Жанр: Электронное издание
rayan3
...х самолетов наземного базирования, надводных кораблей,
а также их ударных подлодок. Примерно в полдень воскресенья по местному
времени мы обратили внимание на возросшую поисковую активность в Баренцевом
море. Тогда мы предположили, что там проводятся учения по противолодочной
обороне, а к концу понедельника это походило на испытание новой движительной
системы "Красного Октября".
Всем вам известно, что вчера утром произошло резкое увеличение
активности советского военно-морского флота. Почти все морские корабли,
входящие в состав их Северного флота, находятся сейчас в море. Их
сопровождают советские быстроходные танкеры. Дополнительные вспомогательные
суда вышли из баз Балтийского флота, а также из западной части Средиземного
моря. Еще более тревожным является то обстоятельство, что почти все атомные
подводные лодки, входящие в состав Северного флота - самого большого флота
русских, - устремились в Северную Атлантику. В число этих подлодок входят и
три подлодки из Средиземного моря, поскольку лодки, патрулирующие там,
относятся не к Черноморскому, а к Северному флоту. Теперь нам кажется, что
мы знаем причину происшедшего.
Райан щелкнул переключателем проектора, и на экране появился новый
слайд. На нем демонстрировалась оперативная ситуация в Северной Атлантике,
от Флориды до Северного полюса. Советские корабли были помечены красным.
- Мы полагаем, - продолжал Райан, - что в день выхода в море командир
"Красного Октября" Рамиус отправил письмо адмиралу Юрию Ильичу Падорину,
начальнику Главного политического управления ВМФ. Мы не знакомы с Штаб-квартира ЦРУ
По пути в Лэнгли он молчал. Автомобиль директора ЦРУ въехал в подземный
гараж, они вышли из машины и поднялись прямо в кабинет Мура в его личном
лифте. Двери лифта, словно тайник, сливались с деревянными панелями,
которыми был обшит кабинет - удобно, но, по мнению Райана, слишком
театрально. Директор подошел к столу и поднял трубку.
- Боб, заходи ко мне прямо сейчас. - Мур посмотрел на Райана, который
остановился посреди кабинета. - Предвкушаешь удовольствие, Джек?
- Конечно, судья. - В голосе Райана не прозвучало энтузиазма.
- Мне понятно твое отношение к этой затее со шпионажем, однако ситуация
может стать крайне опасной. Тебе следовало бы гордиться столь высоким
доверием.
Райан едва успел постичь скрытый смысл фразы, когда в кабинет вошел
Риттер.
- В чем дело, судья?
- Принимаемся за операцию. Райан вылетает на "Кеннеди" с Чарли
Давенпортом. Они проинструктируют командование флота по поводу "Красного
Октября". Президент согласился с нами.
- Я так и думал. Грир уехал на базу Эндрюз незадолго до вашего
возвращения в Лэнгли. Значит, Райан вылетает?
- Да. Джек, вот в чем суть: посвятить в подробности операции можешь
только командующего флотом и Давенпорта, больше никого. То же самое
относится к англичанам - говоришь исключительно с командующим британской
эскадрой и все. Если Бобу удастся подтвердить сведения, полученные от "ИВЫ",
число людей, допущенных к информации, слегка расширим, однако лишь в тех
случаях, когда это будет абсолютно необходимо. Тебе все ясно?
- Да, сэр. Полагаю, кто-то должен объяснить президенту, что трудно
добиться решения поставленной задачи, если никто не имеет представления о
том, что происходит в действительности. Особенно это относится к парням,
непосредственно занятым этим решением.
- Совершенно согласен, Джек. Нам предстоит изменить его точку зрения в
этом вопросе. Мы займемся этим, но пока не забывай - только он принимает
решения. Боб, нужно срочно достать что-то для Райана, чтобы своим внешним
видом он не выделялся среди моряков.
- Мундир морского офицера? Ладно, сделаем его капитаном третьего ранга
- три полосы на рукаве, обычные нашивки. - Риттер смерил Райана взглядом. -
Размер, скажем, понятно... Через час будет готово. У операции есть кодовое
название?
- Сейчас займемся этим. - Мур снова поднял телефонную трубку и нажал
пять кнопок. - Мне нужно два слова, - произнес он. - Ага.., спасибо. - Он
положил трубку и что-то записал. - Господа, название операции - "МАНДОЛИНА".
