Жанр: Электронное издание
stonegod
... нешгайским офицерам. Это была простая и пламенная речь.
- Я опозорил себя и бросил тень на вас, моих друзей, офицеров и
подчиненных. Вы знаете это. Вам не требуется искупать чью-то вину. Никто
не упрекнет вас, если вы не последуете за мной в гнездо дулуликов.
Наверное, все мы погибнем, так как идем в авангарде и будем биться в узких
пещерах, которые летучие знают как своих пять пальцев. Но народ услышит о
нашем подвиге. И об этом узнает Неш, а если мы оправдаемся, тогда найдем
себе новый дом после смерти на его бивнях.
Офицеры затрубили и встали за Грушпазом. Они держали копья, топоры и
дубинки, а на поясах у них висели каменные ножи. В левой руке у каждого
имелся деревянный щит, обтянутый кожей, достаточно толстый, чтобы выстоять
против любого оружия крошечных дулуликов.
- Подождите минутку, - проговорил Улисс. - Мы пошлем дюжину ракет. А
потом вы пойдете.
Вперед вышли люди, ракетчики встали на колени в то время, как их
товарищи поджигали запалы ракет. Те рванулись, извергая дым и пламя в
громадную дыру. Видно, некоторые отскочили от изгибов стен, потому что
взрывы были глухими. Улисс надеялся, что они задели спрятавшихся в засаде
дулуликов. Судя по крикам, так оно и было.
Громадный предводитель нешгаев поднял огромный каменный топор,
пронзительно затрубил и рявкнул:
- За Неша, нашего правителя и Шегнифа!
Он бросился вперед, а за ним - двенадцать нешгаев. Улисс досчитал до
десяти и отдал приказ своим людям следовать за ними. Сзади шла Авина,
затем вуфеа, вагарондит и алканквибы. А потом - врумайские солдаты. В дыру
не пошли только бомбардиры и ракетчики верхних палуб и боковых башен. Весь
отряд был одет в шлемы и доспехи, дулулики казались четырехфутовыми
пигмеями, но их крошечные стрелы несли смертельный яд. Один укол -
шестисотфунтовый нешгай умирал в десять секунд, а стопятидесятифунтовый
человек - в две.
- Следуйте за мной! - крикнул Улисс и скрылся в каверне.
Вначале их окружала темнота. Но через секунду тоннель повернул и
расширился достаточно, чтобы пропустить двух человек в ряд и вышел в
первый внутренний зал. Его освещали сотни гроздей каких-то растений,
дававших холодный флюоресцирующий свет. Этот свет падал на кровавые
бесчисленные останки женщин, стариков и детей. Там были тела, головы
которых разбили каменные топоры или дубинки нешгаев.
За этим залом они оказались на улице, дненадцатифутовой ширины, с
четырьмя уровнями открытых квартир с каждой стороны. Очевидно квартиры
принадлежали семьям. Свет давали растущие повсюду удивительные лианы. На
улице было множество убитых и искалеченных детей и женщин, а несколько
испуганных лиц выглядывало из дверей верхних квартир.
Очевидно всех взрослых самцов выгнали на бой с захватчиками.
- Улисс сделал быстрые распоряжения. Он разделил свои силы надвое и
оставил одну часть у первого поворота стены. Они должны продержаться, если
самцы перейдут в контрнаступление, а посланник не вернется со второй
половины. Все ракеты, за исключением трех, оставили прикрытию.
Если пленные дулулики обманули, им не уйти отсюда живыми. Коридор за
коридором, такие же высокие и широкие отходили в разные стороны. Заглянув
туда, Улисс увидел другие коридоры. Ствол и ветви, отходящие от него, были
буквально изъедены катакомбами. Там была комната, в которой поместились бы
тридцать пять тысяч заключенных, составлявших все население города.
