Жанр: Электронное издание
lezenda
...ста сорвал. Я и так лезу из шкуры вон, боюсь каждый раз вместе с колесницей в
море грохнуться. Если бы ты выделял мне нормальные средства на ремонт колесницы и
обслуживание сопутствующих механизмов, то этого ЧП никогда бы не случилось.
- То есть что ты конкретно имеешь в виду? - не унимался Зевс. - Выражайся яснее.
- Могу и яснее, - кивнул Гелиос. - Ты лучше посчитай, сколько в процентном
отношении золота уходит на пиры и сколько на обслуживание техники Олимпа.
- И сколько же? - заинтересовался Громовержец.
- Много, - ответил бог солнца, - очень много. Жратву для пиров кто поставляет?
Смертные. Девочек для развлечений кто отбирает? Тоже смертные, эти, жрецы храмов
разных. А ведь за все приходится платить. Неужели ты забыл об этом? Платить золотом,
которого в последнее время Гефест стал отливать что-то подозрительно мало, вследствие
чего и требует с меня за починку небесной повозки плату золотом. Ну, я отодрал пару
кусочков от колесницы, а она, зараза, хуже ездить стала, трясется, как девка, голого эфиопа
увидевшая. На поворотах меня знаете как заносит...
Зевс нахмурил густые брови.
- Я поговорю с Гефестом.
- Вот-вот, - кивнул Гелиос, - поговори-поговори, интересно, что он тебе ответит,
небось давно уже ожидает этого разговора, подготовился, зараза. Попомни мои слова: все это
очень плохо кончится. (Гелиос как в воду глядел. - Авт.)
- Да ты не каркай, - внезапно взвилась Гера, - и без тебя проблем выше крыши!
- А это не мое дело, - в свою очередь огрызнулся Гелиос, - что там на земле, меня
мало волнует, мне небо объезжать надо.
- Ладно, ладно, не ссорьтесь, - сказал примирительно Зевс. - Разберемся и с
троянцами этими, и с засранцами, то есть с теми, кто амброзию спер.
- Надо их наказать, - кивнул Гермес, - чтобы другим неповадно было.
- Все верно, - согласился с ним Зевс, - но сперва займемся троянцами, уж больно
война большая вызревает, как бы нам вообще без смертных не остаться.
И боги серьезно задумались.
А события на земле, то бишь в Греции, стремительно набирали обороты.
Обретший роскошные ветвистые рога царь Менелай приплыл к Агамемнону, который
при виде своего младшего братца от смеха чуть тут же не испустил дух. Пришлось отливать
Агамемнона водой, а у Менелая отобрать меч и, соответственно, все колюще-режущие
предметы.
- Ну ты, братец, даешь, - сказал, утирая катившиеся из глаз слезы, Агамемнон. -
Кто ж молодую жену со здоровыми красивыми мужиками во дворце оставляет?
- Жаль, тебя там не было, - резко ответил Менелай, - чтобы посоветовать. Да
развяжите же меня наконец.
Подчиненные с сомнением посмотрели на царя Спарты.
- Живее...
- Развяжите, развяжите, - кивнул Агамемнон. - Я больше не буду смеяться по
поводу его, по поводу его... ой не могу... по поводу его рогов...
Закрыв лицо руками, брат Менелая затрясся в новом приступе хохота.
- Скотина! - крикнул Менелай, после чего плюнул брату на лысину.
Спартиаты снова связали своего царя.
Агамемнон еще немного повсхлипывал и наконец успокоился.
- Шутки шутками, - сказал он, - а что-то нужно предпринять. И я знаю что. Ты
должен собрать всех тех героев, которые дали клятву на свадьбе помогать тебе, если что
нехорошее случится с Еленой. С их армиями тебе следует идти войной против Трои и
показать этим вонючкам, кто в Греции главный. (Вот он, исторический момент. - Авт.)
- А что, это мысль! - оживился Менелай. - Скорее развяжите меня.
Менелая развязали.
- Брат мой, ты только представь себе, - продолжал Агамемнон, - сатир с ней, с
бабой этой, Еленой, но ведь какой великолепный предлог, какой высокий мотив пограбить
богатые славные земли!
- Да, красиво, - согласился Менелай, - но что прикажешь делать с этим? - Он
указал на роскошные ветвистые рога.
