Жанр: Электронное издание
Mazin-03
...ревалили за гребень.
— Кто это был? — спросил Санти, когда они, спустившись со склона,
сели передохнуть.
— Думаю, демон! — сказал Нил. — Никакая живая тварь не сможет жить в
этой гадости!
— Да? — Санти никогда не сталкивался с демоном, но все же склонен был
думать, что черное чудище — именно живое существо. С демоном у него скорее
ассоциировался тот «слизень» на перевале.
— Но это не демон, к которому мы идем! Потому забудем о нем и
отправимся искать нашего!
— Хорошо, — согласился Санти. — Я думаю, нам нужно идти туда! — Он
показал на уходящий вниз склон, образованный застывшим лавовым языком.
— Ты ведешь! — сказал Нил.
Но пошел первым.
Поначалу спуск показался Санти делом совсем нетрудным. Тем более что
Нил безошибочно находил самый удобный маршрут. Но не прошли они и пары миль,
как юноша запросил пощады. Ноги его совершенно отказывались работать. Нил же,
казалось, совсем не устал, хотя, в отличие от шедшего налегке Санти, тащил
огромный тюк. Великан сжалился над ним.
— Отдых! — сказал он. И юноша без сил повалился на камни.
Нил развязал мешок, вынул из него одеяла, легкий шатер из паутинного
шелка, еду. Через двадцать минут Санти, сбросив куртку, уже сидел внутри
обогреваемого масляной лампой шатра и уплетал мясо, запивая его сладким
подогретым вином.
К его изумлению, Нил съел едва ли не втрое меньше, чем он сам.
— Я как собака: наедаюсь впрок! — засмеялся он в ответ на вопрос
юноши.
Когда Санти поел, его неудержимо потянуло в сон. Все плыло перед его
глазами. Он хотел сказать Нилу, чтоб тот разбудил его, когда придет время Санти
караулить, но не успел. Уснул. Великан завернул его в одно из одеял, и Санти
спокойно проспал почти до полудня.
Нил разбудил его, когда лик солнца выглянул из-за восточного хребта.
Юноша с трудом разлепил веки. Он увидел свет, пробивающийся сквозь шелк шатра,
и со стоном сел. Все мышцы его болели, а о ногах — и говорить нечего.
— Сколько я спал? — спросил он Нила.
— Часов двенадцать, думаю, проспал, — усмехнулся великан.
Санти, охая, как старик, подполз к выходу и откинул клапан шатра.
— Уже день! — воскликнул он. — Почему ты не разбудил меня?
— Разбудил, как видишь. На, пей! — великан протянул ему чашку с
подогретым вином.
— Нам давно пора быть в пути! — возмущенно заявил юноша.
— Угу! Сейчас пойдем! — Нил насмешливо разглядывал его недовольное
лицо. А потом отобрал у него чашку: — Ну-ка, раздевайся! Выжмем из тебя лишний
сок.
Санти заартачился было, но великан сделал свирепое лицо и, пошевелив
толстыми пальцами, заявил:
— Сейчас я тебя взбодрю!
И Санти, кряхтя, снял с себя одежду. Спать на камнях он тоже не
привык.
— Взбодрю! Ох, взбодрю! — приговаривал Нил, разминая его икры.
Санти закусил губу: ему было очень больно.
— Ты покричи, покричи! — посоветовал Нил. — Полегче будет. Воин не
охает, как ты. — Он очень похоже передразнил юношу. — Воин испускает боевой
клич. Вот так! — и взревел взбесившимся кугурром, совершенно оглушив юношу.
— Ну-ка попробуй, брат Санти!
Санти попробовал.
— Для пробы сойдет! — одобрил Нил. — Ну-ка, еще раз! А теперь —
зашипи! Сквозь зубы! Очень помогает, когда тебя бьют дубинкой по животу.
Санти рычал, шипел, вопил. Руки великана месили его так, будто
действительно выдавливали сок.
— Арр! Ух! У-у! У тебя... о!.. ловко получается! — сообщил ему Санти.
— Что могу — то могу! — согласился великан. — И, заметь, мне
наплевать, что ты — весь деревянный! — Его ладони выбили барабанную дробь на
спине Санти, а заодно и весь воздух — из его легких.
