Жанр: Любовные романы
Беспокойный ветер
... подниматься по лестнице.
Опустив руки, Джем смотрела ему вслед.
Войдя в спальню, Риз упал на кровать и закрыл лицо руками. Потрясение от
рождественской елки было огромным. Он никогда не думал, что Джем так любит
Рождество. Черт побери, да если знать ее как следует, то неудивительно было
бы, если бы она вовсе не обратила внимания на этот праздник и продолжала бы
работать, как в обычные дни. Но она превратила весь дом в пекарню и завалила
его сосновыми ветками.
С тех пор как Ризу приходило в голову отметить Рождество, казалось, прошла
целая вечность. Обычно он брал бутылку виски и пил до тех пор, пока не
проходило Рождество, унося с собой все печальные воспоминания. Но Джем
воскресила их снова. Одиночество охватило его сильней, чем когда-либо.
Риз поднял голову и подошел к комоду. Выдвинув ящик, он несколько мгновений
смотрел на коричневую шкатулку, в которой хранил свои незначительные
сбережения. С тех пор как они заключили сделку, Джем каждый месяц
выплачивала Ризу содержание. Когда Риз впервые спросил ее насчет оплаты, она
удивилась. Потом она объяснила ему, что вовсе не намерена продержать его
целый год без денег, но основную часть платы он получит, когда будут
исполнены условия контракта.
За исключением небольшой суммы, Риз сохранил все деньги. И вот он смотрел на
них. Подсчитав сбережения, он остался доволен. На компанию по перевозкам,
конечно, пока не хватит, но все равно приличная сумма. Он сморгнул, вспомнив
коробейника в городе, который продавал безделушки к Рождеству. Риз глубоко
вздохнул, раздумывая о великолепной елке, стоявшей внизу. Джем, без
сомнения, положит под елку подарки, и впервые за много лет Риз понимал, что
празднования Рождества ему не избежать.
Джем в этот момент тоже думала о подарках. В особенности об одном,
конкретном. Он должен быть совершенно особым. Человек, который не имеет
представления о Рождестве, должен получить в подарок что-нибудь необычное.
Улыбка озарила лицо Джем, Она придумала, что подарить Ризу.
Прошло еще несколько дней, и наступил сочельник. Абигейл и Майкл должны были
прийти на следующий день, а этот вечер Джем и Ризу предстояло провести
вдвоем. Джем решила поддержать обычай отца по отношению к работникам.
Заранее объяснив это Ризу, она взяла его в помощники.
Каждый работник получил месячную плату золотом, а в придачу — серебряный нож
с эмблемой ранчо Уитэйкеров. Потом был большой обед для всех: жареная
индейка, ветчина и пиво, овощи, жаркое, клюква и свежие булочки. Дел-ла
испекла пироги со смородиной и приготовила ромовый пудинг с изюмом.
Джем было приятно смотреть, как работники празднуют Рождество, особенно те,
у которых не было семей. Мэри со своим мужем сидели среди одиноких ковбоев.
Их дети уже давно выросли и покинули ранчо. Джем знала, что большинство
фермеров не устраивают праздничного обеда для своих работников, но ее отец
всегда чувствовал ответственность за всех, кто жил на ранчо.
Когда работники принялись за еду, Джем и Риз вышли из столовой. Назавтра
готовился еще один большой обед для Пита, Деллы, Абигейл и Майкла, но
сегодня они с Ризом собирались поужинать вдвоем.
Риз с удивлением взглянул на обеденный стол, накрытый всего на две персоны,
но Джем с улыбкой сказала:
— Обещаю, что не стану петь рождественских гимнов. Мне показалось, что
на сегодняшний вечер лучшие планы — тихий ужин вдвоем.
Покончив с едой, Джем повела Риза в комнату, где пылал огонь в камине,
озаряя сверкающую украшениями елку. Она подошла к окну, пока Риз разливал
напитки.
— Мне бы хотелось, чтобы сейчас шел снег.
— Никогда бы не подумал, что ты так сентиментальна.
Джем постаралась ответить беззаботно:
— Ты же знаешь, что я не всегда бываю такая.
— Да ну? А я уж было подумал, что ты — Санта-Клаус в юбке!
— Просто я хотела вспомнить свои лучшие годы. Когда моя мать была жива,
в нашем доме на Рождество всегда был настоящий праздник. Мама и отец... —
Джем умолкла, вспоминая, как любили друг друга ее родители.
