Жанр: Электронное издание
yurison
...тор
считает, что болезнь у меня - психическая.
- Связаться с санитарами?
- Свяжись со всеми. Но пусть будут осторожны. Если и я
через час... захвораю, это будет лучшим доказательством. Но пока
у всех вирусов алиби - их никто не видел на месте преступления.
- Хорошо, шеф. А этот доктор... Может, он э-э-э... немного
разбирается в психиатрии?
Лейтенант зарычал и оборвал связь.
Нет, однозначно, никто ему не поверит. А может он не прав?
Да нет же, пусть не микробы, не вирусы, не бактерии, но какая-то
химия, радиация - неважно что, пусть не заразное, но со всеми
признаками заразного. Пусть не болезнь - ведь он чувствует себя
абсолютно нормально - но со смертельным исходом. Чума. Только в
десятки раз более стремительная. А такими темпами она выкосит
все население раньше, чем люди поймут, что они вымирают. Или как
он. Поймут - и умрут, и вякнуть не успеют. А те, кто не видел,
не поверят. А кто увидел, тут же умрет. И все.
Но пока жизнь продолжалась. Показалась колонна бензовозов,
двигающаяся в сторону воинской части. В первой машине сидел
офицер; заметив газик, он велел притормозить и высунулся из
кабины:
- Что тут? - обратился он к милиционеру, и заметил тело на
обочине. - Это не наш потрудился?
- Нет, - отрезал тот. - Проезжайте, не мешайте работать.
Офицер хмыкнул и захлопнул дверцу. Колонна тронулась,
медленно объезжая стоящие машины. Милиционер сидел в машине и
провожал их взглядом.
Чума. Трупы надо сжечь. И больных тоже. Трупы больных.
Больные трупы. Точнее, заразные. Какая разница! Все сжечь. И
себя тоже. Я ведь тоже труп, больной и заразный.
Он посмотрел на свою руку, ту, что в крови летчика. Не в
крови, а в этой поганой жиже. Она засохла, но не кровяной
коркой, а как акварельная краска. Только слегка жирная. Или это
от того, что рука вспотела? Вон, как дрожит. И тянется к кобуре.
И достает пистолет. Вроде, никто не заметил этих манипуляций его
руки. Колонна почти прошла, осталось три машины. Пусть будет вот
эта.
Раздались три выстрела. Время, казалось, остановилось на
мгновение. Но ничего не произошло. Только все смотрят на него, а
он стоит возле патрульной машины. Мимо медленно едет бензовоз, а
из его раненого бока льются на асфальт три струи. Раздался еще
выстрел. Четыре струи. Время пошло дальше. Две фигуры -
проклятый доктор и ефрейтор - сместились. Теперь нужно
действовать наверняка. Вторая рука поможет первой. Прицелиться!
По бензобаку - огонь!
И огонь вырвался на свободу.
Степан Королев
ДЕВУШКА С РЕКЛАМНОГО ПЛАКАТА
Под моими окнами проходит оживленная улица. Между проезжей
частью и домом (а я живу на втором этаже) прямо напротив окна
торчит огромный рекламный щит. Его установили недавно, не
перпендикулярно дороге, а под небольшим углом; с тех пор ко мне
в комнату постоянно заглядывает какая-нибудь симпатичная
девушка. Время от времени они меняются, были даже периоды
безликих плакатов - пачка сигарет, парящая над американскими
небоскребами, - но как правило, там все-таки девушки и, в общем,
приятные.
Я и сам содержу маленькую рекламную контору, которая влачит
бессмысленное существование в ожидании настоящего заказа. Вроде
такого щита. Лена, моя секретарша, очень даже могла бы украсить
такой огромный плакат, независимо от предмета, который
соблазняла бы вас купить: таблетки от головной боли, лимонад,
презервативы или автозапчасти. Фотограф Миша в начале работы над
каждым проектом неизменно предлагает сделать Леночку рекламным
лицом очередного заказчика. Теперь мне надоело, а поначалу я
отвечал что-то вроде того, что эта шваль не заслуживает даже
надписей углем на стенах, довольно с них наших листовок и
самоклеек. Леночка - лицо нашей фирмы и больше ничье.
