Жанр: Электронное издание
rogow
...мные очки. - Мы должны выйти тайно и не привлекая никакого внимания.
За неделю, прошедшую со времени аудиенции у Капустника, Торкин собрал
целый отряд отважных гномов использовав для их убеждения красноречие, прямые
угрозы, шантаж и подкуп. Четырнадцать "купившихся" дебилов распихивали свои
зубные и сапожные щетки по сумкам притороченным к седлам мотоциклов. (По
хитрому плану Торкина вся разведывательная операция должна была выглядеть
как невинная прогулка банды гномов-байкеров до Моргии и обратно...)
С жалобными стонами Полка поплелся во двор, мимо пары суетящихся
переростков, которые снимали со стен гостеприимной гостиницы "Ножки
Андариллы" кумачовый плакат с гигантской надписью - "ПРОВОДЫ БЕССТРАШНЫХ
РАЗВЕДЧИКОВ. СКИДКА НА ПИВО - 20%!!!" Вчера в гостинице пировало никак не
меньше пятой части населения Анукактамваса, так что взхоббит сомневался, что
поход в Моргию удасться надолго сохранить в тайне.
Полка пристроился возле небольшого фонтанчика из белого мрамора, где
уже мочилась странная парочка. Одного из них - сморщенного и полуслепого
хранителя местной библиотеке по имени Архивариус и фамилии - Вонькис,
взхоббит знал, поскольку часто брал у него книги. (Анукактамвас традиционно
славился скверным качеством туалетной бумаги и страдающему от геммороя
Брендипьянку пришлось искать заменитель...) Второй человек был взхоббиту
незнаком.
Это был высокий мужчина, закутанный с ног до головы в черную простыню,
которая очевидно, притоворялась, будто она - импозантная плащ-накидка. Или
плащ-палатка. До самых зубов мужчина натянул широкополую черную шляпу с
бубенцами, так что из под шляпы виднелась только русая свалявшаяся борода,
да кривые зубы, торчащие в разные стороны.
- Все это верно, мой господин, все это правильно,... -раболепным тоном
дребезжал Вонькис, тряся яйцами. - Но как же законы? Как же порядок,
правосудие и справедливость?
- Ха! (....) в задницу! - зычным голосом провозгласил рыжебородый. -
Что за херню ты несешь? Кто смеет ограничивать в чем-то свободного человека?
Если ты на хрен, свободный человек, то иди и убивай, насилуй и грабь и
никакие (.. ..) законы тебе не преграда!
- Но разве можно действовать столь эгоисточно? Ведь эльфы и гномы и
прочие жители Среди-земелья имеют на это свою, отличную от вашей, точку
зрения. Так эльфийская Доктрина-о-Чистоте-Зубов подразумевает интеграцию в
единое целое ирреального восприятия мира и сугубо материалистический подход
к принципам...
- Принципы-жринципы! В гробу я видал всех этих траханных эльфов! -
заорал высокий, брызгая слюной. - Уперлись на свой благославенный Запад к
поганой Зубной Фее и бесплатным вегитарианским обедам и думают что все им
сошло с рук? Нет! Клянусь Великой Лестницей, свободные народы Средне-земелья
еще скинут гнусное ярмо дантистов и страховых агентов! Мы прорвемся на этот
вонючий Запад и пожрем всех гребанных Великих Светлых Йогуртов! Изнасилуем
всех эльфийских мужчин, женщин убьем, а детей уведем в рабство! Мы покорим
Заморье и отомстим за утопленников Нумизматора!...
Брендипьянк похолодел. Он узнал голос высокого мужчины. Голос
величавого пастуха и погонщика овец... Взхоббит кинулся в ближайшую
закусочную и отыскал там полицая, который лениво жевал покрытый шоколадной
глазурью пончик.
- Сэр! Я видел опасного террориста! Это сектант Великой Лестницы! Он
призывает насиловать, грабить и убивать! Скорее схватите его! Он там - возле
"Ножек Андариллы", стоит и мочится в фонтан! - завопил взхоббит.