Твоя кодовая кличка, Джек, - "Маг". Запомнить нетрудно, особенно учитывая
время года. На основе этих названий, пока тебя одевают, отработаем серию
кодовых слов. Боб, займись этим лично. А я позвоню Давенпорту и поручу ему
позаботиться о самолете.
Райан последовал к лифту за Риттером. События развивались слишком
быстро, все казалось излишне усложненным. Операция "МАНДОЛИНА" уже начала
разворачиваться, в то время как они еще не поняли, что им предстоит сделать,
черт побери, и тем более как. А выбор кодовой клички для него самого
показался Райану в высшей степени неудачным. И кому только пришло в голову
сделать его магом? Уж лучше подошло бы "Хэллоуин".
День седьмой
Четверг, 9 декабря
Северная Атлантика
Когда английский писатель прошлого века Самьюэл Джонсон сравнивал
плаванье на корабле с "пребыванием в тюрьме, где еще и рискуешь утонуть", по
крайней мере у него было утешение, что до этого самого корабля он доберется
в безопасной карете, думал Райан. Ему же мало того что пришлось отправиться
в море, так еще до прибытия на корабль он мог насмерть разбиться в
авиакатастрофе. Джек сидел, согнувшись в кресле, на левой стороне
транспортного самолета "грумман грейхаунд", который на флоте
пренебрежительно называли "треской" .
Этот летающий аппарат больше всего походил на грузовик с крыльями.
Сиденья, обращенные в сторону хвоста, были установлены так тесно, что Райану
пришлось упереться коленями в подбородок. Самолет был куда более
приспособлен для перевозки грузов, чем людей. В его хвостовой части лежало в
ящиках три тонны запчастей для разного рода приборов и электронного
оборудования - место в хвосте было выбрано, без сомнения, потому, что в
случае авиакатастрофы тела четырех пассажиров, сидящих в кабине, смягчив
удар, помогут ценному оборудованию уцелеть. Кабина не обогревалась.
Иллюминаторов не было. Тонкая алюминиевая обшивка отделяла Райана от
ледяного ветра, который со свистом проносился за бортом самолета, завывая в
унисон реву турбовинтовых двигателей. Хуже всего было то, что они летели на
высоте пять тысяч футов сквозь бушующий шторм, и "треску" без конца то
подбрасывало вверх, то швыряло вниз, в стофутовые воздушные ямы, словно на
обезумевших американских горках. Единственное, что утешало, так это
отсутствие освещения в кабине. По крайней мере никто не видит, думал Райан,
какого зеленого цвета мое лицо. Прямо за спиной сидели два летчика, они
разговаривали так громко, что их голоса перекрывали рев двигателей. Подумать
только, эти мерзавцы еще и получают удовольствие от полета!
Шум чуть стих, или по крайней мере так показалось Райану. Перед вылетом
ему дали наушники из пенопласта, желтый надувной жилет, а также прочли
лекцию, как вести себя в случае катастрофы. Лекция была прочитана так
небрежно, что не требовалось особого ума, чтобы понять, насколько ничтожны
шансы на спасение, если самолет ухнет среди ночи в бушующее море. Райан
ненавидел полеты. Он был когда-то лейтенантом морской пехоты, и его
офицерская карьера не продлилась и трех месяцев, - его вертолет со взводом
пехотинцев разбился на Крите во время учений НАТО. Райан получил серьезную
травму позвоночника и едва не остался инвалидом на всю жизнь. С тех пор он
всячески старался избегать полетов. "Треску", показалось Райану, стало
бросать вниз больше, чем вверх. Возможно, это означало, что они приближаются
к "Кеннеди". Альтернатива была слишком пугающей, и ему не хотелось думать о
ней. Самолет вылетел с воздушной базы ВМС Оушеана под Виргиния-Бич всего
девяносто минут назад, а ему казалось, что прошел целый месяц. Райан
поклялся себе, что впредь никогда не станет бояться полетов на гражданских
авиалайнерах - там куда больше шансов уцелеть.
Нос опустился на двадцать градусов, было такое впечатление, что самолет
устремился прямо на что-то. Они заходили на посадку - самый опасный момент
при операциях на авианосцах. Райан вспомнил исследование, проведенное в
период вьетнамской войны: морских летчиков, базирующихся на авианосцах,
снабдили портативными электрокардиографами для контроля за стрессами, и
медики были поражены тем, что наибольший стресс пилоты испытывают не во
время вражеского обстрела, а при посадке на палубу авианосца, особенно
ночью.
Господи, что за веселые мысли приходят в голову! - подумал Райан. Он
закрыл глаза. При любом исходе все кончится через несколько секунд.
