Жанр: Электронное издание
UNIVERS1
...ать Великий Создатель.
Он построил мир и отправил его путешествовать к звездам...
- Что ты говоришь? - спросил Чимал, которого кольнул внезапный укол
страха - или радости?
- Что мы путешествуем в каменном мире, который мчится сквозь пустоту
от звезды к звезде. Огромный корабль, мчащийся сквозь пустоту
пространства. Камень, полый внутри, и сердцем его является долина, а в
долине живут ацтеки, и они - пассажиры на борту этого корабля. Потому что
еще не пришло время, само путешествие - тайна для них, и они живут
счастливо и уютно под благосклонным небом. Для того чтобы охранять их и
вести, существуем мы, Наблюдатели, и мы исполняем свой долг.
Как будто в подтверждение его слов, гулко ударил колокол, потом еще
раз. Наблюдатели подняли свои деусы и при третьем ударе нажали на стержни,
добавляя число.
- Вот и еще один день пути, - нараспев сказал Главный Наблюдатель, -
и мы на один день ближе к Дню Прибытия. Мы можем отчитаться за каждый день
каждого года.
- За каждый день каждого года, - эхом отозвались остальные.
- Кто я? - спросил Чимал. - Почему я не такой, как все?
- Ты - дитя, которому мы поклялись служить, ты сам - источник нашего
существования, ибо разве не записано, что дети поведут нас? Придет День
Прибытия, падет преграда, и люди освободятся. Они придут сюда и увидят
звезды и узнают наконец правду. И в этот день Коатлики будет уничтожена у
них на глазах, и им будет сказано, что они должны любить друг друга и что
браки между кланами одной деревни запрещены, а истинный брак - между
мужчиной из одной деревни и женщиной из другой.
- Мои мать и отец...
- Твои мать и отец были осенены благостью слишком рано и дали жизнь
истинному сыну Прибытия. В своей мудрости Великий Создатель благословил
ацтеков на неведение, выращивание урожая, счастливую жизнь в пределах
долины. Это они и делают. Но при приближении Дня Прибытия благословение
это будет снято, и дети станут делать вещи, которые даже не снились их
родителям. Они будут читать книги, которые их ждут, они будут готовы к
тому, чтобы навсегда оставить долину.
Конечно! Чимал не знал, каким образом, но он почувствовал, что эти
слова - правда. Он один не принимал долину, он восстал против жизни в ней,
он хотел убежать оттуда. И убежал. Он был другим и всегда знал это и
страшился этого. Теперь это стало ненужным. Он выпрямился и посмотрел на
остальных.
- Я хочу задать много вопросов.
- На них будут ответы, на все из них. Мы расскажем тебе все, что
знаем, а потом ты узнаешь еще больше в местах, предназначенных для
узнавания, которые ждут тебя. И тогда ты будешь учить нас.
Чимал громко рассмеялся.
- Значит, вы больше не хотите убить меня?
Главный Наблюдатель наклонил голову.
- То была моя ошибка, и я могу лишь проклинать свое невежество и
молить о прощении. Ты можешь убить меня, если желаешь.
- Не будь таким скорым, старик, ты должен еще о многом мне рассказать.
- Это правда. Тогда - начнем.
2
- Что это? - спросил Чимал, глядя на дымящуюся коричневую плитку
мяса, помещенную перед ним на блюде. - Я не знаю животного, которое было
бы достаточно велико для того, чтобы из него можно было выкроить такой
кусок мяса. - Подозрительный взгляд, устремленный им на Главного
Наблюдателя, красноречивее всяких слов говорил о том, что вообще-то такое
животное ему известно.
- Это блюдо называется бифштексом, и мы едим его только по
праздникам. Но ты, если пожелаешь, можешь есть его каждый день, мясное
хранилище обладает достаточными запасами.
- Мне неизвестно животное, называемое "мясное хранилище".
- Позволь мне показать тебе. - Главный Наблюдатель сделал чтото с
настройкой висевшего на стене телевизора. Его личный отсек совершенно не
походил на тесные клетки других наблюдателей. Здесь из какого-то скрытого
источника лилась музыка, на стенах висели картины, а на полу лежал толстый
ковер. Чимал, чисто выбритый с помощью средства для уничтожения волос,
сидел в мягком кресле, а перед ним было разложено множество приспособлений
для поглощения еды и стояло множество блюд. И лежал по-каннибальски
огромный кусок мяса.
