Жанр: Электронное издание
return03
...л "комнату" ангела и захотел попасть в
самое удивительное место на Земле. Спустившись на поверхность я
не увидел ни одной зеленой травинки и подумал, что попал на
Марс. Но изумительное голубое небо подсказало, что это все-таки
Земля. Вокруг были необычные горы с огромными сквозными отверстиями.
Как будто эти огромные арки были пробиты человеком, но
рассмотрев гладкие края я понял, что их промыла вода. Направления
отверстий не были хаотичными. По ним можно было проследить
за потоками когда-то текущей воды. В одном месте отверстия образовали
двойную арку. В другом арка была очень длинной, продолговатой,
растянувшейся почти на сто метров.
Решив, что пора осуществить давнюю мечту - посмотреть небо
в хороший телескоп, я прилетел в Маунт-Паломар и наконец-то вдоволь
насмотрелся в огромный телескоп, разместившись прямо в окуляре
на целых два месяца.
Куда теперь двигаться? В каждой стране можно задержаться
надолго. На это уйдет много времени. Лучше вначале посмотреть
все самое интересное по всему миру, наметить очередность посещения
стран, а затем уже приступить к их углубленному изучению,
начав с самых интересных. Какой город мира самый красивый? Наверное,
Париж. Туда и направлюсь. Я отыскал рейс на Париж и влез
в самолет, разместившись прямо на оконном стекле. Под самолетом
вскоре землю сменила вода Атлантического океана.
Вдруг раздался пронзительный визг, по салону стали летать
дамские сумочки, авторучки, пластиковые стаканчики. У самой воды
пилот выровнял самолет, но не смог избежать контакта с водой. За
окном воздух сменила пена, затем вода, в которой плавали рыбки,
как в аквариуме. Но "аквариум" был снаружи, а самолет сам оказался
"рыбкой". Самолет погружался все глубже и глубже. Вдруг
раздался треск и вода хлынула внутрь. Через пробоину я выбрался
наружу. Жаль, что я ничего не могу сделать. Конечно, радиобуй
пошлет сигнал бедствия на спутник, который определит координаты
места аварии. Но спасать здесь уже некого. Помощь всегда приходит
слишком поздно.
Под землей я уже был, а под водой оказался впервые. Надо
обследовать место, куда я попал. Прежде всего надо опуститься до
дна. Вода становилась темнее и мутнее, а дна все еще не было.
Наконец я увидел небольшой пирамидальный камень на дне.
Откуда здесь эта пирамида? За ответом пришлось опускаться
под землю. Оказалось, что это большая прямоугольная каменная
плита. На дне торчал только ее угол. Она опиралась на другую
плиту. Под землей оказалось нагромождение из многих таких плит.
На некоторых плитах были какие-то узоры, линии. Вдруг я увидел
рисунок города, обнесенного мощной стеной, расположенного у подножия
высокой скалы, вершина которой скрывалась в облаках. Да
это же Атлантида! Я нашел ее! А эти плиты - обломки той самой
стены.
Что же я должен сделать? Найти тексты, прочитать их, найти
останки летательных аппаратов, разобраться в их конструкции...
Нет, не то, разбираться в конструкции не нужно, но надо все исследовать,
систематизировать... Отодвинуть начало истории.
Начальству всегда хорошо. В том числе и небесному. Сидят
себе и разрабатывают планы. А каково исполнителям? Ведь приходится
корпеть под водой и землей, добывая бесценную информацию.
Но мне обещали помощь, когда мои возможности будут исчерпаны.
Дайте мне координаты! Тут же в углу изображения зажглись красные
цифры широты и долготы с точностью до секунды. "Обо мне не
забыли, вот и помощь пришла" - обрадовался я.
Я ползал по каменным плитам, на многих из них действительно
были непонятные тексты на давно исчезнувших языках. Все равно я
их не прочитаю, надо смотреть рисунки. На одном из них была
изображена некая штуковина, висящая или летящая над землей. "А
вот и летательный аппарат" - подумал я.
Какими же волнами добираться сюда? СВЧ не пройдет из-за
сильного затухания. Можно использовать ультразвук. Надо расставить
много датчиков, разработать алгоритмы обработки информации.
