Жанр: Электронное издание
Сергей КАЗМЕНКО
ХРАНИТЕЛЬ ЛЕСА
1. РАССКАЗ КЕММЕЛА
Так вы, значит в лес хотите? Что ж, все знают, что я никогда не
отказываю. Точнее, почти никогда - иногда ведь, знаете, согласие граничит
с безрассудством. Это раньше, бывало, соглашался я на любые авантюры.
Понятное дело - надо было создавать себе репутацию, а потом ее
поддерживать. В такие, я вам скажу, дебри забирался - страшно вспомнить.
Как еще только в живых остался, сам понять не могу.
Вот с тех пор и жива молва: Кеммел, мол, никогда не отказывает,
Кеммел согласен вести куда угодно. Но все, знаете, меняется. И даже Кеммел
меняется. Так что если в Городе вам про меня всякого наговорили - что
возьмусь, дескать, доставить вас в в любое место, хоть даже за Сиреневые
горы - не верьте. Не возьмусь. Мне, знаете, жить еще охота. Да и вас
губить нет никакого желания.
Почему я говорю вам это? Да потому, что чувствую: неспроста вы ко мне
в такое время прилетели. Сами знаете, как сейчас вокруг неспокойно, не до
лесных прогулок теперь людям. Если кто и обращается теперь к нам,
проводникам испытанным, то дело ясное: у него на уме что-то серьезное. Тем
более это относится к тому, кто обращается к Кеммелу.
Или я ошибаюсь?
Да можете не отвечать, я и так знаю, что прилетели вы ко мне
неспроста. Нет, помилуйте, я вас ни о чем не собираюсь выспрашивать, это
не в моих правилах. Просто предупредить хочу - есть в нашем лесу такие
места, куда я вас ни за какие деньги не повезу. Кто другой, может, и
согласится, но я - ни за что. Ну да - боюсь. И не я один боюсь - наш лес
для всех страшен, только не все в этом признаются. Я, конечно, тех в виду
имею, кто лес по-настоящему знает. Нет, я понимаю, что кое-что и вы
услышать про него успели. Но, как говорится, колмуна йери - лес велик, и
про такой лес лучше сто раз услышать, чем один раз его увидеть.
Уж вы мне поверьте, я знаю, о чем говорю.
Да нет, совсем я не хочу вас запугать. Я же вижу, словами вас не
испугаешь. Просто, знаете, у меня такое предчувствие, что задумали вы
очень опасное предприятие. И не просто опасное - безнадежное. Да, я верю
предчувствиям. И в приметы верю. В свои собственные, конечно - они меня
еще никогда не подводили. Вы ведь бывали на Побережье? Я по вашему загару
вижу, что бывали - здесь такого не получишь. Ну и как вам тамошний народ
показался? Темный, правда? Суеверный. А вам их и не понять. Вы приехали и
уехали, а они там живут. И когда они чувствуют, что Океан сердится, то
рыбачить не выходят, какая бы отличная ни стояла погода. Можно не верить
их предчувствиям, но факт остается фактом - тот, кто не умеет
почувствовать вовремя, что Океан сердиться начинает, на Побережье не
живет. Иногда он уезжает, чаще просто исчезает. Так же и у нас в лесу. Вы
не смотрите, что у меня библиотека богатая, что поговорить я умею на
всякие отвлеченные темы. Это все внешнее. А в глубине сидит тот же дикарь,
что и на Побережье, который больше доверяет своему чутью и приметам, чем
доводам рассудка, когда дело леса касается. Иначе я бы здесь давно не жил.
Я знаю, что вам, приезжему, странно это слышать. Даже жители Города
многого понять не могут, хотя, казалось бы, и должны знать этот мир
гораздо лучше приезжих. Так что на какое-то особое понимание с вашей
стороны я не рассчитываю. Для того, чтобы понять жителя леса, надо самому
в этом лесу полжизни прожить, а на это не все способны. Лес он, знаете,
сам отбор производит.
