Жанр: Электронное издание
SHECR002
...ый способ заставить людей заниматься серьезными вещами, такими
как охрана здоровья или строительство.
- Вот это да! - только и сказал Хэрольд.
- Рабовладельческая система всем по душе, - добавил Чарлз. - Можешь
сколько угодно рисковать и развлекаться, не опасаясь, что тебя
подстерегает какое-то горе, разве что убить могут. Самое страшное, что
может произойти - прокутишь все деньги и будешь вынужден сам зарабатывать
себе на жизнь.
- Но даже в этом случае, - добавил Альбани, - это не навсегда.
Естественно, рабы начинают с самой грязной работы или добывают в карьерах
соль. Но если повезет, можешь подняться по административной линии. Рабы,
которые являются членами администрации, зарабатывают кучу денег. Ты сам
можешь представить, какие они себе оклады назначают. Поэтому
государственный раб очень быстро может себя выкупить.
- Все это мне кажется довольно странным, - признался Хэрольд. - Хотя
в этом и присутствует здравый смысл. Единственное, чего я никак не могу
понять - зачем богатым людям рисковать, принимая участие в Охоте?
- Для того, чтобы это понять, надо обладать определенным складом ума,
- сказал Альбани. - Думаю, со временем ты сам все поймешь. Многие из нас
считают, что куда лучше быть хорошим Охотником, чем кем либо иным.
- А что нужно, чтобы стать хорошим Охотником?
- Крепкие нервы и везение. Тут ничего не стоят всякие военные
глупости, такие как умение обращаться с оружием, быстрая реакция, умение
незаметно куда-то проползать и тому подобное. Главное в Охоте - жить среди
опасностей своей обычной жизнью.
- Тут у вас, наверное, полно всяких злодеев.
Альбани это не понравилось.
- Ничего подобного. Большинство Охотников составляют люди,
стремящиеся досконально изучить человеческую психологию.
- Убедили вы меня или нет, но мне это все необходимо как следует
обдумать, - сказал Хэрольд.
Зазвонил стоящий на дальнем конце стойки телефон. Чарлз взял трубку.
Сказав несколько слов, он позвал Альбани. Тот подошел к телефону,
поговорил несколько минут и вернулся на место.
- Я бы с удовольствием продолжил нашу дискуссию, но меня ждут дела. -
Он посмотрел на часы. - Ровно через двадцать минут я должен быть в засаде.
Но если вам по дороге, могу и подкинуть.
- А где эта засада? - поинтересовался Хэрольд. - Он закурил еще одну
сигарету с наркотиком, в голове его просветлело, и на все было наплевать.
- А, это за городом, на Кватранангских высотах, недалеко от
Тюльпанового дворца и зоопарка. Очень живописная местность, если ты еще
там не бывал.
- Поехали! - согласился Хэрольд.
19
Пурпурное солнце, выглядывающее сквозь облака, окрасило белоснежные
дома Эсмеральды в розовый цвет. Усевшись в машину рядом с Альбани, Хэрольд
услышал шорох пальмовых крон, колыхающихся от вечернего бриза на Океанском
бульваре. В такой чудесный вечер, проезжая по бульвару с пальмами, вряд ли
думаешь, что будешь делать, когда приедешь в место назначения. Главное -
ехать. Какая разница, куда приведет тебя дорога - на свадьбу или на
похороны.
Свежий ветер с моря пах солью и йодом. С берега несло затхлым запахом
водорослей, которых прилив выбросил на пляжи. Альбани вел машину уверенно,
и мимо пролетали бело-розовые предместья Мальдорадо и Инчбурга.
Выехав за город, они свернули с шоссе на дорогу, которая поднималась
к Ланширским высотам. Мелькнул указатель "К зоопарку", и скоро начался
небольшой лесок. Они продолжали подниматься, и воздух становился все
холоднее, внезапно их глазам открылась панорама равнинной Эсмеральды -
разбросанные по зеленому полю фермы, тянущиеся до блестящей поверхности
моря.
Альбани затормозил возле входа в зоопарк.