Что-то похожее есть в медицинской томографии. Придется создавать
подводный томограф для исследования сотен метров с миллиметровой
точностью. Для быстрой обработки огромного объема информации без
оптического компьютера явно не обойтись. Но ведь и он еще не
сделан.
А может быть совсем не создавать технику? Может быть проще
научиться выходить из тела, забираться сюда, запоминать информацию,
возвращаться в тело и фиксировать ее на бумаге? Но тогда
никто не поверит. Да и первая часть миссии не будет выполнена.
Значит, технику создавать все-таки придется.
Как все это тяжело. Но что я здесь делаю? Разве я уже приступил
к выполнению миссии, да еще со второй части? Я же от нее
отказался. Нужно выбираться отсюда. Красные цифры координат погасли.
Я даже не успел их запомнить. Вот и помощи нет. "Мы не
помогаем тем, кто отказался от миссии" - вспомнил я слова ангела.
Я выбрался из-под земли, из-под ила, долго всплывал из-под
воды в окружении рыб. Наконец, я выбрался из нее и завис в воздухе.
Придется лететь в Париж своим ходом. Солнце клонилось к
закату. А мне надо на восток, в другую сторону. Я устремился туда.
Быстро стемнело. Как же определять дорогу? Дайте снова координаты!
Но они не появились. Пришлось ориентироваться по звездам.
На рассвете я увидел Эйфелеву башню.
Ни с чем не сравнимы красота и изящество Парижа. Старинные
здания с тринадцатого века не только сохранены, но и поддерживаются
в прекрасном состоянии. Стоят памятники всем выдающимся деятелям
- даже тем, которые были казнены. Взрывать памятники у
них не принято. Народ бережно хранит свою историю. Нам бы в России
этому научиться. Каждый век оставлял заметный след в архитектуре
Парижа и гармонично вписывался в нее. Лишь детище XX века
- стеклянная пирамида - на мой взгляд не гармонирует с Лувром.
Дальнейшие странствия пронеслись в быстром темпе.
Индия. Старый йог учит молодого: "Хочешь увидеть Шиву -
знай: он танцует в тишине". И они напряженно всмотрелись вдаль.
Как ни старался, увидеть Шиву я так и не смог.
Бирма. Здесь есть пословица: никто не может похитить у человека
золотой сосуд его знаний. В Бирме очень сильны астрологические
традиции. Каждому человеку при рождении составляют гороскоп
на всю жизнь. Его записывают на прямоугольных пальмовых
пластинках, которые в жарком и влажном климате надежнее бумаги.
Гороскоп представляет собой большую плетеную корзину, доверху
наполненную пальмовыми пластинками. Мне захотелось проверить
точность прогнозов, однако не удалось прочитать ни одного гороскопа,
так как они записаны непонятными знаками.
Сиам. Длинная позолоченная статуя лежащего Будды. На его
лице мудрость, блаженство и спокойствие. Вот к чему надо стремиться.
Тибет. Нужно остановиться и подумать. Я сижу на вершине горы.
Внизу плывут облака, еще ниже копошатся люди. На одну из самых
больших скал с разных сторон поднимаются несколько групп
альпинистов.
Духовное развитие человека подобно восхождению на гору.
Разные пути ведут к вершине. Одни участки труднее, другие легче.
Есть и совсем непреодолимые, с отвесными стенами или даже "с отрицательным
наклоном". Есть и такие пути, которые только по видимости
ведут к вершине, а на самом деле оканчиваются пропастью.
Если спросить совета, как взойти на гору, каждая группа предложит
именно свой, хорошо знакомый путь, и предостережет об опасности
выбора иных путей. По мере приближения к вершине расстояния
уменьшаются, различия путей стираются и становятся несущественными.
На первое место выходит общность: мы у вершины. И это
главное.
В духовном развитии человек не достигает вершины: он бесконечно
далек от Бога. Но по мере восхождения дух, сотворенный по
образу и подобию Бога, становится более подобен Богу и менее -
неразвитому человеку. Именно поэтому духовно продвинутые люди
похожи, хотя каждый из них шел своим путем.
