Жанр: Электронное издание
NIVEL007
...озведение купола было
еще далеко не завершено. Здесь - подходящее место, чтобы
продемонстрировать гостям особенности системы безопасности. Барри
надеялся, что они умеют слушать. Долорес говорила, что во время общения с
ней гости вели себя вполне благоразумно, и это вселяло надежду, но прошлый
опыт заставлял Барри держаться настороженно. Вот и более спокойный
участок, где рабочих в данную минуту нет. Но все равно шумно: рядом рычат
бульдозеры, невдалеке плотники устанавливают свои конструкции, вовсю идет
сварка труб.
- Я знаю, что мы отнимаем у вас время, - сказала миссис Гундерсон. -
Но нам это кажется важным. Многие родители задают вопросы относящиеся к
вашему Центру. Школа расположена лишь в нескольких милях отсюда...
Барри улыбнулся - улыбка выражала согласие. Этим он постарался
показать, что все правильно. И что он знает, что данный визит к нему - это
очень важно. Но мыслями своими он был далеко. Он продолжал обмозговывать
докладную Мак-Клива.
- Как много тут народу... Все эти люди действительно работают на вас?
- спросила другая дама.
- Они - служащие корпорации "Бечтел", - сказал Барри. - Строительство
ведется "Бечтелом". Управление по делам водоснабжения и энергии не могло
бы содержать так много людей на своей постоянной оплате.
Миссис Гундерсон не заинтересовали детали административной структуры.
И она напомнила Барри о себе: ей хочется получить - и быстро -
доскональную информацию. Миссис Гундерсон - полная, хорошо одетая женщина.
Ее муж - владелец большой фермы, расположенной где-то неподалеку.
- Вы собирались показать нам, как обеспечивается безопасность, -
заявила она.
- Хорошо, - Барри показал на возводящийся купол. - Во-первых: само
это сооружение, в котором и будет все размещаться. Несколько футов бетона.
Если что-нибудь там внутри и случиться, то внутри и останется. Но вот что
я хотел бы вам показать, - он ткнул пальцем в сторону трубы, выходящей
из-под недостроенного купола. - Это наша главная линия охлаждения.
Нержавеющая сталь. Два фута в диаметре. Толщина стенки равна одному дюйму.
Вон лежит отрезанный кусок трубы, и я готов спорить, что вы не сможете
поднять его.
Миссис Гундерсон приняла вызов. Она ухватилась за край четырех
футового отрезка, но не смогла сдвинуть его даже с места.
- Теперь предположим, что хладагент не поступает, где-то полностью
вытек - что совершенно исключено, - сказал Барри. - Понятия не имею, как
это может случиться, но предположим, что такое произошло. Внутри этого
сооружения как раз сейчас рабочие устанавливают баки - эти емкости
предназначены для хранения холодильного агента. На случай возникновения
аварийной ситуации. И это большие баки. Если давление воды в главной линии
охлаждения понизится, вода из баков под высоким давлением пойдет прямо в
сердцевину реактора.
Он провел их под купол, стараясь ознакомить их буквально со всем.
Показал им насосы для заполнения полостей реактора водой. Показал бак на
тридцать тысяч галлонов в котором будет храниться запас воды для турбин.
- Все это предназначено для обеспечения охлаждения в случае
возникновения критического положения, - пояснил Барри.
- А какова производительность? - спросила миссис Гундерсон.
- Сто галлонов в минуту. Примерно как у шести садовых шлангов вместе
взятых.
- Мне не кажется, что это слишком много. И это все, что может
оказаться необходимым?
- У нас есть все, что может оказаться необходимым. Поверьте мне,
миссис Гундерсон, мы обеспечиваем безопасность ваших детей более, чем это
смог бы сделать еще кто-либо. Мы готовы вовсе оружие встретить любые так
называемые несчастные случаи - даже те, которые никогда не могут
произойти. У нас есть специальные люди, работа которых заключается в
придумывании несчастных случаев. Они изобретают всякие глупости, которые -
мы в этом уверены - просто не могут случится. Это делается, чтобы они были
готовы ко всему - даже невероятному.
