Жанр: Электронное издание
TYPHOON
...азыскать
Могущество, а вместо этого потерял то, что имел.
Зачем ему Могущество? Покорять Вселенную? Тайфун в роли великого
повелителя? Какой из него повелитель?! Скорее всего, его погнала в дорогу
та же причина, что заставила последовать за ним Светлану, - жажда
необычайного. У каждого своя рутина, у кого-то бесконечная учеба,
нравоучительные беседы, зыбкая реальность жизни, в которой нет ничего
постоянного. У кого-то сплошная постоянность. Постоянная вахта в одном и
том же секторе, гарантированное будущее, постоянные запреты. Что хуже?
Впервые Светланин мир раскололся, когда родители надумали расстаться.
Все, что до сих пор было незыблемо, рухнуло в один миг. Она долго не
верила в это, потом поверила, потом молча наблюдала, как они клеили
трещину.
Вторая трещина... Впрочем, к чему считать. Отношения людей друг у
другу, к миру меняются постоянно. Реальность складывается из множества
вариантов. Светлана поняла, что мир не более устойчив, чем замок Фата
Морганы. Любая песчинка изменяет ход событий. Автомобиль, вывернувшийся
из-за угла, внезапно обрывает жизнь, которую долго планировали. Это
нормально. Ежедневная борьба за кусок хлеба - тоже норма, разрушение
иллюзий - норма, нелюбовь - норма, внезапные обиды - норма. Зыбкая
реальность жизни, в которой приходится идти наощупь.
Светлана не захотела стать нормой, ее больше привлекали аномалии. В
появлении Тайфуна тоже была аномалия. Зовут куда-то лететь? Почему бы нет!
Так не бывает? Откуда вы знаете, проверяли?
- Пробегал все утро, голодным остался...
Тайфун почти не слышал, мягкая Васькина лапа щекотала ему подбородок,
но отвернуть голову не было сил. Наконец птерод закрыл глаза и
окончательно погрузился в забытье.
- И все из-за какой-то каменной ведьмы...
По Светланиным щекам катились слезы, она вытирала их ладонью,
продолжая говорить, говорить, говорить...
"Вместо того, чтобы рыдать, лучше бы принесла мне чего-нибудь поесть.
Какие люди недогадливые! Пора захватывать рюкзак с продовольствием и
начинать диктовать свои условия. Все равно без Светки Могущество отыскать
невозможно никому! Почему бы и не покуражиться?!"
Васька лениво выгнул спину, муркнул в последний раз и спрыгнул на
пол.
Кот неторопливо спустился по лестнице, брезгливо отряхнул лапу от
налипшего сора и сел в двух шагах от склонившейся над картой компании.
Рюкзак лежал на столе рядом с Антелем.
Стэпен был явно разочарован:
- Здесь обозначен только вход, а самого пути нет!
- Зато есть код тайника! - возразил Клодт. - Может, тайник у самого
входа.
Антель вертел в руках вскрытую шкатулку, забавляясь тем, как она
меняет цвет под его пальцами от светло-серого до почти черного. Васька
подошел ближе и уставился на паренька гипнотизирующим взглядом. Кончики
кошачьих усов чуть заметно вздрогнули. Шкатулка внезапно побелела.
Стэпен поморщился:
- Не люблю я этих подземелий... Ты что делаешь?!
Антель молча раскрыл рюкзак, отрезал изрядный кусок копченой колбасы
и бросил коту. Васька аккуратно взял колбасу в зубы и поволок под буфет.
- Зачем?!
Антель пожал плечами и подбросил на ладони совершенно серую шкатулку.
11
Светлана плотно прикрыла за собой дверь и вышла в коридор. Со стены
прямо на нее уставился толстый господин в напудренном парике. Щеки
толстого господина унылыми складками свешивались на кружевной воротник,
из-под которого виднелась массивная золотая цепь. Портрет потемнел от
времени, и покрытый пылью господин имел крайне нездоровый цвет лица.
- Я тебя в музей сдам! - пообещала Светлана портрету.
