Жанр: Электронное издание
kulik2
...нец внизу прогудел сигнал.
Веня подхватился и помчался
надевать башмаки.
- Пока, братва! - крикнул он на бегу. Когда за ним захлопнулась дверь.
Женя, обсасывая косточку, спросила:
- Вас, кажется, Геной зовут?
- Я предпочитаю, чтобы меня называли Геннадием.
- Это чтобы людям на ум сразу не приходил крокодил Гена? Понимаю...
- А вы с Веней давно знакомы? - светским тоном спросил Мартынов.
- С детства. А вы?
- А я всего несколько лет.
- Он, наверное, относится к вам, как к старшему брату. Или к отцу. Вам
сколько лет? Сорок? Сорок пять?
- Двадцать девять.
Мартынов усмехнулся. Ему нравились отважные попытки этой мужеподобной
пигалицы задеть его за живое.
Впрочем, сейчас он уже не стал бы утверждать, что она мужеподобна. Сказать
точнее, она - неженственна. Причем это были
чисто внешние проявления отсутствия женственности - одежда, годящаяся для
стройотряда, волосы, не подозревающие о
существовании парикмахеров, и короткие ногти, не ведающие, что такое лак.
Мартынов упоенно искал в ней недостатки.
Нашел, что ресницы у нее короткие и слишком светлые, чтобы сделать глаза хоть
сколько-нибудь выразительными. Фигура
ничего. Это Мартынов помнил по пленке. Такая, как ему нравится. Впрочем, о чем
это он?
- Вы чай будете пить? - спросил он.
Ему совсем не хотелось уходить в свою комнату. Там его ждала всего лишь
приключенческая книжка. А здесь
сидело приключение собственной персоной. Мартынову приспичило узнать все о своей
новой соседке. Что она
предпочитает на завтрак? Боится ли мышей? Любит ли смотреть кино и кто ее
любимые актеры? Нравится ли ей читать, и
если да, то литературу какого жанра? Почему-то ему казалось, что она обожает
фантастику. Ему безумно захотелось это
выяснить.
- Буду.
- Что? - спросил Мартынов.
- Буду чай. Вы же сами только что спросили. Мартынов вызвался приготовить
его сам.
- Кажется, у Веньки только зеленый, - сообщил йн, отыскав коробку. -
Ничего?
- Сойдет для сельской местности.
От зеленого чая у Жени стало горько во рту. Такая же горечь наполняла и
ее сердце. Судьба просто смеется над
ней! Она случайно знакомится с совершенно потрясающим мужчиной, но как раз в тот
момент, когда он сходит с ума от
любви к неизвестной красотке!
Женя украдкой поглядела на Мартынова и вздохнула. Конечно, она в любом
случае бы его не заинтересовала, но
помечтать ей никто запретить не может. Да просто почувствовать рядом с собой
живого, красивого, сильного, обаятельного
мужчину - даже этого еще ни разу не выпадало на ее долю. И вот опять! Не выпало.
Что за пропасть!
Судя по всему, водопроводчик не знал, о чем с ней Разговаривать.
- Вы любите фантастику? - наконец родил он вопрос после нескольких
громких глотков.
"Вероятно, у него низкий культурный уровень, - подумала Женя. - Так что
выпендриваться не стоит".
- Обожаю, - ответила она.
"Так я и думал!" - обрадовался Мартынов, дивясь своей проницательности.
- А что конкретно?
Женя пыталась вспомнить что-нибудь попроще. Потом плюнула и сказала:
- Азимова.
- Гм, - сказал Мартынов. Он был уверен, что она назовет Шекли или
Стругацких.
"Вероятно, Азимова он не осилил, - решила Женя, глядя на задумчивую
физиономию Мартынова. - Но до чего ж
хорош! Какого фига он пошел в водопроводчики? Ему надо было бы на сцену".
Вопрос: "А вы не мечтали стать актером?" -
так и вертелся у нее на языке. Но она решила, что задать его - значит, чертовски
польстить новому знакомому. А она
совершенно не желала проявлять свою симпатию. "Конечно, он мне симпатичен, -
попыталась мысленно оправдаться Женя.
- Да и кому бы он не понравился?"
