Жанр: Электронное издание
Charodey
...игурка Конитомимо. Эвандер и Сирина вскрикнули от неожиданности.
- Только не подумайте, что я здесь из-за вас, - заявил человечек с характерной
язвительностью. - Я вообще сюда пришел только потому, что меня очень просил
достойный Перспакс.
- Тем не менее мы рады тебя видеть. Надеюсь, когда-нибудь ты станешь терпимее
к человеческим недостаткам.
- Может быть, может быть, - фыркнув, проворчал Конитомимо. - А пока уясните
себе, что я не собираюсь возвращаться на Рителт. Перспакс рассказал мне, что вы
собираетесь отправиться туда с помощью какого-то магического предмета. Я желаю
остаться здесь. Здесь я свободен.
Эвандер ожидал чего-то подобного.
- А что я скажу утоли? - поинтересовался юноша.
- Что я долго служил им верой и правдой, а теперь я свободен и не желаю больше
быть летающим ковром.
- Их это огорчит.
- Ничего не поделаешь. Конитомимо остается на Ортонде.
- Где ты его нашел? - обратился Эвандер к Перспаксу.
- Это он нас нашел. Похоже, он обшарил всю равнину в поисках башни. Его
заметили наши патрульные и доставили сюда.
- Похоже, спеси в нем меньше не стало. В ответ на замечание юноши Конитомимо
фыркнул, а Перспакс искренне расхохотался:
- Ты прав, друг мой.
- И что же ты видел в своих странствиях, Конитомимо? - спросила принцесса.
- Развалины, везде одни развалины.
- Естественно, что здесь еще можно увидеть?! - Сирина в отчаянии отвернулась.
Перспакс сообщил им последние новости и передал приглашение. Новости были
обнадеживающие: после долгих размышлений, посоветовавшись с высокопоставленными
элимами, Шадрейхт принял решение и отправился в Путчад на встречу с нилдами.
Эвандер не сдержал восторженного крика и сжал Сирину в объятиях.
Шадрейхт вскоре должен был вернуться. А пока влюбленных пригласили принять
участие в официальном приеме. Их должны были официально приветствовать на Ортонде
как представителей Рителта. Лорд Коббокс выступал в качестве их поручителя. На приеме
будет обсуждаться вопрос связи между двумя мирами, Ортондом и Рителтом.
После ухода Перспакса и Конитомимо влюбленные улеглись и крепко проспали всю
ночь. Во сне они балансировали на грани между надеждой и отчаянием.
На следующий день они присутствовали на состоявшейся в огромном зале
торжественной церемонии. Там собралось примерно двести элимов обоего пола.
Влюбленные были одеты в одолженные им старинные одежды работы нилдов и стояли на
высоком помосте вместе с лордами Коббоксом и Перспаксом. Лорд Коббокс произнес
длинную речь, в которой рассказал, как гости оказались на Ортонде и что произошло с
ними затем. Перспакс переводил для Эвандера и принцессы. Элимы оказали влюбленным
теплый прием, то есть настолько теплый, насколько это было возможно для элимской
расы.
По завершению официальной части гостей представили большинству элимов,
угостили горячим чаем и небольшими, слишком острыми на человеческий вкус,
булочками. Прием закончился почти сразу же после того, как гостей представили
хозяевам. Эвандер невольно подумал, что церемония получилась довольно куцей и
неуклюжей. У элимов не было ни собственной музыки, ни собственного искусства.
Юноша в очередной раз осознал, что, как только дело доходило до культуры, элимы
опять-таки всецело зависели от нилдов.
Влюбленные вернулись в свою маленькую комнатку и вновь заснули. В ту ночь
Сирине, как всегда, снились кошмары, и проснувшийся Эвандер баюкал ее в объятиях до
тех пор, пока она не заснула спокойным сном. А юноша еще долго лежал в темноте, не
смыкая глаз, и пытался представить, что ждет их впереди. Должен же быть способ
вырваться из этого жуткого мира! Нельзя же оставаться на Ортонде до конца своих дней!