- Можете выходить. Зоопарк у нас действительно хороший. Единственный
на весь Карибский бассейн, где еще остались дикие звери. Отсюда в город
ходит автобус.
- Мне, конечно, хочется посмотреть, но как-нибудь в другой раз. Вы не
против, если я пойду с вами? Я никогда еще не был в засаде.
- С удовольствием возьму вас с собой.
Альбани проехал еще немного и свернул на грунтовую дорогу. Не
рассчитанная на такое покрытие, машина подпрыгивала на кочках и скреблась
днищем об острые камни. Кое-как дотянув до поворота, Альбани остановился,
выключил мотор и включил сигнализацию охраны.
- Дальше придется идти пешком, - сказал он.
Они направились к лесу по узенькой тропинке. Там им пришлось
продираться через густые заросли, чтобы выйти на вершину горы, с которой
открывался вид на дорогу, петляющую ста футами ниже. Перед ними на краю
ущелья находилась похожая на деревянный ковш V-образная конструкция,
доверху заполненная валунами. Под ковшом виднелась платформа с зубчатыми
шестеренками какого-то странного механизма.
- Стоит только крутнуть ручку, и вся эта груда камней свалится на
дорогу, - объяснил Альбани. - Тонкий расчет, не правда ли? Мои помощники
соорудили эту засаду еще несколько месяцев тому назад. Люди подстерегают
друг друга на маршрутах, которыми они обычно пользуются. А опытный
Наводчик должен предчувствовать развитие событий.
- И что же должно случиться? - спросил Хэрольд.
- Скоро по этой дороге должна проехать машина. В ней будет сидеть
Жертва - мистер Драза из Техаса.
- Эй, - сказал Хэрольд. - Да я же вместе с ним прилетел сюда на одном
самолете!
- Он приезжает на Эсмеральду каждый год. По-моему, это у него уже
шестая Охота. И последняя. Когда я крутну за ручку, камни высыпятся перед
его автомобилем, перекрыв дорогу. Дразе придется выйти. Пока он сообразит,
что к чему, Охотник - некто мистер Скотт Джеффрис, на которого в настоящее
время я работаю, - заранее выбрав на дороге выгодную позицию, изрешетит
его пулями.
- Не слишком ли это сложно? Неужели его нельзя убить более простым
способом? - удивился Хэрольд.
- Можно, - презрительно скривил губы Альбани. - Но такие засады
являются частью традиции Охоты. Также, благодаря им сохраняется
потребность в Наводчиках. А теперь нам осталось проверить, все ли в
порядке.
Альбани вынул из кармана пиджака миниатюрный радиопередатчик и
вытащил длинную гибкую антенну.
- Мистер Джеффрис, вы на месте?
В динамике послышались статические разряды.
- Да, я готов, - высоким возбужденным голосом отозвался Охотник.
Альбани взглянул на дорогу.
- Отлично, он появился именно тогда, когда я и рассчитывал.
С такой высоты серебристая машина, в которой приближалась Жертва,
казалась игрушкой. Альбани наклонился вперед, держа руку на рычаге
механизма. Хэрольд стоял в нескольких футах от него, наблюдая за
разыгрывающейся сценой. Внезапно краем глаза он заметил какое-то движение
позади себя. Что-то блеснуло на поросшем лесом склоне горы чуть правее от
них. Хэрольд обернулся. Снова что-то блеснуло. А потом он увидел, как
что-то словно тень движется среди деревьев.
Хэрольд не знал, кто это и что это все означает, но весь напрягся, а
кровь застучала у него в висках.
- Ложись! - закричал он и сбил Альбани с ног. Через долю секунды
послышался звук выстрела мощной винтовки. Пуля попала в камень, возле
которого только что стоял Альбани.
Хэрольд стал подниматься. Альбани дернул его за руку. С одинаковыми
интервалами прозвучали еще четыре выстрела. Откуда-то снизу донесся рев
мотора, потом этот звук стал понемногу стихать и пропал совсем - машина
проехала засаду.
- А что нам теперь делать? - растянувшись на земле, спросил Хэрольд.
