Жанр: Электронное издание
Alexnat28
...- рявкнул старший, и юный Таранькин перехватил крашеную тетку на
полпути.
- Вы откуда знаете, что потерпевшего зарезали? - милиционер завис над Катей, но она
нисколько не испугалась.
- Вы на меня не давите! - взвизгнула она. Чего тут знать, когда у него нож из груди
торчит?
- О, уже и нож разглядела! - обрадовался милиционер. - А может, ты его сама и
прирезала?
А иначе для чего было в мужской туалет тащиться? Следов ваших там множество...
- Но не на ноже ведь, - вступила Ирина, надеясь про себя, что Катька не совсем
рехнулась и не трогала нож.
- Значит так, дамочки, - сказал старший милиционер, - придется проехать в отделение.
Там вас допросят по всем правилам, установят личности. Там вы и объясните, зачем
хотели убить потерпевшего. Вы тоже поедете, - кивнул он тетке, - с вас показания снимут.
Тетка изменилась в лице, она вовсе не собиралась тратить свое время на пребывание в
отделении милиции. Однако теперь отказаться никак нельзя, с представителями закона
не поспоришь.
- Так вам и нужно, убийцам, - с ненавистью прошипела она подругам, - теперь вас
посадят, а может быть, вообще расстреляют!
Ирина только пожала плечами, но в Катьку словно бес вселился. Она ловко увернулась
от милиционера, подскочила к свидетельнице и вцепилась ей в волосы. Тетка завизжала,
милиционеры бросились разнимать дерущихся. Ирина поняла, что лучшее, что она может
сейчас сделать - это помалкивать, а то менты совсем озвереют, могут и побить.
Слава всем святым, их вывели через подсобку и по служебной лестнице. Ирина умерла
бы от стыда, если пришлось бы идти по всему торговому центру в сопровождении
милиции. На Катерину чуть не надели наручники, в последний момент все-таки
передумали.
В машине с решетками на окнах их встретил пьяненький мужичок самого страшного
вида.
Вместо одежды на нем были засаленные лохмотья, вместо зубов - одни дыры. Один
глаз подбит, но зато второй смотрел бодро.
- Здрассти вам с кисточкой! - весело приветствовал он подруг, Ирина содрогнулась.
Всю дорогу она боролась с подступающей тошнотой, потому что от соседа невыносимо
воняло. Катерина громко возмущалась, пока Ирина не ткнула ее кулаком в бок и не
приказала замолчать.
- И в милиции лучше помалкивай, я буду говорить! - шипела она. - Ты свое дело уже
сделала, добилась, что нас в милицию забрали ни за что, так что теперь заглохни.
- Все равно я этого так не оставлю! - бурчала Катька. - Это же надо, приличных
женщин арестовывают! Понятно теперь, почему в нашей стране такой разгул
преступности, потому что они честных людей только сажают! Понятно, почему наш город
называют криминальной столицей России!..
Ирине захотелось задать Катьке хорошую трепку. Очевидно того же хотелось и
представителям милиции, потому что они неодобрительно молчали.
Наконец машина затормозила.
- Задержанные, выходи по одному! - сказал Таранькин, раскрывая дверь.
"Дожили!" - с горечью подумала Ирина.
В отделении их разделили. Пьяненького бомжа под руки препроводили в подвал, по
дороге он немузыкально пел что-то развеселое.
Дам провели в обшарпанное помещение, где их встретил хмурый капитан по фамилии
Яблоков, плохо выбритый и с красными глазами. Не тратя времени даром, он выспросил у
них все анкетные данные и надолго замолчал, уставясь в экран допотопного компьютера.
Ирина приятно удивилась такому прогрессу и сообразила, что капитан проверяет их
данные.
- Ну что? - Катя первая не выдержала молчания. - Вы выяснили, что мы - женщины
приличные и вовсе незачем было нас арестовывать.
- Вас, гражданочка, никто пока не арестовывал, - занудным голосом сказал капитан
Яблоков, - вас задержали до выяснения.
- Долго вы будете выяснять? - злобно спросила Катька, и до Ирины наконец дошло,
отчего подруга такая агрессивная.
