Жанр: Любовные романы
Медовый месяц в пустыне
...по нему скучала. После нескольких
недель разлуки Пит взял напрокат машину и приехал навестить меня. Папы не
было дома, и мы оба потеряли голову. Пит сказал, что все будет в порядке,
но... Когда я сказала, что беременна, он бросил меня. Пит поступил нехорошо,
но большей частью это была моя ошибка. Не следовало целиком полагаться на
него. Женщине приходится рассчитывать только на себя.
— Он поступил не просто нехорошо, а отвратительно и недостойно, —
горячо сказал Алекс. — Оставить тебя одну, с ребенком — это поступок
труса. И ему нет прощения.
— Пита можно понять, если учитывать события его жизни. Группа, в
которой он играл, написала сингл, через некоторое время он стал популярным
хитом. Перед ними открылась дорога к популярности, а об этом мечтает каждая
группа. В жизни Пита никак не было места для молоденькой беременной жены.
Его решение стало очень болезненным для меня, но так было лучше для него
самого.
— А где он сейчас? Живет на пожертвования? прервал ее Алекс.
— Нет, его слава не гаснет. Это была не просто вспышка, он популярен до
сих пор. Все еще звезда, и большая звезда. Тебе наверняка незнакомо его имя,
потому что тебя не интересует такой стиль музыки, но среди фанатов рока он
очень известен.
— А Дэн об этом знает?
— Дэну известно настоящее имя отца, больше ничего. Я расскажу ему,
когда он подрастет, — если он спросит. Дэн никогда не проявлял
любопытства к тому, кто его отец.
— А тебе не кажется это странным?
— А почему он должен интересоваться отцом, который не интересуется им?
— Я думал, что дети, разлученные с родителями, всегда о них спрашивают.
А ты не пыталась с ним связаться?
— Когда Дэну было три года, Пит написал мне, предлагал деньги. Я
отказалась. Он написал снова и сообщил, что открыл счет в банке на имя Дэна.
Дал мне адрес банка и номер счета. Не знаю, переводит ли он туда деньги или
уже давно перестал, действителен ли этот счет до сих пор или нет. Если да,
то это очень пригодится Дэну, когда он вырастет. Если, конечно, будет готов
принять деньги от своего отца.
— У тебя есть полное право ненавидеть Пита, но, может быть, все-таки в
глубине души ты все еще любишь его? — спросил Алекс. — Женщин,
способных простить мужчин, которые плохо с ними обошлись, невероятно много.
— Знаю, но я не из их числа. Я никогда не испытывала ненависти к Питу,
но меня к нему вовсе не тянет. Если хочешь знать правду, то он сделал из
моего первого любовного опыта такой кошмар, что я сразу же потеряла к нему
всякий интерес.
— Может быть, у него это тоже случилось в первый раз, —
предположил Алекс.
Николь покачала головой.
— Нет, у Пита были девушки до меня. Опыта у него хватало, а вот с
пониманием имелись проблемы. Он даже не пытался сделать так, чтобы доставить
мне удовольствие.
— И все твои любовники оказались такими бездарными?
— У меня их было только трое. Учитывая мой возраст, получается не очень-
то богатый опыт и не слишком веселая жизнь.
— Третий тоже был плох?
— У нас возникли другие проблемы. Он был активным политическим
деятелем, а мне политика скучна. Он хотел, чтобы я научилась играть в гольф.
Но не прочитал ни единой книжки — даже ни одного захудалого романчика — с
тех пор, как окончил школу. Мы оба решили, что ничего не получится.
— Да, но в постели он тебя устраивал?
Николь решила скрыть правду. Если она ответит отрицательно, Алекс вполне
может подумать, что с ней не все в порядке.
— Да, все было прекрасно, — сказала она.
— Слава богу, что хоть так, — произнес Алекс. Три плохих любовника
подряд могли напрочь отбить у тебя охоту встречаться с мужчинами. Мне всегда
было жаль женщин в этом отношении. Несправедливо, что механизмы твоего тела
устроены по-другому, более сложно, и тебе требуется больше времени, чтобы
получить удовольствие.
Но можешь поверить мне на слово, Николь, я хороший любовник, но и не
насильник.
— Я сразу поняла, что ты не насильник, когда ты отступил в ту ночь, в
отеле.