Он провел посетителей через все здания понимая, что громадность
окружающего произведет на них впечатление. Как и на него самого. Ему
нравится - он любит! - этот силовой комплекс. Большую часть этой жизни он
провел, готовя себя к этой работе.
Наконец, гости увидели все, и Барри повел их обратно. Там, в центре
приема посетителей ими займутся люди из отдела общественной информации и
рекламы. Надеюсь я все сделал правильно, подумал он. Они могут здорово
помочь нам, если захотят. Но могут также и здорово навредить...
- Меня очень интересует еще одно, - сказала миссис Гундерсон. -
Диверсия. Я понимаю, вы сделали все, что могли, чтобы предотвратить
несчастные случаи, но предположим, что кто-то специально попытается...
взорвать все это. В конце концов, вы не можете держать здесь очень большую
охрану, а сумасшедших в нашем мире хватает.
- Да. Что ж, мы предусмотрели способы, какими могла бы быть проведена
диверсия, - Барри улыбнулся. - Извините меня, но рассказывать об этом я не
буду.
Гостьи неуверенно заулыбались ему в ответ. Наконец, миссис Гундерсон
сказала:
- Значит, вы уверены, что никакая банда не сможет нанести ущерба
вашему центру?
Барри покачал головой:
- Нет, сударыня. Мы уверены, что любая диверсия против нас не сможет
причинить ущерб _в_а_м_ - что бы не предпринималось. Но полностью
обезопасить сам центр невозможно. Взгляните на турбины. Они делают три
тысячи шестьсот оборотов в минуту. Лопасти вращаются так быстро, что если
в паровую линию попадет всего лишь несколько капель воды, турбина будет
повреждена. Аппаратный зал уязвим для любого идиота с динамитом. Нет, мы
не сможем остановить диверсантов, пожелавших привести вред комплексу, но
точно так же никто не может предотвратить поджег баков на энергоцентрах,
работающих на нефтяном топливе. Однако в наших силах проследить, чтобы
никто за стенами нашего комплекса не потерпел никакого ущерба.
- А те, кто будет работать здесь?
Барри пожал плечами:
- Знаете. Никому не кажется странным, что работа полицейских и
пожарных окутана ореолом романтики. Но о тех, кто работает на силовых
комплексах, известно гораздо меньше. Люди иначе расценивали бы их труд,
если увидели, как наши парни, стоя по пояс в нефти, перекрывают клапан.
Или если б увидели монтера на вершине энергоопоры - в окружении
электрических разрядов... Мы должны делать свою работу, миссис Гундерсон.
И мы ее делаем - если нам не мешают ее делать.
Веет теплый ветер, небо ясное. Это Хаустон, пригород Эль-Лаго. Период
дождей окончился и сотня семейств загорало сейчас на задних дворах своих
дворов. В местных лавках запас пива почти полностью распродан.
Замотанный, голодный и счастливый (еще бы, все выходные ему предстоит
провести дома!) Рик Деланти вытащил бифштексы из гриля и рассовал их по
булочкам. Сад его дома заполнен теплом, дымом и шумом - там разместилась
дюжина друзей Рика вместе со своими женами. Слышно, как вопят дети,
затевающие какую-то новую игру. Родители слышат эти вопли и гордятся,
подумал Рик, даже если гордиться, в общем-то, нечем. А сами дети на
родителей не очень то обращают внимания.
- ...никаких новых мыслей, - это голос его жены. - Научные фантасты
писали о космических колониях еще десятки лет назад.
Жена у Рика высокого роста, кожа у нее очень черная. Ее волосы за
плетены в черные косички - эта прическа называется "кукурузная булочка".
Деланти мог вспомнить времена, когда она, наоборот, распрямляла волосы.