Они миновали залы с загонами для животных, и в холодном свете
растительных ламп росли странные растения. Из открытых дверей выглядывало
множество лиц женщин и детей. Изредка Улисс останавливал отряд и посылал
вперед разведчиков. Он не хотел попасть в засаду. Каждый раз разведчики
докладывали, что в основном комнаты пусты.
Отряд двигался дальше и, наконец, они вошли в секцию, которую так
давно надеялся найти Улисс. Там валялось около сорока изувеченных трупов
дулуликов. Они сражались против гигантов храбро, но безуспешно. Двое
нешгаев лежали мертвыми, их вечно серая кожа казалась красной от крови;
Маленькие лучники посылали свои стрелы под забрала шлемов - они забрались
на ноги слонолюдей и стреляли до тех пор, пока топоры не размозжили им
головы.
Летучие защищали громадный зал, который являлся главным центром
сообщения дулуликов. Вокруг стен на трех этажах находилось около сотни
больших диафрагм. А рядом с ними валялось более пятидесяти трупов крылатых
и три мертвых нешгая. Пол зала был залит на фут кровью.
Грушпаз, увидев Улисса, поднял свой хобот и пронзительно затрубил:
- Пока что было довольно просто. Я не думаю, что искупил вину, -
крикнул он.
- Не все еще потеряно, - сказал Улисс. Он выставил часовых снаружи
входа в гигантский зал, а потом направился к одной из диафрагм. Он
вытянулся, три раза коротко ударил, и диафрагма отозвалась три раза.
Улисс воспользовался сведениями, вытянутыми из заключенных дулуликов.
И хотя из-за строительства кораблей у него почти не оставалось времени,
два часа перед сном он уделял изучению пульсокода.
Теперь он отбил на диафрагме:
- Говорит Каменный Бог из города дулуликов.
Уверяли, что Дерево было сущностью этого мира, а дулулики - слугами.
Его убеждала в этом и Книга Тизнака. Но все-таки он не верил.
- Последний из людей! - провибрировала в ответ диафрагма.
Может быть где-то в этом колоссальном стволе был спрятан обширный
растительный мозг? Или может он находился в другом месте, в сердце самого
Дерева? Или там, перед такой же диафрагмой сидел на корточках маленький
летучий пигмейчик, поддерживая миф о разумном Дереве?
- Кто ты? - простучал Улисс.
Наступила пауза. Он огляделся. Нешгаи, стоящие посреди
куполообразного зала, казались гротескными фигурами, их кожа в мертвом
растительном свете была сине-лиловой Авина стояла как обычно рядом. Белые
участки ее меха выглядели льдисто-голубыми, а глаза - такими темными, что
казались пустыми дырами. Вагарондит и алканквибы походили на полукошачьи,
полусобачьи сюрреалистические статуи. Осветительные механизмы с их прямыми
струнами и нитками бус, были бледными неземными роботами. Пленные летучие
сгрудились в углу, их коричневые шкуры казались черными, а в лицах
сквозило предчувствие близкой гибели.
Улисс поднял руку, давая знак принести ему бомбы. В тот же миг
диафрагма завибрировала.
- Я - Вурутана!
- Дерево? - отстучал в ответ Улисс.
- Дерево!
Код знака восклицания прозвучал значительно громче. Так разумное
растение, если это было оно, могло выражать свои эмоции. Эмоции так же
естественны для разумных существ, как умение мыслить. Так почему бы и нет?
Может, здесь звучала гордость. Разумная жизнь не может существовать без
эмоций. Все научно-фантастические истории о бездушном внеземном разуме
основывались на нереальных предпосылках. Эмоции необходимы разумной жизни
для выживания не меньше, чем мыслящий мозг. Не было и не могло быть
существ, живущих по одной логике. У простого протеинового или
растительного компьютера не могло существовать самосознания.
- Я знал о тебе много тысяч лет назад, - запульсировала диафрагма.
Он удивился, что у этого растения было чувство времени. Возникло ли
оно из-за внутренних изменений, благодаря смене времен года? Или генетики,
конструировавшие его, заложили внутрь какие-то часы?
