Жанр: Любовные романы
Солнце за облаками
...ий день давно закончился,
никого из служащих в офисе не было, и она решила, что это, наверное,
уборщица.
— Еще здесь?
Этот низкий голос заставил ее вздрогнуть, и стопка бумаг, которую она
держала в руках, упала, разлетевшись по полу.
Ли резко повернулась и увидела стоящего в дверях Николаев. Удивленно вскинув
бровь, он в упор смотрел на нее.
— Я тебя не ждала, — отозвалась девушка, сердясь на себя за то,
что руки не слушаются и голос повинуется с трудом.
Ли нагнулась, чтобы подобрать документы, и он наклонился рядом с ней,
намереваясь помочь.
— Сама справлюсь, — сказала она сухо, не глядя на него, но следя
за тем, как его руки подбирают бумаги. Он был так близко, что его отчетливый
мужской запах кружил голову, и она едва сдержалась, чтобы автоматически не
отодвинуться.
Он отдал Ли бумаги, и она аккуратно сложила их на столе, чувствуя на себе
его взгляд. Довольно, решила Ли, больше не собираюсь терять самообладание в
его присутствии.
Николас присел на край ее стола, и она нахмурилась. Чего ему надо? Зачем
пришел так поздно? Она неловко стояла за столом и смотрела на него.
— Я уже собиралась уходить, — начала Ли, и он слегка улыбнулся,
отчего ей показалось, что он слишком хорошо сознавал то действие, которое на
нее произвел внезапным появлением.
— Тебе нравится работать по вечерам? — спросил Николас, пропуская ее замечание мимо ушей.
— Даже очень.
— О тебе здесь хорошо отзываются.
— Неужели? — Ли не смогла сдержать улыбку удовольствия,
предательски разлившуюся по ее лицу.
— Это тебя удивляет? — спросил он, и она покачала головой.
— Нет.
— Завидная уверенность в своих способностях. — Разговаривая с ней,
он, казалось, забавлялся.
— Когда дело касается работы, то да. Николас взглянул на нее с
любопытством, и ее снова пронзила мысль, насколько привлекательно его
суровое, мужественное лицо, когда в нем пропадало неприятное выражение
агрессивности.
— Интересное замечание, — протянул он, машинально перебирая
документы на столе. — А что ты можешь сказать о своих способностях,
когда дело касается мужчин? Разве тогда ты теряешь уверенность? — Он
неожиданно взглянул прямо ей в глаза, и она зарделась.
— Мне и в самом деле пора идти домой. — Ли потянулась за своей
сумкой, но Николас схватил ее за запястье.
— Я скажу, когда будет пора.
— Это что, приказ?
— Боже мой, ты делаешь из меня какого-то диктатора, — лениво
протянул он, но на вопрос не ответил.
Ему скучно, подумала она. И к тому же он устал. Вот и решил немного
поразвлечься. Только не ту жертву выбрал! Она потянула руку к себе, но
длинные пальцы лишь сильнее замкнулись на ее запястье.
— Так почему все-таки ты не так уверена в своих способностях, когда
речь идет о мужчинах?
— Я этого не говорила, Николас, это твои слова.
Голос Ли звучал достаточно спокойно, но физическое соприкосновение их рук
заставляло ее пульс учащенно биться.
— Ты меня заинтриговала, — проговорил он медленно, и его хватка
немного ослабла. С задумчиво-рассеянным видом он провел пальцами по нежному
запястью девушки.
— Неужели? — На этот раз ее голос был не так ровен.
— Ну да, ведь после столь несложной работы в своей сельской библиотеке
ты приехала сюда и сразу же овладела необходимыми навыками. Как будто
специально готовилась.
— Прости, что разочаровала тебя, — жестким тоном сказала Ли.
— В чем?
— Ты как будто не ожидал, что я справлюсь, — пояснила она, все еще
испытывая замешательство от едва заметных, но таких явно эротических
поглаживаний ее руки. — Я понимаю, ты хотел, чтобы я своим трудом
окупила наше вынужденное пребывание в Лондоне, но не был бы удивлен, если бы
я доработалась до полного истощения.