- Будем ждать. Все понятно, где-то тут в лесу прячется Наводчик. Он
не имел права в нас стрелять. Так никогда не поступают. С профессиональной
точки зрения это просто неэтично.
- А разве ты не можешь выстрелить в ответ?
- Я никогда не ношу с собой оружия. Наводчикам это не разрешается. А
даже если бы у меня и был пистолет, я бы не стал нарушать правила из-за
какого-то негодяя. Просто будем лежать. Скоро сюда поднимется Джеффрис, и
Наводчик уйдет.
- А он не станет убивать Джеффриса?
- Нет конечно. Наводчикам запрещается убивать Охотников.
Через несколько минут на холм взобрался Джеффрис, держа в руках
винтовку. Он был невысокого роста, с лицом цвета слоновой кости,
напомаженными черными волосами, маленькими усиками и родинкой над верхней
губой.
- С вами все в порядке, Альбани? - поинтересовался он.
- Да, вроде все в порядке. Но, судя по всему, меня выследили. И хуже
того, предвидели все мои действия. Честно говоря, я чувствую себя морально
уничтоженным.
- Не принимайте это близко к сердцу, друг Альбани, - успокоил его
Джеффрис. - Такое с каждым может случиться.
- Но ведь я сорвал ваше Убийство, - в отчаяние ломая руки, продолжал
Альбани.
- Даже не думайте про это. Что-то у меня нет сегодня интереса к
Охоте. Мой врач утверждает, что я надышался кордита. Поэтому, не обращайте
внимания. А это кто?
- Друг. Мистер Хэрольд Эрдман из Америки. Он спас мне жизнь.
- Молодец, - похвалил Джеффрис. - Мне бы не хотелось вас потерять,
Альбани. Не так уж много нас осталось, представителей старой гвардии. Пора
возвращаться. Пристрелим его в следующий раз, договорились, Альбани?
- Можете в этом не сомневаться.
- Позвоните, когда придумаете что-нибудь новенькое. И лучше всего в
городе. Мне не нравиться лазать по горам. Рад был с вами познакомиться,
Эрдман. - Повернувшись, Джеффрис принялся спускаться по склону.
По дороге в город Альбани не сказал ни слова. И только остановившись
возле входа в "Эстрелью" произнес:
- Хэрольд, ты мне очень помог. Как ты узнал, что там кто-то прячется?
- Наверное, я увидел, как блеснуло стекло его оптического прицела.
- На таком расстоянии? Ну ладно. У тебя прекрасная реакция. В нашей
игре ты станешь победителем. Слушай, не хочешь ли ты завтра пойти на
прием?
- На прием? - спросил Хэрольд. - К кому?
- На Юбилейный Охотничий бал. Его проводят раз в год перед началом
Сатурналий. Попасть в число гостей практически невозможно. На него
приходят все Охотники и, как всегда, артисты, рок-звезды, сенаторы и так
далее. Будет про что рассказать друзьям...
- Никаких планов на завтра у меня нет, - признался Хэрольд. - А
девушку я могу с собой взять?
- Конечно. - Наводчик вынул бумажник и достал оттуда приглашение на
двоих. - Это в Охотничьей Академии. Приходите к десяти. Именно тогда
начинается самое интересное.
Рейс 461 из Атланты задерживался уже на целый час, и Луэйн Добрей
почти кипел от злости. Сейчас он с головой ушел в Охоту, что, как он и
предвидел, вытянет из него все соки, а кузина Джекинс - студентка
последнего курса Беннингтонского университета - в последнюю секунду решила
приехать к нему на каникулы.
Визиты Джекинс всегда приходились на самое неудобное время. В прошлом
году она также решила приехать в последнюю минуту, и Луэйн знал наверняка,
что она поступила так, чтобы заставить его лишний раз понервничать,
поспешно договариваясь о комнате для нее. Тогда это выбило его из колеи, и
Убийство вышло такое неудачное, что его критиковали не только газеты, а и
всегда относившееся к нему с симпатией "Охотничье Шоу", телепередача, в
которой ведущий Гордон Филакис обозвала его случайной вивисекцией,
добавил, что Луэйн действовал с изяществом кобылы, упавшей на крота.