Да, вы правильно меня поняли - я не повезу вас в лес. Не повезу
именно из-за своего предчувствия. Даже если бы вы попросили меня свозить
вас, скажем, на Ядовитую поляну или к Ближним Споровикам, я и то бы не
согласился. Но я не советую вам сейчас улетать. Видите, солнце садится.
Ночью летать над лесом особенно опасно. Днем, правда, опасно тоже.
Переночуйте-ка у меня. Дом просторный, живу я один, так что никого вы
здесь не стесните. А привидений у меня не водится, это я вам гарантирую.
Понимаете, мне очень неудобно, что я вынужден вам отказать. Не люблю
я отказывать - привычка. Конечно, мой отказ в ваших же интересах, могу вас
уверить. Если, конечно, вы не самоубийца. Но все равно неприятно. И будет
во много крат неприятнее, если из-за этого отказа вам придется рисковать и
лететь над лесом ночью. Так что, остаетесь? Ну вот и чудесно.
Почему я заговорил о привидениях? Да, знаете, в Городе любят
трепаться, что Кеммел, мол, сдружился с нечистью и только потому и
преуспевает. Чушь, конечно. С нечистью нельзя сдружиться, хотя кое-кто и
был бы рад это сделать...
Ну да бог с ними со всеми.
Вы разрешите, я закрою окно? Не люблю, знаете ли, воздуха с болота,
особенно вечером. Вам виски или местного акотэ? Ну конечно, все, кто
побывал на Побережье, предпочитают акотэ. Ваше здоровье!
Да-а, солнце садится. Тоскливо здесь вечерами, особенно когда один
остаешься. Не страшно - чего в доме бояться? Просто тоскливо. Нет,
конечно, я не потому вас от ночного полета отговорил, чтобы компанию на
вечер иметь. Но раз уж вы остались... Надеюсь, вы еще не хотите спать?
Если желаете, можно включить музыку или какую-нибудь видеопрограмму. Что
ж, я тоже предпочитаю просто побеседовать. Знаете что? Расскажу-ка я вам
об одном случае, когда не доверился своему предчувствию и едва не
поплатился за это. Согласны? Ну и хорошо.
Было это совсем недавно, года еще не прошло. Сам не пойму, как он
меня в ту авантюру втянуть умудрился - вроде бы и чувствовал я, что нельзя
на его уговоры поддаваться, и ученый уже на своих да на чужих ошибках - а
вот поди ж ты, не устоял. Звали этого клиента, кажется, Карл Литинг.
Впрочем, я могу и ошибаться. Да и, кстати говоря, мало кто из клиентов
называется своим подлинным именем. Знал я одного - он три раза у меня
побывал, и все три раза под разными фамилиями. Мне, конечно, безразлично,
зачем он это делал, я в полиции не служу - мне просто не понравилось, что
он меня за дурака держит. Ну да это так, к слову...
Так вот, этот Карл Литинг назвался биологом. Он собирался тут изучать
какие-то формы приспособляемости местной жизни - излюбленное занятие моих
клиентов. Я даже как-то плакат у себя в конторе повесил: "АГЕНТСТВО ПО
ИЗУЧЕНИЮ ПРИСПОСОБЛЯЕМОСТИ". Только никто, почему-то, не смеялся. Честно
говоря, и мне с некоторыми клиентами не до смеха было, хотя вообще-то я
человек веселый. Но иногда такие личности ко мне заявлялись, что я
предпочел бы иметь дело с нечистью. Надеюсь, я вас не обидел?
Еще акотэ? Или, может, хотите пива - день-то жаркий простоял. И
солнечный к тому же, необычный для этих мест. Сейчас я принесу из
холодильника. Вот, пожалуйста.
Ну так вот, с год назад это случилось. Когда он прилетел ко мне, день
стоял ну точь-в-точь как сегодня. Жаркий, солнечный, душный. Несколько
дней подряд тогда такая погода стояла. Прилетел он, как и вы, под вечер,
но выглядел совсем свежим, а я весь день провозился в ангарах, устал
чертовски, и потому как-то даже и не прислушивался особенно ко всяким
предчувствиям - поскорее хотелось вымыться да спать завалиться. Так что
сговорились мы с ним быстро, поужинали да и разошлись по своим комнатам.