Он взглянул на нее, и в серых глазах заплясали веселые чертики. Такой, как
она уже знала, Николас становился очень опасен — когда, сам того не
сознавая, делался милым и обаятельным.
Ли наконец выдернула руку и принялась возиться со своей сумкой. Нельзя
допустить, чтобы чувства взяли в ней верх и сделали ее полной дурой в глазах
Николаев. Ценный урок из своего последнего приступа глупости она уже
извлекла и не намеревалась забыть его так скоро.
— На самом деле, — проговорил Николас, ослабив узел
галстука, — я бы не предложил тебе работу, если бы думал, что ты не
справишься с ней. Но ты, надо сказать, превзошла мои ожидания.
— Рада это слышать, — сказала Ли, почувствовав себя намного
уверенней теперь, когда между ними появилось некоторое расстояние — пусть
даже всего лишь на ширину стола. По крайней мере она была предоставлена
самой себе. Когда же он дотрагивался до нее, рассудок ее, казалось,
отключался.
— И вместе с тем, — продолжал Николас, все еще глядя на нее так,
словно пытался разгадать какое-то сложное математическое уравнение, —
что-то подсказывает мне, что слишком доверять тебе нельзя, что ты готова
запросто воспользоваться ситуацией, чтобы получить то, что захочешь. Ведь
домик в Йоркшире нуждается в капитальном ремонте. И все-таки есть в тебе что-
то не от мира сего.
Николас замолчал, и в комнате воцарилась тишина. В его словах не было ничего
особенного, и произносил он их довольно спокойно, но в самой атмосфере
разговора ощущалось что-то тревожно-интимное. А может быть, решила девушка,
это просто мое воображение играет со мной шутки?
— Так ты можешь это объяснить? — мягко поинтересовался Николас.
Ли растерялась, встревоженная напором вопроса, и отвела взгляд.
— Не понимаю, зачем тебе надо все время разгадывать поступки людей,
словно перед тобой какие-то коварные преступники, — спокойно произнесла
она и надела сумку на плечо, давая понять, что ей пора уходить. — С
твоей профессией, я думаю, трудно ждать от людей, чтобы они действовали
согласно законам логики.
— Напротив, — сухо возразил он, — ты даже не представляешь,
как много преступлений и даже убийств совершается по самым логическим
причинам. Деньги, месть, страсть...
— Страсть — это не логично, — отпарировала она.
— Может быть, с твоей точки зрения. Наклонившись поближе, он легонько
намотал прядь ее волос на свой палец. Ли мгновенно замерла на месте и
похолодела. Хотелось бежать вон из комнаты, но ноги не слушались. Опять она
не владела собой.
— Значит, страсть — это не логично, — повторил он, пристально
глядя в лицо девушки своими серыми глазами. — Но тогда почему ты
встречаешься с Джерри?
— Что ты сказал? — Внезапная перемена темы поставила ее в тупик, и
она изумленно уставилась на него.
— Джерри, — сказал он, на этот раз с ноткой нетерпения в
голосе. — Почему ты встречаешься с ним? Я ни на минуту не поверю, что
ты им увлечена.
— То, что я чувствую, — это мое личное дело, — сказала Ли,
направляясь к двери. Но, прежде чем она успела выйти, он догнал ее и встал
между ней и дверью, загородив собой проход.
Что все это значит? С чего это ему вздумалось допрашивать ее?
Сунув руки в карманы, Николас смотрел на нее сверху вниз, и губы его скривились в циничной усмешке.
— Это не ответ.
— Он единственный, какой я готова тебе дать.
— Ты с ним спала? Она побелела.
— Это уж точно не твое дело. Ты можешь командовать, когда речь идет о
работе, но, как я провожу свободное время, тебя совсем не касается. В конце
концов, это моя личная жизнь.
— В самом деле? — Голос его звучал весело и непринужденно, но в
глазах появился опасный блеск.
Это значило, что следует держаться особенно настороже, но тем, что случилось
в следующий момент, она была застигнута врасплох.
Николас наклонился, и Ли почувствовала, как его губы прильнули к ее губам в
грубом, требовательном поцелуе. Инстинктивно она попыталась отпрянуть, но он
крепко обхватил ее затылок, так что она даже шевельнуться не могла.