- Опиши свою работу, - велел Главный Наблюдатель появившемуся на
экране человеку. Тот послушно кивнул.
- Я - Наблюдатель за питанием, и одна из главных моих обязанностей
связана с мясным хранилищем. - Он отступил в сторону и указал на стоявший
за его спиной огромный чан. - Здесь, во внутренней ванне, вырастает
определенное количество частей животных, годных в пищу. Эти животные
помещены сюда Великим Создателем. Нутриеты подаются постоянно, рост ткани
не прекращается, и куски удаляются для потребления.
- Значит, эти куски животных бесконечны, - сказал Чимал, когда экран
потемнел. - Хотя часть их удаляется, они никогда не умирают. Интересно,
что же это было за животное?
- Я никогда не думал о временных аспектах мясного хранилища,
Благодаря тебе я теперь займусь изучением этого вопроса. Он кажется мне
очень важным. Я знаю только, что животное называли коровой.
Чимал нерешительно проглотил кусочек, потом еще и еще. Ничего вкуснее
ему раньше пробовать не приходилось.
- Единственное, чего здесь не хватает, это красного стручкового перца.
- Завтра будет, - сказал Главный Наблюдатель, делая пометку.
- Вы даете это мясо хищникам? - с внезапным пониманием сказал Чимал.
- Да. Наименее удачные куски. Долина не дает им достаточно пищи для
поддержакия жизни, и мы должны подкармливать их.
- Зачем тогда они вообще нужны?
- Потому что так записано и так пожелал Создатель.
Чимал уже не в первый раз получал подобный ответ. На пути в этот
отсек он продолжал задавать вопросы, и от него ничего не скрывали. Но во
многих случаях Наблюдатели оказывались столь же несведущими в вопросах,
касающихся их судеб, как и ацтеки. Вслух он своих подозрений не
высказывал. Нужно было так много узнать!
- Значит, вы заботитесь о хищниках, - скдзал он, и в нем ожило
страшное воспоминание, - но зачем гремучие змеи и скорпионы? Когда
Коатлики вошла в пещеру, множество их вышло наружу. Зачем?
- Мы - Наблюдатели и должны неукоснительно исполнять свой долг. Если
у отца слишком много детей, то это не значит, что он плохой отец, если не
может обеспечить пищей всех своих детей. То же самое и с долиной. Если бы
людей было бы слишком много, для них не хватило бы еды. Поэтому змеям и
насекомым, чье количество рассчитывается по специальным таблицам, разрешен
вход в долину. С их помощью число людей обоего пола регулируется.
- Но это ужасно! Ты хочешь сказать, что эти ядовитые твари
предназначены специально для того, чтобы убивать людей?
- Иногда очень трудно принять правильное решение. Вот почему мы
обучаем тому, чтобы быть сильными и непреклонными. Только тогда мы сможем
исполнить волю Великого Создателя.
На это он не получил никакого ответа. Чимал ел и пил то, что стояло
перед ним, и пытался переварить услышанное. Он указал ножом на ряды книг:
- Я попытался читать ваши книги, но они очень трудные, и многие слова
мне не знакомы. Если где-нибудь более простые книги?
- Есть, мне следовало подумать об этом раньше, Но я старик, и память
моя уже не та, что была раньше.
- Могу я спросить... сколько тебе лет?
- Я перешагнул грань сто девяностого года. Если на то будет воля
Великого Создаталя, я надеюсь увидеть и свой двухсотый год.
- Твои люди живут гораздо дольше моих. Почему?
- Мы в течение всей жизни должны сделать гораздо больше, чем простые
земледельцы; кроме того, годы даруются нам как вознаграждение за службу.
Есть машины и напитки, которые нам помогают, и экзоскелеты защищают и
поддерживают нас. Мы рождаемся, чтобы служить, и чем длиннее наша жизнь,
тем больше мы успеваем сделать.
И снова Чимал обдумал услышанное, но не высказал своих мыслей.
- Книги, о которых ты говорил?
- Да, конечно. После сегодняшней службы я отведу тебя туда. Там
разрешаетса бывать только Изучающим, тем, кто носит красное.
- Поэтому и меня одели в красное?
- Да. Такой шаг казался более мудрым. Это хорошая одежда, она
подходит для Первого Прибывшего, и все люди станут тебя уважать.
- Пока ты будешь занят на службе, я хотел бы увидеть место, с
которого Наблюдатели могут смотреть на долину.