- Непорядок! - сказал полицай, с трудом поднимая свою жирную тушу со
стула. - Мне нет дела до его убеждений, но фонтаны созданы не для того,
чтобы в них ссали всякие грязные ублюдки! Мог бы отойти на газон, травку
полить...
Полицай сделал два шага в сторону выхода и грохнулся на пол, весь
красный от физического перенапряжения.
- Вызовите "скорую"! - крикнул кто-то.
Полка выскочил из забегаловки и наткнулся на сердитого Торкина.
- Ты где шляешься? - рявкнул гном. - Бензин уж в бензобаке и нам пора
отперавляться в далекий путь из которого нам скорее всего никогда не
вернуться...
По щеке гнома скатилась скупая гномья слеза и он попытался вытереть ее
рукой, но из-за того, что на нем был надет противогаз ничего не добился.
- Торкин, там этот... который тогда с горбуном!
Выслушав бессвязные объяснения взхоббита Торкин решительно выхватил
из-за пояса свои кривые ножи и отправился звать на помощь.
Когда банда вооруженных до зубов гномов (взхоббит прикрывал тыл)
примчалась к фонтану, Полка закричал:
- Вон тот! С русой бородой!
- Тот что в дурацкой шляпе? - уточнил Торкин.
- Да, это он!
- В простыне?
- Да-да!
- Ты уверен?
- Конечно!
Гномы терзались сомнениями, которые были вызванны тем, что спереди у
незнакомца явственно выпирало нечто громадное, что могло быть как громадным
членом так и портативным ручным гранотометом системы "Мушкина Какашка".
Русобородый обернулся и, увидев банду, прыгнул в фонтан.
- Хватай его! Лови! - заорали гномы, кинувшись к фонтану.
Все столпились вокруг фонтанчика и принялись, возбужденно крича,
поливать воду градом пуль из всевозможного оружия. В конце-концов Крохотуля
включила огнемет и вскипятила воду, но добилась только того, что сварила две
дюжины несчастных золотых рыбок, обитающих в фонтане.
- Ушел через сливное отверстие, - с сожалением вздохнул Торкин. - Вот
же гад...
- Давайте, хоть ухи поедим на дорожку, - предложила Крохотуля, кидая в
фонтан пачку соли, ветку лавровых листьев и множество всяких овощей.
Взхоббит с готовностью достал свою самую большую ложку.
Глава 11. Вновь в Перегарье.
Жутко бранясь и постоянно ссорясь угрюмая компания гномов вместе с
длинноногим рейнджером Радованом Карагозисом и юным взхоббитом Полкой
Брендипьянком добралась до Перегарья всего за семь дней, причем большую
часть времени они провели в небольшом хуторе, где им удалось запугать
несчастную слепую старушку и украсть у нее трех коров, десять свиней и
годовой запас самогона (около двухсот литров мутного первача).
Гостепримное Перегарье встретило ораву гномов-байкеров закрытыми
дверями и окнами. Местный шериф забаррикадировался в Главном Тюремном
Управлении Перегарья, а мэр и прочие должностные лица временно переселились
в тюремные камеры, посчитав, что будут там в большей безопасности. Военный
гарнизон состоящий из кавалеристов-онанистов, называющих себя хазаками,
спешно отбыл на плановые учения в неизвестном направлении.
Компания без проблем поселилась в "Угаревшем Пони", вышвырнув оттуда
прочих постояльцев. Когда оробевший хозяин заикнулся насчет платы, Торкин
выставил вперед старого рейнджера.
Долговязый прохвост, страдающий с похмелья, угрожающе нахмурился вперив
в побледневшее лицо трактирщика взгляд своих красных, как у кролика глаз.
- Ты чо это? Не уважаешь посланцев самого Капустника?! Мы идем с
разведовательной миссией по Пустынным Землям Безумных Фермеров прямиком к
Моргии!
- Мне надо делать закупки припасов... расходы...
Торкин отстранил в сторону Радована и с презрением поглядел сверху вниз
(для чего ему пришлось забраться на стол) на лепечущего трактирщика.
- Пошлешь расходный счет в Канцелярию Капустника, прямо в Анукактамвас,
- сказал Торкин. - И - точка!
Больше хозяин с расспросами не приставал и все по-немногу расслабились.