У Катьки был сильный стресс, когда она обнаружила в туалете убитого мужчину. А
стресс Катерина может снять, только если немедленно ее накормить. Причем до отвала, и
желательно чем-то вкусным. Подойдет полторта, или целая коробка корзиночек со
взбитыми сливками. Или же основательная пицца, и уж на самый крайний случай -
тройной гамбургер. Ничего этого Кате не предоставили. Вместо того, чтобы утешать
бедную женщину и как следует кормить, милиция начала сурово ее допрашивать, да еще
тетка-свидетельница попалась на удивление противная. И Катькин стресс
трансформировался в агрессию.
Осознав сей факт, Ирина рассердилась. Ну нельзя же вести себя как маленький
ребенок, ведь это все же милиция, они могут и санкции какие-нибудь применить, тем
более что человека-то и вправду убили...
Тут Ирине пришло в голову, что никто их до сих пор не спрашивал про убийство.
Милиция зациклилась на показаниях тетки с крашеными волосами, да тут еще Катька
устроила форменное светопреставление. Кто убил того мужчину?
И зачем? И самое главное, когда этот кто-то успел? Потому что времени у убийцы
было совсем немного.
- Не все так просто в нашей жизни, - капитан наконец оторвался от экрана, - ваши
анкетные данные совпадают с моей базой, но может вы кого-то другого назвали вместо
себя?
- Да зачем нам это надо? - удивилась Ирина.
- Всякое бывает, - уклончиво ответил блюститель порядка, - вот если бы вы предъявили
удостоверение личности с фотографией...
- Ну нету у нас паспортов! - Катерина совсем озверела.
- И водительских прав тоже нету?
- Вы же видите, - Ирина кивнула на стол, где было вывалено содержимое их с Катей
сумочек.
- Ну хоть бы пропуск был на работу... - продолжал ныть капитан. - А вот, кстати,
скажите-ка мне, где вы работаете.. - Понимаете... - Ирина тяжело вздохнула, уже зная, что
ее слова не успокоят капитана, а совсем наоборот, - я писательница. Пишу детективные
романы.
- Угу, - мрачно оживился капитан Яблоков, это где нас, милицию, в самом
неприглядном виде показывают? Врут все?
- Ну почему же врут, - встряла бестактная Катька, - уж какой есть вид, в таком и
показывают...
Она очень красноречиво поглядела на капитана и на неказистый кабинет. Ирина
заскрипела зубами и сделала страшные глаза, но нахальная Катька в это время нарочно
смотрела в другую сторону.
- Сами посудите, зачем мне пропуск, если я дома работаю, - продолжала Ирина как
можно убедительнее, - а издательство в Москве находится.
Последние слова она добавила для того, чтобы капитану не пришла в голову мысль
звонить в издательство с просьбой подтвердить Иринину личность. Еще чего не хватало,
сраму за всю жизнь не оберешься!..
- А вы тоже дома работаете? - ехидно спросил капитан у Кати.
- Ага! - закивала она. - Только я не писатель, а художник.
- Картины пишете? - недоверие капитана все возрастало.
- Нет, создаю панно из текстиля, кожи и разных материалов, - невозмутимо ответила
Катерина, - ну, чтобы вам было понятно, скажу, что вид моей деятельности называют
квилтом, хотя, если быть до конца точной, то это не совсем квилт...
Ирина заметила, что капитану совсем ничего не понятно.
- Переходим к вопросу о семейном положении, - он повысил голос и прихлопнул рукой
бумаги на столе, - может муж приедет и подтвердит вашу личность?
- Я в разводе, - буркнула Ирина.
- А у вас тоже мужа нету? - спросил капитан Катю.
- Как это нету? - снова завелась Катька. - Еще как есть! Только он приехать за мной не
может, он в командировке, в Африке.
- Ах в Африке? - протянул капитан. - В Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке
большие злые крокодилы... Точнее можете сказать?
Хотя бы в каком конкретно государстве.
- Не могу, - честно ответила Катерина, - сама не знаю. Он кочует.
