Жанр: Любовные романы
Шанна
...т счет не сказал. По сравнению с этими разбойниками бедолаги из Ньюгейта
могли бы показаться просто не очень хорошо воспитанными детьми. Мазер и
Гаррипен внушали ему больше доверия, чем все остальные, но Рюарк был уверен
в том, что и они могли при случае превратиться в злобных волков.
Рюарку пока не удавалось напасть на след Шанны, но, поскольку Пелье был
здесь, за столом, ей не могла угрожать большая опасность. И все же ему было
бы значительно спокойнее, если бы он знал, где она. Пелье фыркнул и поднялся
на ноги.
— Это пиво начинает бродить у меня в животе. — Он схватил руку
робкой молодой женщины, обслуживавшей капитанов, перепугав ее до
смерти. — Ты, неряха, тащи нам мяса да хорошего вина.
Девушка кивнула и побежала выполнять его требование. Пелье плотоядно
посмотрел ей вслед, снова уселся и в предвкушении хорошей еды потер руки.
Почти сразу на столе появились свиные окорока, дичь и разные вина. Кармелита
подала Пелье бокал вина, поставив остальные на стол. Предлагая последний
бокал Рюарку, она наклонилась к нему и соблазнительно улыбнулась. Потом
отошла и вернулась с подносом, уставленным хрустальными кубками. Вручая один
Рюарку, она сильно прижалась к нему, и ее рука на секунду бесстыдно
скользнула ниже его пояса в мимолетном ласковом прикосновении.
— Ты ей нравишься, парень! — расхохотался Гаррипен и посмотрел на
ее раскачивавшиеся бедра. — Но будь осмотрителен. Она с характером, эта
девушка.
Рюарк воздержался от комментариев, но подумал, что в присутствии Шанны этой
девушки придется избегать. Она была вдвое крупнее Шанны. Широкая юбка,
развеваясь, открывала голые ноги, свободная блузка как бы случайно сползла с
одного плеча, а другой рукав вообще спустился до локтя. Как он уже заметил
раньше, под этой одеждой у нее ничего не было надето, и при каждом движении
тяжело колыхались ее груди с темными сосками. Иссиня-черные волосы резко
выделялись на смуглой коже. В ней было что-то от испанки, хотя акцент ее
напоминал речь Гаррипена.
Для мимолетной встречи она была бы вполне
приемлема
, — подумал Рюарк.
Лицо Пелье омрачилось, когда он увидел явную расположенность Кармелиты к
Рюарку. Самолюбие метиса уязвляло то, что с ним она никогда не была такой
пылкой, и это стало еще одной причиной его ненависти к рабу. Кармелита
поставила рядом с Пелье бокалы, и он, отодвинув тарелку, схватил ее, усадил
себе на колени и стал грубо гладить ее тяжелые груди.
— Кармелита, поделись этим добром со старым другом!
— Ха! Старый друг! — глумливо рассмеялась она. — Ты стучишься
в мою дверь, словно хочешь разнести ее в щепки. Бум! Бум! Бум! — Она
потрясла кулаком перед его носом. — А лежа рядом со мной, рассказываешь
о своих дуэлях, об убитых тобой людях, а потом засыпаешь, пьяница ты
этакий! — Она рассмеялась ему в покрасневшее лицо и обратилась к
остальным, как бы призывая их в свидетели: — Он как маленький осьминог,
который хватает большую рыбину и не знает, что с ней делать. О-ох! —
Это последнее обвинение она бросила через плечо, так как уже спешила к
Рюарку, чтобы взять у него раскупоренную бутылку и собственноручно наполнить
его бокал, а потом предложила ему отличный кусок мяса.
Метис схватил целый окорок и стал жадно отдирать мясо от кости.
— Он — бастард из Сан-Доминго, полуфранцуз-полуиндеец. Пытался прослыть
достойным человеком, но, как сам видишь, манера есть сделала его усилия
напрасными. — Помолчав, Гаррипен презрительно продолжал: — Он оказался
здесь потому, что убил слишком много молодых людей в Сан-Доминго. У
французов достаточно поводов для того, чтобы его повесить. И это, очевидно,
еще не все. Он ненавидит всех молодых и красивых мужчин, которых женщины
могли бы предпочесть ему. Да! Среди нас имеются довольно странные типы. Ты
еще всех не видел.