Впрочем, так оно и было, потому что Жертвой был мужчина в очках с
толстыми линзами, а Луэйн попытался срубить ему голову на скаку, однако
тот погиб лишь потому, что кобыла Охотника испугалась и упала на Жертву.
Луэйн не любил вспоминать этот случай. С тех пор его стали преследовать
неудачи.
Сначала он было решил послать вместо себя в аэропорт Сузера, своего
Наводчика, но ему пришла в голову мысль, что Джекинс может обидеться и
пожаловаться его матери. Мать Луэйна, которая после смерти мужа жила одна
в Шароне, штат Коннектикут, получила в наследство все семейное состояние,
и сын полностью от нее зависел.
Сара Добрей не принимала философии Охотничьего Мира. Она неоднократно
утверждала, что убивать друг друга должны лишь бедняки, а жизнь богатых
людей - слишком большая ценность, чтобы приносить ее в жертву. Однако
Луэйн как либерал был убежден, что кто-угодно имеет право убивать
кого-угодно, все равно, богатого или бедного.
Лучшей подругой Сары Добрей была Эллен Джоунз, мать Джеки. Если она
дома расскажет, что он был так занят Охотой, что не мог сам ее
встретить... Ну, может, ничего и не случится, но зачем рисковать такой
важной вещью, как деньги?
Вот поэтому он и сидел в зале ожидания аэропорта, куря сигареты одну
за другой, до тех пор пока в ясной голубизне карибского неба не показался
самолет. Он снижался, оставляя за собой темный шлейф выхлопов.
А вот и Джекинс. Двадцатилетняя стройная девушка среднего роста с
короткими, модно подстриженными блестящими волосами, симпатичным личиком и
тонкими малиновыми губками.
- Луэйн, дорогой, как хорошо, что ты меня встретил! Мне страшно
хотелось снова тебя увидеть!
Нельзя сказать, что она сильно любила Луэйна, просто ей всегда
нравилось в Охотничьем Мире, особенно во время Сатурналий. К тому же у
Луэйна была прекрасная квартира как раз рядом с Центральной площадью.
- Как я рад, Джекинс! - Он всегда называл ее полным именем. - Если ты
не против, дорога, мы сразу же поедем домой. Понимаешь, я как раз сейчас
охочусь... Твой багаж привезут позже.
Тридцатичетырехлетний Луэйн Добрей был среднего роста с пепельными
волосами и тонкими, почти незаметными бровями. Его отец, удачливый
биржевой маклер из Нью-Хэвена, штат Коннектикут, бросив дела, стал
известным на Эсмеральде Охотником, который имел на своем счету двенадцать
убийств до того, как какой-то сопляк, переодетый официантом, не пригвоздил
его автоматной очередью к столу, уставленному итальянскими блюдами.
Сара, мать Луэйна, светская дама, гордившаяся тем, что в ее жилах
течет одна восьмая ирокезской крови, осталась в Шароне заправлять
семейными финансовыми делами и держать антикварную лавку. Ей всегда
хотелось этим заниматься. У Луэйна была шикарная квартира в Эсмеральде и
небольшая вилла за городом. Ему было доступно все, о чем лишь только может
мечтать мужчина, кроме удовлетворения от хорошо выполненной работы.
Проведя Джекинс в ее комнату, он вернулся в гостиную и сел за стол.
Луэйну нравилось рассматривать свое оружие. Больше всего ему нравились три
пистолета: "Уэбли-Мартин-303", двухствольная крупнокалиберная "Беретта",
стрелявшая патронами от "сорокчетверки" и длинноствольный револьвер 22-го
калибра. На столе у него лежали еще несколько пистолетов, остальные были
спрятаны в навесном шкафчике из черного дерева. Воздух в комнате пах
оружейным маслом.