Иная картина у подножия "горы" духовного развития. Здесь
царят различия. "Мы не такие, как они. Мы самые лучшие." (Без
доказательства.) "А они плохие." (Также само собой разумеется.)
"Все наши проблемы от них." (Очевидно, не себя же винить.) "Поэтому
мы должны их уничтожить". (Не получится. Сил не хватит.)
"Ну хотя бы подавить и ограничить". (Тоже не выйдет.) "Ничего,
вот придет наше время, тогда мы им всем покажем!" - Вот такое
"мышление" господствует здесь. Никто не вспоминает про общее подобие
Богу. "Мы все люди. Каждый сотворен по образу и подобию
Богу. Нужно понять это. Мы живем не случайно. Каждый отвечает за
свою жизнь". - Такие мысли неведомы здесь. Отсюда идет наверх
множество путей. Можно идти одному, подобно альпинисту-одиночке.
Но это очень опасно. На путях есть опытные проводники. Но каждый
из них признает лишь свой путь спасительным, а все остальные -
гибельными. Есть и неопытные проводники, внешне похожие на опытных,
но плохо знающие маршрут. Они и сами упадут в пропасть и
увлекут за собой своих несчастных спутников...
В скальных пещерах вдали от праздно любопытных глаз живут
подвижники духовного совершенства. Тело человека не может выдержать
здешних суровых условий: снегов, морозов и нехватки кислорода.
А они живут десятилетиями в летней одежде. Значит, им помогает
Бог. А меня Бог не слышит. Точнее не хочет слышать, ведь
я отказался от миссии, а она - часть его плана. Интересно, кто и
как будет теперь ее выполнять? Что будут делать те, кто был должен
мне помогать? Сумеют ли им скорректировать задания и как они
об этом узнают?
Неожиданно мне захотелось посмотреть Россию. Из чистого любопытства.
"Прилечу всего на час и сразу же улечу. Меня же не
убудет." - подумал я. И вот я на Красной площади. Знакомая серая
брусчатка. Много военных. Солдат старательно поливает из шланга
зловещее бурое пятно на Лобном месте. Неужели здесь снова казнят?
Надо осмотреть Останкино. Поднявшись над Кремлем, я осмотрелся
вокруг, нашел телебашню и устремился к ней. Спустившись к
подножию башни я обнаружил груду битого стекла, обильно залитую
кровью. Среди стекла попадались пули, стреляные гильзы, обрывки
красной материи и разбитые водочные бутылки, вмерзшие в лед. Что
здесь произошло? Очередная битва в бесконечной борьбе за "лучшую
жизнь". Неужели она и впрямь бесконечна, а лучшая жизнь так никогда
и не начнется?
Я залетел в церковь и поднялся под купол. Там копошились
какие-то серые, плохо различимые тени. Присмотревшись я заметил,
что они также заинтересовались мной, разглядывая меня с ехидным
любопытством. Да ведь это же бесы! И где? В церкви!
- Пошли вон отсюда! Вам здесь не место! - скомандовал я.
- Стойте! Назад! - заорал самый крупный бес. -Мы тоже ходим
в церковь, - добавил он, обратившись ко мне. - Разве это плохо?
Зачем ты нас гонишь? И есть ли у тебя такое право? Ты же отказался
от миссии!
- Откуда у вас такие сведения? - удивился я.
- А у нас есть любые сведения. Мы имеем список грехов каждого
человека. И каждому в свое время предъявим его: "Ты делал все
это? Делал. Значит ты наш. Ты выполнял нашу волю неявно. А
теперь будешь явно." Человек глуп, он думает, что ему все можно
если его никто не видит или он может избежать наказания. Мы
всегда рядом. И всегда все фиксируем.
- Что здесь произошло?
- Вчера был у нас большой праздник. Огромная толпа орала:
"Даешь наш телеканал!", размахивая красными полотнищами. Это наш
любимый цвет. Затем из толпы выскочили боевики, обстреляли телестудию
и быстро смотались. Ответный огонь охраны весь достался
толпе. Вот это было зрелище! Мы остались сыты и довольны.
- А на Лобном месте казнят?