- Кочует? - зловеще проговорил капитан. Вы что же это, гражданка Дронова,
издеваетесь?
А я, между прочим, при исполнении нахожусь.
И шутки с собой шутить никому не позволю!
- Да какие шутки! - хором вскричали подруги.
Действительно, про Африку была чистая правда. Катькин муж профессор Кряквин
полгода назад уехал в этнографическую экспедицию, да так и застрял там, в Африке
надолго.
- Значит, некрасивая картина у нас получается, - сказал капитан, - нигде не работаете,
живете на нетрудовые доходы, мужа аж в Африку загнали...
- Как это на нетрудовые доходы? - подскочила Катя. - Сам сидит тут, дурака валяет, а
других упрекает. И мужа моего не тронь!
- Молчать! - капитан грохнул кулаком по столу. - Про мужа - это еще выяснить надо,
чем он там в Африке занимается, если вы даже не можете конкретного государства
указать...
Оскорбления, нанесенного профессору Кряквину, Катерина не смогла перенести. Она
перегнулась через стол и попыталась вцепиться в волосы бессовестного капитана. При
этом она выкрикнула ругательные слова, почерпнутые в телевизионном сериале
"Криминальная столица":
- Мент поганый!
Капитан Яблоков легко уклонился, ему приходилось по роду своей деятельности
сталкиваться с куда более опасными субъектами, но он, разумеется, просто не мог не
отреагировать на такое оскорбление.
- Таранькин! - крикнул он. - Сунь задержанную в "обезьянник", пускай там посидит и
подумает над своим поведением.
- Слушайте, это уж слишком! - всполошилась Ирина.
- В самый раз! - отрезал капитан.
Катерина наконец малость опомнилась и испугалась, но ни один мускул не дрогнул в
лице оскорбленного капитана.
После того, как бешено сопротивляющуюся Катю увели, капитан достал из верхнего
ящика стола большое румяное яблоко, вгрызся в него зубами и захрустел на весь кабинет.
- Ну, с одной из нас вы разобрались, - нарушила Ирина затянувшееся молчание, - а что
вы собираетесь делать со мной? Я, кажется, не кричу, не буяню, вас при исполнении не
оскорбляю, может, все же поговорим нормально?
Капитан все хрустел яблоком, но вид у него был уже не такой официальный и
обиженный.
- Так и будем сидеть? - вздохнула Ирина. Можно я подруге позвоню? Она приедет и
удостоверит мою личность.
Капитан Яблоков вспомнил, что у него и правда множество неотложных дел, а он
валандается тут с этими подозрительными бабами.
Пришел из соседнего кабинета тот самый милиционер с усами, который привез их из
кафе, протянул Яблокову листок бумаги. Ирина скосила глаза и увидела, что это протокол
допроса свидетельницы - той самой вредной крашеной тетки. Усатый прошептал еще чтото
на ухо Яблокову, после чего оба вышли, оставив Ирину в кабинете наедине с
недоеденным яблоком.
Ящики стола капитан демонстративно запер.
Ирина поскучала немножко, и тут услышала, как в соседней комнате громко
разговаривают по телефону. Голос капитана Яблокова спрашивал, правильно ли он попал
в агентство "Лео". Когда на том конце ответили утвердительно, капитан заговорил еще
громче:
- Есть у вас такой сотрудник Линьков Александр Викторович?
Очевидно, в агентстве ответили утвердительно и в свою очередь осведомились, кто
говорит, и что случилось.
- Из семнадцатого отделения милиции говорят! - громко объявил капитан Яблоков. -
Случилось то, что тело вашего сотрудника найдено на подведомственной нам
территории... - он послушал немного... - Убит.., да, ножом в спину... в туалете кафе, что в
торговом центре "Буффало"., на теле найдено удостоверение.., пришлите кого-нибудь для
опознания...
Ирина торопливо достала мобильник и позвонила Жанне. Та ответила злая, как дьявол,
что она уже целый час как дура болтается в торговом центре, а их с Катькой нету,
телефоны не отвечают.
Ирина велела ей срочно приезжать в семнадцатое отделение милиции, потому что
Катьку заперли в "обезьянник", и неизвестно чем это все кончится.