Мартынов между тем чувствовал себя довольно странно. Он привык к тому,
что девицы бросают на него томные
взоры и придумывают всякие сногсшибательные штучки с целью его обольстить. От
этой, конечно, нечего ждать
восхищения. Что, собственно, ужасно непривычно само по себе.
Мартынов впервые испытал это новое чувство. Вечер с женщиной, которая на
него не посягает. Потрясающе!
- А не хотите ли во что-нибудь сыграть? - спросил он, весь исходя
вежливостью. - Шашки? Шахматы? Бизнес?
Эрудит?
- Может быть, в морской бой? - предложила Женя, памятуя, что в этой игре
важны не мозги, а удача.
- Отлично!
"Интересно, если бы она родилась мальчиком, то пошла бы в военное
училище?" - подумал Мартынов, отправляясь
за бумагой и карандашами Он и сам не мог понять, с чего это его распирает
желание знать всю подноготную Жени
Ярославской, которая вовсе не интересуется мужчинами и сама выглядит словно
мальчишка лет пятнадцати.
Как назло Женя попадала в корабли Мартынова с лету. Она понимала, что
задевает его мужское самолюбие, и била
в самые не правдоподобные места. Мартынов ставил крестик за крестиком на своем
поле и улыбался все шире. - А вы
мастер! - похвалил он, когда третий тур завершился его полным разгромом. - Спать
не хотите? Женя посмотрела на него с
откровенным сожалением и ответила:
- Хочу. Кто первый пойдет в душ?
- Уступаю вам эту честь.
- Правда, у меня нет халата, - с некоторым сомнением сказала она. - И
полотенца тоже.
- Думаю, у Веньки найдется и то, и другое. Поискать? Или вы сами?
- Поищите вы.
Вечер закончился тем, что вымытая Женя лежала на софе Лаптева и сквозь
неплотно сомкнутые ресницы жадно
наблюдала за тем, как полуголый Мартынов, обернув бедра полотенцем, на цыпочках
пробирается в маленькую комнату. Он
выглядел как герой-любовник и так взволновал Женино сердце, что она не выдержала
и заплакала. Благо подушка была
огромных размеров, и ее рыдания потонули в ней совершенно бесследно.
В доме Ярославских Женю хватились после ужина. Георгий Николаевич, в
одиночестве съевший порцию курицы с
жареной картошкой и овощным салатом, во время трапезы чувствовал определенный
дискомфорт. Наконец, отложив
салфетку, он поглядел на Ирму Гавриловну и с некоторой долей обиды спросил:
- А где моя племянница?
- Она еще не возвращалась, - ответила та, не поднимая глаз.
- Откуда?
- Думаю, она ушла на свидание.
- Думаете или знаете?
- Я почти уверена.
Ирма Гавриловна сначала сцепила руки внизу замочком, потом передумала и
убрала их за спину. Но долго так не
простояла и сложила их на груди.
- Она сказала, - задохнувшись, сообщила экономка, - что тот тип с золотой
цепью на шее по ней соскучился. Он ей
звонил. Прямо сюда, - добавила она трагическим тоном.
- Куда? - не понял дядя.
- Ну, прямо в ваш дом.
- В мой дом? Но это и Женин дом тоже, - раздраженно заметил Георгий
Николаевич. - Раз у моей племянницы
появился молодой человек, он, естественно, будет звонить туда, где она живет, не
так ли?
Если бы Женя сейчас слышала его, то растаяла бы от счастья.
:
- Я думаю, это неподходящая пара для вашей племянницы, - попыталась
защититься Ирма Гавриловна.
- А что вы о нем знаете? - полюбопытствовал Ярославский.
- О нем и не надо ничего знать! Достаточно его увидеть!
- Надеюсь, она вернется домой в приемлемое время, - пробормотал тот,
будто бы ничего не слышал.
Когда перевалило за полночь, Ярославский обеспокоился всерьез и решил
провести осмотр Жениной комнаты. Тутто
и были обнаружены початая бутылка и бокал с остатками ликера на дне.
- Она стащила ваш ликер! - вознегодовала Ирма Гавриловна, которая не
могла упустить случая, чтобы хоть какнибудь
не унизить Женю перед дядей.