- Казнят. Почти каждый день. И по телевизору показывают.
Журналисты берут интервью перед казнью. Мы убедили правительство,
что только так оно сможет навести порядок в стране. И оно согласилось.
У нас всегда все логично.
- Но ведь могут казнить невиновного. Случалось ли это?
- Бывает. Месяц назад один из них орал: "Я невиновен! Я
не совершал того, в чем меня обвинили! Я докажу это! Не совершайте
непоправимого! Верните меня обратно в тюрьму! Я не могу до
вас докричаться!" Но никто не захотел его понять. А неделю назад
нашли настоящего преступника. Вчера его тоже казнили.
- Не слишком ли быстро шло следствие?
- А теперь оно быстро идет. Не больше десяти дней. Раньше
все были недовольны переполненными тюрьмами. Правительство по
нашему совету резко увеличило число милиционеров, следователей,
построило новые тюрьмы, сократило сроки и процедуру следствия. А
тюрьмы так и остались переполненными. Полстраны судит - полстраны
сидит.
- Не слишком ли часто правительство следует вашим советам?
Уж не вы ли настоящее правительство?
- Еще нет. Но мы к этому идем. И придем.
В церкви началась служба. Ее вели два священника: пожилой с
красным алкогольным носом и молодой с красивым просветленным
лицом. Но странное дело: телом прихожане были в церкви, а мыслями
- далеко за ее пределами. Каждый думал о своем. Некоторые редко
и небрежно крестились.
- Неужели теперь вы не боитесь креста? - спросил я бесов.
- Люди разучились правильно креститься. Мы таких крестов не
боимся.
- Выгонит вас отсюда молодой батюшка, как только научится
вас видеть, - заметил я. А старого уволят за пьянство.
- Старого-то уволят. А к молодому мы сами придем. Он
сделает для нас много полезного.
- С чего это вы так решили? Чтобы монах стал работать на
вас!?
- Ну сразу не станет. Мы заготовили два средства для него.
Первое - вон та девица, усердно ему кланяющаяся. Мы подсказали
ей прийти к нему домой для покаяния, так как она стесняется
каяться в церкви. Там она его и соблазнит. Уж мы то постараемся!
- Ничего у вас не выйдет. Вы не знаете силу монашеского
обета, - заметил я.
- А не выйдет - мы применим второе средство - гордость.
От него нет защиты. Мы примем светоносный вид и будем хвалить
его каждый день. Мы сообщим ему уникальные знания. Он прослывет
великим подвижником и пророком.
- И от гордости есть средство - покаяние.
- Мы его убедим, что он не должен каяться старому ретрограду
настоятелю, который даже понять-то его не сможет. Он может
каяться лишь великому духовному учителю, превосходящему его в
знаниях и мудрости. Он будет искать такого всю жизнь. И не успеет
найти.
- Похоже, что вы прочно здесь обосновались.
- Нам здесь нравится. Можно ничего не делать. Люди все
сделают сами. Здесь наше царство. Навсегда.
- Неужели вы думаете, что так будет всегда? Должны же люди
когда-нибудь проснуться, протрезветь и начать жить по-человечески.
- Никогда этого не будет. Для этого мы используем всю силу
нашего убеждения, животные инстинкты, а также три мощных химических
средства: алкоголь, табак и наркотики.
- Табак, в отличие от остальных, не затемняет сознание.
Среди творческих личностей много курящих, - заметил я.
- Зато табак сокращает жизнь. Они меньше успевают сделать.
К тому же никотин так хитро вплетается в обмен веществ, что
становится незаменимым для творчества. Писатель, бросивший курить,
с ужасом осознает, что он не способен больше ничего написать.
Перед ним встает страшная дилемма: либо курить и прожить
творческую явно укороченную жизнь, либо не курить и жить дольше,
но без творчества. Обычно выбирают первое.
Ты правильно отказался от миссии, - продолжил главный бес.
- Она невыполнима. Они же не жалеют людей, заполняя трудами всю
жизнь. А когда же отдыхать? Они только называют себя ангелами
света. Они такие же как мы. Мы тоже умеем светиться. Когда-то мы
все были вместе. Затем они от нас отпали, а мы остались верны
своему руководителю.
