Жанр: Электронное издание
ГЛАВА 9. ПРОБЛЕМЫ ПОЗИТИВНОГО
РЕФОРМИРОВАНИЯ
ХОЗЯЙСТВЕННОЙ СИСТЕМЫ
В РОССИИ В СВЕТЕ ТЕОРИЙ
НЕЛИНЕЙНОГО РАЗВИТИЯ
Сложившееся в нашей стране положение характеризуется
переплетением большого числа взаимосвязанных кризисных
ситуаций. Их своеобразие состоит не только в глубине и
сложности отражаемых конфликтов, но и в их разнопорядковом,
разноуровневом характере. То, что предстает в форме
всеобъемлющего кризиса, является следствием необходимости
технического перевооружения хозяйства, корректировки его
структуры, решения целого комплекса не только производственно-технических,
но и финансовых, экологических, национ
ально-территориальных. социально-культурных и прочих
проблем. Многообразие и сложность кризисных ситуаций, переплетение
экономических, социальных и политических факторов.
определяющих их развитие, затрудняют не только квалифик
ацию кризиса, но и выработку мер по его преодолению.
Трудности в практической области во многом связаны с отсутствием
достаточного теоретического изучения проблем переходных
социально-экономических процессов и научного
обоснования механизмов межсистемных трансформаций.
1. Ни в начале ни в ходе осуществления реформирования
российской экономики не были сформулированы цели
вносимых в функционирование хозяйственной системы
изменений. Соответственно система была лишена стратегических
ориентиров развития.
2. Отказ от формулирования цели социально-экономической
трансформации сопровождался отсутствием науч167
ного обоснования и прогнозного обеспечения стратегии
реформ, игнорированием необходимости оценки необходимых
ресурсов и социальных издержек, сопровожд
ающих этот процесс.
3. Принятый курс реформирования не учитывал специфику
существовавшей в России планово-централизованной
системы хозяйства и был нацелен на "включение"
рыночных регуляторов, отсутствующих в данной организ
ации. Иными словами, методы реформирования не
были адекватны внутренней организации системы.
4. Меры, принимаемые в ходе реформ, были ориентированы
на воздействие - отклик в определенном смысле в
детерминированной хозяйственной системе, находящейся
в относительно устойчивом состоянии и соответствующими
ему взаимосвязями. Не была учтена принципи
альная нелинейность эффектов и взаимодействий
в переходной экономике.
5. Игнорирование принципиальной неравновесности переходной
экономики сопровождалось отказом от контроля,
регулирования направленности и темпа системных
изменений, акцентом на действие механизмов рыночной
самоорганизации, что обусловило дезорганизацию
системы и стихийное развитие кризисных процессов на
фоне депрессивной государственной экономической политики.
Критическое положение, в котором находится российская
экономика, обусловливает необходимость экстренных антикризисных
мер, формирования нового направления государственного
регулирования, направленного на обеспечение развития
общества и хозяйства, которое в данной работе определено
как "позитивное реформирование" в противовес реализов
авшемуся ранее разрушительному курсу.
Кризисное положение российской экономики определяет
не просто критичное отношение к тем мерам, которые были
реализованы в рамках курса "шоковой терапии", но необходимость
их осмысления в новом контексте нынешних проблем
и решения задачи по выработке курса антикризисного
регулирования, стабилизационной стратегии и долгосрочной
политики, направленной на развитие российского общества и
хозяйства. В этом смысле особую актуальность приобретает
осмысление практики исторических успешных трансформаций
и стабилизационных программ, а также изучение общих
для сложнооргани зеванных динамических систем механизмов
их перестройки.
Позитивное реформирование: возможности
и условия использования исторического опыта
К настоящему времени в мировом развитии накоплен значительный
опыт позитивных социально-экономических
трансформаций, различных по своим масштабам и осуществленных
неоднородными по социальному устройству и уровню
развития странами. Среди них - послевоенные Германия и
Япония, страны Юго-Восточной Азии и Латинской Америки.
Пример такого развития продемонстрировали ряд стран во
время преодоления структурных диспропорций, вызванных
кризисом 1973-1975 гг. (в первую очередь США, Великобритания,
страны Западной Европы)'. Ныне наиболее показательным
примером успешных социально-экономических трансформ
аций служит развитие Китая и стран НИС. Однако, как
представляется, творческое переосмысление исторического
опыта может стать не столько основой для выявления определенных
схем и механизмов (хотя важность этого тоже нельзя
отрицать), сколько для понимания общих принципов успешного
реформирования^
Использование опыта позитивной трансформации других
стран достаточно затруднено в силу общих системных закономерностей
их организации, национальных и культурных особенностей.
Возможность заимствования тех или иных механизмов,
деталей и форм хозяйственного, равно как и общественного
устройства, схем для регулирования и реформирования
экономики должна быть оценена на основе принципа
морфофункционального соответствия, согласно которому
внешние признаки определяются глубокими внутренними
взаимосвязями системы и не могут быть вырваны из контекст
а ее целостности. Поэтому путь заимствования черт другой
системы бесперспективен: морфологические внешние признаки
определяются внутренним содержанием; те механизмы, которые
работают в системе на определенном уровне, не независимы.
а определены всей совокупностью признаков, всей гаммой
системных закономерностей.
Основная сложность применения мирового опыта для выр
аботки антикризисной реформационной программы для России
заключена не просто в переработке накопленных проектов
и опыта других стран, а в творческой их переработке, котор
ая определяется уникальностью ситуации, своеобразием
переживаемого кризиса и особым состоянием нашей экономики.
С одной стороны, ее характеризует высокий технический потенци
ал. свойственный прежде всего отраслям, связанным с
военным и космическим производством. По этим показателям
российская экономика опережает многие промышленно развитые
капиталистические страны или в отдельных научно-технических
областях стоит вровень с ними. С другой стороны.
ей присущи перекосы в отраслевой структуре, неразвитый потребительский
рынок, отсталое сельское хозяйство, использов
ание устаревших технологий, неэффективные громоздкие
структуры управления, отсутствие мотивации инициативы и
внедрения технических новшеств и, что отчетливо проявляется
в последнее время, производственной деятельности в целом.
Низкий, а зачастую просто нищенский уровень жизни
населения ставит нашу страну по показателям потребления в
ряд развивающихся стран. Огромные размеры территории, нер
авномерность индустриального развития регионов, неоднородность
технического оснащения отраслей и сфер хозяйства
также являются важными препятствиями в выработке и проведении
единой программы технического развития, реформационных
преобразований и выхода из кризиса.
Наряду с объективными особенностями состояния хозяй-
ства реформационная программа должна учитывать уникальный
характер кризиса, поразившего нашу страну, и тех целей,
которые преследует осуществление межсистемной трансформ
ации. Возникновение кризисных ситуаций, обусловленное
действием стихийных рыночных сил, в то же время предполаг
ает существование механизма разрешения порождающих их
противоречий и соответственно перевода системы в новое устойчивое
состояние, т.е. выхода из кризиса. Своеобразие ситу
ации в нашей стране упирается в отсутствие аналогичного
механизма, действие которого вывело бы экономику из кризис
а. Жесткая структура нашей социально-экономической
системы пока "работает" на закрепление сложившегося положения.
Таким образом, своеобразие кризиса распада диктует
потребность в качественно иных мерах по его преодолению в
сравнении с традиционными экономическими кризисами,
протекающими в рамках капиталистической системы.
До настоящего времени наиболее расхожей являлась точка
зрения, основанная на прямом сравнении хозяйственных мех
анизмов, сложившихся в нашей стране и на Западе, и ей соответствов
али рекомендации по выработке антикризисной
программы: поскольку рыночная экономика "работает" эффективно,
а наша - нет, необходимо всемерно способствовать
переносу элементов рыночной организации на нашу почву.
При этом не учитывается, что "включение" частичных механизмов
в инородной нерыночной среде будет искажать их
действие.
Более того, как показал опыт российских реформ, надежды
на то, что само по себе введение "стихийного начала рынк
а" может значительно ускорить выход из кризиса, что стоит
только "ввести рынок", как его объективные регуляторы
сформируют необходимые оптимальные пропорции, установят
хозяйственные связи, выведут на путь технологического
процветания, по существу, сродни идеализму. Эти надежды
столь же иллюзорны, сколь и опасны. До недавнего времени
далеко не всегда рыночный хозяйственный механизм поним
ался у нас как совокупная система двух взаимообусловленных
начал - стихийного и жестко регулируемого.
