Жанр: Любовные романы
Девушки из Монте-Карло
... водителем. На улице стоял знакомый лимузин, задняя дверца
была распахнута, и оттуда выглядывал улыбающийся Том.
— Здравствуй, моя дорогая! Как дела? Позволишь тебя поцеловать?
— Том... какой сюрприз... — пробормотала Лора, радостно кивнув в ответ.
Она села рядом с ним, Том обнял ее, и машина тронулась с места.
Он не забыл! — с восторгом думала Лора. — Он все время обо мне
помнил! Он знал, когда закончатся экзамены, и приехал, чтобы встретить
меня
.
Она заметила, что Том одет не в строгий деловой костюм, а в светло-голубую
тенниску и темно-синие слаксы. В этом наряде он выглядел моложе, и в облике
его появилось что-то мальчишеское.
— И куда же мы едем? — поинтересовалась она.
Том с загадочным видом приложил палец к губам в знак молчания, потом
засмеялся и, к удивлению Лоры, достал бутылку шампанского и два бокала.
— Что мы празднуем? — улыбнулась Лора.
— Сдачу экзаменов!
— Но... я не уверена, что сдала их, — растерянно пробормотала
Лора.
Том налил шампанское в бокал и подал Лоре.
— За тебя! — произнес он. — Ты умница и трудяга, у меня нет и
тени сомнения, что у тебя все будет хорошо!
Лора слушала его голос, и голова у нее кружилась от счастья. Неужели все это
происходит на самом деле, а не снится?
Она отпила из бокала и посмотрела на Тома. Разве можно думать о каких-то там
экзаменах, когда рядом любимый?
— Я так рад, что мы снова вместе, — серьезно произнес Том.
— Так куда мы все-таки едем? — улыбнувшись, еще раз спросила Лора.
— Подожди немного, и ты все узнаешь, — таинственным голосом
ответил он.
— Ты снова меня похитил?
Лора все еще не могла поверить в свое счастье. Экзамены отступили куда-то на
задний план, и все теперь казалось несущественным, кроме Тома, его поцелуев
и объятий.
Через некоторое время она поглядела в окно и с удивлением обнаружила, что
лимузин подъезжает к зданию аэропорта. Куда же Том, ее везет?
— Объясни, пожалуйста, что ты задумал? — воскликнула Лора. —
Почему мы приехали в аэропорт?
— Лора, дорогая, подожди еще чуть-чуть, и ты все поймешь! — Он
привлек ее к себе и поцеловал.
Через два часа самолет приземлился на Бермудах. Взявшись за руки, они
спустились по трапу, миновали здание аэропорта и подошли к ожидавшей их
машине. Чернокожий водитель радостно приветствовал Тома и вежливо
поздоровался с Лорой.
Дорога к вилле Хаусона шла параллельно берегу океана.
Лора восторженно глядела по сторонам, любуясь яркими, сочными красками
окружающей природы, с наслаждением вдыхала пряные и сладкие ароматы
незнакомых цветов и с удивлением рассматривала невысокие нарядные домики со
сверкающими белыми крышами необычной формы.
— Такие крыши делают специально, — объяснил Том. — Дождевая
вода скатывается по ним в резервуары. Дожди здесь идут редко, как правило,
по ночам, но влаги вполне хватает, чтобы растительность была свежей и
зеленой. Знаешь, Лора, я очень люблю Бермуды, — признался он. — Я
приезжаю сюда каждый год с самого раннего детства. Если бы ты знала, как я
рад, что и ты вместе со мной наслаждаешься всем этим великолепием!
Лора улыбнулась и нежно прижалась к нему.
— Здесь прекрасные чистые пляжи с мельчайшим белым песком, а океанская
вода такая прозрачная, что даже около берега можно наблюдать разноцветных
рыбешек, — продолжал Том. — Вода очень теплая, иногда после
купания даже хочется охладиться под душем. Климат прекрасный, природа очень
красивая, а овощи и фрукты зреют здесь круглый год.
На лице у Лоры было написано такое неподдельное счастье, что Том не мог
сдержать радостной улыбки., — Я хочу, чтобы ты наслаждалась вместе со
мной этим раем, — тихо произнес он. — Хочу окружить тебя вниманием
и заботой, разделить с тобой счастье и восторг... Мне так нравится твоя
улыбка, и я мечтаю, чтобы она не сходила с твоего прекрасного лица.