- Это любовные неприятности! - уверенно сказал Ярославский. - Серьезные
молодые девицы напиваются только в
одном случае: когда думают, что у них разбито сердце.
Он подошел к платяному шкафу и, распахнув уверенной рукой дверцы,
удивленно воскликнул:
- Да не сбежала ли она из дому? Посмотрите: ее вещей нет!
Ирма Гавриловна сунула свой нос в шкаф И, дернув плечом, поспешила его
успокоить:
- Да нет, все на месте, не беспокойтесь.
Ярославский примерно полминуты молча глядел на две вешалки, занятые
обтрепанной рубашкой и коричневыми
штанами, а также вылинявшей футболкой. Затем разворошил лежащие на полке два
стираных-перестираных свитера и
расползшуюся по шву юбку, по которой помойка рыдала уже лет пять как минимум.
- Вы хотите сказать, - с неподдельным изумлением спросил он, - что у моей
племянницы есть только эта одежда?
- Вы же встречаетесь с ней каждый день, - осторожно ответила Ирма
Гавриловна, которая до сих пор не решила,
какая линия поведения будет в данном случае наиболее выгодной для нее.
- Да, но мне как-то в голову не приходило... Я думал, ей, по крайней
мере, есть из чего выбирать! - Ярославский
совершенно мальчишеским жестом взъерошил волосы и внезапно накинулся на
экономку:
- А вы что, не могли мне подсказать? Неужели так трудно проявить
элементарное внимание к молодой девушке? Я
не смог заменить мать родному сыну, но он все-таки родился мальчишкой. А что там
в голове у молодых девиц... Как
можно было такое допустить?
Он уселся в холле и уставился на входную дверь, ожидая появления Жени.
Когда часы пробили половину третьего,
Георгий Николаевич схватился за телефон и начал названивать Карпенко. Как назло
того не оказалось в городе, и его
мобильный телефон не работал.
В эту ночь Ярославский не ложился спать вообще. Он расхаживал по дому,
пугая Ирму Гавриловну своим
мрачным и неприступным видом. В голову ему лезли самые ужасные мысли. Утром
Карпенко нашелся и был срочно
вызван на ковер. Георгий Николаевич, волнуясь и путая слова, рассказал ему о
внезапном исчезновении племянницы.
- Не могу поверить, что это случилось во второй раз! Сначала Ян, теперь
Женя...
Узнав о початой бутылке ликера, обнаруженной в комнате племянницы
хозяина, Карпенко немного помолчал,
подумал, после чего оптимистично заявил:
- Она наверняка у Лаптева!
- У интернетовского приятеля?
- Наверное, она явилась к нему пьяная домой, и он не отпустил ее на ночь
глядя.
- Но сейчас-то уже утро! Почему же она не возвращается? И этот Лаптев...
Мог бы, в конце концов, позвонить, не
так ли?
- Да он ведь компьютерщик! - возразил Карпенко таким тоном, словно
компьютерщики - существа с другой
планеты. - Кроме того...
Его фраза повисла в воздухе, потому что краешком натренированного глаза
он заметил через большое окно в конце
сада какое-то движение.
- Минуточку! Кажется, у нас непрошеные гости... - пробормотал он и на
цыпочках метнулся к двери.
Пять минут спустя возле изгороди был пойман, скручен и доставлен в холл
маленький невзрачный человечек с
круглым брюшком. Документов при нем не оказалось. Во внутреннем кармане летней
куртки была обнаружена
видеокассета без опознавательных знаков.
- Итак, что ты здесь вынюхивал? - спросил Ярославский, принимая
начальственную позу. Это вышло у него
машинально, поскольку на самом деле он вовсе не собирался демонстрировать силу,
а, напротив, был расстроен, и даже
слегка растерян.
- Меня послали, - жалобно соврал Пончик, кляня себя за предпринятую
вылазку на чем свет стоит. - Велели кассету
вам передать. Вот эту вот. Которую вы у меня из кармана вытащили.
Он придумал это, потому что понимал: рано или поздно кассету все равно
просмотрят. И прижмут его к ногтю.
Пончик решил, что будет отпираться до последнего. Скажет, что к нему подошел на
улице незнакомый мужик и заплатил за
доставку кассеты. Короче, он всего лишь курьер. А сам ни-ни. Никакого отношения
к тому, что на ней запечатлено, не
имеет.