- Мы отправимся теперь же, если ты готов. Я сам отведу тебя туда.
Теперь, когда он шел по туннелям, то испытывал совсем иные чувства,
ничего не боясь. Теперь, когда он носил красную одежду, а рядом с ним шел
Главный Наблюдатель, все двери открывались перед ними, а люди
приветствовали его, когда они проходили мимо них. У входа в
исследовательский центр их ждала Наблюдательница Оружия.
- Я хочу попросить прощения, - сказала она, опустив глаза. - Я не
знала, кто ты.
- Никто из нас не знал, Наблюдательница, - проговорил Главный
Наблюдатель и, протянув руку, коснулся ее деуса. - Но это не означает, что
мы должны избежать наказания, ибо грех, совершенный невольно, все равно
остается грехом. Ты будешь носить подавляющий в течение тридцати дней, и
носить с радостью.
- Да, буду, - ответила она с лихорадочной готовностью, стиснув пальцы
и широко распахнув глаза. - Через боль приходит ощущение.
- Да благословит тебя Великий Создатель, - сказал старик. И они пошли
дальше.
- Ты покажешь мне, как работаешь? - спросил Чимал.
- Благодарю тебя за то, что ты просишь меня об этом, - ответила
девушка.
Она привела его в большую круглую сводчатую комнату. На стенах ее
были экраны, расположенные на уровне глаз. Наблюдатели сидели перед
экранами, слушали с помощью наушников и иногда говорили что-то в
микрофоны, висевшие возле их губ.
В центре комнаты возвышалась другая наблюдательная станция.
- Там сидит Старший Наблюдатель, - сказала Оружейница, указывая
пальцем. - Он руководит нашей работой и ведет нас. Если ты согласен здесь
сесть, я покажу тебе, что делать.
Чимал сел на пустой стул, и она указала на приборы:
- С помощью этих кнопок ты можешь выбирать участок, который
пожелаешь. Их 134, и каждый имеет свой код, и Наблюдатель должен знать
каждый код, чтобы получить немедленный ответ. Они изучают их годами,
потому что знание должно быть безукоризненным. Хочешь взглянуть?
- Да. А есть здесь участок у пруда, под водопадом?
- Есть. Номер 67. - Она прошлась пальцами по кнопкам, и возник пруд,
как будто рассматриваемый из-за водопада. - А чтобы слышать, мы делаем вот
так. - Она включила еще одно устройство, и в его наушниках раздались
чистые всплески воды и пение птицы, сидящей на дереве. Изображение было
ярким и цветным. Можно было подумать, что смотришь на долину через окно в
скале.
- Ваш прибор помещен на скале или внутри нее? - спросил он.
- Большинство помещено внутри, чтобы из долины они не были видны.
Хотя, конечно, есть много скрытых внутри храмов. Вот, например. - Бассейн
исчез, и появился Итцкоатл, спускающийся вниз по ступеням пирамиды под
храмом. - Это новый Верховный жрец. Как только он был официально
провозглашен им и верно сотворил молитву, принеся жертву, мы позволили
солнцу взойти. Наблюдатели за солнцем говорят, что они всегда рады
остановить солнце на день. Тогда можно хорошенько осмотреть его и
подремонтировать.
Чимал был эанят контрольными приборами. Он наугад набирал номера и
вводил их в машину. Казалось, приборы были разбросаны по всей долине, а
один был даже вделан в небо и давал панораму всей долины сверху. Можно
было усилить изображение и приблизить землю, хотя картина, конечно, не
сопровождалась звуками.
- Там, - сказала Оружейница, указывая на изображение, - ты можешь
видеть четыре высоких утеса, стоящие вдоль берега реки. Они слишком круты,
чтобы на них можно было вскарабкаться...
- Знаю, я пытался...
- ... и на вершине каждого из них находится двойной телепередатчик.
Они используются для наблюдения и контроля Коатлики в случае особых
обстоятельств.
- Один из них я раньше видел на экране, - сказал он, нажимая кнопку.
- Номер 28. Да, вот он.
- Как быстро ты запоминаешь код! - с благоговением сказала она. - Мне
на это понадобились годы.
- Покажи мне, пожалуйста, еще что-нибудь, - попросил он, вставая.
- Все, что пожелаешь.
Они прошли в столовую, где один из работников настоял на том, чтобы
они сели, после чего принес им напитки.
- Кажется, обо мне все знают, - сказал он.