Регулирующие рыночные механизмы - их сила и направленность,
степень соответствия общественным потребностям
развития, выраженным в рыночных категориях, - находятся в
прямой зависимости от степени развитости самого рынка, поскольку
это лишь части, стороны целого механизма функциониров
ания рыночной системы организации хозяйства. Безусловно,
развитие рыночных отношений - необходимый способ
"приобщения" нашей экономической системы к опыту мирового
развития, однако стихийное введение рынка в сложившейся
ситуации, как мы убедились, означает углубление соци
ально-экономического кризиса, консервацию старых и возникновение
новых диспропорций. Очевидно, что надежда на
преодоление кризиса в нашей стране связана с целенаправленной
экономической политикой, проведением соответствующей
программы антикризисных преобразований, определением
общей стратегии развития социально-экономической
системы на основе взаимодополнения механизмов организации,
регулирования и регламентирования и самоорганизации.
Использование общесистемных критериев развития показыв
ает, что такой прямолинейный подход, как частичная реформ
ация одной структуры системы с тем, чтобы заимствов
ать определенные черты другой системы, бесперспективен:
морфологические, внешние признаки определяются внутренним
содержанием; те механизмы, которые работают в системе на
определенном уровне, не независимы, а определены всей совокупностью
признаков, всей гаммой системных закономерностей.
Поэтому, например, введение аналогичных ставок налогообложения
у нас и, скажем, в США или Западной Европе вовсе
не означает, что система налогообложения будет столь же эффективн
а и будет оказывать аналогичное воздействие.
Важная особенность современной российской реформации
и причина ее негативных результатов состоит в том, что
она в значительной степени была ориентирована на перенос
на российскую почву внешних черт той системы, в направлении
которой намечено реформирование. Стремление перенять
внешние формы рыночного хозяйства в начале 90-х гг. выразилось
в ориентации на важные, но лишенные системности
признаки рыночно организованного хозяйства - демократию,
либерализм хозяйственной организации, минимальную роль
(в той степени, как ее понимали реформаторы) государственного
регулирования в целом и структуры хозяйства и инвестиций
в особенности, свободное ценообразование, создание
бирж, поощрение развития банков и т.д. Наряду со стремлением
воспроизвести признаки рыночной организации, логик
а, ориентированная на заимствование формы, проявилась и в
характере предлагаемых мер регулирования динамики хозяй-
ственных процессов - монетаристских рецептах макроэкономической
стабилизации, в принципе не соответствующих ни
содержанию трансформационных процессов, ни характеру
экономического кризиса.
Попытка перевести российскую экономику скачком на
новую модель развития путем насаждения внешних характеристик
рыночной организации не принесла благих результатов.
Помещенные в нерыночную среду, механизмы дерегулиров
ания. либерализации, приватизации "работали" в особом
"российском" режиме. Отсутствие системности в осуществлении
реформ привело к формированию некоего особого мутант
а, получившего название номенклатурного капитализма, соединившего
черты исходной и предполагаемой систем, но
сделавшего невозможным эффективную работу как первой.
так и второй.
В связи с этим Г.Явлинский отмечал: "Рынок проваливается,
потому что технологические монополии держат цены и
искажения в области благосостояния на таком уровне, который
иногда даже превышает былые извращения плановой
экономики. Рынок проваливается, потому что отношения
собственности четко не определены, потому что рыночные
агенты не мыслят стратегически и потому что нет институтов,
которые обеспечивали бы свободный и справедливый доступ
к ресурсам и информации, а также конкуренцию. Правительство
проваливается, потому что не смогло отказаться от регулиров
ания. Оно по-прежнему вмешивается в экономику, причем
очень волюнтаристскими и неэффективными способами.
Система, которая рационализировала это вмешательство в
плановой экономике, и весь смысл этого вмешательства исчезли.
но осколки старой системы по-прежнему могут быть най-
дены то тут. то там. однако сейчас они играют роль прежде всего
жизнеобеспечения... жизни коррумпированным чиновникам.
Правительство проваливается, потому что оно не может
контролировать... не может навести порядок, не может заставить
экономических агентов играть по каким-то установленным
правилам и, более того, само не может удержаться от того,
чтобы каждый день не менять правила игры"^.
Для выработки стабилизационной стратегии в России не
могут применяться готовые схемы и программы независимо
от того. сколь бы успешна ни была их реализация в других
странах. Уникальность ситуации, сложность, взаимосвязанность
проблем требуют творческой переработки накопленного
исторического опыта успешной коррекции переходных процессов.
Его конструктивное осмысление возможно на основе
понимания внутренних механизмов, общих закономерностей
успешных социально-экономических трансформаций, т.е. расшифровки
не конкретных программ, последовательности дей-
ствий и сочетания различных мер (хотя и это важно само по
себе), но выявления базовых принципов организации переходных
процессов, лежащих в их основе. Не наложение какихлибо
схем на ситуацию (тем более, когда ситуа-ция имеет
сложный и уникальный характер), а следование определенным
принципам, позволяющим понять закономерности ее развития,
способно дать ключ к ее эффективному регулированию.
Основные принципы позитивного реформирования
Каковы принципы, следование которым способно обеспечить
успех реформ? Каковы критерии в оценке позитивных
результатов? Включают ли эти критерии только достижение
цели реформ или учитывают также и характер средств их достижения,
принимают во внимание траекторию движения к
намеченной цели? Какова в русле оценок позитивного реформиров
ания диалектика эволюционного и революционного типов
развития? Как оцениваются результаты трансформации с
позиции минимизации социальных издержек реформ? Очевидно,
это лишь некоторые, хотя и существенные вопросы,
которые возникают, когда речь заходит о позитивном реформиров
ании социально-экономической системы, и ответ на которые
еще предстоит найти.
Оценивая динамику социально-экономической системы,
находящейся в процессе реформирования, с позиции двойственности
механизмов, управляющих ее развитием, можно сдел
ать некоторые общие заключения относительно позитивного
реформирования: его целей, механизмов, средств реализации,
принципов. Основой для такой оценки может стать изучение
исторического опыта успешных трансформаций и попытка их
анализа исходя из закономерностей развития сложных систем.
Позитивным, успешным можно, по нашему мнению, счит
ать такой тип реформирования, который представляет целен
аправленную деятельность, организующую процесс социально-экономической
трансформации, и позволяет, во-первых,
свести к минимуму издержки переходного периода, избежать
излишней дестабилизации общества и хозяйства, проявления
противоречий в острой кризисной форме и, во-вторых, созд
ать условия для последующего устойчивого развития соци-
ально-экономической системы.
Очевидно, разработка принципов позитивного реформиров
ания должна опираться на системные представления о развитии
российского общества и хозяйства, своеобразие его общественной
организации, национальных и культурных традиций.
Понимая сложность поставленной проблемы и не претендуя
на полноту ее освещения в настоящей работе, попытаемся
наметить лишь некоторые подходы к ее решению.
Важнейшей характеристикой социальной организации является
наличие субъективного фактора, общественного интеллект
а, способного проводить отбор решений и коррекцию
развития. Предпосылка успешного реформирования, вытек
ающая из этой особенности, связана с направленностью, регулируемостью
реформационных преобразований. В то же
время развитие социально-экономического организма подчиняется
общим закономерностям, свойственным сложным систем
ам. Основополагающей характеристикой системы является
ее целостность, а для социально-экономической системы -
воспроизводственная целостность.
В условиях осуществления социально-экономических трансформ
аций перед обществом стоят две задачи: стратегическая и
тактическая - реформирование и сохранение целостности.
Решение этих задач определяет двойственность целей регулирующего
воздействия в переходных условиях: одна из которых
связана с обеспечением развития и опирается на преобразовательные
функции государства, обеспечивающего реформиров
ание системы, а вторая связана с обеспечением условий ее
функционирования, стремлением избежать дестабилизации,
представляющей угрозу ее целостности. Проблема сохранения
воспроизводственной целостности социально-экономической
системы трансформируется в задачу сохранения достигнутого
экономического потенциала и обеспечения устойчивого функциониров
ания экономики в ходе проведения реформ.
В иерархии целей задачи реформирования не могут заслонять
задачи сохранения целостности, системных признаков
социально-экономического организма. Вряд ли найдутся
здравомыслящие люди, а не фанатики из числа экономистов
и политиков, которые станут отстаивать реформирование обществ
а и хозяйства любой ценой, даже ценой гибели самого
общества. Поэтому проблема реформирования, оцениваемая с
позиций принципа целостности. - это проблема адаптации
системы к изменениям, внешнему воздействию, приспособления,
ответа на введение новых условий функционирования. В
общем плане задача успешного реформирования, рассматрив
аемого в этом контексте, состоит в определении темпа изменений
общих характеристик и внешнего воздействия, которые
соответствуют адаптационным возможностям системы.
Напор и темп реформационных преобразований должны
быть соотнесены с адаптационными возможностями системы.