- Кстати, об этом писал и Хайнлайн, - сказала Глория Деланти. И,
ожидая одобрения, взглянула на Рика. Но он был слишком занят грилем - а в
памяти почему-то всплыл образ его жены, когда оба еще жили в Чикаго и были
студентами.
- Новое есть, - вошедший был членом весьма избранной и ограниченной
группы. Эван едва не побывал на поверхности Луны. Он был тем, кому выпало
остаться в кабине "Аполлона" - О, Нейл разработал
э_к_о_н_о_м_и_ч_е_с_к_и_й _а_с_п_е_к_т_ строительства космических
колоний. Он доказал, что можно не только писать рассказы на эту тему, но и
заняться делом - то есть реально строить.
- Мне это нравится, - заявила Глория. - Совместный, семейный, так
сказать, проект астронавтов. Каким образом можно подписать контракт?
- Вы уже это сделали, - сказал Джейн Ритчи. - Когда выходили замуж за
летчика испытателя.
- О, разве мы женаты? - удивилась Глория. - Недоумеваю, Эван, как вам
удалось добиться того, чтобы эти люди, стоит им придти в тренировочный
центр, четко и без промедления выполняют свои обязанности?
Из-за тьмы вышел Джон Бейкер:
- Эй, Рики! Я уже думал, что заблудился. С улицы кажется, что здесь
все повымерло.
Раздался хор приветствий. Голоса мужчин, не видевших полковника Джона
Бейкера с тех пор, как он перебрался в Вашингтон, звучали неподдельно
сердечно. А в приветствиях женщин особой теплоты не чувствовалось. Ничего
другого Бейкер и не мог ожидать: он развелся. Такое случалось со многими
астронавтами, и именно поэтому он вернулся обратно в Хаустон (его
возвращение озадачило многих).
Бейкер приветствовал всех взмахом руки, затем засопел, принюхиваясь:
- А мне дадут одну из вот этих штук?
- Ваш приказ будет исполнен, сэр, и если вы его только не отмените...
- Почему у тебя никогда не бывает жареных цыплят?
- Боюсь поддаться стереотипу. Дело в том, что я...
- Чернокожий, - учтиво подсказал Джонни Бейкер.
- А? - Рик испуганно уставился на свои реки. - Нет, это просто жир от
бифштексов. Измазался.
- Так кто же все-таки выбран для полета к комете? - требовательно
спросила Эван. - Большого полета?
- Будь я проклят, если знаю, - ответил Бейкер. - В Вашингтоне все
молчат.
- Черт возьми, намерены послать меня, - сказал Рик Деланти, - у меня
эти сведения из надежного источника.
По хребту Бейкера пробежал холодок. Банка пива осталась полуоткрытой.
Трое мужчин, находившиеся поблизости, оборвали разговор, их жены затаили
дыхание.
- Я когда был в Тексархане, сходил к гадалке, и она...
- Господи! Быстро давай мне ее имя и адрес! - сказал Джонни.
Остальные несколько насильственно заулыбались и вновь занялись
разговорами. - Ну, и навел ты на нас страху, - шепнул Джонни и рассмеялся.
- Ага, - бесстыже сказал Рик, переворачивая бифштексы длинной вилкой.
- Почему не могут проинформировать нас пораньше? Нас насчитывается около
дюжины, мы готовимся неделю за неделей, и нам ни слова. А ведь это будет
последний полет - пока не закончат возиться с "Шаттлом". Я нахожусь в
списке уже шесть лет, и ни разу не был назначен в полет. Сомневаюсь, стоит
ли игра свеч.
Он положил вилку:
- Не только сомневаюсь, но и помню судьбу Дика Слейтона.
Бейкер кивнул. Дик Слейтон входил в первоначально отобранную семерку
астронавтов, и он ждал назначения в полет вплоть до совместной экспедиции
"Союз-Аполлон". Тринадцать лет ждал назначения. Как астронавт он был не
хуже других, но лучшее применение ему находили на земле. Тренировки за
тренировками, и снова наверху решают: незаменим на наземной работе.
- Удивляюсь, как только он это выдержал, - сказал Джонни Бейкер.