Милиционер втолкнул Катерину в "обезьянник" и закрыл за ней решетчатую дверь. В
нос ударили запахи перегара, грязи и еще чего-то незнакомого, но удивительно
неприятного.
- Здорово, подруга! - раздался хриплый веселый голос, и к Кате приблизилась особа в
мини-юбке, рваных черных колготках и коротком меховом жакете из китайской собаки.
Белесые волосы этой особы были уложены в прическу под лозунгом "свободу Анджеле
Девис", а лицо украшала боевая раскраска вождя племени ирокезов, причем эта раскраска
была несколько смазана, так что на лице оказалось как бы два несимметричных
комплекта губ.
- Здорово! - повторила особа. - Тебя, блин, где замели?
- В торговом центре "Буффало", - призналась Катя, опасливо оглядывая собеседницу.
- Ну! Так ты что - из Геночкиного профсоюза? Круто!
- Чего?
- Чего - чего! - передразнила ее девица. - В "Буффало", там Генкины девушки работают.
Только они, блин, поприличнее будут, ты до них не дотягиваешь... - и она окинула
Катерину оценивающим профессиональным взглядом, - точно, подруга, не дотягиваешь!
- Почему это я до продавщицы не дотягиваю? - обиделась Катерина.
- До какой еще продавщицы?
- Ну ты же вроде сказала, что эти девушки в торговом центре работают.., так, наверное,
продавщицами? Или как это сейчас называют - менеджерами по продажам...
- Продавщицами? - переспросила девица и закатилась долгим хриплым хохотом. - Ну,
подруга, ты приколистка, с тобой ухохочешься!
Надо, блин, это запомнить - продавщицами... девкам расскажу, они тоже уржутся... Ну,
мне-то все по барабану, в "Буффало" так в "Буффало", лишь бы ты у меня хлеб не
отбивала.., меня, кстати. Лелей зовут, а тебя?
- Катей.
- Ну, классно, Катюха! У меня была подружка, тоже Катькой звали, мы с ней на
Лиговке работали.
- Кем - менеджерами по продажам?
- Ага! -Леля снова громко захохотала. - Точно, по продажам! Сами себя продавали! Ну,
Катюха, с тобой, блин, реально не соскучишься! Та, подружка моя, тоже веселая была...
- А где она теперь? - поинтересовалась вежливая Катя. - Перешла на другую работу?
- На другую работу? - повторила Леля. - На какую еще, блин, работу? На "герыча" она
перешла. Пока травку покуривала, как все, так и была веселая девка, а как перешла на
"герыча", так быстро скопытилась. С Лиговки ее турнули, чтобы пейзаж не портила,
немножко на вокзале покрутилась, а потом, как водится, передоз, бирку на палец - и на
Южное...
- Что это - бирка на палец? - в ужасе спросила Катя.
- Да ты что - совсем, что ли, тупая? - Леля Опять окинула ее взглядом. - В морг когда
попадешь, тебе тоже бирку на палец привяжут, прежде чем на Южное кладбище отвезти...
Катерину передернуло.
- Да что это мы все о грустном! - , опомнилась Леля. - Ты лучше скажи, подруга - у тебя
травки нету?
- Ка.., какой травки? - переспросила Катерина. Она помнила, что ее тетя проращивает
для своего кота зерна овса и пшеницы, но вряд ли Лелю интересовала именно эта травка.
- Какой-какой, обыкновенной травки! Чтобы, блин, до утра веселее перекантоваться!
- Нет, травки нету!
- Это плохо!
Леля потрясла решетку и крикнула:
- Эй, Вовик, иди к нам, мы с Катюхой тебя пощекочем!
- Угомонись, Петухова! - подал голос полусонный милиционер. - А то я тебе еще и
"хулиганку" припаяю! Статью двести сорок четвертую!
- Да ты чего, Вовик, я же по-хорошему, нам с подружкой скучно! Развлек бы девушек к
обоюдному удовольствию...
- Умолкни, шалава! - донесся из угла обезьянника низкий недовольный голос. - Дай
поспать!
