Жанр: Любовные романы
Много любви не бывает
... о том, как
должен был сложиться этот год и что сейчас все было бы по-другому. Они бы,
наверное, пышно отпраздновали первую годовщину свадьбы, может быть, затеяли
бы какое-нибудь небольшое путешествие... или, наоборот, отметили бы этот
день очень скромно, только с ее родителями... Отец! Как знать, может быть,
сложись все иначе, он был бы здоров...
Господи! Индия чуть не заплакала от отчаяния. Ведь все могло быть просто
замечательно, и ей бы не пришлось стоять теперь перед Эйденом и краснеть,
вспоминая прошлый год и их небывалую, как ей тогда казалось, любовь... — Ну
что же, по-моему, пора зайти в дом. И не успела Индия и слова сказать, как
Эйден решительным жестом забрал у нее сумки и направился к двери. Индия
смотрела ему вслед с невольным восхищением: она-то знала, какие они тяжелые,
но Эйден нес их так легко, будто это пуховые подушки.
Конечно, ей была знакома (и близко знакома) сила этих крепких рук. Короткие
рукава темно-коричневой тенниски открывали их почти полностью, и Индия не
могла оторвать от них взгляда. Сколько раз эти руки страстно сжимали ее в
объятьях...
— Индия...
Эйден смотрел на нее с какой-то странной усмешкой. На секунду Индии
показалось, что он знает, о чем она думает, и это забавляет его.
— Если мы не положим продукты в холодильник, они испортятся. Кроме
того, я хотел бы...
— Отца нет дома!
Она поторопилась выкрикнуть это — больше в голову ничего не пришло, но она
была преисполнена решимости выпроводить незваного гостя.
— Знаю, — Эйден словно отмахнулся от нее, — его-то я и жду.
Встретить тебя я не рассчитывал, думал, ты весь день на работе.
— Я сейчас не работаю.
Голос Индии стал еще тверже. Когда они познакомились, она была секретаршей у
одного местного бизнесмена. Занятие это ей не нравилось, и, как только они
объявили о помолвке, она поспешила оставить место. В течение года она так и
не смогла найти постоянную работу и в этих своих неудачах винила в первую
очередь Эйдена.
Впрочем, разве речь шла о неудачах? Он просто сломал ее жизнь!
Действительно, до встречи с ним у нее была пусть не очень счастливая, но
нормальная жизнь, как у всех: была какая-никакая работа, была замечательная
семья, были подруги, а главное — была надежда на счастье. А Эйден отнял у
нее все. Работы не было; часть подруг отвернулась от нее, да ей и самой было
не в радость встречаться со старыми знакомыми и ловить на себе любопытные
или сочувствующие взгляды; а семья... конечно, к болезни отца Эйден не имел
никакого отношения, но Индия, не отдавая себе отчета, винила его и в этом.
— Значит, ты свободна весь день?
— Да, а вот ты, наверное...
— Я сейчас совершенно свободен.
С этими словами Эйден толкнул незапертую дверь, прошел через холл на кухню,
поставил сумки на стол и начал неторопливо доставать оттуда всевозможную
снедь. — И не уйду, пока не поговорю с твоим отцом.
Индия, вошедшая вслед за ним, почти с ужасом следила за его действиями.
— Но ты не сможешь поговорить с ним. Он... Его нет.
Если бы у нее была хоть малейшая надежда, что Эйден оставит в покос Брюса
Mapчента, узнав, что тот в больнице, она, не медля ни минуты, сказала бы ему
об этом. Но отец и Эйден никогда не ладили. Эйден вполне способен поехать
отсюда прямо в больницу, а для отца этот визит может иметь фатальные
последствия.
— Это я вижу. Когда он придет?
— Не могу сказать.
— Не можешь или не хочешь, Принцесса?
— Я не знаю, когда он вернется!
— Тогда я подожду. Он не мог уехать на весь день.
— Мог! И уехал! — Внезапно ее озарило: — Он уехал на уик-энд, и...
Эйден покачал головой.
— Идея неплохая, милая моя, но несколько запоздалая. Если уж ты хотела,
чтоб я тебе поверил, надо было сообщить мне об этом пораньше. Кроме того, я
видел его машину в гараже. Так что если он и уехал, то недалеко.
Конечно, мрачно подумала Индия, Эйдена не просто провести. От этих
проницательных глаз ничто не ускользает. Она вдруг почувствовала себя
маленьким зверьком, защищающим свою норку от хищника.