- Я тоже, - кивнул Рик. - Но я - единственный в мире астронавт с
черной кожей. Продолжаю надеяться, что это мой козырь.
К грилю подошла Глория:
- Эй, Джонни! О чем это вы вдвоем беседуете?
- А о чем, - от охладителя пива крикнула Джейн, - о чем всегда
говорят астронавты, когда намечается космический полет?
- Может быть, там выжидают нужного момента, - сказал Джонни Бейкер. -
Расовые беспорядки. И - когда настанет время - в космос запустят
чернокожего астронавта. Чтобы доказать, что у нас все равны.
- Не смешно, - сказала Глория.
- Но это предложение ничем не хуже других, - сказал ей Рик. - Я знаю,
как проходит отбор в НАСА. Но если Джонни прав, я должен был получить
назначения во все полеты - без исключения. Во всяком случае, что ты привез
нам из этой забавной пятиугольной лачуги?
- Приказ. Снова приступить к тренировкам. Я тоже кандидат в
экспедицию к Молоту.
- Гм, - Рик потыкал вилкой в кусок мяса. Почти готов. - Это меняет
дело. Очередь из двоих. Ты должен оказаться первым.
Бейкер пожал плечами:
- Не знаю, как пойдут дела на этот раз. Так и не смог понять, как это
меня назначили на "Скайлэб".
- Ты должен подойти, - сказал Рик. - Опыт ремонтных работ в
космическом пространстве. А корабль приводят в порядок быстро, на все
отборочные испытания времени нет. Вывод ясен.
Глория кивнула, кивнули и другие, кто прислушивался к разговору.
Затем окружающие вернулись к своим разговорам. Джонни Бейкер пил пиво, на
душе у него сделалось легче. Если вывод ясен для тех, кто здесь
присутствует, он, вероятно, не менее ясен и членам Астронавтического
комитета Хаустона.
- Кое-какие известия из Вашингтона я все же привез. Сведения не
официальные, но вполне надежные. Русские посылают в полет женщину.
Странным образом распространяется тишина - по расширяющейся
окружности.
- Леонилла Малик. Доктор медицинских наук. Так что мы доктора наук в
космос посылать не будем, - Джонни Бейкер возвысил голос, чтобы слышали
все. - Это точно: русские посылают именно ее, и нам не успеть за их
"Союзом". Источник моих сведений конфиденциальный, но чертовски надежен.
- Может быть, - сказал Дрю Веллен, и сейчас говорил лишь он один, -
может быть, русские считают, что они должны что-то всем доказать.
- Может быть, наши тоже так считают, - сказал кто-то.
Рик почувствовал, как в крови его вспыхнул яркий огонь. Никто ничего
ему не обещал, но он уже _з_н_а_л_.
- Почему вы все так вдруг уставились на меня? - спросил он.
- У тебя горят бифштексы, - сказал Джонни.
Рик опустил взгляд, посмотрел на испускающее дым мясо.
- Гори, дорогуша. Гори, - сказал он.
В три часа ночи Лоретта Рэнделл услышала доносившийся из кухни
странный шум.
Посреди кухонного пола была расстелена вчерашняя газета. Посреди
газеты была поставлена жаровня - самая большая, та, которая прямоугольная.
Жаровня была наполнена мукой. На газете и на полу тоже была мука -
просыпанная. Гарви бросал что-то в жаровню. Лицо у него было усталое и
опечаленное.
- Господи боже, Гарви! Что ты делаешь?
- Привет. Служанка придет завтра, не так ли?
- Да, разумеется, завтра пятница, но что она подумает?
- Доктор Шарпс сказал, что все кратеры имеют круглую форму, - Гарви
поднял руку над жаровней, в пальцах - орех. Пальцы разжались и орех упал.
Мука взметнулась клубнем. - Какова бы ни была скорость или масса или угол
падения метеорита, все равно кратер будет круглым. Наверное, он прав.
Вся поверхность муки была усеяна горошинами и мелкими камушками.
