Жанр: Электронное издание
Джордж Гордон Байрон. Марино Фальеро, дож венецианский
...сь.
Анджолина
Синьор!
Кто правосуден только, тот жесток!
Будь правый суд для всех, казнили всех бы.
Бенинтенде
Но казнь ему - спасенье государству.
Анджолина
Как подданный, служил он государству,
Ваш генерал, спасал он государство,
Ваш суверен, он ведал государство.
Один из Совета
Он, как изменник, предал государство.
Анджолина
Не будь его, где было б государство?
Что было б рушить иль спасать? И вы,
Кем на смерть обречен освободитель,
Стонали б на галерах мусульманских,
Бряцали б цепью в гуннских рудниках!
Один из Совета
Здесь есть такие, что умрут, синьора,
Но жить не станут в рабстве.
Анджолина
Если здесь
И есть такие, ты - не в их числе:
Кто мужествен, тот милосерден к павшим...
Что ж, есть надежда?
Бенинтенде
Нет и быть не может.
Анджолина
Ну, если так, тогда умри, Фальеро!
Умри, не дрогнув, старый друг отца!
Виновен ты в великом преступленье,
Но зверством их ты обелен почти.
Я б их просила, умоляла б их,
Я клянчила б, как нищий клянчит хлеба,
Вопила бы, как им вопить пред богом,
Который им их милостью воздаст,
Будь нам с тобой пристойно это или
Не возвещай суровость глаз холодных,
Что в сердце судей - беспощадный гнев!
Прими ж удел твой, как пристойно князю!
Дож
Я вдоволь жил, чтоб научиться смерти!
Твои ж мольбы пред этими людьми -
Лишь стон овечки перед мясником
Иль в бурю крик матросов; я не взял бы
И вечной жизни от злодеев этих,
Чей гнет чудовищный хотел я снять
Со стонущих народов!
Микель Стено
Только слово
К вам, дож, и к этой благородной даме,
Кого я тяжко оскорбил. О, если б
Я мог стыдом, печалью, покаяньем
Стереть неумолимое былое!
Но - невозможно! Так простимся ж кротко,
По-христиански: сокрушенным сердцем
Молю вас - не простить, но пожалеть
И шлю за вас, пусть робкие, молитвы!
Анджолина
Судья верховный, мудрый Бенинтенде,
Прими ответ мой этому синьору,
Пусть грязный Стено знает, что слова
Его могли на миг вложить в меня,
В дочь Лоредано, жалость - и не больше -
К таким, как он. Дай бог презренью прочих
Быть столь же кротким! Честь мою ценю я
Дороже сотни жизней, если б их
Прибавили к моей, но не хотела
Одну чужую погубить за то,
Что осквернить нельзя, - за чувство чести,
Которому не мнение других,
Не слава, а оно само награда!
Мне клевета - не более чем ветер
Скале, но есть чувствительнее души, -
Увы! для них подобные слова,
Как вихрь для вод; для этих душ бесчестье
И даже тень его страшней, чем гибель
Здесь и за гробом; люди, чей порок -
Дрожать перед насмешкою порока;
Кто, устояв пред зовом наслаждений,
Под гнетом горя, вдруг слабеет, если
На имя гордое, на эту башню
Надежд ложится тень; они ревнивей
Орла к высотам светлым... Пусть же все,
Что видим здесь, и чувствуем, и терпим,
Отучит раздраженных негодяев
Тех задевать, кто выше их. Порою
Льва мошкара безумит; рана в пятку
Повергла в смерть храбрейшего из храбрых;
Позор жены повлек паденье Трои;
Позор жены царей изгнал из Рима;
Муж оскорбленный предал Клюзий галлам,
Что вслед за тем сломили было Рим;
Бесстыдный жест Калигулу убил,
Хотя весь мир сносил его жестокость;
Обида девы маврам отдала
Испанию; две лживых строчки Стено
Здесь каждого десятого сгубили,
Чуть не сгубив Сенат восьмисотлетний,
Тиару с дожа сняли - с головой,
Цепей добавив скорбному народу!
Пусть он гордится, жалкий негодяй,
Как та блудница, сжегшая Персеполь, -
Такая слава для него как раз!
Но пусть, навязывая нам молитвы,
Не оскорбляет он предсмертный час
Того, кто _был_, кем бы ни стал, героем!
Добра не ждать из родника такого;
Нам он не нужен ни теперь, ни впредь;
Пусть он живет с самим собою - с бездной
Падения. Прощают человека,
Но не змею. Прощенья нет для Стено
И гнева нет. Такие только жалят,
А высшие страдают - вот закон.