Палубу авианосца, скользкую от дождя, бросало вверх-вниз. Она казалась
черной дырой, окруженной по периметру огнями. Посадка самолета на авианосец
по существу была управляемой аварией. Ломающий кости удар смягчали мощные
амортизаторы и массивные посадочные шасси. Самолет коснулся палубы,
устремился вперед и тут же замер, захваченный тросом аэрофинишера. Посадка
совершилась. Они в безопасности. Наверно, в безопасности. Через несколько
мгновений "треска" покатилась дальше. Райан услышал какой-то странный шум и
понял, что это складываются крылья. Он, оказывается, даже и не подозревал,
что летит на самолете, крылья которого могут сложиться в любую минуту. Ну
что ж, ничего не поделаешь, подумал Райан. Наконец самолет встал и открылся
задний люк.
Райан отстегнул пристежные ремни и поспешно поднялся, ударившись
головой о низкий потолок кабины. Он не стал дожидаться Давенпорта, а, прижав
к груди брезентовую сумку, выскочил через задний люк. Оказавшись на палубе,
он огляделся по сторонам, и стоящий рядом матрос палубной команды в желтой
рубашке показал ему, как пройти к надстройке авианосца. Шел проливной дождь,
и Райан скорее почувствовал, чем увидел, как "Кеннеди" действительно
подбрасывает на пятнадцатифутовых волнах. Он побежал к освещенному люку в
надстройке и там подождал, когда подойдет Давенпорт. Адмирал не спешил. Он
шел размеренным шагом, полный достоинства, как и подобает адмиралу, и Райан
подумал, что Давенпорт испытывает, наверно, раздражение из-за того, что
секретность их прибытия лишает его положенной церемонии встречи - со звуками
боцманской дудки и выстроившимся почетным эскортом. В надстройке, за
открытым люком, их приветствовал морской пехотинец, капрал в ослепительной
парадной форме: в рубашке цвета хаки, при галстуке и в синих в полоску
брюках, фигуру его перечеркивал ослепительно белый пояс с пистолетной
кобурой. Капрал вытянулся и отсалютовал, приветствуя их на борту авианосца.
- Капрал, я хочу видеть адмирала Пойнтера.
- Адмирал у себя в каюте, сэр. Вам нужен сопровождающий?
- Нет, сынок. Когда-то я командовал этим кораблем. Пошли, Джек.
Райану пришлось нести обе сумки.
- Господи, сэр, вы действительно зарабатывали этим себе на жизнь? -
спросил Райан.
- Чем? Ночными посадками на авианосец? Разумеется, садился раз двести.
А что в том особенного? - Казалось, Давенпорт не заметил благоговейного
изумления Райана, но Джек решил, что адмирал не совсем искренен.
Изнутри "Кеннеди" почти ничем не отличался от "Гуама", десантного
вертолетоносца, на котором Райан плавал во время своей недолгой службы в
корпусе морской пехоты. Обычный для военного корабля лабиринт стальных
переборок и труб, окрашенных в стандартный пещерно-серый цвет. На трубах
виднелись разноцветные полосы и буквы, нанесенные по трафарету, и какие-то
еще обозначения, по-видимому, для обслуживающего персонала. Райану все это
говорило не больше, чем наскальные рисунки эпохи неолита. Давенпорт провел
его по коридору, они повернули за угол, спустились по стальному трапу,
такому крутому, что Райан едва не свалился, миновали еще один коридор, снова
свернули. К этому времени Райан почувствовал, что уже заблудился
окончательно. Наконец они подошли к двери, у которой стоял морской
пехотинец. Сержант щегольски отсалютовал и распахнул перед ними дверь.
Райан последовал за адмиралом и.., замер от удивления. Адмиральская
каюта командира авианосца "Кеннеди", казалось, перенеслась сюда из
роскошного особняка на Бикон-Хилл .
Всю ее правую стену скрывала огромная шпалера, которая могла бы
украсить большую гостиную. На остальных стенах, обшитых панелями, висели
картины маслом, судя по всему дорогие, в том числе портрет человека, в честь
которого был назван авианосец, - президента Джона Фитцджералда Кеннеди. На
палубе лежал толстый малиновый ковер, а мебель была сугубо гражданской, во
французском провинциальном стиле - дуб, обитый парчой. Если бы не низкий
потолок с обычным многообразием окрашенных в казенный серый цвет труб, резко
контрастирующий со всем этим великолепием, можно было подумать, что это
совсем не корабельная каюта.
