Жанр: Электронное издание
Bunitch1
...ристым почерком на нескольких листках ученической тетради. Аноним писал о
неизбежности нападения Германии на СССР, утверждая, что Сталин совершил крупную
ошибку, прервав в свое время переговоры с англо-французскими представителями и
заключив пакт о ненападении и договор о дружбе с Германией. Этот пакт автор письма
характеризовал как лживый дипломатический шаг и призывал Советский Союз к
бдительности и готовности: Гитлер уже распорядился о переброске войск на Восток и любое
промедление со стороны Советского Союза смертельно опасно.
На следующий день Голиков спросил подполковника, что тот думает о письме.
Новобранец ответил, что полностью разделяет мнение анонима и посоветовал направить
письмо Сталину в качестве "спецсообщения".
Голиков был явно недоволен ответом своего подчиненного и, желая направить
подполковника на "истинный путь", воскликнул:
- Да вы что? Вы понимаете, что говорите? Ведь он хочет столкнуть нас лбами с
Германией? Немцы собираются наносить удар по Англии, форсировать Ла-Манш. Если
поступить так, как советует этот "друг", мы своими действиями только вспугнем немцев и
спровоцируем их против нас. Так думает и "хозяин".
"Хозяином" звали Сталина, и подполковник понял, что это письмо еще до него уже
побывало у Сталина и что генерал Голиков выражает не свою, а его точку зрения.
Новобранец стал понимать ужас создавшегося положения. Сталин и его окружение живут в
каком-то иллюзорном мире, оторвавшись от реальности. Они не желают даже слушать об
истинной обстановке, если та противоречит каким-то их непонятным выкладкам. Однако
отважный подполковник, прекрасно понимая, что рискует головой, решил не сдаваться,
надеясь переубедить хотя бы собственное командование.
В канун начала общеармейского совещания и стратегических игр Голиков приказал
Новобранцу подготовить так называемую "мобзаписку" по Германии для определения
возможных масштабов развертывания германской армии при нападении на СССР. Используя
свои данные, Новобранец подготовил два варианта развертьюания противника: для
молниеносной войны (блицкрига) и для длительной, определив соответственно и количество
дивизии: 220 и 230. К записке была приложена карта-схема, на которой были показаны
существующие группировки немецких войск на советских границах и возможные варианты
их действий.
Закончив работу, подполковник представил "записку" Голикову.
Тот долго, с видимым интересом рассматривал схему. Затем отложил бумаги и сказал
Новобранцу: "Ваши соображения верны, но это только предположения. Реально этих
группировок нет".
Подполковнику Новобранцу хорошо был известен замысел командования: дождаться
вторжения немцев в Англию и нанести им удар с тыла. План был хорош, но если немцы
действительно ничего не подозревали, то количество немецких дивизий на наших границах
должно было неуклонно уменьшаться, но это количество увеличивалось с угрожающим
постоянством. Значит, немцам известен наш план и они, мороча нам голову, сами
собираются нанести нам сокрушительный удар? Иначе зачем они наращивают силы?
Объяснение, что на восточных границах Германии идет формировка второго эшелона
вторжения в Англию вдали от воздействия и любопытных глаз авиации противника, также
не устраивало подполковника Новобранца. Расположение частей таково, что они явно
нацелились на вторжение, а не занимаются формированием, готовясь к походу на другой
конец Европы. Если мы сейчас, т.е. в конце декабря 1940 года, двинем свои армии на запад,
то уже попадем в глупейшее положение, поскольку нарвемся на 110 дивизий, из которых 11
танковых. В итоге, вместо относительно легкого прорыва в Европу, мы завязнем в боях,
которые еще неизвестно чем и кончатся.
Если же мы будем продолжать сидеть и ждать десанта в Англию, в чем нас пытаются
все время уверить немцы, то в итоге попадем под такой удар с их стороны, от которого
оправиться будет очень трудно. Однако никакие доводы на Голикова не действовали. Из
всех сводок Новобранца начальник ГРУ убирал примерно треть немецких дивизий, сводя их
число до 72-х.
Наконец, Новобранец не выдержал и прямо заявил своему начальнику:
- Товарищ генерал, я не согласен с вашей практикой "срезать" количество дивизий,
которые мы указываем. Уже подошло время очередной сводки по Германии, и я не могу
выпустить ее с искаженными данными.