— Так оно обычно и бывает.
— Ты помнишь Рождество именно таким? — мягко спросила Джем.
Риз поднялся, подошел к буфету и налил еще стакан.
— У меня довольно беспорядочные воспоминания о Рождестве.
— Быть может, нам посчастливится создать новые. — При этих словах Риз
обернулся и увидел, что Джем подходит к нему. Не без колебаний она протянула
руку и коснулась его лица. При ее прикосновении Риз замер.
У Джем был заготовлен для него особый подарок, который она хотела вручить
ему до утра. Но в ее движениях не было настойчивости. Нежно поцеловав его в
шею, Джем вздохнула, когда Риз заключил ее в объятия. Они опустились на
ковер перед горящим камином. В ее прикосновениях не было жадной страстности,
только ласка и нежность. Огонь в камине отбрасывал отблески на их лица, и
Джем заметила, что в глазах Риза прячется боль.
Джем старалась изо всех сил, чтобы эта боль исчезла. Словно у них впереди
была целая вечность, она не торопились и не торопила его. В этот раз Джем
полностью отдавалась ему — не только телом, но и душой.
Желая что-нибудь дать ей взамен, Риз понимал, что в его душе — лишь пустота,
которую он так стремился заполнить. На мгновение он забыл, что сердце Джем
принадлежит не ему, а Чарльзу Сойеру. Риз понимал в эти минуты, что они с
Джем идеально подходят друг другу. Его боль усилилась, потому что он знал:
этот подарок не из тех, что можно положить на полку и навсегда сохранить.
Ведь через три месяца этой удивительной женщины уже не будет с ним. Но
заглянув в ее янтарные глаза, Риз понял, что она останется в его сердце.
Джем уронила голову ему на плечо, и Риз выглянул в окно. Снег, о котором она
так мечтала, падал за окном мягкими, огромными хлопьями, покрывая белым
ковром промерзшую землю. Ризу показалось, что сама природа покоряется воле
этой женщины.
Рождественское утро оказалось прекрасным. Снег продолжал падать большими
пушистыми хлопьями.
Джем нетерпеливо спрыгнула с постели, как ребенок, впервые узнавший, что
такое праздник Рождества. Риз пытался свернуться в клубок под теплым
одеялом, но Джем была неумолима:
— Нет, нет, соня, хватит нежиться! Зевнув, она стащила с него одеяло.
— Ты что, еще не выросла?
— Нет, а ты?
Риз терпеливо вздохнул.
— Ты ведь не уйдешь, пока я не встану?
— Нет.
Риз поднялся и потянулся за своей одеждой.
— Я хочу кофе, — сообщил он, копаясь в ящике комода.
— Сначала мы посмотрим, что лежит у нас в чулках.
Джем потащила его вниз по лестнице. Она натянула халат поверх ночной рубашки
точь-в-точь, как она всегда делала в детстве.
Как и ожидал Риз, под елкой лежали подарки в разноцветных обертках.
— Не хочешь подождать Пита и Деллу? — спросил он, надеясь оттянуть
время.
— Нет! — улыбнулась Джем.
Джем встряхнула пакеты, на которых было написано ее имя, и неохотно положила
их на место.
— Все-таки придется дождаться Пита и Деллы, — со вздохом согласилась
она. — Иначе они заставят меня вернуть подарки.
— Тогда пойдем выпьем кофе.
— Не так быстро. — Джем принялась рыться в подарках и наконец нашла то,
что искала. Риз с подозрением наблюдал, как она разворачивает крошечный
пакет и вручает его ему. Развязав ленту, он увидел маленькую коробочку. Но
когда он открыл ее и увидел содержимое, он замер в изумлении.
— Это кусочек сахара? Джем рассмеялась.
— Я так и знала, что ты не позаботишься подарить что-нибудь Дэнни.
— Так это ты сделала?
— Пойдем, отдадим ему подарок.
— Сейчас? А как же мой кофе?
— Конечно, прямо сейчас! У животных тоже есть душа. — Джем решительно
потянула Риза за собой в конюшню.
Риз неохотно последовал за ней.
— Это просто смешно, Джем. Никогда не подозревал, что ты будешь вести
себя так глупо и сентиментально с лошадью. А что ты подаришь своему жере...
— Он умолк, увидев, как Джем выводит Дэнни из стойла. На спине жеребца
красовалось самое великолепное седло из всех, что Ризу доводилось видеть за
свою жизнь. Риз протянул руку и провел пальцами по искусно выделанной коже.