В гостиную вошла Джекинс Джоунз. Она разлеглась на диване, высоко
задрав ноги в чулках, и положила зажженную сигарету в пепельницу на
журнальном столике. Луэйну было видно лишь копну черных волос и ноги в
красных чулках, которыми она лениво покачивала, листая страницы купленного
в самолете журнала мод.
Зазвонил телефон. Луэйн потянулся к нему, но Джекинс уже схватила
трубку параллельного аппарата, который стоял на столике рядом с ней.
- Салли? Это ты, дорогая? Да, я только что прилетела! Да, чудесно!
Разумеется, я буду на Охотничьем балу. Ты что оденешь?
Луэйн корчил страшные гримасы, показывая на телефон.
- Лучше поговорим потом, - сказала Джекинс. - Луэйн ждет звонка. До
встречи.
Она повесила трубку и спросила:
- Теперь доволен?
- Извини, но мне должен звонить Наводчик.
- В этот раз ты Охотник или Жертва?
- Охотник. Моя жертва - Фред С.Хэррис.
- Что-то не слышала про такого.
- Он не местный. Приехал из Нью-Джерси. Это его третья Охота. Очень
ловкий парень с седыми волосами. Насколько мне известно, он какой-то
киношник. Мне удалось узнать, что его голыми руками не возьмешь.
- А Наводчик у тебя до сих пор Отто Спренглер?
Луэйн покачал головой.
- Нет. Он погиб во время штрафной "Отчаянной езды".
- Мне, наверно, никогда не понять этого обычая.
- Не все обычаи требуют объяснений.
- И кого же ты нанял в этот раз?
- Эда Сузера. Ты его знаешь. Толстяк с головой, похожей на арбуз. Он
приехал сюда из Ки-Уэста.
Джекинс покачала головой.
- Похоже, я его не знаю, и он меня совершенно не интересует. А почему
не Том Дрэймор? Ты всегда так его расхваливал.
- На этой неделе он очень занят.
- Даже для тебя? Что-то мне не верится, если считать, сколько ты
платишь.
- Он не нуждается в работе. В последнее время ему очень везет. Я
попытался его нанять, но его никогда не бывает дома, а на мои звонки он не
отвечает. Скорее всего, он просто избегает меня.
- Но почему?
- Тебя здесь очень долго не было, Джекинс. Ты не видела моей
последней Охоты.
- Ты как раз готовился к ней, когда я вернулась в Беннингтон. Что
случилось? Ты же убил его, не так ли?
- Конечно. Иначе бы я сейчас не сидел с тобой, правда?
- Тогда в чем дело?
- Охотничьи Судьи назвали его неэлегантным убийством. Лишь потому,
что я пристрелил Жертву.
- Но ведь это не противоречит правилам?
- Конечно нет. Все абсолютно законно. Они просто разозлились, что я
прикончил его как раз перед Зданием Гостеприимности прямо под носом у
туристов. Несколько иностранных турбюро отказались от контрактов. А я-то
тут причем? Чего они еще ждали? Если они такие чувствительные, вообще не
надо сюда ездить. Господи, разве это тайна, чем мы занимаемся в Охотничьем
Мире?
- А за неэлегантное убийство существует какое-нибудь наказание?
- Нет. В Охотничьем Кодексе ясно сказано, что Жертву можно убивать
где-угодно. Однако существуют требования стиля, а также ежегодная премия
за лучшее убийство "Бойцу года" и Великая Расплата. Таких вершин мне
никогда не достигнуть.
- Бедный Луэйн, - вздохнула Джекинс.
- Я ведь не шучу. Ты же ничего не знаешь про мои первые убийства.
Люди утверждали, что никогда не видели ничего лучшего. Тогда я использовал
только пистолет 22-го калибра, и мог стрелять с обеих рук. Я укладывал
своих Жертв на месте, прежде чем они соображали, кто в них стреляет. Мне
предрекали самые высшие награды. Про меня писали в газетах и телевидение
тоже не обходило вниманием. А потом, как будто сглазили. На тренировках я
был не в худшей, чем обычно, форме. А вот в настоящих стычках меня как
будто заклинивало - не мог попасть ни в голову, ни в сердце, и, черт
побери, чуть сам не стал жертвой. Вот какие у меня сейчас неприятности,
Джекинс. Но дело но во мне, а в семейной чести.
