Жанр: Любовные романы
Снова замужем
...ли гореть от удовольствия и
смущения, пока она шла к двери спальни, на ходу приглаживая взлохмаченные
волосы.
Но, ступив на лестничную площадку, она изменилась в лице, поняв, что
случилось что-то неприятное: с первого этажа раздавался громкий и злой голос
Санди.
Анджела устремилась вниз... и застыла на пороге гостиной. Санди, воинственно
сжав кулаки, стоял лицом к лицу с Каридад! Тут же были и Исабель с Антонио.
Ну вот, опять Каридад устроила какую-то пакость, мрачно подумала Анджела,
видя сладкую улыбку на губах соперницы.
— Но, дорогуша, ты же сам сказал мне, что был бы рад, если бы твой
папочка женился на мне, — произнесла та медовым голосом.
— Нет, не говорил! — воскликнул Санди. — С какой стати мне
этому радоваться, ведь я не люблю тебя!
— Сандро! — сурово произнес Антонио. — Извинись, и
немедленно!
До приезда Антонио в Дублин сын вел себя из рук вон плохо. Но то, что
Анджела видела сейчас, не шло ни в какое сравнение со скандалами, которые
Санди закатывал тогда: глаза малыша пылали, он напрягся, словно готовясь
вступить в бой. Теперь он набросился на отца.
— Нет! Она лжет!
Антонио выпрямился.
— Постойте... — вмешалась Исабель, пытаясь играть привычную роль
миротворца и вставая между отцом и сыном. — Это просто недоразумение.
Пожалуйста, Тоньо, не нервничай!
— Не нервничай? — рявкнул он. — Тогда объясните мне, почему я
спускаюсь в гостиную и вижу, что мой сын грубит гостье?
— Языковые проблемы, это очевидно, — попыталась разрядить ситуацию
Исабель. — Сандро не понял Каридад, Каридад не поняла Сандро. Больше
ничего...
— Я все прекрасно понял, — настаивал Санди.
— Сандро! — До этого Антонио говорил по-испански, но теперь
перешел на английский. — Сейчас же извинись перед Каридад! Ты слышишь
меня?
Малыш едва не плакал, но отступать не собирался.
— Нет, Тоньо, не заставляй сына извиняться, — неожиданно пришла на
выручку Санди Каридад. — Он не имел в виду ничего обидного. Просто
немножко расстроился, когда я поправила его испанский.
— Нет! — запротестовал мальчик. — Ты сказала, что я тебе
мешаю! Что, когда папа женится на тебе, он прогонит меня! — Тут Санди
обернулся к отцу: — Ненавижу тебя! И не буду извиняться! Не буду, не буду,
не буду!
— Тогда ты... — начал Антонио, пораженный и одновременно рассерженный
горячностью мальчика.
— Санди, — негромко окликнула Анджела сына, и четыре пары глаз
обратились к ней.
Тут же Анджела, в своем простеньком платьице, почувствовала себя бедной
родственницей, встретив короткий ледяной взгляд Каридад, одетой в дорогой и
модный черный брючный ансамбль.
— Ох, Анхела, — воскликнула свекровь, — как все неловко
вышло!
— Полагаю, что силы здесь были неравны, — заметила Анджела, не
сводя глаз с сына. Потом протянула руку, и малыш, бросившись к ней, уткнулся
лицом в ее подол.
Антонио кинул на жену сердитый взгляд. Он явно был недоволен тем, что она
презрела его отцовский авторитет. Бедняжка Исабель ломала руки, видя, что
мир в ее доме поколеблен. Каридад же с улыбкой смотрела, как Анджела
опускается на колени, чтобы взглянуть в глаза сыну.
— Санди, ты грубил Каридад? — спокойно спросила она.
Тот опустил черные отцовские ресницы.
— Да, — пробормотал он нехотя.
— Как ты полагаешь, за это надо просить прошения?
Малыш поднял на мать полные слез карие глаза.
— Я не говорил того, что она мне приписывает, мам, — прошептал
он. — Как я мог? Мне ведь нравится, что папа женат на тебе.
Анджела кивнула. Судя по всему, Санди не лгал. С ее точки зрения, конфликт
был исчерпан: Анджела не собиралась заставлять сына извиняться перед
женщиной, которая не заслуживала извинений.
— Тогда иди к себе в комнату, — обратилась она к малышу. — Я
скоро приду.
— Анхела... — начал было Антонио, видя, что жена и сын не обращают на
него внимания, но Анджела, поднявшись, проводила Санди до двери.
Когда она обернулась, все трое смотрели на нее по-разному: Антонио был зол,
Исабель — расстроена, а Каридад улыбалась, как кошка, налакавшаяся сливок. И
ее можно было понять: пробыв здесь хорошо если полчаса, она ухитрилась
настроить всех обитателей дома друг против друга.
