Жанр: Электронное издание
rem_goat
...с Кареевым.
- С-сука! - сказал ему Кареев. - Да не ты! Каблуком вот сюда
треснула!
И показал на подъем ноги.
- Кто треснула?
- Да баба же! Тьфу, не наступить... Вон туда почесала! Она ему
камушком в окно кидала... Я - из машины... Она - ходу, за дом... Я ее тут
сцапал, а она!..
Тут Кареев кудряво описал, как именно его ударили.
- Во что одета? - первым делом спросил Артем.
- В куртейку какую-то до пупа...
- Куда почесала?
Кареев показал рукой в сторону железнодорожной ветки.
- В машине фонарь есть, в бардаке, беги, возьми, - велел он в святой
уверенности, что Артем кинется догонять эту драчливую бабу. - Машина
открыта!
- Безнадега, - помотав головой, определил ситуацию Артем, но азарт
погони уже овладел им. - Давай, ковыляй к машине, ждите с Люсей
Омельяненко.
Артем моментально оказался у машины, достал фонарик, но зажигать не
стал. До железной дороги можно было добраться и так - в свете окон.
Но вот когда он выскочил на само полотно, то без света уже было не
обойтись.
Артем обнаружил по ту сторону ветки бетонный забор длиной с великую
китайскую стену. Сигануть через забор баба не могла.
А по эту сторону в рельсы упирались проулочки и тупички. Затеряться в
них - плевое дело. Было, впрочем, и эпохальное сооружение - недостроенный
виадук. Начинали, кажись, еще при Брежневе.
Артем быстро шел по шпалам, бросая фонарный луч в глубь каждого
переулка. Свет выхватывал людей, но каких-то не тех.
Так он оказался возле виадука - и, наверно, поиск бы окончился
неудачей, но у женщины не выдержали нервы. Она перебежала от опоры к опоре
- и гравий под ее шагами зашумел.
Артем выстрелил на этот шум лучом, поймал силуэт и велел стоять.
Женщина побежала, он высветил ее фигуру полностью и рявкнул:
- Катерина! Не бойся, это я, Артем!
Она резко остановилась, обернулась, вгляделась в силуэт бегущего к
ней человека. Действительно, на ней был не запавший Артему в память
светлый плащ, а короткая курточка в талию и что-то круглое на голове.
- Артем? - переспросила Катя. - Ты как сюда попал?
- За тобой гонюсь, - сказал, подбежав, Артем. - Ну, давай,
выкладывай, что ты хорошего сегодня видела.
- А что тебе нужно? - насторожилась Катя. - Ничего не видела...
- ...и ничего не знаешь, - завершил фразу Артем. - А чего тогда
шастаешь ночью непонятно где, в окна камушками бросаешь, с мужчинами
дерешься и по рельсам скачешь, как коза?
- В общем-то это мое дело, где я шастаю и куда камушки бросаю, - как
можно независимее отрезала Катя. - Пришла в гости к знакомому, у нас так
заведено - камушки бросать. Потом меня какой-то мужик насмерть перепугал.
Думала, это он за мной погнался...
Катя говорила все это уверенно и с оттенком укоризны - мол, чего ты,
старый хрыч, лезешь не в свое дело? Но Артему не понравилась торопливость
ее речи. Катя была взволнована, более того - он чувствовал ее испуг. Она
словно была готова в любую секунду сорваться и удрать.
- Когда ты в последний раз видела Инессу? - напрямик спросил Артем.
Катя опустила голову.
- Ты еще туфлей землю поковыряй, - предложил Артем и сам по-клоунски
смешно показал, как от смущения носком сверлят землю. - Ты же за ней
следом, как на веревочке, ходила.
Катя помотала головой, отступила на шаг, резко повернулась и побежала
через рельсы. Артем - следом. Там, куда направилась Катя, загудело и
запыхтело.
Катя явно хотела воспользоваться маневрирующим тепловозом -
проскочить прямо перед его черным рылом, прямо под слепящими фарами,
оторваться от Артема и, пока тепловоз проползает, уйти огородами.