Пресс-папье оставило кратер размером с обеденную тарелку - сейчас уже
почти полностью размытый следами более мелких кратеров. Гарви оглянулся и,
нагнувшись, подобрал бутылочную пробку. Кинул - под острым углом - ее в
муку. Кратер получился круглым.
Лоретта вздохнула, осознавая, что ее муж сошел с ума. - Но Гарви,
зачем ты занялся этим? Ты знаешь который час?
- Но если он прав, значит... - Гарви посмотрел на глобус, принесенный
им с работы. На глобусе были обведены жирно Заколдованные круги: Японское
море, Бенгальский залив. Дугообразная цепочка островов, ограничивающий
Индийский океан. Двойной круг, где образовался Мексиканский залив. Если
хоть один из этих кругов - след столкновения с астероидом, значит было
так: океаны вскипели, все живое было полностью выжжено. Сколько раз
рождалась жизнь на Земле, и была стерта с ее лица и зарождалась снова?
Если он кратко объяснит все Лоретте, она до самого утра будет
трястись от ужаса.
- Не обращай внимания, - сказал Гарви. - Это для фильма.
- Ложись спать. Утром, до того как придет Мария, мы все это уберем
здесь.
- Нет, ничего не трогай. И не позволяй Марии ничего здесь трогать.
Мне нужно будет все это сфотографировать... под различными углами...
И он как в тумане потянулся к ней. Тесно прижавшись друг к другу,
Гарви и Лоретта пошли к кровати.
АПРЕЛЬ: ДВА
Никто не знает, сколько объектов различного размера -
вплоть до тех, что имеют несколько миль в диаметре
ежегодно незамеченными проходят невдалеке от Земли.
Доктор Роберт С.Ричардсон.
Высокогорная обсерватория Маунт Вильсон
Когда Гарви вышел из здания теле компании, рядом с вездеходом он
увидел Тима Хамнера. Гарви нахмурился:
- Привет, Тим. Что вы здесь делаете?
- Если б я вошел в здание, это был бы визит заказчика - важное дело,
правильно? Мне не нужны важные дела, мне нужна ваша благосклонность.
- Благосклонность?
- Купите мне выпить, и я все расскажу.
Гарви скользнул взглядом по дорогостоящим костюму и галстуку Тима. Не
совсем подходящее одеяние для того, кто хочет остаться незамеченным. В
таком костюме ездить на дерби. Служитель парковочной стоянки узнал Тима
Хамнера. Знаком он был и хозяйке кафе - она немедленно провела их внутрь.
- О'кей, так о чем вы хотели со мной поговорить? - спросил Гарви,
когда они заняли место за столиком.
- Мне хотелось бы, чтобы вы - как и я - не имели никакого дела с ИРД,
- сказал Хамнер. - Похоже, я перестаю быть владельцем своей кометы. Я
ничего не могу поделать со специалистами, и то же самое происходит с теле
фильмами. А ведь это ваши фильмы... - Тим замолчал, мелкими глотками
потягивая из стакана. Он никогда не выпрашивал у людей сочувствия -
особенно у людей, на него работающих. - Гарви. Я хотел бы принять участие
еще в одном интервью. Бесплатно, разумеется.
А, дерьмо. Что произойдет, если я скажу ему, что это невозможно?
Консультировался ли он со своими юридическими советниками? Я полностью
уверен, что сейчас не время с ним ссориться.
- Знаете, сейчас для нас это представляет меньший интерес, чем
раньше. Сейчас мы интервьюируем людей с улицы.
- Разве они все - не тупицы?
- Некоторые - да. Но иногда натыкаешься на жемчужное зерно. А это
всегда нравится телезрителям.
(И кроме того я сам знаю, как мне делать свою работу, черт побери!)
- Для чего вам это? Хоть какую нибудь ползу вы от этого получаете?
