Жанр: Электронное издание
pirans
...да, эта роскошь по ценам превосходит иной столичный
пятизвездочный отель, с ценами здесь та же петрушка, что когда-то в
Калифорнии, на Клондайке и в Бонанзе...
Сочтя, что теперь они чуть больше похожи на странствующих ученых, чем час
назад, пустились в плаванье. Примерно через четверть часа показались первые
приметы цивилизации - на правом берегу появились неописуемые хижины, то
сколоченные из досок, то без затей сбитые из распотрошенных картонных
ящиков. Лачуги там и сям перемежались палатками, а то и домами, по здешним
меркам невероятно роскошными - с крышей из рифленого железа, даже с
крылечками в три ступеньки и неким подобием веранды (тент на дюралевых
трубках). Мазуру уже доводилось видеть бедняцкие кварталы здешних городов -
по сравнению с Поселком опалов они теперь для него выглядели дачами на
Рублевском шоссе.
- Народ разный,- оживленно пояснял Фредди.- Кому и палатки достаточно, а
кто хочет выглядеть техасским плантатором -вот и платит бешеные бабки за
рифленку. Вон, видите? Даже стекло в окошке. По здешним ценам такое окошечко
хозяину баксов в триста обошлось. Такие кысок и покупают. Один, простая
душа, к себе в дом унитаз заказал - простите, мисс, за такую деталь... Вырыл
яму, досками застелил, над дыркой унитаз приспособил - и теперь фасон
держит, друзья в гости ходят, посидеть...
Лачуг, хижин, палаток, хибар и просто навесов с натянутыми под ними
гамаками становилось все больше, а деревьев на правом берегу - все меньше.
Повсюду виднелись похожие на лунные кратеры валы желто-бурой земли.
- Видите? - показал на них Фредди.- Это и есть ихние "бокаминас".- И
захохотал так, будто сказанул что-то ужасно смешное.
Ольга пояснила Мазуру:
- Бокаминас - это вход в шахту, в настоящую шахту. Юмор такой.
- Ага,- подхватил Фредди.- Только вы при них это словечко не вспоминайте,
побить могут. Говорите просто - "шахта". Они за "бокаминас" по шее дают
враз... Во-он туда держи, Майк!
Кацуба повел моторку к длинному причалу, выглядевшему довольно новым, он
был сколочен из досок явно фабричного изготовления, тянулся метров на
триста, и возле него пестрело невероятное множество самых разных плавсредств
- от надувных армейских лодок без мотора до парочки довольно приличных
катеров с полузакрытой палубой.
- Эт вместо машин,- трещал Фредди.- Все время копаться в шахте - даже
крот сбрендит. Вот и заводят лодки, на охоту там, просто проехаться,
покатать...- он сбился, покосился на Ольгу,- дам, которые тут гм... обитают.
Майк, давай в самый конец, во-он там у них для приезжих стояночка отведена,
а то штраф выпишут, что твоя дорожная полиция, не посмотрят, что ты
полковник и дипломат, на пару сотен баксов взгреют, и ничего ты не попишешь,
везде свои законы... Во-он, сторожка стоит! Приготовсь, сейчас с нас за
стоянку сотенку сдерут... я, конечно, долю внесу, я ж с вами бесплатно плыл,
кой-чем обязан...
Правда, перепутать места для стоянки было бы мудрено - на столбике
красовались две широченных стрелы, старательно вырезанные из фанеры,
указывавшие в разные стороны, с надписями "ПРИЕЗЖИЕ" и "ГОРОЖАНЕ".
Привязав лодку, Кацуба первым прыгнул на причал. За ним полезли
остальные. Из сторожки тут же появилась колоритная парочка - жилистый старик
в джинсах и клетчатой рубашке, шляпа по тулье украшена множеством
крокодильих зубов, на боку кобура с громадным револьвером и субъект
помоложе, без шляпы, но со столь же впечатляющим ожерельем в три нитки на
толстой шее, давненько нуждавшейся в мыле. Револьвер у него был еще больше.