Необходимо учитывать синергические взаимосвязи происходящих
изменений, отдавая предпочтение слежению за системными
переменами. При этом существенным остается общесистемный
принцип, согласно которому изменения внутри
целого важнее, чем изменение отдельных частей. Его соблюдение
выдвигает на первый план иерархию целей реформирования.
в которой те или иные изменения всегда должны быть
соразмерны с задачей воспроизводственной целостности соци
ально-экономической системы. Соблюдение данного принцип
а ставит преграду на пути осуществления реформ "любой
ценой", поскольку сохранение жизнеспособности системы
оказывается целью более высокого порядка по сравнению с
частичными желаемыми изменениями. Ни одна отдельная
сфера хозяйства не может служить серьезной основой для реформиров
ания всей хозяйственной системы.
Мировой опыт реформирования крупных социально-экономических
систем показывает, что наибольшие успехи дос176
тигаются не путем внешнего насилия над системой, а и том
случае, если развитие подвергается коррекции методами, адекв
атными механизму ее функционирования и организации
(об этом, в частности, свидетельствует опыт реформационных
процессов в современном Клтае). Успех реформ в значительной
степени зависит от избранной властью, правительством,
государственными органами направленности, стратегии и тактики
преобразований (содержания и структуры процесса
трансформации), с одной стороны, и. с другой - интенсивности,
масштабов и темпа изменений, а также способности госуд
арственного аппарата контролировать и корректировать
развитие переходных процессов - в намеченном русле (организ
ация трансформационного перехода во времени).
Реформирование отражает процесс организации социально-экономической
системы в противовес самоорганизации,
осуществляющейся стихийно в естественных системах. Оно
нацелено на изменение социально-экономической системы с
тем. чтобы предотвратить стихийное развитие противоречий и
их разрешение на основе механизма бифуркаций, т.е. избеж
ать дестабилизации и непредвиденных скачков, острых кризисов.
вскрывающих функциональные недостатки системы и
грозящих ее развалом. Оцениваемое с этих позиций, реформиров
ание выступает как средство, которым пользуется общество
для того. чтобы сохранить контроль над процессами развития.
Важнейшим условием успешного реформирования является
выработка реальных представлений о конечной цели, равным
образом и целях, промежуточных во времени и частных с
позиций комплексности реформирования системы. Соответственно
целям реформ и характеру объекта реформирования
должны быть выбраны средства и методы воздействия. Должны
быть предусмотрены все возможные последствия вмешательств
а в систему, оценены их кумулятивные эффекты. Опыт
российских реформ показывает, что недостаточно только ^запустить"
преобразовательный механизм, с помощью тех или
иных мер "сдвинуть систему с места", начать преобразования,
необходимо учитывать и просчитывать последствия принятия
тех или иных решений.
Цели, преследуемые при этом обществом, должны быть
соотнесены с адаптационными возможностями системы, а поиск
ее новых, желательных и предпочтительных состояний
формулироваться не произвольно, а в соответствии с теми состояниями,
которые "лежат на поле возможных решений".
Кроме того, говоря о принципах позитивного реформиров
ания. следует помнить о целостности социохозяйственной
системы, глубинных взаимосвязях, существующих между экономикой,
эффективностью функционирования хозяйственной
системы и нравственностью, морально-этическими принципами
организации социума в целом и тех, кто осуществляет его
реформирование.
В настоящее время происходит активное осмысление исторической
судьбы России в целом, и в частности событий
последнего десятилетия, формируется особое направление, утвержд
ающее философский взгляд на экономическое развитие,
получает признание факт неразрывной связи между целями,
провозглашаемыми теми или иными реформаторами, и экономической
эффективностью их деяний в исторической перспективе.
"Самый факт экономических бедствий есть свидетельство
того, что экономические отношения не связаны как
должно с началами добра, не организованы нравственно"", -
писал более ста лет назад известный русский философ
В.С.Соловьев. Подчеркивая, как бы мы сказали сейчас, целостность
социохозяйственной системы и сложность определяющих
ее развитие многообразных составляющих и взаимодей-
ствий между ними. он отмечал: "Безнравственно по существу
всякое практическое утверждение чего-нибудь вне его должной
связи или соотношения со всем. Так, когда частная обусловленн
ая и потому зависимая деятельность утверждается сам
а по себе как безусловно самостоятельная и целая жизненн
ая сфера, то такое утверждение, будучи в теории ложным, на
деле безнравственно и может порождать только бедствия..."".
Стратегической целью позитивного реформирования
должно быть развитие социально-экономической системы,
мыслимый образ результата трансформации должен согласовыв
аться с общесистемным принципом: развитие осуществляется
через сложность. Соблюдение этого принципа дисципли178
нирует логику реформ, выработку программ преобразований -
не позволяет ориентироваться на простые решения, обещающие
быстрые эффекты, независимо от того, на какие авторитетные
школы они опираются, а также на "простые" модели
развития: "простую" рыночную организацию и примитивное
фритредерство. Отсюда следует, что целью развития и направления
коррекции движения трансформируемой социальноэкономической
системы может стать только система более
сложного порядка, которая включает элементы организации
исходной модели и вместе с тем новые элементы, поднимающие
в целом организацию новой системы на более высокий
уровень.
Этот основной принцип прослеживается в эволюционном
развитии системы капиталистического хозяйства, например,
при переходе к активному использованию государственного
регулирования экономики, особенно получившему развитие в
промышленно развитых странах в послевоенный период. Этот
же принцип усложнения, синтеза различных механизмов прослежив
ается как важное условие успешной трансформации в
направлении создания рыночной инфраструктуры и повышения
эффективности хозяйственного механизма в таких стран
ах, как Япония, Китай, НИС.
Пример Японии в настоящее время, пожалуй, наиболее
популярен. Действительно, хозяйственный механизм этой
страны нередко расценивается как самый совершенный из существующих
ныне. Его особая эффективность заключается в
рациональном сочетании рыночной свободы, частной иници
ативы и государственного регулирования. Особый интерес
для России представляет изучение японского опыта в контексте
сочетания рыночной организации и планирования развития
страны. Как известно, реализация антикризисных стабилиз
ационных программ в послевоенной Японии, осуществлявшей
послевоенную реконструкцию хозяйства, опиралась на
государственное регулирование и планирование. После выхода
страны из кризиса с начала 50-х гг. государственное регулиров
ание послужило важным фактором формирования особой
модели развития, получившей название "японского чуда".
За послевоенный период в Японии было разработано 12
планов социально-экономического развития. В настоящее
время реализуется план на 1992-1996 гг., в основу которого
положены прогнозные исследования до 2010 года. Интересно.
что, хотя официально планирование не носит директивного
характера, обязательность его выполнения гораздо более жестк
ая, чем было характерно для советской хозяйственной системы:
степень реализуемости заданий в японских планах превыш
ала 80%, в то время как для советских, оцениваемых за тот
же период, - была ниже 50%. Не менее важен для России и
опыт Южной Кореи, хозяйственный механизм которой также
включает систему государственного планирования развития
страны. В настоящее время в Южной Корее реализуется
седьмой план социально-экономического развития на 19921996
гг., который предусматривает ежегодный рост ВНП на 78%.
Итогом развития страны в соответствии с планом этого
пятилетия должен стать рост ВНП с 232 млрд. долл. в 1992 г.
до 454 млрд. долл. в 1996 г.
Содержание позитивного реформирования в условиях
перехода к рыночно организованному хозяйству
На основе системного подхода содержание позитивного
реформирования может быть оценено в краткосрочном и долгосрочном
аспекте, с динамической точки зрения и с позиции
создания условий для перехода системы к новому состоянию
(элементы, структура, взаимосвязи).
Безусловно, развитие рыночных отношений - единственный
способ "приобщения" нашей экономической системы к
опыту мирового развития, однако стихийное "тотальное" и
"обвальное" введение рынка, как мы убедились, означает углубление
социально-экономического кризиса, при том, что не
обеспечивает включение "созидательных" механизмов, которые
заполнили бы системный вакуум, образовавшийся вследствие
разрушения исходной экономической системы.
Содержанием позитивного реформирования в условиях
межсистемной трансформации при переходе от планово-организ
ационной к рыночной системе хозяйства должна стать целен
аправленная "культивация новой системы структурных
элементов, организации хозяйственных связей. Очевидно.
системность - важнейшее условие создания эффективных
элементов нового хозяйственного механизма. Поскольку в
действительности рынок, рыночная организация - не абстр
акция. а суперсложная система со своей структурой, элемент
ами, связями, то очевидно, что развитие этой сложной системы
можно обеспечить только через формирование и развитие
ее подсистем.