- Там тебя реставраторы подрисуют, красавцем будешь писаным.
Неизвестно, как отнесся к этим словам господин на портрете, но
Светлана неожиданно ощутила прилив мужества, вытерла щеки, сунула руки в
карманы куртки и зашагала вниз походкой королевы амазонок.
Сквозь оконные стекла лился яркий дневной свет и разноцветными
бликами ложился на буфеты, на почти пустые полки, где лишь изредка
встречалась кое-какая посуда, на изрядно облысевшую медвежью шкуру,
найденную Клодтом в мебельном завале, и холл от этого казался не таким
мрачным, как накануне вечером.
Светлана остановилась на нижней ступеньке скрипучей лестницы и
выразительно кашлянула. Поднял глаза от карты только Антель: Клодт и
Стэпен что-то вымеряли, каждый со своей стороны при помощи двух
надломленных спичек.
- Не мешало бы обсудить условия! - Светлана постаралась, чтобы голос
звучал уверенно и нахально.
- Какие еще условия?! - Клодт столкнулся спичкой со Стэпеном, что
привело его в некоторое раздражение.
- Договора. Что будем иметь мы с Тайфуном от приобретения вами
Могущества?
У Стэпена побагровела лысина, Клодт впервые оторвался от карты и
посмотрел на Светлану с некоторым интересом:
- Во-первых, вы получите шанс спасти свои шкуры. Перспектива
достаточно привлекательная, я думаю?
- Тайфун нашел меня и привел вас к дому Орви. Он имеет право на часть
Могущества!
- Да он раньше подохнет! - взревел Стэпен.
- В таком случае, счастливо оставаться, мне здесь делать нечего!
- Минутку!
Светлана не остановилась. Тогда Клодт вскочил на ноги, но она уже
распахивала дверь...
Два выстрела грянули одновременно, и голова мраморной богини
разлетелась на куски. Брызнули осколки мрамора. Несколько секунд Светлана
ошалело смотрела на обезглавленную гречанку, с которой свисали оборванные
виноградные плети, потом подошел Клеят и прикладом карабина столкнул
статую с крыльца. Несчастное божество повалилось набок, глубоко вогнав
правую руку в песок дорожки. Пьедестал вокруг ног богини был аккуратно
вырезан в форме куба, только грани оказались почему-то сглаженными.
- Какая беспечная молодежь нынче пошла! - пожаловался Стэпен,
перезаряжая свой карабин. - Никак старших не слушает!
Светлана перевела дыхание, машинально смахнула с лица мраморную
крошку и постаралась вернуть себе былую решимость:
- Тайфун получит свою долю Могущества или его вообще никто не
получит!
- А если я пристрелю твоего дружка, вопрос будет исчерпан?
Понять по лицу Клодта: шутит он или говорит всерьез, было совершенно
невозможно. Светлана перевела взгляд на Антеля, но тот лишь красноречиво
пожал плечами.
- У вас тоже нет выбора! Проводник должен указать дорогу, или здесь
загнутся все!
Она только повторила собственные слова Клодта, да, к тому же, еще и
дрожащим голосом, но эффект был необычайный: Стэпен буквально озверел. Он
сгреб Светлану за шиворот, встряхнул пару раз и... сам не понял, как
оказался на полу.
Светлана, кстати, не поняла тоже. Она заметила только какое-то
мгновенное движение... нечто вроде серой молнии, мелькнувшее перед
глазами, а потом Стэпен грохнулся спиной на медвежью шкуру.
Оторопелое молчание нарушил Клодт: он внезапно захохотал громко и
раскатисто, сотрясаясь могучим телом и тыча в сторону пострадавшего
прикладом карабина:
- Нашел с кем связываться... с проводником Орви! Ты же не зетаг!
Стэпен вскочил с проворством, необычайным для немолодого человека, и
схватил отлетевшее было в сторону оружие:
- Убью!
Клодт подбил ствол, пуля просвистела над Светланиной головой, выбила
щепку из дверного косяка и умчалась куда-то в сторону газона.