- Привет, Чарли! - Контр-адмирал Джошуа Пейнтер вышел из соседней
комнаты, вытирая руки полотенцем. - Как перелет?
- Чуть побросало, - признался Давенпорт, пожимая руку командиру
авианосца. - Познакомься, это Джек Райан.
Райан никогда раньше не встречал Пойнтера и знал его только по
рассказам. Много лет назад адмирал служил во Вьетнаме, летал на "фантомах" и
написал книгу "Полеты над рисовыми полями", описав в ней ход воздушной
войны. Это была правдивая книга, а потому не добавила ему друзей. Подвижный
и задиристый Пейнтер был небольшого роста и весил не больше ста тридцати
фунтов. Адмирал славился как талантливый тактик и обладал поистине
пуританской честностью.
- Один из твоих парней, Чарли?
- Нет, адмирал, я служу у Джеймса Грира. Я не морской офицер и не
любитель маскарадов. Примите мои извинения за офицерскую форму. Мундир -
идея ЦРУ.
Адмирал нахмурился.
- Вот как? Полагаю, это означает, что вы расскажете мне о намерениях
русских. Надеюсь, черт побери, кому-то известно об этом. Вы впервые на
авианосце? Посадка понравилась?
- Как метод допроса военнопленных, - ответил Райан как можно небрежнее.
Адмиралы дружно посмеялись над страхами новичка, и Пейнтер распорядился
принести еду.
Через несколько минут двойные двери из коридора распахнулись и два
стюарда - "спеца по питанию" - вошли в каюту. У одного в руках был поднос с
едой, другой нес два кофейника. Обслуживание соответствовало высокому рангу
офицеров. Пища, поданная на тарелках с серебряной каймой, была простой, но
вкусной, по крайней мере для Райана, который не ел двенадцать часов. Он
положил на тарелку щедрую порцию капусты, картофельного салата и выбрал пару
ломтей солонины на гренках.
- Спасибо. Можете идти, - сказал Пейнтер. Стюарды вытянулись, перед тем
как выйти из каюты, и закрыли за собой дверь.
- А теперь перейдем к делу. - Командир авианосца посмотрел на Райана.
Тот поспешно проглотил кусок мяса.
- Адмирал, эта информация получена всего двадцать часов назад. - Он
достал папки, роздал их адмиралам и начал говорить. Рассказ занял двадцать
минут. За это время Райан ухитрился съесть два куска мяса, порцию капусты и
пролить чашку кофе на свои записи. Адмиралы оказались идеальными
слушателями. Они молча, ни разу не прервав, выслушали Райана, и только время
от времени обменивались недоверчивыми взглядами.
- Боже милостивый, - произнес Пейнтер, когда Райан кончил говорить.
Давенпорт сидел с непроницаемым лицом игрока в покер, молча глядя перед
собой, словно решал, с чего начать осмотр советского подводного ракетоносца.
Джек заключил, что он, должно быть, очень опасный противник и не только при
игре в покер.
- Вы действительно верите в это? - спросил Пейнтер.
- Да, сэр, верю. - Райан налил себе еще чашку кофе. Он предпочел бы
бутылку пива. Солонина здесь была отличной, а за время пребывания в Лондоне
ему так и не удалось отыскать магазин, где бы можно было купить приличную
говяжью солонину.
Пейнтер откинулся на спинку кресла и посмотрел на Давенпорта.
- Чарли, скажи Гриру, чтобы старик преподал парню несколько уроков
осторожности - в частности, что хороший чиновник не должен с таким риском
подставлять свою шею. Тебе не кажется, что кое-что в этой истории несколько
надуманно?
- Джош, прошлым летом Райан составил доклад о том, как проходит
патрулирование советских ракетоносцев.
- Так это был он? Отличная работа. Там подтверждается кое-что из того,
о чем я твержу уже не первый год. - Пейнтер встал, подошел к иллюминатору в
углу каюты и посмотрел на бушующее море. - Так что же нам нужно предпринять
в связи с этим?
- В деталях операция еще не разработана. Думаю, вы получите приказ
обнаружить "Красный Октябрь" и попытаться установить контакт с его шкипером.
Что будет дальше? Следует придумать способ доставить подлодку в безопасное
место. Видите ли, по мнению президента, мы не сможем удерживать ее у себя
длительное время после того, как она окажется у нас, - если такое вообще
произойдет.
- Что? - стремительно повернулся Пейнтер. Оба адмирала не скрывали
негодования. Дав им высказаться, Райан в считанные минуты объяснил ситуацию.