Гарви пожал плечами:
- Мне бы не хотелось прерывать работу над этим фильмом... Но не это
главное. Я хочу выяснить, как относятся люди к возникшей проблеме. Мне
хочется обнаружить неожиданное. Мне мало того, что уже сделано. Я хочу
идти дальше. И...
- Продолжайте, - в кафе царил полумрак, Тим сузил глаза, заметив,
какое странное выражение приобрело лицо Рэнделла.
- Ну... Люди с улицы выражают странные желания - которые я не в силах
понять. Они хотят, чтобы Джонни назначили в экспедицию к Молоту и...
- Черт побери!
- Вероятно, они захотят этого еще сильнее, если выясниться, что Земле
предстоит столкновение с Гигантской порцией мороженного. Им важно одно:
пошлите Джонни! Тим, это почти тоже самое, как если бы люди в большинстве
желали конца света...
- Но ведь это ужасно.
- Может быть. Однако с этим приходиться примириться.
Ужасно для тебя, подумал Гарви, но не так ужасно для мужчины с улицы,
вынужденного ходить на работу, которую он ненавидит. Или для женщины,
которой приходиться спать с распустившим слюни боссом - чтобы тот не
выгнал ее с работы...
- Видите ли, заказчик - вы, и я не могу помешать вам. Но я настаиваю,
чтобы соблюдались определенные правила. Если хотите, мы начнем съемки рано
утром...
- Хочу, - Тим допил свой стакан. - Мне это будет полезно. А вы...
говорят, вы способны извлечь пользу даже из виселицы, на которой вас
повесят - если провисите достаточно долго.
Вездеход был доверху набит людьми и оборудованием. Камеры, ленты,
портативный письменный столик - если понадобиться что-то писать. Марк
Ческу с трудом нашел место, где можно сесть. Трое уместились на заднем
сиденье, Хамнер устроился на переднем. Марку вспомнились проводившиеся в
пустыне мотогонки: машины забиты мотоциклами и всяким механическим
оборудованием. Гонщиков впихивали как попало - будто о них вспомнили в
самый последний момент. Ожидая, когда подойдут остальные телевизионщики,
Марк включил радио.
Чей-то голос - внушающий доверие, убедительный. Чувствовалось, что
говорит профессиональный оратор.
"И евангелие сие будет проповедоваться во все мире, дабы
засвидетельствовали его все народы. А затем настанет конец света. Поэтому,
когда увидите вы, что воцарилась предсказанная пророком Даниилом мерзость
запустения, станьте во месте святом. И пусть те, которые в Иудее спасаются
в горах" - голос изменил тональность - теперь выступающие не цитировал, а
проповедовал. - "Народ мой, разве ты не видишь, что сейчас твориться в
церквах? Разве это не та предсказанная мерзость? "Прочитавший сие пусть
поймет сие". Молот приближается, чтобы уничтожить злых и безнравственных".
- "Ибо настанет пора великого бедствия, которого не было от
сотворения мира и до наших дней, какого никогда не было. И когда минуют те
краткие дни, не останется нигде никакой плоти живой".
- Звучит внушительно, - сказал чей-то голос за спиной Марка. И Чарли
Баскомб залез в вездеход.
- Вам проповедовал Евангелие преподобный Генри Армитаж, - сказал
радио диктор. - Исполняя заповедь, радиостанция "Голос бога" вещает на
весь мир на всех языках. Ваши пожертвования способствуют работе нашей
радиостанции.
- В эти дни - наверняка - слушают эту станцию многие, - сказал Марк.
- И, должно быть, сейчас деньги текут к нему со все сторон.
Машина выехала в Бурбанк и остановилась возле студии "Хорнер
Бразерс". Приятная улица: много магазинов, и вообще тут все есть: от
кабинок для просмотра короткометражек до изысканных ресторанов. Вдоль
широкого бульвара текла людская река. Старлетки и киношники шли вперемежку
с делового вида деятелями из страховых компаний. От автобусных и
трамвайных остановок растекалась по улицам толпа женщин (эти домохозяйки -
средний класс). Следом брели знаменитые артисты телевидения, из тех, кто
живет по берегам озера Толука.