— Какая жалость, Анджела, что у твоего сына такой плохой
характер! — насмешливо произнесла Каридад. — Сожалею, что
ненароком поднесла спичку к этому бочонку с порохом. Я попытаюсь держаться
от него подальше, пока живу здесь, — с наигранной грустью добавила она.
Пока — что? Анджела повернулась к Антонио, у которого на лице было написано откровенное недоумение.
— Каридад прилетела сегодня утром и обнаружила, что ее квартиру
залило, — поспешно вмешалась Исабель. — Лопнула труба. Вот я и
пригласила ее пожить у нас, пока не закончится ремонт.
Ну конечно, подумала Анджела, ощущая прежнюю безнадежность.
— Мои вещи уже в комнате по соседству со спальней Тоньо — сладко
добавила Каридад. — Если вас интересует, где меня искать.
— Нет.
Это короткое слово произнесла не Анджела. Видимо, Антонио вспомнил разговор
с женой. Как ловко Каридад Карраско выставляет других Людей в самом
невыгодном свете!
— Если собираешься остаться здесь, перебирайся в то крыло, где живет
мать, — предложил Антонио. — Мы с женой хотим остаться наедине.
— Конечно-конечно, — сразу согласилась Каридад. — Извините
нас. Мы с Исабель не взяли в расчет, что ваше воссоединение... Словом, я
займу другую комнату.
Анджела увидела, как забеспокоилась свекровь. Наверняка бедная женщина была
совершенно не виновата в том, какие апартаменты выбрала ее крестница.
Антонио тоже чувствовал себя не лучшим образом. Сначала скандалил сын, потом
вмешалась жена, а теперь мать не туда поселила гостью... Единственный
человек, на которого он не сердился, была милашка Каридад. Умница, ничего не
скажешь, думала Анджела, видя, как легко та перевела разговор на деловое
темы, чтобы обратить на себя внимание Антонио.
Анджела поспешила оставить их и отправилась к сыну. Тот сидел над коробкой с
кубиками, задумчиво вынимая то один, то другой и тут же роняя их обратно.
Приободрив и приласкав, Анджела вымыла сына, уложила в постель и
пристроилась рядом, чтобы почитать его любимую книжку. Когда глаза малыша
начали слипаться, она нежно поцеловала Санди.
— Не люблю эту Каридад, — неожиданно пробормотал мальчик. — Всегда она все портит...
Устами младенца глаголет истина, подумала Анджела.
— А ты ее любишь? — внезапно спросил Санди у матери.
Соврать или сказать правду? И с глубоким вздохом Анджела призналась:
— Нет, не люблю. Но бабуля любит. Поэтому ради бабушки нам надо
обращаться с Каридад вежливо, договорились?
— Договорились, — согласился Санди с неохотой. — Скажи папе,
что я не хотел кричать на него, ладно? Наверное, он больше не будет меня
любить.
— Ты сам можешь сказать мне об этом, — раздался от двери знакомый
голос.
Мать и сын оглянулись. Антонио стоял на пороге с таким видом, будто был тут
уже давно. И надо полагать, он все слышал.
Посмотрев на лицо мужа, Анджела поняла, что тот пребывал в не лучшем
расположении духа. Но то же самое можно было сказать и обо всех остальных
присутствующих.
— Нам надо поговорить, — шепнул Антонио жене, когда та проходила
мимо него.
— Несомненно, — ответила она. Итак, они снова враждуют. Все, чего
они достигли сегодня в постели, полностью уничтожено одной очень ловкой
особой.
Анджела уже переодевалась к ужину, когда в спальню ворвался Антонио
— Какого дьявола ты проигнорировала мои замечания при Санди? —
накинулся он на жену.
— А какого дьявола ты давил на него в присутствии посторонних? —
огрызнулась та
— Мальчишка грубил, — проскрежетал Антонио, не обнаруживая ни
малейшего раскаяния.
— Нашему сыну было плохо! — отрезала Анджела. — Как ты
думаешь, приятно было Санди, что его слова обернули против него
— Возможно, он сам возвел напраслину на Каридад. Та всего-навсего
пыталась быть с ним любезной...
Недослушав, Анджела вышла на галерею, оставив Антонио говорить с пустотой
Снаружи, после искусственной прохлады спальни, было тепло. Опершись на
каменную балюстраду, Анджела сделала несколько глубоких вздохов, чтобы
заглушить кипевшие в ней раздражение и боль
При виде того, как преданно муж защищает Каридад, Анджеле оставалось только
удивляться, зачем Антонио вообще отправился за Санди в Дублин. Ведь
очевидно, что ему Каридад дороже сына!
Захлопнув за собой стеклянную дверь, Антонио подошел к жене. Оба прекрасно
понимали, что разговор еще не окончен.
— Ты иногда ведешь себя просто ужасно, — заметил Антонио. —
Тебе не говорили, что невежливо уходить не дослушав?
