Жанр: Электронное издание
SIMAC002
...о-нибудь узнать о природе
межпространства и энергии, которая возникает при сближении
вселенных, - произнес Инженер. - Они хотели бы прийти и сражаться за
нас, но они не хотят сознательно подвергать опасности свою вселенную.
Никто не знает, что такое межпространство. Никто не знает царящих в
нем законов. Эти законы могут оказаться чуждыми для обеих вселенных,
они могут полностью отрицать наши познания. Они опасаются, что
отделение мини-вселенной от поверхности их собственной может
повлечь возникновение той же энергии, которая, как мы знаем,
возникнет при сближении двух наших четырехмерных пространств.
- Предлагая свою идею, об этом я не подумал, - с облегчением
вздохнул Гэри. - Когда ты сказал про условие - я сразу вообразил, что
они требуют уступок или обязательств. Я ошибся, не так понял твою
мысль. Но суть остается. Мы все равно не знаем, что они из себя
представляют. Мы не знаем ни их внешнего облика, ни их философии.
Если мы впустим их сюда, мы дадим им ключ от нашей вселенной. Сами
откроем им двери. Может, они прекрасный народ. А если нет? Вдруг они
захотят захватить нашу вселенную?
- В этом что-то есть, - призадумался Томми. - Мы должны были
подумать об этом раньше.
- Я думаю, это не так, - произнес Инженер. - У меня есть основания
считать, что они не будут представлять для нас угрозы.
- Что это за основание? - раздался бас Кингзли.
- Они известили нас об опасности, - ответил Инженер.
- Им нужна была помощь, - напомнил Томми.
- Мы ничем не смогли им помочь, - ответил Инженер.
- Ну и что? - не согласился Херб. - Если нам не удастся выяснить
природу этой энергии, мы все равно погибнем. Они в том же положении.
Вот если бы они могли спасти свою вселенную, уничтожив нашу, кто
знает, может быть, они и сделали бы это, а пока фокус в том, что если
наша вселенная погибнет, то и они погибнут вместе с нами.
- Верно, - согласился Кингзли. - В их интересах помочь нам
разгромить Церберов - при условии, что мы найдем способ
нейтрализовать энергию. Вряд ли они стали бы обращаться к нам, если
могли сделать это сами.
- Нельзя управлять тем, чего не знаешь, - размышляла Кэролайн. -
Мы должны выяснить, что такое эта энергия, что она напоминает, какую
форму она может принять - нужно узнать о ней как можно больше,
чтобы знать, как нам с ней поступать.
- Сколько времени у нас осталось на наши изыскания? - спросил
Гэри.
- Очень мало, - отозвался Инженер. - Ничтожно мало. Мы
фантастически близки к роковому концу. В ближайшее время наши
вселенные начнут взаимодействовать, создавая силовые линии и мининапряжения,
и в межпространстве возникнут энергетические поля.
- Постой, ты говорил, что есть еще одна цивилизация, у которой
мы могли бы узнать о межпространстве?
- Еще одна цивилизация, о которой мы знаем, - поправил Инженер.
- Могут быть и другие, но мы знаем лишь об этой. К сожалению, туда
трудно попасть. А может быть, и невозможно.
- Послушайте, это наш единственный шанс, - заявил Гэри. - Не все
ли равно: погибнуть, пытаясь достигнуть их, или ждать, пока во
вселенную хлынет энергия? И так и этак конец. Пусть двое из нас
попытают счастья. А остальные, может, придумают что-нибудь еще.
Гиперсферы Кэролайн должны обезвредить энергию, но мы не знаем
этого точно. А судьба вселенной зависит от точности наших знаний. Мы
не можем себе позволить стрелять наобум. Мы должны точно знать
нашу мишень.
- И если мы узнаем, - воскликнул Херб, - парни из соседней
вселенной смогут прийти нам на помощь против Церберов, пока мы
будем возиться с энергией.
- Боюсь, нам придется использовать этот шанс, - раздался бас
Кингзли.