— Думай что угодно. Только не называй меня милой! Тем более своей!
— Да, пожалуй, сейчас милой тебя назвать нельзя.
— А что же ты ожидал? — огрызнулась Индия. — Неужели ты
рассчитывал, что я кинусь к тебе с поцелуями после того, как ты унизил меня?
— Когда-то такое поведение было для тебя вполне естественным. И не
менее естественным нам обоим казалось продолжение, насколько я помню.
— Помнить — это единственное, что тебе осталось, — резко оборвала
его Индия. Она и сама прекрасно помнила, каким бывало продолжение, только не
хотела думать об этом. Даже намек на их прежние отношения привел ее в
трепет.
Эйден улыбнулся. Так, наверное, улыбается тигр, нежащийся на солнце после
удачной охоты.
— Да, у меня очень хорошая память. — Потом помолчал и неожиданно
заявил: — Думаю, чашечка кофе была бы очень кстати.
Индия вздрогнула от неожиданности.
— Тебе что, больше нечем заняться?
— Совершенно верно. Спорить было бесполезно. Индия пожала плечами и
пошла наливать воду в чайник.
— Зачем тебе нужен мой отец? — Она постаралась, чтобы вопрос
прозвучал как можно будничнее.
— Он должен мне деньги.
— Тебе и сотне других... Саркастическая улыбка искривила ее рот.
— Ты, кажется, не очень-то удивлена?
— Совсем нет.
Море долгов и неиссякаемый поток кредиторов, собственно, и были причиной
болезни отца.
— Мне только странно, что он брал деньги у тебя.
— Когда-то ты сама не гнушалась брать у меня деньги. Когда
благородная
бедность
была тебе особенно ненавистна. — Голос Эйдена стал холоден
как лед.
А Индия вдруг словно вернулась в те времена.
Все произошло из-за Роба. Именно из-за Роба. Ей казалось тогда, что она до
смерти влюблена в него, и как раз накануне они провели вместе ночь. Он стал
первым мужчиной в ее жизни. Потом была та злополучная вечеринка, где он уже
вовсю увивался вокруг Джин Баннистер, дочери своего босса. Индия наблюдала,
как Роб шепчет нежности Джин на ушко, а она томно кивает крашеной головкой,
и понимала, что на уме у Роба вовсе не пышные прелести Джин, а пухлый
кошелек ее отца. Именно тогда она и сказала:
Мне осточертела эта
благородная бедность! Все, хватит! Я найду себе богатого мужа! И я не
собираюсь ждать! Первый же богатый холостяк, который войдет в эту дверь, и
опомниться не успеет, как будет на коленях просить моей руки!..
— Ведь ты именно так выразилась? — Голос Эйдена прервал ее
воспоминания. — Или я ошибаюсь? Тогда поправь меня.
— Ты же все равно не поверишь мне, если я скажу, что это была шутка.
— Значит, ты подшутила над собой.
— Я понятия не имела, что ты меня слышал.
— Конечно, моя милая, откуда тебе было знать, что окно за твоей спиной
было настежь открыто, а я как раз шел по дорожке к дому? Как говорится,
предостережен, значит, вооружен. Когда я открыл дверь, первым делом взглянул
на тебя. А на тебя стоило посмотреть... Я никогда не видел такого
счастливого лица, можно было подумать, что Сан-та-Клаус принес тебе все
подарки, о которых ты мечтала с детства.
Индия рассердилась. — Ну, ты тоже не можешь назвать себя обделенным! То, что хотел, ты получил.
— И что же это было? — ледяным тоном поинтересовался Эйден.
— Я! Ты хотел получить меня, мое тело — ни больше, ни меньше. Или ты собираешься отрицать это?
Эйден резко качнул головой.
— Тебе нужен был секс, и ничего более! Ты добился того, чего хотел,
потом задабривал меня разговорами о свадьбе, а когда насытился, устал, когда
с тебя было довольно...
— Черт тебя побери!
Эйден вскочил так быстро, что стул, на котором он сидел, с грохотом
опрокинулся. Индия испуганно замолчала.
