Жанр: Любовные романы
Море любви
...здником в самый его разгар,
Эли принял срочные меры и разработал тактику ликвидации ущерба. Отправив
Жиля на сцену объявить выступление
Ночных убийц
, он поспешил к дочери,
чтобы успокоить ее и приготовить подобающую речь.
Леди Белль торопливо шла за ним, тряся страусиными перьями.
— Необходимо во что бы то ни стало сохранить лицо. — От быстрой ходьбы
она пыхтела. — Джаспер далеко не уйдет. У него нет ни паспорта, ни денег. Я
организую патрули на дорогах.
— Я уже начал действовать. Жиль кое-куда позвонил, — пробурчал Гейтс в
воротник. — Моя девочка получит то, что ей причитается по праву. Пусть
сердце у нее разбито, но у нее сильный характер. Пока мы его разыскиваем
Шпору, она выплачет свое горе в песне. Свадьба все равно состоится!
— Ну конечно. — Леди Белль с сомнением посмотрела на него.
Но когда Годспелл взяла в руки микрофон, она выдала совсем не тот номер,
которого от нее ждали. К этому моменту она готовилась всю неделю под
руководством профессиональной бунтарки. Годспелл заговорила, обращаясь к
публике, — ее мало кому знакомый хрипловатый голос располагал к себе
слушателей гораздо больше, чем ее вокал, вызывавший в памяти кошку на
раскаленной крыше.
— Пришла пора рассказать правду об этой семейке, — сказала дочь Эли
изумленным гостям. Усилители разнесли ее голос по улице.
Члены клана Виков — а они составляли половину всех гостей — разразились
сиплыми смешками. Легкая улыбка появилась на губах Годспелл, когда она
посмотрела на них.
— Одна моя хорошая знакомая сказала мне недавно, что любовь — это как
глина. Ты можешь вылепить из нее, что хочешь, только пока она свежая и
податливая. Но после обжига, сколько ни мучайся, не одолеешь — только
разрушишь. — Девушка обратила взор к Фили за поддержкой, и та подняла
большой палец. — И еще она говорит, что люди, которые занимаются сватовством
и устраивают чужие судьбы, только воображают себя творцами. А на самом деле,
они — слоны в посудной лавке.
Месяц тому назад мой отец заставил меня подписать контракт. — Годспелл
ударила в тамбурин. — Он сказал, что если я откажусь, он сожжет моих... всех
моих малышей живьем. — Девушка закрыла глаза, словно представив себе, как
корчатся в пламени ее любимцы — змеи, ящерицы, тараканы и пауки. — Сегодня,
леди и джентльмены, вам всем предстояло стать свидетелями свадьбы, которую
организовал слон, вломившийся в фарфоровую давку. Моему папочке, Эли Гейтсу,
— девушка указала в его сторону тамбурином, — почетному горожанину,
набожному христианину и примерному отцу семейства, приспичило прибрать к
рукам поместье с особняком, и он шантажировал меня, чтобы я вышла замуж за
Джаспера Беллинга. На сегодня назначена была наша свадьба, хотя мы оба ждали
этого дня с ужасом, как дня своих похорон.
По толпе, которая собралась на улице и быстро росла, прокатился изумленный
ропот.
— Да-да. — Годспелл наклонилась ближе к микрофону. — Но, кажется,
Джасперу удалось-таки вырваться из Оддлоуда. — Она рассмеялась. — Вам не
приходило в голову, что у него на ногах есть крылья? Как у Гермеса! А они
выросли у него, когда он полюбил. Только полюбил Шпора не меня, а Эллен.
Эллен вообще крылатое существо! Достаточно было мне один раз увидеть их
рядом, чтобы понять — любовь нельзя замесить заново. Как и глину. Я рада,
что вовремя поняла это. Я рада, что все так сложилось. Знаете, у меня тоже
есть любимый. Я хочу представить вам моего героя, моего единственного! — Она
повернулась к барабанщику и поцеловала его, ударив в тамбурин. — Леди и
джентльмены, Сол Вик!
Сол посмотрел на девушку поверх барабана, одной рукой инстинктивно коснулся
своей татуировки, а другой выбил палочками дробь.
Публика не могла понять, всерьез это или часть представления. Кое-где
послышались аплодисменты. Клан Виков опять разразился хриплыми возгласами;
неуверенные аплодисменты переросли в дружную, радостную овацию.
— А теперь — песня, в которой я рассказываю об всем, что случилось.