Сомнительное удовольствие - гоняться впотьмах по шпалам, вдоль
бетонной стены, подумал Артем, и ведь никто не заставляет, бегу, можно
сказать, ради собственного удовольствия! Он похвалил себя за то, что надел
старые кроссовки.
Катя же в своих новых скользящих ботиночках и без того не освоилась,
а тут еще шпалы, гравий, темнота... Нога попала в ямку, Катя упала на
колено, ударилась локтем о рельс, и тут рядом оказался Артем.
- Вставай, вояка! - велел он и схватил ее за руку. - Держись. Нога
цела?
- Цела... - пробормотала Катя.
Тепловоз был уже совсем близко.
Прижавшись к бетону, они пропустили черную громадину.
- Где Инесса? - спросил Артем, когда уже мог хоть сам себя
расслышать. - Говори живо, ну?
Он удерживал Катю за локти, прижимая ее спиной к бетонной стенке.
- Артем... - глядя на его кроссовки, пробормотала Катя. - Артемчик,
я, кажется, здорово влипла...
- Что такое? - удивился Артем. - Добыча ускользнула?
- Нет...
И тут Катя бурно задышала, всхлипнула и наконец-то разревелась.
Артем обнял ее, стал гладить по плечам, говорить какие-то ласковые
глупости, и действительно - немного успокоил.
- Ну, так где же ты оставила Инессу? - опять спросил он, пока Катя
возилась с его носовым платком. - И когда? И что там у вас случилось?
- Я не знаю...
- Похоже, сегодня решающий день, - сурово сказал Вадим, возвращая
Кате "ЛОМО-компакт". - Справишься - сотня баксов как с куста!
- Как пленка? - спросила Катя. Ей давно уже не приходилось
фотографировать, и она очень беспокоилась насчет качества.
- Пленка не ах, но разобраться можно, - успокоил ее Вадим. - Если ты
и сегодня сделаешь такие же кадры, им цены не будет!
Он полез в бумажник и вытащил приличную пачку рублей.
- Судя по всему, твой объект сегодня по хорошей погоде на взморье
соберется, - сказал он. - Там есть такая дачка, где она встречается с
одним человеком и передает ему дискеты. Они прямо на месте их смотрят,
переписывают, что надо, в общем - работают. Дачка в тихом месте, у реки.
Ты поедешь за ней следом на такси. Попросишь, чтобы тебя выпустили возле
старого киоска и подождали. По дороге поворкуй с шофером, а то может и
отказаться. От киоска повернешь налево, там мостик через канаву. Перейдешь
мостик, пойдешь по тропинке, как раз в калитку упрешься. Доставай блокнот,
выдирай листок...
Вадим продиктовал адрес дачи.
- Пойдешь с аппаратом в кармане и листком в руке. Если что - ищешь
деда, Григория Стахова. Такой дед там раньше жил, зимой помер.
- Григорий Стахов, - повторила Катя. - А зачем я его ищу?
- Он тебе тем летом дачу сдать обещал. Слушай дальше! Может быть, те,
с кем она там встретится, уже ждут ее. Этого ты снаружи не поймешь. А
может, она приедет первой. Ты дай ей войти, сними ее на фоне ворот, там
табличка с адресом привинчена, и подожди за углом минут десять. Если ее
ждут, значит, никакая машина не подъедет... И тогда ты входишь во двор.
Там есть открытая веранда, а на нее выходят дверь и окно. Через эту дверь
войдет твой объект. А есть еще с другой стороны дверца. Она может быть
заперта изнутри на обычный крючок... У тебя пилка для ногтей с собой
имеется?
- Нет, но я куплю! - бодро пообещала Катя.
- Первым делом. При нашей профессии - вещь незаменимая, - объяснил
Вадим. - В общем, это - все, что я могу тебе рассказать. Действуй по
обстановке. Нужны снимки - она в компании двух мужчин, и желательно с
компьютером. Если есть возможность стянуть дискеты, которые она привезет,
- не зевай! Ну, ни хвоста, ни чешуйки... невидимочка!..
Деликатно похлопав ее по плечу, Вадим сел в машину. Конечно, это уж
было лишнее... но, наверно, придется пройти и сквозь фамильярность
неприятного типа Вадима.