— Черт тебя побери, Принцесса! Коль скоро у нас сегодня вечер душевных
излияний, то слушай. — Он шагнул к ней. Индия хотела было отстраниться,
но Эйден схватил ее за руки. Она даже не попыталась вырваться, но
отвернулась от него, не в силах смотреть ему в глаза. — Слушай меня
внимательно, Принцесса, и запоминай. Да, я хотел тебя.
— Ты хотел секса, — перебила Индия.
— Я и не отрицаю этого. Стоит мне взглянуть на тебя — и я уже не могу
думать ни о чем другом. Даже теперь, зная, что ты просто собиралась
подцепить богатого мужа, — даже теперь я не могу...
— Не надо...
Индия не желала слышать продолжения. Слова
я не могу думать ни о чем
другом
лишили се остатков самообладания.
— Эйден, нет...
— Да, Принцесса. В одном ты сильно заблуждаешься. Я действительно
получил, что хотел. Но никогда этого не было довольно.
Индия в отчаянии покачала головой и закрыла лицо руками, словно пытаясь
спрятаться от его обвинений. А он продолжал:
— Никогда, никогда я не мог насытиться тобой. Я всегда хотел, чтобы ты
была в моей постели. И сейчас хочу. Сейчас даже больше, чем когда-либо.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Никогда этого не было довольно
.
Его слова снова и снова всплывали в памяти, внося все большую сумятицу в ее
душу. Она смотрела в черные, будто вовсе лишенные света, глаза Эйдена и не
могла оторваться.
А он повторял тихим низким голосом:
— Никогда, слышишь, моя восхитительная Принцесса. Ни тогда, ни теперь!
Индия затрепетала — в его голосе было обещание. Или это опять обман? А ведь
он этого и добивается! — внезапно подумала она. Конечно! Он хочет
вывести ее из равновесия, и ему это почти удалось. Ну, нет, она не даст ему
повода торжествовать!
Индия нервно облизнула губы. Что ж, сразимся с ним его же оружием! Она снова
тронула губы языком, но теперь это была уже не растерянная женщина, нет. Так
облизывается кошка, только что отведавшая сливок.
— Так, значит, желание еще не покинуло тебя? — почти прошептала
она. — Меня это не удивляет. Нам всегда было хорошо вместе.
Без сомнения, ей удалось лишить его самообладания. Она заметила, как он
вдруг словно замер на мгновенье, а его ресницы моргнули чуть быстрее, чем
следовало бы.
Индия не сдержала улыбки: не такой уж ты, оказывается, неуязвимый, Одинокий
Волк, каким хочешь казаться!
К своем удивлению, Индия ощутила нечто вроде удовлетворения, почувствовав
определенную власть над ним. Конечно, есть вещи, в которых ей с Эйденом не
тягаться, но и у нее есть грозное оружие — она может заставить его
помучиться. А это уже неплохо!
Но Эйден быстро пришел в себя.
— Ты совершенно права, моя дорогая. И хотя твое утверждение и не нуждается в доказательствах...
И прежде, чем Индия поняла, куда он клонит, Эйден схватил ее, прижал к себе,
так что она почти ударилась о его каменную грудь, и сильно, до боли, впился
в ее губы.
Этого она и хотела, именно этого ответа на свои слова ждала. И не смогла
оставаться спокойной в его объятьях. Она поцеловала его в ответ, коснулась
языком его губ и улыбнулась, почувствовав, как он вздрогнул. А затем она
прижалась к нему.
А вот этого не надо было делать! Тут только Индия поняла, что это не игра и
что она сама не в силах противиться вспыхнувшему в ней желанию. Голова ее
пошла кругом, сердце бешено колотилось. Она целовала Эйдена и не могла
остановиться. Расстегнув воротник его тенниски, она стала целовать его шею и
грудь.
Эйден тихо засмеялся:
— Значит, ты не забыла, как это делается!
Забыть? Никогда! — как в тумане думала Индия.
Она почувствовала, как он бережно расстегивает пуговицы на ее блузке,
опускает кружевную бретельку бюстгальтера. Индия не сдержала сладостного
стона, когда губы Эйдена коснулись ее шеи, а потом все ниже, ниже...
— Еще?
— Да!
Сейчас она не могла думать ни о том, что произошло год назад, ни о том,
зачем Эйден разыскивает ее отца, вообще ни о чем не могла и не хотела
думать.
Эйден все ниже склонялся над ней, и Индия уже почти лежала на кухонном
столе, обнимая Эйдена за шею одной рукой и лаская другой.