Неужели я на Бермудах? — с восторгом думала Лора. — Разве я могла
поверить в то, что после всех тяжелых испытаний мне выпадет счастье провести
несколько дней рядом с любимым человеком в земном раю?
Машина остановилась около виллы Тома, похожей на те дома с необычными
крышами, которые попадались им по пути. Они вышли и, обнявшись, медленно
двинулись по дороге, ведущей к дому. По обеим сторонам росли банановые
деревья с тяжелыми свисающими гроздьями спелых желтых плодов и яркие крупные
цветы, названия которых Лора не знала.
Том распахнул перед Лорой дверь и повел ее показывать дом. Комнаты были
светлые, просторные, с высокими окнами, выходящими на океан. Дом опоясывала
широкая открытая веранда, украшенная экзотическими цветами и растениями,
росшими в каменных вазонах. На веранде висел удобный гамак с большими
разноцветными подушками.
— Здесь и в самом деле рай! — воскликнула Лора, не в силах
сдержать своих чувств. — Я никогда в жизни не видела более красивого
места!
Том улыбнулся и взял ее за руку.
— Хочешь попробовать настоящего бермудского рома, дорогая?
Лора покачала головой.
— Боюсь, что он окончательно вскружит мне голову, — ответила
она. — Я еще не пришла в себя после шампанского, выпитого в машине,
там, в Нью-Йорке! — Она немного помолчала, а потом добавила:
— Или этот райский уголок так на меня действует? Знаешь, —
неожиданно призналась она, — мне все еще не верится, что мы прилетели
на Бермуды... Все так неожиданно, стремительно...
Том засмеялся и поцеловал ее.
— Мы с тобой в раю вдвоем, и больше здесь никого нет! — сказал он.
— Да... Но ведь я ничего с собой не взяла! — вдруг спохватилась
Лора. — Ни легких платьев, ни сумки... ничего!
Томас, ты и в самом деле меня похитил!
На Лоре был строгий голубой костюм и шелковая блузка, в которых она сдавала
экзамены.
— Я и мечтал тебя похитить, — с улыбкой ответил Том. — Ты
винишь меня за это?
— Конечно, нет! — воскликнула Лора. — Вот только... в чем я
буду ходить под палящим тропическим солнцем?
— Об этом можешь не беспокоиться. В шкафу полно одежды: летние платья,
сарафаны, шорты. Сможешь выбрать все, что тебе понравится, — сказал Том
и, улыбнувшись, добавил:
— На вилле, кроме нас, никого нет и не будет. От веранды начинается наш
личный пляж, так что можешь ходить вообще без одежды. Мы с тобой одни в этом
земном раю!
Лора кокетливым жестом распустила собранные на затылке волосы и расстегнула
верхнюю пуговку на блузке.
— Как романтично! — воскликнула она. — Необыкновенно,
волнующе...
Они уселись в гамаке, и Том положил руку ей на плечо.
Его прикосновения будили в ней желание, ее тело стремилось к нему, жаждало
поцелуев и жарких объятий. Никогда прежде она не испытывала подобных чувств
к мужчине. Да, ей было хорошо с Пьером Леженом, но такая страсть охватила ее
впервые. Каждая ее клеточка трепетала в предчувствии возможной скорой
близости.
— Я хочу быть с тобой, — прошептала Лора. — Я хочу тебя,
любимый.
Том молча подхватил ее на руки и понес в спальню.
Он бережно уложил Лору на широкую постель, наклонился и поцеловал в губы.
Сердце у нее сильно, часто забилось, она стала лихорадочно срывать с себя
одежду, отбрасывая ее на пол.
Том тоже торопливо разделся, лег рядом с Лорой и нежно коснулся рукой ее
обнаженной груди. Его ласки становились все настойчивее. Волны нарастающего
желания пробегали по ее телу. Лора все теснее прижималась к нему, стремясь
слиться с Томом воедино, почувствовать его в себе и испытать подлинное
наслаждение.
Том бормотал какие-то ласковые слова, жадно срывая поцелуи с ее губ, и Лоре
казалось, что, кроме них, на свете никого не существует. Их тела двигались в
едином ритме, и в миг, когда наслаждение достигло высшей точки, она
застонала от невыразимого блаженства.