Только вот проснулся я среди ночи и чувствую - что-то не так. Не
сразу даже и понял, что именно, потом только дошло: нельзя было
соглашаться, никак нельзя.
Но не отказываться же мне было. Как я мог отказаться, сами посудите?
Если уже слово дал - как? Так до утра и не заснул, все раздумывал, что же
делать теперь.
Вышли мы с ним, значит, утречком, как только рассвело, да и потопали
сразу к ангарам через Крысиное болото. Оно тут сразу под горкой
начинается, болото-то Крысиное, видели, наверное, когда подлетали. Я ведь
дом-то этот всего три года как построил, а раньше с другой стороны болота
жил. Да больно место там поганое оказалось, вот и решил переселиться. Лес
ведь, знаете, меняется постоянно, и даже здесь, неподалеку от Города, все
время человека выжить стремится. Так что на одном-то месте много лет
подряд удержаться никому не удается, я уже третий раз перебираюсь. Дом вот
отстроил, а ангары перенести никак не соберусь - вот и приходится к ним
через болото бегать. А с другой стороны, не так уж это и плохо - когда с
клиентом идешь, я имею в виду. Настраивает такая прогулочка клиента на
нужный лад, так что я еще пока подумаю, стоит ли ангары-то переносить. Ну
да это так, к слову.
Ну вот, идем мы, значит, через болото. По тропке идем. Через болото
это одна всего тропка проходит, да и ту приходится расчищать постоянно,
зарастает очень. Спокойно, в общем, идем - тут, у самого моего дома
отродясь никакой гадости не водилось. Даже крысы на болоте завелись, не
знаю уж, кто их сюда завез. Но пока они там живут, можно спокойно через
болото ходить. Пейзаж вокруг, конечно, не городской и на некоторых особо
нервных клиентов воздействует. Иной, знаете, от обыкновенной шуршалки уже
трястись начинает, а когда, скажем, ложный огневик под сапогом хлопнет,
так разве что в обморок не падает - тут уж заранее готовься, что в лесу за
таким глаз да глаз нужен.
Идем мы, значит, с этим Литингом, он впереди, я сзади, как и положено
в лесу ходить, вокруг посматриваем. Он, в основном, вокруг посматривает, а
я так больше под ноги, чтобы не вымазаться, значит, раньше времени. Грязь
под ногами чавкает, твари всякие квакают да пищат, паразит какой-то меня в
ногу кусает - и кусает, и кусает, забрался, гад, в сапог и пользуется тем,
что разуться посреди болота я не могу. Иду я и о том только и думаю, как
сниму сапог у ангара и раздавлю паразита, а тут Литинг этот вдруг
оборачивается и спрашивает эдак: когда, дескать, вернемся сегодня? Ну надо
же такое ляпнуть!
Я как услышал это, мигом обо всем позабыл. И о сапогах своих, пока
еще чистых, позабыл, и о червяке синем, что через тропинку переползал,
даже о паразите этом кусачем позабыл начисто. Встал на месте да как заору
на Литинга: дурень, мол, ты! Кто же такое перед лесом-то говорит? Ведь ты
же не то что в гроб нас загнать хочешь, а еще хуже того... В общем, много
слов ласковых я ему наговорил тогда. Сказал бы и больше, да только этот
гад мне тут так в ногу впился, что терпеть невозможно стало, так что
припустил я по тропинке к ангарам что было силы. Хорошо еще, что на червя
того не наступил в спешке, а то пришлось бы отмываться, невелико
удовольствие. До пригорка добежал, сел на травку, сапог стянул и
р-р-раздавил гада - клещ это оказался зеленый.
Ну покончил я, значит, с клещом, и только тут о Литинге вспомнил.