- Идиот, - тихо сказал Клодт. - Девчонка права. В дом Орви проще
войти, чем выйти. Твой дружок получит свою долю Могущества, Светлана.
Он осторожно прикрыл дверь и отошел к столу. Стэпен задумчиво почесал
затылок, опустил карабин на столешницу и тоже склонился над картой.
И тут Светланина выдержка исчерпалась. Судорожным движением девчонка
схватила на руки вылезающего из-под буфета кота и принялась гладить так
яростно, за что Васька немедленно ее укусил. Кошки не любят нервных
движений. Светлана не без труда извлекла палец из Васькиной пасти и с
тоской подумала о доме. Каково там отцу, ведь мама наверняка еще не
вернулась из деревни - он ей, конечно, не сообщил ничего, а сам, скорее
всего, и ночевал в милиции.
Оборотная сторона приключений - истрепанные нервы родных. Забывшись,
Светлана опять чуть сильнее нажала на кошачью голову, и Васька
бесцеремонно стукнул хозяйку лапой.
- Вход должен быть в четырех метрах от дома, на пересечении двух
аллей! - Стэпен отбросил спичку и выпрямился.
Бывший "вагонный дяденька" преобразился. Куда девались его сутулые
плечи, затравленный взгляд? Исчезли вместе с городской суетой. Даже на
самого себя утреннего он не был похож: над картой высился победитель,
перед которым готовилась трепетать Вселенная!
Антель растерянно улыбнулся и заглянул в сплетение извилистых линий.
- Почему? - спросил он глуповато.
Клодт с хрустом переломил свою спичку и щелчком отбросил ее в
сторону:
- Потому что в другом месте его быть не может!
"Я не слышал самого главного: как насчет рюкзака? Если бы я был
человеком, то сунул бы карту туда, где лежала, и отправился бы обедать.
Странные существа: гоняются за Могуществом в то время, как дома ждут
полные холодильники!.. Впрочем, холодильники меня не интересуют.
В легенде Орви говорится, что главные неприятности начинаются как раз
у самого входа к Могуществу. Хотя у нас на входе тоже валяются... статуи,
так что, в принципе, какая разница?
Тьфу, опять за ухо дергает! Я ведь укушу! Нет, с Тайфуном все-таки
проще, лежит себе тихо и тепло излучает. Здорово ему, бедняге, не повезло
в этот раз. Он прошел по городу очень четко: в направлении своего корабля.
Накрытый защитным полем корабль отлично вписался в пейзаж, так как вообще
исчез из поля зрения (не для меня, конечно). Но индикатор Орви испортил
все дело, искажение реальности пошло по возрастающей и привело к
Переходу."
Вместо спичек мерили шагами. Стэпен сосредоточенно сопел, переставляя
маленькие ноги, а Клодт то и дело оглядывался на растущее под стеной
дерево: сверял направление. Светлана с интересом наблюдала за действиями
"кладоискателей", Антель стоял на посту, чтобы пресечь возможное нападение
со стороны парка, но смотрел не столько в заросли, сколько на Светлану.
Кот Васька вообще остался в доме.
- По-моему, здесь! - Клодт остановился и бросил на землю саперную
лопатку.
Место ничем не отличалось от прочих, но Стэпен тем не менее радостно
подтвердил:
- Точно!
В четыре руки разбросали перемешанную с осколками камней кучу щепок,
Клодт разметил квадрат полтора на полтора метра и вогнал лопатку в сырую
землю. Стэпен принялся было тоже копать, но через несколько минут раздался
скрежет.
- И у меня камень, - сказал Клодт. - Кладка. Придется повозиться.
Стэпен на мгновение задумался:
- Где-то вроде кирку видел!.. Антель, а ну-ка сбегай в подвал!
Антель сорвался с места.
- Фонарь возьми! - крикнул ему вслед Клодт.
Он продолжал снимать слой дерна, под которым обнажилась старая кладка
из грубо обтесанного желтоватого камня. Стэпен колупнул камень лопатой,
потом постучал деревянной ручкой:
- Гудит! Там пустота внизу.