- Может, в этот раз тебе повезет.
- Очень надеюсь. Я уже хотел обратиться к психиатру. Ты первая, кому
я это рассказываю. Иногда мне кажется, что я просто старею.
- Стареешь? В тридцать четыре года? Не говори глупости, -
запротестовала Джекинс, хотя мысленно отметила, что Луэйн действительно
стал понемногу сдавать.
- Я не чувствую себя старым, - продолжал Луэйн, - но...
В этот момент зазвонил телефон. Схватив трубку, Луэйн что-то
выслушал, ответил "Хорошо, Сузер" и положил ее на рычаг. Потом быстро
надел специальный жакет с внутренними карманами для оружия.
- Мне надо бежать, - сказал он Джекинс.
- А мне с тобой можно?
- Нет. Увидимся потом.
- Возьми меня с собой, Луэйн! Я так давно тут не была и мне будет так
приятно посмотреть, как ты охотишься. Может, я принесу тебе счастье.
- Наоборот, - возразил Луэйн. - Присутствие женщины на Охоте - плохая
примета. Когда вернусь, все тебе подробно расскажу.
И он нетерпеливо отстранил ее от двери. Джекинс никогда не видела его
таким нервным. Если и это Убийство окажется у него таким же плохим,
настроение у него совсем испортится. Мужчины все такие.
Луэйн встретился с Сузером в кафе Блэйка в районе городского
аквариума. Тот извинился за задержку, объясняя, что Жертва, мистер Фред С.
Хэррис из Саммита, штат Нью-Йорк, провозился с обедом гораздо дольше, чем
предполагалось, а потом спутал все карты, отправившись в отель поспать
после еды. Но потом он снова появился, свежий и выбритый жизнерадостный
толстяк с тоненькими усами, которые уже начинали седеть.
- И где он сейчас? - спросил Луэйн.
- В книжном магазине на противоположной стороне улицы. Он заглядывает
туда каждый день. Хотя только один раз купил там книгу.
- Какую?
Вытащив из заднего кармана блокнот, Сузер сказал:
- Библию Охотника, издания 2091 года.
- Символично, правда? Как он вооружен?
Сузер перевернул страничку.
- У него при себе "Магнум Руджер Редхок ДА" 44 калибра в мексиканской
кожаной кобуре под мышкой и "Торус" 85 модели, калибр 38, на бедре. К
левой ноге также привязан длинный охотничий нож фирмы "Боуи".
- Ничего не скажешь, ты действительно все знаешь. Может, тебе даже
известно, какого цвета у него трусы?
Сузер полистал блокнот.
- Наверно, где-то записано.
- Это мне не нужно, - сказал Луэйн. - Как он стреляет?
- Закрывает глаза и нажимает на спусковой крючок.
- Приятно слышать, - сказал Луэйн, то тут же помрачнел. - Однако,
иногда таким стрелкам везет.
- Только не этому парню, - возразил Сузер. - Он - настоящая ходячая
смерть. Он только и ждет, как бы его пристрелили. Предлагаю план А, прямое
сближение. Сразу, как он выйдет из книжного магазина, следуй за ним. Пусть
он увидит тебя уже возле Ферфакса. Тогда он повернет в переулок между
Софрито и Мэйн, куда выходит дверь заднего хода ресторана Шульца. Он будет
думать, что там устроит тебе засаду. Но попадет в нее сам.
- Убийство обещает получиться что надо, - сказал Луэйн, обращаясь,
скорее, к себе, чем к Сузеру.
- Все будет в твою пользу, - продолжал Сузер. - Прекрасный узенький
переулок, свет прожектора, который будет бить ему прямо в глаза, и та
маленькая неожиданность, которая будет ожидать его возле дверей. Все
рассчитано до мельчайших подробностей. Какое оружие ты собираешься
использовать?