Мазур огляделся. Рядом со сторожкой торчал щит, а на нем большими буквами
изображено:
"ГОРОД ОПАЛОВ. ВСЕ ЗДЕСЬ ИМЕЕТ ХОЗЯИНА. Говорят на всех языках, но не
всегда". Пониже - шеренга знаков, напоминающих дорожные: в красном кружке -
перечеркнутая красным пятерня со скрюченными пальцами, тянущаяся к кошельку,
в двух треугольниках - пистолет и петля. Простенько и доходчиво...
Старикан отдал честь двумя пальцами и объявил на чистом английском:
- Дама и господа, имею честь приветствовать вас в Вольном Городе опалов.
Прошу заплатить налог за шлюпочную стоянку - сто долларов. Помощник, книгу
регистрации!
Тот, что помоложе, нырнул в сторожку и тут же выкатился обратно с толстой
конторской книгой и авторучкой. Мазур рассчитывался, Кацуба тем временем
диктовал имена и род занятий.
- Джимми, что за свинство! - возмутился Фред.- Который раз сюда
приезжаю...
- Во всем нужен порядок,- невозмутимо просветил старикашка.- Пиши,
Чарли,- Кошачий Фредди, антиквар, деловая поездка...
Дипломатические титулы не произвели на него ни малейшего впечатления.
Получив деньги, он немного повеселел, въедливо сообщил, что за провоз
наркотиков полагается моментальная петля, а для дуэлей существует специально
отведенная площадка, и всякое сведение счетов вне таковой карается, смотря
по тяжести обстоятельств, либо кнутом, либо опять-таки петлей. Добросовестно
подумав, что бы еще рассказать приятного, поскреб в затылке и вкрадчиво
спросил:
- Сами пойдете искать мэра, дама и господа, или Чарли вас мигом проводит
за десяток баксов?
- Сами найдем,- сказал Фредди.- Во-он туда...
- Ага! - фыркнул старик.- Это в прошлый раз ты там мэра застал, а теперь
мы новую мэрию построили...
- Ладно, я заплачу,- сказал Мазур.- Слушайте, а как, интересно, понимать
эту вот фразу - говорят на всех языках, но не всегда?
- Да просто понимать,- пожал плечами старикан.- Когда есть тот, что знает
язык, тогда и говорят, а когда нету - уж не взыщите. Был тут у нас один, на
малайском говорил, только его в шахте засыпало, соответственно, по-малайски
больше говорить некому. Простые дела.
- А по-русски? - поинтересовался Мазур.
- Запросто,- обрадовал старикан.- Русских у нас с дюжину...- Он напрягся,
пошевелил бледными губами: - Даже меня научили по-вашему здороваться... йоб
твайя матсь! Растуй, писта!
Мазур покосился на Ольгу, но она, похоже, не поняла.
- Пошли? - предложил Чарли.- А что в сумках-то брякает?
- Пустяки,- сказал Мазур.- Автоматов парочка, штурмовые винтовки там,
всякая мелочь...
- А...- невозмутимо сплюнул Чарли.- Только чтоб в поселке - ни боже мой!
А то чихали мы на дипломатов...
Первого аборигена, вроде бы занятого честным трудом, они увидели, едва
спустившись с причала. Правда, труд его выглядел весьма даже странно:
абориген сидел на окружавшем вход в "шахту" земляном валу у собранного на
живую нитку деревянного ворота - и старательно лизал языком бугристый кусок
буро-желтой породы. Вид у него был серьезнейший, сосредоточенный.
- Вот, любуйтесь,- с ухватками заправского гида сообщил Чарли.- Человек
только что добыл перспективный образец и сейчас его проверяет по
единственному возможному здесь методу... Эй, Гуди, язык покажи!
Абориген, без всякого интереса покосившись на визитеров, на пару секунд
высунул язык - такое впечатление, стертый до дыр, распухший. Потом показал
свою каменюгу - на буро-желтом боку влажно отсвечивало черное.