— А что еще мне оставалось делать?
— Ну, поцеловать меня снова. Мое сопротивление было не таким уж
сильным. Ты мог запросто соблазнить меня. Я уверена, ты знал об этом.
— Да, это было возможно, — согласился Алекс. Может, интуиция
подсказала мне, что нужно подождать, что отсрочка сработает лучше. Так оно и
вышло. Ты ведь выйдешь за меня замуж, да?
Николь сделала глубокий вдох. От нее требовался ответ в слишком трудной
ситуации, ведь они очень мало знали друг друга. А когда о взаимной любви не
могло быть и речи, принимать такое решение еще страшнее.
— Да, — твердо сказала Николь. — Да.
— Тогда скрепим наше соглашение традиционным способом? — Алекс
распростер руки, пальцами маня ее в свои объятия.
Николь сделала шаг навстречу, сердце начало биться чаще. Его руки сомкнулись
на талии Николь, их тела сблизились. Он пристально смотрел ей в глаза, пока
Николь, не выдержав этого взгляда, не сомкнула веки. Его губы нежно
коснулись ее виска, щек, медленно продвигаясь к уголку рта, потом наконец
завладели ее губами. Но прежде чем они успели позабыть обо всем на свете,
Алекс поднял голову и произнес:
— Давай поженимся прямо сейчас.
— А мы можем это сделать?
— А почему бы нет? Можно вступать в брак где угодно, какая разница,
откуда ты родом? Секретарь Керси уладит все формальности. Тебе только
осталось решить, что ты наденешь. Это не будет официальной церемонией, но я
думаю, ты захочешь надеть новое платье.
Николь подумала о первой свадьбе Алекса.
Его невеста была в белом? И они пригласили много нарядных гостей?
Она не станет спрашивать. Не сейчас. И может быть, никогда. Эта часть его
жизни всегда будет принадлежать только ему.
На следующий день, пока Дэн был где-то с Алексом, в студию Николь вошел
Керси.
— Алекс рассказал мне новость. Я очень рад.
Вы отличная пара.
— Правда? А вы не ошибаетесь?
— Алекс и я как родные братья. Вас я знаю намного меньше, но если
судить по тому, как вы воспитали Дэна, вы будете отличной женой. Матери
очень непросто растить сына одной. Иногда она начинает чересчур оберегать
или слишком баловать ребенка, но вам удалось этого избежать.
Дэн отличный парень. Уверен, что он не будет ревновать к другим детям,
которые появятся у вас с Алексом, парень уже вышел из этого возраста.
— Надеюсь, — улыбнулась Николь.
Об этом она думала всю прошлую бессонную ночь. А еще о том, станет ли
взаимовыгодное соглашение
тем самым браком, на который она всегда
надеялась. Тот факт, что браки по договоренности с успехом практиковали в
Индии и когда-то давно в Европе, ее не убеждал. Не придавало уверенности и
то, что все вокруг с радостью встречали новость о предстоящей свадьбе.
Дэн был просто на седьмом небе от счастья. Когда она звонила отцу, он тоже с
ликованием воспринял это известие. Теперь Керси пришел поздравить ее.
Интересно, знает ли о свадьбе сестра Керси?
Николь было не по себе при мысли, что сердце Чандры будет разбито. Ей иногда
казалось, что Алекс и Чандра очень подходят друг другу. Хотя, может быть,
принц не хочет видеть его своим зятем, несмотря на их близкую дружбу, и
Алекс знает об этом?
В следующий раз, когда они остались наедине, Николь спросила:
— Алекс, а тебе не приходило в голову, что отношение Чандры к тебе
намного глубже, чем простая дружеская привязанность?
Ее вопрос, казалось, совершенно не удивил Алекса.
— Я все давно знаю, но не разделяю ее чувств.
Даже если бы меня тянуло к ней, из этого все равно ничего не вышло бы. И в
глубине души она сама это понимает. Чандра твердо решила посвятить себя
своему делу, и она никогда не покинет Индию. А я со временем должен буду
расстаться со своей свободой и принять на себя ответственность, которая
сейчас лежит на моем отце. Ты понимаешь, что тебя ждет, не так ли? Однажды
тебе придется разделить со мной мое будущее.
— Я согласна.