- К сожалению, это меньше чем шанс, - отозвался Инженер. -
Место, о котором я говорил, может и не существовать.
- Может и не существовать? - переспросила Кэролайн с ужасом в
голосе.
- Оно очень далеко, - произнес Инженер. - Далеко даже не в
пространстве... в пространстве оно куда ближе. Оно очень далеко во
времени.
- Во времени? - переспросил Томми. - Это какая-то высокоразвитая
цивилизации прошлого?
- Нет, цивилизация будущего. Цивилизация, которая, может быть,
и не будет существовать. Так и не возникнет.
- Но как, в таком случае, вы о ней знаете? - удивился Гэри.
- Я проследил линию ее развития, - ответил Инженер. - И не только
реальную линию, но и потенциальную. Я проник в мир вероятности. Я
проследил за ней во времени и увидел ее такой, какой она, возможно,
никогда и не будет. Но я увидел вероятность ее возникновения.
Голова у Гэри пошла кругом. О чем это он? Проследить
возможные линии развития. Увидеть путь империи до ее возникновения!
Видеть город, который, возможно, никогда не будет существовать.
Говорить с теми, кого, возможно, никогда не будет. Лететь туда, где,
возможно, ничего нет.
Но вот заговорила Кэролайн. Она говорила холодно, ровно и
спокойно, и лишь в ее многословии угадывалось волнение.
- То есть, вы воспользовались геодезическим проникателем, чтобы
проследить линии развития в вероятностном поле. И вы установили, что
в далеком будущем на какой-то планете смогут возникнуть условия,
которые вы предвидите. То есть, эти несуществующие условия могут
возникнуть, но вы не знаете точно, будут ли они существовать, так как
линия развития, за которой вы следовали, могла не учесть случайный
фактор, который может уничтожить планету или увести ее с
предназначенного пути, пути, который - логически - она должна пройти.
- Все правильно, - сказал Инженер, - кроме одного. Дело в том, что
в какой-то степени планета будет такой, какой я ее предвижу. Потому
что до какой-то степени все вероятности существуют. Но их
существование может быть так призрачно, что вы не сможете попасть
туда. Для существ материальных она как бы и не существует.
Вероятностное напряжение выбирает одну из потенциальных линий и
реализовывает ее. Но и другие линии существуют точно так же, хотя и не
воспринимаются нами.
- И вы видели тень этой вероятности? - пророкотал Кингзли.
- Да, - ответил Инженер. - Я видел ее очень четко. Я даже
склоняюсь к мысли, что в будущем она будет реализована. Но я не могу
утверждать это. Как я уже говорил, вероятность может существовать, а
может и не существовать, по крайней мере, в вещественной форме.
- Но возможность, что мы все-таки попадем туда, есть? - спросил
Гэри.
- Возможность - есть.
- Чего же мы ждем? - нетерпеливо спросил Херб.
- А если вселенная будет уничтожена, - снова заговорил Гэри, -
если все наши попытки провалятся и вселенная все-таки будет
уничтожена, остается ли эта потенциальная линия? Не является ли сам
факт, что вы ее видели, доказательством, что нам удастся спасти
вселенную?
- К сожалению, это ничего не доказывает, - ответил Инженер. -
Даже если вселенная будет уничтожена, потенциальная линия все равно
останется. Уничтожение вселенной окажется фактором случайности,
который элиминировал реальность этой линии, оставив тем самым ее
просто нереализованной вероятностью.
- То есть, - прошептала Кэролайн, - мы можем отправиться в мир,
который существует только как потенциальная линия развития, и
получить там информацию об энергии межпространства даже в том
случае, если вселенная будет разрушена. Все равно, в потенциальном
мире можно получить информацию, которая могла бы ее спасти, но
слишком поздно и без пользы для нас.
- Да, - произнес Инженер, - но востребовать эту информацию будет
некому. Решение проблемы будет существовать, никогда не
осуществленное, во времени, когда будет слишком поздно его
осуществить. Это очень сложно объяснить.