- Те, кто _у_м_р_е_т_, рассказывали мне о тебе.
"Те, кто _у_м_р_е_т_". Под этим понимались маленькие подвижные
жизненные формы, общавшиеся с Деревом.
- Однако, те, кто умрет, могут и убить! - отстучал Улисс.
Он получил ответ, которого ожидал:
- Они не могут убить меня! Я вечен! И непобедим!
- Если так, - отстучал Улисс, - то почему ты меня боишься?
Вновь наступила тишина. Он надеялся, что растительный мозг хватит
удар. Мелкое удовольствие поддеть это надменное создание, хотя и
совершенно бесполезное.
Наконец, диафрагма пробубнила:
- Я не боюсь тебя. Ты - один из тех, кто умрет!
- Тогда почему ты пытался меня уничтожить? Чем я вызвал твою
ненависть?
- Я хотел поговорить с тобой. Ты - анахронизм, странное существо,
вымершее двадцать миллионов лет назад.
Улисс был потрясен. Прошло не десять, а двадцать миллионов лет.
Двадцать миллионов лет!
Он сказал себе, что не стоило бы так удивляться. Двадцать миллионов,
десять миллионов, какая разница!
- Откуда ты знаешь? - простучал он.
- Мне говорили об этом мои создатели. Они заложили множество всяких
дат в клетках моей памяти.
- Твои создатели были людьми?
Несколько секунд диафрагма не двигалась и, наконец, ответила:
- Да!
Теперь все ясно, что не говори, а оно боялось. Люди создали его, а
значит люди могли и уничтожить его. По-моему, логично. Тем более, оно
знало, что этот человек был безмерно невежественен и дик по сравнению с
создателями Дерева. Все-таки он кое на что способен. Если ему раздобыть
нужные материалы, он, очевидно, сварганил бы какую-нибудь атомную бомбу.
Даже Дереву не выстоять перед дюжиной адских машинок.
Правда, похоже Земля лишилась всех своих металлов. Двадцать миллионов
лет разумной жизни забрали все, за исключением следов и остатков, не
тронутых по экономическим причинам. Нигде не осталось ни меди, ни железа.
В этом он был убежден. Человек и его преемники за долгие годы выудили из
земли все ее богатства и пустили их по ветру.
Однако, Дерево наверняка имело центр, который можно было уничтожить и
после чего умерло бы и тело. Казалось вполне вероятным, что Дерево выдало
дулуликов, чтобы обезопасить свой мозг. Если мозг находится в этом стволе,
его можно достать. На это уйдет гигантское количество пороха, каменных
орудий и людей, но будет вполне возможным. И Дерево знало это.
А может, Дерево поместило сюда дулуликов как ловушку. Мозг находится
в стволе в сотнях миль отсюда? Или в стволе за соседней дверью?
Его размышления прервал гул диафрагмы:
- Стоит ли нам оставаться врагами! Можешь жить на мне со всем
комфортом и безопасностью. Я гарантирую, что никто из разумных существ,
живущих рядом, не причинит тебе зла. Конечно, существа, лишенные разума,
не в моей власти, как блохи на животных. Но для тех, кто умрет, нет
стопроцентной гарантии. Все же жизнь, которую я могу предоставить, во
много раз лучше, чем жизнь без меня.
- Это может быть и правда, - ответил Улисс. - Но народы, которые
выбрали жить на тебе, согласились на дикую, невежественную и ограниченную
жизнь. Они ничего не знают о науке и искусстве. И никогда не слышали о
прогрессе.
- Прогресс! Что он несет любой разумной жизни, за исключением
перенаселения, сверхвойн и отравления воздуха, воды и земли? Знание ведет
к злоупотреблению наукой, самоубийству расы и почти полной гибели всей
планеты, пока раса не уничтожит сама себя. Это случалось уже дюжину раз.