Отстал Литинг. Или тропку единственную потерял, заблудился, то есть, на
болоте. Ну, думаю, и достался мне клиент, по тропке единственной дойти не
может. Особенно-то, конечно, я за него не беспокоился - болото это болотом
только называется, это я сам его так окрестил - Крысиным болотом - а
провалиться там или утонуть в нем невозможно, если специально не
постараться. Разве что перемажешься сильно или, скажем, сапоги прожжешь,
если на гриб-ползунок наступишь. Потому я спешить не стал, обулся, посидел
еще на травке минут пять и только потом решил за Литингом топать. Но тут,
гляжу, сам он показался. Подходит эдак ко мне и совершенно спокойно
спрашивает: когда, дескать, вылетаем? Так спрашивает, будто ничего между
нами не было только что, будто и не называл я его почти что распоследними
словами. Вот это мне в нем тогда понравилось - не люблю я, знаете, когда
люди дуются. В лесу ведь часто не до всяких там "пожалуйста" да "будьте
любезны", я клиентов заранее предупреждаю, чтобы в случае чего не
обижались, потому как жизнь она подороже вежливого обращения. Но многие,
стоит их обругать, обо всем забывают. А Литинг этот ну совершенно спокоен
был. Сам я, правда, еще до конца не отошел, потому буркнул ему что-то не
слишком любезное и потопал к ангарам.
Выкатили мы из ангара малый вертолет, проверили все, сели. Я, вообще
говоря, в то что нечисть как-то там по особенному вертолеты любит, не
верю. По-моему, она просто в ангары от солнца прячется, а в сами вертолеты
забирается редко. Но тогда что-то засела мне в голову мысль, что в
вертолете нечисть - и все тут. Я ее, знаете, нутром чую. Может только
потому и жив до сих пор. Мне встречались люди, которые в нечисть совсем не
верили - мол, в этом лесу и без всяких суеверий хватает опасностей. Даже
среди проводников такие бывали. Ну и где они теперь? Мэк Рыжий - тот
спился, с ним дело ясное, а остальные... Ни сами не вернулись, ни клиенты
их - так что лучше уж верить во все, что опасным быть может. Надежнее
как-то.
Вот я и говорю этому Литингу: вылезь-ка на минуточку, рядом с машиной
постой. Он эдак хмыкнул, плечами пожал, но вылез. Закрыл я за ним дверцу,
сел снова на свое место - нет нечисти. Не то почудилось мне, не то вместе
с ним из вертолета выскользнула - не знаю. А, думаю, черт с ней -
полетели. Настроение, знаете, какое-то вдруг бесшабашное накатило - знаю,
что глупость делаю, знаю, что так вот и пропадают тут люди ни за что ни
про что, а все равно и подумать не могу, чтобы от полета отказаться.
Ну взлетели мы, значит, и пошли прямо над лесом. Литинг ведь накануне
ни о чем конкретном меня не просил - просто в лес его свозить. Ну я и
повез его на Ядовитую поляну. Самое то место для клиентов. И не слишком
далеко, и впечатляет, и не то чтобы очень опасно. Хотя, конечно, раз на
раз не приходится. Бывает, и на этой Ядовитой поляне даже опытные
проводники гибнут - с лесом шутки плохи, расслабляться никак нельзя. Я уж
не говорю о том, что к лесу привыкнуть надо, приноровиться, прожить здесь
не один год, чтобы решиться пойти туда без опытного проводника. Да и
снаряжение тоже большое значение имеет. На вашем вот вертолете в лесу
вообще садиться нельзя, вас, наверное, предупреждали. Пластмасса, она для
леса как лакомство. Ну а наши железки, бывает, по две-три сотни посадок
выдерживают.
Ну вот, летим мы, значит, недалеко уже осталось, минут двадцать, и
вдруг он спрашивает: а что, мол, до Ведьминой опушки вы долететь сможете,
или топлива не хватит? Спокойно так спрашивает - ну будто просит до Города
подбросить за особую плату.
Я поначалу подумал, что ослышался. Ты что, говорю, парень, туда же,
наверное, не меньше суток лететь надо. А может и больше. Это же, говорю,
где-то в Сиреневых горах, туда же только психи летают, да там и остаются.