Агамемнон хрюкнул, борясь с новым приступом смеха, но Менелаю по неосторожности
кто-то из греков уже вернул меч.
- Не знаю, - ответил Агамемнон, - пожалуй, избавить тебя от сего позорного
атрибута могут только боги. Боюсь я, что приключившаяся с тобой беда случилась не без их
ведома. Извини, брат, но здесь я тебе помочь ничем не могу.
- Ладно, - зло бросил Менелай, - сам разберусь...
Короче, поплыли братья к престарелому царю Нестору в Пилос.
А Нестор этот некогда считался великим воином и стратегом. Очень много он знал
героев, побывал во многих великих битвах, но вот беда - старик в последнее время стал
малость сдавать, вследствие древнего своего возраста Зевса с Аидом путал, Геракла с
Афиной, ну и так далее. В общем, клинило старичка по полной программе.
Прибыли Менелай с Агамемноном на Пилос и давай старика уговаривать им помочь,
дескать, ты многих героев знаешь, помоги, значит, нам их собрать.
- Ну так что же у вас, милые девушки, случилось? - спросил Нестор после
подробного рассказа о коварном поступке Париса.
Братья переглянулись.
- Приехали, - выдохнул Агамемнон. - Ку-ку, дедуля, мы о чем с тобой битый час
разговаривали7
- О ценах на вино в Спарте, - невозмутимо ответил Нестор.
- Воды Стикса! - воскликнул Менелай. - Да он, оказывается, еще тупее, чем моя
жена Елена.
- Бывшая жена, - напомнил Агамемнон. - Нестор, будь другом, не испытывай
наше терпение, помоги в войне с Троей.
- Что? Война? - переспросил старик. - Так что же вы сразу не сказали?
Братья снова в замешательстве переглянулись.
- Фразимед, Антилох, сыновья мои, - позвал Нестор, - скорее идите сюда.
Через несколько минут во дворец Нестора ворвались два вооруженных до зубов бугая в
одинаковых доспехах.
- Знакомьтесь. - Старик показал на гостей. - Это Менемемнон и Агалай.
Сыновья Нестора мрачно кивнули.
- Фразимед, - представился тот, что был повыше.
- Антилох, - буркнул второй.
- Анти кто? - переспросил Менелай, но Агамемнон вовремя наступил брату на ногу.
- Мальчики мои, - Нестор обнял сыновей за плечи, - наконец произошло то, о чем
я мечтал последние шестьдесят лет.
- Да, отец, - прогудели сыновья.
- Мальчики, - продолжал Нестор, - вы не поверите, но началась война.
- Слава Аресу! - дружно взревели Фразимед с Антилохом, потрясая мечами. -
Слава, слава, слава!!!
- Сразу видно, кто их зачал, - шепнул на ухо Агамемнону Менелай.
- Яблоко от яблони, - тихо согласился Агамемнон.
Нестор улыбнулся:
- Я помогу вам, я помогу собрать великих героев. Мальчики, снаряжайте мои лучшие
корабли. Сперва мы посетим Геракла.
Почесав макушку чуть ниже рогов, Менелай деликатно кашлянул:
- Э... - смущенно произнес он, - вообще-то Геракл...
- Что, неужели второй раз женился? - испуганно спросил Нестор.
- Да нет, - ответил Менелай, - скорее наоборот, он умер.
- Ай-яй-яй, - покачал головой Нестор, - как нехорошо, однако, вышло, но мы все
равно к нему заедем.
- Это, интересно, куда? - весело поинтересовался Агамемнон. - На Олимп?
- Гм... -Нестор задумался. - Действительно глупо... м-м... ну тогда навестим Тесея.
- Боюсь, что он тоже умер, - сказал Менелай, - я, конечно, извиняюсь, но среди
ваших знакомых есть кто-нибудь из живых до сих пор героев?
- Да, есть, - с радостью ответил старик, - это мои сыновья.
Менелай с Агамемноном скептически посмотрели на задравших носы сыновей Нестора.
- М-да, плохо дело, - констатировал Менелай, - похоже, что войны с Троей не
будет.
- Как это не будет? - возмутился старик. - Скорее поспешим на корабли, я лично
возглавлю поход против Трои. Плывем же мы на Аргос к царю Диомеду, сыну великого
Тидея, равному силой самому Аресу. Диомед должен мне большую сумму денег, думаю, он
не сможет отказать нам в помощи.