Медленно приходя в себя, Лора подумала, что никогда в жизни не была так
безумно, невероятно счастлива.
Волшебный уик-энд на Бермудах пролетел как одно мгновение. Лора никогда еще
не испытывала такого полного счастья, как в эти дни, проведенные вместе с
Томом.
Они, как дети, резвились в прозрачной теплой воде, смеялись и играли, но
внезапно, прервав игру, замирали, жадно глядя друг другу в глаза, а потом
сливались в бесконечном поцелуе; они часами занимались любовью и не
испытывали пресыщения; казалось, утоленная страсть разгоралась с новой
силой.
Том был умелым, опытным любовником и в то же время необыкновенно чутким,
тактичным, внимательным, готовым выполнить любое Лорино желание. Он говорил,
что никогда еще не встречал такой удивительной женщины.
Рядом с ним она чувствовала себя богиней — непревзойденной, сгорающей от
страсти, женственной и прекрасной.
Лора утопала в этом облаке любви, пребывая наверху блаженства; все былые
невзгоды и разочарования отступали прочь, казались мелкими и ненужными.
Какое счастье, — думала она, лежа рядом с Томом и глядя в его красивое
лицо, — что мы встретились! Мы созданы друг для друга. Мы — единое
целое и не можем существовать порознь
.
По вечерам, взявшись за руки, они совершали долгие прогулки по залитому
лунным светом пляжу, сидели на теп лом песке и слушали ласковый шепот волн.
А иногда проводили время в неспешных беседах, уютно устроившись в гамаке на
веранде и потягивая белое легкое вино из широких бокалов.
Том научил Лору плавать на большой глубине, и она с удивлением и
любопытством разглядывала стайки экзотических рыбок самой невероятной
окраски, лениво скользящих мимо. Подводный мир открывал перед ней свои тайны
и поражал разнообразием. Томас с увлечением занимался подводной ловлей, а
потом жарил свою добычу, со смехом уверяя, что никому не доверит
приготовление столь восхитительной пищи.
В последний их вечер на Бермудах Том устроил романтический ужин при свечах
на веранде. Он приготовил жареную на углях рыбу и салат, а на десерт сорвал
с бананового дерева два золотистых, напоенных солнцем плода. Лоре
показалось, что это самая восхитительная трапеза в ее жизни, никогда прежде
она не пробовала такой вкусноты. Стол украшала ваза с гибискусами, среди
которых оказался неизвестный Лоре цветок. Белый, по форме немного
напоминающий лилию, на длинном стебле, он выделялся своей красотой и
изумительным сладковатым ароматом.
— Что это за цветок? — удивленно спросила Лора. — Я раньше
никогда таких не видела.
— Он называется
королева ночи
, — ответил Том. — И
распускается только на одну ночь, а к утру его лепестки вянут и опадают.
— Как жаль, — прошептала Лора, и ее приподнятое настроение
внезапно сменилось печалью. — Почему такое совершенство не существует
вечно?..
Зеленые глаза Тома затуманились.
— Очевидно, потому, что мир, в котором мы живем, несовершенен, — с
легкой грустью произнес он. — Теперь если я когда-нибудь снова увижу
этот цветок, то обязательно вспомню о тебе, моя дорогая, любимая Лора.
Неожиданный порыв ветра всколыхнул верхушки могучих деревьев, пробежался по
траве, зашелестели увивающие веранду растения, а свечи, стоявшие на столе,
погасли.
В словах Тома Лоре послышалось столько печали и обреченности, что сердце у
нее мгновенно сжалось от острой боли и две круглые слезинки скатились по
щекам.
Том поднялся, достал из вазы цветок и, подойдя к Лоре, вплел его в ее
распущенные светлые волосы.
— Ты — моя королева ночи, — нежно произнес он и прижался губами к
ее щеке.
Почувствовав соленый вкус слез, он поднял голову и удивленно спросил:
— Ты плачешь, дорогая? Почему?
Лора слабо улыбнулась.
— Я хотела бы, чтобы наше счастье длилось вечно, — прошептала
она. — Только ты и я, только мы с тобой вдвоем на всем белом свете.