Да и не знает никто, есть ли эта самая Ведьмина опушка на самом деле, или
это так, сказки для дурачков. Много тут, надо сказать, сказочек подобных.
Лес-то почти не изучен, вдалеке от Города мало кто бывает, а со спутников
в тумане этом и не видать почти ничего. Чего стоят хотя бы рассказы о
висельниках. Или о Зеркальном озере - слышали, наверное? Если в Городе по
кабакам пошататься, такого наслушаешься, что на полжизни вспоминать
хватит. Только вот на самом-то деле мало в этих рассказах правды - так,
надышится какой-нибудь бедолага дурмана и начинает всякие чудеса или,
наоборот, страсти видеть. Самый верный путь на тот свет, кстати - у
дурманных кустов постоять. Но не все погибают, некоторые как-то
выкарабкиваются, и начинают ходить истории о чудесах всяких. Не знаю,
может кто и видел что-то чудесное, но я лично - почти ничего. Одну только
погань в этом лесу и видел я на своем веку. Ученые? А ученые наш лес почти
не изучали. Кому мы, по чести сказать, больно нужны? У Метрополии и без
нас забот хватает. Не будь в нашем лесу эниарских лагерей, про нас вообще
бы забыли давно - на одной экзотике прокормиться трудно. Лагеря - те да,
те дают кое-какой доход. Как-никак, стопроцентная гарантия от побега, и на
- Ты один, Рейт?
- Да, привет.
- Эниару эвакуируют.
- Что?!..
- Эниару _э_в_а_к_у_и_р_у_ю_т_.
- То есть как? Всех?
- Не будь наивным. Их же двести миллионов.
- Не может быть. Ведь противник еще очень далеко.
- Оказывается, противник совсем рядом.
- Да-а... Как ты узнал?
- Вчера прибыл офицер связи из Метрополии. Оказался моим хорошим
знакомым еще по Третьему корпусу.
- Что же теперь будет?
- У тебя есть там капиталы?
- Ерунда, да и все застраховано. Основное в Метрополии, ты же знаешь.
Но ведь до Эниары всего два парсека... Нас же даже и не подумают
эвакуировать. Кому мы нужны? Так, обработают попутно, на это они мастера.
- Не паникуй.
- И меня дернул черт залезть в эту дыру! Кто же знал, что противник
так близко?
- Не паникуй, говорю. Сюда идут шесть фрегатов. Нас будут защищать.
- Что? Да опомнись: кому мы нужны? Нас элементарно ликвидируют, ты же
знаешь, как это делается. Не-е-ет, пора сматывать, и поскорее. В каком
состоянии твоя яхта?
- Нас будут защищать, говорю тебе. Недолго, но будут. Во всяком
случае, времени, чтобы убежать, хватит. Подумай сам: для того, чтобы с
нами покончить, хватило бы и одного фрегата. Сюда идут целых шесть.
- П-почему? Зачем им это, ты можешь объяснить? Связи, что ли, твои
сработали?
- Да какие к черту связи? На таком уровне никакие связи не помогут.
Тут другое: их что-то внезапно заинтересовало в нашем лесу. Очнулись,
называется, черт бы их всех побрал! На фрегатах везут какое-то специальное
оборудование, целый отряд специалистов. Сам понимаешь, просто так операции
такого масштаба не проводятся. Это шанс, Рейт, ты понимаешь?
- Ты хочешь сказать?..
- Да, именно. Мы должны попробовать захватить в свои руки то, что их
интересует. Тогда мы сможем диктовать свои условия.
- А как мы узнаем, что им нужно?
- Кое-что мне уже известно. Речь идет о каких-то зародышах. Короче,
бросай все остальные дела и подключай всю свою агентуру. Пусть хоть всю
планету перекопают, пусть используют любые методы. Ну да не мне тебя
учить. Можешь обещать им что угодно в случае успеха - все равно им
подыхать вместе с остальным быдлом.
- Ладно, попробую. Но надо, чтобы об Эниаре пока никто больше не
знал. Офицер не проболтается?