- Опал,- пояснил Чарли, двигаясь дальше.- Нас так все и зовут - "стертые
языки". Языком надежней всего, чутье какое-то даже прорезается... Только еще
неизвестно, что там у него за опал. Может, он цельный. А может, его породой
прорезало, и не стоит он ни черта... Тут уж нужно к шлифовальщику...- Он
достал из кармана грязных джинсов спичечный коробок.- Вона что из путних
получается...
В коробке лежало с дюжину ограненных черных камней, искрившихся
загадочным блеском.
- Сколько стоит? - поинтересовался Кацуба.
- Черта с два я их кому продам! - сказал Чарли, глядя на свои камни, как
завороженный.- Черта с два! Пошли... Вот тут у нас достопримечательность.
Художник живет. Когда нечего делать, разрисовывает, что попадется под руку.
Нет, давайте обойдем, мы с ним вчера подрались, вот меня и сунули на неделю
в помощники к Джимми, а ему по заднице влепили десять горячих... Художества
и отсюда видно. Во-он...
Торцовые стены трех стоявших рядком лачуг были украшены яркими картинами,
выполненными в манере, крайне смахивавшей на старый добрый соцреализм: Билли
Клинтон с женским лифчиком во рту, Карл Маркс с долларовой бумажкой во рту,
сексапильная блондинка, а во рту такое... Мазур ускорил шаг, но Ольга
прошествовала с самым невозмутимым видом. Чего в ней Мазур не подметил, так
это ханжеского пуританства.
Он с нешуточной радостью подтолкнул локтем Кацубу, когда увидел в конце
одной из здешних "авенид" забрызганный грязью джип. Карта не врала, отсюда и
в самом деле ведет проезжая дорога, а значит, можно нанять машину, выбраться
на "Карретера Панамерикана", Панамериканское шоссе, а там уж легче легкого
попасть в Барралоче... Правда, судя по виду джипа, дорога немногим
отличается от русских проселочных.
Мэрия, украшенная большой вывеской "Мунисипалидаде", оказалась самым
большим зданием поселка - во всяком случае, среди тех, что они уже видели.
Вообще-то, она больше походила на длинный дощатый барак с крышей из
рифленого железа - однако построенный на совесть, по здешним меркам чистый
Капитолий... Три окна застеклены, а остальные завешаны противомоскитными
сетками.
Постучав в дверь без таблички, Чарли просунул туда голову, перебросился с
кем-то парой слов, отступил, недвусмысленно протягивая руку. Мазур сунул ему
десять баксов и вошел первым.
Настоящий фабричный стол, дюжина стульев фабричной работы. На стене -
нечто похожее на диплом в рамке, портрет нынешнего президента, портрет Дона
Астольфо, чуть поменьше размером, а также - "гаранд" с длинным магазином,
револьвер в кобуре и оскаленная крокодилья башка.
Мэр вежливо встал навстречу - лысоватый субъект лет пятидесяти, одетый
без затей, в здешнюю униформу - джинсы и клетчатая рубашка.
Вид у него был мирный и добрый, но Мазур с ходу заподозрил в мэре
большого прохвоста - чтобы исполнять эту должность в современном подобии
Клондайка, нужно обладать немалой изворотливостью, иначе с разноплеменной
оравой не управишься... Интересно, в чем его-то выгода?
- Прошу, дама и господа,- показал он на стулья широким жестом.- Сейчас
что-нибудь придумаем...- Подбежал к стене, что есть мочи постучал по ней
кулаком, заорал, надсаживаясь: - Герцог, у нас приличные гости, волоки
выпивку! Извините, у нас тут запросто, без всяких селекторов и телефонов...
Сейчас придет советник по культуре, принесет выпить...
Не прошло и минуты, как появился Герцог - лет тридцати пяти, с длинным
лошадиным лицом. Он нес в одной руке бутылку "Гордона", а в другой - башенку
из надетых друг на друга толстостенных стаканов.