- Поспать-поспать! - передразнила Леля. - Здесь, блин, тебе не гостиница! Дай, Ромала,
травки - тогда буду тише воды ниже травы!
- Травки тебе? - снова послышалось из угла, и из вороха цветастых тряпок поднялась
толстая пожилая цыганка с густыми черными усами. А перо в бок получить не хочешь?
- Да ладно тебе, Ромала, - Леля попятилась, я же только так, пошутила, блин.., спи
себе, коли сон идет!
- То-то! - цыганка усмехнулась, показав полный рот золотых зубов. - Знай, шалава, свое
место!
Вдруг она повернулась и уставилась долгим изучающим взглядом на Катю.
- А ты, молодая, как сюда попала?
- Как попала? - обиженно отозвалась за Катю Леля. - Как все, так и она! На "воронке"
привезли!
- Отвянь! - махнула рукой цыганка. - Не с тобой разговариваю! Дай руку, молодая, я
тебе погадаю!
- Не слушай ее, Катюха, - проговорила Леля, она тебе такого наговорит - уши завянут!
Однако Катерина, как загипнотизированная, подошла к цыганке и послушно протянула
ей раскрытую ладонь.
- Не эту, молодая, левую дай! - поправила ее цыганка и склонилась над Катиной рукой.
- Есть у тебя любимый человек, - начала она низким завораживающим голосом, -
только он сейчас далеко...
- Очень далеко! - с тяжелым вздохом согласилась Катерина. - Так далеко, что просто
ужас!
- Но ты не переживай, он вернется! Только тебе самой до того придется много
перенести...
Цыганка на мгновение отстранилась, словно испугавшись того, что увидела на Катиной
руке, и затем продолжила:
- Бойся человека с черными волосами!
- Кукушкина! - послышался голос милиционера. - Прекрати срочно свое мракобесие! А
то я тебе сейчас незаконный промысел припаяю, статью сто семьдесят шестую!
- Что ты, Вовик, такой сердитый? - снова подала голос Леля. - Пошутить не даешь,
травкой не угощаешь, погадать Ромале - и то не позволяешь! Что ты, блин, прямо как не
родной?
- Я тебе сказал, Петухова, - будешь выступать, припаяю двести сорок четвертую
статью!
- Да такой и статьи-то нет, - проворчала Леля, но на всякий случай все же замолчала.
Капитан Яблоков вернулся отчего-то очень недовольный. Не обращая внимания на
Ирину, он стал доедать яблоко. Ирина с тоской смотрела в окно. Вдруг дверь кабинета
распахнулась.
На пороге возник юный милиционер Таранькин с растерянным и виноватым видом.
- Андрей Васильевич, - проблеял он, обращаясь к капитану, - я извиняюсь, тут...
- Ну что там у тебя, Таранькин? - недовольно проговорил Яблоков, убирая недоеденное
яблоко в ящик стола. - Ты, это, разве не видишь, что у меня процесс? Допрос, это, знаешь
ли, занятие тонкое, психологическое, он, это, суеты не любит, а ты, это, врываешься...
- Андрей Васильевич, я не хотел... - пискнул Таранькин, и его тут же отодвинули в
сторону.
На пороге возникла Жанна в самом своем впечатляющем виде. На ней был строгий
деловой костюм, если, конечно, можно назвать строгим и деловым костюм цвета
подгнивающих экзотических фруктов с юбкой настолько короткой, что капитан Яблоков
на мгновение зажмурился.
На другой женщине такая юбка показалась бы вызывающей, но на Жанне она
выглядела уместно и официально. Еще Жанна по своему обыкновению нацепила
несколько килограммов серебряных украшений ручной работы и вооружилась роскошным
итальянским портфелем из кожи антилопы. Пальто, отороченное шиншилловым мехом,
она небрежно перекинула на руку.
- Ташьян, - представилась она и положила на стол перед капитаном визитную карточку
с золотым обрезом.
Яблоков громко сглотнул.