На следующий день, около полудня, Перспакс повел молодых людей к Шадрейхту.
На этот раз им пришлось подниматься по вырубленной в камне винтовой лестнице,
которая привела их на вершину скалы, вздымавшейся высоко над тайной крепостью.
Отсюда, если туман редел, были ясно видны истерзанные равнины.
Шадрейхт ждал их на галерее, вырезанной в кромке скалы. Эвандер не сомневался,
что и эту работу проделали нилды.
- Добро пожаловать, - приветствовал их старец. - Что ж, я встретился с так
называемыми "свободными" нилдами. Раньше я никогда бы не поверил, что нилд может
разговаривать со мной как с равным. - Шадрейхт на минуту замолчал. - Но в наши
тяжелые времена приходится мириться со многим. К тому же во время моих
размышлений мне удалось распутать нити судьбы. Вы непременно должны вернуться в
ваш мир, дабы предупредить людей Рителта о грозящей им опасности. Обманщику надо
помешать и, по возможности, уничтожить его.
Наверное, на лице юноши отразилась неподдельная радость, так как Шадрейхт
остановил на нем ничего не выражающий взгляд.
- Ты, кажется, счастлив, принц Эвандер?
- Да, относительно счастлив, великий Шадрейхт. Естественно, я рад известию о
том, что у нас появился шанс вернуться домой, хотя это, без сомнения, будет очень и
очень непросто.
- Ты прав.
Шадрейхт указал рукой на юг - по мнению Эвандера, это был юг - там за
вечными серыми облаками сравнительно ярко сияло солнце. Горы казались скелетом
упавшего замертво гигантского зверя.
- За этими горами находятся шахты нашего врага, глубокая дыра, которую он
беспрестанно расширяет, выкачивая полезные ископаемые из недр нашего
многострадального мира. В двух днях пути от шахт - Ортондская башня. Нилды нашли
путь через шахты. Они обнаружили прорытый рабами Обманщика туннель, ведущий от
шахт к подземным этажам башни. По этому туннелю в повозках, запряженных мерзкими
чудовищами, перевозят горную породу. Там всегда кипит работа, так что нам этот путь не
подходит.
Эвандер постарался сосредоточиться: если туннель для них бесполезен, как же они
тогда попадут в башню?
- На поверхности земли рыщут гроссмедведи, туннель нам не подходит... Что же
делать? - вздохнула Сирина.
- Рядом есть другая штольня, поменьше. Этот туннель предназначен для стоков. Он
проходит прямо под главным туннелем, в который с поверхности все время просачивается
вода, для его осушения и используют нижний сток. Он достаточно широк, для того чтобы
нилды смогли преодолеть весь путь к нижним этажам башни и обратно. Нам тоже
придется ползти, или же нилдам придется тащить нас волоком.
- Нам? - Юноша не мог понять, что бы это значило.
- Нилдам придется нас тащить? - переспросила принцесса.
- Да, это единственный способ добраться живыми до Ортондской башни. А я
теперь знаю, что ваше возвращение домой жизненно важно.
Сирина яростно закивала - она была полностью согласна с Шадрейхтом. Эвандер
гадал, кто же убедил в этом старца.
Старый элим, как обычно, на минуту замолчал и только потом продолжил:
- Когда вы вернетесь в ваш мир.., если вы вернетесь в ваш мир, вы должны
немедленно отправиться к неким существам, называемым "колдуньями". Они живут гдето
на восточных островах. Расскажите им все, что с вами случилось. Предупредите их, что
Ваакзаам Великий выбрал ваш мир для своих разрушительных целей.
Сирина и Эвандер недоуменно переглянулись. Юноша переспросил:
- Я верно расслышал? Вы сказали "нам придется"? Вы отправляетесь с нами?
- Только Шадрейхт знает, как управлять Черным Зеркалом. Я прочел мысли
Обманщика и нашел нужное заклинание. Я знаю, где хранится его "Согласие Миров" -
эта книга нам потребуется, чтобы выяснить точные координаты вашего мира. К тому же
мои силы понадобятся, чтобы скрыть наше вторжение от мысленного ока Врага. Он очень
чувствителен на ментальном уровне.
