Жанр: Электронное издание
bushkov7
...плотют больше, - ответил Данил с видом самым простецким. - А забот
поменьше.
- То-то и оно.
- Послушайте, хороший мой, - сказал Данил. Нету у меня ни трупа в
шифоньере, ни героина в чайнике. Ну нету, что поделать. Я на вас не наезжаю,
но и вы уж на меня не наезжайте ранней порой... Что стряслось? Макашов
сделал переворот, решено насчет сэров и пэров, и нас всех незамедлительно
искореняют как класс?
- Ох, я б вас искоренил... - сказал Клебанов.
"Точно, идеалист", - подумал Данил. Кто там спит? Жена?
Можно сказать, что почти, но я бы так говорить не торопился... А вы как
провели сегодняшнюю ночь с женщиной или со служебным рвением?
Клебанов, пропустив это мимо ушей, сказал бесстрастно:
Я бы хотел задать вам несколько вопросов.
- После столь классической фразы я не в силах вам сопротивляться,
противный... - сказал Данил, откровенно скалясь. - Пройдем в кухню?
- Пройдем, - Клебанов спокойно двинулся за ним. В кухне Данил набулькал
себе полную чашку вчерашнего стылого кофе и выцедил сквозь зубы не спеша.
Вежливости ради поинтересовался:
- Хотите? Попросту, без церемоний.
Старлей мотнул головой.
"А кофейку-то хочется, - подумал Данил, - вон кадычок непроизвольно
дернулся, а баночка прямо перед тобой стоит, и сразу видно, что не
ширпотреб, каким забиты комки... Ну, держи фасон, коли охота. Я бы на твоем
месте тоже держал, стоял бы этак вот гордо и несгибаемо..."
Из комнаты не доносилось ни звука - Ольга безмятежно дрыхла. Данил выудил
из пачки сигарету, щелкнул настоящей "Зиппо", затянулся и спросил:
- Итак? Сегодня будний день, время не терпит... Клебанов положил на стол
небольшую желтую папочку из кожзаменителя и извлек оттуда белую карточку
размером с визитку. Там ничего не было, кроме номера телефона.
- Это ваш домашний телефон?
- Мой, - сказал Данил, мгновенно напрягшись и отметая всякое ерничанье.
- А у кого такая карточка может оказаться?
- Вам что, нужен полный список? - Приблизительно.
- У нескольких десятков человек. Обоего пола.
- А зачем?
- Бывают коллизии, - сказал Данил. Мало ли что может с человеком
случиться...
- Ага. А вы, значит, будете выручать? Везде все схвачено, за все
заплачено?
- Хватит, - сказал Данил. - Надоело. Или пойдет дело, или разбегаемся,
как тот дельфин с той русалкой Вот что, друг мой юный. Я вас ничем не буду
пугать и не собираюсь даже. Но вы уж запомните одно: частный бизнес дает
человеку ба-альшое чувство собственного достоинства. И большие возможности,
дабы это достоинство защищать. Именно потому он и засасывает, дело не в
поганой капусте... И вообще, неужели вам так уж хочется выглядеть пионером
из мультфильма.
- Ну хорошо, - сказал Мальчнш-Кибальчиш. - Мне нужно, чтобы вы попытались
опознать... одного человека. Я, разумеется, не могу принудить столь
влиятельную персону. Если желаете, я извинюсь и уйду.
- Мертвого? - спросил Данил.
Старлеи молчал.
"Мертвого, подумал Данил. - Будь он живой, будь он в сознании, сказал бы,
кто такой Данил Черский, - а вьюнош, душу прозакладывать можно, этого не
знал, ничего у. них не было, кроме карточки с номером телефона. Оперативно
сработано, кстати. Номер телефона сменился лишь неделю назад. Значит, там
труп или, что немногим лучше, полутруп в реанимации..."
- Почему вы решили, что у нас - труп? Может, мы попросту взяли карманника
с чужим бумажником, где в числе прочего эту карточку и нашли?