Хотя, пожелай заказчик вот такого щита - и Лена украшала бы
его. Или я потерял бы секретаршу и подругу. Впрочем, черт его
знает...
В окно заглядывало лицо девушки, страшно похожей на
Леночку. Но не она. Я почему-то был уверен, что это - девушка,
которую я когда-то давно знал. Мы вместе учились в школе, я был
в нее влюблен и даже несколько раз приглашал на свидания. Потом
она вроде бы поселилась где-то в пригороде. Многие мои знакомые
детства жили теперь там.
Черт возьми, я даже не мог вспомнить, как ее звали.
Девушка со щита уговаривала отведать таблетки. FANTAZIN -
было написано на коробочке, а слоган поверх всей картинки
гласил: "ФАНТАЗИН - боль в прошлом".
Довольно идиотское название для лекарства, подумал я, и
заметил логотип фирмы в углу коробки: FANTA-FARM, и гном с мечом
и таблеткой вместо щита. Ничего более дурацкого придумать было
нельзя. Вот если бы эту рекламу заказали моей фирме...
Если бы я делал эту рекламу! Я плюхнулся на диван, закрыл
глаза, и перед мысленным взором прошла череда плакатов, один
лучше другого. Половину из них, правда, выполнить было бы
нереально, - что правда, то правда, меня порой заносит, - но
оставшихся хватило бы на шикарную кампанию. Может, вытеснившую
даже прочие препараты, кроме, разве что, анальгина. Это название
нацарапано у всех на внутренней стороне черепа, а мозги
пропитаны им, как губка.
Fantazin.
Под конец рабочего дня я решил съездить в офис. Интересных
дел не было, а с текучкой справлялся Дима - четвертый и
последний сотрудник фирмы. Десять часов он сидел у нас за
компьютером, потом ехал домой и еще десять шарил по серверам.
Четыре оставшиеся часа в сутки он тратил на дорогу домой и в
офис, еду и сон. Если бы наши компьютеры подключить к Интернету,
он бы сэкономил на поездках. Правда, тогда бы он копался в сети
все двадцать часов...
Когда я вошел в приемную, официальная Леночкина улыбка
сменилась дружеской. Мне нравилось наблюдать, как меняется ее
лицо; иногда я даже специально расстраивал ее, а потом утешал, и
она знала, зачем я это делаю, но все равно расстраивалась и
утешалась искренне. В видеорекламе выразительности ее лица не
было бы цены.
- Здравствуй, Леночка.
- Здравствуй.
Это приветствие нужно было, чтобы определить, в каких мы
отношениях в данный момент. Мы были одновременно начальником и
подчиненной, добрыми друзьями, романтическими влюбленными и
циничными любовниками. Не буквально одновременно - эти роли
постоянно менялись.
- Чем занимаешься?
- Собираюсь уходить.
Мы были друзьями. Можно было пригласить ее на чашечку чая,
но она отказалась. Ей надо было съездить к какой-то
родственнице. У той на прошлой неделе был день рождения. Или
будет на следующей - неважно. Важно, что сегодня - единственная
возможность навестить ее.
- А что парни?
- Мишка свалил еще днем, ему делать нечего, а Димка пашет.
Мне тоже здесь нечего делать. Улюлюкнул телефон, но звонил
не клиент с большим заказом, а Леночкина подружка. Я побродил по
приемной, подошел к двери и помахал Леночке рукой; не отрываясь
от разговора, она сделала ответный жест. В дверном проеме я
вдруг остановился и обернулся.
- Минуточку, - сказала Лена в трубку и уставилась на меня.
- Кстати, ты знаешь, что такое - фантазин?
- Что?
- Ничего. До завтра.
По дороге домой я задержался у аптечного ларька и купил
этот проклятый фантазин. И еще всю дорогу пытался вспомнить, как
звали ту школьную подругу, но так и не смог. А ведь мы
целовались, и я шептал все уменьшительные варианты ее имени.