- Не жизня, прямо, а - медовая настойка! - заявила как-то Крохотуля.
- Верно-верно! - поддакнул Полка. - Вот если бы еще не надо было идти в
эту Моргию... Ой!
Все неодобрительно посмотрели на взхоббита, а гном по имени Кулмарт
даже дал ему под столом пинка.
- Не упоминай этого названия! - страшным голосом сказал Торкин.
- Вы боитесь что навлечете на себя беду, если будете говорить о... ну
об этом месте? - спросил Брендипьянк.
- Нет. Просто нам хочется поскорее расслабиться, надраться и забыть обо
всем...
Кладовые "Угаревшего Пони" пустели не по дням, а по часам. Слуги не
успевали подносить выпивку и закуску, ибо все исчезало в разинутых ртах
постояльцев с невообразимой быстротой. На второй день Полка Брендипьянк
проколол себе шестую новую дырку на ремне и стал подумывать о том, где бы
украсть новую одежду, пока старая еще не лопнула по швам. Гномы, безвылазно
пьянствующие в обеденном зале, то и дело затягивали "За Синей Бутылкой мы в
горы пойдем..." - легендарную песню гномов о поисках волшебной Бездонной
Бутылки. Назюзюкавшийся ренджер пел "Сидел король вечерком одиноко..." о
том, как президент Эль Лессар склеил в баре принцессу Арвань Эллефигскую,
думая что она простая шлюха и о ночи, последовавшей за этим...
В конце-концов Полка, уставший от постоянной боли в паху, отправился
искать себе новый прикид и набрел на одинокий магазинчик дверь которого, в
отличии от других, не была подключена к электроловушке, обеспечивающей
непрошенному гостю удар током в 1000 Вольт.
Ловко вскрыв простенький ригельный замок Полка проник в магазин и
прошелся вдоль длинных стеллажей заваленых всякими товарами. Порывшись в
одном из баков, где лежала всякая одежда ("Любая вещь - 1 монета, или
забирайте это барахло бесплатно") взхоббит выбрал себе новые черные джинсы,
пояс, кожаную куртку с заклепками, тяжелые армейские ботинки и синюю
бейсбольную кепку.
- Хорошо отоварился, - раздался вдруг чей-то каркающий голос.
Взхоббит вскрикнул и обернулся.
Перед ним стоял тощий, как скелет, старик. Единственный глаз его тускло
поблескивал в тусклом свете угасающей люминисцентной лампы. На руках,
покрытых пергаментной кожей, которая шелушилась и с легким шелестом падала
на пол, виднелись многочисленные следы от уколов. За левым ухом старика была
самокрутка, а на правом плече сидело чучело филина.
- Я ффф... бздрык..., - сумел выдавить из себя взхоббит, пятясь к
двери. В левой руке он сжимал отобранную одежду, а правой лихорадочно рылся
в трусах, пытаясь найти пугач. .. Но джинсы и трусы стали ему очень тесны в
последнее время и попытки взхоббита не увенчались успехом.
- Садись! - с внезапной властностью в голосе приказал старик.
Испуганный Полка плюхнулся на пол, зажимая руками уши. Властный голос
шел, казалось со всех сторон...
- Хорошо, - пробормотал одноглазый и сам уселся в плетеное кресло.
Раскурив свою самокрутку с марихуанной, он затянулся, и прищурившись
поглядел на взхоббита.
- Так-так... волосатолапый... Грабишь значица, мой магазин?
- Я просто так зашел... Я...
- А ну цыть! - вновь рявкнул старик.
Череп взхоббита завибрировал. Акустические колонки, спрятанные в углах
комнаты, протрещели что-то надрывное и скончались. ..
- Дерьмо, - прокашлял одноглазый и пощелкал желтым пальцем по
микрофону, прикрепленному к вороту рубахи. - Разве ж у нас в Анукактамвасе
умеют что-то делать? Да и Барак-Дуракские штучки тоже - не высший класс... Я
ваще как считаю? Раз нету клейма Великих Светлых Йогуртов, то это не продукт
- а так... подстилка для клопов Темного номер 3. Согласен со мной,
мохнатоногое отродье?