Как ты думаешь, почему человеческие создания в конце концов
останавливаются на биологии и предпочитают ее всем другим физическим
наукам? Откуда появились города-деревья? Человек понял, что ему надо
объединиться с природой. И он сделал это. На время. Пока к нему не
вернулось его высокомерие, надменность, глупость или злость, называй как
хочешь. И его уничтожили андромедяне, ибо андромедяне думали, что
человечество представляет для них серьезную опасность.
- И поэтому другие разумные населили Землю? Разумные существа,
которых создал человек из меньших братьев в своих владениях? А те стали
повторять человеческие ошибки и преступления. Только они были ограничены в
своих возможностях причинять вред, так как человек израсходовал запасы
большинства земных минералов.
- Я - только существо, которое стоит между разумными созданиями
(которые умрут, и которые, как ты верно заметил, могут убивать) и смертью
всей жизни планеты. Я - Дерево, Вурутана. Не пожиратель, как называют меня
нешгаи и вуфеа, а Защитник. Без меня не будет жизни. Я держу разумные
существа на своем месте и тем самым приношу пользу им и всей остальной
жизни тоже. Вот почему ты и нешгаи должны умереть. Вы уничтожите Землю
вновь, если сможете. Конечно, неумышленно. Но сделаете это.
Люди должно быть жили в своих городах-деревнях, которые служили им
также лабораториями и компьютерами. Гигантские растения содержали ячейки
для записи информации по требованию жильцов. Но потом из-за конструкции
или в результате эволюции вычислительные растения сами обрели сознание,
став разумными существами. Из слуг превратились в хозяев. Из растений - в
богов.
Улисс не отрицал, что большинство сказанного - правда. Но он не
верил, любая форма разумной жизни станет в конце концов разрушителем.
Разум - лишь орудие в руках алчности.
- Отзови своих слуг, дулуликов, - простучал Улисс, - и мы обсудим
наши цели. Возможно, мы достигнем обоюдного взаимопонимания. Тогда мы
сможем идти бок о бок. У нас нет причин враждовать друг с другом.
- Люди всегда были разрушителями!
- Положи эти бомбы к диафрагме, - сказал Улисс Вулке. - Мы начнем
отсюда.
Бомбы установили напротив большого диска. Подожгли несколько запалов
и отряд ретировался в следующую комнату. Когда воздух перестал дрожать от
эха взрыва и дым рассеялся, они вернулись в комнату с диском. Диафрагма
исчезла. На том месте, где она находилась, осталось только беловатое
круглое волокнистое тело около трех дюймов в диаметре. Должно быть, это
был нерв.
- Подрежь вокруг него, - приказал Улисс. - Надо посмотреть, куда он
ведет.
Из предосторожности он поставил несколько человек снаружи входа с
ракетами. Пока не последовало никакой реакции на взрыв диафрагмы, видно,
эти залы не имели такой защиты, как в комнатах вуггрудов. Возможно, Дерево
не считало обязательным выращивать ее здесь, надеясь на огромные силы
дулуликов.
Он ошибался.
В тот момент, когда начали откалывать твердую древесину вокруг
нервного волокна, последовала реакция. Наверное, вспышка ошеломила Дерево,
и только потом оно опомнилось. Возможно... кто знает, чем была вызвана
задержка. Что бы там ни было, Дерево опомнилось. Поток воды из тысяч
невидимых дырочек в стене готов был опрокинуть даже нешгаев. Улиссу
казалось, что по нему молотили гигантскими дубинками. Его сбило с ног и
покатило к куче сваленных и извивающихся тел у входа.
Или к тому, что раньше было входом. Сейчас над ним была
самозакрывающаяся мембрана. Она опускалась вниз с казавшейся ранее твердой
стены.
Через минуту вода достигла колонн. Они попытались выбраться и встать
на ноги, хотя на это ушло много сил. К счастью, вода быстро прибывала,
сдерживая сбивавшие с ног струи. Как бы там ни было, вставая и падая, они
вскоре выбрались из зала.
