовался картами и записями умерших?),
во-вторых, это сообщение очень уж перекликается с теми, о которых я уже
рассказал...
Можно упомянуть и о гораздо менее значительных, но все же интересных
фактах. Кормчий Мартин Висенте и губернатор Порту-Санту Корреа находили
в море и на берегу обработанные рукой человека непонятные деревянные
предметы, странные деревья, растения и плоды, есть даже упоминания о
двух необычного, не европейского вида утопленниках, выловленных у острова
Флориш в Азорском архипелаге. Висенте был другом Колумба, Корреа -
тестем Колумба...
Многие исследователи давно уже обращают внимание на странности путешествия
Колумба - он и туда, и обратно плыл так, словно заранее знал
приблизительное расстояние до "Индии", знал о существовании сильного
океанского течения, помогавшего плывшим в западном направлении, о ветрах.
Его маршрут, на соблюдении которого Колумб яростно настаивал, совпадает
с этим течением и направлением постоянных ветров настолько, что
об "удаче" говорить даже и стыдно...
Кстати, не осталось достоверных свидетельств о том, что кто-то вообще
видел привезенные Колумбом из первого своего путешествия диковины. Подлинность
значительной части его писем, отчетов к дневников оспаривается
давно, не без оснований. Почему-то могила Колумба оказалась в полной
безвестности, и очень быстро забыли, где она находится, так что место
погребения Колумба навсегда останется тайной.
И наконец...
В конце семидесятых годов нашего столетия итальянский историк Маринелла
Бонвина-Мадзанти обнаружила в архивах города Модены письмо неаполитанского
посланника в Барселоне Аннибале ди Дженнаро, отправленное 9
марта 1493 г. брату, занимавшему такой же пост в Милане. Среди других
испанских новостей Дженнаро сообщает (именно среди): "Несколько дней назад
возвратился Колумб, который отправился в августе прошлого года с четырьмя
кораблями в плавание по великому океану".
Начинаются странности! Во-первых, четыре корабля - в то время как
традиция упорно приписывает Колумбу три. К тому же флагманский корабль
Колумба "СантаМария" погиб у американских берегов, так что осталось
только два...
Во-вторых, официальнейшей, утвержденной, канонической датой возвращения
Колумба из трансатлантического рейса всегда считалось пятнадцатое
марта 1493 г.! Мало того, 9 марта - это день, когда Аннибале узнал о
прибытии кораблей Колумба в Палое. А от Палоса до Барселоны - целых девятьсот
километров (если считать по прямой). Реки, горы, разбойники в
лесах, ужасные тогдашние дороги... Один итальянский путешественник в
1419 году хвастался, что проехал семьсот миль "всего" за шестнадцать
дней. Хотя ехал по гораздо более удобным дорогам равнинной Германии и
Италии, а не горной Испании.
Вывод? Если учитывать письмо Дженнаро, выходит, что Колумб возвратился
в Палое гораздо раньше официальной даты, где-то в двадцатых числах
февраля. Недели через две весть об этом и достигла Барселоны...
Отчего же возникла такая путаница с датами? Умышленно или случайно?
Обратите внимание: Дженнаро отчего-то вовсе не упоминает о грандиознейшем
событии, открытии новых земель за океаном. Можно представить, чтобы
информация об этом до него не дошла? Маловероятно. Неужели те, кто принес
известия о возвращении Колумба, не уточнили, что же именно он свершил?
А может, все известия как раз в том только и заключались, что Колумб
вернуло я? А об "открытии. Америки" заговорили через пару недель? И Колумб
попросту плавал в океане, но из-за бунта экипажа или нехватки воды
вынужден был вернуться, не достигнувши "Индии"?
Мотивы испанской короны, решившейся на фальсификацию, лежат на поверхности.
Меж Испанией и Португалией шло прямо-таки бешеное соперничество
за новые земли - при том, что на запад, как мы видим, плавали и
англичане, и скандинавы...
Формируем версию. Хотя плавание Колумба окончилось неудачей, в чью-то
умную голову при испанском дворе пришло гениальное решение: считать победу
поражением, а открытие - состоявшимся. О существовании за океаном
новых земель знают слишком многие, известие о том, что Колумбу, наконец-то,
удалось их достичь, особенного удивления не вызовет, зато проверить
это утверждение крайне трудно. Испания получает возможность кричать
на весь тогдашний "цивилизованный мир": земли открыл наш капитан, отныне
они - наши, наши, наши! Всякий, кто покусится, вызовет войну! За свои
новые территории мы будем стоять до последнего, они наши, они открыты
нами, руки прочь!
Примерно так и действовало испанское правительство после пятнадцатого
марта 1493 г. В следующем году оно добивается от римского папы подтверждения
исключительных прав испанской короны на все, что испанские капитаны
уже открыли и еще откроют в западном полушарии, другими словами, испанцы
берут "эксклюзив" на Америку. Папа проводит по глобусу (уже существовавшему
в то время) разграничительную линию. Недобрые соседипортугальцы
вынуждены довольствоваться Индией. (Кстати, тем, кто любит упоминать
об "отсталости" и "невежестве" церковников, следует напомнить, что
Тордесильясский договор 1494 г. фактически узаконивает представления о
шарообразности Земли).