- Так мы отправимся в путь вместе? - все еще не верила принцесса.
- Да. Нам необходима помощь странного маленького существа - вашего спутника.
Нилды считают, что успех нашего похода всецело зависит от него.
- Конитомимо может не согласиться. Он не слишком-то дружественно настроен.
- Мы попытаемся его уговорить. А пока нилды готовят все необходимое. Я был
удивлен тем, как много они уже успели сделать.
- Нилды - необыкновенные существа. Выводя их породу, вы потрудились на
славу.
- Эти нилды - нехорошие нилды! - Казалось, эта мысль безмерно угнетала
старца.
- Какими бы они ни были, они - наша единственная надежда.
- Верно, так оно и есть. Нужно приготовиться к длительному переходу. Ступайте.
Ешьте, пейте и отдыхайте. Утром мы отправимся в путь, к Ортондской башне.
Спускаясь по высокой винтовой лестнице, Эвандер гадал, как же им уговорить
Конитомимо помочь делу.
Глава 35
Переход через горную цепь оказался ужасен. Двигаться по более или менее
проходимым дорогам было опасно - все они патрулировались вражескими отрядами.
Поэтому приходилось взбираться по отвесным утесам, брести сквозь колючий ветер по
заснеженным высокогорным тропам, где разреженный воздух иссушал горло, штурмовать
высоченные вертикальные пики, которые, казалось, держали на себе крышу мира.
По ночам Сирина и Эвандер спали в обнимку, забираясь в палатку, сооруженную из
шкур на скорую руку. Элимы ночевали прямо в снегу - выкапывали ямы и забирались в
них с головой.
Ели элимский хлеб, по вкусу напоминающий пепел, а пили растаявший снег. Хлеб
промерзал насквозь, и, чтобы проглотить хоть кусок, его приходилось долго катать во рту
и яростно разжевывать.
В первую неделю перехода Эвандер чувствовал себя невероятно замерзшим и
уставшим. Юноша был уверен, что не вынесет непосильной нагрузки и умрет - свалится
в любую минуту. Но на следующей неделе пришло второе дыхание, принц приноровился
ко всему и даже набрался сил. Еды было достаточно, так что юноша только закалялся и
становился выносливее. То же самое происходило и с Сириной. По сравнению с тем
далеким днем, когда судьба неожиданно забросила их на Ортонд, принцесса превратилась
в гораздо более мужественную и сильную личность. Ко второй неделе перехода она почти
не чувствовала усталости, но ей безумно надоело есть только хлеб с горькими травами,
спать на жестких камнях и пить безвкусную ледяную воду.
Конитомимо, которого Шадрейхт при личной встрече все-таки уговорил пойти с
ними, естественно, жаловался на все и вся. Первое время он словно не замечал Эвандера с
принцессой и держался впереди каравана, возле Перспакса и Тегакса - эти двое элимов
возглавляли шествие. Юноша решил обращаться с Конитомимо строго формально -
спокойно и вежливо. Этот привередливый маленький человечек был необходим. Сирина
тоже изо всех сил старалась не задевать Конитомимо, но это было очень нелегко, потому
что металлического скандалиста задевала любая мелочь.
Что касается Перспакса, то в довершение ко всем его остальным достоинствам он -
как и Тегакс - оказался великолепным альпинистом. Элимы с их длинными телами и
конечностями были прирожденными скалолазами. Старый Шадрейхт несколько уступал
молодым, но даже почтенный старец, имея достаточно времени, мог самостоятельно
взобраться на пятьдесят футов вверх по отвесной стене. В отличие от элимов, юноша и
принцесса совершенно не умели карабкаться по скалам. У себя на родине, в СедимоКассиме,
Эвандер немного занимался альпинизмом, но это было давно, еще в пору его
отрочества.
Теперь Эвандеру и Сирине пришлось на практике постигать азы скалолазания. В
первую неделю им пришлось пережить немало страшных минут, но потом пришло
умение, а с ним и автоматизм. Очень пригодились башмаки нилдской работы, жесткие и
упругие одновременно.