Голиков молча извлек из сейфа лист александрийской бумаги, развернул на столе и
сказал: "Вот, подполковник, действительное положение на наших границах. Взгляните и
прекратите паниковать!"
Новобранец взглянул на схему, где синими значками были обозначены немецкие
дивизии, развернутые вдоль советских границ, и поинтересовался источником поступления
этой информации.
"Эту схему, - пояснил Голиков, - нам передал югославский военный атташе полковник
Путник. "Хозяин" также считает эти данные абсолютно правильными".
Засев за изучение схемы полковника Путника, подполковник Новобранец обратил
внимание на то, что количество дивизий на ней сильно уменьшено и расположены они на
границе без всякой идеи. Так действительно располагаются войска, стянутые в какой-то
район с целью переформировки. Однако нумерация дивизий совпадала с теми данными,
которые имелись в старых сводках, составленных отделом Новобранца.
То, что это немецкая деза, у подполковника не было никаких сомнений, но он с ужасом
понял, что его совершенно секретные сводки попадают в руки немцев и что большая часть
агентуры, которую привыкли считать абсолютно надежной, в действительности занимается
дезинформацией. Более того, ему стало ясно, что дезинформацию очень ловко подают по
нашим собственным разведывательным и правительственным каналам. Характерно было то,
что дезинформационный материал попадал в ГРУ не из так называемых "собственных"
источников, а шел сверху. Причем путь "дезы" был очень оригинальным: сначала она
попадала в иностранный отдел НКВД или к "соседям", как любили выражаться в ГРУ,
проникая в агентурную сеть НКВД и контрразведки. Затем, с помощью Берии, который был
членом политбюро, дезинформация попадала к Сталину и уже от Сталина поступала в ГРУ,
где ее уже невозможно было игнорировать.
(В своих воспоминаниях покойный полковник Новобранец пишет: "Надо отдать
должное немецкой разведке: своей дезинформацией она сумела ловко обмануть наше
правительство, скрыть от него военные приготовления против нас. Работники Разведупра
борьбу против дезинформации сосредоточили прежде всего вокруг количества вражеских
дивизий. Мы показывали их истинное количество, а немецкая разведка всячески пыталась
скрыть его или уменьшить: кроме того, нас уверяли, что Германия будет наносить удар по
Англии и тем самым подставит под наш удар свой тыл. В этой борьбе немецкая разведка нас
победила. Советское правительство и военное руководство верили вражеской
дезинформации, а не собственной разведке. Не верил ей даже сам начальник Разведупра и
систематически, с каждой неделей все больше и больше "срезал" количество немецких
дивизий, подгоняя наши разведданные под сообщение Путника. В воспоминаниях маршала
Жукова сказано, что на 4 апреля 1941 года (!) по данным Генштаба против СССР находилось
72-73 дивизии. Вот это и есть данные Путника. Наша военная разведка еще в декабре 1940
года докладывала в разведсводке N 8, что против СССР сосредоточено 110 дивизий, из них
11 танковых. Как же получилось, что по состоянию на апрель 1941 года их было 73? На 38
дивизий меньше?! Это уже работа начальника Разведуправления генерала Голикова. Он
просто снял 38 дивизий с учета и подсунул Генштабу "дезу" полковника Путника. На схеме
расположения немецких войск на наших границах, приведенных в книге маршала Жукова... я
узнаю схему Путника").
Изучив схему Путника и сняв с нее копию, Новобранец вернул ее Голикову, твердо
заявив, что это чистой воды дезинформация. Свое мнение он выразил также в форме
официального рапорта.
Демонстрируя сверхтерпение, генерал Голиков пытался переубедить своего упрямого
подчиненного. Развернув снова схему югославского агента-двойника, Голиков стал
объяснять Новобранцу, насколько все на этой схеме выглядит логично и правдоподобно.
Главные силы Германии, что доказывается многими сообщениями из самых разных
источников, находятся в северной Франции и готовятся нанести решающий удар по Англии.
Тут сколько угодно доказательств.
Это все - наследство разоблаченного врага народа генерала Проскурова, который в
бытность свою начальником ГРУ внушил всем своим подчиненным, что операция "Морской
Лев" невозможна в принципе и до самого ареста не желал считаться ни с какими другими
мнениями.