- Я? Да-да, конечно, сэр.
- Признаться я вас не очень-то жалую, волосатиков. Дружок мой по
колледжу Гэндалев, он в вас души не чаял, правдась. .. и всего остального
тоже разумеется...
- Гэндалев? Ваш дружок по колледжу? Так вы стало быть -древний ай-мур!
Вы - знаменитый волшебник Пеленгас-без-Головы!
- Гхмм... Ваще - да, - согласился Пеленгас. - Голову, я правда, уже
новую отрастил, так что можешь называть меня Пеленгас-Одноглаз... Хе-хе...
- Мне снился Гэндалев! - завопил взхоббит. - Средне-земелью угрожает
опасность!...
- Давай-ка ширнемся, дружок, а потом ты мне обо всем расскажешь, -
дружелюбно ухмыльнулся старик.
Чучело филина на его плече прокуковало полночь и умолкло. Взхоббит
начал рассказ.
Новый день принес с собой холодный ветер и противную морось. Или может
быть ветер принес с собой новый день, а морось была неким актом вселенского
отвращения по поводу бессмысленной смены времени суток.
Полка Брендипьянк задеревеневшими от холода руками сжимал руль
мотоцикла. Все что требовалось от взхоббита - это смотреть вперед и
притормаживать, когда на дороге попадались ямы - воронки от взрывов бомб,
которые никто так и не удосужился заделать со времен Третьей
Средне-земельской...
Шел уже четвертый день с того момента, когда путники миновали
бледняво-полосатый столб с надписью "Ара-Норская граница". И девятый день
выхода из Перегарья.
Позади остались Пустынные Земли Безумных Фремеров, где жили странные
изможденные существа, называющие себя "Детьми Йогурта". Существа эти вели
свое происхождение по-всей видимости от людей и большеносых сусликов. Они
лениво копались на огородах палками-копалками, сажая петрушку и морковь,
которую тут же поедали мелкие грызуны населявшие округу.
Пару раз Торкин пытался поговорить с фермерами, но они стреляли в него
из дробовиков и плевались ядовитым жевательным табаком, так что сын Дарта
решил не связываться с безмозглыми идиотами.
Один раз, в низине, которая называлась Большой Пук путников поджидала
подлая засада. Толпа фермеров, возглавляемая обкурившимися людьми в зеленых
одеждах, пыталась выкорчевать гномов из седел мотоциклов с помощью граблей,
мотыг и каких-то странных садовых орудий, названия которых Полка не знал.
Жутко перепугавшиеся гномы открыли беспорядочный огонь из подручного оружия
и трусливые фермеры разбежались. Люди в зеленом, подбадривая друг друга
возгласами на странном языке атаковали гномов с тыла. На их беду тыл гномов
прикрывала Крохотуля, которой в меру возможностей помогал взхоббит.
Взхоббит пальнул пару раз из пугача, но разумеется, промазал и лишь
ранил одного из нападавших, отстрелив ему палец на ноге. Но тут в руке
Крохотули что-то сверкнуло, подобно вспышке огня и люди в зеленом отпрянули.
Приглядевшись взхоббит увидел, что гномша подожгла своей фирменной
зажигалкой "Заппор" связку динамита и швырнула ее в толпу зеленых.
Громыхнул взрыв, застрекотал пулемет Торкина и нападавшие бросились
наутек.
- Это всего лишь безумные "Гринписовцы", - заметил гном Хрю-хрюндли,
осматривая трупы оставшиеся на поле боя.
- Ты не прав, брат трахнир, - мрачно покачал головой Торкин. - Смотри!
И гном показал всем татуировку на заднице у одного из нападавших.
- Это приспешники секты "Великой Лестницы"...
Полка тихонько вздохнул.
В целом бой прошел без потерь, только юный гном Смугляк, впервые
покинувшие родные чертоги Лунных Гор, отстрелил себе левое ухо.
Итак, лиги и лиги пути оставались позади. Пищи и выпивки оставалось все
меньше. Некоторые гномы стали бормотать, что пора бы уже и назад повернуть,
но запасов осталось так мало, что оставалось лищь надеяться пополнить их в
Моргии.