Ужаленный гадюкой, умирая,
Раздавит гада, но без чувства злобы:
Он должен жалить; а иные души -
Такие ж гады, как могильный червь!
Дож
(к Бенинтенде)
Синьор! Кончайте то, что мните долгом.
Бенинтенде
Сейчас; но прежде просим догарессу
Покинуть зал: ей будет слишком тяжко
Присутствовать и слушать.
Анджолина
Да, я знаю;
Но все должна я вынести: ведь в этом
Мой долг. И только силою меня
Отторгнут от супруга! Приступайте!
Не бойтесь криков, слез и вздохов; сердце
Разбиться может, но безмолвно; знаю,
Что все перенесу! Читай!
Бенинтенде
Марино
Фальеро, дож Венецианский, граф
Валь-ди-Марино и сенатор, в прошлом
Командующий армией и флотом,
Патриций, многократно облеченный
Доверьем государства вплоть до высшей
Магистратуры, - слушай приговор!
Изобличенный множеством свидетельств,
Уликами и собственным признаньем
В предательстве, в измене государству
Неслыханной, ты осужден на смерть.
Твои владенья отойдут в казну,
А имя будет вычеркнуто всюду,
И лишь при благодарственных молебнах
За дивное спасенье наше - вспомнят
Его в календарях, с чумою рядом,
С землетрясеньем, с внешними врагами,
С диаволом, чтоб милость божью славить,
Укрывшую и родину и нас
От лютости твоей. То место, где бы
Как дож ты был изображен в соседстве
С прославленными дожами, оставят
Пустым, задернув траурным покровом
С такою скорбной надписью на нем:
"Hie locus est Marini Falieri,
Decapitati pro criminibus" {*}.
{* "Здесь - место Марино Фальеро,
обезглавленного за преступления" (лат.).}
Дож
"За преступленья". Пусть, но все напрасно:
Позорный мрак над именем моим,
Что должен скрыть мои черты, притянет
Глаза людей властней, чем сто портретов
Соседних, с их мишурным блеском, - _ваших_
Рабов покорных, палачей народа!
"За преступленья обезглавлен". Спросят:
А в чем они? Не лучше ль их назвать,
Чтоб зритель мог, на правду опираясь,
Их оправдать или понять хотя б?!
Дож - заговорщик! Почему?! Пусть люди
Узнают это. Вам ли прятать вашу
Историю?
Бенинтенде
Ответит время. Внуки
Пусть наш оценят приговор. И вот он:
Как дож, в порфире и в тиаре, ты
Прошествуешь на лестницу Гигантов,
Где ты и все князья венчались властью,
И там, где дож берет венец впервые,
С тебя венец впервые сдернут и -
Отрубят голову. И милость неба
С тобой да будет!
Дож
Так решила Джунта?
Бенинтенде
Да, так.
Дож
Ну что ж!.. А казнь когда?
Бенинтенде
Немедля.
И с богом примириться поспеши:
Ты через час уже пред ним предстанешь.
Дож
Я с ним уже: он раньше кровь увидит
Мою, чем души палачей моих...
Все земли конфискуете?
Бенинтенде
Да, все,
И движимость, и ценности; оставим
Две тысячи дукатов: завещай их.
Дож
Жестокость! Я желал бы сохранить
Поместье близ Тревизо, что Лаврентий,
Ченедский граф, епископ, дал мне в лен
Потомственный, - чтоб завещать его
(Мои владенья в городе, дворец
И ценности предоставляя фиску)
Моей супруге и родне.
Бенинтенде
Родня
Прав лишена; в ней старший, твой племянник,
Сам под угрозой смерти, хоть Совет
Отсрочил суд над ним покуда. Если ж
Хлопочешь ты о догарессе вдовой,
Не бойся: не обидим!
Анджолина
Я, синьоры,
Добычи вашей не возьму! Отныне
Себя я посвящаю только богу
И кров найду в монастыре.
Дож
Идем!
Ужасным будет час, но он пройдет...
Чего мне ждать еще, помимо смерти?
Бенинтенде
О, ничего! Покайся и умри.
Священник в облаченье, меч отточен,
И оба ждут. Но только не надейся
Поговорить с народом: много тысяч
Уже столпилось у ворот, но мы
Их заперли. Авогадоры, Джунта,
Мы, Десять, и старшины Сорока
Одни увидят рок твой. С этой свитой
Прошествует на место казни дож.
Дож
Дож?!