Катя пересчитала деньги в рублевой пачке. Было немало - на такси туда
и обратно, на пилку для ногтей, и еще хватило бы на неплохие босоножки.
Но первым делом следовало купить совсем другой предмет - шляпку. Катя
не хотела, чтобы Инесса при встрече узнала ее. Дымчатыми очками она
запаслась еще раньше, модную шляпу, бархатный берет с полями, уже
присмотрела. Волосы в него должны были уместиться. В магазине Катя
убедилась, что сама на себя не похожа. Там же накрасила губы
безумно-розовой помадой и порадовалась собственной вульгарности. Таких
затей она никогда себе не позволяла. Если только Инесса вообще ее помнит,
то и это должна помнить.
Катя уже освоилась с распорядком дня Инессы. Вадим сказал, что объект
встает довольно поздно, как раз к тому времени, когда лучшая подружка
объекта устраивает себе кофепитие. Подружка работала в самом центре, в
каком-то акционерном обществе, и пила кофе в соседнем ресторанчике. Там
они обычно и встречались. А если Инесса выходила из дома пораньше, чтобы
сделать педикюр с маникюром, поваляться в солярии или еще как-то за собой
поухаживать, то это интереса для юридического бюро не представляло.
- Она дистрибьютор "Гербалайфа", - объяснил Вадим. - Сколько продаст
- столько и наварит. Волчицу ноги кормят.
Катя кивнула. Волчица - это уж точно. Только недолго волчице осталось
промышлять.
- Под этим соусом она и шастает по фирмам, - растолковал Кате Вадим.
- Ля-ля, тополя, а вот у меня "Гербалайф" дешевенький, все формулы, на
себе испытала, была - во! А стала - во-о...
Вадим показал руками, как Инесса была необхватной бочкой, и как
сделала себе сорокасантиметровую талию.
- Ага, - сказала Катя. - Это мы проходили.
Уж кто-кто, а Катя доподлинно знала, что мечтой всей жизни Инессы
было - поправиться, округлить бедра и удивительно плоскую грудь. Она даже
под серое волчье трико с веревочным воротником, которое нацепил на нее
Маркиз, надевала набитый поролоном лифчик.
На сей раз по городу она гонялась за Инессой недолго. Инесса, как и
предсказал Вадим, взяла такси и рванула на взморье. Катя, сообразно
инструкциям, следом.
Она оставила машину у пустого киоска, перешла по мостику канаву и
проводила взглядом отъезжающее такси Инессы. Потом выждала десять минут -
никто не появился.
Катя осторожно приоткрыла калитку. Калитка тоненько проскрипела, и
Кате пришлось пройти вперед - мол, она тут ни при чем. Никто не посмотрел
в окно, а если и выглянул из-за шторы, то Катю не должен был видеть. Катя
вернулась и вошла во двор.
Она достала из сумочки бумажку с адресом. Деда, стало быть, надо,
деда Григория, который сдает комнаты.
Сумочку Катя повесила наискосок, как Инесса носила свою. В одной руке
- бумажка, другая - в кармане, держит фотоаппарат... Ступени открытой
веранды тоже чуть скрипнули. В доме было тихо. Очевидно, Инесса совещалась
с приятелями в дальних комнатах.
Дверь на веранду была приоткрыта.
Катя еще толкнула ее. Дверь подалась. И Катя вошла в почти пустую
комнату.
Тут она и увидела Инессу.
Инесса лежала на полу в дверном проеме, лицом вниз, нарядное желтое
пальто задралось, руки дико вывернулись. Катя видела сквозь пряди волос ее
бледный профиль и разбитый, окровавленный висок.
Тут же на полу лежало странное оружие - кистень, изготовленный из
увязанного в колготки камня.
Естественно, Катя не поверила глазам. Она подошла, опустилась на
корточки, прислушалась - Инесса не дышала.
Катя встала. Огляделась. Мысль в голове высветилась дурацкая - ну
вот, плакали сто баксов! Руки повисли, сквозь карман о себе напомнил
"ЛОМО-компакт". Катя, как робот, запрограммированный на слежку, достала
фотоаппарат и сделала несколько снимков, стараясь, чтобы в кадр попал и
камень в колготках.