- Ну, не держите меня за дите, - сказал Данил, - Приехали бы вы поутру
из-за паршивого ширмача, автоматами сверкая...
- Хорошо. Там труп. И все же вы что-то слишком спокойно это приняли...
Данил пожал плечами:
- Хотите верьте, хотите нет, но жизнь нынче настолько сучья, что я
решительно ничему не удивляюсь, отвык начисто. Ну, едем?
Он прошел в комнату, тихонько взял с кресла костюм и оделся. Приладил на
пояс кобуру с ПСМ, сунул рацию в "рабочую" сумку и направился к двери.
У подъезда рядом с его белым "гольфом" стоял штатский на вид "рафик" -
стекла, правда, тонированы, так что лбов с автоматами и не видно. А водитель
в цивильном, конспиратор хренов.
- Ваша, конечно? - кивнул Клебанов в сторону "Фольксвагена".
- Каюсь.
- Так и оставляете? Не боитесь, что угонят? Ну да...
- Да ну, к чему такие намеки, - сказал Данил задумчиво. - Просто
сигнализация там хорошая и с парочкой юморных моментов, так что было бы даже
интересно... Хотите проехаться в буржуйской машине?
Он думал, что принципиальный мальчиш откажется, но тот неожиданно
сговорчиво занял место рядом с Данилом. К чему бы это? Ну, посмотрим
потом...
...В морге витал неопределенный, но поганый запах - пахнет непонятно чем,
однако подсознание с ходу связывает это с разложением, смертью, концом...
Данил, шагая следом за Клебановым по пустому коридору, где шаги отдавались
неприятным чавкающим эхом, впервые задал себе немаловажный вопрос: "А почему
РУОП, собственно?"
В самом деле, отчего не уголовный розыск? С чего бы это РУОП
подвязываться к обыкновенному убийству? Значит, не обыкновенное... Мать их
так, кто влип и во что?
- Вскрытия еще не было, конечно? - спросил он негромко.
- Не было, - сказал Клебанов, не оборачиваясь. - Не настолько уж мы
цивилизовались, в самом-то деле... Не в Чикаго. Хотя вашими трудами тут
скоро Чикаго и будет...
Данил промолчал. От вышедшего к ним крепкого мужика в грязноватом халате
явственно попахивало водочкой, конечно - работа такая, тут поневоле
начнешь... Мужик откинул засов, и с визгом распахнулась широкая железная
дверь. Запах сразу стал сильнее, душно-сладковатым.
И правда, мы не в Чикаго, где каждому усопшему полагается отдельная
ячейка, откуда его выдвигают примороженного должным образом... Здесь все
было совершенно по-советски как в магазине или в автобусе, битком... Комната
пять на шесть, стеллажи по стенам, а на стеллажах - бледно-восковые трупы
друг на друге, в три этажа, как минтай в ящике, право слово. И от этого
последнего, посмертного унижения они даже не выглядели бывшими людьми -
нелепые куклы, манекены в подсобке. У того, что лежал ближе всех, сверху, от
паха до глотки бугрился толстый шов в палец высотой, небрежно зашитый
большими стежками.
От этого Данила и замутило - сами по себе покойники его особо не
волновали, они ведь только пустая оболочка, покинутая душой, но при одной
мысли, что и тебя в свое время кинут на чье-то брюхо и будете вы все лежать
грудой, хотелось блевать и неудержимо.
Но он справился с собой, глядя на железный стол посередине. Медленно
подошел вплотную.
- Вы его знаете? - спросил Клебанов сухим профессиональным шёпотом.
- Конечно, - сказал Данил, - Не далее как вчера виделись... Пишите. Ивлев
Вадим Степанович, шестьдесят третьего года рождения, заведующий
вычислительным центром АО "Интеркрайт"... - он обернулся, но в руках у
старлея ничего не увидел. - А протокол?
- Родные у него есть? Здесь, в городе?
- Жена, - сказал Данил. - С полгода как разошлись, но не разведены, так
что она числится как официальная...
- Адрес знаете?
- Королева, сорок шесть, квартира пятнадцать.