Цель межсистемной трансформации состоит, собственно,
не в "переходе к рынку", или. как чаще она формулируется -
к рыночной организации, - здесь присутствует лишь самая
общая постановка проблемы, а в создании комплекса различных
рынков, структурированных вертикально и горизонтально
по различным признакам, которые стали бы подсистемами, основой
для формирования совокупного рыночного хозяйства.
Формирование эффективной рыночной организации вряд
ли можно представить как однонаправленный процесс (структур
а, динамика). С позиций наиболее традиционной дифференци
ации материально-вещественной структуры различных
товарных потоков должны быть выделены агрегатные рынки:
инвестиционный (финансовый и товарный), потребительский
(промышленный и сельскохозяйственный с дополнительным
дроблением и делением вплоть до выделения рынков отдельных
стратегических продуктов), в то время как горизонтальн
ая структура рыночной организации должна формироваться
за счет территориального деления. Сочетание такой пространственно-функцион
альной системы развития рыночных отношений
демонстрирует развитие хозяйства в Китае. На эту модель
опиралось во многом и развитие послевоенной Японии и
перенявшей эту модель Южной Кореи.
Формирование хозяйственного механизма, сочетающего
рыночные и плановые начала, представляет собой сложную
задачу не только потому, что работа по его созданию должна
проводиться на соответствующем уровне компетентности, но
и потому, что обеспечение условий функционирования такого
хозяйственного механизма требует разнообразной кропотливой
работы. Достаточно отметить, что обеспечение эффектив181
ного сочетания плановых и рыночных начал в японской экономике
требует составления 2000 материальных балансов, тогд
а как при планово-административной организации хозяйств
а бывшего СССР их было в шесть раз меньше - 307^. Таким
образом, системный подход дает представление об одном из
направлений и масштабах работы по "культивированию" рыночных
отношений с тем, чтобы обеспечить эффективную работу
этого механизма.
Очевидно, что при создании системы товарных рынков
интенсивность внедрения рыночных отношений должна осуществляться
дифференцированно на основе адаптивных возможностей
с учетом масштабности и глубины, скорости изменений.
Кроме того. должен учитываться принцип целесообр
азности формирования динамики товарных потоков данного
вида на основе рыночных принципов организации, оценки
эффективности данной системы и альтернативных вариантов.
С позиций рассмотренной выше структуры это могут быть
дифференцированные товарные потоки, рыночные элементы
организации в которые проникают "на разных скоростях" в
зависимости от их специфики и значения с точки зрения
функционирования и развития хозяйства и социально-экономической
системы в целом. В то же время наряду со структуриров
анием товарных потоков может быть проведена определенн
ая структурная идентификация различных сфер общественно-хозяйственной
деятельности - промышленность, наук
а. сельское хозяйство, культура и т.д. Соотношение рыночных
и регулируемых начал в каждой из сфер не может определяться
по единому нормативу. Как показал опыт российских
реформ, "тотальное" распространение принципа рыночной
организации на общество и хозяйство если и способствует активиз
ации механизмов самоорганизации на микроуровне
("торгуют все"), то оказывается разрушительным для развития
макропроцессов, объективно нуждающихся в регулировании. По
всей видимости, в структуре хозяйственной организации должно
присутствовать несколько уровней, различающихся по интенсивности
диссипативных процессов. Степень свободы и стихийности,
характерных для микроуровня, не может быть неизменной
при переходе к процессам организации на макроуровне.
До настоящего времени далеко не всегда рыночный хозяй-
ственный механизм понимается у нас как совокупность двух
взаимообусловленных начал - стихийного и жестко регулируемого,
тем не менее важнейший принцип наиболее прогрессивных
с позиций развития хозяйственных систем в настоящее
время состоит именно в их эффективном сочетании.
Причем это не какое-то жестко закрепленное соотношение.
Опыт мирового развития свидетельствует, что оптимальные
соотношения между "регулированием" и "свободой", "упорядоченностью"
и "хаосом" не возникают легко и естественно.
Они должны постоянно корректироваться сообразно целям
развития. К такому выводу, в частности, пришел американский
исследователь Ч.Джонсон, критически анализируя сложившиеся
в западной литературе подходы к феномену развития
Японии. Он отмечает, что наиболее быстрый экономический
рост наблюдался в периоды, когда государственное вмеш
ательство осуществлялось методами, сообразными задачам
экономического развития, а частными предприятиями призн
авалась необходимость такого регулирования^.
Очевидно, коль скоро существует возможность сознательной
коррекции развития, а период реформ именно этим и отлич
ается. то выбор должен осуществляться в направлении
наиболее эффективной модели развития. Приведенные данные
иллюстрируют сложность и масштабы одного из направлений
"культивации" эффективной рыночной организации. В
то же время только система определенных условий и предпосылок
может обеспечить переход к новой модели развития:
среди них системы законодательного и институционального
обеспечения, создание рыночной инфраструктуры.
Регулирующие рыночные механизмы - их сила и направленность,
степень соответствия общественным потребностям
развития, выраженным в рыночных категориях, - находятся в
прямой зависимости от степени развитости самого рынка, поскольку
это лишь части, стороны целого механизма функциониров
ания рыночной системы организации хозяйства. С другой
стороны, развитость рынка как сложной системы зависит
от состояния формирующих его подсистем (структурной и
функциональных). Поэтому содержанием позитивной рефор183
мации, направленной на создание новой системы организации
хозяйства, должно стать создание условий для формиров
ания этих подсистем и их совершенствования, развития.
Позитивное реформирование, оцениваемое с позиции динамики
переходных процессов, также должно иметь системный хар
актер. Содержание переходных процессов в российском обществе
и хозяйстве и постановка целей реформирования объективно
взаимосвязаны. Поскольку в общем плане содержание
трансформации определено как переход от централизов
анной планово-административной к рыночно организованной
хозяйственной системе, то реформы должны быть направлены
на создание новой хозяйственной организации. При этом сам
а реформационная деятельность должна быть организована с
системных позиций, а "дерево" промежуточных целей строиться
с учетом принципов целостности, дополнительности,
нелинейности кумулятивных эффектов. Формулирование целей
реформирования или дерева целей полностью зависит от
того понимания содержания трансформационных преобразовании,
которое присуще реформаторам, т.е. в определенной степени
субъективно. Тем не менее общесистемные критерии накл
адывают определенные ограничения на формулирование этих,
пусть даже и субъективных, промежуточных целей.
Системный подход к социально-экономическому развитию и
стремление к формальному, локальному решению отдельных
проблем не совпадают. Приватизация, снижение инфляции
или ликвидация дефицита бюджета по отдельности и в совокупности
не тождественны замене одной экономической системы
другой, созданию эффективного хозяйства. Логика, ориентирующ
аяся на такие частичные решения, не соответствует
важнейшему принципу системности, согласно которому взаимодействия
внутри целого более сложны и важны, чем простая
сумма его частей.
Центральной проблемой экономической политики, котор
ая резко обостряется в условиях проведения реформ, является
противоречие между краткосрочными целями (задачи стабилиз
ации) и экономического развития в долгосрочной перспективе,
что сужает простор вариантности мер регулирования.
Возникающая при этом задача поиска соотношения це184
лей краткосрочной экономической стабилизации и сохранения
материальных предпосылок экономического развития в
перспективе часто разрешается в пользу достижения краткосрочных
эффектов. Данная проблема подробно анализируется
западной экономической мыслью в связи с противоречиями
целей антикризисного регулирования в рамках экономических
циклов. При этом ее изучение показывает, что анализ противоречий,
существующих между целями антикризисного регулиров
ания и долгосрочного развития способствует выработке
более эффективной текущей политики, хотя в реальности
конкретные противоречия между ними снять удается далеко
не всегда. В российских условиях данное противоречие приобрело
специфические формы: цели текущей финансовой стабилиз
ации, рассматриваемые в качестве центрального антикризисного
средства, заслонили перспективы долгосрочного
развития экономики.
Наиболее часто в качестве основной цели политики реформ
рассматривалось снижение инфляции. Именно на ее
достижение была ориентирована проводимая в 1992-1993 гг., а
затем и в 1994-1995 гг. политика макроэкономической, а по
существу финансовой стабилизации, основанная на сокращении
совокупного спроса. Известно, что эта политика может
осуществляться различными способами: путем сокращения
государственных расходов, платежеспособного спроса населения
(обесценения накоплений, снижения доходов, увеличения
налогов на доходы граждан, роста налогов на предпринимательскую
деятельность). Известно также, что, каким бы из назв
анных способе" она ни осуществлялась, политика сокращения
совокупного спроса депрессивно действует на экономику.
Особенно разрушительными для экономики являются неплатежи
государства по своим долгам, заказам и обязательствам.
Они по цепочке разрушают нормальное финансовое взаимодействие
предприятий, подрывают экономику физически и
морально.