— Хей-мей! Брат! Иногда я думаю, что и мертвого смог бы заставить
плясать!
Он ухватил Санти за плечи и, придавив коленом, выгнул ему спину так,
что юноша едва не потерял сознание.
— А ты — молодец! — сказал он Санти, у которого перед глазами плыли
черные круги. — Терпеливый! Ну, еще немного — и ты запрыгаешь по скалам, как
влюбленный паук! Все! Поднимайся! Хватит изображать из себя дохлого вола!
Санти очень осторожно сел. Каждая клеточка его тела горела, но это
было уже не больно, а скорее даже приятно. И он мог двигаться, не сжимая зубов.
— Ты — маг! — восхитился юноша.
— Что правда, то не ложь. Садись, поешь и отправимся!
Пока Санти, сидя на свернутом одеяле, поглощал завтрак, Нил
упаковывал вещи. Солнце стояло уже высоко, и воздух потеплел.
Когда юноша покончил с едой, Нил запихнул одеяло в тюк, а тюк вскинул
на спину.
— Куда, проводник? — весело осведомился он.
Одно за другим повторял Биорк непонятные слова. Ничего не
происходило. Да он и был абсолютно уверен, что не произойдет.
— Может, я слишком тихо говорю? — спросил он Королеву, чтобы показать
свою заинтересованность.
— Это не имеет значения, сирхар! — Королева была растеряна.
Она стояла перед вагаром, совершенно не стесняясь своей наготы, и
Биорку это было приятно. Он уже знал, что в Урнгуре иначе относятся к
обнаженному телу, чем в Конге.
— Все! — сказала упавшим голосом Правительница Урнгура. — Он не
пришел!
— Я думаю, все эти маги-сирхары тебя просто дурачили, — попытался
утешить ее вагар.
— Уверена, что нет! Если бы ты видел, как Хаор обращался с ними...
— Как?
— Даже глядеть на это было... неприятно!
— Я знаю многих магов, — Биорк старался быть убедительным. — Я видел,
как они создают иллюзии и играют ими. Если маг дарит тебе женщину, она желанней
всех женщин мира. Если он дарит тебе сотворенный им перстень, перстень может
«пережить» даже твоих внуков. Если он ударяет тебя мечом... Я видел, как умер
человек, когда его проткнули таким «мечом». А в руке мага ничего не было! Мага
я убил, кстати. Тот человек был моим другом. Но я говорю: настоящий маг может
почти все. А блаженство? Есть тысячи способов достичь блаженства. Например, я
знаю один кактус, он растет и у вас, в Урнгуре...
— Довольно! — перебила его Королева. — Ты забываешь: я — Женщина
Урнгура! У нас тоже есть магия! И не слабее, чем у сирхара! Ни одной из нас Ди
Гон не мог ничего сделать, потому что мы — дочери Хаора! Он же был лишь его
рабом! Как и ты! А вот есть ли у тебя магия, я сейчас узнаю. Боги! — в голосе
ее звучало неподдельное горе. — Я проверяю, есть ли магия у моего cupxapa!
Вагар выслушал ее совершенно спокойно. Он не верил в богов. В магию
он верил, но боялся ее не больше, чем рубящего меча. А уж что касается женской
магии...
Взгляд Королевы затуманился. Биорк ждал. Он ничего не чувствовал. И
ничего не происходило. По его мнению.
— Довольно? — предложил он через несколько минут.
— А?
Вид у Королевы был совершенно ошеломленный. Каким бы ни был результат
ее «проверки», это было явно не то, чего она ожидала.
«Может, все же сказать ей, кто убил Ди Гона? — подумал вагар. — Вдруг
это избавит ее от иллюзий?» Но, оценив выражение лица королевы, решил
воздержаться от откровенности. «Я опростоволосился, — подумал он. — Пусть хоть
звезда Нила не потускнеет. Нил все-таки маг, вот он и разберется с этим
мифическим Хаором! Или создаст ей подходящую замену!»