- Вы что, все адреса помните? - с ноткой любопытства спросил Клебанов.
- Да нет, - сказал Данил. - Бывал я у него. Гостевал. Пока он оттуда не
переселился.
- Понятно. Вот жена и будет официально опознавать. А с вами у нас все
насквозь неофициально. Потому что и при официальном допросе вы то же самое
будете твердить...
- Загадками говорите... - покосился на него Данил.
- Да? Показалось вам... Взгляните-ка еще раз. Что думаете с вашим-то
героическим опытом?
Данил, прочно решивший пропускать мимо ушей любые колкости, присмотрелся
как следует. Не было пока что ни мыслей, ни эмоций - одно тупое удивление.
- Я, конечно, могу и ошибиться... - начал он медленно. - Но разбитая
таким вот образом губа мне кое-что напоминает. Так снимают часовых и прочую
подобную публику. Вторая рана - прямо в солнечное сплетение. Для надежности,
что ли?
- Надо полагать, - сказал Клебанов. - Оба ножевых ранения смертельные.
Нож был оставлен в сплетении. Так называемый штекс-нож из мирного кухонного
набора "Ле гранд купе". Орудие кухонное, но сработано дело вполне
профессионально, не согласны?
- Согласен, - сказал Данил. - Между прочим, такой наборчик в магазине
стоит штук семьдесят, если только цены не подскочили. Бичи не покупают. И
пьющий безалаберный народ - тоже вряд ли.
- Вот мы и подошли к главному, - сказал старлей, покривив губы в намеке
на улыбку. - Я вас не подводил, сами начали...
- Чушь какая-то, - сказал Данил искренне. - Он у нас был, пожалуй, самым
безобидным. Начальник над арифмометрами. Да и по жизни ничуть не крутой.
- Это в тихой государственной конторе вроде собеса начальник ВЦ мог бы
считаться мирным и безобидным. А в ваших шарашках...
- Слушайте! - сказал Данил. - Уж вам-то следовало бы знать, что в
"шарашках", как вы изящно выражаетесь, в машинную память ничего такого
стараются не загонять.
- А конкретно?
- Ну, не ловите вы меня, как пацана... Я не о нашей фирме, Я вообще. Сами
подумайте, кто будет считать на машине черный нал или взятки таможне...
- Резонно, - сказал мент с таким видом, словно сам в свои слова ничуть не
верит. - Значит, кто-то вполне профессионально положил ножичком вашего
самого безобидного кадра, вывернул все карманы, что-то тщательно поискал да
и ушел, бросив и тысяч триста деньгами, и золотую гайку на пальце... - он с
холодной усмешечкой уставился на Данила, уже явственно ощущавшего тупое
неудобство под ложечкой. - Если с вашими безобидными выкидывают такие
номера, что же с опасными-то делают?
- У нас впервые такое, - сказал Данил. - Если все так и обстоит, как вы
говорите, решительно теряюсь...
- Граждане, если вы потеряли друг друга, встречайтесь на первом этаже
универмага, у фонтана... - очень похоже передразнил Клебанов бархатный
голосок диктора "Центрального". - Теряетесь? Все так и обстоит, как я
рассказал. И еще интереснее... Зачем вашему безобидному заведующему
арифмометрами боевое оружие?
- Что? - Данил невольно покосился на труп, словно ждал ответа от него
самого. - У него-то как раз оружия не было. Даже газового.
Клебанов с усмешечкой выдернул из папки лист машинописи и скучным голосом
прочитал:
- Пункт первый. Пистолет германского производства "Эрма", модель Е.Р.
652, калибр 22 ЛР., серийный номер 00138. Шесть патронов находятся в
магазине, седьмой в стволе, курок поставлен на боевой взвод, оружие на
предохранителе. Отпечатки пальцев потерпевшего обнаружены как снаружи, так и
внутри - на обойме и деталях затвора...
- Чушь какая-то, - сказал Данил. - Чушь...
- Выражения выбирайте.