Я не стал ничего специально готовить или разогревать себе
на ужин. Посмотрел телевизор, потом вынул коробочку лекарства.
На бумажке, вложенной в нее, было написано, что таблетки можно
принимать при головной, зубной, сердечной боли, при травмах,
гастрите и язве желудка, ожогах и - список тянулся бесконечно.
Просто какой-то универсальный препарат. Панацея.
В коробочке были не таблетки, а капсулы. Я раздавил одну, и
на пальцы высыпался голубоватый порошок. Совершенно безвкусный -
я лизнул его; ощущение было, что во рту мелкий-мелкий песок.
Кристаллики долго не растворялись, пришлось проглотить их.
Перед сном я съел капсулу фантазина целиком. Сам не знаю,
зачем.
В десять утра в моей квартире раздался междугородний
телефонный звонок.
- Здравствуйте. - Приятный мужской голос. - Зовите меня
просто Виталий Юрьевич. Я менеджер рекламного отдела фирмы
Fanta-Farm. Слышали про такую? Нам требуется провести хорошую
рекламную кампанию. Нашего нового препарата.
- Фантазин?
- Именно. - Голос просто наполнился удовлетворенностью до
краев. - Способно ли ваше агентство взяться за эту работу? Вот
что я хотел бы узнать.
"Взяться-то любой дурак способен", - мелькнула мысль, потом
я вспомнил вчерашние прожекты и то, как долго мы ждали
настоящего большого заказа.
- Я даже думал уже, что как можно сделать.
- О! Чувствую профессионала. Пришлите курьера, мы передадим
необходимые материалы. Наше представительство находится в
Выборге...
- Я приеду сам. Я обязательно принимаю непосредственное
участие в работе над каждым проектом.
- О! Я не ошибся. Мы с вами профессионалы. - Он сообщил
адрес и посоветовал, как лучше добраться. - Жду вас в половине
третьего.
- А почему вы позвонили мне домой, а не в офис? - но из
трубки уже доносились короткие гудки.
Я позавтракал фруктами и отправился в путь. Выборг мне
очень нравился. Я вообще люблю прибалтийские города, во всяком
случае те, где доводилось бывать. Впрочем, любой город, в
котором оказываешься проездом (а почти все путешествия - дорога
из дома домой), оставляет воспоминания о мелких необычных
происшествиях. Все, что в них происходит и встречается - самое
обыкновенное, но оно видится, что ли, под другим углом. Тени от
солнца других широт.
Виталий Юрьевич дожидался меня в своем кабинете. К нему не
было барьера из секретарш и охранников. Представительство
Fanta-Farm размещалось в маленьком двухэтажном особнячке, и,
судя по запаху, где-то там была еще столовая или кафе. Сам
менеджер рекламного отдела внешность имел совершенно никакую.
Составляя фоторобот этого человека, можно было получить, что
угодно. Единственной особой приметой были восклицания в начале
каждой фразы.
- О! Я вас жду. - Когда я открыл дверь, он торчал около
нее, а не за столом, так что создалось впечатление, что хозяин
кабинета действительно нетерпеливо поджидал меня под дверью.
На специальном столике лежала стопка приготовленных для
меня бумажек и фотографий и горка коробочек. Fantazin. Кроме уже
известных мне капсул, лекарство было в таблетках, порошках,
каплях, даже в баллончиках с распыляющей насадкой.
Я вспомнил ощущение песка на зубах. Неужели эти кристаллики
растворяются? Почему-то очень ясно представилось, как они до сих
пор лежат на дне желудка, такие же голубоватые.
На стене красовалась маленькая копия плаката напротив моего
окна. Совершенно точно, это она, моя одноклассница и первая
любовь. Как только ее зовут?..