Придя в себя, он возбужденно произнес:
— Это лучшее из всего, что я видел! — Риз разглядывал чудесное седло,
понимая, что за него пришлось выложить столько денег, сколько он не
заработал бы и за полгода. — Джем?
Джем пожала плечами.
— Твое старое седло было таким потрепанным. — Риз вытаращил глаза, но
удержался и не стал спорить с очевидным фактом. Но ведь она могла купить
простое дешевое седло!
Джем поспешно продолжала.
— И еще я хотела, чтобы это Рождество стало для тебя необычным.
Риз подозрительно сощурился.
— Ты что, всегда устраиваешь на Рождество такую кутерьму?
— Как правило.
Риз молчал, пристально глядя на нее.
— Ну, иногда.
Риз не произнес ни слова.
— Ну, хорошо, никогда. С тех пор, как мои родители умерли...
— Ты устроила все это для меня?
Джем отвернулась, уставившись на двери конюшни.
— Конечно, нет. В конце концов, это ведь Рождество.
Риз продолжал молча смотреть на нее.
— Ну ладно, да. Я подумала, что это возместит для тебя все прошлые
пропущенные праздники.
Повернувшись к нему, Джем ждала его реакции. Риз торжественно произнес:
— У тебя это получилось.
Джем облегченно вздохнула и скова повернулась к двери.
— Погоди, Джем. — Она вопросительно взглянула на него, а Риз полез в
карман. — У меня для тебя тоже есть кое-что.
— Но ты совсем не обязан делать мне подарок.
Риз выразительно кивнул на седло.
— Ну, конечно, сейчас ты скажешь, что подарки для тебя ничего не
значат.
Джем вспыхнула, поняв, что спорить бесполезно, и молча приняла из его рук
маленькую коробочку.
— Я не завернул его, — извинился Риз.
Когда Джем поднимала крышку, руки ее почему-то дрожали. Она не привыкла
получать подарки от мужчин. Увидев содержимое коробочки, она затаила
дыхание. Это был маленький дагерротипический снимок Риза.
Джем не в силах была пошевелиться, или произнести хоть слово. Риз достал
снимок из коробочки.
— Я был в городе, встретил там фотографа и подумал, что ты можешь
положить снимок в медальон, который ты всегда носишь. —
Чтобы помнить обо
мне
, — подумал он.
У Джем перехватило горло, и она с ужасом подумала, что еще немного, и
расплачется.
Никто никогда не делал для меня ничего подобного
, — сказала
она про себя.
Она нащупала медальон и раскрыла его.
— Тебе помочь?
Джем молча кивнула, и Риз вставил снимок в медальон и захлопнул крышку.
— С Рождеством, Джем!
При этих словах она наконец обрела дар речи и ответила:
— С Рождеством, Риз!
ГЛАВА 29
На кухне царила обычная рождественская суета, но Риз не знал, что так бывает
всегда. Когда они с Джем вошли на кухню, ему показалось, что он попал в
осиное гнездо. Пит, Делла и Мэри трудились не покладая рук.
Пытаясь раздобыть для себя чашечку кофе, Риз поддразнил своего помощника:
— Я-то думал, вы еще в постели!
— Это в рождественское-то утро? Мы с Деллой уже несколько часов на
ногах! Как ты думаешь, кто надевал седло на Дэнни?
Неплохо сказано. Впрочем, Риз не удивился бы, если бы Джем поручила эту
работу домовому. Он решил ответить вопросом на вопрос:
— Ты не хочешь выпить кофе?
— Я уже выпил полкофейника, и если я оторвусь от работы хоть на
минутку, Делла меня побьет, — ответил Пит, увидев, что Делла грозно смотрит
на него. — Правда, дорогая?
— Я тебе не дорогая. Мне надо еще хлебных крошек.
— Вот видишь? — на лице Пита появилось покорное выражение, но,
передавая Делле чашку с хлебными крошками, он украдкой поцеловал ее, прежде
чем она успела возразить. Риз увидел, что на щеках Деллы появился легкий
румянец.
Остаток дня прошел в такой же суматохе. На ранчо заглядывали соседи с
подарками и поздравлениями. Около трех часов приехали Абигейл и Майкл. У них
был такой таинственный вид, что заинтригованная Джем наконец спросила у
Абигейл:
— Что с вами случилось?