- Наверно, все так и будет, - воскликнул Херб, - но я так рвусь в
бой. Когда мы отправимся в это место, которого может не оказаться там,
когда мы попадем туда?
- Вначале я покажу вам, - сказал Инженер.
Они прошли несколько лабораторий, пока не оказались в одной из
них, где не было ничего, кроме огромного полированного шара на полу,
мерцавшего в свете единственной лампочки. - Инженер указал на шар:
- Смотрите.
Затем он подошел к компьютеру у противоположной стены и
быстро ввел в него программу. На дисплее появились какие-то знаки, и
Инженер нажал клавиши на пульте управления. Шар затуманился и
пришел в движение - будто глубины космоса стремительно проносились
в нем. Иллюзия движения становилась все сильней и сильней.
Вдруг Гэри понял, что не может отвести взгляда от чудо-шара:
движение внутри гипнотизировало.
Через некоторое время в нем стали проявляться какие-то формы -
туманные, неясные формы - словно кто-то смотрит на неизвестную
солнечную систему с огромного расстояния. Солнечная система
постепенно таяла, и видение в шаре сузилось до одной планеты.
Остальные исчезли из вида, а она все росла и росла, превращаясь в
огромный шар, медленно вращающийся в пространстве.
Он заполнил всю сферу: Гэри увидел моря и города, горы и
огромные пустыни. Но горы выветрились и казались холмами, а моря
обмелели. Большую часть вращающегося шара покрывали пустыни,
города лежали в руинах.
Во вращающемся шаре было что-то до боли знакомое, что-то
затрагивающее струны памяти.
И тут до него дошло.
- Земля, - воскликнул он. - Это же Земля!
- Да, это ваша планета, но вы видите ее такой, какой она станет
через много миллионов лет, - произнес Инженер.
- Или какой она не будет никогда, - прошептала Кэролайн.
- Вы правы, - повторил эхом Инженер. - Или какой она не будет
никогда.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Корабль Томми Эванса стоял на одной из самых низких крыш,
прямо над лабораторией. Через несколько минут он взлетит и пройдет
сквозь искривленное пространство и время к Земле, виденной ими в
шаре...
Земле, которая к тому времени, может быть, уже миллионы лет как
перестанет существовать.
- Береги корабль, - попросил Томми, обращаясь к Гэри.
Гэри похлопал его по руке.
- Я верну его тебе, - пообещал он.
- Мы будем вас ждать, - пробасил Кингзли.
- Дьявольщина, - простонал Херб. - Всегда мне не везет. Вот ты и
Кэролайн собираетесь на Землю, а я опять остаюсь.
- Слушай. Нет никакой необходимости рисковать всем, - жестко
начал Гэри. - Кэролайн летит, потому что она единственная сможет
понять то, что люди древней Земли смогут рассказать нам, а я лечу -
потому что лучше всех играю в покер. Я честно обыграл вас всех.
- Я всегда остаюсь в дураках, - горевал Херб. - Я должен был
догадаться, что у тебя туз в рукаве. У тебя всегда туз в рукаве.
Томми усмехнулся.
- У меня была паршивая карта. Надо было сыграть еще.
- Тогда мы не смогли бы выбрать кого-то одного, - сказал Гэри. -
Мы все хотели лететь, поэтому и играли одну партию. Больше мы не
могли себе позволить. Я выиграл. Что вам еще?
- Ты всегда выигрываешь, - ныл Херб.
- Какова вероятность вашего успеха? - спросил Томми у Кэролайн.
- На бумаге она есть, - заявила она. - Что бы доставить нас сюда,
Инженеры искривили пространство и время, но они искривили их в
равной степени. И то, и другое было искривлено в равной степени. А
теперь придется время искривить значительно сильнее, чем
пространство. Совершенно другие условия задачи. Но наши шансы
оказаться там довольно высоки.
- Если Земля окажется там, куда вы... - начал было Херб, но тут на
него рыкнул Кингзли, и тот прикусил язык.
Кэролайн, торопясь, давала последние указания Кингзли:
- Инженеры поняли уравнения, описывающие гиперсферу.