Каждый вечер, ложась спать, Полка ожидал, что во сне ему вновь явиться
Гэндалев, но во сне взхоббиту снилась какая-то серая клубящаяся муть, от
которой взхоббита бросало в дрожь. Однажды, проснувшись, посреди ночи Полка
увидел Торкина, который сидел на корточках у его постели и обхватив голову
руками бормотал что-то на гномьем языке.
- Вдрызг пьян, - констатировала Крохотуля. - Вишь ты как его качает.
Торкина и в самом деле шатало из стороны в сторону. Блуждающий взгляд
гнома на мгновение остановился на взхоббите. Торкин прыгнул вперед, ухватил
Поку за ворот рубахи и прошептал страшные слова, дыша в лицо винным
перегаром.
- Кто-то рас-скач' ик! раскачивает... Средне-земелье, Полка. ..
Какое-то страшное зло... Раскач-чивает... Чуст'вешь как земля колыбается, а?
Ролл-генштандарт.
Сказав это гном, рухнул на землю и тут же захрапел.
- Ролл-генштандарт? Что он имел в виду? - изумленно захлопал глазами
Полка.
- Ролл-ггенштандарт? О, это древняя гномская легенда! -сказала
Крохотуля, усаживаясь рядом и начиная тренироваться в сборке-разборке своей
снайперской винтовки. - Когда-то давным-давно... ну, короче, так давно, что
еще не было даже приличных видеомагнитофонов, великий гном по имени Задарма
Первый построил большущую землеройную машину, которую назвал
Ролл-генштандарт. Машина была - та еще хреновина, ну там втулки всякие,
шестеренки, колбочки, переходники и эти самые... ну неважно. Запустив свою
машину Задарма Первый стал копать аккурат под Середковыми горами и выкопал
себе громадную пещеру, которую назвал Моргией. Копал он значит копал, и
докопался до Ужаса Глубин, Могучего Лиза Задарма... Ну, никто короче, не
знает толком, чего это было такое, но оно сожрало Задарма Первого в один
момент и поползло дальше. Так вот и ползает теперь где-то в глубинах земли,
а Ролл-генштандарт пылиться в каком-то заброшенном туннеле...
- Ух ты! - выдохнул восхищенный Полка. - И где это ты научилась так
здорово врать?
- У меня - талант с рождения, - ответила Крохотуля.
Парой дней спустя (или что-то вроде того) путники вошли в Преддверье.
Так называлась узкая долина, окруженная с трех сторон горами. Гор не было
только на западе. На западе была мощенная желтым кирпичом дорога на которой
зоркий глаз взхоббита то и дело находил собачьи какашки.
- Вон там, - показал взхоббиту Торкин. - Стояла когда-то сторожевая
вышка Хлитор, что на гномьем языке означает "та, которая зрит у
Преддверья"...
- Выразительный язык, - кивнул Полка. - А это что такое?
- Белые дубы. Эти священные деревья были высажены по обочине дороги и
волшебной силой своей охраняли врата Моргии. Сейчас, как видишь они
сморщились и высохли...
- Почему?
- Почему? Эгхм... Пологаю, лучше спросить об этом у Гумбли-Хумбли или у
Пимпли. Они родом из Моргии, так кому знать об этом лучше, чем им самим?
Взхоббит поддал газу и пристроился рядом с Пимпли.
За время путешествия Полка хорошо узнал всех своих спутников (некоторых
даже несколько больше чем хотелось) и испытывал к веселому Пимпли симпатию.
- Пимпли, а почему белые дубы вдоль дороги высохли? - спросил взхоббит.
Пимпли раскатисто хохотнул, пару раз сплюнул в сторону Хрю-хрюндли,
который отреагировал недовольным ворчанием. и, потрепав свою рыжую бороду,
ответил такими словами:
- Нас постигло большое насчастье, о юный взхоббит. Все наши садовники
погибли, нажравшись быстрорастворимого сока "Ябли", а времени на обучение
новых садовников у нас не было. С востока пришла дубогрызная древоедка и
погрызла все священные дубы. Нынче безмолвными стражами стоят они у дороги и
только ветер, гуляющий меж их узловатых стволов, поет печальную песню о ста
восьми гномах-садовниках и запоре кишечника...