Клодт тем временем полностью очистил квадрат от земли. Стало видно,
что камни различны: примерно в центре шел ряд более мелких, идеально
гладких, словно обкатанных морской волной, а ближе к краям грани
становились острее, а сами камни крупнее. Немного напоминало мозаику с
абстрактным рисунком.
Клодт присел на корточки и погладил камень ладонью. Ничего не
произошло. Тогда он подозвал Светлану и велел ей коснуться камня
браслетом. Кладка тут же побелела.
- Что и требовалось доказать, - с удовлетворением заключил Клодт.
Стэпен даже лопату бросил, прошелся по граням белого квадрата, четко
выделяющегося на фоне земли, притопнул возбужденно:
- Тут оно, тут! Я нюхом чувствую. Куда этот мальчишка запропал?!
Светлана с отвращением взглянула на собственную руку с браслетом,
встала, отряхнула сухие травинки с брюк.
- Вы опять Антеля одного посылаете! - с упреком сказала она Стэпену.
- Ничего с ним не сделается! Карабин у него есть.
Клеят внезапно нахмурился, поправил свой собственный карабин,
небрежно заброшенный за плечо, и с беспокойством посмотрел в сторону дома.
Светлане отчего-то стало не по себе. Даже Стэпен почувствовал
переменившееся настроение и повторил уже менее радостным тоном:
- Карабин у него...
Ждали еще минут десять. Антель не появлялся. Клеят шепотом выругался
и снял с плеча оружие:
- Пойду посмотрю!
Светлане не хотелось оставаться со Стэпеном, но идти в подвал... не
хотелось еще больше.
Клодт скрылся за углом дома. Стэпен проворно сдернул с плеча свой
карабин, взял его наизготовку и застыл в напряженном ожидании.
- Могли бы и сами сходить! - сказала Светлана, глядя себе под ноги.
- Болтай меньше! - огрызнулся Стэпен.
Он начал нервничать, оружие так и плясало в его руках. Несколько раз
Стэпен безуспешно пытался унять дрожь, но руки не слушались.
- Все равно промахнетесь! - мстительно пообещала Светлана. - Можете
опустить.
Из-за угла появился Клодт с карабином в одной руке и киркой в другой.
Губы его были плотно сжаты, брови сошлись в одну линию. Стэпен облегченно
вздохнул:
- Все в порядке?
Клодт не ответил. Выражение его лица было достаточно красноречивым. У
Светланы сжалось сердце: "Бедный Антель!"
Клодт повесил карабин на шею, взял кирку двумя руками и вогнал ее в
щель между камнями. Несколько секунд Светлана бездумно слушала удары кирки
и толчки собственного пульса в висках, потом опомнилась: "Тайфун?!" Ни
слова не говоря, она повернулась и побежала к дому.
- Стой! - запоздало гаркнул позади Стэпен, но Светлана не
остановилась.
Она промчалась по газону, путаясь в высокой траве и спотыкаясь о
невидимые препятствия, перескочила через поверженную статую, рванула на
себя тяжелую дверь... Медвежья шкура почему-то свисала с оленьих рогов,
под буфетом валялись осколки разбитой фарфоровой тарелки, а на ступеньках
деревянной лестницы лежал карабин с разбитым прикладом и неестественно
изогнутым стволом. Светлана не задержалась в холле, прыгая через две
ступеньки, она взбежала наверх и с силой толкнула дверь!
Тайфун все так же лежал на кровати, и Васька все так же дремал у него
на груди. Кот даже глаз не открыл, лишь повел ухом и слегка вздрогнул. У
Светланы как-то сразу ослабели ноги, она едва дошла до кресла и упала в
его пропыленное нутро.
В коридоре загремели шаги, и в комнату влетел слегка запыхавшийся
Клодт. Одним взглядом охватив окружающее, он остановился возле кровати,
проверил зачем-то пульс птерода и непонятно хмыкнул.
- Что? - спросил появившийся на пороге Стэпен.