Возражения на совещаниях сыпались дождем. Почему немцы продолжают столь
дорогостоящие налеты на Британию, постоянно усиливая мощь наносимых ударов и неся
соответственные потери в материальной части и людях? С цифрами в руках Новобранец
пытался доказать, что, напротив, интенсивность боев над Англией снижается. Просто
больше пропагандистского шума по этому поводу устраивают обе стороны, значительно
увеличивая в своих сводках и задействованные силы, и потери, как свои, так и противника. В
действительности, англичане снимают войска с метрополии, перебрасывая их целыми
дивизиями в район Средиземного моря и северной Африки. Разве бы они поступили так,
если бы их островам угрожала реальная опасность?
Англичане не снимают дивизии с островов метрополии, возражали ему, а подвозят их
из доминионов: Австралии, Новой Зеландии и Канады, а также из Индии. Их намерения
понятны. Таким образом они прежде всего хотят оттянуть какое-то количество немецких
частей с побережья Ла-Манша. Подполковнику Новобранцу должно быть не хуже других,
имеющих допуск к сверхсекретной разведывательной информации, известны последние
донесения товарища Кима Филби (да и не его одного) о том, какая паника в ожидании
немецкого вторжения царит ныне на Британских островах, чего не было даже летом и в
начале осени этого года.
Королевская семья, правительство, лидеры крупнейших политических партий,
воротилы Сити и многие другие готовы к срочной эвакуации в Канаду. В горах Шотландии
идет подготовка к партизанской войне. В руки нашей разведки попали интересные
документы об уничтожении англичанами собственных военно-морских баз в случае
немецкого вторжения и об эвакуации соединений флота метрополии на базы доминионов и
колоний. Приводится список кораблей и судов, которые следует взорвать для блокирования
портов и баз.
Неужели это все делается для какой-то дезинформации?
Зачем вообще англичанам нас в чем-то дезинформировать? Если они и пытаются
стравить между собой СССР и Германию, то это явно не те методы.
Из этого явствует только одно, настаивал на своем Новобранец, что англичане, как и
немцы тоже заинтересованы в том, чтобы мы поверили в возможность немецкого вторжения
на их острова. Это вполне логично - они вовсе не хотят нашего похода в Европу и желают
предоставить инициативу Гитлеру в грядущем столкновении с СССР. Поэтому, несмотря на
войну, их спецслужбы работают в одном русле, хотя и с разными целями. Для англичан
нападение Гитлера на Советский Союз это не только наиболее реальный путь к спасению, но
и возможность окончательно замкнуть Германию в кольцо непримиримых противников. Для
Гитлера, не будем себя обманывать, это единственный способ продлить собственное
существование.
Оппоненты соглашались, что в рассуждениях Новобранца есть известная логика.
(Слова же Новобранца о том, что его рассуждения основаны вовсе не на логике, а на
достоверной информации, никто не слышал.) Но, продолжали оппоненты, Гитлер, памятуя
прошлое, никогда не решится воевать на два фронта. И на все факты, приводимые
Новобранцем в скучном перечислении дивизий и мест их дислокации, имеется масса фактов,
доказывающих, что его точка зрения ошибочна.
Относительно недавно "соседи" (т.е. разведка НКВД) добыла любопытный документ,
подписанный шефом гитлеровской службы безопасности обергруппенфюрером СС
Гейдрихом. Это план действий гестапо и других карательных органов Германии на
оккупированных территориях Британских островов. План разработан столь тщательно, что
трудно даже представить себе, чтобы столь педантичные немцы занимали бы время таких
ведомств как собственная служба безопасности составлением столь подробных документов
только с целью введения в заблуждение советской стороны.
И, наконец, немцы чуть ли не через день посылают на побережье южной Англии
разведывательно-диверсионные партии иногда силой до взвода с целью разведки
конкретных участков высадки, проходимости местности, сил противника и тому подобное.
Как правило, эти группы либо гибнут, либо попадают в плен. Это тоже ради дезинформации?
Новобранец отвечал, что ведомство Гейдриха как раз и является тем местом, где вся
"деза" и куется. Он лично не поверил бы ни одному документу, исходящему из гитлеровской
службы безопасности.
Что касается гибели немецких диверсионных групп на побережье, доказывал
Новобранец, то ради глобальной дезинформации можно пожертвовать и много большим, чем
несколькими десятками солдат и летчиков.