Работайте с ними. Попытайтесь создать несколько гиперсфер внутри
нашей вселенной и посмотрите, возможно ли создать хоть одну за ее
пределами. Если вам удастся вычленить из вселенной гиперсферу,
постарайтесь направить ее в межпространство. Потом мы сможем
использовать ее.
Ударная волна тряхнула здание, от близкого взрыва задрожал пол
под ногами. На одну секунду яркая вспышка атомного кошмара затмила
свет трех светил.
- Близко ударило, - отметил Томми.
Они уже привыкли к взрывам.
Гэри поднял голову и увидел высоко над собой серебристые точки
кораблей.
- Инженеры недолго смогут продержаться, - пробасил Кингзли. -
Если мы собираемся что-то сделать, надо торопиться.
- А вот и пространственно-временной туннель, - произнес Херб. Он
ткнул пальцем вверх - все посмотрели туда.
Вот оно... Далекое колесо света, медленно вращающееся в
пространстве... они уже видели его на Плутоне. Дверь в другой мир.
- Мне кажется, это значит, что нам пора, - сказала Кэролайн.
Голос ее слегка задрожал. Она повернулась к Кингзли: - Если мы и не
вернемся, все равно займитесь гиперсферами. Попробуйте
абсорбировать в них энергию. Ее не придется долго сдерживать, только
пока не взорвется вселенная. Тогда мы будем спасены.
Она шагнула в люк, Гэри - за ней. На пороге он оглянулся и
посмотрел на остающихся... огромный, шумный Кингзли,
вытягивающий вперед свою массивную голову и как всегда не знающий,
куда деть свои железные кулачищи; щеголеватый добродушный Томми
Эванс, так мечтавший о полете к Альфа Центавра, а вместо этого
отправившийся на край вселенной; Херб, унылый маленький фотограф,
сердце которого разрывается от того, что его не взяли. Внезапно на глаза
у Гэри навернулись слезы, он помахал своим товарищам, в ответ они
помахали ему. Он торопливо шагнул в корабль, повернул рукоятку, и
крышка люка плотно встала на свое место.
В рубке управления Гэри снял шлем, положил его на кресло
пилота и обернулся к Кэролайн:
- Как хорошо снять шлем.
Она согласно кивнула, снимая свой.
Гэри включил режим взлета. Он на миг замер, нацелив большой
палец на стартовую кнопку:
- Слушай, Кэролайн, какие у нас шансы?
- Мы попадем туда.
- Не надо, - перебил он. - Мне это не нужно. Я хочу знать правду. У
нас есть хоть крошечная надежда?
Ее глаза встретились с его глазами, а губы стянулись в узкую,
ровную линию.
- Да, есть, - сказала она. - Чуть меньше, чем один к одному.
Слишком много факторов случайности. Расчеты их не учитывают, а
кроме расчетов у нас ничего нет.
Она с горечью рассмеялась.
- Видишь ли, мы хотим попасть в цель, удаленную от нас, с одной
стороны, на миллионы световых лет в пространстве, а с другой - на
миллионы обычных лет во времени, - сказала она. - Мы должны
наложить друг на друга две независимые системы координат: время и
пространство. Это очень сложно.
Гэри спокойно посмотрел на нее. Она сказала, что это сложно.
Насколько это сложно, он, Гэри, может представить очень
приблизительно. Только тот, кто в совершенстве знает уравнения
времени и пространства, может более или менее приблизиться к
пониманию этой задачи - например, тот, кто бился над этой задачей
сорок человеческих жизней.
- Даже если мы туда попадем - планеты может там и не оказаться, -
сказал он и решительно опустил большой палец на клавишу. Взревели
реактивные двигатели, и корабль взмыл вверх, оставив за собой
огненный столб. Они поднимались выше и выше, но вокруг них еще
долго оставался разрушенный город, чьи циклопические башни были
обращены в пыль взрывами атомных бомб.