В ЦЭМИ РАН на базе экономико-математического моделиров
ания была проведена количественная оценка эффективности
политики ограничения совокупного спроса в россий-
ских условиях. Было показано, что независимо от того. каким
IS5
из перечисленных выше способов она осуществляется, "во
всех случаях результат один: за каждый процент сокращения
инфляции народное хозяйство должно расплачиваться тремяпятью
процентами спада производства"^. Превращение снижения
инфляции в единственную цель экономической политики
без учета изменений в макросистеме способно "почти до
нуля свести производство".
Следует также отметить очевидный, но игнорируемый
правительственной политикой факт - сокращение производств
а напрямую связано с ростом безработицы. По данным,
полученным на основе экономико-математического моделиров
ания Ю.Черновым, последствия проводимой политики
торможения инфляции только в 1992-1993 гг. будут ощущаться
вплоть до 1998 г., когда безработица установится на уровне
16%, достигнув 14 млн. чел.^ Приведенные данные свидетельствуют,
что политика реформ, игнорирующая комплексный
подход к развитию и ориентирующаяся на некоторые локальные
цели, оказывается глубоко противоречивой, разрушительной
для общества и хозяйства, с одной стороны, и бесперспективной
для достижения целей позитивной реформации - с другой.
Формальный технократический подход, ориентированный
на внешнюю форму проявления процессов, создает иллюзию,
что, введя свободное ценообразование, можно решить проблемы
стимулирования НТП и производства, достижения конкурентоспособности,
а путем сдвига кривой спроса на абстрактном
графике стабилизировать экономику. Однако путем достижения
локального формального равновесия нельзя решить
проблемы развития.
Макроэкономическая стабилизация
и социально-экономическое развитие
Содержание глубоких трансформационных преобразований
при переходе от централизованной к рыночно организов
анной системе хозяйства определяет особые промежуточные
цели реформирования, которые коренным образом отличаются
от тех, которые выдвигаются обычно в качестве целей антикризисной
политики в условиях экономических кризисов в
рыночно организованном хозяйстве.
IS6
Макроэкономическая стабилизация и возобновление экономического
роста являются целью экономической политики
государства в условиях, когда в работе традиционного рыночного
механизма наблюдается сбой и требуется некоторая подстройк
а этого механизма. Когда же речь идет о глубинной
трансформации хозяйственной системы, о ее структурной перестройке,
выдвижение стабилизации в качестве цели экономической
политики фактически означает требование консервации
тех изменений, которые произошли к моменту выдвижения
этой цели, или, более того, возврат к тому механизму хозяйствов
ания. который обеспечивал экономический рост в прошлом.
Экономический рост есть итог функционирования сложного
комплекса самых различных факторов, которые действуют
в единой системе. Только их возможно более эффективное
сочетание способно дать оптимальный при данных условиях
результат. Лишь на уровне абстрактного анализа допустимо
рассматривать экономический рост как функцию инвестиций
и структурных параметров их использования. В конкретной
действительности он выступает как результат тесного и динамичного
взаимодействия комплекса факторов.
Хозяйство представляет собой суперсложную систему, в
свою очередь являясь подсистемой еще более сложной и многоуровневой
системы - социально-экономической. Поэтому
динамика, развитие хозяйственной системы не может оценив
аться исходя из какой бы то ни было одной цели, одного
или даже группы параметров (инвестиции, инфляция, макроэкономическ
ая стабилизация). Реальное развитие сложно и
противоречиво, и только комплекс хозяйственных параметров
и показателей "более широкого спектра действия" может служить
основанием для какого-либо рода выводов и ориентиром
для принятия решений.
Фетишизация "экономического роста", присущая западной
экономической школе в 60-70-х гг., ныне во многом пересмотрен
а. В настоящее время "экономический рост" может
служить в качестве самоцели динамики социально-экономической
системы лишь на стадии антикризисного регулирования,
но не ее развития. Понятия "прогресса", "развития" и
"экономического роста" не только не совпадают, но зачастую
1Н7
оказываются и прямо противоположны. И при выработке
курса российских реформ, очевидно, необходимо учитывать
изменившееся соотношение этих понятий. В общем плане пост
ановка задачи, по-видимому, должна исходить из того, что
не собственно экономический рост, а социально-экономическое
развитие должно стать целью позитивной реформации.
Макроэкономическая стабильность служит условием и. с
динамической точки зрения развития переходных процессов,
определенным показателем позитивной реформации. Потребность
в проведении политики такого рода в обшем плане связ
ана с необходимостью контроля за интенсивностью изменения
условий функционирования хозяйственной системы и ее
адаптационных возможностей, превышение которых связано с
ростом неустойчивости. Для успешной регулируемой трансформ
ации важно не только определение ее цели. но и той цены,
которую для ее достижения согласно заплатить общество.
Включение предварительной оценки степени возможной дест
абилизации социально-экономической системы в эту цену
показывает, на какую степень риска согласно общество, вступившее
на путь реформ. Последнее, по замечанию Н.Я.Петраков
а и В.Л.Перламутрова, зависит не только от мандата доверия.
полученного на выборах политическим лидером или блоком.
но и от объективной сложности системы, подлежащей
реформированию. "Чем сложнее, объемнее система, тем больше
средств надо резервировать для обеспечения ее устойчивости
при реорганизации". - подчеркивают они**. Поскольку
реформирование предполагает изменение системных параметров.
создание новой структуры системы, ее элементов и функцион
альных взаимосвязей, то стратегической целью является
переход от старой системы к новой и, соответственно, промежуточные
ориентиры должны рассматриваться с этих позиций.
По сути стабильность хозяйственной системы - условие
сохранения ее целостности и в определенной степени предск
азуемости развития. С этой точки зрения, макроэкономическ
ая стабилизация нс столько цель, сколько условие осуществления
позитивной реформации. Поэтому не возобновление экономического
роста или "макроэкономическая стабилизация"
могли бы стать ориентирами программы преобразований, а
создание условий для развития экономики, отраслей, предприятий-производителей,
которые станут предпосылками для
устойчивого роста производства. Таким образом, содержание
позитивного реформационного процесса выходит за рамки
собственно стабилизационной и антикризисной политики, а с
точки зрения достижения обшей цели - развития хозяйственной
системы - должно быть нацелено на создание качественно
нового эффективного хозяйственного механизма.
Успешное реформирование
и реальность "положительных катастроф"
Теория катастроф, и мы неоднократно уже обращали на
это внимание, фиксирует нелинейные переходы в состояниях
систем, перерывы постепенности в развитии, связанные с резким
скачком от исходного состояния к новому. При этом,
изучая механизмы резких переходов, данная теория фиксирует
лишь изменения в форме динамики той или иной системы,
оставаясь нейтральной в оценке происходящего скачка.
Качественная оценка происходящим изменениям дается
как отдельными людьми, чьи интересы оказываются непосредственно
затронуты, так и различными аналитиками, которые
пытаются оценить их по возможности объективно и беспристр
астно. Согласно общепринятым установкам кризисы
оцениваются как явления сугубо негативного характера, и уж
тем более негативную окраску имеет употребление по отношению
к какому-либо экономическому процессу или явлению
характеристики - катастрофа. Однако, опираясь на понятий-
ный аппарат математической теории перестроек, закрепивший
за данным термином определение всех скачкообразных
переходов, можно поставить вопрос таким образом: коль скоро
теория катастроф фиксирует с помощью данного понятия
резкие нелинейные переходы системы от одного состояния к
другому, реально ли для экономической динамики существов
ание не только скачков со знаком "минус", т.е. катастроф в
их понимании, близком к традиционному, но и катастроф со
знаком "плюс", т.е. резких положительных изменений в состоянии
хозяйственной системы?
Но одно дело признать теоретическую правомерность такого
вопроса, а другое дело - попытаться на него ответить.
По всей видимости, оставаясь в рамках традиционных подходов
к экономическому развитию, сделать это довольно сложно.
Определенные возможности для попытки осмысления
данного вопроса дает привлечение общих закономерностей
развития сложных систем в режимах с обострением и попытка
выяснения тех условий в хозяйственном развитии, которые
выводят систему в некое новое предпочтительное состояние.
Таким состоянием, а вернее - динамическим режимом - для
экономического развития принято считать режим устойчивого
роста. Можно не соглашаться с тем, что данный режим является
оптимальным с позиции общих дискуссий о целях и тупик
ах развития индустриализма, которые ныне приобретают в
научной литературе все более широкий характер. Однако, когд
а речь идет о решении современных российских экономических
проблем, данный критерий оптимального режима экономической
динамики, рассматриваемый в краткосрочном аспекте
с позиций целей антикризисного регулирования, вполне
допустим.