— Боже мой, Принцесса, если б ты только знала...
Эйден внезапно замолчал и поднял голову.
— Эйден...
Но уже в следующую секунду Индия и сама услышала стук закрываемой двери. Она
похолодела от ужаса.
— Инди! Я пришел! — раздался из прихожей голос брата.
— О господи, Гари!
Ее охватила паника. Она попыталась оттолкнуть Эйдена, но он отстранил ее
руку и, поддерживая за талию, легко поднял со стола. И быстро застегнул
тенниску.
— Инди, ты где?
— Здесь. — Голос плохо слушался ее, дрожащие руки никак не могли
справиться с пуговицами. — Здесь, на кухне.
Боже мой, в ужасе думала она, ведь Гари сейчас войдет, а я...
А Гари, судя по топоту, бежал по коридору и вот-вот должен был показаться на
пороге. Индия отчаянно боролась с пуговицами. Она так и не смогла бы вовремя
привести себя в порядок, если бы не Эйден. Он подошел к ней и безо всяких
усилий застегнул все пуговицы. И все так же молча отступил.
— Эй, сестренка, а у меня новости! Прекрасные новости!
Гари был так взволнован, что, пожалуй, ничего бы не заметил, даже останься
они в прежнем положении. Индия с ужасом подумала, что, если бы Гари пришел
немного позже, Эйден уже не был бы так внимателен к посторонним звукам, да и
привести себя в порядок было бы гораздо сложнее. Слава Богу, Эйден услышал
стук двери. Сама она к этому моменту уже ничего не слышала, кроме его
учащенного дыхания.
Занятая своими переживаниями, она не сразу обратила внимание на то, что
говорит Гари, и не остановила его вовремя.
— Когда я был в больнице, папа открыл глаза! Всего на одну минуту, но
это правда! И доктора говорят...
— Гари! — Индия резко одернула его. — У нас гости.
Гари оглянулся. Эйден застыл у плиты с видом человека, простоявшего на этом
месте как минимум последние полчаса.
— О... Привет, Эйден. К удивлению Индии, Гари очень спокойно отнесся к
его появлению. Впрочем, вспомнила она, Эйден брату всегда нравился.
— Привет.
Эйден говорил будничным тоном, но Индия заметила, как блеснули его глаза и
сдвинулись темные брови. Это снова был Одинокий Волк, который никогда не
упустит добычу.
— Так ты говоришь, ваш отец в больнице? А что с ним случилось?
— Ты не знаешь? Разве Инди тебе не рассказала? У папы инсульт.
— Я думаю... — начала Индия, но Эйден перебил се:
— А я думаю, что Гари все объяснит как надо.
Спорить было бесполезно. Индия очень сердилась и на себя, и на брата, а
больше всего на Эйдена. Чтобы дать какой-то выход бурлившему в ней гневу,
она решила заняться делом. И пока Гари говорил, она снова налила в чайник
свежей воды и поставила его на плиту. А Эйден внимательнейшим образом слушал
Гари и наверняка обдумывал, как лучше использовать новую ситуацию. Индия уже
не сомневалась в этом.
— Да, я предполагал нечто подобное. Конечно, все это очень тяжело. Но
надеюсь, мы с этим справимся.
— Мы?.. — резко переспросила она.
— Ну очевидно же, что вам нужна помощь. И я со своей стороны готов
сделать все, что понадобится...
— Нет, спасибо! — Индия не могла прийти в себя. — Мы и сами
справляемся.
Как он смеет! Так обидеть ее и всю их семью! Как смеет он после всего
предлагать свою помощь и надеяться, что она будет принята! Он снова хочет
посмеяться над ними! Индия не могла поверить, что Эйден пришел с миром.
Наверняка просто ищет пути, как подобраться к ее отцу.
Она торопливо повторила:
— Нам ничего не нужно, мы отлично справляемся сами.
— Даже не сомневаюсь. — Теперь он не скрывал насмешки. —
Одного взгляда достаточно, чтобы понять, как замечательно ты со всем
справляешься, хотя проблем у тебя по горло. А у всего вашего поместья такой
вид, словно оно только и ждет первого слабого ветерка, чтобы рассыпаться как
карточный домик.
— Гари... — Индия решила, что пора поговорить с Эйденом наедине, —
я собираюсь постирать. Ты обещал снять белье с кроватей. — Да, но,
Инди...