- О тебе говорилось на утренней службе. Ты - Первый Прибывший, раньше
ничем подобного не случалось, и все очень взволнованы.
- Что мы пьем? - спросил он, чтобы поменять тему разговора. Ему не
слишком приятно было смотреть на ее белое лицо с благоговейно смотрящими
глазами, глотающим ртом и слегка покрасневшими ноздрями.
- Этот напиток называется чай. Находишь ли ты его освежающим?
Он оглядел большую комнату, наполненную бормотанием голосов,
постукиванием предметов для принятия пищи, и внезапно его поразила одна
деталь.
- А где дети? Я не помню, чтобы мне попался хоть один ребенок.
- Мне об этом ничего не известно, - сказала она, и лицо ее еще больше
побелело, хотя такое и казалось невозможным. - Если они есть, то находятся
в месте, отведенном для детей.
- Ты не знаешь? Какой странный ответ. А ты сама когда-нибудь была
замужем, Наблюдательница Оружия? У тебя есть дети?
Теперь лицо ее пылало. Издав сдавленный крик, она вскочила на ноги и
бросилась прочь из столовой.
Чимал допил чай и вернулся к ожидавшему его Главному Наблюдателю. Он
обьяснил ему, что случилось, и старик серьезно кивнул головой.
- Мы можем обсудить этот вопрос, поскольку все происходящее
направляется Исследователями, Наблюдателей же подобные разговоры
заставляют чувствовать себя запачканными. Они проводят свою жизнь в
чистоте и жертвенности и стоят выше тех животных связей, которые
существуют в долине. В первую очередь они - Наблюдатели, а уже во вторую -
женщины, хотя более верующие вообще никогда не становятся женщинами. Они
скорбят, потому что были рождены с женскими телами, которые смущают их и
мешают исполнять то, к чему они призваны. Но вера их сильнее всего.
- Понятно. Надеюсь, ты не возражаешь против моего вопроса... Но ведь
ваши Наблюдатели должны были откуда-то взяться?
- Из места для детей. Это неважно. Теперь мы можем идти. - Главный
Наблюдатель начал было вставать, но Чимал пока не собирался заканчивать
разювор.
- А что это за место? Это машина, которая выращивает детей?
- Иногда я желаю, чтобы это было так. Контроль за местом для рождения
детей - самая тяжкая моя обязанность. Его трудно держдть в подчинении. Там
сейчас четыре матери, хотя одна должна скоро умереть. Это женщины,
избранные для данной цели, потому что они не удовлетворительно выполняли
рдботу, которой были обучены, и не могли, таким образом, быть полезными.
Они стали матерями.
- А отцы?
- На это есть приказ Великого Создателя. Хранилище замороженной
спермы. Технический персонал знает, как ею пользоваться. Великий имеет
свои тайны. А теперь мы должны идти.
Чимал понял, что больше пока ничего не узнает. Он оставил эту тему,
но не забыл о ней. Они пошли тем же путем, каким он пришел сюда после
того, как Исследователи подняли тревогу и отправились на его поимку. Через
огромный зал, по золотому коридору. Главный Наблюдатель открыл одну из
дверей и пригласил его войти.
- Здесь все так, как 6ыло в самом начале. Все ждет. Ты первый, Просто
сядь в кресло перед экраном и все увидишь.
- Ты останешься со мной?
Впервые за все время губы старика разошлись в едва заметной улыбке.
- Увы, это невозможно. Это место предназначено лишь для Прибывших.
Моя вера и мой долг повелевают мне держать его в таком состоянии, чтобы
оно всегда было готово к работе. - И он вышел, закрыв за собой дверь.
Чимал опустился в удобное кресло и поискал взглядом кнопку, которая
могла бы привести в действие машину. Но в этом не было необходимости.
Должно быть, под действием его веса приспособление сработало само, потому
что экран осветился и комната наполнилась звуками голоса.
- Добро пожаловать, - проговорил голос. - Вы направляетесь к Проксиме
Центавра.
Эрос. Один из многочисленных астероидов астероидного кольца,
лежащего в области планетных дебрей между орбитой Марса и Юпитера. Эрос
является самым ярким исключением среди других астероидов, так как в одной
точке его орбита почти достигает орбиты Земли. Эрос - сигарообразной формы
- двадцати миль в длину, крепкая скала. Затем план. Величайший план,
претворенный в жизнь, план, не знающий себе равных во всей истории
человечества. Во главе его стоял человек, которого вначале называли
Великим Правителем, а теперь называют Великим Создателем. Кто, кроме него,
смог бы придумать проект, для подготовки к которому понадобилось
шестьдесят лет, а для выполнения - пятьсот?