К счастью, не видел, добавил про себя Рюарк. А сейчас ему нужно лишь знать,
где этот подонок спрятал Шанну. Он отпил густого итальянского красного вина
и подумал о том, с какого ограбленного корабля оно сюда попало. Не
поворачивая головы, он спросил Гаррипена:
— Как у вас решаются споры? Если двое оспаривают одну и ту же вещь, как
принято решать дело?
— Дуэлью, мой друг, — усмехнулся Гаррипен. — И если кто-то
оказывается убит, все достается победителю. Поэтому самый богатый из нас —
это как раз Пелье. Он убил больше всех.
Рюарк кивнул. Это все, что ему было нужно знать. Он лениво потянулся, как
кот, которому некуда торопиться, закинул ногу на спинку стула и стал
внимательно осматривать всех пиратов, испытывавших какую-то растерянность
под его взглядом.
Когда напряжение достигло апогея, Рюарк нарушил тишину.
— Полно, друзья, вы не можете оторваться от кружки, а время-то не
терпит.
При этих словах даже Пелье остановился, вопросительно глядя на Рюарка.
— Сколько времени, по-вашему, понадобится Траерну, чтобы отправиться на
охоту за вами?
Послышался глухой ропот. Даже Пелье перестал жевать.
— Разве не было бы разумно, — продолжал Рюарк, — послать ему
известие о том, что его дочь у вас, что жива и находится в безопасности?
Может быть, даже стоит назвать сумму выкупа. Давайте подумаем. Ну, скажем...
Пятьдесят тысяч фунтов. — Он уловил их оживление. — Каждому
достанется кругленькая сумма, достаточная для безбедной жизни... разумеется,
за вычетом десятой части, на которую имеет право Мазер, и, скажем, тысячи
фунтов или около того для меня. — Все быстро согласились. И в самом
деле, было бы очень подозрительно, если бы человек не требовал своей доли. И
все же он поспешил добавить: — Моя часть будет невелика, так как я только
указал дорогу, а захватили вы ее лишь благодаря собственной дерзости и
храбрости. — Он помолчал и потом предупредил: — Я знаю, о чем думает
Траерн. Он погонится за вами на всех парусах, и с ним будет трудно
договориться, когда на вас будут нацелены его пушки.
Хотя Пелье сидел к Рюарку спиной, делая вид, что ничего не слышит, другие
слушали его очень внимательно.
— Почему бы вам не вернуть захваченных пленников и не передать с ними
сообщение Траерну?
Послышался гул одобрения, и Рюарк с невинным видом продолжил:
— Где эти люди? Дайте мне поговорить с ними.
Прежде чем кто-либо успел возразить, могучий мулат направился в другой конец
залы, отодвинул засов на дубовой двери и распахнул ее настежь.
— Выходите, вы, грязные свиньи! — крикнул он, отойдя в сторону.
Трое рабов, захваченных вместе с Шанной, вышли из карцера. Они, пригнувшись,
жались друг к друг в страхе за свою жизнь. Рюарк, не теряя времени, подошел
к ним и внимательно посмотрел на каждого. Затем он повернулся, расставил
ноги, положил руки на бедра и спросил:
— А где девушка?
Пелье фыркнул:
— Вот, теперь вы видите, он пришел только из-за нее! В этом и состоит
его игра! Только она ему и нужна!
За столом послышалось ворчание, но его перекрыл резкий голос Рюарка:
— Помолчи, недоумок!
Взбешенный Пелье втянул голову в плечи.
— Вы хотите отослать этих людей к Траерну, не дав им убедиться в том,
что девушка жива и здорова? Где она?
— Там, где девок учат быть послушными рабынями, — прорычал
Пелье. — И это не твое дело.
— Мое дело — моя забота, — сухо проговорил Рюарк. — Когда
Траерн узнает, что она у нас и в безопасности, нам будет нечего опасаться,
но не раньше того. Если у него будут какие-то сомнения, он сровняет этот
городок с землей.
Метис положил ногу на стол и откинулся на спину, ухмыляясь Рюарку.
— Ты полный идиот, если думаешь, что я позволю тебе здесь командовать.
Глаза Рюарка угрожающе сузились. Он уже готов был вызвать этого человека на
дуэль, когда послышался всплеск и сдавленный крик. Пелье бросил взгляд на
решетку с надвинутым на нее бочонком.
— Трижды проклятый маньяк! — воскликнул Рюарк, поспешив к
отверстию.
С искаженным лицом, закусив губы, он поддал ногой бочонок, с треском
ударившийся о стену.