Подходило время секретного совещания высшего комсостава Красной Армии и
завершающих отработку "Грозы" стратегических игр, а в ГРУ все еще продолжались долгие
и мучительные дискуссии о том, сколько же немецких дивизий находится на границах
восточной Польши и Восточной Пруссии и куда Гитлер все-таки нацеливает очередной удар
- на Англию или СССР?
Очередная сводка по Германии, которую Новобранец получил, чтобы подготовить к
началу игр, все еще не была составлена. Подполковник, понимая чем рискует, начал
колебаться. Подкрадывалась трусливая мысль: сделать так, как приказывает начальство.
Однако, как и все немногочисленные честные люди среднего звена, воспитанные в тисках
тоталитаризма с их искренней верой в святую непогрешимость вождя, подполковник
Новобранец пришел к твердому убеждению: враги, проникшие на самый верх
партийно-государственного руководства, обманывают товарища Сталина, не давая ему
возможности узнать об истинной обстановке и принять необходимые решения. А потому
мужественный и упрямый офицер в итоге решил пойти практически на самоубийство, но
довести до вождя правдивую информацию, рискуя при этом "бесследно исчезнуть", как
исчез его бывший начальник генерал Проскуров.
После очередного доклада Голикову, когда начальник ГРУ в дополнение к
предыдущим "срезал" еще 15 немецких дивизий, подполковник решил действовать
самостоятельно. Приказав своему заместителю подготовить все необходимые материалы и
данные, собранные информационным отделом, Новобранец стал оформлять сводку, на что
понадобилось чуть более суток. Это была сводка N 8 за декабрь 1940 г. В ней говорилось:
"За последнее время отмечаются массовые переброски немецких войск к
нашим границам. Эти переброски тщательно маскируются и скрываются. По
состоянию на декабрь 1940 года на наших границах сосредоточено около ста
десяти дивизий, из них одиннадцать танковых. Само расположение этих
соединений не оставляет сомнения в том, что они нацелены на вторжение на
нашу территорию..."
На приложенной к сводке схеме были показаны все немецкие войска - до дивизии и
отдельной части. В выводах было написано, что такое огромное количество войск
сосредоточено не для улучшения условий расквартирования, как об этом заявлял Гитлер и
повторяли немецкие дипломаты, а для войны против СССР.
Для начала Новобранец показал эту сводку своему другу и однокашнику по выпуску из
Академии им. Фрунзе генерал-майору Рыбалко, который также в то время служил в ГРУ.
Сравнив схему, составленную Новобранцем, со схемой югославского полковника, Рыбалко
сразу понял то положение, в которое попал начальник информационного отдела.
Рыбалко, зная исключигельную порядочность Новобранца, воспользовался случаем,
чтобы высказать собственные мысли, накипевшие за последнее время. Что творится в
армии? На Халхин-Голе и в Финляндии опозорились на весь мир. Армией командуют
неграмотные люди - командиры эскадронов, вахмистры без образования и опыта. А сотни
образованных офицеров, окончивших академии, сидят годами в штабах на второстепенных
должностях. Идет какой-то обратный естественный отбор. Делается все возможное, чтобы и
в следующей войне опозорить снова армию на весь мир.
После разговора с Рыбалко решение Новобранца довести дело до конца стало твердым,
хотя он еще не видел способа, как при этом обойти свое непосредственное начальство,
По существующей практике все информационные документы ГРУ, включая сводки,
составлял и подписывал начальник информационного отдела. Сигнальный экземпляр, как
уже отмечалось, должен был докладываться Голикову и только после его утверждения
рассылался в войска и тем лицам, которые были включены в "спецразнарядку".
Новобранец решил направить сводку в войска без ведома генерала Голикова, что само
по себе было совершенно беспрецедентным случаем. Но, по мнению подполковника, другого
выхода не было. Вызвав начальника типографии, Новобранец вручил ему сводку, приказал
ее срочно отпечатать, а сигнальный экземпляр доставить ему якобы для доклада Голикову.
Получив сообщение о том, что сводка готова, Новобранец приказал сдавать тираж в
экспедицию для рассылки, а полученный сигнальный экземпляр запер у себя в сейфе. Затем
позвонил начальнику экспедиции и попросил скорее отправить сводку в войска,
порекомендовав в последнюю очередь разослать сводку по московским адресам. В Москве,
мол, ее всегда успеют получить. Вскоре из окружных штабов стали поступать
подтверждения о получении сводки.