Абигейл бросила на Майкла заговорщицкий взгляд.
— Ну что, скажем им?
— Разве тебя удержишь? — ответил Майкл, для вида выражая протест. Риз и
Джем озадаченно переглянулись.
— Это Рождество — последнее, которое мы встречаем вдвоем! — объявила
Абигейл. — На следующий год вокруг нас будет бегать маленький Фэйрчайлд!
Джем бросилась ей на шею, а Риз пожал Майклу руку.
— Абигейл, это чудесно! У тебя будет ребенок! — радостно воскликнула
Джем.
— Он будет похож на Майкла, — доверительно сообщила ей Абигейл. — Я так
надеялась, так молилась! Это самое волшебное Рождество!
Риз встретился взглядом с Джем, и она прочла в его глазах молчаливое
согласие со словами Абигейл. Джем переполняли чувства, она принялась
суетиться и разливать напитки.
Абигейл тихонько подошла к Ризу, и он улыбнулся ей:
— Мы рады за тебя, Абигейл.
— Спасибо, Риз. Похоже, у нас у всех сегодня настоящий праздник. — Она
взглянула на счастливое раскрасневшееся лицо Джем, и Риз проследил за ее
взглядом. — Видно, она не зря носила этот медальон.
— Медальон?
Абигейл удивленно взглянула на него.
— Ну, еще со свадьбы. Два сердца слились в одно. — Риз промолчал, и
Абигейл коснулась его плеча. — Надеюсь, я не сказала ничего бестактного.
Вздрогнув, Риз взял себя в руки.
— Нет-нет, Абби.
Со свадьбы? Слова Абигейл потрясли его до глубины души.
Все уселись за стол. Рождественский обед был просто великолепен. Стол
ломился от угощений. Выведав несколько недель назад у Риза, какие блюда он
любит больше всего, Делла и Джем приготовили праздничный обед по его выбору.
Риз, сидевший во главе стола, начал разрезать индейку, и тут раздался стук
дверного молоточка. Джем поставила на стол тарелку, которую собиралась
передать Ризу.
— Я открою, Делла. Мэри занята на кухне.
— Нет, сидите. Я сама открою, — предложила Абигейл, направившись к
двери. Риз продолжал возиться с индейкой, и Джем не обратила внимания на
радостный возглас Абигейл: ведь с самого утра в дом то и дело заглядывали
соседи. Абигейл вернулась в столовую, а за ней шла гостья.
— Посмотрите, кто пришел! — взволнованно объявила Абигейл.
Головы присутствующих обернулись к ней, на лицах отразились самые
разнообразные чувства. Риз был приятно удивлен. Пит и Делла выглядели
гостеприимно, но на лице Джем было написано настоящее потрясение. Красивая
блондинка улыбнулась Джем, ее голубые глаза сверкнули.
— Лили? — выдавила Джем, еще не придя в себя.
— С Рождеством, сестричка! — Лили бросилась в объятия Джем.
Сестричка? Риз вопросительно смотрел на Джем, обнимающуюся с сестрой. Джем
была смущена и почему-то недовольна.
Отступив на шаг, Лили оглядела стол.
— Я думала сделать тебе сюрприз. Джем обрела дар речи.
— Тебе это удалось.
Пока Лили обнималась с Деллой, та ворчала:
— Ты всегда умела устроить переполох.
— Да, просто удивительно, — добавил Пит. По комнате пронесся звенящий
смех Лили.
— Вы такие милые. — Лили оглядела сидящих за столом и остановила взгляд
на Ризе. — Я всех здесь знаю... кроме вас.
— Я тоже, — ровным голосом ответил Риз.
— Ах, простите, — пробормотала Джем. — риз, это моя сестра Лили. Лили,
это Риз, мой муж. — На последних двух словах она слегка запнулась, но сестра
этого не заметила.
— Джем, почему ты скрывала от меня такую новость? — Джем беспомощно
пожала плечами, увидев, что Лили уже принялась за дело. — Такой красивый
мужчина! Я на тебя злюсь, что ты не пригласила меня на свадьбу, но я все
прощу, если мне нальют стакан хереса.
Лили соблазнительно подмигнула Ризу, и Джем поспешила ответить:
— Я не смогла разыскать тебя, чтобы сообщить о свадьбе. Ты ведь не
задерживаешься на одном месте подолгу.
— Это верно, — с улыбкой согласилась Лили. — Но, с другой стороны, я не
знала, что у тебя есть для меня хорошие новости.