Ему захотелось откусить от яблока, которое лежало в ящике стола. Он даже
представил, как с хрустом вгрызается в сочную мякоть, и рот невольно наполнился
слюной. С тех пор, как капитан бросил курить, яблоки действовали на него
успокаивающе. Однако он не позволил себе продемонстрировать слабость перед этой
расфуфыренной особой. Капитан нахмурился, нервно побарабанил пальцами по столу и
спросил:
- Вам, гражданка Ташьян, кто пропуск выписал? Или, это, к нам уже просто так с
улицы зайти можно?
- Нет, почему же просто так! - Жанна незаметно бросила Ирине ободряющий взгляд.
Пропуск мне выписал полковник Арбузов. А что?
У вас есть какие-то возражения?
- Против Всеволода Родионовича у меня, это, никаких конкретных возражений не
имеется, капитан снова побарабанил пальцами и плотнее задвинул ящик, из которого
соблазнительно пахло яблоком, - только его кабинет, вообще-то, на третьем этаже.
- Вы меня так и будете на ногах держать? осведомилась Жанна, весьма высокомерно
взглянув на Яблокова, чему очень способствовало то, что он сидел, а она стояла.
Она все-таки добилась того, что капитан окончательно смутился и предложил ей стул.
Усевшись и закинув ногу на ногу, Жанна уставилась на Яблокова своими глубокими
черными тазами.
- И что конкретно вы инкриминируете моей подруге? - наконец проговорила она,
посчитав, что психологическая обработка довела капитана до необходимой кондиции.
Однако он сумел справиться с эмоциями и проговорил со сдержанной строгостью:
- Как я понял из вашей визитной карточки, вы не адвокат, а нотариус..
- А я этот вопрос задаю не как адвокат, а как частное лицо.
- А частным лицам я в служебное время ни на какие вопросы не отвечаю. И не
думайте, что упоминание полковника Арбузова...
Неожиданно на столе у капитана зазвонил телефон. Он снял трубку, послушал и
тоскливым голосом проговорил:
- Да, Всеволод Родионович.., так точно, Всеволод Родионович.., я все понял, Всеволод
Родионович...
Затем он повесил трубку, выдвинул ящик стола, достал оттуда яблоко и с хрустом в
него вгрызся. При этом его лицо сделалось сосредоточенным и удовлетворенным. Только
после этого повернулся к Жанне и сказал:
- Да ничего я вашей подруге не инкриминирую! Пока. Она, это, была слишком близко к
месту преступления. И, опять же, есть свидетельница, которая слышала как ваша подруга
и.., и ее подруга...
- Которая также моя подруга, - вставила Жанна.
- Как обе ваши подруги обсуждали план убийства. Так и говорили, что собираются, это,
кого-то убить. Но я, - капитан повысил голос, - все равно ничего им не инкриминирую!
Вам это понятно?
- Понятно, - кивнула Жанна.
- А если понятно, так будьте добры, скажите это Всеволоду Родионовичу, а то он
опасается, что мы с вами не найдем, это, общего языка.
- А если так, - продолжила настырная Жанна, - то почему вы задерживаете моих
подруг?
На каком основании?
- На основании статьи сто четвертой уголовно-процессуального кодекса! - рявкнул
капитан. Я хочу, чтобы ваша подруга оказала посильное содействие следствию, а для
начала объяснила смысл странного разговора, который слышала свидетельница
Перепелкина!
- Что за разговор? - Жанна повернулась к Ирине;
Ирина, которая до этой минуты молчала, не желая мешать Жанне, в чьи способности
верила безоговорочно, послушно отозвалась:
- Я жаловалась Катерине, что у меня проблемы с сюжетом, и вдруг, глядя на человека
за соседним столиком, придумала, как выбраться из этого тупика. Дело в том, что этот
человек был очень похож на моего героя, и я поняла, что его нужно убить...
- Ага! - капитан Яблоков подпрыгнул на стуле. - Между прочим, это чистосердечное
признание!
- Никакое это не признание, - Жанна презрительно скривилась, - просто моя подруга...
- Вот эта, - уточнил капитан, - или та, вторая?
- Эта, эта! Так вот она - писательница, между прочим, автор популярных детективов.