Ярославский и Карпенко, услышав про мужика, велевшего доставить кассету,
встревоженно переглянулись.
- Неужели это... это про Яна? - выдохнул Георгий Николаевич и вскочил на
ноги.
В одну секунду он подлетел к Пончику и схватил его за горло сильными
пальцами. Пончик тут же высунул язык,
думая, что это заставит Георгия Николаевича не слишком жать на его кадык.
- Где он? - прокричал Ярославский прямо в нос глупому шантажисту. - Где
мой сын?
- Почем я знаю? - прохрипел бедолага, пытаясь достать носками до пола. -
Меня просто остановили на улице и
велели передать пленку... Я же все объяснил. Я ни при чем! Я честный человек!
- Такие честные работают на лесоповале, - процедил Карпенко.
- Вызывай милицию! - повелел Ярославский, обращаясь к своему помощнику. -
Срочно.
- Зачем милицию? - Пончику так поплохело, что он даже слегка сдулся. - Я
просто прохожий! Вы обязаны меня
отпустить! У вас нет лицензии на отлов граждан, гуляющих по обочинам! Я буду
жаловаться прокурору! Я напишу
Путину! Я буду жаловаться в ООН!
На его вопли никто не обращал внимания. Тогда Пончик попытался дать деру.
Он укусил Карпенко за руку и в два
счета доскакал до двери, словно и впрямь был резиновым.
- Запри его где-нибудь, - велел Ярославский, когда Карпенко, сделав
рывок, догнал беглеца. - Пусть милиция с ним
разбирается.
Приехавший следователь был возбужден событием и потому румян и оживлен
сверх меры.
- Давайте сначала посмотрим кассету! - предложил он и, взяв ее бумажной
салфеткой, Потряс в воздухе. - Где у вас
тут видеомагнитофон?
- Где у нас видеомагнитофон? - переспросил Ярославский у Кости Карпенко.
Тот виновато пожал плечами.
- Мне как-то не довелось обратить на это внимание. Он никогда не замечал
в доме ничего похожего. Тотчас же на
импровизированное собрание была вызвана Ирма Гавриловна. Она вошла, чеканя шаг и
задрав подбородок выше, чем
обычно. Вероятно, она ожидала каких угодно вопросов, но только не того, который
услышала.
- Где у нас видеомагнитофон? - едва сдерживая эмоции, спросил хозяин
дома.
- Его нет, - трусливо ответила Ирма Гавриловна и пошла красными пятнами.
- Надеюсь, это шутка? - Ярославский выпучил глаза. Его кадык забегал по
горлу вверх-вниз, как потерявший
управление лифт по шахте. - Я получаю весточку о сыне и... и... - Он задохнулся
от переживаний.
- У меня есть видеомагнитофон, - почти беззвучно проговорила Ирма
Гавриловна, трясясь всем телом, словно
только что избежала смерти. - В моей комнате.
К Ярославскому тотчас же вернулись его воля и энергия.
- Идемте в вашу комнату! - приказал он.
Все разом поднялись и потянулись за хозяином дома. Ирма Гавриловна, издав
тихое повизгивание, обогнала резво
идущую на второй этаж процессию. Однако ей удалось лишь сдернуть с кресла
полотенце, все остальное осталось в
первозданном виде, когда следователь, Ярославский и Карпенко вошли внутрь и
расположились на кровати. К слову
сказать, никто не обращал внимания на обстановку. А вот мечущаяся между
предметами мебели экономка явно всем
мешала.
- Ирма Гавриловна, вы можете пока приготовить нам чай, - велел
Ярославский, недвусмысленно давая понять, что
ее присутствие здесь ни к чему.
Ирма Гавриловна выскочила в коридор словно ошпаренная и побежала на
кухню, моля бога, чтобы Георгий
Николаевич не обратил внимания на кое-что лежащее прямо на трельяже. Как она
могла так опростоволоситься! Как могла
не спрятать эту вещь!
Между тем в ее спальне начался видеопросмотр. Первые же кадры заставили
Ярославского дрогнуть. Лицо его
вытянулось, а глаза выпучились. Карпенко, всегда отличавшийся потрясающей
выдержкой, кинул на него быстрый взгляд,
в остальном же оставался совершенно невозмутимым.