Джем смотрела на Риза и свою красавицу сестру, чувствуя, как у нее сжимается
горло. Она отошла налить Лили стакан хереса, как всегда ощущая себя рядом с
сестрой неуклюжей и уродливой. Когда она вернулась, Майкл делал Лили
комплименты. Глядя, что все смотрят на сестру с восхищением, Джем
почувствовала, как к ней возвращается прежняя неуверенность. Она вручила
сестре стакан и встала рядом с Абигейл.
Абигейл сжала ее руку, и это напомнило ей о том, что многое в ее жизни
изменилось. И все же за столом и после обеда Джем миллион раз пожалела, что
не унаследовала от матери красоту и изящество.
Лили, на удивление женственная и милая, привлекала к себе внимание с первых
дней своей жизни. Они с Джем были совершенно не похожи друг на друга. Чем
старательнее Джем училась работать на ранчо, тем меньше Лили была склонна
терпеть одиночество сельской жизни. При первом же удобном случае она уехала
учиться и с тех пор редко посещала родное ранчо.
Джем не виделась с Лили с тех пор, как умер отец, да и тогда сестра
погостила у них лишь несколько дней после похорон и снова уехала.
Когда праздничный вечер окончился и Джем и Риз закрыли дверь за
Фэйрчайлдами, Лили зевнула во весь рот.
— Спасибо, сестричка, — прошептала она на ухо Джем. — Мне нужно было
встретить Рождество в родном доме. — Джем обняла ее, разрываясь между
противоречивыми чувствами, которые она всегда испытывала к своей сестре.
Когда Джем и Риз оказались в спальне, Риз спросил:
— Ты не говорила мне, что у тебя есть сестра, по какой-то особой
причине?
Конечно! Она красива, а я — нет! — сказала про себя Джем.
— Нет, — вслух ответила она. — Просто никогда не представлялся случай.
— Пожав плечами, Джем подошла к окну и уставилась в чернильную темноту ночи.
— И потом, она редко приезжает к нам, и я думала, что после смерти папы... —
Голос ее прервался. Джем думала, что после смерти отца Лили не будет больше
приезжать в родной дом.
— Значит, на случай Рождества у тебя есть родные.
Джем взяла себя в руки.
— Да, это придает празднику особую прелесть. — Она легко рассмеялась,
вспоминая давние рождественские праздники. — Когда Лили была маленькой, она
рылась во всех чулках с подарками без спросу и брала все, что хотела. А
потом она клала подарки, которые ей не нравились, в мой чулок в обмен на то
что взяла. Она и не подозревала, что мама с папой об этом знают.
Риз подошел к Джем и обнял ее сзади за плечи.
— По-моему, ты права. Нам нужны новые воспоминания. Держу пари, что
сейчас она бы не посмела отбирать твои подарки.
Джем почувствовала себя в безопасности в теплых объятиях Риза, но холодок в
ее душе не исчез. Быть может, Лили уже не станет бороться
с
ней за всякие безделушки, но не попытается ли она отобрать у нее
Риза? Во всяком случае, Чарльз не устоял против чар Лили на отцовских
похоронах. Джем поняла потом, что если бы Чарльз и Лили не разъехались в
разные стороны, ей пришлось бы выдержать нелегкую битву. Но она не винила
Чарльза. Лили всегда притягивала к себе мужчин, а чужие мужчины почему-то
были для нее особенно привлекательны.
Когда Риз с нежностью развернул Джем лицом к себе, она почувствовала в его
прикосновении скорее поддержку, чем страсть. Она знала, что ее страхи
неоправданны. Ее брак с Ризом — это деловое соглашение. И хотя рука,
гладившая ее по волосам, говорила иное, Джем понимала, что это правда: через
три месяца Риз уйдет из ее жизни, вернется на свободу, которой он так
жаждал, и тогда она сможет посвятить все свои помыслы Чарльзу и жизни, о
которой они когда-то мечтали с ним вдвоем. Джем склонила голову на плечо
Ризу, удивляясь тому, какую боль в ее душе вызвали эти мысли. Естественно,
эта боль могла появиться из-за приезда Лили, так разительно непохожей на
свою сестру. Лили была точной копией своей матери. Она всегда была красивой
и желанной. Джем вспоминала бесчисленные ночи, когда она лежала, зарыв лицо
в подушку и пересчитывая успехи Лили и свои собственные неудачи.