Применительно к насущным для российской экономики
проблемам вопрос о возможности реализации "положительных"
катастроф трансформируется следующим образом: каковы
те условия, которые способны инициировать процессы
резкого экономического роста? Анализируя механизмы самоорг
анизации сложных систем, С.Курдюмов и Е.Князева, подчеркив
ая их всеобщий характер, пришли к выводу, что "можно
сформулировать некоторые правила, соблюдение которых
необходимо для установления режимов самоподстегивающегося
развития процессов и усиления их интенсивности по всему
пространству среды. Владея немногими ключевыми параметр
ами сложной системы и контролируя их, а также зная эти
правила в общем виде, - полагают исследователи, - можно
стимулировать бурные процессы роста, аналоги "экономического
и технического чуда""'". Таким образом, ключевыми
для осуществления "положительных катастроф" выступают
два компонента - понимание механизмов их возникновения
и контроль за условиями реализации.
В современных условиях очевидно, что экономический
рост представляет результат сложного нелинейного взаимодействия
множества компонентов, и было бы наивно рассматрив
ать его как функцию инвестиций. Однако верно и обратное
- без инвестиций экономическое процветание невозможно.
Поэтому для построения некой гипотетической ситуации,
связанной с созданием условий скачкообразного роста, можно
принять утверждение, что резкий прилив инвестиций в экономику
способен вызвать ее бурный рост.
Ссылаясь на опыт имевших место в истории "положительных"
экономических скачков. С.Курдюмов и Е.Князева полаг
ают. что "для этого нужно прежде всего крупное первонач
альное вливание капитала за достаточно короткое время",
как, например, "вливание американского капитала в послевоенные
годы в экономику Японии, а также, согласно известному
плану Маршалла, и в экономику стран Западной Европы.
Кроме того, - отмечают ученые. - для быстрого развития самостоятельных
предприятий и фирм необходимо, чтобы скорость
роста капитала была пропорциональна не первой степени
капитала, а. по крайней мере, капиталу в квадрате (нелинейный
рост). Тогда развитие происходит по асимптотическому
закону: "бесконечность" достигается за конечное время.
скажем, за несколько лет. и развитие начинает само себя поддержив
ать и стимулировать"".
Безусловно, сама по себе постановка вопроса о технологии
осуществления положительных резких ускоренных сдвигов
крайне актуальна для российской экономики, которая обескровлен
а затяжным глубоким кризисом и крайне нуждается в
инвестициях, которые являются необходимым условием прекр
ащения разрушения ее производственного потенциала,
дальнейшей технологической и структурной деградации.
По имеющимся оценкам специалистов Института народнохозяйственного
прогнозирования, рост производства в развитых
странах в ближайшие 20 лет составит примерно 2% в
год. Учитывая, что спад производства за последние пять лет
превысил 50%, России для восстановления экономических позиций
в мире (по крайней мере, достижения докризисных соотношений
характеристик развития с этой группой стран) не191
обходимо обеспечить в перспективе темпы роста в среднем не
менее 4% в год. "Это очень высокий показатель, и его достижение
потребует радикальной структурно-технологической
перестройки экономики и высокого уровня инвестиционной
активности. В противном случае, - подчеркивают ученые, -
Россия обречена на безнадежное отставание и ей придется занять
место на периферии мировой экономики"^.
Ныне очевидно, что при отсутствии инвестиций в россий-
ской экономике самые пессимистические сценарии могут
стать реальностью. Тем не менее связывать преодоление кризис
а с возобновлением экономического роста, рассматриваемого
как функция инвестиций, можно лишь при самой абстр
актной постановке вопроса. И не только на основании количественных
сравнений, показывающих что иностранные инвестиции
играют существенную, но вспомогательную роль при
реализации быстрого экономического роста на основе анализа
опыта успешных исторических трансформаций. Широко известно.
что, например, Япония в период послевоенной стабилиз
ации хозяйственного развития в основном опиралась на
собственные силы. Американская помощь была кратковременной
и прекратилась в 1951 г. Как полагают исследователи,
"говорить всерьез о значении американской помощи Японии
не приходится"^. Общая сумма ее составила 1,8 млрд. долл.,
причем около 0,5 млрд. долл. из этой суммы были впоследствии
переведены в разряд государственного долга Японии.
За четыре года выполнения плана Маршалла (1948-1951 гг.)
США оказали европейским странам помощь в объеме 17
млрд. долл. Причем 2/3 этой суммы выпали на долю четырех
ведущих европейских стран - Великобритании, Франции,
Италии и ФРГ. При этом план Маршалла нередко рассматрив
ают как "продовольственную интервенцию" - 70% всей помощи
составляли поставки продовольствия наряду с топливом
и удобрениями^. Объективности ради следует отметить, что
главный смысл плана заключался в подпитывании слабых европейских
экономик, создании условий для их собственного
возрождения.
Исторический опыт и общие закономерности динамики
сложных систем и их самоорганизации показывают, что
внешнее воздействие способно вызвать желаемый эффект при
условии, что его направленность соответствует внутреннему
потенциалу изменений системы. Расшифровывая данный тезис
применительно к экономическому развитию, следует сказ
ать, что только совпадение ряда условий способно вызвать
"экономическое чудо". Выяснение этих условий для россий-
ской экономики является важной, нуждающейся в детальной
разработке, крупной проблемой. Роль инвестиций в данном
процессе велика, но было бы ошибкой рассматривать фактор
"инвестиционных вливаний" как самодостаточный для обеспечения
поставленной цели.
Для создания условий роста важно не только наличие инвестиций
(их масштабы и объем), но и то. каким образом
система способна их освоить, "переварить" в соответствии со
своей внутренней организацией. Недавняя история нашей
страны дает достаточно подтверждений тому. что мало само
по себе направить капитальные вложения в народное хозяйство
(будь то агропромышленный комплекс, финансирование
закупки импортного оборудования или другие проекты): важн
а как структура их использования, так и обеспечение таких
условий, чтобы инвестиции не "омертвлялись" в незавершенном
строительстве, неустановленных станках и оборудовании,
не "перетекали" в банковскую сферу, а работали на конечный
результат - развитие производства и емкости народнохозяй-
ственного рынка.
Возобновление экономического роста возможно при возвр
ащении к исходным аттракторам, которые система "помнит".
или при создании новых условий для устойчивого развития
народного хозяйства. Второй из названных вариантов
более сложен, он связан со многими еще не изученными для
российских условий проблемами. Тем не менее очевидно, что
движение вперед связано с переходом на новую модель развития.
с созданием условий поддержания гармоничного динамического
роста.
Поэтому очевидна справедливость общего вывода относительно
того. что быстрый приток инвестиций является необходимым,
но еще не достаточным условием создания феномен
а типа "экономического чуда"'^. Согласно принципу "хрупкости
хорошего для его возникновения в суперсложной хозяйственной
системе нужно сочетание ряда условий, обеспечение
которых составляет задачу позитивного реформирования.
Хотя стратегия коррекции переходных процессов в российских
условиях может опираться на нетривиальные, конструктивные
для понимания эволюции сложных систем механизмы.
ее практические рекомендации должны вырабатываться
исходя из системных представлений о хозяйственной динамике
и быть адаптированы к конкретной ситуации. Опыт реформиров
ания российской экономики в начале 90-х гг. показ
ал, что опираясь на революционные методы, легко разруш
ать. но построить ничего не возможно. Реальные улучшения
в общественной и хозяйственной сферах достижимы при движении
по пути постепенных эволюционных приращений, путем
сознательной "культивации", "взращивания" желаемого
результата, создания ряда предпосылок для намеченных изменений
и обеспечения их устойчивого осуществления.
Принцип политической стабильности
Проблема регулирования переходных процессов тесно связ
ана с адаптационными возможностями системы. Осуществление
позитивного реформирования зависит от интенсивности
изменений, происходящих как внутри самой хозяйственной
системы, так и в надсистемах более высокого порядка. По отношению
к хозяйству такой надсистемой является социальноэкономическ
ая.
Важным условием, позволяющим избежать дополнительных
"возмущений", на приспособление к которым должен
расходовать свои возможности механизм адаптации, отвечающий
за целостность хозяйственной системы, является принцип,
учитывающий взаимовлияние подсистем социально-экономической
организации: хозяйственной, политической и соци
альной.
Ограниченный объем позволяет нам лишь сформулировать
общие принципы позитивного реформирования. Однако ввиду
того, что своеобразие развития ситуации в нашей стране
напрямую связано с огромным значением субъективного фактор
а в форме государственного политического воздействия на
ход реформационного процесса, остановимся на принципах
позитивной реформации, связанных с этой сферой, несколько
подробнее.