- Я знаю, кто ваш руководитель - сатана.
- Ну это все относительно. А может тот был от сатаны, а мы
от Бога? У нас тоже есть миссии. Они легкие: выполнил, получи
награду и наслаждайся жизнью. И выбор у нас богатый.
- Я не разучился отличать Бога от сатаны. Бог - творец, он
добрый пастырь. Его миссии - созидание и просвещение. А ваши
миссии наверняка разрушительные.
- Да какой же он добрый? Он приказал уничтожить город Содом
вместе с жителями только за то, что они жили так, как хотели.
Они не сделали ему ничего плохого. А так называемые ангелы света
охотно выполнили приказ. Среди них был и тот, с кем ты беседовал.
- Жители Содома нагло нарушали все заповеди Бога. Они жили
по-скотски, а не по-человечески. Они жили только телесно, духовно
они давно омертвели. Это были ходячие трупы. Для Бога не имеет
значения материальная, телесная жизнь. Он уничтожил только
тела их. Души их отправились отбывать наказание в аду. Он уничтожил
их город, чтобы они не могли вернуться к прежней жизни в
греховном тупике.
- Останься с нами! У нас интересно! На земле ты не был начальником.
А я сделаю тебя своим заместителем. Дам тебе в подчинение
всех, кто послушался тебя, когда ты попытался нас прогнать.
- А сколько их?
- Восемьдесят.
- Да что я буду с вами делать?
- Шофера, который тебя сбил, еще не выпустили из ада. Ты
сможешь вдоволь над ним поиздеваться. А мы поможем.
- Но я же его простил.
- А ты скажешь, что пошутил. Неужели тебе не хочется ему
отомстить? Он такой мерзкий и противный. Ты сможешь наказать его
по заслугам.
- Не хочу.
- А может быть ты проникся к нему христианской любовью, когда
подставляют левую щеку, после того, как получат по правой? -
съехидничали бесы.
- Не проникся. Но я не меняю своих решений. Особенно, если
они правильные.
- Ты сможешь прожить новую жизнь в любой стране, если согласишься
исполнить нашу миссию. Раньше ты изучал астрономию,
пытался запомнить созвездия наизусть. Зачем тебе звезды? Нет в
них никакой пользы: до них же не доберешься. А мы покажем тебе
подземный мир. Ты увидишь изнутри океанское дно, основания гор и
континентов. Ты хотел научно-техническую миссию? Пожалуйста. Ты
изобретешь подземный удар, от которого смогут проваливаться
целые города. Это очень пригодится в будущих войнах.
- Я не стану заниматься убийствами.
- Где же твой патриотизм? Ты поможешь своему государству
выигрывать войны.
- Никакое государство не способно удержать военно-техническую
монополию. Новое средство ведения войны неизбежно обернется
против него.
- Вот тебе созидательная миссия. Нарисуй такую картину.
Покажите ему изображение, - скомандовал главный бес. Я увидел
простое и странное изображение, в котором не нашел никакого
смысла, но почему-то от него исходил непонятный, необъяснимый
страх.
- Я никогда ничего не рисовал, - ответил я. Почему вы не
обратитесь к профессиональным художникам?
- Профессионал добавит многое от себя. А нам нужна точность,
иначе не будет нужного эффекта.
- Почему на это изображение страшно смотреть?
- Это наше изобретение. Люди не смогут его объяснить, а мы
не скажем. Когда напишешь картину, мы позаботимся о распространении
ее копий повсюду. Ты будешь жить дальше богато и счастливо,
получая процент с каждой копии. Человек, выполнивший нашу миссию,
получает награду сразу и на земле, а не какую-то мифическую на
небесах, которую никто не видел.
- Из вас ее точно никто не видел, так как ничего хорошего не
сделал. По вашему замыслу людям отовсюду будет видна ваша картина,
вселяя страх и неуверенность. Мне не нравится эта затея и я
не буду ее выполнять.
Молодой священник начал кадить ладаном. Бесы нервно заерзали.
Их главарь выругался и сказал: "Какой мерзкий запах! Никак не
можем отучить от использования ладана. Вот еще одна миссия: придумай
что-нибудь такое, что заставило бы отказаться от ладана.