Он приблизился к женщине и провел ладонями по ее гладким бедрам. Кожа
Анг-ли была цвета темного янтаря.
— Может быть, нам продолжить то, что мы начали? — предложил он
ласково.
— Нет! Ты не муж мой! И не сирхар! К сожалению. Я — Королева Урнгура
и должна чтить обычаи. У тебя нет Силы! — И довольно грубо оттолкнула вагара от
себя.
В следующее мгновение она уже лежала на полу.
Королева потеряла дар речи. Откуда ей знать, что Биорк с легкостью
уложил бы трех ее самых сильных воинов.
— Анг-ли! — прошептал он ей в самое ухо. — Я — сирхар! Потому что так
сказал тот, кого мы оба уважаем! — Королева, прижатая к ковру так, что не
смогла бы и шевельнуться, молчала. — Ты хорошо понимаешь мой хольдский?
Женщина машинально кивнула.
— Если я неприятен тебе, скажи! Может, тебя смущает мой рост?
Королева не делала попыток освободиться, но и не проявляла никаких
чувств.
— Может, тебе не нравится, что у меня нет магии?
— Она у тебя есть! — живо сказала Королева. — То есть не магия, а
наоборот. Ты знаешь это?
Но у Биорка сейчас не было желания обсуждать собственные возможности
или слабости.
— Если ты все еще против, только скажи. — И нежно куснул ее за ухо.
— Нет, — нерешительно проговорила женщина. — Нет, я не против, но...
— Вот и хорошо! — Биорк тут же отпустил ее руки.
Королева вздохнула... и покорилась.
— Очень похоже на то самое место! — Санти внимательно разглядывал
скалы внизу. — Если нам удастся спуститься...
Нил посмотрел на крутой склон под ними, не склон — обрыв. И черные
каменные зубцы, казавшиеся клыками ожидающей их чудовищной пасти.
— Если это то самое место, брат, — сказал он, — мы спустимся.
Он распаковал вещи и достал снаряжение.
— У нас только тысяча локтей троса! — сказал он.
— Больше и не потребуется, — отозвался Санти. Он был почти убежден,
что место — то самое. Уверенность пришла извне, и юноша перестал сомневаться.
Нил забил в расщелину костыль и закрепил трос.
— Надень рукавицы! — сказал он юноше.
Нил ухватился за тонкий паутинный канат с редкими узлами и,
отталкиваясь ногами от стенки, «полетел» вниз.
Санти последовал его примеру. Держаться за тонкий трос было довольно
сложно. Ноги не всегда находили опору. Хорошо, что великан отобрал у него весь
груз.
«Ты — в горах. И ты — новичок, — заявил Нил. — Если ты сыграешь вниз,
кто будет меня спасать, а?»
Нил быстро достиг широкого плоского выступа и остановился, чтобы
дождаться Санти, который, тяжело дыша, присоединился к нему через несколько
минут.
— Отдохни! — предложил великан. — Ты совсем запыхался!
— Зря ты согласился меня взять! — проговорил Санти, жадно втягивая
воздух. В последнее время он почему-то все время страдал одышкой.
— А ты не забыл, брат, что без тебя я ползал бы вслепую, как
новорожденный пард? Отдыхай! Десяток минут ничего не значат!
Однако этих десяти минут у них не оказалось.
Каменный балкон, карниз шириной не больше четырех локтей, вдруг
слегка тряхнуло. Санти не придал этому значения, но Нил встрепенулся.
— Ты слышал? — спросил он.
Санти помотал головой. Но он знал, что слух у сына вагара намного
лучше, чем у него.
— А что слышал ты?
— Похоже на хлопок. — Нил встал, но тут же вынужден был присесть —
еще один толчок едва не сбросил его с карниза.
— Похоже, наш демон решил нас поприветствовать! — пошутил Санти.
И словно в ответ его словам оглушительный взрыв потряс горы. Санти
инстинктивно пригнул голову, а потом посмотрел вверх и увидел, что из ближайшей
к ним конической вершины бьет вверх узкая прозрачная струя раскаленного газа.
Поднявшись на высоту в тысячу локтей, струя расширилась, превратилась в
колонну, почти сразу же почерневшую от миллионов кусков породы, вырванных
струей пара.