— Давай, действуй, — Эйден неожиданно принял сторону Индии. —
Когда ты вернешься, я еще буду здесь.
А вот это едва ли, подумала Индия. И как только дверь за Гари закрылась, она
повернулась к Эйдену:
— Разумеется, очень мило с твоей стороны предложить помощь... — Она
заставила себя выговорить эти слова — в конце концов, надо быть
вежливой. — Но это и в самом деле лишнее, так что...
— Нет, Принцесса, я не предлагал помощь. Предложение всегда
подразумевает вероятность отказа, я же не потерплю ничего подобного. Твой
отец должен мне деньги. Если сейчас он не в состоянии встретиться со мной, я
готов подождать, пока ему не станет лучше.
— Так вот в чем дело! Значит, ты просто хотел пустить Гари пыль в
глаза, когда говорил о помощи! А на самом деле тебя ничто не волнует, кроме
твоих денег! Сколько же он тебе должен?
Чайник закипел, и Эйден пошел выключить его.
— Много.
Индия прикусила губу. Последние счета, приходившие на имя отца, в самом
деле, были фантастические.
— Что значит
много
?
Может быть, этот счет она сможет оплатить? Она была готова на все, лишь бы
Эйден снова исчез из се жизни.
Он только усмехнулся.
— Думаешь откупиться от меня, моя ненаглядная? Сомневаюсь, чтоб это
было тебе под силу.
Индия вспыхнула.
— Да я душу готова заложить... Эйден хмыкнул.
— Полагаю, не стоит заводить разговор о душе. Год назад, когда ты
собиралась продать свое тело, судьба души тебя не слишком волновала. Тогда
тебя больше беспокоила цена, а она была недурна — обручальное кольцо!
— Все было совсем не так!..
— А как? Разве это замужество не сулило тебе обеспеченного будущего, независимости и так далее?
Тогда ей казалось, что замужество сулит ей нечто гораздо большее, но она не
хотела, чтобы Эйден узнал о ее мечтах. Тем более что он все равно не поверит
ей.
В какой-то момент в ее душе вспыхнула невесть откуда взявшаяся надежда: а
вдруг? А вдруг все можно исправить, и не когда-нибудь, а прямо сейчас? Прямо
сейчас сказать ему, что, как бы плохо он ни думал о ней, это неправда, это
ужасная ошибка, на самом деле ей были безразличны его деньги, она бы вышла
за него за голого и босого, никто в целом свете ей не нужен — только он...
Но достаточно было один раз заглянуть в его холодные глаза, и ее нелепая
надежда умерла. Индия снова была похожа на крохотного зверька, готового
отчаянно защищать свою маленькую норку.
— Я, конечно, тоже получал, что хотел, — тебя.
— Ты просто пользовался мною. Пока я тебе не надоела.
— Пользовался? — Насмешливая улыбка Эйдена стала вдруг неожиданно
теплой, почти ласковой. — Скорее, мы оба пользовались друг другом. Но в
одном ты не права.
— В чем же?
— Ты никогда не пресыщала меня. Достаточно только увидеть тебя, и в
моей крови закипает такой огонь, погасить который не в силах даже время. И
ты реагируешь на меня так же.
Эйден шагнул к ней и коснулся рукой ее щеки. И улыбнулся, заметив, как
участилось ее дыхание.
— Вот видишь. Думаю, те несколько недель, что мы проведем под одной
крышей, убедят тебя лучше, чем мои слова.
Индия не сразу поняла, о чем он говорит, но, когда поняла, ее сердце
тоскливо сжалось. Она резко отшатнулась в сторону.
— Какие несколько недель? Глаза Эйдена блеснули.
— У тебя беда, Индия, тебе нужна помощь.
Он сказал это так проникновенно, что Индия снова готова была поверить ему.
Но она точно знала, что это очередная насмешка, поэтому гордо отчеканила:
— Может быть, и нужна, но от тебя я ничего не приму. Я лучше умру! Мне ничего от тебя не надо!
— Даже крыши над головой? Ни для тебя, ни для твоей семьи?
Индия осеклась и уставилась на него непонимающим взглядом.
— Что ты хочешь сказать?
Эйден словно колебался. Некоторое время он смотрел в сторону, затем, видимо,
решился.
— Из-за этой новости насчет твоего отца я не смогу вернуться в Лондон.