- Кто это? - с любопытством спросил следователь, не сдержав усмешки.
Женя на кассете прыгала и пела, с невероятным задором расставаясь
поочередно с предметами своего нехитрого
туалета.
- Выключи! - велел Ярославский, шаря рукой по кровати в поисках пульта. -
Немедленно! Ну? Чего ты тянешь? Я
же ясно сказал: выключи!
Карпенко послушно остановил запись.
- Фу, я даже вспотел, - признался следователь. - Если я не ошибаюсь, это
ваша племянница, - наконец-то догадался
он.
- Моя, - с трудом выговорил Ярославский и, повернувшись к Карпенко,
сердито сказал:
- Я тебя уволю! Я ведь просил узнать, все ли с ней в порядке. Как ты мог
пропустить такое?
- Да я...
- Давайте сюда того человека, которого вы поймали в саду, - велел
следователь.
- Я что-то ничего не понял, - потер лоб рукой Ярославский. - Кассета не
имеет никакого отношения к похитителям.
Значит, о моем сыне опять ничего. Но как исчезновение Жени связано с этой
записью?
- Ну, нет еще уверенности в том, что она действительно исчезла, а не ушла
по доброй воле. Возможно, она
предвидела, что кассету принесут утром, и спряталась?
- От кого?
- От вас, Георгий Николаевич! Ведь для нее это стыдная запись.
- Представления не имею, как могло с ней такое произойти. Женя - скромная
девушка! - принялся оправдываться
Ярославский.
- Скромных подловить легче всего, - вздохнул следователь.
Тем временем в комнату привели Пончика, который от страха сильно напрягся
и мелко дрожал. Надо было добыть
денег каким-нибудь другим способом. И как теперь выпутываться?
- Кто сделал видеозапись? - без предисловий спросил его Ярославский.
- Не знаю, - быстро ответил Пончик. - Я только принес. За деньги. Я
передатчик. Ну, то есть не в смысле приемник,
а в смысле - курьер.
- Рассказывай все сначала, - велел следователь. - И учти: мы расследуем
похищение человека. Это тянет, знаешь на
сколько?
Пончик раскололся через полчаса после активного вмешательства Карпенко,
который взял его в кладовку для
приватной беседы.
- Да не похищал я ее! Это она ко мне лезла! Пьяная она была в дым!
Осталась у памятника Пушкину!
- Я точно вам говорю: она у Лаптева, - шепотом произнес Карпенко,
наклоняясь к самому уху Ярославского. - Зря
вы волнуетесь.
- Ты туда звонил?
- К телефону никто не подходит. Но я знаю, что говорю!
- Ты мне уже много чего наговорил, - недовольно ответил Георгий
Николаевич и снова воззрился на Пончика,
держащегося за ребра. - Зачем запись сделал?
- Хотел денег слупить! - Пончик до сих пор не выдал, что работает на пару
с партнером.
- Сколько?
- Две штуки баксов.
- Теперь я понимаю, почему она сбежала, - хлопнул себя ладонями по
коленям Ярославский. - Если бы она
попросила у меня такую сумму, я бы начал допытываться, для чего. Впрочем, у нее
могло что-то скопиться...
- Она сказала, что у нее нет денег, - быстро добавил Пончик. - Сказала,
что ей не платят зарплату и она для того,
чтобы купить нижнее белье, подрабатывает в магазине уборщицей.
Следователь с трудом сдерживал ехидную усмешку, Карпенко вообще не
подавал признаков жизни, сам же
Ярославский покраснел, словно вареный рак.
- Не может быть, - с трудом выговорил он. - Моя племянница работает
уборщицей?! Но зачем?! Она никогда, ни
разу не просила денег! Работать уборщицей при моих-то доходах!
- Она сказала, - поспешно облизал губы Пончик, - что вы ее не любите. А
без любви ей, мол, ничего не надо.
На глазах следователя и Кости Карпенко разыгрывалась большая человеческая
драма. Ярославский менял цвета,
словно хамелеон, попавший на дискотеку. Из красного он стал белым, потом серым,
потом зеленым, после чего пошел
пятнами.