Взлетев на огромную высоту, они посыпались вниз.
— Лезь! — закричал Нил, всовывая в руки Санти трос.
Пока юноша соображал, великан толчком сбросил его с карниза. Санти
повис на канате, а сверху уже сыпались раскаленные камни. Санти взглянул себе
под ноги и вдруг увидел там то, что было им больше всего необходимо сейчас:
неровное широкое отверстие в скале. Прямо под балконом.
— Нил! — громко закричал он, чтобы перекрыть грохот извержения. —
Пещера! Сразу под карнизом!
Он скользнул вниз на десять локтей и оказался прямо напротив черного
широкого входа внутрь горы. Шесть локтей отделяло его от края пещеры. Шесть
локтей — и пропасть в полмили глубиной. Камень ударил его в плечо, и левая рука
тут же онемела. Хорошо еще обломок был совсем маленький. Иначе Санти полетел бы
следом за ним. Он с трудом удерживался на тросе, а тут еще Нил сверху стал
раскачивать его.
— Прекрати! — в отчаянии завопил юноша.
Но Нил не обратил внимания на его вопль. Канат раскачивался все
сильнее. Санти изо всех сил вцепился в него правой рукой, ногами... И вдруг
понял замысел Нила. Понял, когда ударился о склон в двух локтях от края пещеры.
Второй раз он уже ухитрился оттолкнуться так, чтобы изменить траекторию. Моля
богов о том, чтобы не сорваться, оттолкнулся еще раз, посильнее, и следующим
махом угодил прямо в отверстие. У него хватило сообразительности не отпустить
трос. Неровный пол пещеры служил удобной опорой. Он натянул канат — и Нил тут
же оказался рядом с ним. Шлем воина был немного помят, и на ногах великан стоял
не вполне твердо. Но доспехи и теплая куртка сослужили свою службу. Теперь
оставалось только ждать, глядя, как проносится мимо каменный дождь. Гора еще
несколько раз вздрогнула, и Санти поглядел на своды над ними — выдержали ли они
толчки? И тут в голове его что-то произошло, и он узнал.
— Нил. — Он коснулся руки великана. — Это — то место!
— Да? — Нил совсем не удивился.
— Я уверен! — Санти с опаской посмотрел в черную глубину пещеры.
— Я тоже так думаю! Поспорим, что через десять шагов пол станет
гладким, как кожа девушки?
Санти не стал спорить, он просто шагнул в темноту.
— Нет уж! — Великан схватил его за руку. — Вперед пойду я! И изволь
не отставать! На-ка! — Он вложил в ладонь Санти конец кожаного ремня. — Вперед!
Они прошли десять шагов, и сто, но основание пещеры осталось таким
же, как и прежде. Никаких следов того, что это место создано не природой, а
магией. А ведь, насколько Санти понял, Нил намекал именно на это. Санти не
хотелось идти дальше. Он буквально чувствовал, как сам воздух толкает его
назад. Если бы не ремень в руке, он, пожалуй, остановился бы. И скорее всего,
двинулся бы обратно. Он и остановился. Ремень в его руке дернулся, а потом он
услышал шаги возвращающегося к нему Нила.
— Сейчас, — пробормотал великан. — Сейчас! Санти услышал, как он
положил тюк, развязал его. Вдруг во мраке пещеры вспыхнул свет: Нил зажег
светильник.
— Возьми! — сказал он, вручая его Санти. — С ним тебе будет веселее!
И они двинулись дальше. Глядя на потрескавшиеся неровные стены, Санти
еще раз убедился, что пещера — естественного происхождения. И все же в ней было
что-то необычное.
Нил словно бы угадал его мысли.
— Какой странный звук! — проговорил он. — Идешь по твердому камню, а
звук такой, будто по чему-то мягкому. Вроде травы.
Санти ощущал то же самое.
— Что будем делать? — спросил он.
— Да ничего! Идти вперед!
Санти взглянул на светильник. Масла оставалось еще на полчаса.
— Нил, — спросил он, — у нас есть еще масло?
— Сколько угодно! Не беспокойся! — и вдруг остановился.