- Ну не могу я его представить с пистолетом! Если по честному, мужик был
умный, дело знал прекрасно, за что н платили приличные деньги, но по
характеру - чуть ли не размазня. Понимаете, что я имею в виду?
- Возможно. Только как. нам это увязать с германским стволом? Пушечка,
конечно, дамская, но с близкого расстояния может наделать приличных дырок...
Вы за ним в последнее время что-нибудь такое замечали? В поведении? Что вам
объяснять...
- Да ничего такого... - он поколебался. - Можно посмотреть? Или - тайна
следствия?
К его удивлению, Клебанов охотно протянул опись:
- Ну, посмотрите... Может, чего-то недостает?
- Откуда мне знать, что он таскал в карманах? - пожал Данил плечами, не
отрываясь от бумажки.
Сигареты... разовая зажигалка "Токай"... деньги... перочинный ножик...
часы... бумажник... кольцо-печатка желтого металла... одежда-обувь...
авторучка...
- Нет записной книжки, - сказал он честно. - Черная, почти новая, в левом
верхнем углу - тисненый золотой лев. В "Сувенире" такие лежат по сорок.
Вадик ее носил постоянно.
- И что там могло быть?
- Ну, адреса... У него еще была привычка черкать на последних страницах
разные мелкие заметки по ходу дела. Конечно, ничего такого, что
называется...
- Коммерческой тайной, - понятливо кивнул Клебанов. - Так оно у вас
называется. Может, еще чего-то не хватает?
- Я же сказал - откуда мне знать, что он еще таскал в карманах? Настолько
уж далеко мой профессионализм не простирается...
Не хватало ключей. Два ключа на кольце, вместо брелока желтая египетская
медаль с профилем Насера и еще какого-то хмыря в большой фуражке - вполне
возможно, маршала Амера. Интересно, догадался ли мент насчет ключей?
- Где вы были во время убийства? - как ни в чем не бывало спросил мент.
- Го-осподи ты боже мой, - сказал Данил, чуть ли не растерявшись. - Вид у
вас весьма даже серьезный, а ловите на такие дурики... Неужели всерьез
решили, что я так н бухну: "Дома сидел"? Нет уж, я у вас, как полагается,
поинтересуюсь: а когда убийство-то произошло?
- Сами по виду трупа определить не можете? А еще майор КГБ.
- Как будто мы тем и занимались, что клали трупы с утра до вечера да еще
тренировали на них наблюдательность... Так когда?
- Примерно между половиной одиннадцатого ночи и одиннадцатью.
- Дома был, - сказал Данил. - Вы ее видели, она подтвердит... Где его?
- В Северо-Восточном, знаете тот лесочек типа скверика?
Данил сделал вид, будто припоминает:
- Это где памятник летчикам? Туда-то его как занесло? Да еще близко к
полуночи?
- Машина у него была?
- Восьмерка. Два дня как в мастерской. Крыло выправляют.
- А жил он где?
- У какой-то ляльки в Киржаче, только я ее не знаю, новая какая-то...
- В Киржаче? - Клебанов цепко глянул ему в глаза. "Неужели просек? -
охнул про себя Данил. - Промашка, черт... Инстинктивно ведь выбрал район
подальше, прямо-таки в противоположном конце от Северо-восточного... Неужели
ментенок понял, что ему заправляют арапа?"
- В Киржаче? - повторил Клебанов, не отводя взгляда. - Это же выходит -
на другом конце города...
- Сам теряюсь, - Данил пожал плечами, чувствуя, что вышло вполне
натурально. - Нет, в самом деле теряюсь... Ну откуда у него ствол, да еще
германский?
- А зарплата позволяла?
- - Ну, если чисто теоретически, - позволяла. Только ведь нужно еще
знать, где купить, да постараться, чтобы тебе за твои денежки честно отдали
товар, а не кинули...
- Понятно. Только почему обязательно - купить?
- А кто бы ему подарил?
- Я не о том, - сказал Клебанов. - Пистолет, скажем, служебный, и был
данный покойник, когда еще не стал покойником, к вам внедрен - может, от
нас, может, от ФСБ, а может, и от налоговой. И узнал он что-то такое, чего
ему узнавать ну никак не полагалось. И решили тогда сделать так, чтобы
примолк он насовсем...