— Нас всех перевешают из-за одной ночи твоих забав! — злобно
процедил Рюарк.
Он выхватил пистолет и так посмотрел на пиратов, что если у кого-то и была
охота вмешаться, то теперь уже никто не осмеливался его остановить. Гаррипен
не без удовольствия заметил, что Пелье не спешил задержать Рюарка, опасаясь
кровопролития.
Рюарк отбросил решетку. Внизу снова послышался шум, и опять стало тихо. Не
спуская глаз с пиратов, Рюарк крикнул:
— Миледи!
Шанна с трудом взобралась на кучу мусора, и он увидел едва различимое во
мраке бледное, искаженное страхом лицо. Глаза ее широко открылись. Узнав
Рюарка, она разрыдалась. Пылавшим гневом и презрением взглядом он обвел
пиратов. Они заплатят ему за это. И в особенности Пелье.
Положив пистолет на пол рядом с отверстием, Рюарк встал на колени и,
подхватив Шанну как пушинку, поставил ее на каменный пол. Она, рыдая,
прижалась к его груди. Потом увидела плотоядные взгляды пиратов и, отпрянув
от Рюарка, решительно выпрямилась. Однако пережитые страдания были так
сильны, что она не выдержала и рухнула на пол.
— Вот видите? — засмеялся Пелье. — У нее уже поубавилось
траерновской спеси.
Рюарк быстро схватил пистолет и навел его черный глаз на капитана пиратов.
Прожженный бандит замер от страха, и злорадная улыбка сбежала с его лица.
— Я вижу, твои нехитрые планы провалились, — насмешливо сказал
Рюарк. — Неужели ты не способен понять, что с ценной вещью следует
обращаться осторожно?
Пелье пропустил его слова мимо ушей.
— Отойди в сторону, парень, дай мне взглянуть, как выглядит сейчас эта
траерновская сука.
Шанна подняла голову и с ненавистью взглянула на пирата. Отступив на шаг,
Рюарк обратился к остальным:
— Траерн наверняка согласится на выкуп, но, увидев дочь в таком
состоянии, несомненно, найдет способ отправить всех вас на тот свет.
Пираты, не отрывая глаз, смотрели на Рюарка, но ничем не высказали своего
согласия с этой мыслью. Они боялись навлечь на себя гнев Пелье. Пелье встал,
подтягивая штаны.
— По-моему, леди пора вернуть в подвал.
— Рюарк! — в ужасе простонала Шанна и крепко вцепилась ему в ногу.
— Как, миледи, — насмешливо улыбнулся Пелье, — вам не совсем
по вкусу ваши апартаменты? — Он приблизился на несколько шагов и
замолчал, делая вид, что размышляет. — Может быть, вы привыкли к более
свежему постельному белью? — Голос его превратился в хриплое
рычание. — Или ваши маленькие друзья там, внизу, оказались слишком
предприимчивыми? Марш в подвал, шлюха! — прорычал он.
С этими словами он шагнул к Шанне, чтобы схватить ее. Разумеется, он был
уверен, что никто не посмеет ему воспротивиться, и по-прежнему не замечал
Рюарка. Это было самой большой ошибкой Пелье. Рюарк ловко подставил ему
ногу, и он грохнулся на пол, на этот раз вниз лицом.
Воцарилась мертвая тишина. Пираты затаили дыхание в ожидании дальнейшего
развития событий. Пелье поднял голову, не спуская с Рюарка горевших
ненавистью глаз. Не теряя самообладания, колонист подвинул к себе стул и
поставил на него ногу. Облокотившись на колено, он наклонился вперед,
покачал головой и усмехнулся.
— Ты действительно тугодум, приятель. У меня больше прав на эту
девушку, чем у тебя. Это я положил на нее глаз, когда обливался потом,
работая на ее отца. Это я показал вам дорогу на остров. Без меня вы давно
кормили бы рыб в гавани Траерна.
Пелье перевел взгляд на Шанну. Он поднялся и отряхнулся от пыли, на
удивление спокойный, но вид его был страшен.
— Ты осмелился дважды ко мне прикоснуться, раб, — высокомерно
проговорил он.
— Это тебе на пользу, приятель. — Слова Рюарка, несмотря на их
мягкость, уязвляли спесивого Пелье. — Будет время, я научу тебя уважать
достойных людей.
— Ты мешал мне с самого начала, — злился Пелье, стараясь сдержать
раздражение. — Ты свинья! Свинья из колоний! А я всегда терпеть не мог
колонистов.