- Ничего.
Стэпен молча протянул ему искореженный карабин.
- Я видел.
Клодт задумался на мгновение, потом быстро вернулся к Стэпену и
вытянул у него из кармана маленький револьвер.
- Стрелять умеешь? - спросил он у Светланы.
Она подняла на него непонимающие глаза и отрицательно покачала
головой:
- Я не знаю.
- Это как понимать?! - возмутился Стэпен.
- Заткнись! - попросил Клодт. - Стрелять очень просто.
Он показал, как надо обращаться с револьвером, потом открыл окно:
- Мы будем внизу, если что... услышим. Не бойся.
"А дело-то скверное! Зетаги потихоньку устраняют конкурентов, не
мешая проводнику разыскивать Могущество. Что будет потом? Клодт торопился,
он надеется отыскать тайник раньше зетагов, и тогда ему никто не будет
страшен, но...
Дурацкая история! Откуда взялись Стэпен и компания? Ни один землянин
не мог знать о легенде Орви, ни одно существо из закрытого сектора не было
посвящено в тайну Могущества, и тем не менее, люди вмешались. Скорее
всего, это штучки искаженной реальности.
Жаль мальчишку, из всей компании Стэпена это был самый симпатичный
человек. Стэпен надеется, что с каждым новым убийством сила зетагов тает.
Так-то оно так: у Тайфуна с каждым шагом в искаженной реальности, у них -
с каждым новым убийством. Тайфун почти полностью утратил свои птеродские
возможности, зациклившись на образе человекам они тоже зациклились на
своих образах, но сил у них вполне достаточно, чтобы успеть еще добить
всех. Я боюсь? Чушь! Я ничего не боюсь, я просто не люблю зетагов. Им
никто не нужен, кроме проводника. Проводник им тоже не будет нужен, как
только Могущество будет найдено. Задачка.
Я простой ультуновый кот, который целую вечность не ел рыбы! Разве
консервы - это рыба? Бр-р!
Зетага можно убить, поэтому они предпочитают на рожон не лезть, но
есть тысяча способов избавиться от человека тихо. Пока у Светки существует
защита, зетаги не сунутся, но если с людьми что-нибудь случится... А
Тайфун никак не опомнится. Кости, правда, скрипеть перестали, но внутри
еще что-то не ладится. Тоже мне "неуловимый Юм"!
Я слышал, как эти твари шарили внизу, Клодт спугнул их. Будем
надеяться на его благоразумие, правда, он и так не выпускает из рук
оружия...
Да, а из Светки стрелок получится аховый, непонятно, чего она боится
больше: появления зетагов или револьвера в собственной руке. К тому же, я
не советовал бы все время держать палец, на спусковом крючке, чтобы
ненароком не пристрелить союзника. И вообще, нечего меня стволом по голове
гладить, а то у меня потом уши чесаться будут! Аллергия."
С подземным ходом Клодт и Стэпен провозились до вечера. Они
расчистили уходящую вниз каменную лестницу и даже успели добраться до
первого препятствия - обитой металлическим листом двери, но надвигающиеся
сумерки погнали "кладоискателей" под прикрытие стен дома Орви.
Ноги, тяжелые и негнущиеся, не хотели повиноваться, удары сердца
гулко отдавались в ушах, все тело было сковано ужасом, но какая-то
неведомая сила заставила Светлану оглянуться.
Углы холла тонули во мраке, но гаснущий камин еще бросал красноватые
отблески на изъеденные древоточцем буфеты, на коробку с рафинадом, на
чашки с недопитым кофе...
Тишина. Ни единого шороха не уловил ее обострившийся слух. Стэпен
ушел совершенно бесшумно.
Она постояла еще несколько мгновений, чтобы совладать с дрожью, и
только после этого сделала следующий шаг. Стертые ступени скрипели под
ногами, и скрип рвал тишину, как выстрелы.
В комнате Светлана первым делом повернула ключ в замке, потом
подтянула к двери тяжелое кресло с вытертой бархатной обивкой.