— Что случилось? — почему-то шепотом спросил юноша.
Великан ничего не сказал. А потом вдруг хлопнул в ладоши. И еще раз.
— Что ты делаешь? — удивился Санти.
— Здесь нет эха! — сказал Нил.
Точно! Эха не было.
— Сдается, мы на верном пути! — удовлетворенно изрек гигант и
двинулся дальше.
Санти старался от него не отставать. Он почувствовал покалывание.
Множество маленьких иголочек притрагивались к его спине, затылку, ногам. Он не
стал говорить об этом своему спутнику, но попытался «увидеть» пещеру внутренним
зрением. То же, что и в башне сирхара: его внутреннее «око» ослепло. Санти
встревожился всерьез. Особенно когда ощутил еще кое-что: он «потерял» Этайю.
Все время пути, до самого входа в пещеру, он чувствовал: фьёль рядом. Сейчас ее
не было. Она «ушла», и он, возбужденный падением вулканических бомб, не заметил
вовремя ее «отсутствия».
Какое-то время он машинально двигался за Нилом, но, наконец осознав
важность собственных наблюдений, решил, что должен поделиться ими со своим
спутником.
— Нил! — Он догнал великана. — Стой!
Сын вагара остановился как вкопанный.
— Что? — негромко спросил он, и юноша лишь сейчас заметил, насколько
Нил напряжен.
Как мог внятно, Санти рассказал ему о собственных ощущениях.
Нил внимательно слушал его, а потом спросил:
— Что ты предлагаешь?
— Не знаю... — растерянно отвечал Санти.
— Тогда идем! — резко произнес Нил, повернулся и зашагал по странному
полу тоннеля.
Санти ничего не оставалось, как последовать за ним. Свет масляной
лампы по-прежнему озарял стены. Значит, шли они не так уж долго. Отчего же
Санти кажется, что прошло так много времени?
Но он продолжал идти, потому что остановиться — значит, оставить Нила
одного.
— Ти-ихо! — прошипел великан, резко останавливаясь.
Санти на миг застыл с поднятой ногой, потом осторожно поставил ее. Он
тоже услышал звук. Пение. Негромкое пение. Слов не разобрать, но голос похож на
женский.
— Стой здесь! — приказал Нил.
Он отпустил ремень, сбросил со спины тюк. Вернее, аккуратно положил
его. Санти видел, как великан начал было вытаскивать меч, но потом все же
оставил его в ножнах. Медленно, очень медленно и осторожно Нил двинулся вперед.
Тоннель изгибался вправо и вниз, и через двадцать шагов Санти перестал видеть
спину великана, а Нил уловил брезживший впереди свет. Сын вагара сделал еще
несколько шагов, и вдруг «пол» ушел у него из-под ног и он упал вниз, на
спружинившие ноги, так и не поняв, что произошло.
Нил оказался в огромной пещере, громадном каменном зале, украшенном
белыми сходящимися колоннами сталактитов и сталагмитов, похожих на пальцы
гигантских рук, вмурованных в камень. Зал был потрясающе огромен. Рука человека
никогда не касалась его стен, но непонятно откуда идущий тусклый серый свет
озарял его бугристые своды.
И Нил увидел того, кто пел. И тот, кто пел, увидел Нила. И они узнали
друг друга. И Нил невольно попятился, а тот, кто пел (если это пел он), прыгнул
вперед.
— А-а! — обрадованно пискнуло Дитя. — Ты! Ты! Ты! Поиграем? Да? — В
пухлой «ручке» моментально возник огненный шар.
— Нет! Не спеши! — закричал великан. Впрочем, рядом с этим «ребенком»
он вовсе не казался великаном.
— Почему? — «малыш» надул губки. Каждая — в локоть толщиной.
Нил силился что-то вспомнить, но не мог.
— Это твой дом, сынок? — спросил он первое, что пришло в голову.
— Не-е-е... Не мой! Поиграем, а?
Демон подпрыгнул на одной ноге и приблизился к Нилу сразу на десяток
локтей. Сын Биорка заметил, что босая «ножка» твердо стоит на полу, а не висит
над ним, как тогда, в подземелье Ди Гона.