И тут она поняла, что убийца ждал Инессу в доме, убил ее несколько
минут назад и, возможно, еще здесь!
Катя сама не могла бы объяснить, как оказалась на веранде. А оттуда
уже припустила что есть сил.
С мостика через канаву она увидела, что шофер ее такси договаривается
с каким-то человеком и уже открывает ему дверь. Разумеется, шофер, с
которым она тридцать километров проворковала, ее подождет... но что это за
человек? Возле дачи не было никакой машины, значит, убийца уйдет оттуда
пешком. Тем более, что есть и вторая дверь - та, которую нужно было
открывать пилкой для ногтей. Пока ошалевшая Катя снимала мертвую Инессу,
он мог выйти, перейти ту же канаву по тому же мостику и очень
обрадоваться, увидев свободное такси.
Судя по спине, это был невысокий и плотный дядечка с лысиной. Катя
посмотрела, как эта сгорбленная спина исчезает в машине, и поняла, что
лучше уж она воротится в город пешком!
Достав фотоаппарат, Катя пару раз щелкнула машину, стараясь, чтобы в
кадр попал номер. И пошла, куда глаза глядят. Она примерно представляла
себе, где тут железнодорожная станция. Электрички еще ходили по зимнему
расписанию. И в город Катя вернулась довольно поздно.
Она помчалась в бар "Лидо", где наверняка уже ждал ее Вадим. Она
влетела в бар - но Вадима там не обнаружила. Бармен, которого она стала
расспрашивать, не мог понять, о ком речь.
Катя просидела в "Лидо" минут сорок и поняла, что нужно самой искать
Чадовича, рассказывать ему об Инессе, предъявлять "ЛОМО-компакт" и
выслушивать дальнейшие указания.
Договор с юридическим бюро лежал у Кати в сумочке. Она развернула
бумагу. Прочитала адрес - и задумалась. Катя и не знала, что в городе есть
улица с таким названием - проезд Серова. Впрочем, в новом микрорайоне все
может быть... Она с договором в руке зашла в телефонную будку и позвонила
Чадовичу. Попала в квартиру. И в ту же квартиру попадала потом шесть раз
подряд.
Тогда Катя нашла визитку Длинного и позвонила к нему во "Фронтир".
Она попросила к телефону Лукьянова Андрея Борисовича. Лукьянов сказал, что
слушает.
- Это я, Катя! - воскликнула она. - Я влипла в какую-то уголовную
историю.
- Что еще за Катя? - удивился Лукьянов. Теперь только Катя заметила,
что голос - чужой.
- Длинный, это ты? - растерялась она.
Лукьянов положил трубку.
Тогда Катя поймала такси и поехала искать проезд Серова. Молодой и
разговорчивый таксист сам заинтересовался новой улицей, но, сколько они ни
колесили, сколько ни расспрашивали прохожих, проезда Серова никто не
знал...
- Тебя подставили, - уверенно сказал Артем. - Или ты все врешь, или
тебя, Катька, здорово подставили. Поди теперь докажи, что было какое-то
бюро, какой-то Длинный, какой-то Чадович... А ну, покажи договор...
Он ткнул лучом фонарика в бумагу и внимательно рассмотрел печать.
- Юридическая консультация какая-то... Их теперь пруд пруди. Печать
при тебе доставали? При тебе шлепали? Точно? Именно сюда?
Катя очень старалась, но вспомнить не могла.
- Все ясно. Сперли твои жулики где-то пустой бланк... Его и вставили
в принтер. Ты хоть понимаешь, в каком ты дурацком положении? Любой
следователь выслушает тебя и скажет, что все это - вранье. Такую филькину
грамоту тебе изготовят в любой бухгалтерии - бы бы принтер... А если
найдут ту фирму, чей это бланк и печать, то с фирмы взятки гладки - мало
ли кто год назад заглянул на минутку и спер... С "Фронтиром" то же самое -
ты и не представляешь, Катька, с какой скоростью разлетаются эти проклятые
визитки...