Сила поцелуя была такова, что у нее перехватило дыхание. Ли ощутила
томительную слабость во всем теле, которая совершенно подавила ее, и как
только он принялся целовать ее шею, она изогнулась назад и слегка застонала.
Все внутри словно медленно плавилось под действием вспыхнувшего желания.
— Ты не можешь чувствовать никакой страсти к Джерри, если вот так
отвечаешь мне, — прошептал он хрипло ей на ухо, и тут же она ощутила,
как поработившая ее страсть начинает ослабевать.
Как могла она позволить этому человеку зайти так далеко? Ведь холодным,
здравым разумом прекрасно понимала, какая глупость — поддаться ему. Что же
это был за опыт, если он ничему ее не научил?
— Почем тебе знать? — спросила она неуверенным голосом, цепенея.
Руки безвольно упали вдоль тела. — Ты уверен, только ты один способен
пробуждать чувства у женщин?
Он отпрянул от нее, и страстность исчезла с его лица, словно ее смыли
губкой.
Все, чего хотела сейчас Ли, — это отплатить за то, что ему с такой
легкостью удавалось манипулировать ею. Отвращение, смешанное со злостью,
вспыхнуло в ее груди с новой силой. Хватит молчать. Сейчас она все выскажет.
— Что ты стараешься доказать? — выкрикнула она прямо ему в
лицо. — Что меня влечет к тебе? Ладно, пусть так. Ну и что с того? Это
преходящее чувство.
— Которое иные женщины могут испытывать, — зловеще бросил
он, — с немалым количеством мужчин. Ведь старина Джерри думает небось,
что он один-единственный? Или же я прав, и вообще нет никакой страсти.
Может, ты просто держишь его про запас, будучи совершенно к нему равнодушна?
Ли подняла руку, чтобы ударить обидчика, но он поймал ее за запястье.
— Довольно, милочка, не распускай коготки, — прорычал он. —
Если ты думаешь...
Так и осталось неясным, что он хотел сказать, поскольку в этот момент дверь
внезапно распахнулась, и он быстро отдернул руку.
Джерри неуверенно уставился на них. Он явился явно не вовремя и теперь
растерялся, не понимая, как ему себя вести.
Ли сделала усилие, чтобы улыбнуться, хотя чувствовала, что лицо у нее
красное и вид не совсем подходящий.
— Джерри, — пролепетала она дрожащим голосом, — что ты здесь
делаешь?
— Я звонил тебе домой, — ответил молодой человек, глядя на них с
озадаченным видом, — сэр Джон сказал, что ты все еще на работе. Если я
помешал...
— Нет, нет, — торопливо заверила Ли. — Я как раз собиралась
уходить. Мы тут обсуждали... работу.
Джерри с сомнением переводил глаза с одного на другую, и, по правде говоря,
его трудно было обвинить в излишней придирчивости. Ли чувствовала, что щеки
ее пылают так, как никакая, самая горячая дискуссия о работе не могла бы
заставить их запылать.
Николас прислонился к стене и, прищурившись, наблюдал за нею.
Было что-то угрожающее в его упорном молчании, и по тем коротким взглядам,
которые Джерри бросал в его направлении, Ли понимала, что он тоже чувствует
это.
— Я уже готова. Выйдем на улицу? — предложила она, игнорируя
присутствие Николаса, и тут же двинулась к двери.
Джерри неловко ухмыльнулся, и Ли подумала, что бедный малый, должно быть,
ощущает себя так, словно нырнул в бассейн, чтобы расслабиться, и обнаружил,
что там притаилась барракуда.
— В общем-то я зашел, чтобы предложить тебе одну вещь, — сказал
он. — Это несколько неожиданно, я знаю, но надеюсь, что ты согласишься.
И не глядя на Николаев, Ли знала, что он хищно следит за ними и ловит каждое
слово. Поэтому непринужденно взяла Джерри под руку и вышла вместе с ним.
— Что предложить? — заинтересованно спросила она, направляясь к
лестнице.
— Мои родители, — принялся объяснять Джерри, — решили вдруг
лететь в Париж на этот уикэнд, и я подумал, что мы можем отправиться в наш
загородный дом, пока их там нет. — Он, должно быть, почувствовал, что у
нее отказ вертится на кончике языка, и потому торопливо добавил:
— Я много рассказывал тебе о нем, да ты и сама говорила как-то, что
хотела бы побывать там...