Эрос, вращающийся недалеко от Земли, обрел новую судьбу. Крошечные
корабли, еще более крошечные люди перепрыгнули через безвоздушное
пространство, чтобы приступить к этой величественной работе. Они
вгрызались далеко в камень, прежде всего готовя себе жилье, ибо многим из
них предстояло прожить здесь всю свою жизнь. Потом они пошли еще дальше и
создали огромное помещение, которому предстояло стать домом мечты...
Цистерны с горючим. Только на то, чтобы их наполнить, ушло
шестнадцать лет, Что такое скалистая масса в двадцать миль длиной? Она
является источником обычной для такого вещества реакции, а горючее станет
возбудителем в ней иных процессов, и в один прекрасный день масса эта
придет в движение и ринется прочь от Солнца, вокруг которого вращалась
биллионы лет, чтобы никогда не вернуться...
Ацтеки. После долгого обсуждения именно они явились избранными из
всех примитивных племен Земли. Простые люди, обладающие достаточными
умениями, имеющие множество богов, богатые в этом, но бедные в остальном.
До сей поры сохранились затерянные в горах деревушки, добраться до которых
можно лишь по узеньким тропкам. И люди живут там так, как жили, когда
сотни и сотни лет назад впервые прибыли испанцы. Урожай маиса - он
отнимает большую часть их времени и составляет главную часть их еды. В
основном они вегетарианцы, мясо и рыбу употребляют в пищу редко. Готовят
вызывающий галлюцинации напиток из маги, во всем видят бога или дух. Вода,
деревья, камень - все имеет душу. Пантеон богов и богинь, не знающий себе
равных. Тецкатлипок - господин Неба и Земли. Микстас - властитель смерти.
Миктла-Текухтли - повелитель мертвых. Тяжелая работа, горячее солнце - все
способствует развитию религии, великолепной и покорной культуры. Взятые
неизменными и помещенные в эту долину среди гор, неизменные ни в чем - ибо
кто может сказать, что является объединяющим культуру механизмом или что
является механизмом, разрушающим ее? Взятые и помещенные сюда, потому что
должны оставаться неизменными в течение пятисот лет. Конечно, невозможно
без некоторых незначительных добавлений, но можно надеяться, что мелочи не
послужат причиной уничтожения культуры. Обучение письму. Зачаточные знания
о космосе. Все это понадобится, когда ацтеки в конце концов выйдут из
долины, а дети их станут хозяевами своих судеб.
Диа чойнз. Комплекс переплетающихся между собой спиралей с
бесконечными пермутациями. Строители жизни, контролеры жизни, в каждом
витке которых собраны сведения обо всем, начиная с волоска на ноге и
кончая блохой на двенадцатитонном теле кита. Это код рыжих волос? Замените
его вон тем, и у ребенка будут черные волосы. Генохирурги, геноселекторы,
производители операций над мельчайшими строителями жизненных блоков,
изменяющие, приказывающие, производящие...
Гениальность. Исключительная и естественная способность к
плодотворным и оригинальным концепциям, высокий коэффициент
интеллектуальности. Естественная способность подразумевает такую
способность, которая заложена в генах и ДНК. Среди населения мира. имеется
достаточное количество гениальных в каждом поколении, и их ДНК может быть
собрана. И соединена с производством гениальных детей. Гарантировано. В
любое время. Ибо каждая способность и условие в генах имеет свои
доминирующие черты и свои убывающие. Пес - отец черный, и черный цвет
является доминирующим, а белый убывающим. Мать тоже черная. Поэтому их
формулы - ЧБ и ЧБ, а Мендель учил, что на основании этих факторов можно
начертить диаграмму потомства. Если щенков будет четыре, то они будут ЧЧ,
ЧБ, ЧБ и ББ - то есть белая собака там, где ее раньше не было. Но возможно
ли взять доминанту и искусственно сделать ее доминируемой? Да, возможно.
Возьмите, например, гениальность. Гениальность и взяли. И попытались
превратить ее в глупость. Тусклость. Субнормальность. Пассивность.