- Вот это уже совсем другое дело, - заулыбались Менелай с Агамемноном. -
Быстрее, Нестор, снаряжай свои корабли, чувствуем мы, великая буря надвигается на
Грецию...
Надо сказать, что хотя братья и выражались фигурально, дождь в Аттике в этот день
пошел, и не просто дождь, а целая буря с грозой, поскольку Зевс на Олимпе снова раздавал
богам розовых слонов по поводу их безответственного отношения к предстоящей войне.
Славные герои собрались на войну против Трои.
Во-первых, разобраться с коварными троянцами собирался царь Аргоса Диомед, сын
Тидея, который при виде полоумного Нестора побледнел, тут же пообещав исполнить любую
его просьбу.
Во-вторых, пограбить богатые земли согласились: сын царя Эвбеи Паламед, внук
Миноса, царь Крита Идоменей и друг Геракла Филоктет, сперший у погибшего героя его
чудо-стрелы.
Решили участвовать в грабеже и два Аякса: большой - сын саламинского царя
Теламона, друга Геракла (здоровый был мужик, однажды, сильно перепив, одной лишь
головой разнес храм Геры) и малый - сын локридского царя Оилея.
В общем, много героев клюнуло на заманчивое предложение пополнить свои сундуки
троянским золотом, вот только царь Итаки, хитроумный Одиссей, сын Лаэрта, что-то юлил.
Чувствовал, мерзавец, что на Олимпе ему и так уже сандалии сплетены, а тут еще поход этот.
Но необходимо было грекам участие Одиссея в походе, ибо многие герои отвечали, что, мол,
если царь Итаки в поход отправится, то и мы с ним, а если нет, так нет.
Но не желал Одиссей покидать Итаку, тем более что он совсем недавно женился на
молоденькой красавице Пенелопе и у него уже родился сын Телемах. (Подробнее об этом
герое читайте во второй части романа. - Авт.)
Короче, решил Одиссей малахольным прикинуться, психом, значит, мол, в бассейне
нечаянно поскользнулся, головой ударился и теперь вроде как идиот.
Приплывают Менелай с Агамемноном в Итаку, естественно, вместе с Нестором и
сыном царя Эвбеи Паламедом. Приплывают, значит, а Одиссей голяком по дворцу скачет с
павлиньим пером в заднице и жалобно так по-бараньи блеет.
- Вот это да! - сказал Менелай, увидев царя Итаки. - Вот что, значит, с мужиками
брак делает. Пока был холостым, был нормальным.
- Профессионально косит, - кивнул Агамемнон, - даже перо в задницу смолой
вклеил.
Посмотрели греки на бегающего на четвереньках по залам Одиссея, плечами пожали и к
жене его молодой Пенелопе так обратились:
- И долго он уже бесится, соплеменников пугает?
- Да вроде со вчерашнего дня, - ответила наивная Пенелопа. - Как ваши корабли
на горизонте увидал, так сразу на четвереньках в глубь дворца и помчался.
- Значит, внезапный приступ. - Паламед задумчивo потеребил подбородок. -
Весьма интересно.
- Как нехорошо получилось, - покачал головой Менелай. - А мы думали его на
войну пригласить, пару сундуков золота предложить.
Баранье блеянье во дворце вдруг оборвалось, а греки, перемигнувшись, заговорили еще
громче.
- Да, очень жаль, - сказал Агамемнон. - Я-то думал Одиссею жемчужину подарить
величиной с кулак, что ж, придется нам плыть обратно.
- Эй, постойте! - донеслось из коридора, и в приемный зал вошел, облаченный в
боевые доспехи, абсолютно здоровый Одиссей.
- Что, неужели излечился? - притворно удивился Паламед.
- Да, - высокомерно кивнул царь Итаки, - приступ внезапно прошел.
Пенелопа озадаченно посмотрела на мужа:
- Милый, я что-то не совсем поняла...
- Потом, потом, - отмахнулся Одиссей, - все вопросы потом, когда вернусь.
Кстати, - он резко повернулся к Агамемнону, - как там насчет моей жемчужины?
- Лично презентую после взятия Трои, - ответил грек, лукаво усмехаясь, - даю
тебе слово.