И только год-другой спустя начинаются настоящие плавания в Америку
Колумба и молодого идальго Алонсо де Охеды - прекрасно документированные,
закончившиеся доставкой в Испанию вполне реального золота и вполне
реальных индейцев, о чем остались "акты приемки"... Никто так и не заподозрил,
что первое путешествие Колумба было фикцией. В самом деле, проверить
в сжатые сроки было попросту невозможно. Тогда же как-то очень уж
кстати пропадает без вести португальский капитан Гашпар Кортириал со
своим кораблем, столь же загадочно исчезает его брат - реальные соперники
испанцев...
Быть может, этим и объясняется столь странная, не имеющая аналогий
"неблагодарность" испанской королевской четы - Колумбу, собственно говоря,
платить было не за что. А впоследствии, когда он, вульгарно выражаясь,
пытается что-то "поиметь", его сажают в тюрьму - и выпускают, когда
убеждаются, что урок пошел впрок и капитан не будет ни болтать, ни требовать
незаработанного...
Я вовсе не утверждаю, что именно так было. Но так могло быть. Слишком
много загадок, противоречий и прямых странностей.
Кстати, об Америке. Точнее, о ее названии, якобы данном в честь Америго
Веспуччи. Веспуччи, конечно, был выдающимся ученым своего времени.
В честь иных капитанов, конечно, и называли иногда часть новооткрытых
земель - существовала одно время на картах Земля Жуана Ваша (Кортириала),
а некий залив до сих пор именуется Гудзоновым. Но - целый необозримый
континент? В честь человека, который совершил только одно плавание
(в составе экспедиции Охеды 1499 г.) в уже открытые земли?
Существует более изящная гипотеза. Вторую экспедицию Джона Кабота к
заокеанским землям финансировали бристольские негоцианты, и самый крупный
вклад внес купец и таможенный старшина по имени Ричард и по фамилии...
Америк! Мог Каоот назвать открытые им земли в честь спонсора)?
Почему бы и нет? Тем более, что автор "Хроники всего света", краковский
историк Мартин Бельский, в 1554 г. писал: "Амъерикус (Веспуччи) прозван
именем от великого острова Америка". Не континент назвали в честь Веспуччи,
а Веспуччи в честь описанных им земель.
Неизвестно, как все происходило в те далекие столетия. Но фактом остается
одно: Христофор Колумб - одна из загадочнейших фигур мировой истории...
КРЕЩЕНИЕ РУСИ: СПЛЕТЕНИЕ ЗАГАДОК
ЗМЕЯ И ЛЕТОПИСЬ
В детстве, с почтением раскрывая исторические книги, я искренне полагал,
что работа ученого-историка выглядит примерно следующим образом. В
тихом архиве, где говорят шепотом из уважения к следам минувших веков и
ходят в мягких тапочках, стоят полки, помеченные ярлычками: "XI век",
"XII"... и так далее. На каждой полке лежат документы, написанные именно
в том самом времени, которым датированы. Задача же ученого - трудолюбиво
овладев древнеславянским, прочитать сии раритеты, переложить их на современное
наречие и явить миру.
Впрочем, кое-кто, пребывая в зрелых годах, и сейчас именно так полагает.
Проверено на опыте. Люди склонны полагать, не вдаваясь в тонкости,
что основой для крайне безапелляционных суждений историков, для указания
точных дат и навешивания тех или иных эпитетов послужило нечто достовернейшее.
Меж тем в жизни - и в науке истории - обстоит как раз наоборот. Летописи,
привычно относимые, скажем, к XII веку, на самом деле оказываются
либо позднейшими копиями, либо, что еще печальнее, плодами компиляции, а
то и самостоятельного творчества какого-нибудь книжника, полагающего,
что ему, высокомудрому, известно о тех или иных событиях прошлого гораздо
больше, чем непосредственным участникам этих событий, оставившим воспоминания.
И не подумайте, что я преувеличиваю. В следующих главах мы
еще столкнемся с многочисленными случаями, когда историк двадцатого столетия
не допускающим возражений тоном заявляет: "Летописец ошибается..."
Вот так - ни больше, ни меньше. Из двадцатого века виднее.
Летописцы, конечно, были живыми людьми, а потому могли ошибаться, что
частенько и делали. Однако это еще не дает ни малейшего повода современным
историкам впадать в другую крайность - объявлять святой истиной лишь
одну версию из множества, лишь одну старинную хронику, отвергая остальные,
которые иногда крайне многочисленны, но, вот незадача, напрочь
опровергают чью-нибудь концепцию. С концепцией, конечно, расставаться
трудно - ее пестуешь, холишь и лелеешь, к ней привыкаешь. И все же...
Простой пример. Князь Олег, тот самый, которому посвящена "Песнь о
Вещем Олеге", умер, как принято считать, при весьма загадочных обстоятельствах:
"...гробовая змея, шипя, между тем, выползала..."
Упоминания о том, что князь умер от укуса змеи, в летописях имеются.
Однако мне, как детективу-любителю (сталкивавшемуся к тому же со змеями
при работе в тайге), представляется крайне сомнительным, что вышеозначенная
змея смогла прокусить сапог из грубой кожи. Не по
...Закладка в соц.сетях