Виталий Юрьевич налил в две чашечки кофе и принялся
объяснять, что компания хочет от меня. И вдруг я с ужасом понял,
что ничего не понимаю. Даже отдельных слов, будто он говорил на
незнакомом мне языке, - ощущение из страшного сна. Я потер щеки
и незаметно ущипнул себя, потом попросил менеджера повторить
сначала. Что-то я себя неважно чувствую.
Он механически улыбнулся и вынул из кармана коробочку.
Fantazin. В этой были таблетки, одну он протянул мне, другую
заглотнул сам. Я взял таблетку двумя пальцами. Она была
странного вида: диаметром больше обычной и тоньше. Как монета.
- О! - воскликнул мой собеседник. - Глотайте. Это поможет.
Мы все пользуемся только лекарствами нашей фирмы. Такое правило.
И все работники Fanta-Farm абсолютно здоровы.
- Похоже, ваше лекарство лечит от всех болезней.
- Не от всех. И не лечит. Фантазин устраняет любые
неприятные симптомы. Все симптомы. Человеку становится хорошо.
Но лекарством нельзя злоупотреблять. Болезнь-то продолжается. Мы
обязательно указываем на каждой коробке, что параллельно
необходимо проводить обычное лечение.
Никакой подобной надписи на своей коробочке я не помнил, но
не стал говорить об этом. Мне почему-то показалось, что
вернувшись домой, я увижу эту фразу и на коробке, и в инструкции.
По-моему, даже, она там была.
Мы вернулись к обсуждению рекламной кампании. Разъяснив все
вопросы и собираясь уже уходить, я бросил взгляд на плакатик на
стене. Девушка с забытым именем. Я спросил:
- Виталий Юрьевич, удовлетворите мое профессиональное
любопытство. Кто делал вот это?
- О! Мы сами. Наше представительство здесь - это мой отдел
и лаборатория. Кстати, очень хорошая лаборатория. На самом
современном уровне. Лучшие фармацевты России. А на плакате,
между прочим, - Мисс Ленинградская область. Виктория... М-м-м...
не то Моргунова, не то Моргулова. Выскочило из головы. Очень
симпатичная девушка.
Нет, не она, подумал я. Не помню, как звали ее, но точно не
Виктория и фамилия точно не на "М".
Всю обратную дорогу в голове вертелись стишки. Самой
пристойной рифмой была фантазин - кретин.
В офис ехать было уже поздно, и я приволок сумку с
образцами домой. Позвонил Леночке, объяснил ситуацию. Она даже
захлопала в ладоши:
- Двадцать щитов и на пятьдесят тысяч баксов в газетах?
Значит, живем?!
- И это только начало.
- Ты говоришь, фантазин? - ее голос вдруг стал очень
серьезным. - Я вчера была в гостях у тети, она рассказала про
свою школьную подругу. Та недавно умерла от рака. Она ела этот
фантазин до последнего дня и чувствовала себя неплохо.
Выглядела, по крайней мере. Тетя говорит - никакой боли и в
сознании.
- Наверно, это действительно что-то фантастическое, - мне
не хотелось говорить о своих опытах с этим лекарством. - Слушай,
Лена, я страшно устал, так что ты разыщи Мишу, пусть он завтра
утром заберет у меня сумку с этим барахлом. С образцами. С
завтрашнего дня начинаем работать.
Сам я попытался начать работу сразу же. Только эффект был
на уровне давешнего "кретина". Черт побери, ведь это было вчера
- куча распрекрасных идей! Куда они подевались?
Часам к одиннадцати я дошел до предела. Нервы взвинчены,
кровь кипит от злобы, голова тупая, как том истории КПСС. Бог с
ним, что в таком состоянии нельзя работать, но ведь и заснуть
невозможно!
Я заварил крепкий сладкий чай (может, как снотворное это не
лучшее средство, но вполне сойдет, чтобы успокоиться) и
проглотил капсулу фантазина. Потом достал из коробочки еще одну
и раздавил ее. На ладонь брызнул матовый, слегка голубоватый
сироп, так неожиданно, что я вздрогнул. Такой же безвкусный, но
еще более противный, чем порошок. Очень похожий на сперму. Я
тщательно вымыл руки и улегся с книжкой. Уснул я, по-моему, не
успев перевернуть страницы.