В тот же миг мембрана выгнулась и упала на них. Люди снаружи закидали
ее бомбами. Улисс сбросил набухшую тяжеленную шкуру, поднялся из воды,
доходившей ему до пояса, и его повлекло потоком к выходу. Он вновь
оказался в свалке тел, но люди с другой стороны вытаскивали их по одному,
помогая вставать на ноги.
Авина, похожая на облезлую мокрую кошку, схватила его за руку и
прокричала, перекрывая рокот потока воды:
- Остальные выходы перекрыты чем-то вроде медовых сот!
Он прошел к следующему проходу, который перегораживала бледно-желтая
густая текучая мерзость в которой просвечивала изгибающаяся масса полых,
соединенных вместе ячеек.
Не достигнув другого конца комнаты, он был встречен несколькими
струями, бившими в различных направлениях. Его швырнуло вперед, отбросило
назад, наконец, кинуло на пол. Его перевернуло несколько раз, врезало в
мягкое и мокрое тело Авины, понесло прочь и со всего маха ударило о спину
Грушпаза, а потом завалило четырьмя или пятью вуфеа.
Под ним задрожал пол. Даже несмотря на крики и барахтанье в воде,
доходящей уже до колен, и рокот воды, вырывавшейся из крошечных дыр, он
почувствовал, как трясется пол.
А потом из зала хлынул целый вал воды и его понесло над зыбким
скользким месивом обломков сот в коридор. Передышка оказалась недолгой.
Вода вырывалась из стен коридора, из открытых кубических ячеек вдоль
этажей. Визжащих крылатых женщин и детей вышвырнуло потоком из комнат в
коридор и смыло напрочь. Некоторые падали на захватчиков и сбивали их с
ног.
Ракетчики побросали свои базуки и снаряды, а бомбардиры забыли о
своих бомбах. Никто не удержал своего оружия, им нужны были руки, чтобы
карабкаться, распихивать другие тела, спасаться от струй.
Улисс пополз на коленях, согнувшись в три погибели. Вода почти
доходила до его носа, но на такой высоте струи были уже малоэффективны.
Однако ему пришлось проползти еще около пятидесяти шагов, прежде чем
удалось-встать. Для того, чтобы идти на корточках, вода прибывала слишком
быстро. Через мгновение она доходила почти до груди.
Дальше коридоры были забиты скопищем борющихся за жизнь тел
дулуликов, и плавающими повсюду трупами, с лицами вверх или вниз и
распахнутыми кожаными крыльями.
Оружие Дерева было эффективно, но не избирательно. Оно уничтожало
врага, но уничтожало и союзника.
Улисс надеялся, что Дерево больше не станет опускать мембраны или
соты. Если оно это сделает, они пропали. Их снаряжение осталось где-то под
водой.
Он оглянулся вокруг, ища Авину, боясь, что она осталась или утонула.
Но тут же увидел ее висящей на поясе Грушпаза. Громадный Грушпаз
бултыхался, пробираясь в воде, которая доходила ему до пояса, его руки
скрестились, защищая лицо от неистовых струй. Он покачивался взад и
вперед, но не падал, как остальные его товарищи. Улисс разглядел только
шестерых нешгаев, около двенадцати своих людей и десяти человекообразных.
Остальные погибли.
Он поплыл, останавливаясь, только чтобы добить маленьких крылатых
самок, преграждавших ему путь. Потом он двинулся быстрее, поскольку вода
стала прижимать его к полу, норовя вырваться к гигантскому входу.
Он обошел Авину и Грушпаза и крикнул ей, чтобы она плыла за ним. Она
ослабила хватку и устремилась за Улиссом. Через минуту кошмар коридора
кончился. Он вырвался в первый узкий кривой зал, миновал его, обогнул угол
и попал в следующий пролет. По-видимому, уровень воды спал, и через
несколько секунд его вынесло течением на ветку и прибило к берегу, как
дохлую рыбу. Вода еще стекала с него и нежно холодила тело, а он уже
поднялся на ноги.