— Не твой? — удивился Нил. — А где же твой дом, сынок?
«Личико» демона перекосилось.
— Ты плохой! Плохой! — закричал он. — Уходи вон! Сноп огня едва не
испепелил Нила. Тот едва успел отпрыгнуть в сторону.
— Сынок! Постой! — закричал он. — Игрушки! Игрушки у тебя есть?
— А? — «Малыш» остановился, поглядел на сына вагара, склонив голову к
плечу. — Игрушки есть.
— А покажи! — попросил Нил, не зная еще, нашел он верный тон или
короткую дорогу в Нижний Мир.
— Сынок! Сынок! Дон! Дон! Дон! — «Малыш», напевая, поскакал на одной
ноге к центру пещеры. — Дон! Дон! Дон! Я хороший! — сообщил он, поворачиваясь к
Нилу.
— Хороший, сынок! Хороший!
— Гляди, какая у меня игрушка! — игриво проговорил «малыш». Из его
ладони выплеснулся сноп искр, взорвавшийся в воздухе и очертивший в нем нечто
вроде шара.
— Красота! — важно сказал демон и еще раз полыхнул огнем. — А теперь
ты! А теперь ты!
Санти, потеряв Нила из виду, не рискнул сразу пойти за ним. Он ждал
несколько минут. А потом светильник в его руке стал быстро угасать, и через
мгновение юноша оказался в полной темноте. Нет, не в полной! Там, куда ушел
великан, брезжил слабенький, почти призрачный свет.
Санти не оставалось ничего другого, как нарушить приказ старшего
друга. Ждать в темноте ему было физически невтерпеж.
Санти шел вперед, и свет постепенно разгорался. А потом нога юноши
зацепилась за что-то твердое, он едва не упал, но уперся коленом в невидимую
ступеньку, встал на нее, затем на следующую — и вдруг оказался под высокими
сводами каменной полости. И увидел Нила.
— Теперь ты! — требовательно сказал «малыш», маня сына вагара ручкой.
— Я не могу! — сказал Нил.
Лицо «ребенка» вновь искривилось.
— Ты не хочешь! — убежденно сказал он. — Ты плохой! Не хочешь со мной
играть! — И двинулся к Нилу.
Меньше всего тому хотелось играть в пятнашки с огненным демоном. Он
попытался укрыться за одним из сросшихся с полом сталактитов. Но демон двигался
прямо к нему. И прошел при этом через точно такую же белую колонну, словно ее и
не было.
— Сынок! Сынок! — закричал Нил. — Погоди!
Санти оценил положение.
— Эй! — крикнул он.
Демон мгновенно обернулся.
— Привет! — сказал Санти. — Как дела?
— У! — застенчиво сказало Дитя.
— Поиграем? — сказал Санти.
«Детское личико» расцвело улыбкой:
— Ага!
— А ты можешь бросить мяч, а потом поймать?
В руке демона тотчас появился огненный шар. Он швырнул его вверх, и
шар взорвался, ударившись о потолок.
— Не так высоко! — крикнул Санти. Демон бросил еще один шар и на сей
раз поймал его. Шар будто сам притянулся к его «ладошке».
— А теперь ты! — крикнул он Санти, и огненный мяч полетел к нему.
Санти присел, шар пролетел над его головой и взорвался в глубине
каменного тоннеля. Рука юноши невольно коснулась эфеса меча. Бессознательный
жест. С тем же успехом он мог бы взяться за застежку куртки. Но нет! Эффект
этого простого прикосновения был поразительным. Исчезли базальтовые стены
пещеры, исчезли сталактиты. Юноша стоял у стенки громадных размеров Сферы. Нил
и Дитя были внутри ее.
Сын вагара стоял на прозрачной светящейся пленке, разделяющей Сферу
надвое. На этой же «пленке» стоял и Санти. А посередине, там, где взорвались
выпущенные демоном искры, очень медленно поворачивался огромный голубой шар.
Санти узнал его: этот шар плыл ему навстречу, увеличиваясь, там, в подземелье
под Владением соххоггои. Завороженный его красотой, Санти забыл обо всем.