Мне снилась девчонка, в которую я был влюблен в школе.
Такой, как я ее знал в четырнадцать лет. Она смеялась и
предлагала мне попробовать фантазин. Таблетки были размером с
блюдце и тонкие, как бритва. Она поднесла одну к своему рту,
губы раздвинулись, как утиный клюв, и поглотили таблетку, а
девчонка превратилась в молодую женщину с рекламного плаката.
Она съела еще таблетку и превратилась в Леночку. Потом в Виталия
Юрьевича. И все они предлагали лекарство мне, но я не хотел и
боялся. Вдруг я догадался, что следующее превращение будет в
меня, и таким образом я буду вынужден тоже съесть таблетку.
Логика сумасшедшего, но во сне она была безупречна. Слава богу,
меня разбудил Миша, пришедший за моей добычей из Выборга.
Пока я приводил себя в порядок, наш фотограф-художник
слонялся по квартире и наконец заметил рекламный щит под окном.
- Трах-та-ра-рах, - протянул он. - Уж не этой ли дрянью нам
предстоит заниматься?
- Угадал, - ответил я.
- Фан-та-зин, - Миша словно попробовал таблетку на вкус.
По-моему, название, даже такое, было приятнее самого лекарства.
- Ничего девчонка. Но без изюминки. Не spice girl.
- Между прочим, это Мисс Ленинградская область.
- Ох, прошу пардону, ваша миловидность. - Он шутовски
поклонился перед окном. - Впрочем, в вашем фанталэнде, похоже,
грядет государственный переворот. Скоро наша Леночка будет у вас
королевой, президентом и премьер-министром.
- Не, Леночку ты не трожь.
Я уже оделся и возился с завтраком на кухне. Для себя
одного я не стал бы стараться, но Миша выразил желание плотно
перекусить. Ему все не сиделось, он бродил от плиты к окну и
задумчиво шевелил губами. Наконец остановился, поднял палец
вверх и продекламировал:
- Заходите в магазин - покупайте фантазин!
- По е..льнику получит то, что вас гнетет и мучит, - без
паузы добавил я, и мы расхохотались. - Таких экспромтов я
насочинял вчера на томик собрания сочинений. И ни одного, что бы
можно было бы использовать. Так что теперь твоя очередь думать.
В офисе я устроил общее собрание. Популярно объяснил,
насколько нам важен этот заказ, парней отправил творить в
соавторстве, а Леночку посадил на телефон гнать всю мелочевку и
договариваться с исполнителями. Работа закипела, и сам я мог
закрыться в каморке, называемой кабинетом директора фирмы, и
поиграть в "Doom". К обеду мы снова собрались в приемной.
Леночка со своей работой справилась, но Миша и Дима
выглядели смущенно.
- Почему-то ничего не идет в голову, - оправдывался
фотограф. Развязности как не бывало. - Только всякие идиотские
стишки, даже Димке.
Наш компьютерщик за всю жизнь не срифмовал двух слов.
- Самое лучшее, что получилось - вот, - и он без выражения
зачитал:
В ваш не самый легкий час,
На работе, дома, в поле
Фантазин избавит вас
От любой телесной боли.
Лена хихикнула; это выглядело как начало истерики. Я
посмотрел на парней, но они пялились куда угодно, только не на
меня.
- Абсолютный маразм, - подытожил я. - Никаких стишков на
фиг не надо. Подумайте над концепцией, детали придут потом.
Я прислушивался к своему голосу и не узнавал. Казалось, что
вместо головы у меня телевизор. Не было ни одной своей мысли.
Если это творческий застой, то вся надежда на мальчиков. Но они,
похоже, были готовы подвести.
До меня издалека донесся голос Миши:
- Может, это... если все мы в... кризисе, просто передадим
заказ кому-нибудь еще. Получим свой процент за посредничество...