Потом на помощь пришли руки. Люди на дирижабле оставили свои посты.
Он приказал им вернуться, но они не обратили на это внимания. Они бросили
дирижабль, но помогли остальным.
Авина привстала и взглянула на него.
- Мой Повелитель, что нам делать?
Рядом встал выбравшийся Грушпаз. Через две минуты появились остальные
пять нешгаев, шестого нигде не было видно.
Улисс всмотрелся в ночь. Остатки дымовой завесы уплывали прочь. Небо
очистилось, и только что взошла Луна. Он не мог ее видеть, заслоненную
стволом Дерева, но мог разглядеть бледное ночное небо. Вверху, пересекая
черноту звезды, двигалась остроносая тень.
Он окликнул Бифака, который командовал кораблем во время их высадки
на ствол:
- Где дулуликские солдаты?
- Очевидно большинство столкнулось друг с другом в дыму и попадало
вниз. И потом многих растерзали ястребы, а остальные, спасаясь от них,
наверное, перекалечили друг друга.
Может быть это и вызвало тяжелые потери среди летучих, но привести их
к полному уничтожению никак не могло. Тогда куда же они делись? И почему
исчезли?
Тут вода, бившая из огромной дыры, превратилась в тонкую струйку.
Фары дирижабля высветили внутри целый завал тел - плотину трупов, в
основном, дулуликов, смытых гигантским потоком. Бифак сказал, что там было
гораздо больше, но их выбросило первым валом воды или выкинуло потом
потоком, а экипаж подобрал некоторых на самом краю пропасти.
Внутри были тысячи трупов, подумал Улисс.
Он кликнул выживших. Им предстояло немедленно подняться на "Голубой
дух" и приготовиться к отплытию. Делать здесь было нечего. Когда-нибудь
они вернутся с громадным флотом, людьми и снаряжением, чтобы добраться
сквозь сердцевину ствола к мозгу Дерева.
В гондоле он велел офицерам начать процедуру старта. Он приказал
оператору связаться с остальными кораблями и выяснить положение в воздухе.
Один корабль подвергся нападению и загорелся во время высадки. Он
упал в пропасть и догорал в мешанине корней Дерева. Два других
приземлившихся дирижабля тоже были готовы подняться. Они потеряли все свои
десантные отряды, люди которых потонули в стволе или их смыло потоком в
пропасть.
Улисс всматривался в дыру в стволе, пока экипаж готовился перерезать
канаты, удерживающие корабль у ветки. Хорошо бы изготовить вещество,
которое слагало стены переходов внутри ствола. Оно не намокало и было
достаточно прочным, чтобы сопротивляться струям воды. Что-то вроде
эпоксидной смолы. И еще неплохо бы иметь сверху и снизу прикрытие
кораблей, несущих тонны бомб. А может, в подземном музее под замком Неш
найдется какое-нибудь лазерное устройство? Если так, возможно удастся
просверлить в Дереве дыры и быстро прорваться внутрь.
Он добрался бы до мозга, если бы смог его обнаружить. И если бы мозга
в стволе не оказалось, можно вообще забыть о его поисках.
А что если отравить Дерево? Какой-нибудь мощный яд, тонны и тонны,
высыпанные на корни так, чтобы могучая циркуляционная водяная система
Дерева разнесла бы отраву по всему гигантскому растению?
Дерево отлично понимает, что будет после попытки схватить, а потом
убить Улисса. Он был человеком и поэтому представлял серьезную угрозу.
- Готовы перерезать тросы, сэр, - отчеканил стартовый офицер.
- Перерезать тросы!