На вторую неделю пути Конитомимо о чем-то поспорил с молодыми элимами и,
оставив их общество, прибился сначала к неразговорчивому Шадрейхту, а потом к
Эвандеру и принцессе.
Металлический человечек почти не уставал, но он был очень чувствителен к холоду
и поэтому потребовал, чтобы люди на ночь брали его с собой в палатку и согревали
теплом своих тел.
Эвандер намеревался отказать, несмотря на злосчастную обидчивость Конитомимо,
но Сирина сразу же дала согласие за них обоих. Если металлический человечек каким-то
образом должен помочь им попасть домой, он получит все, что ему нужно.
С тех пор Конитомимо спал в палатке, свернувшись клубком между влюбленными.
Сначала казалось, что его твердое, металлическое тельце вытягивает из людей все тепло, и
молодые люди дрожали от холода, но потом стало ясно, что, согреваясь, Конитомимо
согревал и их. Спал человечек неспокойно, все время ворочался, что стоило Сирине и
Эвандеру многих часов ночного сна.
Но делать было нечего. Они продолжали свой путь по крыше мира, преодолевая
одну ветреную скалистую гряду за другой. И вот, наконец, на третьей неделе перехода
начался спуск. За спиной остались заснеженные вершины и голые скалы. Теперь
путешественники шли по высокогорным лугам, поросшим мелкими цветами и бледнозеленой
травой.
Шадрейхт объяснил, что Враг никогда не ступал на эти луга - их единственным
достоинством была красота, а таким добром Обманщик не интересовался.
На следующую ночь теплый ветер с юга принес тяжелый запах горящего камня.
Наутро путешественники увидели дым, огромным облаком поднимающийся над далеким
горизонтом. Они спустились в пологую, каменистую долину. Облако дыма стало больше,
словно неподалеку извергался вулкан. По словам Шадрейхта, дым поднимался из шахт
Сауронлорда, лежащих за ближайшей скалистой грядой.
Ночью, под покровом темноты, отряд продолжал свой путь. В здешних местах
патрулировали вражеские отряды и рыскали гроссмедведи.
Путешественники шли и шли. Воздух стал холоднее, из хмурых облаков посыпался
серый снег. усилился омерзительный запах расплавленного камня. К утру маленький
отряд спустился со склона и оказался на скале, прямо над шахтами. Сверху были хорошо
видны и сами шахты Сауронлорда, и равнина за ними.
Эвандера потрясли размеры дыры в земле. По меньшей мере двух или трех миль в
диаметре, ступенчатый провал концентрическими кругами ввинчивался в землю. Из
бездонной темноты поднимались клубы дыма и пара.
По краям дыры, словно муравьи, сгибаясь под тяжестью породы, вверх и вниз
ползали рабы. Управляли несчастными тружениками - с помощью грубых воплей и
безжалостных ударов плетьми - огромные человекообразные монстры размером с
медведей, а то и больше.
Эвандеру показалось, что рабами были нилды, и Шадрейхт с грустью подтвердил
предположение юноши. Слуги Врага согнали нилдов, избежавших гибели в челюстях
гроссмедведей, и заставили их работать в гигантских шахтах Сауронлорда, зияющими
ранами покрывших земли Ортонда.
На утесе, нависшем над шахтами, путников поджидало несколько свободных
нилдов. Знаками они призвали к максимальной осторожности. Гроссмедведи знали, что в
этих местах часто попадаются беглые рабы или несчастные, ищущие избавления в смерти,
и не дремали.
Изо всех сил стараясь не шуметь, путешественники последовали за нилдами и вошли
в потайную высокую пещеру, выдолбленную в утесе. С помощью заранее сделанных
нилдами зарубок путники спустились по отвесной стене.
На дне пещеры трудолюбивые малыши выдолбили широкую площадку. Там
колыхалась в ожидании огромная толпа нилдов. Юношу удивило, что столь многие
решились рискнуть своей жизнью.