Катя молчала. Артем подумал, почесал в затылке.
- Напрасно ты оттуда удрала. Если вдуматься, ты всего лишь свидетель,
хотя и без царя в голове. Повода для убийства у тебя попросту нет...
- Есть, - внезапно охрипнув, сказала Катя. - Все знают, что есть...
- Не мели ерунды, - строго сказал Артем. - И объясни наконец, зачем
ты сюда явилась на ночь глядя.
- Есть повод, - повторила Катя. - Потому и явилась. Я Маугли
искала... Лешку то есть... Я хотела сама ему все рассказать, а потом - в
милицию... Я так решила.
Артем фыркнул. Она решила! Тогда она решила, что ей нужен этот
костлявый чудак с его восточными философиями. Вот вынь да положь! Потом
она решила, что непременно должна зарабатывать на жизнь в частном сыскном
бюро!
- Как бы то ни было, нужно отсюда выбираться, - и он вздохнул.
Предстоял неприятный разговор с Черенковым, сперва - по мобильнику, потом
- в кабинете. Называется, нашлась пропажа...
- Ты уверена, что Инесса... что ее убили?
- Уверена, - не совсем, впрочем, твердо сказала Катя. - Если бы ты
видел...
- Впрочем, даже если она и осталась жива после такого удара, то
помощь ей вовремя не оказали, - сказал Артем. - Значит, скорее всего, там,
на даче, все еще лежит труп. Черенков и его команда все больницы и морги
обзвонили - там она не нашлась.
- Какой Черенков? - удивилась Катя. - Это та фирма, что "Гербалайфом"
занимается?
Тут уж Артем уставился на Катю, как баран на новые ворота.
- Каким "Гербалайфом"? Черенков - ее муж. Ты что, не знала?
- Да нет же, она замужем за Маугли! - воскликнула Катя. - За Лешкой,
то есть, за Омельяненко!..
- Ага... - пробормотал Артем. - Кое-что проясняется. За Омельяненко
она была замужем, но шесть лет назад они разошлись. И она вышла замуж за
богатого взрослого дядю Черенкова. Но как так получилось, что за
Омельяненко вышла замуж она, а не ты?
Катя опустила глаза.
- Так вот и получилось... Нет, это правда? Она развелась с... с
Лешкой?
- Значит, он и есть тот повод для убийства, о котором ты говорила? -
догадался Артем. - Ну, извини, несерьезно! Одна девочка у другой мальчика
увела... Ты подумай, глупая твоя голова, сколько лет прошло! Разве ты до
сих пор не замужем?
- Замужем... - но по Катиному лицу Артем понял, что замужество
какое-то безрадостное. - И сын есть, Сережка... Я пойду. Уже поздно.
Наверно, Маугли давно вернулся.
- Да зачем тебе теперь-то твой Маугли?
- В самом деле...
Катя поникла.
- Артем, я больше не могу... - прошептала она. - Меня загнали в угол.
Это она, Инеска... Она затравила меня, понимаешь? И сегодня она поставила
точку!
- Молчи! - приказал Артем. - Вот ты уже и чушь несешь! Это ее
затравили и ей поставили точку. А ты жива, здорова, невредима, только умом
тронулась. И муж жив, и сын жив, и еще сто лет вы все вместе проживете! А
ты сейчас расклеилась, как дура!
- Нет, это она... Я не знаю, как это получилось, но она добилась
своего... Она все у меня отняла... - бормотала Катя. - Понимаешь, все... Я
как будто всю жизнь питаюсь объедками!.. Да, я дура! Дура с позорным
клеймом! И всю жизнь была дурой! Как тогда в дурах осталась, так и пошло!
- Давай отсюда выбираться, - Артем, чувствуя, что разволновал Катю
вконец, пошел на попятный и посветил фонариком на рельсы. - Это ж надо,
куда нас занесло... Пошли, пошли...
- Не пойду я никуда! - строптиво ответила Катя, но он взял ее под
руку и повел. Через несколько шагов она выдернула свою руку и
остановилась.