Полка прислушался, но никакой песни не услыхал и решил, что последняя
фраза была всего лишь поэтическим оборотом.
- Врата! - воскликнул Хрю-хрюндли с тем выражением с которым когда-то
безымянный матрос из команды Христофора Колумба воскликнул "Земля!"
- Вот они! Доехали! Ура! - дружно завопили гномы. Даже старый Радован
Карагозис, который в предыдущей главе не произнес ни одного слова,
пробормотал нечто одобрительное.
Мотоциклы были брошены и позабыты, а гномы помчались прямиком к серой
скучной, абсолютно плоской скале. Подойдя ближе Полка увидел, что вся скала
исцарапана какими-то тонкими линиями.
- Это знаменитый магический рисунок, который видели Гэндалев и Фродко
Одноухий? - полюбопытствовал взхоббит, оглядывая внезапно притивших гномов.
- Нет! - резко ответил Торкин и судорожным движением выхватил
"Гэндалеву зажигалку". - Это нечто странное, чуждое и непонятное,
оставленное когтями невиданного существа.
Рейнджер ахнул.
- Как же так?
- Вот так, - ответил Торкин. - Эй, Пимпли, как сюда войти?
- Потяни за тот шнурок, справа, - посоветовал Пипмли.
- Сам тяни, - огрызнулся подозрительный Торкин.
- Это всего лишь колокол, - покачал головой Пимпли. - Он оповестит
жителей Моргии о нашем прибытии и они придут сюда и откроют ворота.
- Вот ты и тяни.
- Трус! - воскликнул Гумбли-Хумбли.
Он подошел к Вратам и дернул за шнурок. Шнурок оборвался.
- Я не верю своим глазам! - воскликнул Гумбли-Хумбли. -Этого не может
быть!
- Боюсь что в Моргии что-то неладно, друзья! - воскликнул рейнджер. -
Не повернуть ли нам назад?
- Оно выползло из Врат, - внезапно заговорил взхоббит. - Прямо вот
отсюда. Не знаю что эта Тварь делала в Моргии, но не думаю, что какие-то
приятные вещи. Я чувствую злобу и темную ненависть... Оно оставило эти
царапины на Вратах - свой автограф и предупреждение нам, тем, кто захочет
попасть в Моргию...
- Ни хрена себе! - ошарашено вздохнул Торкин. - Ты здоров, брат
взхоббит?
- Да. Это просто так... Драматический монолог, - смущенно захихикал
Полка. - Видели бы вы свои глупые рожи...
- Попал пальцем в небо, волосатолапый, - покачала головой Крохотуля. -
Я изучила следы. Все было точно так как ты говоришь.
- Она права, - кивнул рейнджер. - Я лучший следопыт отсюда и до самого
Гон-Дыра и если вым нужно мое экспертное заключение, то...
- Заткнись! - крикнул Торкин. - Нам, гномам, надо посовещаться.
Полка потихоньку отошел в сторону, чтобы отлить.
Потом он выглянул из-за скорченного дуба и увидел что гномы о чем-то
яростно спорят.
- Ну и ладно. Лучше потренируюсь, - решил взхоббит.
Он достал свой любимый пугач и принялся стрелять в пташек-красноперок,
которые облюбовали ближайшие кусты.
- Какого хрена! - завопили кусты.
Полка попятился.
Из кустов, холодно усмехаясь вышел уродливый горбун. Волосатые пальцы
его были сомкнуты вокруг рукояти мономолекулярной удавки.
- Сандальо! - ахнул Полка.
- Хорошая память, мохнатолапый. Зачем?...
БДЫМСЬ!
- Зачем снова в меня стрелять? - укоризненно проскрипел горбун,
поднимаясь с земли и отряхивая свои дымящиеся лохмотья. - На мне все равно
кевларовые одежды, которые не пробить из твоего пугача.
- Я стреляю, потому что мне доставляет удовольствие смотреть, как ты
всякий раз плюхаешься на землю, гнусный горбун! - едко ответил дерзкий
взхоббит.