Нилды были молчаливы и сосредоточены: взгляд огромных глаз устремлен на
путешественников, черепашьи лица непроницаемы.
Элимы тоже молчали. Эти нилды не желали служить своим лордам, не желали
воздавать им почести. Это были нехорошие нилды. Длинные бледные лица элимов
вытянулись, глаза сузились.
Маленькие воины не обратили на недовольство гигантов никакого внимания и
протянули Эвандеру и девушке светящийся череп - единственное средство связи. Элимы
не пожелали прикасаться к черепу. Чуждая элимам магия рождала в этой гордой расе
ужас, как перед заразой. Нилды объяснили, в чем состоит их план, и юноша глубоко
вздохнул - он только сейчас понял, как много им еще предстоит перенести.
Согласно плану, десять нилдов, словно ездовые собаки, должны были впрячься в
небольшую тележку, на которую ляжет Шадрейхт. Остальные поползут вслед за нилдами,
предварительно закрепив на руках и коленях куски пористого материала, чтобы защитить
кожу от жестких камней. Из-за высокого роста элимам придется труднее всех.
Периодически необходимо делать перерывы для сна - больше нескольких миль в
день таким образом не преодолеть. В туннеле хватало места для детенышей-нилдов -
они должны были регулярно подносить запасы пищи и питьевой воды. Взрослые
пообещали на протяжении всего пути оказывать путешественникам всевозможную
помощь. Нилды знали, на что идут. Однако, даже несмотря на все их старания, будущий
переход представлялся крайне трудным.
Путешественники подкрепились, поспали несколько часов. Наконец снизу, из
туннеля, пришел сигнал: все готово.
С этой минуты началась худшая, незабываемая часть путешествия. Почти в полной
темноте ползли они в ледяной грязи, зачастую по колено в воде. Холод был невыносим.
Через несколько часов Сирина выбилась из сил и, содрогаясь от гипотермического шока,
рухнула в грязь.
Нилды объявили тревогу, передали по цепочке сигнал бедствия, оттолкнули
Эвандера, ринулись к принцессе и подняли ее. К счастью, вода оказалась не очень
глубокой. Нилды со всех сторон облепили тело девушки, как пчелы окружают свою
королеву, и тепло их тел одолело роковой холод. Через некоторое время Сирина пришла в
сознание, и ее немедленно заставили съесть горькие травы с хлебом. Прежде чем
двинуться дальше, сделали небольшой перерыв для отдыха. Сирина выразила твердую
решимость продолжить путь - ради Рителта она была готова перенести любые тяготы.
Во время привала нилды достали заранее приготовленные одеяла, сухую одежду и
мазь для ссадин на руках и коленях. Эвандер и Сирина погибли бы в темном, холодном
туннеле от переохлаждения, если бы нилды не согревали их теплом своих тел.
Следующий день был еще хуже - непереносимо болели бедра и плечи. И юноша, и
принцесса окончательно выбились из сил от усталости и холода. Даже элимы, за
исключением Шадрейхта, чувствовали себя измотанными. Старец вошел в
медитационный транс и не ощущал никаких неудобств. Перспакс и Тегакс слабели. На
следующей остановке нилдам пришлось окружить своими теплыми телами и их. Как
гордые элимы перенесли столь интимную помощь со стороны свободных нилдов,
осталось неизвестным. Искатели не распространялись на эту тему.
Самым ужасным оказался третий день. Эвандер и принцесса устали, у них болела
каждая косточка, и ползти вперед было настоящим мучением. Их колени превратились в
сплошную рану. Каждые два-три часа приходилось останавливаться для еды и отдыха. К
несчастью, отряд находился в самом глубоком участке туннеля. В некоторых местах дно
толстым слоем покрывала густая грязь, кое-где вода поднималась почти до шеи. Несмотря
на холод, путешественники двигались вперед. Забота нилдов не давала людям и элимам
погибнуть. Многочисленные детеныши регулярно приносили сухую одежду.
Именно тогда Эвандер ясно осознал, какую огромную работу проделали свободные
нилды. Путь был тяжелым, сотни нилдов рисковали жизнью. Юноша понял, что без
посторонней помощи элимы не смогли бы преодолеть и половины пути.