Бенинтенде
Дож. Ты жил и должен умереть
Как государь. Покуда не настанет
Последний, смертный миг твой, голова
С тиарой дожа будет нераздельна.
Лишь ты забыл достоинство твое
В союзе с бунтом черни, но не мы:
В тебе мы и на плахе видим князя.
Твои друзья презренные погибли
Собачьей или волчьей смертью; ты же
Как лев падешь в кругу ловцов, хранящих
Высокое сочувствие тебе,
Жалеющих о неизбежной смерти
Того, чей гнев был царственно свиреп.
Теперь - иди, готовься, но не медли;
Тебя мы сами отведем туда,
Где мы тебя впервые окружили
Как твой Сенат. И там, на том же месте,
С тобой навек простимся мы. Конвой!
Сопутствуй дожу до его покоев.
Уходят.
СЦЕНА ВТОРАЯ
Покои дожа.
Дож под стражей и догаресса.
Дож
Теперь, когда священник удалился,
Тянуть не стоит жалкие минуты.
Еще надрыв - прощание с тобой, -
И высыплю последние песчинки
Подаренного часа. Я покончил
Со временем.
Анджолина
Увы! И я была
Причиною всего, хотя невольной;
Наш черный брак, наш траурный союз,
Тобой отцу обещанный на смертном
Его одре, смерть предрешил твою.
Дож
О нет; во мне самом таилось нечто,
Грозившее великой катастрофой;
Дивлюсь, что медлила она, хотя
Ее мне предсказали.
Анджолина
Предсказали?
Дож
Уже давно - настолько, что не помню,
Но в летописях есть об этом, - я
Еще был молод - и служил Сенату
Как подеста и комендант в Тревизо.
В день праздника медлительный епископ,
Что нес дары святые, пробудил
Мой безрассудный юный гнев нелепой
Медлительностью и ответом чванным
На мой упрек. И я его ударил,
Так что упал он со святою ношей.
Встав, он воздел трепещущую руку
В благочестивом гневе к небесам
И, указав на выпавшую чашу,
Сказал мне, обратясь: "Настанет миг,
И бог, тобой повергнутый, повергнет
Тебя; твой дом покинет слава; мудрость
Исчезнет из души твоей; в расцвете
Всех сил ума владеть тобою станет
Безумье сердца; страсти обуяют
Тебя тогда, когда в других они
Молчат иль мягко сходят в добродетель;
Величие, краса других голов
Сойдет к твоей, чтоб снять ее; почет
Твое паденье возвестит, седины -
Твой срам, и общим результатом - смерть,
Но не такую, что прилична старцу!"
Сказав, ушел он. Этот час настал.
Анджолина
Но как же ты, с таким предупрежденьем,
Рок не пытался отвратить, хотя бы
Епитимью отбыв за свой поступок?
Дож
Слова, сознаюсь, мне запали в сердце.
Так что нередко в суматохе жизни
Я вспоминал их - некий призрак звука,
Вливавший дрожь в мои больные сны.
Я каялся; но не в моей природе
Идти назад: что быть должно, то будет,
И - не боялся я. И даже больше:
Ты помнишь, - да и все об этом помнят, -
В тот день, когда из Рима прибыл я
Уже как дож, туман необычайный,
Невиданный пред "Буцентавром" встал,
Как облачный тот столп, что из Египта
Евреев уводил, и кормчий, сбившись,
Привел корабль не к Рива-делла-Палья,
Как надо было, а к святому Марку,
К той колоннаде, где казнят обычно
Преступников, - и там сошли мы. Вся
Венеция была потрясена
Зловещим этим предзнаменованьем.
Анджолина
Ах, бесполезно вспоминать об этом
Теперь.
Дож
Я все же радуюсь при мысли,
Что это все - веленья Рока: легче
Богам поддаться, а не людям; лучше
Уверовать в судьбу, а в этих смертных,
По большей части жалких, точно прах,
И столь же слабых, видеть лишь орудье
Верховных сил. Ведь сами по себе
Они не годны ни на что; не им
Быть победителями человека,
Кто побеждал для них.
Анджолина
Свои минуты
Последние, отдай иным порывам,
Смягчись и, примиренный даже с ними,
С презренными, на небо возлети.
Дож
Я примирен уверенностью твердой,
Что день придет - и дети их детей,
И этот гордый град в лазури водной,
И все, на чем их власть и блеск держались,
Все станет разореньем и проклятьем,
И новые под свист народов рухнут
Тир, Карфаген, приморский Вавилон.