- Господи! Сначала вы ставите передо мной неразрешимую задачу, а потом
говорите, что, если все-таки нам удастся добиться своего, придется вернуть
русским их проклятую подлодку!
- Адмирал, когда президент поинтересовался моим мнением, я посоветовал
оставить "Красный Октябрь" у нас, не возвращать его русским. Члены
Объединенного комитета начальников штабов тоже на нашей стороне, вместе с
ЦРУ - если это может послужить каким-то утешением. Но возникнет ситуация,
при которой нам придется вернуть домой тех членов команды, которые захотят
этого, и тогда Советы узнают, что подлодка у нас, в этом можно не
сомневаться. Впрочем, я понимаю и практические трудности, заставившие тех,
кто возражает против нашей точки зрения, отстаивать свою позицию. Лодка
стоит колоссальных денег и принадлежит Советам. Да и как спрятать
ракетоносец водоизмещением в тридцать тысяч тонн?
- Подлодку нетрудно спрятать, достаточно ее всего лишь потопить! -
разъяренно выкрикнул Пейнтер. - На то они и предназначены, понимаете?
Скажите, пожалуйста, - она принадлежит русским! Речь идет не о каком-то
пассажирском лайнере, черт побери! Лодка построена для того, чтобы убивать
людей - наших людей!
- Адмирал, я на вашей стороне. - Райан старался охладить пыл
собеседника. - Но вы сказали, сэр, что перед вами поставлена неразрешимая
задача. Почему вы так считаете?
- Райан, нелегко найти подводный ракетоносец, если он не хочет этого.
Мы прилагаем массу усилий, практикуя с нашими подлодками, - и то почти
всегда все они коту под хвост. А вы говорите, что "Красный Октябрь" уже
сумел пересечь незамеченным все северо-восточные линии СГАН. Атлантика -
большой океан, а шумовой отпечаток подводного ракетоносца очень тихий.
- Понимаю вас, сэр, - кивнул Райан и молча выругал себя за то, что
проявил слишком большой оптимизм, рассчитывая на успех.
- Твои парни в хорошей форме, Джош? - спросил Давенпорт.
- В очень приличной. Только что успешно прошли учения "Ловкий дельфин".
Мы во всяком случае были на высоте, - поправился Пейнтер. - На противной
стороне очень здорово проявил себя "Даллас". Мои противолодочные экипажи
действуют отлично. Нам окажут помощь?
- Когда я покидал Пентагон, командующий морскими операциями выяснял,
можно ли отозвать с Тихого океана часть "локхидов", так что в одиночестве
тебя не оставят. Все средства, имеющиеся в нашем распоряжении, выйдут в
море. Ты командуешь единственным авианосцем в Северной Атлантике, так что
тебе придется возглавить тактическую боевую группу. Кончай прибедняться,
Джош, в твоем распоряжении наши лучшие противолодочные силы, и ты знаешь,
как распорядиться ими.
Пейнтер налил себе кофе.
- Ну хорошо, у нас одна авианосная палуба. "Америка" и "Нимиц" все еще
в доброй неделе хода отсюда. Райан, вы сказали, что летите сейчас на
"Инвинсибл". Нам отдадут и его?
- Президент занимается этим. Авианосец вам действительно нужен?
- Конечно. У адмирала Уайта отличное чутье при ведении противолодочной
войны, и его парням здорово повезло во время учений "Ловкий дельфин". Они
"потопили" две наших ударных подлодки, так что Вине Галлери метал громы и
молнии. Везение - существенная часть этой игры. Тогда у нас будет две
авианосных палубы вместо одной. Может быть, нам дадут еще S-3? - Пейнтер
имел в виду противолодочные самолеты "локхид-викинг", способные базироваться
на авианосцах.
- Зачем они тебе? - спросил Давенпорт.
- В этом случае я переброшу свои F-18 на береговые аэродромы, и это
позволит нам разместить на "Кеннеди" еще двадцать "викингов". Мне не хочется
терять ударную мощь, но сейчас нам нужны противолодочные самолеты, а это
значит - больше S-3. Знаете, Джек, если вы ошибаетесь в намерениях русских,
без F-18 нам трудно будет справиться с их надводными кораблями. Вы отдаете
себе отчет в том, каким количеством ракет класса "корабль-корабль" они
располагают?
- Нет, сэр. - Райан действительно не знал, но не сомневался, что у
русских таких ракет больше чем достаточно.