Нет, это просто массовый гипноз. Мы все участвуем в
каком-то паршивом спектакле. И снова, как в кабинете
фанта-фармского менеджера, я потрепал себя по щекам и ущипнул, а
затем потянулся к карману и выудил из коробочки таблетку.
Точь-в-точь такую, как у Виталия Юрьевича. Я проглотил ее, и
пелена разорвалась.
Я подтолкнул коробочку по столу ребятам; ни о чем не
спрашивая, они взяли по таблетке. Кроме Лены.
Уже довольно поздно вечером, так ничего путного и не
придумав, мы стали-таки расходиться. Леночка долго собиралась, а
потом предложила мне пригласить ее к себе. Я и сам хотел это
сделать, да никак не мог понять, кто мы сейчас друг другу.
После прогулки пешком (романтические влюбленные) мы
устроились в полумраке комнаты, тихо разговаривали и целовались.
Вдруг все пошло наперекосяк - с того момента, как у меня из
кармана вывалилась проклятая коробочка. Лена прибавила освещения
и встала спиной к окну.
- Слушай, а откуда вообще взялся этот Фанта-Фарм? Они не
звонили в офис...
- Тот тип позвонил мне прямо домой, с утра пораньше. Я еще
хотел спросить его, почему не в контору, но он быстро повесил
трубку. Я думал, что ты дала мой телефон, потому что дело
срочное...
- Я не давала. Я вообще услышала о нем только от тебя.
- Фанта-лэнд, - пробормотал я.
- Что?
- Фанталэнд - волшебная страна, где все жрут фантазин. Так
придумал Миша. А королева этой страны - на плакате у тебя за
спиной. - Лена обернулась и посмотрела в окно. - А еще он
сказал, что мы готовим переворот и королевой станешь ты. Обычная
история. Что ты там увидела?
Лена все еще смотрела в окно, не слыша моих слов. Я подошел
и тоже остолбенел.
С рекламного щита смотрела Леночка.
Я еще подумал, что если бы это увидел Миша, он почувствовал
бы укол профессиональной ревности. Момент схвачен грамотно, лицо
как живое. Застывшая Лена по эту сторону окна казалась
подделкой.
- Фанта-стика, - прошептал я. - Сегодня утром там была Мисс
Ленинградская область.
- Закрой занавески, - произнесла наконец Лена. - Я не хочу
ничего знать.
А мне вдруг захотелось проглотить еще пилюлю.
- Знаешь что, Леночка, - сказал я, когда мы прошли на кухню
и яркий свет отрезал возможность того напряженного интима,
который мы пытались создавать на протяжении вечера, - этот
фантазин - очень интересная штука. Не думай, что я схожу с ума,
но мне кажется, что он исполняет любые желания. Ну, в пределах
разумного. На это же намекал и человек из фирмы, с которым я
общался. Прямо он, конечно, так не сказал, но... Каждый раз,
когда я съедаю таблетку, я получаю то, чего больше всего хочу. Я
мечтал о хорошем денежном заказе - мы его имеем. В другой раз он
подействовал как снотворное. А сегодня у всех нас начала
съезжать крыша - фантазин ее поправил...
- А отчего она поехала? - Лена посмотрела мне прямо в
глаза. - От твоего фантазина.
Да, это так, подумал я. Хотя почему так? Мы работали, и у
нас не клеилось. С тем же успехом могло не быть идей для рекламы
какого-нибудь автосервиса.
Лена прочла мои мысли по лицу.
- Это просто какой-то наркотик. А ты сел на него и ищешь
оправданий.
- Хорошо. Может, и так. Но попробуй сама. Если ты не
получишь того, о чем мечтаешь... - Я не знал, что будет тогда.
То есть знал, но в любом случае это было не в моей власти.
Вдруг Лена решительно протянула руку:
- Давай.
Я вытащил коробочку и вытряхнул из нее маленькие пакетики с
сиропом. Стрелка на полиэтилене указывала, где надорвать, чтобы
выдавить содержимое в ложку. Стоит ли говорить, подумал я, что
это лекарство еще и меняет произвольно упаковку?