Воздух огласился какофонией и воплями, характерными для исполнительской
манеры
Ночных убийц
.
Фили сжала кулаки в знак победы, еще раз показала Годспелл большой палец —
Молодчина!
, и вместе с толпой направилась к выходу.
Эли Гейтс, склонившись к мощному плечу леди Белль, плакал навзрыд, как
ребенок.
— Прекратите немедленно, — приструнила его мать Шпоры.
Дилли вместе с Рори верхом на лошадях резвились на траве, невзирая на
протесты разгневанного садовника Эли Гейтса.
— Ребятки мои бесценные! — обратилась к ним Фили. — Все получилось так,
что лучше не бывает! А теперь быстрее скачите к Шпоре и Эллен! Умоляю, пока
они не уехали, скажите им, что у нас есть время выпить на прощанье! Кстати,
скоро состоится церемония открытия бюста!
Когда белое покрывало упало с цветочной композиции, заказанной Фелисити
Гейтс, те немногие преданные гости, которые нашли в себе силы выдержать
децибелы
Ночных убийц
, пережили потрясение еще большее, чем от концерта.
Цветы были изумительны, аранжировка великолепна. Но их затмевал центр
композиции, ибо он являл собой шедевр.
Эта скульптура не укладывалась в рамки приличий. Она бросала вызов
благопристойности. И от нее невозможно было оторвать глаз.
Среди орхидей, лилий и роз сплели свои тела бронзовые мужчина и женщина,
словно сплавленные в неразрывное целое в горниле страсти. Узнать в них Шпору
и Эллен не составляло никакого труда. Фили склонила голову набок, оценивая
свой труд:
— Перед тем, как в следующий раз браться за эротическую композицию,
надо будет получше изучить тему.
Бархатный голос у нее за плечом ласково произнес:
— Всегда к твоим услугам.
— По-моему, я беременна, — мечтательно вздохнула ваятельница и
похлопала себя по животу. Она могла по праву гордиться парным портретом,
хоть ей и пришлось продать последние рисунки своего отца, чтобы заплатить за
отливку.
— Это ужас как хорошо, — услышала Фили из-за другого плеча.
Обернувшись, она узнала Ллойда, племянника Эли, агента по недвижимости.
— Вы находите? — Фили хлопала ресницами, удивляясь как все-таки Эллен
могла предпочесть Шпору этакому Адонису. — Скажите, пожалуйста, что вы
знаете об оригами?
Большая серая лошадь посмотрела на темные окна дома, заржала и пошла к
выгону пощипать травки.
— С ней все будет в порядке, — сказал Шпора. — Рори зайдет и заберет
ее. Нам нужно спешить. За мной бросятся в погоню.
— У тебя же нет паспорта, — напомнила Эллен. Она сидела на матрасе и
щелкала застежкой на рюкзаке.
— Из-за меня ты не увидишь мир. — Шпора бросился на кровать рядом с
ней.
— Какая разница, — рассмеялась Эллен. — Зачем он мне нужен, когда я
вижу тебя?
Шпора тоже начал смеяться.
— Поедем в Корнуолл. — Она поцеловала его.
— Или в Шотландию. — Он расстегнул ей шорты.
— Или в Йоркшир. — Она сняла с него футболку.
— А может, в Уэльс? — Он стянул с нее трусики.
— Я слышала, в это время года в Котсуолде божественно!
— Мне тоже так говорили.
— Там есть один славный пустующий домик. Правда, проданный.
— Может быть, в нем и остановимся? Где он находится?
— В Оддлоуде. Живописное местечко.
— Оддлоуд! Как же, наслышан! Там сейчас проездом находится одна леди,
спортивный физиотерапевт, обещала мне сделать массаж. До сих пор жду...
— Вот нерадивая! Как ей не стыдно! Мы ей напомним, и она исправит свое
упущение...
Дилли и Рори, не слезая с лошадей, смотрели на окна Гусиного Дома. В одном
из них, под самой крышей, загорелся свет, и оба удивленно переглянулись.
— Не похоже, чтобы они куда-то спешили, как по-твоему? — спросил юноша.
Дилли кивнула и покраснела.
— Следующие скачки я непременно выиграю для тебя, — сказал Рори.
— Нет, я для тебя!
— Но сначала я!
— Ну уж нет!
И они поскакали прочь, радостно препираясь.