Рюарк пожал плечами и просто проговорил:
— Девушка моя.
Это было уже слишком. Пелье не мог больше терпеть, понимая, что иначе
пострадает его авторитет.
— Эта траерновская сучка моя! — теряя самообладание, прорычал он и
ринулся вперед.
Его встретил сильный удар стулом по ногам, и Пелье почувствовал, как Рюарк
взял его за ворот рубахи и приподнял над полом. В следующий момент Рюарк
ударил его по щеке, потом по другой. Он тряс ошеломленного пирата, пока тот
чуть не потерял сознание.
— Я полагаю, пощечина — достаточный повод для вызова на дуэль, —
громко, чтобы все слышали, обратился он к Пелье. — Выбор оружия за
тобой. — Рюарк оттолкнул от себя капитана.
Пелье ударился спиной о край стола. Цепляясь за него, он добрался до своего
стула и сел. Затем, весь красный, поднялся на ноги и оправил одежду. Он
прикинул, какое оружие имелось при нем. Пирата привлекал пистолет, но он был
наслышан об умении колонистов стрелять.
— У тебя есть сабля, свинья ты этакая, — прорычал он. — Да
умеешь ли ты с ней управляться? — Сам он убил саблей слишком многих,
чтобы сомневаться в собственном умении.
Рюарк кивнул и, отставив стул к стене, усадил на него Шанну, взвел оба курка
и положил на бочонок рядом с ней пистолеты, на секунду задержав на ней
взгляд.
В предвкушении кровопролития Кармелита встала у кухонной двери. Пираты
убрали стол, освобождая место для дуэлянтов, и принялись заключать пари на
будущего победителя. От этого воздержался один лишь Мазер, пристально
смотревший на молодого человека.
Рюарк обнажил саблю, радуясь, что взял в каюте этот великолепный клинок,
сверкнувший светло-голубым огнем, когда он примерялся к эфесу. Краем глаза
он увидел, как Гаррипен отсчитывает свою ставку золотыми монетами.
— Прости меня, парень, — рассмеялся англичанин, — но тот
мешок с деньгами, что я тебе вручил, достанется победителю.
Глаза Шанны следили за каждым движением Рюарка. Мысли ее путались. Именно
этого человека, готового встать на ее защиту, она страстно ласкала и его же,
охваченная ревностью, попыталась извести... Ее тогдашний гнев теперь казался
ей вздорным капризом.
Широкий, толстый абордажный тесак Пелье был короче сабли Рюарка.
— Вот оружие для настоящего мужчины! — усмехнулся Пелье. —
Оно создано, чтобы убивать. Ты понял, грязный раб?!
Он немедленно бросился в атаку. Нападение его было яростным, но Рюарк
спокойно и точно парировал каждый удар. Его жизнью долго распоряжались
другие, теперь же все зависело только от его ловкости и умения. Наконец-то
он был сам себе хозяин. Рюарк сразу понял, что его противник не новичок. У
Пелье были опыт и решимость, но ему не хватало ловкости и изворотливости.
Начал атаковать и Рюарк, и на куртке Пелье после серии выпадов противника,
как по волшебству, стало расползаться небольшое пятно. Удивленный Пелье
отступил.
Воспользовавшись замешательством, Рюарк ранил в его плечо, правда, легко.
Пелье стал наступать, взявшись за тесак обеими руками. Клинки скрестились.
Какое-то мгновение противники стояли неподвижно лицом к лицу с поднятым
вверх оружием. Потом Пелье сделал быстрое движение, и Рюарк отскочил,
избегая удара в живот.
Еще не раз скрещивались сабля с тесаком, пока Пелье не сделал опасный выпад,
тут же парированный Рюарком. При этом тесак переломился, и Пелье поднял
вверх руки, как бы признавая себя побежденным. Нападение на пирата в этот
момент было бы простым убийством, поэтому Рюарк кивнул и хотел было вложить
саблю в ножны.
Его остановил пронзительный крик Шанны. Пелье пригнулся и вытащил из-за
голенища длинный стилет. Едва не захваченный врасплох Рюарк швырнул ему в
лицо ножны от своей сабли. Пелье отшатнулся, и стилет выпал из его руки. Ему
тут же протянули тонкую рапиру, и он стал сражаться дальше. Рюарк больше не
улыбался. Он понял правила игры: один из них должен был умереть. Следующий
удар Рюарка пришелся в бедро Пелье. Кровь залила его панталоны. Наконец
Рюарк ранил его в руку. Рапира упала на землю, и Рюарк в последний раз
взмахнул саблей. Пелье упал лицом вперед вместе с торчавшим из него оружием
противника.