- Вы забирайте его, - наконец выдавил он из себя, обращаясь к следователю
и имея в виду Пончика. - А ты, -
повернулся он к Косте Карпенко, - немедленно отыщи мою племянницу. Немедленно. У
приятеля она или еще где. Если
после Яна и она исчезнет...
- Она у Лаптева, - повторил словно заклинание Карпенко, поспешно
выскальзывая в коридор.
Ирма Гавриловна топталась возле двери, изнемогая от желания попасть в
свою комнату. Когда все ушли, она
бросилась внутрь и с облегчением выдохнула: то, чего она так боялась, не
произошло. Та вещь была на месте. "А эта
мерзавка, - подумала Ирма Гавриловна про Женю, - возможно, все еще вынюхивает!
Хоть бы она вообще не вернулась!"
- Ну, как там у вас? - спросил Веня, позвонив домой около семи вечера
следующего дня.
- Отлично, - ответил Мартынов. - Можешь не волноваться.
- Женя дома?
- Да, только что пришла. Мы не виделись целый день.
- Она поделилась с тобой своими горестями?
- Нет, - несколько удивленно ответил тот. - А таковые имеются?
- В общем-то, да. И в немалых количествах.
- Я ничего не заметил, - хмыкнул Мартынов.
- Значит, Женька держится молодцом.
- Ладно, даю ее.
- Привет, - сказала Женя, которая весь день бегала по объявлениям, но
никакой работы так и не нашла. Ведь У нее
до сих пор даже не было трудовой книжки, и она никому не могла доказать, что
секретарского опыта у нее хоть отбавляй. -
Когда вернешься?
- Завтра. Переночую на фирме.
- Это из-за нас?
- Ну да! Это из-за работы. Поспать удастся часов пять, что вполне
нормально. Кстати, у меня тут появилась идея
насчет видеопроката.
- Да-а? - врастяжку спросила Женя, мгновенно насторожившись.
Она ожидала от Лаптева только умных идей - В восемь там просмотр, пойдука
я схожу, с людьми познакомлюсь.
- Ты что?! А мальчишки? Ведь наше с тобой описание наверняка есть у
милиции!
Гена Мартынов, который беззастенчиво подслушивал разговор, даже головой
тряхнул от неожиданности.
Оказывается, Венька ввязался в какую-то криминальную историю. Причем вместе с
этой пигалицей!
- Я бы на твоем месте рисковать не стала, - добавила Женя в трубку,
понизив голос.
- Вот и оставайся на своем месте, - весело ответил Лаптев - Но это мое
дело, а не твое! - горячо возразила Женя. - Я
все затеяла!
- Мы друзья, и ты пришла ко мне, когда стало совсем невмоготу. Кроме
того, я приверженец рыцарского
отношения к женщинам. В том смысле, что мужчина должен держать удар.
- Но ты себя подставишь!
- Я позвонил только для того, чтобы предупредить, где буду Чтобы ты
знала, откуда ветер дует. Если вдруг что.
Кстати, дядина безопасность тебя еще не нашла?
Женя закрыла трубку ладонью и спросила у Мартынова, который старательно
делал вид, что разыскивает что-то на
полке в коридоре:
- Меня никто не искал?
Тот отрицательно покачал головой.
- Нет, - сказала она в телефонную трубку. - Карпенко до меня еще не
добрался.
- Странно. Но ты будь морально готова, скоро он объявится.
Женя тяжело вздохнула и положила трубку после короткого прощания.
- Простите, я стал свидетелем беседы... За вами кто-то охотится? - с
неподдельным изумлением спросил Мартынов,
не сумевший сдержать любопытства. - Что это за Карпенко?
- Вам лучше с ним не связываться, - поспешила заверить его Женя. - И
вообще лучше ничего не знать.
- Здорово! А что, если на эту квартиру наедут? Ведь это я стану невинной
жертвой.
- Обещаю, что вас не тронут.
- Могу ли я вам верить?
- Ну, Лаптеву вы верите?
- Лаптеву да.
- А я все равно что он.
- Ладно, - решил сменить тему Мартынов. - Я кое-что купил на ужин.
- Да? - довольно неопределенно отозвалась Женя.