Ровно в без четверти четыре, по окончании скачек в Аскоте, из особняка
раздался вопль такой силы, что его было слышно, наверное, на другом конце
долины. Гости, расположившиеся на газонах около дома Эли Гейтса, оживились в
предвкушении еще одного сюрприза.
Леди Белль устало пошла по дорожке к дому узнать о последних потерях мужа.
Но он уже бежал навстречу ей с возмущенным котом на руках.
— Ради бога, Джон! — жена отступила назад. — Не мог бы ты унести эту
мерзкую тварь подальше! Ты же знаешь, я терпеть не могу котов! Если он
болен, пристрели его из пневматического ружья.
— Он еще как здоров! — Такого оживленного лица у сэра Джона леди
Беллинг не видела давно. — Я же говорил тебе, что кошки сами выбирают себе
хозяина, и Годфри выбрал меня! — Сэр Джон осыпал поцелуями пятнистую черно-
белую макушку, и кот посмотрел сначала с обожанием на сэра Джона, а потом с
ненавистью — на леди Белль. — И он принес мне удачу!
— Что ты имеешь в виду, Джон?
— Получилось! Пять выигрышей подряд! Все мои темные лошадки пришли
первыми, все пять, голубушки мои! Мои красавицы не подвели!
— Ты шутишь?
— Нет. — Он потряс головой, продолжая смеяться. — Никаких шуток! Мы
богаты! Мы БОГАТЫ!
— О мой дом! Мой любимый дом! — Леди Белль прижала руки к груди и
побледнела. — Его не нужно теперь продавать. Мы починим крышу. Мы будем
держать лошадей. Мы отреставрируем Речной каприз.
— Не волнуйся так, дорогая! — Муж погладил ее по руке и перешел на
шепот. — Тебе нельзя волноваться, ты ведь не очень здорова.
Жена посмотрела на него, и под ее взглядом сэр Джон виновато пожал плечами:
— Глэдис подслушала твой разговор со Шпорой. Она думала, что я тоже
знаю. Моя бедная Белль. Я готов отдать все деньги, чтоб ты только
выздоровела.
Леди Белль хитро улыбнулась.
— Я здорова, как бык.
— То есть ты сказала мальчику неправду?
— Я просто не стала вносить уточнения в ошибочную интерпретацию фактов.
— Леди Белль не зря столько лет была женой политика. — Ему в руки попал
обрывок письма от ветеринара, и он не понял, о ком идет речь. Он подумал,
что обо мне, а не о Сгэдстоун.
— То есть ты позволила сыну думать, что раком селезенки в последней
стадии больна ты, а не наша лабрадориха? Конечно, Джаспер очень плохо себя
вел, но не кажется ли тебе, что это немного бессердечно по отношению к
мальчику?
— Я проверяла силу его характера.
— И как?
— У него сильный характер.
— Может, оно и к лучшему, что Джаспер не женился на малышке Эли Гейтса?
— Сэр Джон взял под руку леди Беллинг.
— Боже мой, да конечно! Особенно сейчас, когда мы не нуждаемся в
деньгах. Это был бы ужасный брак. Значит, мы действительно богаты?
— Действительно!
— Богаче, чем Эли?
— Пожалуй.
— Как замечательно! Может, закатим прием?
Эллен энергично проработала ладонями зону по обе стороны от позвоночника
Шпоры, а затем его плечи.
— С оливковым маслом, конечно, было бы лучше, — извинилась она.
— И так потрясающе. — Шпора повернул к ней голову через плечо.
— Я выполнила свое обещание. — Эллен прижалась носом к его носу.
— А я — свое. — Он поцеловал ее.
Несколько часов спустя Шпора приподнялся на локте и посмотрел в маленькое
окошечко — на небо, в котором остался белый след от самолета.
— Кажется, наш самолет улетел.
— Бог с ним. Будут другие.
— Ты знаешь, что у тебя осталось еще одно желание? Ты сказала — лучше
бы мы никогда не встречались. Этого я не могу исполнить. Так что загадай
другое.
Эллен провела пальцем по его подбородку, радуясь хмысли, что теперь сможет
видеть этот подбородок в любое время года: загорелым — летом, посветлевшим —
зимой. Он зарастет бородой, которая поседеет у нее на глазах. Она будет
видеть его лицо переменчивым днем, безмятежным во сне — и так до тех пор,
пока от старости не ослепнет.
— Я хочу, чтобы мы с тобой жили долго и счастливо, — сказала Эллен.
— Вот это я постараюсь обязательно исполнить.
Закладка в соц.сетях