— Все, что от тебя требуется, — это быть моей спутницей на званых
обедах и родить столько детей, сколько мы захотим иметь. Ты профессиональный
дизайнер, и я не стану просить тебя отказываться от своей карьеры.
Тут к Николь снова вернулась тревожившая ее ночью мысль.
— А что, если я не смогу больше иметь детей?
Ты подумал об этом?
— Роды Дэна были сложными?
Николь покачала головой:
— Нет, роды прошли легко. Но иногда женщинам моего возраста бывает
трудно забеременеть.
Алекс протянул руку и погладил Николь по щеке.
— Ты говоришь так, будто скоро придет твой смертный час. Тебе ведь
немногим больше тридцати. У нас еще масса времени, чтобы завести пару-тройку
детей. А доходы позволят нанимать хороших нянь и сиделок для ухода за ними.
— Мне бы не хотелось, чтобы о моих... наших детях заботился кто-то
другой. Я оставлю на время свою карьеру, пока они будут маленькими, или хотя
бы сокращу рабочие часы.
— Это решать тебе. В мои намерения не входит заставлять тебя делать то,
чего ты не хочешь. Я тоже надеюсь продолжать работу, хотя и не в таком
темпе. Думаю, что, когда уеду, я уже не смогу часто сюда возвращаться.
— А ты действительно должен принять на себя обязанности своего отца?
Чувство долга так сильно, что ты не сможешь жить в мире с собой, если
откажешься управлять поместьем?
— Я много думал об этом. Вправе ли человек изменить жизнь,
предопределенную ему заранее?
Должны ли наследники занимать трон, если они этого не хотят? Обязан ли был,
к примеру, Керси брать на себя все обязательства, связанные с его
должностью? И спускаясь на свой уровень, обязан ли я? Это точно не мой
свободный выбор провести остаток дней в огромном замке. Как ты думаешь?
Николь понимала, что на самом деле Алекс не спрашивает ее мнения. Он уже
давно принял решение и хотел просто посмотреть, что она скажет.
— Ну как я могу ответить на твой вопрос? Генеалогическое древо моих
предков не отслеживалось, так что я даже понятия не имею, что бы чувствовала
на твоем месте или на месте Керси. Мне кажется, твой отец очень надеется,
что ты последуешь по тому пути, по которому прошли до тебя твои прадеды. И
если ты дал ему слово, то никогда не сможешь от него отказаться.
— Ты попала в самую точку, — сказал Алекс. Когда все это казалось
далеким и нереальным, я пообещал отцу, что буду управлять имением, а потом
передам его своему наследнику.
— Но ведь твой отец здоров, и тебе еще не скоро придется наследовать
поместье. Ты можешь умереть раньше его. — Даже от одной мысли об этом
Николь бросило в дрожь. Она не сможет жить в мире, где не будет его. —
Я считаю, что нужно жить настоящим. Но что бы ни случилось, знай, если я
стану твоей женой, то последую за тобой, куда бы тебе ни пришлось пойти.
— Никаких
если
. Все решено. Ты будешь моей женой, — сказал
Алекс, обнимая ее. — Но не думаю, что ярые феминистки одобрили бы твое
намерение собраться в любую минуту и идти туда, куда бы я тебя ни повел.
— А мне и не нужно их одобрение. У меня есть свои собственные
убеждения. Работа не может дать такого чувства уверенности, как... сильное
чувство, как взаимопонимание и поддержка близкого человека. — Николь
чуть не произнесла слово
любовь
, но вовремя остановилась. Это слово было
здесь не к месту. Мысли Алекса поменяли свое направление.
— Хватит болтать, поцелуй меня, — повелительно сказал он, и Николь
с радостью повиновалась.
Чандра не приехала на свадьбу, потому что не могла перенести на другое время
очень важную встречу. Зато она прислала великолепный свадебный подарок:
индийскую миниатюру с изображением двух влюбленных под ветвистым деревом, на
берегу озера. К подарку было приложено письмо с искренними пожеланиями
долгой счастливой жизни.
Утром в день свадьбы Николь твердо решила, что не позволит ничему омрачить
праздник, который должен стать одним из самых счастливых в ее жизни.
Пока что таких ярких дней у нее было всего два: когда она окончила
художественную школу и когда на свет появился Дэн.