- О! Какой едкий ответ дал тебе сей дерзкий взхоббит, о верный
Сандальо! - сказал русобородый человек, выходя из кустов.
Он застегивал пуговицы на панталонах.
- Ты?!!!
- Я, - согласился русобородый обнажая желтые подпиленные зубы в широкой
дружелюбной улыбке. - Меня зовут Омар. Омар из Кастрюли, к твоим услугам, о
половичок.
- Я - Полка Брендипьянк, - автоматическки представился взхоббит. - А
почему ты называешь меня половичком?
- Я много жил на востоке. Там из таких как ты делают отличные меховые
половички, - пояснил Омар. - Но тебе не стоит меня бояться. Я не бандит.
- Правда?
- Нет. Но тем не менее. Я не такой уж плохой бандит.
- В самом деле?
- Э-э-э... ладно-ладно. Я плохой бандит, - с некоторым раздражением
признал Омар. - Ну и что с того? Я живу так как хочу, вот и все.
- Да мне по фигу, - пожал плечами Полка. - А вы случайно не знаете
ничего про секту Великой Лестницы?
- Еще бы! Я - ее основатель!
- Вы?
- Я.
- Взаправду?
- Без балды.
- Что тут происходит? - внезапно рявнул Торкин. - Кто тут основатель
Великой Лестницы.
- Вот тот - русобородый.
- Привет тебе, о пропахавший пашню дочери Злопыхателя в майский день
под городскими часами Анукактамваса, - приветствовал гнома Омар.
- Эге! Я знал тебя под именем Развязанный Шнурок, верно? - припомнил
Торкин.
- Верно. Но с тех пор как моя бабушка умерла, я ношу сапоги на
"липучках". Завязывать шнурки - слишком хлопотно, -сказал Омар.
- Так значит ты - основатель Великой Лестницы?
- Вновь верно.
- О великий воитель! - завопил Торкин бухаясь на колени. - Прими меня в
воинство свое!
Ретивый гном выпучил глаза и принялся с энтузиазмом колотится башкой об
землю. А точнее - стальным шлемом - о сапоги Омара.
Русобородый воитель из Кастрюли взвыл от боли.
- Нам не по пути, гном!
- Почему?
- А вот потому! - рявкнул Сандальо.
- Потому вот, - кивнул Омар. - Мы стоим по разные стороны парижских
баррикад. Так уж решила судьба.
- Чего-чего?
- Но я не хочу, чтобы вы затаили на меня зло. Эй, Санадльо! Подай-ка
мне наш гуннитский мусор... э-э-э... я хотел сказать - гуннитский трофей!
- Но это я его нашел в той мусорной свалке! - заныл горбун.
- Давай, тебе говорю! - сверкнул глазами Омар.
Горбун нехотя протянул взхоббиту перочинный ножик с лезвием, обмотанным
изолентой.
- Очень хороший эльфийский кинжал, - соврал Омар. - Только им можно
заколоть могущественного темного воителя, собирающего кольца Девяти
Аудиторов...
Омар с намеком дотронулся до своего золотого ошейника на котором висело
несколько колец.
Полка с сомнением провел пальцем по лезвию. Нож был туп, как
полированная деревяшка.
- А это тебе, о Торкин сын Дурата, - фальшиво мурлыкал Омар. - Могучий
посох из черного дерева, которое славиться своей прочностью. На вид -
хрупок, но никогда не сломается в бою... Можешь смело доверить ему свою
жизнь.
Торкин попытался согнуть невзрачный шест и тот с сухим треском
переломился пополам.
- А теперь, - продолжал Омар, делая вид, что ничего не заметил. - Нам
пора. Мне еще надо поднять на смертный бой восточные армии и покорить Ара
Нор. Да, кстати, места здесь вполне безопасные, так что можете смело
заночевать прямо у самых Врат. Пока.
Дружно пукнув на прощанье, Омар и его верный Сандальо скрылись в
зарослях.
Гном и взхоббит переглянулись и бегом бросились к Вратам.
- Скорее! - завопил Торкин. - Надо уматывать отсю
...Поділитися у соцмережах