Жанна достала из своего антилопового портфеля книгу в яркой глянцевой обложке и
протянула капитану:
- Вот видите? "Поцелуй анаконды", автор Ирина Снегирева.
Яблоков с интересом уставился на книжку, потом на Ирину, после чего повернул
книжку обратной стороной и внимательно сличил помещенную сзади фотографию с
оригиналом.
- Это правда вы написали? - спросил он с самой человеческой интонацией.
- Правда, - Ирина смущенно потупилась.
- Так что же - вам понадобилось убить этого человека, чтобы потом про это убийство
написать?
- О господи! - хором воскликнули обе подруги. Потом Жанна, как более выдержанная,
набрала полную грудь воздуха и продолжила:
- Ирина ведь все вам объяснила! Она обдумывала новый роман, и как раз в тот момент
ей пришло в голову, как следует его продолжить.
Именно об этом она говорила с нашей третьей подругой, а ваша свидетельница...
- Перепелкина, - вставил капитан.
- .. Ваша Перепелкина вообразила, что они обсуждают реальное убийство!
- Которое и произошло буквально через несколько минут! - торжествующе воскликнул
капитан. После этого он перевел взгляд на Ирину и совсем другим тоном закончил:
- Книжку подарите!
- Что? - удивленно переспросила Ирина, не ожидавшая такого поворота.
- Книжку. Эту, - капитан поднял в руке глянцевый томик, - подарите мне, пожалуйста.
Если это правда вы ее написали.
- А, да, конечно, - Ирина схватила книгу, переглянулась с Жанной, взяла у той ручку и
размашисто написала на титульном листе:
"Капитану Яблокову - на память". Немножко подумала и приписала: "...на добрую
память".
Яблоков убрал книгу во второй ящик своего стола, первый был доверху заполнен
яблочными огрызками.
- Ну, надеюсь, теперь вы не станете больше задерживать мою подругу? - задушевным
голосом проговорила Жанна, придвинувшись к капитану.
Яблоков тяжело вздохнул и сказал:
- Ладно, можете быть свободны.., сейчас я вам пропуск выпишу. Только имейте в виду -
никуда не уезжайте из города! Вы можете еще понадобиться следствию. То есть еще
точно понадобитесь..
Он достал зеленоватый бланк и начал его заполнять.
- А Катя? - снова хором воскликнули подруги.
- Какая Катя? - Яблоков поднял на них непонимающий взгляд.
- Екатерина Дронова, наша третья подруга! отчеканила Жанна. - Она тоже ни в чем не
виновата! Она даже не пишет про убийства! Она сидит дома и шьет невинные панно из
разноцветных тряпочек!
- Ах, Дронова! - капитан склонил голову набок, как спаниель, собравшийся поиграть с
хозяином в пятнашки. - А Дронова, между прочим, задержана за мелкое хулиганство! Она,
между прочим, лично мне нанесла грубое словесное оскорбление и пыталась нанести
физическое... между прочим, с особым цинизмом, и кстати, при исполнении мной
служебных обязанностей!
И вообще, вы, пожалуйста, гражданка Ташьян, не бросайтесь в моем кабинете такими
необдуманными заявлениями!
- Это какими?
- Такими, что она ни в чем не виновата! Только суд может определить ее
невиновность!
- Не надо передергивать! - воскликнула Жанна. - Только суд может определить вину
человека, а до того он считается невиновным! Не надо клеветать на наш справедливый
суд!
- Да ладно вам, - капитан тяжело вздохнул и сделал странный жест рукой, - забирайте
свою подругу! Только вы уж, того, за ней присматривайте, а то она у вас, это, какая-то
неуправляемая.
- Присмотрим, - пообещала Жанна, а Ирина добавила:
- У нее, знаете, такая особенность - когда она голодная, то сама не своя становится,
прямо бросается на людей!
- А! - в глазах капитана зажглось понимание. - У нас в управлении собака такая была,
ищейка - первый класс, чутье сказочное, но жрала - это что-то страшное, и как вовремя не
покормишь, тоже на всех бросалась.., пришлось в конце концов прис
...Закладка в соц.сетях