- Мы - единственный авианосец в этом тактическом соединении, и это
превращает нас в главную цель русских. Если они возьмут нас на прицел,
сначала мы почувствуем себя очень одиноко, а затем ситуация станет весьма
неуютной. - Зазвонил телефон, и командир авианосца поднял трубку. - Пойнтер
слушает. Да. Спасибо. Ну что ж, "Инвинсибл" только что развернулся и идет к
нам в сопровождении двух эскадренных миноносцев. Нам выделили авианосец и
два эсминца. Остальные эскортные корабли и три ударные подлодки по-прежнему
на пути домой, в Англию. - Он нахмурился. - Не могу их тут винить. Выходит,
нам придется выделить надежный эскорт английскому авианосцу, но все-таки они
заметно усилят наше соединение. Вторая авианосная палуба нужна нам позарез.
- А мы не сможем перебросить Райана к англичанам на вертушке? - Неужели
Давенпорту известно о сути поручения, полученного мной от президента? -
подумал Райан. Что-то уж слишком адмирал заинтересован побыстрее сбыть меня
с "Кеннеди".
- Для вертушки это слишком далеко, - покачал головой Пейнтер. - Может,
попросить англичан выслать за ним "харриер" <"Харриер" - английский
истребитель с вертикальным взлетом и посадкой.>?
- Но ведь "харриер" - истребитель, сэр, - возразил Райан.
- У англичан есть экспериментальный вариант двухместного "харриера". Он
предназначен для обнаружения подводных лодок. Говорят, действует достаточно
успешно за пределами дальности вертолета. Именно с его помощью они и
"прикончили" одну из наших ударных подлодок, прямо-таки застигли ее
врасплох. - Пойнтер допил кофе.
- О'кей, господа, спустимся в центр противолодочной обороны и
попытаемся придумать что-нибудь. Полагаю, мне придется принять решение.
Кроме того, свяжемся с "Инвинсиблом" и попросим их выслать за тобой птичку,
Джек.
Адмиралы вышли из каюты, и Райан последовал за ними. Он провел в центре
ПЛО два часа, наблюдая за тем, как Пейнтер перемещает свои корабли в море,
словно гроссмейстер шахматные фигуры на доске.
Ударная подлодка "Даллас"
Барт Манкузо дежурил в центре управления огнем уже больше двадцати
часов. Всего несколько часов сна отделяло эту вахту от предыдущей. За это
время он съел сандвичи, выпил кофе и коки для разнообразия заставили своего
командира выпить две чашки бульона из сублимированных кубиков. Сейчас
Манкузо без особого энтузиазма в раздумье уставился на третью.
- Командир? - вывел его из задумчивости голос Роджера Томпсона,
начальника гидроакустической службы.
- Да. В чем дело? - Манкузо оторвался от тактического дисплея,
занимавшего все его внимание на протяжении нескольких суток. За Томпсоном,
который стоял у входа в помещение, виднелась фигура Джоунза с блокнотом и
чем-то, похожим на магнитофон.
- Сэр, Джоунзи обнаружил что-то. Мне кажется вам следует с этим
ознакомиться.
Манкузо не любил, когда его беспокоили во время вахты, - его терпение и
без того за долгие часы подвергалось испытанию. Однако Джоунз выглядел более
чем взволнованным.
- Хорошо, подойдите к прокладочному столику. Прокладочный столик
"Далласа" был новым прибором, подключенным к компьютеру ВС-10, и выдавал
изображение на дисплей размером четыре на четыре фута. По мере движения
подлодки двигалось и изображение. Это делало лишними бумажные карты, хотя их
по-прежнему держали на борту благодаря единственному преимуществу - они не
бьются.
- Спасибо, шкипер, - произнес Джоунз мягче обычного. - Я знаю, вы
чертовски заняты, но мне, кажется, удалось кое-что выяснить. Меня все время
беспокоил тот аномальный контакт, который мы обнаружили несколько дней
назад. Пришлось бросить его, пока мы занимались шумом, поднятым русскими
лодками, но мне удалось еще трижды вернуться к нему, чтобы убедиться, что
этот контакт никуда не исчез. В четвертый раз он исчез, словно угас. Я хочу
показать вам, что мне удалось придумать. Вы не могли бы переключить это
устройство на тот курс, по которому мы шли в то время, сэр?
Прокладочный столик совмещался через компьютер ВС-10 с инерциальной
навигационной системой корабля. Манкузо сам ввел необходимую команду. Дошло
уже до того, что скоро без помо
...Закладка в соц.сетях