Придется остаться в Уэстбери, пока он не поправится. Значит, нужно искать
какое-то жилье.
— Здесь полно отелей. Да ты уже и живешь в одном из них.
Индии показалось, что она поняла, куда он клонит, и это ей очень не
понравилось.
— Но ведь в Грейндж-хаусе столько пустующих комнат...
Так она и знала! — Для тебя — ни одной!
С этими словами она подошла к двери и открыла ее, выжидательно глядя на
Эйдена. Но он даже не пошевелился.
— Я хочу остаться здесь. — Это был голос человека, не терпящего
возражений.
— А я скорей умру, чем позволю тебе остаться здесь!.. Послушай, —
она попыталась успокоиться, — ты же богат как Крез, ты можешь
остановиться где угодно.
Она сказала это почти с отчаянием. Ее решимость выставить его за дверь была
велика, но она знала, что Эйден упрям, как сто чертей, и как нелегко сладить
с ним, если он что-то задумал. С другой стороны, она понимала, что он чего-
то недоговаривает, держит про запас некий решающий аргумент. Какой? Индия
боялась даже предположить.
— Верно, но я не всегда был богатым. И я твердо усвоил одно правило:
никогда не тратить деньги там, где можно сэкономить. Только идиот станет
снимать номер в отеле, когда у него есть прекрасный дом с множеством
свободных спален...
— Что значит
у него есть
? — в полном недоумении спросила
Индия. — О чем ты говоришь?
— Об этом доме. Когда я сказал, что твой отец должен мне деньги, я
говорил не о сотне другой и даже не о паре тысяч. Все гораздо серьезнее.
Брюс Марчент много играл...
Индия знала это. Иногда ей казалось, что отец способен заключать пари на
все, что движется, будь то лошади, машины и Бог знает что еще.
— Но даже если бы он проиграл, он не пошел бы за помощью к тебе!
— Он бы пошел, только едва ли получил бы... — Индия попыталась
возразить, но Эйден не стал слушать. — Однажды твой отец провел целый
вечер в казино в Карлтонс. Сперва ему повезло. Он прилично выиграл. Другой
на его месте полетел бы домой, но Брюс Марчент не таков. Он продолжал играть
и вскоре спустил все, что у него было, а также огромную сумму, которой у
него не было.
Индия тяжело вздохнула. Несомненно, отец так и поступил. Он никогда не мог
вовремя остановиться.
Эйден увидел, что кровь отхлынула от ее щек.
— Может, тебе лучше сесть?
Он придвинул стул, но Индия только покачала головой.
— Что дальше?
— Твой отец потерял все, что имел. Он подписывал чеки, как
рождественские открытки. — А откуда ты знаешь вес это?
— Это казино принадлежит мне. Все чеки твоего отца теперь у меня.
— Что было дальше? — Она спросила это почти шепотом.
— А дальше твой отец поставил Грейндж-хаус против всех своих долгов. И
проиграл. Я дал ему полгода сроку, чтобы он мог заплатить. Вот почему я ищу
его всю неделю. Шесть месяцев истекли позавчера. С воскресенья этот дом и
все, что в нем находится, принадлежат мне.
— Значит, все это правда?
Индия с отчаянием посмотрела на своего собеседника.
Фред Каррен, старший юрист фирмы, где работал Джим, уже много лет был их
семейным адвокатом. Его лицо ясно говорило: надежды нет.
— Да, мисс Марчент, все это совершенно законно.
— И Грейндж-хаус принадлежит Эйдену Вулфу?
Мистер Каррен только кивнул. Индия откинулась на спинку стула. Все, было
так, как сказал Эйден. Это он порекомендовал ей обратиться в адвокатскую
контору и удостовериться во всем. Что ж, она удостоверилась. У ее семьи
больше нет дома. Что дальше?
— Я была у адвоката, он все подтвердил, — сообщила она Эйдену,
когда вечером тот появился в Грейндж-хаусе.
На этот раз он предстал перед ней таким, каким она привыкла его видеть: в
костюме и в почти хрустящей белоснежной рубашке
— Я только прошу тебя дать нам неделю на сборы.
— Неделю? — Эйден вопросительно приподнял бровь. — На что вам
так много времени? Я полагал, что часа будет вполне достаточно.
— Часа?..
Индия не верила своим ушам. Конечно, Эйдсн Вулф известе
...Закладка в соц.сетях