- Содовой нет, извините,- пояснил мэр, ловко разливая.- Мы тут как-то без
содовой привыкли... Вот это - Герцог. Самый настоящий. Британский. В
точности я вам все его фамилии не произнесу, но цифры помню точно:
четырнадцатый герцог, седьмой пэр. Увы, у нашего герцога вышли неприятности
с родными, наследства его лишили, хорошо хоть, титулов по каким-то их хитрым
законам лишить не смогли, вот и подался парень сюда. Бзик у него: накопать
столько опалов, чтобы стоили они раза в три побольше этого самого
наследства, а потом, ясно, вернуться в Англию и ка-ак прокатиться с ветерком
мимо папашиного поместья на полудюжине "роллс-ройсов" - в одном сам, во
втором шляпа, в третьем прочее... Это ему русские насчет такого обычая
растолковали, у нас тут русских хватает...
- Я нахожу, что этот интересный русский обычай как нельзя более подходит
для избранного мною способа поведения,- кивнул Герцог, и в самом деле
выговаривая слова с безукоризненной светскостью выпускника одного из
старейших университетов.- Шесть "роллс-ройсов", я полагаю, произведут
должное впечатление на обитателей поместья. В этом, к тому же, будет та
экстравагантность, которой славились прадедушка и дедушка, но к ней оказался
глух, увы, мой приземленный отец... Ваше здоровье, леди! Ваше здоровье,
джентльмены!
- Во чешет! - хлопнул ладонью по столу мэр.- Он у меня главным насчет
культуры - к нам же, бывает, журналисты приезжают, а то и политик перед
выборами заглянет... Вас Дон Астольфо на стене не шокирует? Ну и лады.
Понимаете, что бы он там у себя ни творил, а здесь он порядок навел. До него
со старателей драли не налоги, а три шкуры, да еще требовали, чтобы
четвертая побыстрее выросла, иначе штраф. И по лесам болталось немеряно
гадов, которые на возвращавшихся в столицу охотились, как на обезьян.
Умнейший человек был Дон Астольфо, он прикинул мозгами, всех разбойничков
железной рукой повывел, а на поселок наложил простой налог: сорок процентов
в казну, остальное тебе. Хоть мешок опалов накопай, процент не меняется.
Кстати, этот порядок и новая власть до сих пор не поломала, потому что
умно... Вы, часом, не покопаться ли хотите? Джимми мне брякнул по уоки-токи,
что вы и вы - дипломаты, а сеньорита - большой человек в министерстве, но
это ж без разницы, у нас тут никакой вам дискриминации, вон и герцог есть...
- Благодарствуйте,-покачал Мазур головой.- У нас свои заботы, мы,
собственно, проездом...
Он преподнес ту же историю насчет следов древней забытой цивилизации - на
сей раз в присутствии Ольги которая порой кивала, дополняла короткими
репликами, он уже не касался себе таким уж идиотом, поскольку частичку
лицедейства Ольга забрала себе...
- Браво,- резюмировал герцог, когда он закончил.- Мне во всем этом в
первую очередь импонирует здоровая экстравагантность, прямо-таки
скопированная с британской... И совершенно неважно, право, заброшенные
пирамиды вас влекут или потерпевшая крушение летающая тарелка...
- Ну, чего ж...- сказал мэр.- Если вам деньги девать некуда, а времени не
жалко... А как же получилось, что вы на пароходе не доплыли?
Поколебавшись, Мазур рассказал правду. По-чти всю. Число трупов он
основательно преуменьшил, чтобы не выглядеть в глазах здешних влас-тей
чересчур уж хватким-кто их знает, что может прийти на ум... О скрытом на
пароходе оружии не умолчал, но остальное в его изложении выглядело проще:
парочка психов из герильи, неопытных щенков, сама налетела на пулю. В конце
концов, в этом все же было многое от истины - лопухи нарвались на
профессионалов...
Спутники - и Фредди в том числе - поняли его на лету, никто не пытался
вносить вслух коррективы.
- Ну, чего ж...- повторил мэр.- Герилья вне закона, что тут скажешь?