Пока его команда устанавливала камеры и звукоаппаратуру, Гарви вместе
с Тимом Хамнером направился в ресторан - пить кофе. Следом за ними - когда
все было готово - пошел Марк. Приблизившись к столику, где сидел Гарви и
Тим, он услышал, что говорит Гарви - а говорил он так тихо, что Марк едва
мог разобрать.
- ...и вся задача состоит в том, чтобы узнать, что думают люди. Свои
собственные мысли я постараюсь скрыть: вопросы будут задаваться
нейтральные и нейтральным голосом. Ваши мысли вам тоже придется скрыть
молчанием. Ясно?
- Абсолютно ясно, - растягивая слова, ответил Тим. Взгляд у него был
острый. - Что я должен буду делать?
- Вы можете быть полезным. Вы можете помочь Марку в проведении
опроса. А можете устраниться.
- У меня есть хорошая пишущая машинка, - сказал Хамнер. - Я мог бы...
- Мы не вправе использовать ничего, что у вас есть, - сказал Рэнделл.
- Вы не член профсоюза, - подняв взгляд, он увидел Марка. Марк кивнул ему,
и Гарви покинул ресторан. Марк вышел вместе с Хамнером.
- Он поручил мне то, что обычно, - сказал Марк. - Это, если честно
говорить, убивает меня.
- Я вам верю. И, думаю, если б я помешал чем-либо интервьюированию,
он бы тут же уволил меня. А ехать на такси отсюда дорого.
- Знаете, - хмыкнул Марк, - а мне когда-то казалось, что вы -
заказчик.
- Ага. Этот ваш Гарви Рэнделл - крепкий орешек. Вы давно занимаетесь
этим делом?
Марк покачал головой.
- Это у меня временное, просто хочу чуть поработать для Гарви. Может
когда-нибудь я сделаю это своим постоянным занятием, но - вы сами знаете,
что такое телевизионный бизнес. Такая работа подрежет крылышки моей
свободе.
Над Бурбанком висел смог.
- Вижу сегодня в горах правит бал Гертц, - сказал Хамнер.
Марк уставился на него в удивлении:
- Это как?
Хамнер показал на север, туда, где горизонт долины Сан-Фернандо тонул
в коричневой дымке:
- Иногда отсюда видны горы. У меня там в горах обсерватория. Но,
видимо, ущелье Гертца сегодня гонит туман обратно.
Они подошли к вездеходу. Камеры были уже установлены, наготове
показать хоть крупный план, хоть широкую панораму - по выбору. Гарви начал
работу: остановил мускулистого мужчину в каске и рабочих ботинках. Мужчина
явно выделялся на фоне толпы торговцев и бизнесменов.
- ...Рич Коллантц. Занят на стройке - вон там - "Авери Билдинг".
Голос и манеры поведения Гарви Рэнделла такие, чтобы человек
разговорился. Если понадобиться, то, как он задает вопросы, будет заснято
повторно.
- Вы слышали что-нибудь о комете Хамнер-Брауна?
Коллантц рассмеялся.
- У меня не так много свободного времени, как вы, наверное, думаете,
чтобы размышлять о кометах.
(Гарви улыбнулся)
- Но я смотрел "Ежевечернее обозрение". Там сказали, что она может
столкнуться с Землей.
- И что вы по этому поводу думаете?
- Гав... дерьмо, - Коллантц перевел взгляд на камеру. - Некоторые
умники всегда что-то предсказывают. Озон исчезнет, мы все погибнем. А
вспомните шестьдесят восьмой, когда все предсказывали и гадалки
утверждали, что Калифорния соскользнет в океан, и психи бежали спасаться в
горы.
- Да, но астрономы говорят, что если голова кометы столкнется с
землей, это послужит причиной наступления...
- Ледникового периода, - прервал Коллантц. - Я это знаю. Прочел об
этом в журнале "Астрономия", - он усм
...Поділитися у соцмережах