- Издеваетесь?
- Как знать? - невозмутимо пожал плечами старлей. - Для версии годится?
Ведь годится?
- Ну, годится...
- Вот видите.
- Ну, и что дальше? - спросил Данил. - Между прочим, инопланетяне тоже
годятся для версии. Прилетели и зарезали ножиком. Или вы не верите в
инопланетян? А то у нас в Шантарске эти самые контактеры скоро академию
откроют, честное слово, вот вы у них и поинтересуйтесь, они ж уверяют, что
держат прямую связь с Сатурном... Нет, с точки зрения логики? Версия
"убийцы-инопланетяне" имеет в данный момент такие же права на существование,
как и ваша насчет "внедренного агента". Вы это, надеюсь, понимаете?
- Понимаю, - сказал Клебанов. - И вас я понимаю, хотя, быть может, и не
насквозь. Вы не простачок и не крутой хам, вы где-то посередине, подальше от
простачка, поближе к хаму...
- Вам, может быть, мои слова решительно не понравятся, - сказал Данил. -
Но давайте уж попросту. Я не нахожу удовольствия в хамстве. Но и сам его не
терплю в любых формах. Только я знаю, что в одиночку этот мир не
перевернуть, а вы, такое впечатление, порой заедаетесь совершенно по-детски
- а там уж я, в свою очередь, ощетиниваю иголки. На ваши вопросы я отвечал
честно, старательно игнорируя все шпильки, именно потому, что мы не "Коза
ностра", а вполне приличная фирма со всеми достоинствами и недостатками.
Конечно, я немного бутафорю, но такова уж жизнь, вы мне не сват, не брат и
не гомосексуальный партнер... Будем разговаривать как взрослые люди или
продолжим цапаться?
- А о чем нам еще говорить? - пожал плечами Клебанов. - Вы теперь все
знаете, а мне от вас больше ничего не добиться. Хотя чувствую, что вы
определенно что-то недоговариваете. Если бывали у покойного на старой
квартире, почему за полгода так и не выбрались к нему в... Киржач?
- Это вопрос?
- Нет. Разговор неофициальный, вы можете выдумать, что угодно, к чему
добиваться ответа... - он отвернулся, уставясь в стену. - Возможно, на этом
дело и кончится. Если только ничего не произойдет...
- Мне что, ждать от вас повесточку? Бросьте. Теперь вы подкалываете... И
не думаю, - сказал Данил. - Серьезно спрашиваю.
- Какие там повестки... К таким, как вы, полагается ездить самолично.
- Вас это коробит?
- Не в том дело. Просто, знаете ли, "Коза ностра" не состояла поголовно в
КПСС до того, как начала носиться с пулеметами.
Данил участливо спросил:
- Вас что, при застое КГБ таскал за диссидентщину? Солженицына размножали
по ночам? В защиту Сахарова петиции строчили? Что вы на меня так запали? Я
ведь диссиду не гонял, я ж - боевой пес... Да сколько вам было-то при
застое?
"Что-то тут есть, - подумал он, глядя, как у пацана стискиваются губы, а
ноздри довольно явственно раздуваются от злости. - Есть скелетик в шкафу,
есть... Папа диссидентствовал? Или служил в "синих погонах" и получил от
дедов по почкам выше положенного? Ну не может это оказаться Афган, молод..."
Старший лейтенант промолчал с видом гордым и неприступным - ив этот миг
крайне напоминал юного пионера в почетном карауле у знамени дружины.
Настоящего пионера, убежденного. Были такие. Вот пионерию он по возрасту еще
как застал, тут и гадать нечего...
- Вы в комитете комсомола за что отвечали? - наугад спросил Данил.
- За всякую фигню, которую теперь и вспоминать стыдно, - ответил мент
неожиданно быстро. - До встречи.
Кивнул едва заметно и размашистым шагом направился к "рафику".