Том ласково обнял ее за плечи и тихо сказал:
— Моя любимая, бесценная девочка! Жизнь человека определяется
предначертанной ему судьбой, и мы не в силах противиться ей. — Он
немного помолчал, а потом продолжил:
— Не будем ничего загадывать наперед. Сейчас мы с тобой счастливы, и
это прекрасно. Мы вместе, любим друг друга, и ничто не имеет значения, кроме
нашей любви. Верь мне, Лора, и всегда помни об этом.
Он дотронулся кончиками пальцев до ее виска и откинул упавшую на лоб прядь
волос.
— Пойдем в дом, дорогая. Становится прохладно.
На рассвете Лора проснулась от щемящего чувства печали и тревожных
предчувствий. Она взглянула на
королеву ночи
, оставленную на туалетном
столике: лепестки цветка поникли и казались безжизненными. Лора вздохнула и
посмотрела на Тома, лежащего рядом с ней. Он спал, его лицо было спокойно и
безмятежно. Как он был красив, нежен, ласков, внимателен... Какие чудесные
дни они провели в этом райском уголке, сколько счастья — полного, острого,
необъятного он подарил ей...
Она легонько коснулась ладонью его щеки. Том что-то пробормотал, но не
проснулся. Лора осторожно положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Как
долго продлится это счастье: всю жизнь или один миг? Что ждет ее впереди:
жизнь, наполненная любовью, радостью, желанием, или снова унылое, серое
одиночество, пустота и печаль? Кто знает ответ?
Вот если бы этот рассвет длился вечно...
— Лежен? Это вы? — раздался в телефонной трубке хрипловатый пьяный
голос. — Вы меня слышите?
Пьер Лежен устало вздохнул. Он целый день занимался бумажными делами и
теперь уже собирался уходить, как вдруг позвонил этот идиот Ратти.
— Ну что тебе? — раздраженно пробурчал он.
— Я все-таки сделал это! — В голосе Ратти прозвучали торжествующие
нотки, и он рассмеялся. — Я сделал то, о чем так долго мечтал!
— Слушай, говори по существу — или я довешу трубку! — зло бросил
Лежен.
— Я порезал их!
— Что? — У Пьера внезапно перехватило дыхание. — Что ты
сделал?
— Порезал их! — радостно повторил Ратти. — На маленькие
кусочки!
— Что ты мелешь, придурок? — растерянно пробормотал Пьер,
чувствуя, как его бросило в жар. — Кого ты порезал?
— Их! Шлюх!
Пьер вскочил со стула, и в его широко раскрытых глазах застыл ужас.
— То есть как? — прошептал он.
— А вот так, месье Лежен! Взял и... чик-чик на маленькие кусочки! Они
заслуживают самого сурового наказания, эти девки!
Не может быть, не может быть! — лихорадочно билось в голове
Пьера. — Неужели этот тип расправился с девушками? Господи, что же
теперь будет?
Ведь если кто-нибудь узнает, что он велел этому полоумному шпионить за
обитательницами квартиры № 613, то все — ему конец! Его привлекут за
соучастие, с позором выгонят из полиции, а дальше... Даже страшно
представить все последствия.
— Ты откуда звонишь? — еле слышно спросил Пьер.
— Из дома, месье Лежен. Хотите приехать и увидеть все своими глазами?
— Я сейчас у тебя буду. Жди! — коротко бросил Пьер.
Швырнув трубку на рычаг, он выбежал из кабинета, сел в машину и через
несколько минут уже звонил в дверь квартиры Луи Ратти.
— Ну, где они? — крикнул он, когда Ратти с пьяной ухмылкой на
лице, покачиваясь, открыл дверь. — Где они?
— Сейчас все увидите сами! — торжественно объявил Ратти. — Я
думаю, вы останетесь довольны!
Пьер оттолкнул Ратти и ворвался в комнату.
— Где они, идиот, говори! — яростно заорал он.
— Не волнуйтесь, месье Лежен, — забормотал Ратти. — Не
волнуйтесь, они в спальне.
Пьер ринулся в темную спальню и стал нащупывать на стене выключатель.
— Зажги немедленно свет! Слышишь?
— В моей спальне нет света, месье Лежен, — глупо захихикал
Ратти. — Я пользуюсь только ночником. Я люблю полумрак, он возбуждает,
навевает грезы, желания...