- "Уайдли", - сказал Луэйн, вытаскивая автоматический пистолет из под
мышки. - Тяжеловатый, правда. 51 унция, ствол шесть дюймов, и топорщится
из под спортивной курткой, но стреляет чертовски точно, а в обойме -
четырнадцать патронов.
- А какие у тебя патроны?
- Девятимиллиметровые "винчестер магнум", я также беру "смит энд
вессон" 59 калибра. Так, на всякий случай.
- Правильно, надо всегда иметь что-нибудь про запас, - согласился
Сузер. - Смотри, он выходит!
Фред С. Хэррис вышел из книжного магазина и быстрым шагом пошел по
Мэйн-стрит. Выхватив из кобуры "уайдли", Луэйн сжал его в руке и
выскользнул из кафе. Он почти бежал, пока не оказался в двадцати футах от
Хэрриса, и лишь тогда сбавил шаг. Приятно было ощущать в руке "уайдли" -
мощное, надежное оружие. Луэйн подумал, что такое оружие убивает наповал.
Сняв пистолет с предохранителя, он загнал патрон в патронник. Хэррис как
раз был перед глазами, Луэйну хотелось выстрелить, но было еще рано,
слишком много народу вокруг, а за попадание в прохожих сурово наказывали.
Теперь Хэррис его заметил и вытащил пистолет, но ему было неудобно им
пользоваться, поэтому он продолжал идти быстрым шагом, а потом побежал,
так, что его седые волосы развивались по ветру. Он петлял словно заяц,
чтобы между ним и Луэйном всегда были люди. Луэйн тоже бежал, чувствуя,
как в висках стучит кровь, как усиленно выделяется адреналин и
распространяется по всему организму, как это случается в те наиважнейшие
моменты, когда весь мир вокруг тебя как бы замирает, и ты чувствуешь себя
бессмертным.
Хэррис завернул в переулок, именно так, как и предсказывал Сузер.
Сузер раскусил план Хэрриса. По плану он хотел заманить Луэйна в этот
переулок, а потом заскочить через заднюю дверь в ресторан Шульца. В двери
было сделано отверстие, как раз достаточное для того, чтобы просунуть в
него дуло. Сама дверь была обшита стальными листами. Хэррис считал, что
под прикрытием стальной брони он легко подстрелит незащищенного Луэйна в
переулке. Эту идею ему, наверно, продал какой-нибудь придурковатый
дисквалифицированный Наводчик. Лучше уж заплатить деньги, но иметь
наилучшего.
Когда Луэйн заворачивал в переулок, Хэррис как раз побежал к двери.
Он подергал за ручку, но дверь была заперта. Безусловно, Сузер про все
подумал. Когда Хэррис нажал кнопку звонка, автоматично включился мощный
прожектор, также установленный Сузером. Яркий свет ослепил Хэрриса, и тут
до него дошло, что он в ловушке. Он вслепую пытался привести оружие в
боевую готовность, когда Луэйн остановился, крепко сжимая пистолет обеими
руками, и начал стрелять.
Хэррис выстрели один раз, не целясь. А потом оступился и упал назад
на мусорный бак.
Луэйн - пребывая в состоянии крайнего возбуждения - выстрелил еще
несколько раз, и только потом понял, что берет слишком высоко. Он сделал
поправку, не прекращая стрельбы, и внезапно почувствовал, что делает это
вхолостую: патронов совсем не осталось. Черт побери, он использовал всю
обойму.
Луэйн стал рыться в кармане, ища патроны и обливаясь холодным потом.
Как это его угораздило расстрелять все патроны сразу. Теперь Хэррис
запросто мог его убить. Все, что ему оставалось сделать, так это выставить
дуло из-за мусорного бака и выстрелить.
Однако Хэррис не шевелился. Когда Луэйн нашел обойму и зарядил
пистолет, стало ясно, что Хэррис мертв и что Луэйн расколотил много окон
по обе стороны переулка.
Итак, он снова выиграл. Закрыв глаза, Охотник стоял совершенно
неподвижно, пока напряжение и энергия вытекали из его тела. Когда он
открыл их снова, в переулке уже кто-то был. Луэйн н
...Поділитися у соцмережах