Заключить в слегка измененном виде в две различные группы людей и держать
их разделенными. Пусть имеют детей, поколение за поколением, послушных,
покорных детей. И каждый ребенок будет нести в себе усталую доминанту,
нетронутую и ждущую. Потом, однажды, в нужный день, пусть эти две группы
встретятся, смешаются, заключат браки. Тогда связи освободятся. Уставшая
доминанта перестанет быть доминируемой и станет доминирующей. Дети
станут... детьми от иных родителей, чем были их родители? Да, вероятно.
Они станут гениальными детьми.
Как много нужно знать. В любой момент лекции Чимал мог нажать на
кнопку, и изображение и голос застывали, а машина выдавала справку в
отношении обьясняемого материала. Некоторые из этих справок являли собой
наглядние лекции, раскрываемые для него веером, другие заключались в
имеющихся в библиотеке книгах. Сама же библиотека была подобна не
исследованной еще Галактике. Большая часть книг была фильмокопирована,
хотя имелись книги и в переплетах. Когда его голова и глаза начинали
болеть от напряжения, он принимался бродить по библиотеке, наугад
вытаскивая тома и перелистывая их страницы. До чего же сложно человеческое
тело: прозрачные листы анатомических атласов, переворачиваемые один за
другим, показывали сго органы в естественной окраске. А звезды? Они
действительно оказались гигантскими горящими шарами газа. К их
изображениям были приложены таблицы с указанием температур и размеров.
Страница за страницей шли фотографии созвездий, скоплений, газовых
облаков. Вселенная была гигантской, выше понимания - а он когда-то думал,
что вся она сделана из крепкого камня!
Оставив книгу по астрономии открытой на столе перед ним, Чимал
откинулся на спинку кресла, посидел так, потом потер глаза, как бы стирая
с них усталость. Он принес с собой термос с чаем. Сейчас он налил себе
чашку и пил ее маленькими глотками. Книга упала на пол и раскрылась на
изображении Туманности Андромеды, гигантского колеса света на фоне
усеянной звездами ночи. Звезды. Была одна звезда, которой ему следовало
интересоваться, та, которая приветствовала его, когда начался процесс
обучения. Как ее название? Ему пришлось запомнить так много новых слов...
Проксима Центавра. Она все еще далеко, но ему внезапно захотелось увидеть
место назначения своей плененной Вселенной. Были карты неба, показывающие
в деталях небольшие участки, ему же приходилось их видеть уже, так что,
должно быть, не будет слишком трудно найти ту звезду. И ему нужно было
немного размяться: тело уже начинало болеть от того, что он долго сидел в
одной позе.
Как приятно снова пройтись быстрым шагом, даже пробежать несколько
шагов по длинному коридору. Сколько дней прошло с тех пор, как он впервые
вошел в комнату обучения? Память заволокло туманом: никто ему об этом не
сообщал. Может быть, ему следовало носить при себе деус, но такой способ
отмечать дни был кровавым и мучительным. Он находил подобный обычай
бессмысленным, как и многие другие действия Наблюдателей, но те считали их
очень важными. Ритуальное нанесение себе боли причиняло, казалось, им
искреннюю радость. Он еще раз распахнул массивные двери и посмотрел на
космическое пространство. И впечатление от этого зрелища было таким же
сильным, как и в первый раз.
Поиски звезд на картах были трудным делом. Прежде всего звезды не
оставались в определенном положении, как это было со звездами над долиной,
но кружились в величественном параде. Через несколько минут завершался
цикл положения созвездий от летнего периода и обратно. Только ему
казалось, что он нашел созвездие, как оно исчезло из виду, а вместо него
появилась новая звезда. Когда пришел Главный Наблюдатель, он был
благодарен ему за помеху.
- Сожалею, что побеспокоил тебя...
- Нет, нет, совсем нет. Я ничего не достиг с этой картой, только
голова разболелась.
- Могу я тогда просить тебя о помощи?
- Конечно. Что я должен сделать?
- Ты это сразу поймешь, если последуешь за мной.
Морщинистое лицо Главного Наблюдателя хранило глубокую серьезность.
Чимал даже не думал, что печать серьезности может быть настолько
значительной. Когда он пытался завязать разговор, то получал вежливые, но
короткие ответы. Что-то беспокоило старика, но скоро он узнает причину.
Они спустились вниз до уровня, на котором Чимал еще не был, и
обнаружили там ожидающую их машину. То было длительное путешествие, самое
длинное из тех, что ему приходилось предприни
...Закладка в соц.сетях