- Сейчас мы поедем к Черенкову, и ты все ему расскажешь, - решил
Артем. - Сразу же, и чистую правду. Другого выхода я просто не вижу. А
Маугли своего оставь в покое. Он тебе ничего путного не скажет, и тебе
тоже нечего ему рассказывать.
- Никуда я не поеду. Ты выслушай! Я так хотела ее смерти, что это
сбылось! Я же клятву дала, что когда-нибудь убью ее, все слышали! Она мне
все поломала, понимаешь, все! Я же тогда людям в глаза смотреть боялась! И
Маугли тоже... Он ведь тоже решил, что я... Она как будто всю жизнь за
мной следила - чуть у меня что-то начало получаться, как тут она - бац! И
я - опять с оплеухой!
Катя завелась. Напряжение требовало разрядки.
- Я только и была счастлива, что тогда, на четвертом курсе! А потом -
всю жизнь это клеймо, понимаешь, всю жизнь! И всю жизнь - в дурах!
- Я ничего не понимаю, но ты, кажется, преувеличиваешь, - сказал
Артем. - Ну, допустим, я ничего не знаю, а ты знаешь все. Но это еще не
повод стоять ночью на рельсах и ждать следующего тепловоза.
- Шел бы ты... - сказала Катя и кинулась прочь. Артем успел поймать
ее за руку.
- Уже одиннадцатый час, - сказал Артем. - Пошли, мы тебя отвезем к
Черенкову. Он должен все узнать первым и от тебя. Ты хоть объяснишь ему,
где оставила Инессу.
- Нет... - и Катя даже головой помотала.
- Мы все-таки должны поехать к Черенкову, - повторил Артем. - Ради
твоей же собственной безопасности! Ты ему все расскажешь, как сейчас
рассказала мне. Не в милиции, а именно Черенкову. Это его жена. Он наймет
юристов, они попробуют разобраться, в чем дело. А иначе его команда сама
начнет разбираться, выйдет на тебя - и поди докажи, что ты не верблюд...
- Я не могу идти к Черенкову! - воскликнула Катя. - Ты и этого не
понимаешь! Я же убила ее! Я помогла ее убить! Я же десять лет этого
хотела... даже больше...
Она полезла в карман и достала "ЛОМО-компакт".
- Держи. Тут все - ворота с адресом, Инеска, все! Отдай своему
Черенкову! Пусть за ней поедут... не лежать же ей там до... до...
Не подобрав слова, Катя сунула Артему аппарат, развернулась и
отбежала на несколько шагов.
- Не смей меня искать! - крикнула она.
Артем бы догнал ее, но на сей раз гравий подвел его - он
поскользнулся, упал боком, пока вставал - Катя уже скрылась в переулке.
- Чертова коза... - пробормотал Артем, вставая и отряхиваясь. Аппарат
он при падении не выпустил, и теперь гадал - не сломался ли "ЛОМО-компакт"
от встряски?
Потом он медленно побрел назад, пытаясь понять, откуда же он вынырнул
на железную дорогу? И насилу сообразил - улица-то параллельная дороге, в
каком месте он бы ни вышел на эту улицу, а машину Кареева увидит издали.
Артем был зол на Катю и очень недоволен собой - за то, что упустил
ситуацию из-под контроля. Катя вела себя глупейшим образом - сперва вполне
разумно искала своих подозрительных работодателей, но потом сорвалась с
нарезки и ударилась в психоанализ. Ну, допустим, она ненавидела Инессу...
Но ведь кто-то ненавидел ее еще больше, раз уж решился на убийство!
И в результате кому-то понадобилось, чтобы какую-то женщину видели с
фотоаппаратом, преследующей Инессу, и чтобы шофер такси мог в нужную
минуту сказать - да, это та самая, которую я тогда днем в соответствующее
время привез к месту будущего преступления... А орудие преступления, чисто
женское, несложно изготовить на месте - вынуть из сумочки колготки и
заложить в них камень.