- Ну что ж, вперед, - скомандовал Одиссей, - дайте мне полчаса, чтобы собрать
войска и спустить на воду корабли.
Греки весело переглянулись:
- Без проблем, мы подождем.
- Пенелопа, - обратился царь Итаки к супруге, - я буду отсутствовать м-м... пару
месяцев, сотки, пожалуйста, к моему возвращению ковер с моим профилем - я ведь знаю,
ты умеешь, - а внизу надпись: "Он разрушил Трою". Я через пару месяцев вернусь,
проверю...
Сидевший на Олимпе у телевизориуса Зевс зловеще рассмеялся.
Но еще одного героя должны были привлечь греки для грядущего мочилова - некоего
Ахилла, приемного сына царя Пелея (смертного) и морской богини Фетиды (усыновили они
его уже тридцатилетним. - Авт.). Мороки с этим Ахиллом было выше крыши, а главное, что
вечно пьяный прорицатель Калхас ни с того ни с сего предсказал Атридам, то есть
Агамемнону и Менелаю, что без этого Ахилла они Трою не возьмут. Морду, конечно, этому
Калхасу набили, но предсказание есть предсказание, раз оно было произнесено, значит, так и
случится. Тем более не стоило этим пренебрегать, когда речь шла о предстоящей войне.
В общем, ничего не поделаешь, отправились греки за Ахиллом. Но Ахилл был, конечно,
не дурак и мог потягаться хитроумием с самим Одиссеем.
Как только прознал он о том, что ищут его греки, дабы в поход против Трои звать,
спрятался герой на острове Скиросе, что в Эгейском море, во дворце царя Ликомеда. Причем
весь прикол был в том, что Ахилл скрывался на этом острове в виде весьма симпатичной
девушки, сбрив бороду и облачившись в женские одежды (ноги и грудь он тоже, кстати,
побрил. - Авт.).
Даже сам царь Ликомед не знал, что среди его дочерей живет переодетый в бабу мужик.
Точнее, царь, конечно, узнал об этом, но потом, когда у каждой из его дочерей родилось по
двойне.
Хорошо устроился Ахилл, какая к сатиру война, зачем ему это нужно?! Лежи себе на
диванчике во дворце дурака-царя и забот никаких не знай. Как в сказке: утром обильный
завтрак, затем любовь, днем роскошный обед и снова любовь, а вечером... страшно подумать.
Все же ненасытные девки были дочери царя Ликомеда - шутка сказать, попробуй
удовлетвори пятнадцать пышнотелых (мягко говоря) красавиц за день.
Возлежал утомленный любовными утехами Ахилл на диванчике и раздумывал, не
податься ли все же на войну, уж очень не хотелось герою получить в ближайшее время
перелом тазовой кости.
Но тут, как назло (или к счастью. - Авт.), на остров приплыли Одиссей с Диомедом,
поскольку прорицатель Калхас за определенную плату заложил им Ахилла, сообщив, где
герой от них скрывается.
- Это ж надо, - продолжал бубнить Одиссей, сойдя на берег острова, - мы в поход
собираемся, а он среди баб жирует, виноград с вином по утрам жрет.
- А ты что, завидуешь? - усмехнулся Диомед. - Зря ты это, Одиссей, у тебя вон
жена молодая дома сидит, гони прочь недостойные мысли, а то сам знаешь... Кто там у нас на
Олимпе за неверными мужьями следит, Гименей или Гера?
- Понятное дело Гименей, - ответил царь Итаки, - у него даже ножницы особые
есть, специально для греков, которые изменяют своим женам.
- То-то. - Диомед поднял к небу указательный палец. - На Зевса надейся, а сам не
плошай...
Царь Ликомед принял знатных греков довольно доброжелательно и очень удивился,
когда те попросили его разрешить им посмотреть на царских дочерей.
- Ну, с Диомедом все ясно, он холостой, - сказал Ликомед. - Но ты, Одиссей, что
скажет твоя Пенелопа?
- Да мы не свататься приплыли, - сказал Одиссей, - у нас тайное военное задание
от Менелая, мы их быстренько посмотрим и назад уплывем.
- Ну, раз тайное военное. - Царь развел руками. - Слуги проведут вас в их покои.
Красивы были дочери Ликомеда, ох как красивы. Тихонько причмокивая губами,
Одиссей с Диомедом осторожно наблюдали за ними, спрятавшись в дворцовом саду.