Раздался звук лопнувших струн и корабль круто пошел вверх. Он быстро
поднимался к ветви, лежащей в пятистах футах выше, а потом начал
поворачивать, наклонив горизонтально свои левые моторы и вращая их
пропеллерами. Дирижабль медленно развернулся и двинулся прочь. Четыре
корабля в воздухе пошли вниз, чтобы прикрыть остальных. Их прожекторы
бороздили ночь, выхватывая обширные черно-серые трещины и пещеры ствола, а
также покрытую растениями поверхность ветвей.
Улисс стоял за рулевым и всматривался через его плечо в ночь.
- Интересно, куда они подевались? - пробормотал он.
- Что? - переспросила Авина.
- Дулулики. Даже если мы уничтожили половину, у них остались еще
гигантские силы. Видно...
Ответ не заставил себя долго ждать. С грибообразной, похожей на гору
вершины ствола на них посыпалась орда крылатых мышей. Они падали, сложив
крылья, сотнями сразу, и не раскрывали крыльев, пока не наберут громадной
скорости. Они мгновенно заполнили пространство между вершиной ствола и
дирижаблями, и их было столько, что они напоминали нашествие саранчи.
Они ждали, пока одни корабли не отчалят с веток, а остальные - не
спустятся, чтобы прикрыть своих товарищей. Они пошли на последнюю,
решающую атаку, чтобы уничтожить весь флот.
Только потом до Улисса дошло, что крылатые человечки просто не могли
скрываться среди листьев грибообразной вершины. Она была тридцати тысяч
футов высотой и на четыре тысячи выше, чем могли летать дулулики. А
объяснение оказалось донельзя простым. Летучие вскарабкались по стволу.
Хлопая крыльями, чтобы поддержать свое сорокапятифунтовое тело, крылатые
человечки взобрались по шершавому стволу туда, где не существовало вообще
никаких животных, и куда могли взобраться лишь некоторые обезьяны.
Дерзко! Где бы этот план ни созрел: в мозгу командира дулуликов или
же в мозгу хозяйничавшего в стволе растения. Но почему, удивился он, они
не атаковали корабли на ветках, когда те оказались в таком невыгодном
положении и были лишены почти всего своего персонала?
Позже он понял, даже если бы им удалось подобраться к "Голубому
духу", они не смогли бы сбросить на него свои бомбы. У них их просто не
осталось. Даже в самом начале бомбы были у одного из пятидесяти летучих. У
них не хватило времени, чтобы изготовить их и доставить с севера в нужном
количестве. Большинство было израсходовано в первой атаке, а остальные
потеряли вместе с их хозяевами, когда выпустили дымовую завесу и появились
ястребы. Командир дулуликов или Дерево, осознав это, спрятало крылатых
человечков в кроне ствола, пока не рассеются облака дыма. Командир мог бы
побиться об заклад, что корабли, находившиеся вне пределов досягаемости,
скоро спустятся, чтобы защитить троих на ветках и он оказался прав.
Главной трудностью в защите дирижаблей, поднимавшихся с ветвей, была
нехватка персонала. Большинство персонала и солдат погибло внутри Дерева.
И поэтому, хотя три человека на верхней палубе и в боковых куполах, а
также лучники у отверстий сражались изо всех сил, их сокрушили в мгновение
ока. Через несколько минут три корабля были буквально облеплены маленькими
крылатыми тенями, точно маленькие мошки ползли по огромному яйцу.
Чтобы поднять корабль быстрее, Улисс развернул двигательные гондолы,
так чтобы пропеллеры смотрели прямо вверх. Корабль быстро набирал высоту,
на которой крылатым человечкам было не под силу держаться. Не дай бог,
чтобы им удалось прорвать большие газовые баллоны внутри фюзеляжа. Тогда
корабль упадет на высоту, где они вновь обретут летучесть.
Четыре корабля над головой, полностью укомплектованные и вооруженные
с гигантскими запасами бомб, ракет и стрел, сопротивлялись более успешно.
Взрывы разметали несколько первых рядов и сразу же три
...Поділитися у соцмережах