Она вспомнила попытки Лили втянуть ее в общество и свои отчаянные усилия,
которые прилагала, чтобы остаться в одиночестве, делая вид, что
непопулярность ничего для нее не значит. Джем мучилась из-за того, что ее
младшая сестра унаследовала не только красоту и изящество матери, но также и
ее способность привлекать к себе внимание.
Если Риз увлечется красотой Лили, то так тому и быть. Когда он уйдет с
ранчо, он может гоняться за любой женщиной, какая ему приглянется. Горло
Джем сжалось, когда она попыталась напомнить себе, что это значит, что она
тоже сможет вернуться к воспоминаниям о Чарльзе. По непонятной причине ей
было мучительно думать о том, что Риз окажется в объятиях другой женщины.
Она позволила Ризу успокоить себя, отказавшись размышлять а том, что будет,
когда он уйдет.
Следующие несколько дней прошли в бурной деятельности. По своему
обыкновению, Лили возглавила дела по хозяйству, превратив самые обыденные
занятия в драматические события. Она настаивала на том, чтобы устроить
большой званый обед на Новый Год, и заявила, что этот дом — настоящий
мавзолей, а то и могила, который она намерена вернуть к жизни.
Джем почти все время проводила над бухгалтерскими книгами в кабинете,
надеясь хоть таким образом избежать назойливой непоседливости Лили. Когда
дверь в кабинет внезапно распахнулась, Джем ни на мгновение не усомнилась,
кто к ней пожаловал.
— Почему ты все время торчишь в этой затхлой комнате? — спросила Лили.
— Я работаю. — Лили не заметила намека в словах Джем. Она уселась в
кожаное кресло, открыла коробку, стоявшую на буфете и с разочарованием
обнаружила в ней лишь несколько сигар.
— А шоколада нет?
— Должно быть, Делла приготовила. Лили рассеянно помахала рукой.
— Едва ли это то, к чему я привыкла. — Джем удивленно подняла брови. —
Неважно. Я хотела узнать, что ты завтра наденешь.
— Я еще не думала об этом. Наверное, платье. — После приезда Лили Джем
снова вернулась к своему привычному гардеробу, состоявшему из брюк и рубах,
не желая подчеркивать и без того бросавшееся в глаза различие между собой и
своей соблазнительной сестрой.
— Наверное? Я-то думала, что с таким красивым мужем ты навела порядок в
своем гардеробе. — Лили обвела Джем критическим взглядом. — Я помню, что ты
носила последние пять лет. Поверь мне, это тебе не идет.
Джем обиделась, но решила не показывать этого.
— Для моей работы не годятся платья с оборками и зонтики.
— Вокруг столько мужчин, зачем же ты продолжаешь возиться со всеми
этими вещами? — Тон Лили ясно говорил о том, что она считает работу Джем чем-
то совершенно недостойным женщины.
— Потому что мне это нравится, Лили. Тебе этого никогда не понять.
Лили подалась вперед.
— Ты знаешь, Джем, я люблю совсем другое — оперы, спектакли, магазины.
Целый мир, который ты никогда не видала.
— Я счастлива в своем мире.
Лили по своему обыкновению закрыла тему.
— Ну, это твоя жизнь. И все-таки ты должна надеть завтра что-нибудь
такое, что не оставит твоего красавца мужа равнодушным.
Почувствовав себя неловко, Джем поднялась из-за стола и взяла чашку с кофе.
— Наши отношения совсем не такие, как ты думаешь.
— Ты говоришь так, потому что тебе удалось подцепить такого чудесного
мужчину? Это произвело на меня впечатление...
— Забудь об этом. Я заключила договор только потому, что надо было
обеспечить будущее нашего ранчо.
— Договор?
— Да. Риз согласился жениться на мне, чтобы ранчо вычеркнули из черного
списка. После смерти отца люди решили, что он был виновен в краже скота.
Единственным способом сохранить ранчо было сменить имя владельца.
— Но почему Риз согласился на это?
— За деньги, естественно.
Лили прищурилась. Несмотря на свою репутацию легкомысленной девушки, она
вовсе не была глупа. Она видела свою сестру рядом с ее мужем. Джем могла
говорить все, что угодно, но Лили видела, что это вовсе не просто деловое
соглашение.
— А ты не собираешься превратить этот брак в настоящий?
Джем поставила чашку на стол.
— Это невозможно. Риз дорожит своей с
...Поділитися у соцмережах