Тайфун открыл глаза и попытался сесть.
- Лежи! - Светлана придвинула второе кресло ближе к кровати и села.
Тайфун послушался, но засыпать явно не собирался.
- Где Стэпен? - спросил он.
- Ушел за помощью.
Глаза Тайфуна удивленно расширились, потом сузились:
- А Клодт?
- Болтает с Антелем у камина.
На несколько секунд он затих, потом потребовал:
- Клодта позови!
Светлане не хотелось объясняться, поэтому она взяла со стола инъектор
и зарядила его новой смесью:
- Четыре часа уже прошли.
Тайфун резко отстранился:
- Опять накачаешь меня снотворным? Хватит!
Он успел перехватить руку с инъектором и сжать так, что лекарство
брызнуло на пол. Инъектор больно врезался в ладонь Светланы.
- Пусти!
Тайфун медленно разжал пальцы и сел. Гримаса боли скользнула по его
лицу. Светлана бросила инъектор и принялась тереть пострадавшую руку.
- Замашечки у тебя... Пират!
Истерзанная куртка Тайфуна валялась под столом, птерод наклонился
было за ней, но тут же выпрямился.
- Ты свалишься через полчаса!
- А это не твоя забота!
Птерод осторожно передвинулся к краю кровати, опустил ноги и
попытался поддеть ткань носком ботинка. Ему удалось подтянуть куртку
ближе. Стараясь не делать резких движений, птерод осторожно взял куртку и
принялся натягивать ее поверх бинтов.
- Так где все-таки Клодт!
Клодт остался сидеть внизу перед камином, над которым раскинула
ветвистые рога оленья голова. Он внезапно захрипел, чашка выскользнула из
его рук, ударилась о каминную решетку, и кофе плеснул в огонь. Стэпен
сказал, что смерть наступила мгновенно, должно быть, он разбирался в
подобных вещах. Потом ушел Стэпен. Он взял оба карабина: свой и Клодта, а
Светлане велел запереться наверху.
- Я бы взял тебя с собой, но Тайфуна нельзя оставлять одного, -
пояснил он, пряча глаза. - Я пойду поищу людей. За воротами начинается
дорога, наверняка, она ведет в город. Я вернусь и приведу помощь.
И он ушел, а Светлана поднялась в комнату и забаррикадировала креслом
запертую дверь. Еще хотелось придвинуть и стол, но приземистое творение из
темного дерева оказалось слишком тяжелым.
Привалясь к стене. Тайфун отдыхал после процедуры одевания и молча
наблюдал за безуспешными попытками сдвинуть с места старинную мебель.
Патрульный сто сорок седьмого сектора Беты имел далеко не цветущий вид:
двухдневной давности щетина покрыла запавшие щеки, синяк под глазом
пожелтел, изувеченные руки отекли, а покрытая засохшей кровью изодранная
куртка, из-под которой выглядывали бинты, вообще смотрелась жутковато.
- Окно тоже столом загородишь? - наконец спросил Тайфун с явной
насмешкой.
Дерево, в свое время послужившее Светлане лестницей для нелегальных
прогулок, теперь представляло собой немалую угрозу. Светлана резко
выпрямилась и сверкнула глазами:
- Что ты смеешься? Лучше бы ребра себе срастил!
Тайфун перестал улыбаться:
- Уже срастил. Я давно встал бы на ноги, если бы ты не накачивала
меня всякой дрянью!
- Если бы не эта "дрянь", ты бы давно тихо скончался!
- Я не виноват, что человеческое тело настолько слабое.
- Кто тебя заставлял оставаться человеком? Где твоя хваленая
мимикрия?
Светлана тут же пожалела о своих словах, потому что Тайфун
переменился в лице и надолго замолчал. В наступившей тишине стало слышно,
как мурлычет свернувшийся в складках портьеры кот. Потревоженный
движениями Тайфуна, он вначале недовольно жмурил зеленые глаза, а теперь,
воспользовавшись паузой, опять завел древнюю кошачью песнь.