- Кто же из них Ахилл? - шепотом спросил Диомед, пихая локтем Одиссея в бок.
- Да думаю я, думаю, - огрызнулся царь Итаки. - Сатир бы побрал этого Ахилла,
будем ждать, пока они пойдут купаться к озеру.
- А ты уверен, что они пойдут?
- Уверен, жара вон какая, грех не освежиться.
И греки принялись ждать. Действительно, ближе к обеду девушки, весело шутя и
хихикая, потянулись к озеру.
- Смотри, - прошептал Диомед, указывая на одну из дочерей Ликомеда, - вот эта
толстожопая, случайно, не Ахилл?
- Да нет, - отмахнулся Одиссей, - у Ахилла груди, конечно, накачанные, но не до
такой же степени.
- Да, действительно, - согласился Диомед, - давай подойдем поближе.
- Проклятие! - прошипел Одиссей, когда они были уже у озера. - Эти дуры
собрались купаться в рубахах (пеньюарах. - Авт.).
Сняв верхние одежды, дочери Ликомеда, оставшись в легких холщовых рубашках до
пят, с визгом бросились в воду. Озеро тут же забурлило, как будто в нем резвилось стадо
бегемотов. (А почему как будто? - Авт.)
- И что теперь? - уныло спросил Диомед.
- Будем ждать. - Одиссей ехидно усмехнулся.
- Опять ждать?
- Тише, сейчас они выйдут из воды на берег, и тогда...
- Вот он! - почти закричал Диомед, чуть не выпав из кустов, за которыми они
скрывались.
- Где?!! - изумился Одиссей.
- Да вот же, слева, у дуба...
Одиссей присмотрелся:
- Мать моя женщина, действительно мужик.
Холщовые рубашки девушек сильно намокли в воде и теперь весьма рельефно облегали
их пышные формы.
Вытащив из-за пазухи сетку, Одиссей осторожно двинулся к берегу озера.
- Слышишь, приятель, - начал канючить Диомед. - Может, прихватим еще и вон
ту круглопопую, ну пожалуйста, и так на войне радостей никаких.
- Нельзя, - цыкнул на друга Одиссей. - Менелай нам тогда уж точно женилки
поотрывает.
- Или Пенелопа, - тихо добавил Диомед.
Момент греками был выбран более чем удачно.
Выжав волосы, девушки полезли в воду по второму кругу. Озеро снова покрылось
мощными волнами. Ахилл же остался на берегу, томным взглядом опытного пастуха
наблюдая за резвящимися красавицами.
- Слушай, а тебе не жалко мужику кайф ломать? - спросил Одиссея Диомед,
сочувственно глядя на Ахилла.
- Мне жемчужины моей жалко, - ответил царь Итаки, проворно выскакивая из
кустов.
Нападение Одиссея было столь стремительным, что Ахилл даже не успел ничего
понять, как оказался спутанным по рукам и ногам прочной сетью.
- Скорее! - закричал Диомеду Одиссей. - Бежим на корабль, берись за его ноги.
Увидев скрутивших его двух здоровых бородатых мужиков, Ахилл понял, что крупно
влип.
- Вы что, братья, - жалобно застонал он, - не надо, пожалуйста, я не женщина, я
мужчина.
- Да заткнись ты. - Диомед, пыхтя, отпустил трепыхавшейся жертве чувствительный
пинок под зад.
- Мама! - закричал Ахилл. - Помоги, здоровые волосатые мужики меня
девственности лишить хотят.
Наблюдавший с Олимпа за комической сценой Зевс, утирая слезы, придержал за локоть
рванувшуюся было на помощь к сыну богиню Фетиду.
- Спокойно, подруга, спокойно, - давясь смехом, успокоил он встревоженную мать
героя. - Думаю, что с твоим Ахиллом все будет в порядке.
И, забегая вперед, следует отметить, что Громовержец оказался прав.
Глава 6
О КОЗАХ И О ТОМ, КАК ОПАСНО ПОПАДАТЬСЯ ЗЕВСУ ПОД ГОРЯЧУЮ РУКУ
Дионис усмехнулся:
- Деньги в порядке, лежат в надежном месте.