Неприметный, совершенно штатский на вид синий фургончик, дисциплинированно
мигнув левым поворотом, завернул за угол длиннющей унылой девятиэтажки и
исчез из виду, чему Данил отнюдь не огорчился.
Глава третья
Барс на тропе
Он забрался в свои "Фольксваген", положил руки на руль, а подбородок - на
руки, задумчиво уставился вперед. Впереди был пыльный двор с поломанными
качелями, двумя бабками на скамейке и энергичным крупным эрделем, таскавшим
за собой девчонку лет десяти в ярком спортивном костюмчике. Небогато.
Данилу было совершенно ясно, что дело ляжет на него. Моментально. На то
он и шеф службы безопасности. Пора и отрабатывать толстый ломоть хлебчика с
толстым слоем масла и икоркою поверху. Все, и этот "гольф" в том числе.
Конечно, последние полтора года он дурака не валял, но то была рутина, даже
усмирение Кальмара со товарищи. А теперь...
Он был уверен, что правильный мент ни в чем не соврал. Ибо не было им
смысла устраивать провокацию столь жалких масштабов, подкидывать паршивую
"Эрму", даже не в офис - к одному из сотрудников, убитому вдалеке от фирмы.
Ивана свет Кузьмича не возьмешь и провокациями покруче, да и сказки это все,
если серьезно - насчет ментовских провокаций. Басенки. Вот если бы шахта
всплыла... Но это уже будет не провокация, а выплывшая на свет божий
неприглядная правда.
Включил рацию.
- Шестой. Дежурный пост, - на сей раз откликнулись моментально, как-никак
начался рабочий день.
- Барс, - сказал Данил. - Где "большой"?
- Не появлялся пока.
- Вот и лады, - сказал он. - Я буду часика через два, если кто спросит.
И отключился. Решение нужно было принять быстренько. Если бы Клебанов
сразу поехал к Светке, "рафик" повернул бы не налево, а направо, к мосту. И
если бы они узнали про хату в Северо-Восточном и дернули туда, "рафик"
опять-таки свернул бы к мосту. А вот областное УВД - как раз в той стороне,
куда старлей соизволил проследовать...
Лады. Никакого толку не будет от Светки, но все же... Данил завел мотор и
свернул направо, к мосту. И задумался над загадкой, которую долго откладывал
напоследок из-за ее сложности.
Откуда такая спешка? Местный РУОП был конторой резкой и не привыкшей
отступать (что, правда, не означало, что контора эта витала в облаках,
оторвавшись от замысловатых реалий жизни). И все же... Ладно, убийство,
крайне смахивавшее на заказное. Ладно, германская пушечка при трупе. Ладно,
бочком и краешком замешан "Интеркрайт". И все же это не основание поднимать
спозаранку молодого волчишку из РУОП и заставлять его крутиться так, что
искры брызжут из-под когтей. Хватило бы и уголовки на данном этапе.
Значит...
Значит, толкование одно - что-то есть у них в загашнике. И это не финансы
- иначе навалилась бы налоговая, да и то в случае особо серьезном. А особо
серьезного-то и нету... Неужели Ванятка, друг детства, все же утаил что-то?
Конечно, он после этого последняя сука, но с поезда все равно не спрыгнешь,
будешь отрабатывать скушанный хлебушко не потому, что принуждают, а оттого,
что сам себя обязанным чувствуешь, обреченным на верность. Не одним ведь
самураям дано, бля...
Он аккуратно притормозил у нужного подъезда, позади новехонькой "Тойоты"
с европейским левым рулем, той, что кличут "круглой". "Тойота" была
совершенно идиотского розово-сиреневого колера и сверкала лаком, понятно,
как сапоги у гусара.
Данил, абсолютно автоматически зафиксировав в памяти номер тачки, не
спеша пошел вверх по лестнице. Хвоста по дороге не было, да и
сканер-перехватчик он все время держал настроенным на милицейские частоты,
но никаких подозрительных переговоров не услышал. И во дворе никого
подозрительного не засек, что, впрочем, не есть повод для беспечности - если
захотят следить всерьез, ты их не увидишь и не услышишь. Могли прилепить к
машине и "пищалку", но это вряд ли - как-никак не в Европах, что-то не
слышно было о таком прогрессе, разве что столичные заявятся... В конце-то
концов ничего противозаконного он не совершает и не замышляет даже...