Четвертый день, к счастью, прошел полегче. Синяки и царапины остались, но
мускулы привыкли к нагрузке и почти не болели. К тому же начался подъем, грязи и воды
стало меньше. Одежда путешественников оставалась сухой на протяжении всего дня, а
холод и сырость уже не так мучили их. Мысль о том, что это последний отрезок пути,
окрыляла. На следующий день они достигли потайного лагеря нилдов, вырубленного в
самом фундаменте Ортондской башни.
Шадрейхт чувствовал, что где-то над ними, на верхних этажах, работает коварный
мозг Сауронлорда. Он был занят подсчетами и планированием вторжения в другой мир -
внимание Врага привлекли далекие земли. Это позволило Шадрейхту безбоязненно
пустить в ход защитное заклинание и скрыть отряд от глаз всех врагов, исключая,
конечно, Обманщика.
Вскоре они вползли на широкую, хорошо освещенную площадку. Под
светильником, держа наготове одеяла и теплую одежду, стояли нилды. Частично
отогревшись, путешественники поели, легли спать на сухие постели и тотчас же заснули
глубоким сном.
Эвандер проснулся оттого, что Сирина трясла его за плечо. На мгновение он
ужаснулся: насколько же она побледнела и осунулась. Но в глубине ее изумрудных глаз
пылал неугасимый огонь, и сердце юноши наполнилось нежностью. Если есть хоть
малейший шанс вырвать ее из этого ада, он пойдет на все.
Повсюду бесшумно суетились нилды.
- Леди Ламина, - прошептал юноша. Сирина улыбнулась:
- Эвандер - Синий Лягух.
Юноша попытался сесть и застонал - заныли сведенные мышцы. Вокруг сновали
десятки нилдов. Рядом, на чуть влажном каменном полу были грудой свалены грубо
обтесанные булыжники.
Эвандер сразу же вспомнил, где они ночевали, и его сердце содрогнулось. От мысли,
что они находятся в подвалах под самым средоточием власти Сауронлорда, по всему телу
пробежал холодок. Если их обнаружат, то немедленно схватят. Пути назад по этому
жуткому туннелю не было. Впереди ждали или успех, или смерть.
- Эвандер, пора вставать. Сейчас позавтракаем и отправимся в путь.
Юноша стряхнул с себя сон и, набросив на плечи одеяло, встал на ноги.
- И всегда-то здесь холодно, - прошептал он.
- Там, куда мы направляемся, не будет холодно.
- Домой.
На одно бесконечное мгновение глаза Сирины встретились с глазами Эвандера.
Власть теней дрогнула, юноша вновь обрел надежду и повнимательнее огляделся по
сторонам.
Неподалеку сидел Шадрейхт и медленно жевал уже привычный жесткий черный
хлеб. За ним мелькали бесчисленные нилды. Они непрерывно сновали по туннелю. Этот
лагерь был важным перевалочным пунктом, людным, но удивительно тихим. Не было
слышно обычной болтовни и разговоров.
Сквозь толпу нилдов пробрался Перспакс. Юноша заметил, что одежда на искателе
чистая и сухая, и наконец понял, что сам одет в такую же. Во время сна нилды переодели
юношу, а он этого даже и не заметил. Эвандер представил, как маленькие, мягкие,
искусные ручки снимают с него грязную одежду и надевают свежую. Эта мысль
несколько смутила юношу, но в то же время помогла ему преодолеть ледяной ужас,
невидимо наполнявший подвал. Эвандер еще раз восхитился фантастическим
трудолюбием малышей и понял, что старая элимская поговорка применима к любым
нилдам, и к "хорошим", и к "нехорошим": "Нилды никогда не сидят без дела".
Юноша чувствовал, как, в ожидании последнего броска, в его душе нарастает
отчаяние. Все предыдущие столкновения с могучими чародеями ни к чему хорошему не
приводили. Чудовищная кожа по-прежнему покрывала его грудь и плечи. Из родного
мира его вышвырнуло на разрушенный Ортонд, а впереди могло ожидать и нечто худшее.