- Да не слушай ты его, - сказал Алкидий, который был немного навеселе и потому
очень смелый. - Он небось их давно уже пропил.
- Ты действительно так считаешь? - удивился Фемистоклюс. - Дионис,
пожалуйста, развей сомнения нашего друга.
Дионис хмыкнул, и на дубовом столе питейного заведения возникло три пузатых мешка
с золотом.
Алкидий попытался дотронуться до них, но мешки тут же исчезли.
- Это нечестно! - обиженно закричал грек.
- Что нечестно, друг мой? - спросил Дионис.
- Нечестно, что ты не отдаешь нам нашу долю, - пояснил Алкидий.
- Но ведь у меня деньги в безопасности, кто из смертных спрячет их лучше бога
Диониса?
- Действительно, кто? - согласились друзья, залпом выдув по чаше вина.
Они снова прожигали время в питейном доме "За пазухой у Зевса", и снова их
постоянным сокружником был бог вина, вечно веселый Дионис.
- Ну так как там у вас на Олимпе? - спросил Фемистоклюс. - Что нового?
- Зевс страшно бузит, - ответил бог вина, - клянется стереть вас с лица земли.
- Это плохо, - задумчиво проговорил Фемистоклюс.
- Главное, что в отличие от других богов, - добавил Дионис, - он вполне может
это сделать.
- Да?!! - Друзья переглянулись.
- Ага, - подтвердил бог вина. - Только ему сейчас не до вас, вы, наверное, уже
слышали, что в Греции назревает война.
- Конечно, слышали, - усмехнулся Фемистоклюс, - с Троей, из-за девки этой
балахманной Елены, ты сам нам, кстати, об этом недавно говорил
- Царь Спарты Менелай армию великих героев собирает, - продолжал Дионис -
Все об этом в Аттике только и толкуют.
- Елена, это так, всего лишь красивый предлог, - глубокомысленно заявил Алкидий,
- чтобы вдоволь Трою пограбить. Не похитил бы ее Парис, нашли бы, к чему другому
придраться, скажем, к неправильной там форме носа троянского царя Приама или к жене его
Гекубе, которая, по слухам, наполовину амазонка.
- Да, дела, - согласился Фемистоклюс. - На Олимпе не до нас. Но думаю, все же
нам с Алкидием не стоит расслабляться. Эй, секундочку, а где Алкидий...
Фемистоклюс с Дионисом стали с недоумением озираться. Посмотрели направо, налево,
потом взглянули вверх на потолок. Алкидия нигде не было.
Пожав плечами, Фемистоклюс заглянул под стол и с удовлетворением обнаружил
пьяного приятеля мирно спящим на полу.
- Он никогда не умел пить, - как бы извиняясь за друга, сообщил Фемистоклюс.
- Хочешь, он за секунду протрезвеет? - предложил бог вина. - Я могу это сделать
запросто.
Фемистоклюс задумался, но ответить не успел, поскольку прикрепленная к его поясу
плоская черная коробочка, подаренная Герой, внезапно издала мелодичную трель.
Фемистоклюс вздрогнул.
- Сними ее, - посоветовал Дионис. Рыжий грек опасливо снял коробочку с пояса и,
раскрыв, поднес ее к уху.
- Да, я слушаю, - с некоторой робостью произнес он.
- Болван, - донеслось из коробочки, - ты держишь трубку вверх ногами.
Смущенно покраснев, Фемистоклюс перевернул удивительное устройство.
- Значит, так, - сказала в трубке Гера, - сегодня ровно в полдень этот старый
кобель Зевс, судя по всему, намылился к очередной шлюшке на землю. Смотрите в оба, это
ваш шанс. Он спустится с Олимпа в священную рощу у своего главного храма, скорее всего в
образе козла, провороните - пеняйте на себя.
- Э... - робко попытался возразить Фемистоклюс.
- И никаких "э", - бескомпромиссно отрезала Гера. - Не забудьте захватить с
собой изобретение Гефеста. Все. До связи.
Ожившая на время черная коробочка снова стала мертвой.
- Фух. - Фемистоклюс повесил устройство обратно на свой веревочный пояс.
- Задание от Геры? - спросил Дионис.
- Оно самое, - с грустью подтвердил Фемистоклюс. - Не было забот...
- Но ведь вы работаете на нее не бесплатно?