Матовое колесо света, указывающее вход в пространственновременной
туннель, виднелось между развалинами двух башен. Гэри
слегка скорректировал курс и нацелил свой корабль точно между ними.
Он поддал горючее в ракетные двигатели. Корабль пронесся между
башнями и устремился прямо в круг света, точно в черное отверстие
огненного колеса.
- Еще немного и мы будем там, - сквозь зубы процедил Гэри. -
Через минуту все будет известно.
Ледяной ветер космоса снова дохнул ему в лицо, волосы на
затылке зашевелились. Вечный зов неизвестного. Древняя слава
Крестовых походов. Он взглянул на Кэролайн. Она наблюдала за
экраном, где сначала появилось надвигающееся колесо света, а потом его
сменил бездонный мрак.
Девушка обернулась к Гэри, но не успела она открыть рот, как
корабль нырнул в разверстый зев, и тьма, плотная и давящая, как мрак
космической бездны, обволокла их. Показалось даже, что померкли
лампочки, горевшие в рубке.
- Гэри, мне страшно! - услышал он голос Кэролайн.
Но тьма почти мгновенно рассеялась, и корабль снова вынырнул в
обычное космическое пространство, в котором мерцали звезды и которое
казалось теплым и дружеским в сравнении с мраком туннеля.
- Вот она! - воскликнула Кэролайн, и Гэри облегченно вздохнул.
Под ними была планета, такая же, как они ее и видели во
вращающемся шаре в городе Инженеров. Планету покрывали пологие
холмы - бывшие горные массивы - и обмелевшие моря - остатки
величественных океанов. Тонкий слой атмосферы окутывал цветущую
некогда Землю.
- Земля, - произнес Гэри, разглядывая ее.
Да, это была Земля. Колыбель человеческой цивилизации, теперь
постаревшая и одряхлевшая планета, ожидающая конца, давно
пережившая свой расцвет. Планета, породившая великое человечество,
которое всегда стремилось вперед, встречавшее любой вызов
неизвестности боевым кличем. Цивилизация крестоносцев.
- Планета на месте, - облегченно вздохнула Кэролайн. - Она
существует.
Гэри скользнул взглядом по шкалам приборов. Хотя они были
всего в пятистах милях над поверхностью, но приборы не
регистрировали ни малейшего намека на атмосферу. Корабль медленно
опускался на планету, а их окружал космический вакуум.
Он тихонько присвистнул. Приборы отметили бы малейшее
наличие газов, но до сих пор ни одна стрелка не дрогнула.
Как же стара теперь Земля! Атмосфера почти покинула ее, бросив
ее старый остов беззащитным перед стужей космического пространства.
Космос, холодный и зловещий, сомкнулся над колыбелью человечества.
Первые признаки атмосферы появились, когда до поверхности
оставалось чуть больше двухсот миль.
Планета была освещена солнцем, которое, должно быть, лишилось
значительной части своей энергии, потому что его свет казался очень
тусклым в сравнении с тем, что помнил Гэри.
Корабль быстро снижался. Они зорко следили за экраном, ища
глазами города, но единственный, увиденный ими город лежат в
развалинах. Зыбучие пески покрывали его разрушенные колонны и
некогда величественные стены.
- Когда-то это был великий город, - тихо сказала Кэролайн. - Но
что же случилось с людьми?
- Вымерли, - предположил Гэри, - или улетели на другую планету,
к другому солнцу.
На телескопическом экране одна за другой возникали картины
запустения. Миля за милей тянулись пустыни, покрытые барханами, где
не было и следа растительности. Низкие холмы с пологими склонами, за
которые цеплялись чахлые деревца и кустарники, изогнутые ветром,
делающие последнюю попытку устоять против вторжения песков.
Гэри направил корабль на ночную сторону планеты, и они увидели
луну. Огромная, она занимала почти десятую часть неба и низко нависла
над горизонтом - чудовищный оранжевый диск.
- Как красиво! - выдохнула Кэролайн.
- Красиво и угрожающе, - отозвался Гэри.