Ратти подошел к столику около постели и включил ночник. Пьер безумным
взглядом окинул полутемную комнату. На полу валялось множество мелких
кусочков глянцевой бумаги.
— Что это? — прошептал он.
— Я изрезал фотографии на мельчайшие кусочки, месье Лежен, — как
ни в чем не бывало объяснил Ратти. — Ножницы так звонко резали их
соблазнительные тела, смеющиеся лица... Вот так: чик-чик... Я давно мечтал
услышать эти звуки. Я наслаждался ими! Они получили по заслугам, эти грязные
шлюхи!
Несколько минут Пьер стоял в оцепенении, не в силах вымолвить ни слова, и
тупо глядел на разбросанные по полу обрезки фотографий. Наконец он опомнился
и, грубо схватив Ратти за плечо, яростно заорал:
— Идиот! Что ты мелешь, что за чушь ты несешь?!
— Месье Лежен, отпустите меня, я не сделал ничего плохого! —
испуганно забормотал Ратти.
— Какого черта ты плел мне эти небылицы? Зачем изрезал фотографии,
придурок? Разве я об этом тебя просил?
Я велел тебе следить за мисс Форсайт, блондинкой, а ты чем занимаешься?
Какая разница: мисс Форсайт — не мисс Форсайт, блондинка или
брюнетка? — злобно подумал Ратти. — Все они потаскухи и
заслуживают наказания. Строгого наказания.
Развратные девки, дешевки...
До сих пор Ратти так и не удалось выяснить, которая из девушек, проживающих
в квартире № 613, мисс Форсайт, хотя он постоянно наблюдал за ними в
бинокль. Разве это имеет какое-нибудь значение? Но этот злобный высокомерный
полицейский Лежен, который только и ждет, чтобы засадить его в тюрьму,
разумеется, не должен ни о чем догадываться.
— Зачем ты уничтожил фотографии? — рявкнул Лежен. — Старый
осел, тупица!
— Месье Лежен, не волнуйтесь, у меня остались негативы, —
услужливо произнес Ратти.
— Перестань заниматься ерундой и помни: меня интересует только одна
блондинка — мисс Форсайт. Следи за ней и все сообщай мне, если не хочешь
оказаться в участке.
— Слушаюсь! — Ратти вытянулся в струнку и отсалютовал ему
рукой. — Сделаю все, как вы скажете! — А про себя прошептал:
Дерьмо!
Пьер смерил его презрительным ледяным взглядом и кивнул.
— Давай, действуй! — коротко бросил он и направился к двери.
Лора вышла из приемной Тома Хаусона и в растерянности остановилась. Она
ничего не понимала. Абсолютно ничего.
Накануне они с Томом вернулись в Нью-Йорк, он проводил ее до дома, нежно
поцеловал на прощание и сказал:
До скорой встречи, дорогая!
Том знал, что в конце недели Лора возвращается в Монако, и даже выразил
желание слетать к ней на пару деньков. И что же теперь? Секретарша — наглая
брюнетка — нахально заявила, что мистера Хаусона нет и в ближайшее время не
будет. Этот ответ так изумил Лору, что ей и в голову не пришло расспросить
девицу поподробнее.
Это какая-то ошибка, — думала она. — Не может быть, чтобы Томас
куда-то внезапно уехал. Он обязательно сообщил бы мне о своих планах! Да и
как он мог уехать, не попрощавшись?
Лора собралась с духом и решительным жестом распахнула дверь.
— Прошу прощения, — сказала она. — Я бы хотела оставить
записку вашему шефу.
Секретарша подняла голову и недовольно посмотрела на назойливую
посетительницу.
— Мистера Хаусона в ближайшие несколько недель не будет, — нехотя
ответила она. — Он не сумеет прочесть вашу записку, мисс.
— Но... он наверняка будет звонить?
Секретарша поджала тонкие губы и покачала головой.
— В подобных обстоятельствах люди и не вспоминают о работе, —
произнесла она. — Неужели не ясно?
— В каких обстоятельствах? — еле слышно спросила Лора.
— Как, разве вы ничего не знаете? — неожиданно оживилась
девица. — Мистер Хаусон через несколько дней женится!
— Что? Как женится?