Навстречу попался рослый хмырь, упакованный по фирме - да не в Гонконг и
не в Индию, а в натуральную Западную Европу. Но все равно вульгарностью так
и перло - шестерка высокого полета, только-то и всего. Как раз для
розово-сиреневой "Тойоты". Прошел, не видя, небрежно задел литым плечом -
фирмовая наклейка с солнечных очечков, понятно, не отклеена, жует резинку и
думает, что он Чак Норрис, благо под полон чего-то такое топырится...
Данил ради интереса приостановился. Внизу мягко, почти неслышно заворчал
мотор. Точно, сел в "Топоту". Ну и хрен с ним, так и так отложился в
памяти...
Он нажал белую кнопку. Звонок мелодично замяукал. Дверь распахнулась
моментально.
- Вот так откроешь однажды - а тебе в лоб вместо привета, - сказал Данил.
- И поплывут вещички вереницей...
- Но остается надежда, что сначала все же изнасилуют на совесть... -
мечтательно сказала Светка, поборов легкое удивление. - А я-то...
- А ты-то думала, что это мистер из "Тойоты" вернулся? - Данил без
приглашения прошел в прихожую и уверенно свернул в комнату.
- Ох, милый, я тащусь... Неужели соизволил следить?
- Дедукция, самая примитивная, только и всего, - Данил сел в кресло,
вынул сигарету и огляделся.
Тут и пионер сообразил бы, чем хозяйка занималась долго и старательно -
на тахте икебана из простыней в художественном беспорядке, бокалов два,
видеокассеты грудой по ковру, а на экране мельтешат голые шлюхи в сложном
переплетении, вроде бы среди них иногда мелькает и мужик, но Данил не стал
особенно присматриваться. Поднял за горлышко увесистую черную бутылку, держа
двумя пальцами, оглядел:
- В "Бахусе" - двести штук. Настоящий. Прогрессируешь, подруга?
- Коли друг не жмот... - безмятежно сказала Светка, влезла с ногами на
тахту и тоже потянулась за сигаретой. - Господи, ты и бутылочку-то держишь
так, чтобы не оставить отпечатков. Ну, волчарнк... Ты не грохнуть ли пришел
бедную разведенку?
- Размечталась.
- Ну, тогда хоть трахнул бы...
- Перебьешься, - он повернулся к видаку и ткнул пальцем в крохотную
клавишу. Незакомплексованные будни простых западноевропейских трудящихся
исчезли с экрана. Заодно Данил вырубил и телевизор.
- Что это ты с утра такой вежливый?
- Съел что-нибудь, - кратко сообщил Данил. Светка, поджав ноги,
разглядывала его с капризным любопытством. Черт ее знает, как ей это
удавалось, но она и сейчас была свежа и прекрасна - с полурассыпавшимся
узлом белокурых натуральных волос, в чисто символически запахнутом халате, с
подозрительно блестевшими щеками, еще не отмывшаяся после мужика.
- Ну, и что это за мэн с "Тойотой"?
- Нет, правда, взревновал?
- Надейся... Просто интересно.
- А... Вроде тебя - работает на фирме, все у него схвачено, все у него
есть...
- Ну, так уж и вроде меня?
- Ах да... Ты же у нас герой-андроповец. Или кто там, крючковец? Честный
частный дефектив... Коньяк будешь?
- За рулем. И дело есть.
- Ну, я тогда купаться... На скорую руку, - она соскользнула с дивана, не
озаботившись запахнуть халат, и направилась в ванную.
- Эй! - окликнул Данил. - Говорю же, есть дело.
- Ну иди и вытащи меня отсюда... - томно прозвучало из ванной.
Он мысленно плюнул, придвинул телефон и набрал номер квартиры в
С
...Закладка в соц.сетях