- Уже нет.
- Понятно. Он сказал что-нибудь еще?
- К сожалению, он знал не очень много. Так, кое-что слышал краем уха.
Кстати, обрати внимание на район Сиреневых гор - он откуда-то знал это
название.
- А ты уверен, что он сказал тебе все, что знал?
- Знаешь, Рейт, он очень хотел сказать больше, особенно под конец. Но
увы...
- Понятно. Последствий ты не боишься?
- Я не обязан охранять его жизнь, если ему вздумалось устроить
попойку, а потом бродить ночью по городу. Твои люди, кстати, уже нашли
беднягу. Так что последствий я совсем не боюсь. Я боюсь другого - что нам
придется бежать, так и не добыв этих самых зародышей. Вот тогда
действительно могут быть последствия.
- Сколько у нас времени?
- Возможно, всего несколько суток. Так что начинай немедленно. Пусть
начнут патрулирование над лесом. И запрети проводникам все полеты, чтобы
не путались под ногами.
- А как им прикажешь?
- Придумай что-нибудь. Ты же, как-никак, префект. У тебя же, в конце
концов, лагеря - ну объяви положение чрезвычайное.
- Ладно, губернатор. Уговорил.
- Давай, действуй. И не жалей своих дармоедов, пусть побегают
напоследок.
2. РАССКАЗ РОАЛА
Думаешь, оторвались? Хм... У них же тут база рядом с космопортом.
Если этот запрет на все полеты был серьезным, то они еще могут нас
перехватить. Элементарно перехватят. Сволочи! Меня от одного их вида
тошнит! Спокойнее? Черта с два! Ненавижу их, ненавижу!
Знаешь, поверни-ка правее. Скорее, и вниз теперь, между теми холмами
пройди. Я эти места знаю, у них рядом пост, запросто засечь могут. Еще
ниже опустись, еще ниже, иди над самыми деревьями. Вот так, а теперь прямо
по долине. Дольше, зато безопаснее.
И угораздило же меня тогда влипнуть! Ведь всю операцию сорвал, все
из-за меня. Главное, зря я на Побережье-то летал, ты был прав. Послушал бы
тебя, и дело было бы сделано, а так... Даже не помню толком, как все
произошло.
Как прилетел, помню. Вертолет у поселка посадил, там еще несколько
машин рядом стояло. Как в бар зашел, помню. Бармен там еще тощий такой,
улыбался все. Как потом к Океану вышел, помню. Тихо было, спокойно. Самое,
говорят, поганое время. А дальше - сплошной провал, хоть об стенку головой
бейся. Иногда будто и пытается что в память прорваться, как сон какой
позабытый, да не ухватить никак. Мне в госпитале разъяснили, что это
обычное дело, когда зеленкой заболеваешь. Так я и поверил! Это у них,
гадов, обычное дело так человека наркотиками накачать, чтобы он позабыл
начисто, как его ограбили. Тоже мне, болезнь - зеленка! Да окажись я рядом
с вертолетом, я бы уж наверняка успел ввести стимулятор, и все бы
обошлось. А так... Они же меня взяли голыми руками, хорошо еще, что совсем
не прикончили. Могли. И хорошо, что блок в памяти стоял, так что в бреду я
не болтал лишнего.
Но зато они меня три раза ограбили. Три раза! Первый раз, наверное,
еще на побережье. Забыли они, что я туда на вертолете прилетел. Забыли, и
все. С неба я туда, по их мнению, свалился. И летает теперь мой вертолет
неизвестно где. Второй раз - уже в госпитале. А может, и раньше. В описи
моего имущества денег не оказалось вообще. Представляешь - ни гроша! Я
поговорил потом с теми, кто эту опись составлял. Когда выписывался. Ох
какими кристально чистыми глазами они на меня смотрели! Такой взгляд
приобретается только от долгой практики. Хорошо отполированный взгляд.
Мерзавцы!