— Да, помню...
— Так что я подумал, что это идеальный случай. Мы будем предоставлены
сами себе. Так что ты на это скажешь?
— Да, что ты на это скажешь? — услышала она позади себя глубокий
голос Николаев, прозвучавший с неприкрытой насмешкой. — Я весь
превратился в слух.
Вспыхнуло ребяческое желание обернуться и послать его в неподобающих
выражениях куда-нибудь подальше вместе с его дурацким слухом. Удержало лишь
присутствие рядом Джерри.
Однако ехать отчаянно не хотелось. Конечно, она говорила Джерри, что было бы
интересно посмотреть их фамильный загородный дом, но — как-нибудь потом, где-
то в неопределенном будущем. Ей и в голову не могло прийти, что он предложит
это прямо сейчас, тем более что родителей его там не будет.
— Ну как? — настойчиво спросил Джерри, умоляюще глядя на девушку своими голубыми глазами.
Затылком она чувствовала жгучий взгляд Николаев и вдруг, совершенно
неожиданно для себя, выпалила:
— Отлично! Поеду с удовольствием. О Господи, тут же пронеслась
горячечная мысль, едва эти слова слетели с языка, что я наделала? Зачем?
Джерри радостно улыбнулся.
— Значит, едем?
— А почему бы и нет? — безнадежно сказала Ли. — Предложение
звучит очень заманчиво.
Они вышли на улицу и остановились у подъезда. Прохладный вечерний воздух
остудил пылающее лицо, пригладил волосы. Николас, оказавшийся позади, низко
наклонился к ее уху.
— Забавно, — промолвил он тихо, но веско. — Очень
трогательно. Желаю успеха.
Потом повернулся и решительно зашагал прочь. Ли с отчаянием посмотрела ему
вслед, но было уже поздно. Не звать же его обратно!
Джерри взял ее за локоть.
— Мы чудесно проведем время, — пообещал он, но Ли грустно качнула
головой. Права ли она или просто из нелепого чувства противоречия сделала
то, о чем будет впоследствии сожалеть?
Глава 6
В течение следующих двадцати четырех часов у нее была прекрасная возможность
бесконечно обдумывать поспешное согласие провести уик-энд с Джерри.
В голове проносились сотни извинений, которые можно было бы пустить в ход,
чтобы отказаться от этого приглашения и взять назад свое обещание, но даже в
ее собственных ушах они звучали неискренне. Ну как теперь найти убедительный
предлог, если всего несколько часов назад она сама сказала Джерри, что у нее
нет никаких особых планов на уик-энд? Что могло вдруг случиться? Он знал,
что у нее не было друзей в Лондоне, да и больных родственников, на уход за
которыми удобно сослаться, не имелось.
Конечно, можно внезапно подхватить грипп, но это уж совсем неубедительно.
Когда они в последний раз виделись, она была совершенно здорова. И вдруг
неожиданно слечь в постель с гриппом! Это крайне легкомысленно. Нельзя же
так обижать человека, явно делая из него дурака.
В конце концов Ли пришла к выводу, что лучше смириться и сделать хорошую
мину при плохой игре. Никто не заставлял ее соглашаться. Если уж сама
поставила себя в двусмысленное положение, то и выпутываться придется самой.
Оставалось только надеяться, что там не будет неприятных сцен наедине, что
Джерри не увидит в совместной поездке удобный случай для заурядного
обольщения.
О Боже, думала она, возвращаясь с работы в половине шестого, как это
Николасу удается все время заставлять ее поступать несоответственно
сложившимся привычкам? Что за способность такая? Никогда в жизни она бы не
ринулась раньше ни во что подобное, не будучи абсолютно убеждена, что это
именно то, чего она хочет...
Колкое замечание брата, когда она сообщила ему о своих планах, что она
очень быстро освоилась в Лондоне
, и мрачное неодобрение сэра Джона по
этому поводу вовсе не улучшили расположение духа.
Приняв ванну. Ли начала собирать вещи с таким чувством, с каким человек
отправляется на лечение в больницу.