Наверное, она приблизилась к пределу Роша, подумал он. Падая с
неба, она год за годом все ближе придвигается к Земле. Достигнув
определенного предела, она перестанет существовать, разорванная на
куски силой гравитации. Она превратится в груду мелких обломков, и
каждый ее фрагмент займет свою орбиту около одряхлевшей планеты,
создав вокруг нее миниатюрные кольца, вроде колец Сатурна. Но те же
силы, что раздробят Луну, потрясут и Землю, вызвав бурную
вулканическую деятельность, небывалые землетрясения и мощнейшие
цунами. Горы сравняются, и возникнут новые материки. Еще раз
абсолютно изменится лик Земли, как он, вероятно, неоднократно
менялся и раньше, как он постоянно менялся с тех пор, как человек
впервые увидел его, потому что, как ни напрягался Гэри, он не мог
обнаружить ни одной знакомой ему черты, ни одно море, ни один
континент не были ему знакомы.
Он представил те изменения, которые должны были произойти за
это время. Земля, наверное, замедлила свое вращение вокруг собственной
оси. Ночь теперь, должно быть, длится почти месяц и столько же - день.
Длинные испепеляющие дни и бесконечные студеные ночи. Век за веком
приближение Луны замедляло вращение Земли вокруг собственной оси,
а падающие метеориты увеличивали ее массу. В результате Земля теряла
энергию. Рост массы и утрата энергии замедляли ее вращение вокруг
Солнца и все дальше и дальше отодвигали ее от светила, выталкивая в
ледяной холод космоса. К тому же она утрачивает атмосферу. Ее
гравитация слабеет, и легкие газы медленно улетучиваются.
- Посмотри! - воскликнула Кэролайн.
Разбуженный от своих мыслей, Гэри увидел прямо по курсу
огромный город из сверкающего металла, закрывающий горизонт.
- Инженер говорил, что мы встретим людей, - прошептала
Кэролайн. - Наверное, мы найдем их здесь.
Город превращался в руины. Большая часть его, без сомнения, уже
была скрыта наступающей пустыней, которая надвигалась на него со
всех сторон. Часть зданий развалилась, огромные провалы, как пустые
глазницы, смотрели без малейшего проблеска надежды. Другая часть
еще сохранилась, и по ней можно было судить, каким великолепным был
город, когда он стоял во всем блеске своей силы и могущества.
Гэри направил корабль прямо на город, на ровную площадку,
отвоеванную пустыней, перед самым большим из оставшихся зданий.
Здание было великолепно и почти не поддавалось описанию, оно
казалось поэмой грации и ритма и выглядело таким беззащитным в этом
обреченном и горестном мире.
Корабль опустился на песок и замер.
Гэри покинул место пилота и потянулся за своим шлемом:
- Вот мы и пришли.
- Я не надеялась, что нам это удастся, - призналась Кэролайн. -
Наши шансы были ничтожны.
- Но мы это сделали, - Гэри вздохнул. - Теперь нас ждет еще
работа.
Он надел шлем и пристегнул его.
- У меня подозрение, что нам понадобятся эти штуки.
Кэролайн тоже надела шлем, и они вместе спустились по трапу.
Колючий ветер разреженного воздуха проносился над пустыней и
развалинами, подымая вверх легкие облачки песка, кружившие по
дюнам, проносил их над кораблем и бросал на порог сверкающего
здания напротив.
Крадущаяся тень прошмыгнула по дюне и юркнула в груду
развалин: может, это был одичавший пес, может, другое животное, а
может - просто мираж.
Чувство одиночества и страха охватило Гэри.
Он вздрогнул: это не то, что должен чувствовать человек на
родной планете. Это не то, что должен чувствовать человек, вернувшись
домой с края мира.
Но это же не был край мира, напомнил себе Гэри. Это была всего
лишь граница вселенной. За ней, разделенные бесконечностями, есть и
другие вселенные. Его вселенная лишь крошечная частичка мира. Такая
же крохотная, как Земля в сравнении со вселенной. Всего лишь песчинка,
подумал он, а может. быть, и меньше.