Принцип политической стабильности как необходимое условие
и гарантия успешного проведения хозяйственных реформ
подтверждается опытом мирового развития стран с различной
социально-экономической организацией, осуществляющих
трансформации, переходы, реформировавших хозяй-
ства в различных направлениях и исторических условиях.
Япония и Германия, страны НИС. Чили и современный Кит
ай - в истории практически каждой страны можно найти
подтверждение справедливости этого принципа.
С позиций системного анализа расшифровать данный
принцип несложно: нестабильность всей социально-экономической
системы, связанная с перестройкой хозяйства, не
должна усугубляться потрясениями в политической сфере,
иначе резонансное - кумулятивное - синергетическое взаимодействие
неустойчивости первого и второго рода способно
привести к усилению кризисных процессов, нестабильности в
экономике и обществе, а в случае резкого и длительного небл
агоприятного сочетания вызвать и развал системы. Именно
такое неблагоприятное сочетание политической и хозяйственной
нестабильности и их нзаимовлияние характерны для переходных
процессов в российском обществе и хозяйстве наших
дней. Политический фактор стал важной составляющей
развития кризисных процессов в российской экономике. Параллельное
реформирование государственного устройства, или.
иначе говоря, институциональных основ общественной организ
ации, и хозяйства привело к нарастанию разрушительных
процессов в экономике.
По свидетельству бывшего премьер-министра В.В.Павлов
а, изнутри правительственного механизма видевшего как
происходили изменения в общих установках реформ: "ни в
начале, ни в середине 80-х годов вопрос о политической нест
абильности не стоял. Перелом произошел в 1987 году, когда
Горбачев сделал резкий поворот от экономических реформ к
политическим". "Это противоречило всему мировому опыту,
7*
который свидетельствует, что, начиная экономические реформы,
власти тщательно следили за политической стабильностью,
на какое-то время консервировали политическое устройство
государства. А когда реформы успешно продвигались
вперед, тогда неизбежно начиналось преобразование политических
структур"'^.
Наряду с изменением в рамках общего курса соотношения
хозяйственные реформы - институциональные следует также
отметить и изменение политической цели и курса реформиров
ания с позиций традиционного формационного подхода.
Первоначально ориентированный на внесение некоторых элементов
рынка в плановую систему и построение "социализма
с человеческим лицом" (перестройка, ускорение, гласность), с
1991 г. курс реформ был изменен в направлении перехода к
рынку и построения уже рыночно организованного хозяйства
с минимальным государственным вмешательством в экономику.
Изменение целей, крутой поворот в курсе реформ и отсутствие
скоординированных мероприятий по развитию и трансформ
ации хозяйства в желаемом направлении, их закрепленность
в программе, противоречивость тактических целей, хаотичность
принимаемых мер - все это не только не способствов
ало успешному характеру преобразований, но обусловлив
ало обострение кризисных процессов.
Важность политической стабильности для успешного развития
реформ, таким образом, прослеживается на уровне соотношения
система-подсистема, где хозяйство выступает в
качестве подсистемы совокупной социально-экономической
организации. В то же время политическая стабильность имеет
большое значение с позиций перспективы реформ - включения
рыночных механизмов самоорганизации в направлении
рыночной трансформации (статика), с одной стороны, и созд
ания эффективного хозяйства, его структурной перестройки -
с другой (динамика).
Политическая нестабильность не способствует переходу к
новой структуре системы с производственными рыночно-орг
анизационными элементами. Известно, что принятие хозяй-
ственных решений осуществляется рыночными агентами на
основе представлений о перспективах прибыльности (теория
рациональных ожиданий) и, соответственно, состояние нестабильности
или ее угроза влияют однозначно - вызывают
свертывание производственной деятельности, требующей длительных
сроков оборота капитала, и переход средств из производительной
в спекулятивную сферу, в российском варианте
- бегство от рубля, перевод средств за рубеж и. как результ
ат, оскудение хозяйства.
Другой стороной этого процесса является отсутствие условий
для структурной перестройки хозяйства, поскольку политическ
ая нестабильность не способствует инвестициям и, таким
образом, отрицательно воздействует на динамические пар
аметры развития системы, ее "будущие" состояния и характеристики.
Это означает, что политическая нестабильность в
стратегическом плане противоречит цели развития социальноэкономической
системы, а в краткосрочном - способствует
развитию кризисных процессов.
Очевидно, что условие политической стабильности -
лишь общая, хотя и важная предпосылка для успешного проведения
реформ, в том числе и эволюционного перехода к
рынку, т.е. трансформации хозяйственной системы к намеченной
цели с минимальными негативными побочными эффект
ами. Тем не менее большое значение государственного
политического воздействия на развитие хозяйственных процессов
позволяет утверждать, что проблемы стабилизации и
выхода из кризиса российского общества и хозяйства напрямую
связаны с изменениями в политической сфере, ее стабилиз
ацией и получением реформированием определенного легитимного
статуса на основе широкой поддержки общего напр
авления социально-экономической трансформации.
Позитивное реформирование и развитие научных
представлений о социально-экономических
трансформациях: эволюция отношения
к практике революционных скачков в развитии
Траектория развития как в естественной, природной, так
и в общественной среде складывается как на основе механизмов
эволюционного, поступательного, так и революционного,
скачкообразного характера. Две возможные формы развития и
их диалектика подвергались разностороннему научному анализу
на поле естественных наук. В конце XVII - начале XIX
в. последовательно формировалось три главных направления в
объяснении основных законов развития Земли и живой природы
- катастрофизм. униформизм и эволюционизм. Интересно,
что идее катастрофизма, наиболее ярко обоснованной
в работе Кювье "Рассуждения о переворотах на поверхности
Земного шара" (1812 г.), заключавшейся в гипотезе о периодически
повторяющихся катастрофах неглобального характер
а, после которых уцелевшие организмы создавали новые сообществ
а, принадлежит первенство в попытке проникнуть в
тайны механизмов развития^. Несмотря на то, что в дальней-
шем данная идея была вытеснена учениями о постепенной изменчивости
видов, получившими на определенных этапах развития
науки монополию на объяснение процессов развития,
ныне очевидно, что плодотворное осмысление проблем эволюции
возможно только на основе синтеза названных подходов.
Всеобщность смены механизмов эволюционного и революционного
развития иллюстрирует, в частности, история
Земли, в которой существовали периоды постепенного, спокойного
развития и активных перестроек, стремительных
скачков. Вывод о неравномерности и прерывности, дискретности
развития Земли и жизни на ней исследуется на различном
материале, в частности, в книге "Катастрофы и история
Земли. Новый униморфизм" (1986 г.).
Выбор каналов развития и, соответственно, конкретная
форма, модель перехода реализуются в природных средах на
основе механизмов самоорганизации и стихийного саморегулиров
ания естественных систем, в то время как двойственность
социально-экономической организации, возможность
сознательного выбора вариантов развития и каналов эволюции
(или там, где выбор ограничен, коррекции его траектории)
обусловливают выработку особого рационального отношения
к проблеме форм переходных процессов.
Характерно, что, в определенном смысле повторяя логику
развития естествознания, отечественное обществоведение от
концентрации внимания на катастрофических, революционных
формах переходных процессов и социально-экономических
трансформаций было вынуждено перейти к изучению
эволюционных, поступательных форм и их синтезу, выработке
принципов рационального отношения к развитию.
Известен тезис: "Революции - локомотивы истории". Но
исторический опыт показывает, что, разрушая старые структуры
"до основания", т.е. способствуя переорганизации системы
через масштабное катастрофическое нарушение ее устой-
чивости, революции отбрасывают ее развитие во времени: для
того, чтобы восстановить равновесие на новой базе, системе
требуется длительный реабилитационный период.
С технологической точки зрения, реализация скачков в
развитии, революций становится все более проблематичной
по мере развития социально-экономических систем, возрастания
их размерности и сложности. Для сложных и суперсложных
систем скачкообразный переход связан с масштабной
кардинальной ломкой, а в координатах общественного развития
это оборачивается большими потерями материального.
социального и нравственного характера. Поэтому неудивительно,
что обобщение опыта российских реформ и их последствий
позволило отечественным политикам осознать: "Революционные
меры экономике вообще противопоказаны.
Они могут лишь нанести ущерб, выводят экономику из равновесия,
подрывают ее устойчивость, порождают социальную
напряженность и конфликты"^.
Наряду с обобщением практики революционных преобразов
аний в процессе исторического развития накапливается
опыт "позитивных трансформаций", успешной коррекции переходных
процессов в социально-экономическом развитии.
Накопление исторического опыта и его осмысление сочетается
с повышением уровня отражения социальной реальности
научным знанием, синтезирующим достижения его различных
областей (системного анализа, теорий нелинейности: хаоса,
бифуркаций, кризисов и катастроф, выводов синергетики).