— Очень просто! Как все люди! А после свадьбы они с женой уезжают на
три недели отдыхать. Сами понимаете, медовый месяц! — Секретарша
захихикала. — Конечно, он не будет звонить в офис во время медового
месяца!
Внезапно Лору охватила слабость, она оперлась рукой о стол, чтобы не упасть.
Лицо ее побледнело, в висках застучало.
Девица испуганно взглянула на нее и озабоченно произнесла:
— Мисс, вам нехорошо? Может, выпьете чай или кофе?
— Нет-нет, — прошептала Лора. — Со мной все в порядке. Я...
просто хотела оставить мистеру Хаусону записку... Это касается результатов
экзаменов... Но нет, спасибо, я пойду.
Она добрела до двери и, закрыв ее, прислонилась к ней спиной-. Все кончено.
Королева ночи
царствует и цветет лишь несколько часов, а потом ее нежные,
прелестные лепестки вянут, опадают, превращаясь в ничто. В прах.
Горячие слезы хлынули у нее из глаз, она закрыла лицо руками и в отчаянии
побежала по коридору к выходу, не замечая идущих ей навстречу людей.
Лора не могла больше оставаться в Нью-Йорке, ее сердце разрывалось от боли и
горя, а в воспаленном мозгу пульсировала одна-единственная мысль:
Домой!
Скорее домой, в Монако!
Она не стала дожидаться объявления результатов экзаменов и лишь заранее
поздравила Эндрю Пакарта, который на сей раз, по-видимому, добился успеха.
Это была его третья — и последняя — попытка, и Лора искренне надеялась, что
у него все будет хорошо. Он долго боролся и заслужил победу.
Она торопливо собрала вещи и поехала в аэропорт, чтобы ближайшим рейсом
вылететь домой. Ей казалось, что мир рушится у нее на глазах, и она ничего
не могла с этим поделать. Счастье длилось не дольше мгновения — ровно
столько, сколько живет
королева ночи
.
Глава 26
Когда Дженифер появилась в квартире Квентина, вечеринка была уже в разгаре.
В холле ее встретила Генриетта в потрясающем брючном костюме из яркого
шифона пурпурно-розово-оранжевой расцветки; они расцеловались и направились
к гостям. Оглядев подругу с головы до ног, Дженифер улыбнулась. Генриетта
прекрасно выглядела, была веселой, оживленной, ее лицо просто светилось от
счастья.
Вот что значит быть влюбленной, — с легкой завистью подумала Дженифер.
Но тотчас же мысленно одернула себя:
— Между прочим, и у тебя все это было: любовь, романтика, восторженные
чувства... Кто виноват в том, что так получилось? Ты сама, и никто больше!
Дженифер рассчитывала встретить Алекса среди гостей, но его нигде не было
видно.
Может быть, он придет позднее? — утешала она себя. — Или Алекс,
узнав, что я тоже буду у Квентина, нарочно решил не приходить? Не хочет
разговоров, выяснения отношений?
Не желает меня видеть?
Внезапно Дженифер охватили злость и досада.
— Пошел он к черту! — прошептала она. — Мир не рухнет, если
мы перестанем встречаться! В конце концов я еще найду любимого человека! На
Алексе свет клином не сошелся! Правильно Лора назвала его самодовольным,
самовлюбленным самцом!
А Креп? — подумала она. — Почему же так получилось с ним? Неужели
он тоже меня бросил? Разочаровался? Разлюбил?
К Дженифер подошел сияющий Квентин в белой рубашке и белых брюках, с
интересом оглядел ее с головы до ног и воскликнул:
— Лапуля, ты сегодня неотразима! Я ослеплен твоей красотой!
— Тебе нравится мой новый наряд? — кокетливо улыбнулась Дженифер.
— Ты выглядишь сногсшибательно! — В бирюзовых глазах Квентина
мелькали озорные искорки. — Эх, детка, если бы не Генриетта...
— То что?
— Я бы прямо сейчас увел тебя в свою спальню, — страстно прошептал
Квентин, наклонившись к Дженифер. — Мы занялись бы любовью, дорогая...
— Квентин, ты несносный, противный мальчишка! — промурлыкала
Дженифер. — Когда же ты станешь серьезным?
— Крошка, ну что я могу с собой поделать? — шутливо воскликнул
он. &mda
...Закладка в соц.сетях