Но не исключено, что это не Земля. Возможно, это только ее тень -
вероятность, обретшая плоть и подобие бытия потому, что всего волосок
отделял ее от осуществления.
В голове вертелись мысли о невероятных количествах
возможностей, создаваемых разумом, о бесчисленных количествах
вероятностей, существующих в виде теней, каждая со странным
призрачным собственным бытием, хотя они и не осуществились.
Разочарованные призраки, подумал он, бредущие сквозь вечность
несуществования.
Кэролайн стояла рядом с ним. В наушниках раздался ее
беспомощный голос:
- Гэри, здесь все так странно.
- Да, - ответил он, - очень странно.
Они осторожно двинулись вперед к входу в огромное
металлическое здание, башни и шпили которого, дробя холодный блеск
луны, превращали его в подобие фантастического дворца.
Под ногами хрустел песок. Завывал ветер. Среди песчинок
блестели кристаллики инея - влага, заключенная в смертные объятия
холода.
Они подошли к дверям и заглянули внутрь. Там царил мрак. Гэри
включил висевший у него на поясе фонарик. Широкий луч света обежал
огромный холл с высокими сводами, ведущий прямо от двери в центр
здания.
Гэри затаил дыхание, охваченный страхом - страхом мрака и
неизвестности, страхом призраков.
- Я думаю, мы можем войти, - сказал он, переборов себя.
Гулкое эхо повторяло и множило во тьме стук их железных
ботинок по металлическим плитам.
Гэри почувствовал, как груз веков давит на него, глаза
бесчисленных людей наблюдают за ним, ревностно охраняя свои
традиции от вторжения чуждого разума. Ибо он и Кэролайн - он это
чувствовал - были здесь чужими, чужими по времени, если не по крови.
Это чувствовалось в здешней архитектуре, в воздухе молчаливого холла,
в тишине, которая царила на этой мертвой или умирающей планете.
Неожиданно холл кончился, и они вступили в помещение, похожее
на огромную залу. Гэри включил фонарик ярче и обвел им помещение.
Это, действительно, была зала. Длинные ряды кресел полукругом
выстроились на помосте, а вдоль стен стояли резные скамьи.
Когда-то, очень давно, это, вероятно, был зал Совета - место
собраний, где человечество решало свои великие задачи. Здесь, сказал
себе Гэри, прокладывался путь великой космической Империи и
решались судьбы звезд.
А теперь жизнь покинула ее, и только безмолвие бродит здесь и
шепчет на своем языке о днях, людях и проблемах, давно унесенных
течением лет.
Он осмотрелся вокруг, его била дрожь.
- Мне здесь не нравится, - сказала Кэролайн.
Внезапно вспыхнул свет - это открылась дверь - и их коснулась чьято
мысль - очень приветливая и явно человеческая:
- Вы кого-то ищете?
Застигнутые врасплох, они испуганно оглянулись. В проеме низких
дверей, выходящих в холл, стоял сутулый старик: это явно был человек,
но было в нем что-то не совсем человеческое. У него была огромная
голова и сильно выпирающая грудь. Он стоял на дрожащих хилых
ножках, а руки его казались чересчур длинными и худыми.
Длинная седая борода скрывала всю его грудь, а на огромном
вытянутом черепе вообще не было волос. Хотя он стоял довольно
далеко, Гэри чувствовал его проницательный взгляд из-под густых
бровей.
- Мы ищем кого-нибудь кто мог бы нам кое-что рассказать, -
ответил Гэри.
- Входите, - мысленно взвизгнул старичок. - Входите, вы что,
хотите меня заморозить, пока я держу вам дверь?
- Пойдем, - сказал Гэри, беря за руку Кэролайн.
Они быстро подошли к дверце и протиснулись в нее. Как только
они вошли, дверь захлопнулась за ними. Они повернулись к старику.
Он разглядывал их.
- Вы - люди, - мысленно сказал он. - Вы - представители
человечества, но из далекого прошлого.
...Закладка в соц.сетях