Ежели тебя кто стукнул по щеке, возьми пушку со стены и хлопни его, пока он
тебя не хлопнул...- Он еще раз перечитал "сальвокондукто".- Тем более бумаги
у вас в порядке, куда как авторитетные... Готов оказать содействие, как
глава мунисипалидад. Вон та бумага,- он указал на нечто, напоминавшее
диплом,- нашему поселку дает все права самоуправляющейся административной
единицы, стало быть, я самый законный мэр и есть... Чем могу?
- У вас здесь можно нанять машину? - спросил Мазур.- Я видел джип...
- Да их тут десятка два. Запросто. Вы куда теперь, в Баче?
- Простите?
- Барралоче,- пояснил мэр.- Научился сокращать, как здешние...
- Лучше, конечно, в Барралоче,- сказал Мазур.
- Ну, ребята с вас, конечно, заломят... Азарт - дело тонкое. Каждый
думает: а чего это мне, как идиоту, вертеть баранку, если я, может, за это
время отличный опал копну... Я так думаю, баксов пятьсот с вас любой
заломит. Найдется у вас? Ну вот и отлично. Только вы торгуйтесь, торгуйтесь,
не в церкви... Больше пяти сотен не давайте. А за пять всяко довезут... Вы
что, прямо так вот, прямо сейчас и хотите ехать? Грязные, извините?
- Ну что вы,- вдруг непринужденно вмешался Кацуба.- С вашего разрешения,
мы бы охотно погостили несколько часов, привели себя в порядок, отдохнули...
Мазур, собиравшийся сказать нечто прямо противоположное, вовремя прикусил
язык. Если уж зам по контрразведке предложил именно этот вариант, у него
должны быть веские причины...
- Вот именно,- кивнул он.
- Ничего сложного,- хмыкнул мэр.- Отель у нас есть. Это вам не "Уолдорф",
понятно, но чисто, душ есть, самодельный, даже приличный обед вам могут
приготовить... Цены, правда, опять-таки наши, но, я подозреваю, дипломаты
народ богатый, коли уж выбрались на такую прогулку, уж никак не от
безденежья... Даже господин антиквар всегда в нашем отеле останавливается, а
уж дипломатам и бог велел... На двести миль вокруг ничего культурнее и
комфортабельнее не найдете, верно вам говорю...
Кажется, Мазур догадался, кому принадлежит отель - мэр расхваливал его с
экспрессивностью и хваткой опытного зазывалы.
Ну и черт с ним, деньги казенные, и их разрешено не считать...
- Отдохнете, приведете себя в божеский вид - а там и насчет машины
договоритесь,- сказал мэр.- Вам, случаем, вот такая же одежда, как на вас,
не нужна? Вашу теперь как ни стирай - пропала. У нас тут отличный
магазинчик, по здешним меркам, конечно...
- Нет, спасибо,- сказал Мазур.- У нас есть запасные комплекты. Может,
Фредди?
- Я уж лучше почищусь,- запротестовал кошачий антиквар.- Не первый раз,
тетка Дора дело знает. Чего деньги зря на шмотки переводить... Вы мне лучше
скажите, мистер мэр, все заказчики в добром здравии? Кен-Форсила, Француз и
Хромой Джакопо?
- Джакопо с Форсилой здоровехоньки. А у Француза вышла неприятность с
Головоногом, решали на дуэльной площадке, и повезло как раз Головоногу, а
Французу, соответственно, выпал туз пик... Ничего, чует мое сердце,
Головоног у тебя третью мяукалу и купит, как только прослышит, что ты ее вез
Французу... Всего хорошего, дама и господа. Я обычно новоприбывшим лично
зачитываю наши нехитрые законы - но вы ведь люди солидные, порядка нарушать
не станете, а? Вот и ладненько...