Закономерно, что, обобщая негативный исторический
опыт революционных преобразований, с одной стороны, успехи
современных позитивных трансформаций - с другой, а
также анализируя данные о механизмах развития сложных ди199
намических систем на основе достигнутого ныне уровня научного
отражения, ученые различных специальностей все в
большей степени склонны утверждать: революционный тип
развития, по всей видимости, присущ общественным систем
ам низкого уровня организации^.
Значительный вклад для обоснования данного вывода вносит
анализ переходных процессов с позиции системного анализ
а и теории катастроф. Напомним, что теория катастроф
опирается на важный принцип организации сложных систем,
получивший название принципа "хрупкости хорошего", согл
асно которому гармония развития создается согласованностью
всех уровней, элементов, подсистем сложноорганизованной
системы, определяется всей гаммой закономерностей; а
нарушение, сбой на каком-либо отдельном уровне в силу
принципа целостности системной организации приводит к
сбою, нарушению функционирования всей системы, вызывает
ее дестабилизацию. Следствием этого является возможность
обвального развития неустойчивостей по "принципу домино"
как ответ на частичную "сознательно" вносимую определенную
меру дестабилизации системы в целях ее реформирования.
Важнейшие выводы, следующие из анализа принципа
"хрупкости хорошего" в динамическом аспекте, заключаются
в том, что по мере и вследствие возрастания сложности общественной
системы и уровня ее организации ее переход из одного
состояния в другое должен носить, с одной стороны,
эволюционный и, с другой, - более регулируемый характер.
Идеи синергетического характера, высказывавшиеся отдельными
учеными, такими как Л.А.Чижевский, В.И.Вернадский,
к концу XX в. получили признание и стали основой научного
миропонимания. Существенными в наше время являются
вопросы о возможностях познания особенностей современной
эпохи, о том. каковы могут быть цели и границы вмеш
ательства в ход развития и его коррекции в позитивном напр
авлении.
Для человечества, вступившего в конце XX века в полосу
исторической бифуркации, связанную прежде всего с угрозами
экологической и ядерной катастроф, любое дополнительное
"раскачивание" системы, резкие непродуманные решения
чреваты глобальным нарушением устойчивости, общецивилиз
ационной катастрофой. Понимание взаимосвязанности.
сложности и системности реализации механизмов современного
развития выдвигает требование осторожного отношения
к использованию "шоковых мер", ориентации на стихийные
механизмы развития и самоорганизации. При этом происходит
пересмотр целей и задач развития в области научного созн
ания. "Классическая История - есть Стихийная История, -
отмечает в связи с этим А.И.Субетто. - В ней действовал и
продолжает действовать закон Ф.М.Достоевского - закон
"искажения великодушных идей" - закон механизма "проб и
ошибок"^. Ориентация общественного развития на протяжении
всей истории на действие этого механизма обусловила
накопление к нашему времени некой критической массы потенци
ала неустойчивостей, о существовании которой свидетельствует
"возрастание катастрофизма развития с одновременным
увеличением числа социогенных и техногенных катастроф
и их последствий"^. "Переживаемый на рубеже XX и
XXI веков кризис современной цивилизации есть кризис
"предела человечества", который предстает как кризис Стихийной
Истории, кризис метода "проб и ошибок" как исторического
механизма развития". ""Стихийный потенциал" развития
оказался исчерпанным", - заключает А.И.Субетто^.
В настоящее время возрастает значение рационального отношения
к развитию. Осознание накопленных современной
цивилизацией и содержащихся в динамике каждой страны
потенциальных неустойчивостей заставляет пристально анализиров
ать возможности поступательной, эволюционной траектории
развития. "Последнее десятилетие XX в. - это время
осмысления всего достигнутого человечеством за его предшествующее
развитие, время принятия решений, время глобальных
перемен. Но, умудренное опытом всевозможных "революций
и скачков" и многочисленных глобальных реформ, мировое
сообщество пришло к пониманию того, что любой его
шаг может иметь не только положительные, но и сугубо отриц
ательные последствия и что необходимо обязательно взвешив
ать и учитывать все аспекты и их взаимосвязь, прежде чем приним
ать то или иное решение", - пишет И.В.Бестужев-Лада^.
Понимание взаимозависимости природы и общества, отсутствия
принципа самодостаточности в развитии цивилизации
открывает необходимость, по выражению лауреата Нобелевской
премии И.Р.Пригожина, "нового диалога с природой",
который, в свою очередь, заставляет по-новому взглянуть
на процессы развития общества и проблемы переходных процессов.
Поскольку "сверхзадачей" социально-экономической
системы в глобальных масштабах является сохранение цивилиз
ации, рациональное отношение к развитию требует пересмотр
а критериев прогресса, трансформации традиционного потребительского
менталитета на позиции ноосферного сознания.
Сложно представить себе границы адаптивного развития
биосферы. Нельзя закрывать глаза на то, как близко к критическим
значениям находится состояние экологии в нашей
стране. "Деградация и разрушение природного фундамента
экономики ожидаются в самое ближайшее время". По оценк
ам специалистов, приводимым С.Н.Бобылевым, до глобального
экологического кризиса в сельском хозяйстве, вызываемого
истощением природных ресурсов, осталось 10-15 лет: в
самой ближайшей перспективе можно ожидать катастрофических
последствий промышленного и аграрного развития для
водных ресурсов в Арале, Волге, Азовском море, Каспии и
др.: нефти осталось на 20-25 лет: практически исчерпаны лесные
ресурсы европейской части страны^.
Угроза экологической катастрофы - нарастания необратимых
кризисных явлений после прохождения особого критического
значения в области загрязнения окружающей среды -
требует неотложной гармонизации человечества и мира, в котором
оно живет. Это сложная комплексная проблема, наиболее
важные взаимосвязи которой прослеживаются на полюсах
взаимоотношений общество-природа-экономика-человек.
Решение проблемы устойчивого развития общества в будущем
зависит от выработки разумного баланса в отношении
этих полюсов в наши дни. Очевидно, что социально-экономическ
ая организация, регулируемая на базе рыночных преференций,
не в состоянии решить проблемы природопользования,
образования, здравоохранения. Широко известно, что
инвестиции, связанные с уменьшением загрязнения окружающей
среды, очень велики по сравнению с общим уровнем издержек
производства. Однако с точки зрения поддержания
здоровья населения и будущих поколений их необходимость
не вызывает сомнения. Общество будущего заинтересовано не
только в выживании, но и в высоком качестве жизни. "Только
процветающая биосфера может служить вместилищем процвет
ающего человечества, которое необходимо должно приспос
абливать себя, свои общественные потребности и соци-
альную организацию к требованиям, сохраняющим и развив
ающим биосферу", - подчеркивает Н.Н.Моисеев^.
Выбор технологий, соответствующих требованиям защиты
окружающей среды, необходимо проводить уже в наши дни.
Поэтому очевидно, что эпоха "стихийного" развития технического
прогресса и варварского потребительского отношения к
природе должна уйти в прошлое. Разумное регулирование бал
анса отношений общество-экономика-природа-человек -
единственно возможный путь развития, способный обеспечить
человечеству устойчивое развитие в XXI веке. Это путь
перехода к новому типу общественного развития, к новой цивилиз
ации. Развитие России не может осуществляться без
учета общецивилизационных тенденций. Поэтому выработка
стратегии позитивного реформирования и развития россий-
ского общества и хозяйства с необходимостью должна учитыв
ать переходные процессы глобального характера.
Общецивилизационный контекст рационального отношения
к проблемам развития и переходных процессов позволяет
понять глубокое несоответствие технологии реформирования
российской экономики, реализованной в начале 90-х гг., его
общим установкам. Поскольку с позиции сложности и размерности
вряд ли можно отнести российскую хозяйственную
систему к системам с низким уровнем организации, то, очевидно
только низкий уровень научного отражения и общественного
сознания - могут способствовать пониманию того.
почему на рубеже XX и XXI веков огромная страна была
ввергнута в еще одну революцию - модернизацию шокового
катастрофического типа.
В этом смысле показательно замечание М.С.Горбачева,
прозвучавшее в ходе обсуждения итогов десятилетия с начала
перестройки. "По моему мнению, - сказал он, - шоковая тер
апия и форсированный подход к реформированию экономики
потерпели поражение прежде всего на уровне культуры, на
уровне менталитета"^. Технология, примененная для реформиров
ания российской экономики в начале 90-х гг., стала
свидетельством использования в общественной практике жестких
революционных методов. Возможность реализации подобного
курса реформ трудно представить в какой-либо стране,
где анализируются как собственный исторический опыт,
так и происходящее в других странах, учитываются достижения
объективного современного научного знания.
Закладка в соц.сетях