Теперь предстояло самое трудное: доложить сигнальный экземпляр Голикову задним
числом. Предвидя "немало скверных минут", Новобранец вошел в кабинет начальника ГРУ
и молча положил сводку перед ним на стол. Голиков полистал брошюру и стал
рассматривать схему. Лицо генерала Голикова сначала выражало удивление, потом
недоумение, а затем Голиков отшвырнул сводку и грохнул кулаком по столу. Для всегда
уравновешенного генерала это было проявлением крайнего гнева. Взяв себя в руки, Голиков
поинтересовался у Новобранца, не получил ли он от кого-нибудь задание спровоцировать
войну с Германией? Чего он добивается, поднимая такую панику? Может ли Новобранец ему
членораздельно ответить?
Подполковник, также стараясь держать себя в руках, сказал, что главной обязанностью
разведки является не только снабжать свое командование реальной информацией и по
возможности не участвовать в его дезинформации, но и при случае подсказать
командованию правильное решение.
Так вот, он считает, что если мы ждем, что в связи с операцией "Морской Лев" немцы
начнут оголять нашу границу и мы сможем легко осуществить намеченную операцию, то
нам можно на все это не рассчитывать. Немцы не собираются никуда перебрасывать войска с
наших границ, а, напротив, постоянно их усиливают. Из этого вытекает, что им известны
наши планы и они, естественно, не собираются им следовать. А из этого вытекает, что и мы,
в свою очередь, не должны больше ждать и именно сейчас, когда у нас еще имеется почти
двойное превосходство над немцами, пока те еще не вышли на нашу границу по всей ее
протяженности, пока источники румынской нефти еще как следует не защищены, наносить
удар первыми, организовав несколько пограничных инцидентов, которые можно представить
как немецкое нападение.
Слушая своего подчиненного, генерал Голиков не проронил ни слова, а затем вернул
ему сводку, сказав, что подобный документ он утверждать не намерен, запрещает его
посылать в войска и приказывает уничтожить весь тираж.
Тогда ровным и тихим голосом Новобранец доложил, что сводка уже отправлена в
войска.
Это было слишком даже для хладнокровного Голикова.
Генерал объявил об отстранении подполковника от должности и отдаче под суд за
неоднократные попытки дезинформировать командование, используя при это служебное
положение.
Однако подполковник Новобранец был готов именно к такому развитию событий.
Попросив на себя не орать, он заявил, что гогов как начальник информационного отдела
отвечать за свою сводку головой, а поскольку его взгляды так сильно расходятся со
взглядами генерала Голикова, то он просит предоставить ему возможность личного доклада
начальнику Генштаба. Если ему такая возможность не будет предоставлена, он найдет свои
пути выхода непосредственно на генерала армии Мерецкова.
Хорошо, согласился Голиков, я вам устрою личный доклад. Только не пожалейте
потом.
Вернувшись к себе в отдел, Новобранец написал подробный доклад на имя начальника
Генштаба, затем заготовил "спецсообщение" Сталину, Молотову, Маленкову, Тимошенко и
Берии, где дал подробное описание нависшей над страной угрозы и приложил "сводку № 8".
Он уже заканчивал свою работу, когда позвонил начальник Академии Генштаба
генерал-лейтенант Мордвинов, поинтересовавшись, действительно ли дело так серьезно, как
написано в сводке.
Даже еще серьезнее, подтвердил Новобранец.
Наши силы Новобранец знал, но заметил генералу, что в нынешние времена мощным
внезапным ударом можно смешать любое количество людей и техники с любым
количеством земли. Не забывайте, что наши войска не имеют никакого плана на
отступление, о котором запрещено даже заикаться. Если первым внезапным ударом их
вынудят к отступлению, то такая масса войск и боевой техники, что у нас на западных
границах, сразу устроит давку и неразбериху на дорогах, отступление перерастет в бегство,
бегство - в катастрофу. Вот что его беспокоит. Ни в коем случае нельзя дать возможности
немцам нанести удар первыми. И если для этого 70 дивизий, разумеется, мало, то 110
дивизий вполне достаточно. Не понятно, почему это никого не волнует.