...Отель, носивший пышное название "Мажестик", походил на мэрию, как две
горошины из одного стручка - разве что был раза в два длиннее. Такой же
барак, крытый "рифленкой", с двумя загадочными пристройками, над которыми
вместо крыши зеленели круглые железные баки. Внутри и в самом деле было
чисто, дощатый пол застелен дешевыми ковриками, пахнет дезодорантами и
стряпней.
Полновластной хозяйкой там была мулатка средних лет и устрашающих
габаритов - та самая тетка Дора, которой проворно ассистировали мгновенно
появившиеся на трубный призыв два молодых индейца, явный аналог российских
лимитчиков, стремящихся зубами и когтями зацепиться за белокаменную столицу
нашей Родины. Лениво поинтересовавшись, что это там такое в сумках лязгает и
услышав в ответ честное "автоматы", тетка Дора и ухом не повела, прикрикнула
- и юные индейцы с нешуточным рвением поволокли багаж гостей.
Названная толстухой цена могла довести до инфаркта человека с тощим
кошельком, но Мазур на сей раз был богатеем. Тут же расплатился. Минутой
позже выяснилась загадка пристроек - это оказались примитивные душевые, по
принципу действия схожие с унитазом: тянешь за веревочку, вода и льется.
Выяснилось еще, что плата в душевой взимается с количества ведер, которое
тебе потребно, при деньгах - проси залить хоть полный бак. Они решили так
именно и поступить, чтобы содрать с тел все следы трехдневной робинзонады.
Одну кабину, естественно, без жребия уступили Ольге, как истые кабальеро.
Вторую разыгра-ли на спичках, Мазуру выпало первым, и он блаженствовал до
тех пор, пока не кончилась вода. Потом все четверо уселись на веранде
разделать-ся то ли с поздним завтраком, то ли с ранним обедом,
приготовленным самолично теткой Дорой - без особых затей, но горячо, вкусно
и сытно. С веранды открывался прекрасный вид на Ирупану, причал и два
десятка лачуг - из-за приятной тяжести в желудке и ощущения покойной
безопасности выглядевшими не убого, а весьма даже романтично.
Кажется, жизнь вновь заслуживала титула "прекрасной и удивительной".
Хороший отдых для бродяг - великое дело...
Единственное, что немного отравляло Мазуру жизнь,- господа "стертые
языки". Очень быстро, едва компания появилась на веранде, аборигены стали
фланировать мимо с отсутствующим, словно бы незаинтересованным видом, вот
только их было что-то очень уж многовато именно на этой улочке - в то время
как на остальных "прошпектах" пусто - каждый считал своим долгом не просто
пройти, но и вернуться обратно, а то и перекинуться парой слов с теткой
Дорой. Коловращение местного народа еще более усилилось, когда троица
(Фредди, быстренько перекусив, подхватил ящик с кошками и умчался двигать
коммерцию) перешла из-за грубого обеденного стола на стулья в конце веранды,
где попивала пиво и покуривала. Дураку ясно, что роль магнита поневоле
играла Ольга, утроившаяся на дешевом стуле так, словно это был
"чиппендейл",- безмятежно пускала дым, положив ногу на ногу, ветерок трепал
подол ее легкого синего платья, и Мазуру все время хотелось этот подол
одернуть, чтоб не пялились украдкой. Вот только прав у него на столь
решительные жесты не было, ни малейших, оттого и злился про себя.
- Появятся сейчас на реке острогрудые челны с герильей...- проворчал он.
- Вряд ли,- серьезно сказал Кацуба.- Фредди говорил, в сторожке - пулемет
на треноге, а Джимми, хоть и выглядит классическим старым хреном, в
штатовской армии служил лет двадцать, во Вьетнаме отметился, где-то еще... А
на реке, повыше и пониже поселка, сидят индейцы - молодежь на твердой
зарплате. Караулят.
Богатство, знаешь ли, себя умеет оберегать... Кстати, в этих же местах
есть алмазные площадки, к ним здешний народец тоже начинает присматриваться.
Ходит даже легенда, что лет двадцать назад кто-то наковырял-таки пару
пригоршней отличных алмазов, но вот что с ним потом стало, тетка Дора
решительно не знает, кружат полдюжины версий, отрицающих друг друга...