В связи со сложившимися обстоятельствами Николь казалось, что она не сможет
полюбить своего сына. Но она сразу же забыла об этих мыслях, едва ей
принесли беззащитную кроху.
К радости Николь, малыш совсем не был похож на отца. К тому времени
юношеское увлечение прошло полностью, и Николь раскаивалась, что позволила
эмоциям заглушить голос здравого смысла. Это было не любовью, а
помешательством, которое могло бы разрушить ее жизнь, если бы не поддержка
отца...
Дэн вошел в комнату, когда Николь сидела перед зеркалом. На нем были голубая
рубашка и бежевые брюки, сшитые специально для торжественного случая.
— Привет, мам. Как дела? Нервничаешь? спросил Дэн.
— Не очень. Ты отлично выглядишь. Как тебе нравится мой костюм?
Она кивнула на шкаф, где висел наряд, на котором она наконец остановилась
после долгих раздумий. Длинная туника и широкие брюки были скроены из
тончайшего шелка темно-розового и ярко-красного цветов. В Европе такой наряд
казался бы слишком пестрым, но он отлично вписывался в яркую обстановку
Раджастхана.
— Не знал, что невесты надевают красное.
— В Индии да. Красивые красные и золотые сари.
— О, чуть не забыл. Это тебе... от Алекса. -Дэн вытащил из кармана
маленькую коробочку, обшитую бархатом. — Он передал мне это вчера
вечером.
Глава 7
Николь не ожидала подарка от Алекса и ничего не приготовила в ответ. В
коробочке лежала пара роскошных рубиновых сережек, камни были оправлены в
золото. Николь знала, что столица Раджастхана знаменита ювелирными
мастерами, но не думала, что такие вещи можно купить здесь, в Карангаре.
Дэн подождал, пока она полностью привела себя в порядок, и они вместе
направились в зал дворца, где должны были провести и официальную часть, и
праздничный обед. У дверей им обоим надели на шеи гирлянды из цветов: Дэну —
из золотистых незабудок, а Николь — из жасмина.
Все уже собрались, и через несколько минут Николь стала замужней женщиной.
Фотограф сделал свадебную фотографию.
Когда гостей начали обносить шампанским, Николь наконец удалось
поблагодарить Алекса за сережки.
— Я догадывался, что ты захочешь последовать традициям страны и
наденешь красное. Этот цвет тебе очень идет. Ты выглядишь просто
божественно, — сказал он с улыбкой.
— Спасибо, — ответила Николь, гадая, говорит ли он это искренне
или же просто играет свою роль.
После обеда Керси произнес торжественную речь, пожелав молодым здоровья и
счастья.
— А сейчас, в заключение, у меня есть для вас сюрприз, — сказал
он. — Вы собирались провести брачную ночь в хавели, который был совсем
недавно отреставрирован. Но мы придумали кое-что более романтичное — первый
Медовый месяц в пустыне
. Алекс уже давно знаком с пустыней и ее
обитателями. Николь за короткое время, что находится здесь, сумела понять
наши традиции и научилась сочетать их с современными вкусами. По-моему, эти
двое вполне заслуженно получат право на первую пробную поездку.
Николь улыбнулась, стараясь казаться довольной, но в душу ее начал
закрадываться страх. Их медовый месяц и так обещал быть достаточно
необычным, а тут еще эта экзотическая экскурсия.
Хавели, про которую говорил Керси, был одним из красивейших домов,
построенных богатыми карангарскими купцами. Там, в роскошных апартаментах,
они с Алексом и собирались провести первые сорок восемь часов их совместной
жизни.
Николь подумала еще и о том, как будет грустно и одиноко Дэну, если они
отправятся в пустыню, а он останется один. Но у Керси был, как оказалось,
еще один сюрприз. Сразу после свадьбы он летел в Джайсалмер, другой
старинный город, и брал Дэна с собой.
— А ты знал о том, что планы поменялись? спросила Николь Алекса, когда
они направлялись в отель собирать вещи для поездки.
— Я знал о Джайсалмере, но только не о
пробной поездке
. Это в духе
Керси. Если он что-нибудь вобьет себе в голову, то не сможет спать спокойно,
пока не претворит свою идею в жизнь. — Алекс взял руку Николь в свою и
провел ее в комнаты. — От нас наверняка ожидается письменный отчет. Ты
должна подмечать и оценивать все детали.