Джерри предупредил, что заедет за ней вечером, где-то после обеда, и девушка
тоскливо наблюдала, как стрелки на часах движутся вперед с агонизирующей
неизбежностью.
Когда сэр Джон прислал сказать, что ее ждут в гостиной, она с тревогой
взглянула на циферблат. Еще не было семи! Внутренне застонав, спросила себя,
в самом ли деле внезапный грипп так уж не правдоподобен, как представлялось
раньше?
Она спустилась вниз, в гостиную, и нашла леди Джессику, стоящую возле камина
к ней спиной.
Ли остановилась в удивлении. Последние две недели они ни разу не виделись, и
она уже почти уверовала, что антипатия к этой женщине является просто плодом
воображения, результатом некоторой нервозности, сопровождавшей их первые
встречи. Теперь же, при взгляде на эту прямую спину, она почувствовала, что
не обманулась в своем первом впечатлении.
— Кажется, Николаев нет дома, — холодно произнесла она, входя в
гостиную и усаживаясь на один из мягких диванчиков, стоявших у стены.
Леди Джессика повернулась и наградила ее спокойной, безжизненной улыбкой.
Глядя, как она царственно подходит к стулу, стоящему напротив, Ли снова
подумала, что никогда не встречала женщину столь поразительной красоты. На
ней был безукоризненный шелковый костюм цвета слоновой кости и кардиган с
золотыми пуговицами того же оттенка.
— Видите ли, цель моего визита — не встреча с Николасом, — начала
гостья. — Я пришла к вам. Думаю, мы могли бы немного поговорить тет-а-
тет. — Она взяла сигарету из серебряной коробки на столике, неторопливо
закурила и, откинув голову назад, выпустила тонкую струйку дыма.
— Вы знаете, сэр Джон не любит, когда в его доме курят, — мягко
упрекнула Ли, но леди Джессика лишь неприязненно взглянула на нее из-под
ресниц.
— О, я полагаю, мне курить он не запретит. Если вы еще сами этого не
поняли, могу сообщить, что я здесь практически член семьи! — Она издала
низкий горловой смешок и выпустила к потолку очередное колечко сигаретного
дыма.
— Неужели? — вежливо отозвалась Ли. — Извините, я этого не
знала. Мы не слишком часто виделись с вами с тех пор, как я приехала в
Лондон.
Это замечание вызвало неудовольствие леди Джессики. Она нервно стряхнула
пепел в стоящую на кофейном столике пепельницу, даже не делая попытки скрыть
кислое выражение лица.
— Николас, бедняга, был страшно занят, — сказала она, скривив губы
в ядовитой улыбке. — Обычно мы с ним почти не расстаемся. Но в
последние дни он редко бывал дома, да и у меня самой, честно говоря, нашлись
неотложные дела. А то бы непременно заехала повидать вас, посмотреть, как вы
тут устроились. Ведь переезд в столицу, должно быть, целый переворот для
вас, не так ли?
— У меня все хорошо, я устроилась прекрасно, — отрезала Ли. Надо
дать понять этой фифочке, что разговор подходит к концу. Она взглянула на
часы.
— Да, я это вижу, — сказала леди Джессика. Последовало тягостное
молчание, в течение которого Ли боролась с искушением сделать
недвусмысленный намек, что визит окончен. Но поскольку гостья явно не
собиралась уходить, ей пришлось продолжать беседу.
— Жизнь в столице меня вполне устраивает. Работа очень интересная, а
свободное время я посвящаю знакомству с лондонскими
достопримечательностями. — Она вежливо улыбнулась, надеясь, что это
безобидное сообщение поможет разрядить атмосферу, сгущающуюся в гостиной,
как грозовая туча.
— Конечно, — кивнула леди Джессика. Ли вздохнула. Где найти тему
для поддержания разговора? Она набрала в грудь воздуха, чтобы сказать что-
нибудь столь же нейтральное, или, на худой конец, просто прокомментировать
погоду, когда леди Джессика сама прервала молчание:
— Я думаю, для вас важны не столько сами по себе достопримечательности,
сколько то, что вы осматриваете их вместе с Джерри. До меня дошли слухи, что
вы с ним почти неразлучны.