Рюарк огляделся. Разбойники молчали. Никто не выразил протеста. Помедлив, он
вытащил свою саблю, вытер ее о куртку Пелье и вложил в ножны. По-прежнему
развалившийся в кресле Мазер также не проронил ни слова.
— Превосходное оружие, — проговорил Рюарк. — Оно мне хорошо
послужило.
— Да, это так, — кивнул Мазер. — Я хотел бы знать, хорошо ли
ты понимаешь сложившуюся ситуацию?
Рюарк уклончиво пожал плечами и прицепил ножны к перевязи. Гаррипен поднялся
с места, обошел вокруг стола и хлопнул Рюарка по плечу.
— Это была благородная схватка, мой мальчик! И она принесла тебе
немало.
Гончая
теперь, разумеется, твоя, как и все имущество Робби, его
доля добычи и... — Он повернулся и оглядел своих товарищей. — Что
скажете, братцы? Разве он не заслужил все это?
Пираты хором одобрили сказанное Гаррипеном. С трудом поднялся на ноги Мазер.
— Да восторжествует справедливость! — провозгласил он. — Раб
Траерна получит его дочь!
— Дело сделано, — объявил Гаррипен. — Девушка твоя до ее
выкупа.
Снова принесли кружки с пивом, и Рюарк рассмеялся, ощущая, как напряжение
отпускает его. Был поднят тост за его победу, а тем временем тело Пелье
бесцеремонно вытащили из залы. Никто не выразил по поводу его смерти ни
малейшего сожаления.
Только одна Шанна тихо плакала, закрыв лицо руками. Но это были слезы
радости. Теперь она была свободна и не могла скрыть своей благодарности к
Рюарку. Когда он повернулся в ее сторону, чтобы взять свои пистолеты, она
улыбнулась и снова разрыдалась.
Рюарк подошел к захваченным пленникам.
— Кто из вас хочет остаться здесь?
Они недоуменно переглянулись и продолжали молчать. Никому не хотелось
первому выражать свое заветное желание.
— Хорошо! Значит, вы предпочитаете рабство здешней свободе, —
подвел итог Рюарк и потом спросил: — Если вы вернетесь, сообщите ли вы
сквайру о том, что его дочь находится в безопасности и будет оставаться
здесь заложницей, пока он не заплатит за нее выкуп?
Все трое закивали в знак полного согласия, вызвав ироническую улыбку Мазера.
— Только глупцы могут променять свободу на ярмо Траерна.
— Отправим их на шлюпке завтра на рассвете, — предложил
Гаррипен. — А пока пусть эти бедолаги набьют свои животы. Да и девушка
тоже! Ей это будет полезно, раз уж придется прокатить на себе этого молодца.
Шанна взглядом поблагодарила Гаррипена и с благодарностью приняла от одной
из девушек тарелку с едой. Среди общего веселья она была не прочь
перекусить. Она не обращала внимания на грубые шутки в свой адрес. Гаррипен
где-то отыскал кусок ярко-красного шелка, кинжалом отрезал от него длинную
полосу и, под одобрительный гул завязав ее петлей, надел на шею Шанне,
вручив конец Рюарку в знак ее рабского ему подчинения. Принимая эту игру,
Рюарк высоко поднял руку с зажатой в ней материей, чтобы все могли это
видеть. Потом с демоническим смехом прижал Шанну к груди и крепко поцеловал
в губы. Рука его дерзко похлопала Шанну по заду, что показалось ей слишком
фривольным. Потом он взвалил ее себе на плечи и под смех присутствующих
понес в апартаменты, которые раньше занимал Пелье. Голландец распахнул перед
ним дверь.
Шанну привели в ужас мрак и неприятный запах, царившие в комнате. Все это
напомнило ей кошмар, уже пережитый в подвале.
— Свинарник Пелье, — с отвращением проговорил Рюарк. —
Позвольте, я найду свечу. Вы сядете?
— Нет, я не решаюсь...
При свете свечи их взорам открылось ужасное зрелище. Повсюду валялось
грязное тряпье, пустые бутылки, какие-то ящики, бочонки — не иначе как
награбленные при пиратских налетах. Массивная резная кровать, казалось,
плавала в море этого мусора под пыльным балдахином. Из открытой дверцы
огромного шкафа вываливалась смятая шелковая и атласная одежда, платья и
плащи. Окна были завешаны старыми, пропыленными насквозь красными бархатными
гардинами. В огромной фарфоровой ванне валялись пустые бутылки и флаконы.