Алекс говорил это серьезным тоном, но Николь понимала, что он шутит, поэтому
улыбнулась.
— Надо бы переодеться во что-нибудь более подходящее.
— Давай. А я пока пойду узнаю о деталях поездки, а потом зайду за
тобой. — Он поднес ее руку к губам, потом повернулся и вышел из
комнаты.
Николь успела заранее собрать вещи, которые могли бы пригодиться в хавели.
Она намеревалась пробыть остаток дня в свадебном наряде, но сейчас планы
поменялись и пришлось переодеться в брюки и футболку. Вскоре пришел Алекс.
— Я все узнал, — сообщил он. — Это совсем недалеко от города,
но Керси продумал маршрут так, что молодоженам будет казаться, будто они
находятся на самом краю цивилизации. Ты готова?
Обычно Николь хорошо ориентировалась, но как только они оказались за
пределами Карангара, она уже не могла запомнить всех этих тропинок в пустыне
и давно потерялась бы среди песчаных дюн, которые казались ей совершенно
одинаковыми. Ей было любопытно, что они там увидят и кто будет о них
заботиться. Но больше всего ее волновала мысль, дождется ли Алекс ночи,
чтобы заняться с ней любовью, или же они отправятся в спальню сразу, как
только прибудут на место.
— Что-то ты приумолкла. — Алекс отвел взгляд от дороги и изучающе
посмотрел на Николь.
Она решила рассказать ему о том, что пришло ей в голову еще утром:
— Если бы мне полгода назад кто-нибудь сказал, что в моей жизни
появится темноволосый незнакомец, что я окажусь в далекой стране и что выйду
замуж, я бы ни за что не поверила. Какая бессмыслица, подумалось бы мне.
— Ну поездка-то ладно, а вот незнакомец и свадьба — почему бы и нет? Я
все не понимаю, почему никто до сих пор не завоевал тебя, — сказал
Алекс с улыбкой.
Николь было приятно слышать это, вот только говорил ли он искренне?
Тут их глазам открылось место, куда они и направлялись, — огромный
тент, под которым могли поместиться все гости, приглашенные на свадебный
прием. Он был расположен на равнине, среди песчаных дюн.
— Это стилизация шатров, в них жили старинные племена шикаров,
охотников на тигров. Но все это в прошлом, и сейчас тигры почти исчезли.
Так что можно безбоязненно спать под крышей, которая когда-то была над
головами храбрых охотников.
Николь рассмеялась:
— Я не боюсь. Тигры жили в другое время, в другой культуре. Принц Керси
рассказывал, что многим туристам не нравится видеть чучела тигров во дворце.
Но ведь это же память, это исторические достопримечательности, как и
отпечатки рук на стенах. Рук женщин, которых приносили в жертву в тот день,
когда умирали их мужья. Керси сказал, что этот обычай давно упразднен, не
помню когда.
— Около ста семидесяти лет назад. Мне неприятно видеть эти отпечатки на
стенах, — сказал Алекс, нахмурившись. — Конечно, обычай обязывает
делать так, как поступали твои предки, но я все равно не понимаю, как
сильные и мужественные люди могли продолжать такую традицию, если им были
дороги их жены.
Николь пожалела, что заговорила об этом. Наверное, отпечатки на стенах
напоминали Алексу о смерти его жены.
Сегодня Николь меньше всего хотела размышлять о той женщине, которую он
любил. Внутренний голос твердил ей, что Алекс думает о Нуале с первой
минуты, как только просыпается по утрам. Но разве могло быть иначе? И разве
мог он не вспоминать о ней сейчас?
Навстречу им из шатра вышли два приветливо улыбающихся человека и помогли
разобраться с багажом.
В шатре имелось несколько комнат, одна из них была обставлена как гостиная,
с удобными креслами, столиками и даже письменным столом.
На полу лежали великолепные ковры.
— Давай посидим на свежем воздухе, — предложил Алекс и попросил третьего слугу подать чай.
Николь решила умыться с дороги, а Алекс поджидал ее возле шатра. Сейчас он
уже жалел, что они не уехали в хавели, а послушались принца. Сейчас там
много туристов, но они все-таки были бы чаще наедине. Хоть Алекс и очень
любил пустыню, он вовсе не здесь хотел бы провести первые часы с Николь.