Анджолина
Так говорить не время; буря страсти
И в смертный миг тебя стремит. Смирись!
Не обольщайся: ты врагам безвреден.
Дож
Я - в вечности уже, гляжу я в вечность,
И так же ясно, как в последний раз
Столь нежное твое лицо я вижу,
Я вижу дни, о коих говорю, -
Судьбу вот этих стен, объятых морем,
И всех, кто в стенах!
Страж
(выступая вперед)
Дож венецианский,
Прошу вас: Десять ожидают ваше
Высочество.
Дож
Прощай же, Анджолина!
Последний поцелуй!.. Прости мне, старцу,
Мою любовь, столь роковую; память
Люби мою; я не просил бы столько,
Живя, но ты теперь смягчиться можешь,
Дурных во мне уже не видя чувств.
К тому ж плоды всей долгой жизни - славу,
Богатство, имя, власть, почет - все то,
Что взращивает даже на могилах
Цветы, - утратил я! Нет ничего -
Ни дружбы, ни любви, ни уваженья, -
Что хоть бы эпитафию могло
Исторгнуть у родни тщеславной! В час я
Жизнь вырвал с корнем прошлую; изжито -
Все! Только сердце чистое твое
И кроткое осталось мне; и часто
Оно, храня безмолвную печаль...
Как ты бледнеешь!.. Ах, она без чувств!
Не дышит!.. Пульса нет!.. Конвой! на помощь!
Я не могу ее оставить... Впрочем,
Так лучше: вне сознанья нету мук.
Когда она из мнимой смерти встанет,
Я буду с Вечным. Кликните служанок.
Еще взглянуть! Как лед рука! Такой же
Быть и моей, когда очнешься!.. Будьте
С ней бережны; спасибо! Я готов.
Входят служанки Анджолины и окружают бесчувственную
госпожу. Дож и стража уходят.
Двор во Дворце дожей. Внешние ворота заперты, чтобы не проник
народ.
Входит дож в парадном облачении, сопровождаемый Советом
Десяти и другими патрициями, в сопутствии стражи,
пока процессия не достигает верхней площадки лестницы Гигантов,
где дожи приносят присягу. Палач уже находится там со своим
мечом.
По прибытии председатель Совета Десяти снимает дожескую
тиару с головы дожа.
Дож
Дож стал ничем, и я опять - Марино
Фальеро наконец; приятно быть им,
Хоть на минуту. Здесь я был увенчан
И здесь же - бог свидетель! - с облегченьем
Снимаю этот роковой убор,
Сияющую погремушку эту,
Безвластия насмешливый венец.
Один из Десяти
Дрожишь, Фальеро?
Дож
Старческая слабость.
Бенинтенде
Фальеро! Нет ли у тебя к Сенату
Просьб, согласуемых с законом?
Дож
Что же:
О милости к племяннику прошу,
О справедливости к жене; ведь смертью,
Такою смертью, думаю, сквитался
Я с государством.
Бенинтенде
Мы уважим просьбу,
Хотя твоя неслыханна вина!
Дож
Неслыханна! Да, тысячи владык
В истории злоумышляли против
Народа! За свободу же его
Погиб один лишь и один погибнет.
Бенинтенде
И кто они?
Дож
Спартанский царь и дож
Венецианский: Агис и Фальеро!
Бенинтенде
Что хочешь сделать иль сказать еще?
Дож
Могу ль я говорить?
Бенинтенде
Ты можешь; помни,
Однако, что народ - за воротами
И голос твой к нему не долетит.
Дож
Я воззову ко Времени, не к людям,
И к Вечности, уже причастный к ней.
О вы, стихии, в коих растворюсь я,
Пусть голос мой как дух над вами реет;
Ты, синий вал, стремивший флаг мой; ветер,
Любовно им игравший, надувая
Крылатый парус, что летел к победам
Бесчисленным; ты, родина, которой
Дарил я кровь мою, и ты, чужбина,
Что эту кровь из щедрых ран пила;
Вы, плиты, кровь с которых, не всосавшись,
Взойдет горе; ты, небо-восприемник;
Ты, солнце, факел этой казни; ты,
Кто зажигает или гасит солнца!
Глядите! Я - виновен. А они -
Безвинны?! Гибну я; но мщенье - будет!
Грядущие века встают из бездны
Явить моим глазам, еще открытым,
Что станет с гордым градом, над которым
Вовек виси проклятие мое!
Да, зреет втайне день, когда ваш город,
Твердыня, отогнавшая Аттилу,
...Закладка в соц.сетях