Ну а в третий раз меня уже при выписке ограбили. Выпустили без гроша
в кармане и всего в долгах. За лечение насчитали шесть тысяч монет - это
же ума лишиться! Даже пуговицу на рубашке, ими же, наверняка, и оторванную
- и ту в счет включили! И не проверишь, и не придерешься...
Спокойнее, говоришь? Да я полгода спокойным был, полгода! Совершенно
спокойным. Пока тебя вот сегодня не встретил.
Конечно, все мои документы пришлось оставить в госпитале в качестве
залога. Они мне взамен удостоверение выдали. Тут тех, кто с такими
удостоверениями, и за людей не считают. Пришлось с ним, конечно, в полицию
идти, регистрироваться. Ловко у них тут все обставлено - одни грабят, а
другие это в законную форму облекают. Да знал я об этом, конечно же знал!
Пойми ты, мне же выговориться надо! Я же с тех пор, как мы с тобой
расстались, ни с кем поговорить по-человечески не мог. Я выговорюсь и
успокоюсь, только ты мне не мешай.
Мне в полиции все-все про законы здешние порассказали. И об
ответственности за неуплату долга в установленный срок, и о запрете на
выезд, и об ограничении в правах. Законы у них тут на все, оказывается,
есть. Такие законы, что человека сами-собой на преступление толкают.
Потому что деваться-то некуда. Или нарушай закон, или помирай. А когда я
заикнулся о том, что неплохо бы выяснить, куда же все мои деньги пропали,
полицейские мне посоветовали нанять адвоката. Они, мол, такими делами не
занимаются. Вернее, мне сказали, что подобные вопросы не в их компетенции,
что их дело - следить за соблюдением порядка, а если я имею какие-то
претензии к госпиталю, то мне следует обратиться в суд. Сержантик такой
сказал.
Вот так я тут и остался: один, без денег, весь в долгах и с двумя
только нитями - Герри и Кеммелом. Донесение о случившемся я, конечно,
отправил при первой же возможности, ну а на помощь, ты сам знаешь,
рассчитывать было нечего. Надо было как-то определиться и действовать
самостоятельно. С момента твоего вылета к Кеммелу прошло уже с полгода, ты
так и не объявился, и я решил, что Кеммела пока следует избегать. Значит,
оставался только Герри.
Назад, назад поворачивай! Быстрее, Карл! По-моему, он нас не заметил.
Иначе увязался бы. А может, это тоже кто из нарушителей был? Надо же такое
невезение - именно сегодня день солнечный! Слушай, давай южнее возьмем для
гарантии. До Хинковых холмов долетим, а там и повернем. А то, знаешь, не
может же без конца везти.
Значит, оставался мне один путь - попытаться через Герри на место
выйти. Я ведь не знал, что у вас там с Кеммелом случилось. Боялся, что ты
вообще провалился, и тогда, значит, они настороже и ждут, когда и я в
западню угожу. О том, что ты в лесу пропал, когда Кеммел живой и здоровый
в Городе появляется, я и подумать не мог - ведь он о вашем полете никому
не рассказывал. Но это я уже позже так рассуждать начал. А тогда вышел я
из полицейского участка и не знаю, куда податься. Шел, куда глаза глядят.
И пришел на площадь, где памятник стоит. На площади этой, как ты знаешь,
главный кабак местный, где проводники собираются. Центром они его
называют. И подумалось мне, что самое время мне в этот Центр заявиться,
потому как делать-то все равно нечего.
Ты помнишь, какая там внутри обстановка? Ну да, прямо против входа
стойка бара, слева отдельные кабинеты, где обычно сделки с клиентами
заключаются, ну а справа общий зал. Вошел я, значит, внутрь, у входа
остановился. Музыка, конечно, играет, кто-то на эстраде вертится, народ
кое-какой за столиками сидит. Днем-то там обычно немного народа, хотя
наверху, где в куант да рулетку играют, никогда, по-моему, пусто не
бывает. Но тогда день уже к вечеру клонился, так что в зале народ уже
собирался.
Стою я, значит, соображаю, как быть, а бармен тамошний в это время,
...Закладка в соц.сетях