Цель оправдывает средства - этот афоризм Артем стал выворачивать
наизнанку. Раз были средства, да еще довольно сложные, значит, где-то есть
и цель... Изобретательный человек придумывал эти средства - неизвестно чью
визитку, на которой было нужное имя "Андрей", вывеску у подъезда, что
можно прицепить на полчаса и потом выбросить на помойку, липовый договор,
простенький фотоаппарат... Вся эта история обошлась неведомому
изобретателю сотни в две долларов. И деньги заплачены за то, чтобы
подозрение в убийстве пало на неповинного человека. Действительно, при
желании можно найти сто свидетелей, подтверждающих - да, Катя выслеживала
Инессу...
Стоп - сказал себе Артем. Во-первых, изобретатель должен был быть
абсолютно уверен, что убийцу станут искать всерьез. То есть - не опросят
ничего не подозревающих соседей Инессы и на том успокоятся, а
действительно пойдут по следу. Во-вторых, знал ли он про давнее знакомство
Кати и Инессы? Раз уж было продумано все, включая фальшивый адрес бюро, то
и Катю, видимо, не подобрали в толпе с бухты-барахты. Кто-то знал, что
Катя не любит Инессу?
Надо бы разобраться, решил Артем, надо бы покопаться в прошлом, но
как это сделать, если ошалевшая от всех событий Катя несет какую-то
ерунду? Да и поди знай, куда эта коза поскакала. Если в милицию - хорошо
это для нее или плохо?
- Ну? - спросил Кареев, высунувшись из окошка. - Нагнал сучку?
- Ага, - ответил Артем и забрался в машину. - Плохо дело. Это давняя
знакомая Инессы и Омельяненко. И она сейчас не в себе... Утверждает, что
Инессу убили. Говорит, сама видела труп...
- Ой, мамочки... - прошептала Люся. Кареев только поморщился.
- Значит, так. Едем к Черенкову, - здраво рассудил Артем. - Тут у
меня аппарат, в нем - якобы отщелканная ею пленка, на пленке - Инесса и
дом, в котором она лежит... Нужно разобраться.
- Ничего себе... шепотом изумилась Люся. Действительно, подумал
Артем, пошел догнать сучку, а принес фотоаппарат с таким содержимым...
- Я еще только в полночь пленок не проявлял... - проворчал Кареев, и
Артем понял, что им с Черенковым много чем в жизни приходилось заниматься.
- Простая или цветная?
- Фиг ее знает... Сперва Люсю домой отвезем.
- Нет! - Люся даже отодвинулась подальше от дверцы. - Я тоже к
Черенкову...
- Охота тебе смотреть, как он нас выслушивать станет? - строго
спросил Артем.
Но кудрявое дитя уперлось, и ни в какую.
Кареев уже подъезжал к зданию фирмы, а Артем все еще уговаривал Люсю
не портить настроение себе и другим. Но Люся сорвалась с нарезки.
- Я же не просто так! Я вам помогу! Увидите, - убеждала она. - Я всю
ночь кофе варить буду!
Тут засигналил мобильник. Трубку взял Кареев.
- На проводе, - сказал он. - Ты, Черенок, погоди... Дела неважные.
Ага... Мы сейчас поднимемся. Со мной...
Он поднял глаза на Артема.
- Как тебя звать-то?
- Артемом, а тебя?
- Я Вася...
- Могу держать пари, что аппарат не заряжен, - сказал Артем, глядя,
как команда Черенкова передает из рук в руки "ЛОМО-компакт". - Еще один
предмет реквизита...
- При чем тут реквизиты? - недовольно буркнул один сотрудник,
кажется, Аверьянцев, - невысокий, плотный, с неприятным, презрительным
каким-то ртом.
До Артема не сразу дошло, что цирковой реквизит и, скажем, реквизиты
банковского счета - не совсем одно и то же... Но объяснять он не стал - не
до того было.
Артем разумно не стал утверждать, что Инессы больше нет в живых. Он
просто пересказал наскоро странную историю, которую ему тоже впопыхах
поведала Катя, и напомнил команде, что информация - от смертельно
перепуганной женщины.
Но это оказалось бесполезно. Черенков с самого начала предчувствовал
беду. Он поверил, что мертвая Инесса лежит на какой-то з
...Поділитися у соцмережах