Лишь после того как слуги удалятся в свои шатры, они с Николь останутся по-
настоящему одни.
В этой части Индии вообще осталось мало мест, где бы Алекс не побывал вдвоем
с Нуалой.
Они даже ночевали в пустыне, правда, все было не так роскошно. И спали они
не в шатрах, а в спальных мешках, и с ними находился всего один слуга,
который постоянно был пьян.
Но все это осталось в прошлом, и об этом нужно позабыть. Вот почему Алекс и
выбрал хавели: чтобы начать новую жизнь в новой обстановке.
Но благодаря лучшим намерениям Керси план Алекса провалился, и вот они тут,
в пустыне. А Николь и без того нервничает в предчувствии их первой ночи.
Алекс не понимал, почему она так беспокоится, в ее-то возрасте, причем он
заранее постарался убедить Николь, что им будет хорошо вместе.
Наверняка все дело в ее предыдущем опыте.
Да, Николь была великолепным профессионалом-дизайнером, но во всем остальном
казалась невероятно ранимой.
Увидев Алекса, Николь направилась к нему. Он сидел, сложив руки на груди, и
о чем-то напряженно думал. И хоть Алекс широко улыбнулся, заметив ее, у
Николь появилось неприятное чувство, не жалеет ли он уже об этой поспешной
женитьбе.
Однако не стоит спрашивать Алекса, чем заняты его мысли, решила Николь. Он
может и не ответить.
— В туалетных комнатах довольно комфортно.
Просто поразительно, учитывая, где мы находимся, — беспечно проговорила
она.
— Рад, что тебе нравится, — сказал Алекс.
Голос ничем не выдает в нем нетерпеливого жениха, подумала Николь. Вежливый,
но со скрытой ноткой усталости оттого, что им приходится скучать в этой
поездке.
Николь вздохнула с облегчением, когда наконец слуги собрались накрывать на
стол.
После обеда подали напитки. Николь с Алексом все еще сидели около шатра,
любуясь закатом солнца. На проигрывателе звучала старинная музыка. Керси
решил, что некоторым клиентам будет приятно слышать музыку ушедших лет,
возвращаться, быть может, в свою молодость.
Ужинали они при свечах, разговаривали о книгах, которые читали детьми. Это
была легкая, непринужденная беседа, но все-таки Николь не чувствовала себя
расслабленно.
Время за кофе и разговорами пролетело достаточно быстро, и наступил вечер.
— Одно из самых красивых зрелищ в пустыне это восход солнца, —
сказал Алекс. — Если мы не хотим его пропустить, то пора, пожалуй,
отправляться спать.
— Да, я пойду чистить зубы.
Николь поднялась. Она уже заранее знала, что ее ночная сорочка лежит на
кровати, а вещи распакованы. В первые дни пребывания в Карангаре ей было не
по себе от мысли, что кто-то распоряжается ее личными вещами, но сейчас она
уже привыкла к этому.
Когда Николь вернулась в главный шатер, Алекс уже ждал ее там, одетый в
халат темно-синего цвета, под которым, как догадывалась Николь, не было
ничего.
Как только появилась Николь, Алекс прошел в другую часть шатра, оставив
штору приоткрытой.
Николь нервничала, сама не зная почему, и с минуту смотрела на эту штору.
Потом тихонько последовала за Алексом в спальню.
Керси говорил, что нужны роскошные кровати, чтобы удовлетворить вкусы самых
взыскательных туристов. Обычно в шатрах стояло по две кровати, но в этом
специально был приготовлен широкий диван. Николь показалось, что три матраса
сдвинули вместе и накрыли роскошным покрывалом.
Не зная, что делать, Николь стояла, сцепив руки, и глядела на свечи в
прозрачных сосудах, стоящие по обе стороны дивана.
— День выдался долгим. Наверное, тебе сейчас больше всего хочется лечь
в постель и спокойно уснуть, — сказал Алекс. Он опустил полог шторы и
остановился посреди спальни, держа руки в карманах халата.
Если честно, Николь действительно хотела отдохнуть, но как признаться в этом
Алексу? Она ведь теперь его жена. Остается один — самый важный — вопрос:
намерен ли он провести с ней брачную ночь?
Алекс подошел к Николь и положил руки ей на плечи.
— Дава
...Закладка в соц.сетях