Все расставленные по стенам зеркала были обращены к кровати. От забытого
ночного горшка исходила страшная вонь.
— Видно, Пелье питал отвращение к чистоте, — заметил Рюарк, сразу
принявшийся за дело. Он сорвал гардины и, открыв окна навстречу дувшему с
океана ветру, вышвырнул в окно массу лишних вещей. Дышать в комнате стало
легче.
Шанну сотрясала дрожь отвращения. Она не могла дождаться мига, когда,
наконец, сможет принять ванну и улечься в постель. Рюарк обратил внимание на
то, как тихо стало за дверьми, в общей зале. Он подошел к Шанне и в ответ на
ее вопросительно поднятые брови приказал:
— Кричите!
Шанна не понимала.
— Кричите! Да погромче! — решительно потребовал Рюарк.
Она не отрывала от него удивленных глаз и молчала. Он протянул руки к ее
одежде и, рванув изо всех сил, разорвал сверху донизу.
Полуобнаженная, дав волю ярости, Шанна испустила пронзительный крик, от
которого задрожали зеркала. Умолкнув на мгновение, чтобы набрать воздуха,
она закричала снова. На этот раз Рюарк закрыл ей рот рукой. Из залы донесся
грубый смех.
Рюарк сгреб ее обеими руками и прижал голые груди к коже своей безрукавки.
Шанна почувствовала, как из груди Рюарка вырвался короткий смешок.
— Это займет их на какое-то время, — проговорил он.
Но к Шанне вернулся ее прежний строптивый дух, и она с негодованием
вырвалась из рук Рюарка.
— Найдите себе какую-нибудь девку, если уж в вас взыграла кровь, что же
до меня, то я не гожусь на роль смиренной жены в вашей игре.
Мускулы Рюарка напряглись, но он хранил молчание, не желая убеждать ее в
своей невиновности.
— Вы так удачно играете роль племенного жеребца! — бушевала Шанна.
Дрожа от злости и усталости, она презрительно смотрела на Рюарка. —
Такой сильный и мужественный, такой опытный в постели. Неужели вы думаете,
что я буду терпеливо ждать, пока вы будете развлекаться с каждой встречной
шлюхой, которой вздумается поваляться с вами в постели?
— Что за дьявольскую чушь вы несете? — проговорил, наконец,
Рюарк. — Мне, обязанному молчать, когда на моих глазах за вами
ухаживают все мужчины?!
— Уж не полагаете ли вы, что я должна отчитываться перед вами? Что я
действительно ваша рабыня? — Она сорвала с шеи красный шелк. — Вот
вам этот ошейник, господин Бошан. Я не принадлежу вам!
— Вы моя, черт меня побери! Вы моя жена!
Такое заявление о правах привело Шанну в ярость.
— Я вам вовсе не жена! Я вдова! И не намерена больше подчиняться вашей
похотливой страсти!
— Вот как! Я видел, как вы вертите задом перед мужчинами, забывая о
своих обязанностях перед собственным мужем.
— И вы смеете обвинять меня, вы, готовый бегать по холмам за любой
юбкой? — Шанна чувствовала себя оскорбленной и хотела сделать ему
больно. — Когда только я от вас отделаюсь? — продолжала она тем же
тоном. — Когда вы перестанете мне докучать?
Янтарные глаза Рюарка запылали.
— Вы сделали для этого все, что могли! И не ваша вина в том, что Питни
оказался не способен на убийство. Спасая вас, я убил человека, и вот
благодарность! Одни проклятия и поношение!
— Вы дьявол! — почти простонала Шанна. — Сатанинское отродье,
придумывающее для меня все новые мучения!
— Довольно, Шанна! — резко тряхнул ее за плечи Рюарк. — Вы
дважды предали меня, связанного с вами законным и не потерявшим силы браком.
Однако вы не останавливаетесь ни перед чем, даже перед кровью, чтобы от меня
отделаться. — Шанна попыталась вырваться из его рук, но он держал ее
крепко. — Вы будете моей рабыней, — жестко проговорил он. —
По крайней мере, для этих людей, среди которых мы находимся. Будьте со мной
нежной и любящей. За неподчин
...Закладка в соц.сетях