В случае немецкого нападения "Гроза" теряла элемент стратегической (и тактической)
внезапности, а потому становилась практически не выполнимой.
Вскоре Новобранца и Голикова вызвал к себе начальник Генштаба генерал армии
Мерецков. По обычаю того времени, вызов пришелся на два часа ночи.
Мерецков принял разведчиков в присутствии начальника оперативного управления
генштаба генерала Василевского.
Генерал армии Мерецков знал, разумеется, гораздо больше, чем было положено знать
подполковнику Новобранцу. Будучи одним из основных разработчиков "Грозы", он не верил
в успех этой операции и в ее целесообразность. Прежде всего он считал, что армия в
нынешнем ее состоянии не способна осуществить операцию такого масштаба, хотя бы
потому, что не имеет гибкого и четкого управления. Задуманные гигантские клещи
глобального наступления распадутся, завязнут, останутся без горючего, боеприпасов и
продовольствия задолго до того, как смогут сомкнуться. "Гроза" приведет лишь к большому
хаосу сначала в Европе, а затем и в СССР. Любая удача в "Грозе" разложит армию и страну,
а неудача - погубит, поскольку у нашей армии нет даже плана на тактический отход, не
говоря уже о стратегическом отступлении.
Новобранец попал в самую болевую точку начальника Генерального штаба. Огромная
армия, развернутая в рамках доктрины стремительного наступления на западных границах с
ее сложным и многослойным хозяйством современных вооруженных сил, не имея плана
стратегического отхода, одним ударом может быть превращена в бегущую неуправляемую
толпу. Однако Мерецков уже боялся поднимать этот вопрос не только перед Сталиным, но
даже и перед наркомом обороны маршалом Тимошенко.
Немного поколебавшись, Мерецков приказал Голикову утвердить сводку № 8, а
Новобранцу пожал руку и поблагодарил, чю означало по меньшей мере оставление
подполковника на занимаемой должности до особого распоряжения.
Генералу Мерецкову предстояло открыть совещание высшего начальствующего
состава РККА и принять участие в стратегических играх. Он знал, что эти мероприятия
задуманы Сталиным в качестве окончательной шлифовки предстоящего глобального
наступления. Ни о чем другом на совещании не собираются говорить. С трудом удалось
пробить один доклад об обороне, да и то это была оборона захваченных у противника
позиций на случай глубокого прорыва вперед и возможного отставания соседей или
собственных тылов. Об отходе, а тем более о крупном отступлении говорить на совещании
запрещалось. Мерецкову очень хотелось поднять этот вопрос - он понимал, что если он
этого не сделает, то не сделает никто.
Сталин просмотрел сводку № 8 22 декабря, прибыв около 2-х часов дня в Кремль с
ближней дачи. Сводка не произвела на него никакого впечатления. Она вернулась к
Поскребышеву для подшивки в дело без всяких пометок и указаний.
На следующий день Сталин совещался с генералами авиации Рычаговым, Жигаревым и
Смупжевичем по планам дальнейшего развертывания аэродромов в западных областях
СССР. Строительство полос шло даже с опережением графика, для самолетов рылись
капониры, люди жили в палатках, но встал вопрос о хранении горючего, авиабомб,
необходимых запчастей и многого другого авиационного оборудования, которое по разным
причинам никак не пристало хранить на открытом воздухе или на необорудованных складах.
В том числе и планеры для задуманных крупномасштабных воздушно-десантньк операций
первого этапа "Грозы". Пока летчики доложили, что указание товарища Сталина
относительно десантных планеров выполнено. Все они убраны в ангары и на специальные
склады, которые строго охраняются. Сталину, правда, не доложили, что из-за этого из
ангаров выставили на улицу все самолеты, включая и проходящие сточасовые регламентные
работы. Не среагировал Сталин и на проблему обеспечения новых аэродромов горючим,
снабжаемых порой конными бензоцистернами, бензин из которых необходимо было
переливать в канистры, а затем через воронку заливать в самолеты. Как это все придется
проделывать в реальной боевой обстановке, было неизвестно, но проблема острейшей
нехватки бензозаправщиков никак вроде и не решалась на фоне резкого увеличения
самолетного парка и аэродромной сети.
Ненормальные условия базирования и аэродромного обслуживания привели к резкому
повышению аварийности при проведении учебных полетов, что авиационные начальники
всеми
...Закладка в соц.сетях