Лена выдавила содержимое пакетика прямо на язык; я сделал
то же самое.
- Теперь, может, ты скажешь, что загадала?
- Нет. Пока что я хочу домой, как ты на это смотришь? Такое
желание сбудется?
- Не останешься?
- Нет. - Она вдруг погрустнела и заговорила нежно и как бы
извиняясь: - Правда, я сегодня очень устала. И чувствую себя
неважно. Отвези меня домой.
Мы снова стали влюбленными, только не пылкими, а
печальными. Грусть была светлой; такие чувства двигают рукой
поэта, когда он создает лучшие строки в своей жизни.
Вернулся я далеко за полночь и сразу заснул.
Этой ночью сон был куда приятнее вчерашнего. Мне снилась
Лена; мы занимались любовью, и это было нечто бесподобное. Мы и
вообще хорошие любовники, но, прошу прощения за каламбур, то,
что происходило во сне, нам и не снилось. Может, просто потому,
что это был сон.
Утром (я проснулся рано, но чувствовал себя прекрасно
отдохнувшим) первым делом я взглянул на рекламный щит. На меня
смотрела не Леночка, а Мисс Область, Виктория М-м-м... как ее
там...
В голове что-то щелкнуло и загудело. Виктория эм...
Я бросился к стеллажу и откопал школьный выпускной альбом.
Лихорадочно перекидывая толстые картонные страницы, всматривался
в полудетские лица одноклассников. Вот!
Господи, что же это было с моей головой? Вика Мартова. Моя
первая любовь, ныне Мисс Ленинградская область, заглядывающая в
мое окно с плаката фирмы Fanta-Farm. Это она, и совершенно
непонятно, почему я думал иначе. Да ведь она почти не
изменилась!
Так-так-так, погоди, заговорил я сам с собой. С твоей
головой может быть что угодно, но Леночку на этом плакате вчера
видел не ты один. Звони ей прямо сейчас!
Я набрал номер, и трубку на том конце сняли почти сразу.
- Леночка, прости, что я разбудил...
- Я уже не сплю, ничего. Что стряслось?
- Что ты видела вчера на рекламном щите у меня из окна?
- Не надо... - ее голос сразу потускнел.
- Но Леночка, это очень важно. Иначе я буду думать, что
спятил.
- Нет, ты не спятил. Ты это действительно видел.
- Что - это? Скажи же. Назови.
- Не надо, пожалуйста... - Совершенно непреодолимая стена,
не каменная, но еще более неприступная.
- Ладно. Прости. - Я жалел, что так вцепился в нее.
- Знаешь, что... Откажись от этого заказа...
- Что? От Фанта-Фарма? Почему?
Она не отвечала.
- Лена! Почему отказаться? Что случилось? Приехать к тебе?
Она молчала. Я уже догадывался, в чем дело. Не точно,
несколько вариантов кружились в голове, и что-то говорило мне,
что один из них - верный. А возможно и несколько. И вдруг черт
дернул меня попробовать наудачу:
- Я знаю, что тебе снилось. Разве ты не получила то, чего
хотела? Даже сделав все, чтобы не получить? - И добавил после
паузы: - Ну и как тебе фантазин?
Линия разъединилась. Жаль, что я не видел в этот момент
Леночкиного лица, - представляю, какая гамма выражений пробежала
по нему.
Но в одном она права. С этим фантазином надо завязывать. И
с лекарством, и с фирмой. Ощущение от этой мысли было такое,
будто я пришел к ней логическим путем. Но сначала все-таки
поговорить с Виталием Юрьевичем.
Как ни странно, телефона фирмы Fanta-Farm у меня не было.
Кроме номера в Хельсинки, написанного на коробочке. Я заказал
срочный междугородний разговор и попросил соединить со
справочной в Выборге. Минут через пятнадцать я уже говорил с
ними, но о существовании представительства Фанта-Фарма
...Закладка в соц.сетях