Несмотря на надетую куртку, патрульного знобило - стена, едва
прикрытая лохмотьями обоев, явственно излучала холод. Регенерация шла
плохо, иначе бы давно исчезла отечность рук и не мерещился бы Тайфун при
каждом глубоком вдохе.
Неожиданно кот опрометью соскочил с кровати и, почти прижимаясь
животом к полу, устремился к двери. Вскочил на придвинутое кресло и замер,
настороженно поводя ушами и слегка подергивая хвостом. Отчетливо стало
слышно, как что-то шуршит и звякает в замочной скважине.
- Ключ мешает, - спокойно заметил Тайфун.
Светлана побледнела и, вытащив из кармана револьвер, попятилась к
окну.
- Я бы туда не подходил!
Светлана оглянулась и вздрогнула: сквозь оконное стекло на нее
смотрело человеческое лицо. Впрочем, человеческое ли? Неестественно белое,
с почти провалившимся носом, глубоко запавшими глазами, оскаленным в
жуткой ухмылке безгубым ртом... Светлана сдавленно ахнула и взмахнула
рукой. Посыпались осколки стекла, в комнату ворвался ветер, заплясало
пламя в фонаре, запрыгали по комнате тени, метнулся под кровать испуганный
кот. Лицо исчезло.
- Окна бьет, - проворчал Тайфун. - Оружием разбрасывается. Холода
напускает.
Светлана отошла от окна, наткнулась на кресло, залезла в него с
ногами, свернулась клубочком, выстукивая зубами дробь.
- Возьми! - Тайфун перебросил ей одеяло и тут же согнулся,
раздираемый болью. Лицо его посерело, покрылось крупными каплями пота.
А под дверью опять заскреблись, она тихонько задрожала, но пока не
поддавалась.
- Ты только не бойся, Светка, - выдавил Тайфун сквозь зубы. - Они не
тронут проводника, без тебя...
Боль победила. Тайфун упал на подушку и умолк. Кот бесшумно выбрался
из укрытия, вскочил птероду на плечи и глубоко вонзил когти в плотную
ткань куртки.
"Весьма "умный" поступок: запустить револьвером в голову зетага, как
обычным булыжником! Эх, Светка, не выйдет из тебя супергерлы. Какого черта
я вообще с вами связался? Сидел бы сейчас у холодильника и горя бы не
знал!"
Наконец, дверь перестала дрожать. На некоторое время воцарилась
тишина, нарушаемая только шорохом ветра в листве старого дерева да
позвякиванием разбитых стекол. Сквозь дыру в окно улетучивались жалкие
остатки согретого дыханием воздуха, а взамен вползала ночная сырость.
У Светланы замерз кончик носа, она растерла его и подумала: "Если так
зябко в одеяле, то каково Тайфуну без?" Поскольку птерод все еще был в
беспамятстве, то против укрытия возражать не стал, а накрытый заодно
Васька даже замурлыкал под плюшем.
Скребущий звук возобновился, но теперь со стороны окна. Кот высунул
голову из-под портьеры. Он больше не мурлыкал. Зрачки расширились, и в
глубине их зажегся странный красный огонек.
- М-мышка, - сказала Светлана непослушными губами.
Кот прижал уши к голове и зарычал: снаружи в окно опять заглядывало
страшное лицо! Второго револьвера, которым можно было бы запустить в него,
увы...
И тут в дверь бабахнули чем-то тяжелым! Кот стрелой пронесся к окну,
скользнул в зияющую дыру, мимоходом проехался когтями по голове незнакомца
и исчез. Но пропал и соглядатай!
Дверь затрещала. Светлана оглядела комнату, схватила зачем-то
подсвечник, бросила, метнулась к Тайфуну, попыталась усадить... Но птерод
валился у нее из рук. Светлана с ужасом поняла, что все это бесполезно:
даже если удастся привести Тайфуна в чувство, он еще слишком слаб, чтобы
сражаться, он все равно один не справится со всеми... Но она опять и опять
пыталась усадить Тайфуна и шептала:
-
...Закладка в соц.сетях