- Конечно нет, - ответил грек. - Какой же идиот в наше время что-то просто так
делать станет?
- Верно, - хохотнул бог вина. - Ну так что, протрезвить твоего друга?
- Валяй, - согласился Фемистоклюс, и через секунду из-под стола вылез абсолютно
трезвый Алкидий.
- Что случилось? - недоуменно спросил он. - Почему я был под столом?
- Поскользнулся, упал, - ответил Фемистоклюс (очнулся, перелом, гипс. Гм, шучу.
- Авт.).
- На фруктовой кожуре, - лукаво подмигивая, подтвердил Дионис.
- Ну где же он, уже ровно полдень, - нетерпеливо ерзал залегший за небольшим
холмиком Алкидий.
- Тише ты. - Фемистоклюс показал приятелю кулак. - Схрон выдашь.
За спиной у рыжего грека висел небольшой кожаный ранец с удивительным
изобретением Гефеста.
Нещадно палило солнце.
Прошло десять минут, пятнадцать, и вот с неба с урчанием опустилась небольшая белая
тучка, на которой нервно перебирал копытцами небольшой серобородый козел.
- Действительно козел, - ахнул Алкидий. - Это интересно, кого он тут обольщать
собрался, свиноматку, что ли?
- Тише, - зашипел Фемистоклюс. - Зевс и в образе козла по-прежнему Зевс, ни
одна смертная девка перед ним не устоит.
Приглушенно заржав, Алкидий покрутил пальцем у виска.
Тем временем козел, ловко соскочив с опустившегося в траву облачка, резво поскакал
куда-то в глубь рощи.
- Скорее за ним, - скомандовал Фемистоклюс, выскакивая из укрытия.
Козел явно знал, куда бежит, уверенно лавируя между деревьями.
- Точно, - сказал запыхавшийся Фемистоклюс, - у него здесь свидание.
Вскоре друзья увидели впереди прекрасную полянку, сплошь заросшую чудесными
фиалками. Остановившись посередине этой полянки, козел принялся чего-то или, скорее,
кого-то ждать.
- Смотри. - Алкидий дотронулся до плеча друга, указывая куда-то вправо.
Из-за деревьев на краю поляны робко выглядывала молоденькая большеглазая дриада.
- Старый развратник! - прошептал Алкидий. - Интересно, когда он примет свой
человеческий облик?
- А он его не примет, - ответил Фемистоклюс.
- Как это не примет? - испугался Алкидий. - А как же они э... ну ты понял, что я
имею в виду.
- А вот это, - потряс в воздухе указательным пальцем Фемистоклюс, - самое
интересное.
Дриада явно колебалась, но козел стал живо бить в землю копытцами, приглашая
девушку на полянку.
- Ме-э-э-э, - вдруг донеслось с другого конца поляны, и из кустов внезапно
выскочил крупный черный козел.
- А это еще кто? - удивились друзья. Мотая рогами, черный козел проворно
приблизился к Зевсу.
- Ме-э-э-э, - громко заявил он. Зевс попятился, а испуганной дриады и след простыл.
- Может, это Гера? - предположил Алкидий.
- Да нет, вряд ли, - покачал головой Фемистоклюс. - Иначе зачем мы ей
понадобились?
Зевс пятился, но черный козел, качая рогами вправо-влево, не выпускал его с поляны.
- Пошел на фиг, - вдруг произнес человеческим голосом Зевс. (Ну, вы поняли, что
это козел произнес, в которого Зевс превратился. - Авт.)
Друзья в засаде замерли в ожидании, что же будет дальше.
А дальше было вот что: черный козел несколько опешил, услышав человеческий голос,
но справедливости ради следует заметить, что своих планов, если они у него изначально и
были в отношении Зевса, он не поменял. Зашевелив ушами и пожевав в зубах сорванный
одуванчик, он, издав очередное "ме-э-э-э", игриво боднул Зевса в бок.
- А ну пошел отсюда, я кому сказал, - снова взревел басом Зевс, но козел его совсем
не испугался, а стал весело скакать рядом.
- Почему он не примет человеческий облик? - все недоумевал Алкидий. - Или, на
худой конец, в тигра не превратится?
- А он не может, - усмехнулся Фемистоклюс. - Мне Дионис по пьянке
рассказывал, что то устройство, которое
...Поділитися у соцмережах