Крик «малыша» вывел его из оцепенения:
— Перестань! Перестань! Сейчас же перестань!
Санти посмотрел на демона: «малыш» исчез. Остался сгусток красного
пламени, выбрасывающий огненные протуберанцы, пронзающие шар насквозь. Это было
ужасно!
Нил не видел того, что видел Санти. Зато он увидел, как поплыли,
потекли черты «детского» лица, превращаясь в красную маску-череп. Рот стал
огненной щелью, разделяющей голову пополам, а тело по-прежнему оставалось телом
громадного ребенка. И руки его начали расти, удлиняться, потянулись к стоящему
на пороге Санти извивающимися, как щупальца, пальцами.
— Трой, Нил! Трой! — закричал юноша, отшатываясь от тянувшихся к нему
языков огня.
Невидимая преграда в мозгу сына Биорка рухнула. Он вспомнил!
— Сынок! — закричал он. — Сынок! Лови! — Выхватил из-за пазухи
цилиндрик и бросил его демону.
Рука Санти в этот момент соскользнула с рукояти меча. Он увидел на
миг нависшую над ним маску Смерти, а потом — вновь профиль счастливого детского
лица.
Точным движением демон поймал цилиндрик.
— И-и-и! — в восторге заверещал он и прижал крохотный предмет к своей
груди. Черты лица его разгладились, успокоились, блаженная улыбка раздвинула
пухлые губки.
Он медленно опустился на пол пещеры, поджал ноги и закрыл глаза. Нил
сделал шаг, и глаза демона открылись.
— Спасибо! — отчетливо произнес «малыш» и опустил веки.
Санти прикоснулся к мечу и вновь увидел волшебную Сферу. И голубой,
медленно вращающийся шар. Он посмотрел на демона. И вместо красного пламени
увидел голубые, сплетенные в кокон светящиеся нити. Санти сделал мысленное
движение и «заглянул» внутрь.
... И увидел себя, только себя очень маленького, не больше четырех
лет. Он сидел на ступенях дома перед небольшой зеленой лужайкой. Сидел и гладил
маленькую лохматую собаку. А за лужайкой была невысокая оградка из витых
стальных прутьев. Он сидел и ждал. А потом увидел фигуру женщины, идущей через
лужайку.
— Дом, доу, вау! — напевала она и улыбалась Санти.
И была она очень-очень большая и очень-очень любимая. Санти вскочил
со ступенек и бросился к ней, протягивая руки.
— Мама! — закричал он изо всех сил. — Мамочка!
Санти открыл глаза. Сначала он не понимал, что происходит. Кто-то нес
его. Вокруг было темно.
— Очнулся? — раздался рядом, прямо над ним, ласковый бас Нила.
— Да-а! — пробормотал Санти. — Можешь поставить меня на ноги.
— Как хочешь! Но смотри: я могу еще долго тебя нести, ты не слишком
тяжел! — Санти услышал смешок.
— Поставь, поставь! — сказал юноша.
И Нил опустил его на пол.
— Зажечь светильник? — спросил великан.
— Погоди! — Санти прикоснулся к рукояти меча. И тьма исчезла. Он был
в залитом зеленым светом коридоре, за стенами которого пульсировало и
переливалось нечто, не имеющее имени в человеческой речи. И еще он услышал
музыку. Санти не сразу понял, на что она похожа. Но когда понял, то стал еще
счастливей: то была музыка фьёльнов.
— Нил! — сказал он. — Мне не нужен свет. И мне больше не хочется
отсюда уходить!
— Если так, побудем немного здесь, — согласился великан.
Но Санти слишком хорошо ощущал его тревогу.
— Ладно, идем! — сказал он. — Идем!
И они двинулись к выходу.
Снаружи была тишина и синее прозрачное небо, полное света.
Вулканическая бомбардировка кончилась. Земля больше не содрогалась, даже
воздух, казалось, стал чище и свежее.
Нил взглянул на Санти и улыбнулся.
— Мы сделали! — сказал он. — Сделали! Остается только вернуться
назад!
Внутри у сына Биорка было легко и
Поділитися у соцмережах