Перспакс кивнул Шадрейхту, и старец поднял руку в благословляющем жесте.
Искатель обратился к Эвандеру:
- Нам только что передали, что враг покинул башню, пройдя сквозь Черное
Зеркало. Пришло время нанести удар.
- Куда он направился?
- Этого не знает никто, кроме самого Ваакзаама. Управляя всеми двенадцатью
мирами, он часто покидает башню. Мне даже трудно представить, насколько широка
сфера его интересов.
Эвандеру тоже не хотелось это представлять, но перед мысленным взором сразу же
возникли картины резни, разрушений и развороченной взрывами земли.
Девушка крепко вцепилась в руку Эвандера - принцесса тоже пыталась побороть
страх. В конце концов, ее никто никогда не учил сражаться с могущественными
чародеями.
- Все будет хорошо, - твердым голосом сказал юноша.
Сирина несколько успокоилась и ослабила хватку.
- Мы должны это сделать, Эвандер. У нас нет другого выхода. - Во взгляде
девушки вновь засветилась решимость.
- И мы это сделаем, - ответил Эвандер. - Мы научились лазить по отвесным
скалам, а здесь будут зарубки в стенах - нилды уже все приготовили.
- Верно, - поддержал юношу Перспакс. - Нилды хорошо потрудились, и при
этом умудрились ничем себя не выдать. Их почти не слышно.
Эвандер понимающе кивнул.
- Они научились вести себя тихо, живя в развалинах Путчада, - заметил он.
С трудом сдерживая ярость, Перспакс посмотрел юноше прямо в лицо.
- Им не было никакой нужды прятаться в Путчаде. Они должны были прийти к
нам, и мы защитили бы их.
- Нилды перестали быть детьми, Перспакс. Срок их службы кончился.
- Хорошее было время, когда нилды служили, а элимы правили. Нилды жили в
безопасности. Элимы жили в достатке. Ортонд был прекрасен.
Появление Конитомимо разрядило напряжение. Волшебный человечек синей
молнией выпрыгнул из толпы нилдов и вскочил на каменную глыбу.
- Как видите, я вернулся, - заявил он высоким, металлическим голосом с
характерными недовольными интонациями.
Все вопросительно воззрились на Конитомимо.
- Я отправился посмотреть на проем в стене, который сделали нилды. Через него
можно попасть на галерею. Залезть туда нелегко. Придется взбираться между двумя
стенами башни, по внешней стороне внутренней стены, если вы понимаете, что я имею в
виду. Башня эта просто огромна, никогда раньше не видел ничего подобного. Не думаю,
что вы сумеете вскарабкаться на нее.
- Спасибо за беспокойство, Конитомимо, - поблагодарила Сирина. - Но тем не
менее мы попытаемся.
Настроение у металлического человечка не улучшилось.
- Думаю, не стоит вам и пытаться. Я считаю, нужно прекратить это безумие и
вернуться в элимскую крепость - там мы, по крайней мере, были в безопасности. Я дух,
порожденный магической ткацкой школой Хиш Вэн, мне необходимы стабильность и
внутреннее спокойствие. А все это предприятие становится крайне утомительным.
- Мы должны подняться на башню, чтобы вернуться домой. - На этот раз металл
прозвучал в голосе Сирины, и юноша невольно улыбнулся.
Конитомимо переступил с ноги на ногу и сделал пируэт.
- Я не хочу возвращаться, чтобы снова превратиться в ковер.
- Тогда оставайся здесь.
- И здесь я тоже оставаться не хочу. Воцарилась удивленная тишина.
- Не хочешь? - Я думала, ты решил жить здесь.
- Мне холодно. Мне здесь всегда холодно. Энергия кончается. Я не могу здесь
оставаться.
- Тогда возвращайся с нами на Рителт, там ты всегда будешь при деле.
- Не очень-то приятно быть заключенным в кусок ткани. Однажды женщина-уголи
бросила меня
...Поділитися у соцмережах