За это мы исполним все твои желания." И обратившись к бесам,
воскликнул: "Пошли, ребята! А не то задохнемся."
После ухода бесов в церкви стало светлее и чище. Постепенно
все втянулись в соборную молитву. Служба подходила к концу, когда
порог храма первый раз в жизни робко переступила молоденькая
девушка, надеявшаяся, что здесь помогут разрешить ее сомнения.
- Куда прешь в брюках с непокрытой головой! - гневно рявкнула
на нее старая ревнительница церковных порядков, полагающая,
что они на ней и держатся. В людях этого типа, составляющих,
впрочем, небольшую часть прихожан, религиозность непостижимо
совмещается со злостью. Девушка, смутившись, повернулась и вышла
из церкви под гомерический хохот бесов, столпившихся у входа.
Вскоре там появился и я.
- Ну что, сделал выбор? - спросили бесы.
- Сделал, - ответил я.
- Но учти: кто не с нами, тот против нас. Мы не дадим тебе
наладить оптический компьютер. В твои подводные приборы просочится
соленая вода. При исследовании спектра души мы устроим такие
помехи, что ты ничего не разберешь. А твою философскую книгу
никто не напечатает: нет денег. Теперь философия никому не нужна
- мы хорошо поработали. К тому же ты не материалист.
- Неужели вы материалисты? - удивился я.
- Мы же не дураки, чтобы ими быть. Но для людей материализм
весьма полезен, и мы всячески его поощряем и распространяем.
- Вы хотите сделать из России новый Содом. Но его постигнет
та же участь, что и прежний.
- Да мы тыщщи лет живем! И дальше будем жить! - закричали
бесы. - В Содоме нам было весело и приятно. Не будет России -
устроим его в другом месте.
- Вам также не избежать наказания.
- Наша жизнь интересна и насыщена. Не тебе нас учить. Мы
прожили намного больше тебя и гораздо больше знаем.
- Может быть вы знаете в чем смысл жизни? - спросил я
бесов.
- А нет в ней никакого смысла. Живи и радуйся.
- Вот вы и попались! Если ваши миссии не могут быть смыслом
жизни, значит они слишком ничтожны и не заслуживают такого
названия. Миссией может быть только воля Бога по отношению к
человеку. Ее выполнение и является смыслом жизни. Даже если вы
проживете еще пять тысяч лет, они пройдут также быстро, как уже
прожитые вами. Вся ваша веселая жизнь окажется позади. А наказание
- впереди.
Скорее прочь отсюда. Я взмыл вертикально вверх со всей
энергией. Москва подо мной становилась все меньше и меньше, пока,
наконец, не растворилась в облаках. Я летел не меняя направления,
не зная, куда и зачем. Чувство сильного сожаления не покидало
меня. Я вспомнил "комнату", залитую светом, в которой беседовал
с ангелом. Ее образ становился все яснее и яснее. Наконец, я
понял, что очутился именно там.
- С возвращением, - услышал я знакомый голос.
- Я согласен.
- Мы знали, что ты вернешься.
- Вы всегда все знаете. Только рождаться хочу не сейчас, а в
конце июля. Еще я прошу сохранить все мои знания, чтобы не повторять
пройденное.
- Хорошо.
...
Яркое полуденное солнце заливало палату родильного дома.
День выдался ясный и жаркий, хотя весь месяц был необычно дождливый
и прохладный. Мне уже перерезали пуповину, а я все молчал.
В России нужно уметь переносить боль. "Почему он молчит, ведь
все дети кричат" - волновались вокруг. "Сейчас услышите" - подумал
я и заорал. Я орал громко, долго, с наслаждением. Все вокруг
меня заткнули уши. Слышно было во всем здании и даже на улице. У
главврача свалились очки. "Богатырь" - угрюмо пробасил он.
...
Человек! Задумайся о жизни. Крепко задумайся. Ты пришел в
мир не случайно, не для отдыха и развлечений. Найди свою миссию,
исполни ее и только тогда ты узнаешь, что такое счастье.
Закладка в соц.сетях