Ли стиснула зубы. Слухи? Маленькая птичка напела?
— В самом деле? — спросила она бесцветным голосом.
— О, не поймите меня превратно, дорогая, — успокоила леди
Джессика. — Это же замечательно. Как быстро вы вскружили ему голову!
Джерри очень недурен собой, к тому же холост и богат.
Почувствовав прилив ярости, девушка сжала кулаки.
— Очень сожалею, — произнесла она с вымученной улыбкой, — но
я занята и...
Леди Джессика медленно загасила окурок в пепельнице и принялась рассеянно
рассматривать свои длинные ногти, покрытые бледно-розовым лаком.
— Только между нами, дорогая, — сказала она. — По правде
говоря, я почувствовала облегчение оттого, что вы с Джерри так часто
видитесь. — Она издала сдавленный смешок. — Поначалу я подумала,
что вы, чего доброго, захотите приударить за Николасом и тем самым поставите
его в неловкое положение.
Кровь прилила к щекам Ли.
— И теперь вы убедились, что ошиблись в выводах, не так ли?
Леди Джессика скользнула по ней холодным взглядом, и Ли ощутила, как по
спине пробежала легкая дрожь.
— Надеюсь, что да. Ведь, в конце концов, трудно выносить любовные
притязания наивной девочки, вы не находите?
— Затрудняюсь ответить. И к тому же я не наивная девочка, —
возразила Ли.
— Я неточно выразилась. Хотя вы действительно выглядите очень юной.
Звучит так, подумала Ли, словно она только что выбралась из песочницы.
Хотелось бросить что-нибудь резкое в лицо леди Джессике; но здравый смысл
подсказывал, что нужно крепко держать себя в руках, даже если так и
подмывало сказать ей какую-нибудь колкость.
Она встала, уперлась руками в бока и сказала тихо, но выразительно:
— Не имею представления, какие вас беспокоят проблемы, леди Джессика,
но, каковыми бы они ни были, я буду чрезвычайно признательна, если вы
оставите их при себе. Мне не нравится ваш нравоучительный тон, мне не
нравится ваша манера поведения. Если вы не можете придерживаться хотя бы
видимости приличий, когда разговариваете со мной, то прошу не обращаться ко
мне вовсе.
От изумления леди Джессика открыла рот. Ее лицо медленно побледнело и
приобрело оттенок слоновой кости — точно в тон ее шелкового костюма.
— Какое неслыханное хамство! — выдохнула она, оставив все
претензии на вежливость.
— Такое же, — быстро подхватила Ли, — каким вы и сами
частенько пользуетесь. — И одарила ее ледяной улыбкой.
Подобный обмен колкостями был вовсе не в ее стиле, но она позволяла себе
прибегать к нему, когда чувствовала, что этого не избежать. Надо же как-то
излить раздражение, подумала она.
— А теперь, — продолжала она, чувствуя, что полностью владеет
ситуацией, — разрешите откланяться. У меня и в самом деле много дел.
Леди Джессика поглядела на нее с холодной враждебностью.
— По правде говоря, это все, что я хотела сказать, но должна добавить,
что не стала бы утруждаться беседой с вами, если бы хоть отчасти
представляла, что услышу в ответ. Подобная грубость, должно быть, допустима
там, откуда вы приехали...
— Там, откуда я приехала, — прервала Ли, ощущая себя так, словно
они находятся на разных планетах, — для этого не было бы повода.
Она встала. Леди Джессика тоже поднялась и напряженной походкой направилась
к двери. Взявшись за ручку, она резко повернулась к Ли и надменным тоном
произнесла:
— Еще только одно. Я хотела поставить вас в известность, что мы еще не
раз увидимся во время уик-энда.
Недоумевая, Ли уставилась в ее лицо.
— Меня не будет в Лондоне, — спокойно заявила она. И получила в
ответ ослепительную улыбку.
— Знаю. Вы будете с Джерри в его загородном доме. Туда же приеду и я.
Вместе с Николасом. — В ее улыбке сияло ничем не прикрытое
торжество. — Николас настаивает, чтобы я сопровождала его. Так чт
...Закладка в соц.сетях