- Кто будет готовить я или вы?
- Готовить? - растерялась Женя, которая была совсем не сильна в
кулинарии.
По дороге она съела пончик и запила его стаканом простой воды. Голод был
утолен, и что-нибудь стряпать,
возвратившись в квартиру Вени, она вовсе не собиралась.
- Надо договориться о готовке? - переспросила она.
- С одной стороны, этим должны были бы заняться вы, поскольку вы женщина,
- заявил Мартынов менторским
тоном - А с другой? - с надеждой спросила Женя.
- А с другой, вы целый день провели на ногах. Я верно понимаю?
- Верно, - вздохнула Женя. - В настоящий момент я ищу работу.
- Да? А какую, если не секрет?
- Секретарскую.
Мартынов быстро закашлялся, чтобы заглушить готовое вырваться
восклицание. Да кто же возьмет такое чмо
болотное в секретарши? Он еще раз критически обозрел Женю. Она, конечно, классно
держится и вообще, судя по всему,
человек с изюминкой, но фасад у нее - не приведи господи. Надо сказать Веньке,
чтобы он ее просветил на этот счет. Они
ведь друзья! Неужели он по дружбе не может подсказать дамочке, что таких
секретарш в приемных давно не держат.
- В сущности, ужин уже ждет, - сказал между тем Мартынов.
- Вы прекрасно готовите, - похвалила голодная Женя, усаживаясь за стол.
Мартынов нажарил две сковородки полуфабрикатов. С одной он теперь снимал
картофельные котлеты, с другой -
бифштексы глубокой заморозки.
- О, у меня богатый опыт в этом деле!
- А что ваша жена? - с набитым ртом спросила Женя.
Вопрос как-то непроизвольно выскочил у нее. Она была уже готова
провалиться сквозь землю или, по крайней
мере, забраться под стол. Обещала же Веньке не проколоться и не поднимать
щекотливых вопросов. Однако Мартынов,
казалось, воспринял все спокойно.
- Жена? - переспросил он. - Ну... В настоящий момент у меня с ней сложные
взаимоотношения. - Потом подумал и
добавил:
- С бывшей женой.
"Вероятно, жена выгнала его из дому, узнав о его сердечной тайне, - тут
же подумала Женя. - Или он сам ушел. Вот
почему у него нет жилплощади". Она и мысли не допускала, что сердце ему разбила
законная супруга. С такой
потрясающей физиономией невозможно быть однолюбом. По крайней мере, Женя в это
не верила.
Веня Лаптев загодя размазал по своей голове специальную пенку, которая,
как и было обещано продавщицей,
придала его волосам рыжеватый оттенок, и причесался. На этом он посчитал
маскировку законченной. Надо признать, что
тщательно причесанного его действительно трудно было узнать.
- Мил. Чертовски мил, - сказал он своему отражению в зеркале и весело
продул зубчики расчески.
Когда он ехал в метро, то несколько раз поймал на себе заинтересованные
девичьи взгляды. "Может быть, для
счастья достаточно тщательно причесываться по утрам? - подумал он с некоторой
долей изумления. - Раньше на меня никто
так не смотрел. Возможно, по мнению женщин, у парня с прилизанным чубом хорошие
жизненные перспективы? Кажется,
я похож на любимчика начальства". Размышляя таким образом, он незаметно для себя
добрался до места.
Видеопрокат встретил его ярким люминесцентным светом и прелестными
мордашками девочек, выдающих
кассеты.
- Алло! - сказал Веня и постучал заранее приготовленной монеткой по
стойке. - Красавицы! Говорят, в восемь у вас
показывают кино. Я хочу поглядеть, это можно устроить?
- Отчего же нет? Платите, пожалуйста. Расценки перед вами. А потом
проходите туда. - Губастенькая блондинка с
густо нарумяненными скулами показала рукой, куда идти.
Веня залюбовался на нее и даже не сразу сообразил, что блондинка ждет
денег. Наконец он пришел в себя,
расплатился и неспешно прошествовал к широко открытой двери. Внутри уже сидели
зрители. Они рассредоточились по
комнате, устроившись кто на диванчиках, кто на креслах, кто на стульях перед
небольшими кру
...Закладка в соц.сетях