- А, это тот, что якобы угнал военный самолет? - лениво спросила Ольга.-
Ходит такая легенда, слышала...
Она прикрыла глаза, откинувшись на жесткую спинку стула, безмятежно
выгнувшись так, будто раскинулась в мягком шезлонге, спустила с плеч широкие
бретельки. Синяя легкая ткань то и дело взлетала, открывая загорелые ноги,
аборигены сновали мимо с неутомимостью челнока швейной машины, у Мазура
временами сердце так заходилось от глупейшей ревности ко всему окружающему
миру и не менее глупых желаний, что он устал себя ругать.
Поднялся, буркнув:
- Пойду вздремну...
Под потолком размеренно крутился вентилятор - где-то невдалеке, за
холмом, скорее всего, работал дизель-генератор, Мазур давно заметил
тянувшиеся оттуда к отелю и мэрии провода. Окно плотно закрывала
противомоскитная сетка, и ни один кровосос в комнату не прорвался.
Мазур, вытянувшись голышом на низкой железной койке, очень похоже,
купленной на распродаже военного имущества, быстро провалился в сон - вот
только сон нагрянул кошмарный. Он с Ольгой - так и не смог понять во сне, с
которой - вдруг оказался где-то на окраине Шантарска, в непроглядной
темноте, посреди которой в светлом круге от старомодного уличного фонаря
стояла уродливая побеленная избушка, откуда-то он знал, что это не жилой
дом, а словно бы какая-то контора, и даже слегка удивлялся про себя, что
контора обосновалась в такой развалюхе. Потом и удивляться стало некогда, он
совершенно точно знал: стоит Ольге войти в домик, подняться по трухлявым
ступенькам и захлопнуть за собой покосившуюся дверь, как она погибнет
непонятным образом, ее больше не будет. Самое жуткое - он то ли не мог ее
удержать, то ли не мог найти подходящих слов, чтобы отговорить, все словно
обговорено заранее, безмолвно и неотвратимо, сейчас она шагнет на первую
ступеньку...
ГЛАДИАТОР
Он вскрикнул, падая куда-то - оказалось, просыпается. Разбудившая его
тетка Дора, быть может, и стучала, но он не слышал. Мазур растерянно
прикрылся полотенцем.
- Вас, сеньор, приглашают к мэру,- сообщила толстуха.- Просили побыстрей
пожаловать, прием какой-то, что ли... господское что-то, в общем, заумно
называется...
В темпе одевшись, он повертел кобуру с револьвером, положил назад. В
коридоре столкнулся со спутниками, тоже, очевидно, получившими приглашение.
Пожал плечами:
- Нужно не светские визиты наносить, а побыстрее машину нанимать,
отдохнули...
-Неудобно отказываться, если зовут,-рассеянно сказала Ольга.- Кстати,
удобный случай поинтересоваться насчет рации, поговорить с Барралоче.
"Хиггинса" уже наверняка начали искать...
Пожалуй, инициатива мэра касалась не только их - выйдя на "улицу", они
влились в поток аборигенов, стекавшихся к мунисипалидад. Перед ними
расступались, давали дорогу - чем они, конечно, были обязаны наличию Ольги.
Праздник какой-то, что ли? День нынче воскресный... Или митинг ударников
капиталистического труда? Народишко поворачивает к расчищенной площадке на
задах мэрской резиденции, где на пологом склоне установлены длиннющие лавки
- этакий древнегреческий амфитеатр...
В кабинете мэра, с таким видом, словно и не уходил, сидел герцог, вид у
него, как и у мэра, был несколько озабоченный. В коридоре теснились "стертые
языки", пришлось на сей раз чуть ли не проталкиваться.
- А, пришли...- протянул мэр словно бы виновато.- Садитесь, господа,
разговор у нас не то чтобы долгий, но и не короткий. Вы оружие с со-бой
прихватили? Не
...Закладка в соц.сетях