— Мы с Санди оба такие грубые... Как с нами, должно быть, сложно
ужиться!
Антонио издал смешок, а Анджела почувствовала себя лучше, облегчив душу
саркастическим замечанием. Несколько мгновений оба молчали, любуясь
прелестным патио, уставленным горшкам с цветущими растениями.
— Ты высказал все это Санди? — спросила наконец Анджела.
— Нет, конечно. Я извинился, что сорвался. Я вовсе не дурак,
Анхела, — угрюмо продолжал Антонио. — И понимаю, что вел себя
ничем не лучше Сандро.
Ого, вот это да! — удивилась Анджела.
— Так, значит, вы теперь снова друзья?
— Да, — произнес Антонио, но в его голосе не слышалось
удовлетворения. — Однако Каридад права, у него действительно скверный
характер.
— Пусть Каридад оставит при себе свое мнение о моем сыне! —
взъярилась Анджела. — А если ей не нравится, пусть живет в гостинице!
— Ради Бога, не начинай все сначала, — утомленно произнес
Антонио. — Ты же знаешь, что я не мог помешать ей.
— Нет уж, я еще не закончила! Ведь ты сказал мне неправду о Каридад.
— Неправду? — по-прежнему устало переспросил Антонио. — О чем
ты?
— Ты представил дело так, что я поверила, будто ты собираешься жениться
на ней, как только мы разведемся. А судя по тому, как она сегодня себя вела,
еще ничего не было решено.
— Да она просто поправила Сандро...
Анджела пожала плечами.
— Так, значит, наш сын расстроился из-за пустяка... а ты заманил меня
сюда под лживым предлогом?
— Я тебе не лгал, — возразил Антонио. — Я тебе прямо сказал,
почему хочу, чтобы ты вернулась ко мне.
— Чтобы отомстить за раненую гордость?
С этими словами Анджела повернулась к мужу.
— То, что было сегодня, ты считаешь моей местью? — негромко
произнес он, глядя на жену в упор.
Нет, подумала Анджела, нет. Но если Антонио двигало нечто иное, можно ли
полагаться на него?
— Но ты обещал, что, если я вернусь, Каридад не будет места в нашей
жизни и в нашем доме, — напомнила она.
— Ничего подобного, — возразил Антонио. — Если покопаешься в
памяти, то вспомнишь, что я как раз отказался дать тебе такое обещание.
Анджела почувствовала, как в ней нарастает гнев.
— Ради всего святого, Тоньо, пойми: любовнице и жене неприлично жить
под одной крышей:
— Еще раз повторяю: Каридад мне не любовница! — отрезал Антонио.
— Ну хорошо, бывшая любовница. Какая разница! — пожала плечами
Анджела. — Ты сам прекрасно знаешь, что ей не следует здесь оставаться.
— Я знаю только то, что ты ревнива до безумия, — ответил он.
Анджела вздернула подбородок, ее глаза недобро сверкнули в темноте кошачьим
блеском.
— Ладно, договорились: я сумасшедшая, — легко согласилась
она. — Ты женат на маньячке, которая ходит во сне и страдает паранойей.
Может, сделаешь хоть что-нибудь, пока я окончательно не спятила?
Антонио невесело рассмеялся.
— Ну ты точно ненормальная — раз согласилась со мной!
— Во всем виноваты зеленые глаза, — уверила Анджела мужа. —
Да, чуть не забыла: еще я умею заклинать духов и ездить верхом на помеле. И
сестре-ведьме от меня не спрягаться!
— О чем ты? — спросил Антонио с улыбкой: он думал, что Анджела
сменила тему.
— О Каридад. Ведь она самая настоящая ведьма, с ее агатовыми глазами и
черными волосами! Ведьма-охотница за чужими мужьями.
Улыбка Антонио увяла.
— Она давний друг семьи, — напомнил он. — И я не хочу
ссориться с ней только потому, что ты ее не любишь.
— А из-за того, что ее не любит твой сын?
— Санди не любит то, чего не любишь ты.
— Значит, во всем виновата я, — холодно заключила Анджела. —
Ну конечно же.
Но еще сильнее задело то, что Антонио не стал оспаривать ее слова.
— Я отказываюсь верить бездоказательным домыслам, — упрямо заявил
он.
Так ему нужны доказательства... Что ж, они у нее есть. Другое дело, стоит ли
извлекать их на свет божий. Когда последний раз разговор коснулся этой темы,
она причинила мужу такую боль, что поклялась никогда больше этого не делать.
Но тут Анджела подумала о сыне и, тяжело вздохнув, решилась.
— В тот ужасный день, — начала она, — я звонила и везде
искала тебя. И выяснила, что ты дома у Каридад.
— Знаю, — напрягся Антонио. — Никогда не скрывал этого
обстоятельства.
Только всегда уверял, будто пытался найти забвение в вине, вспомнила Анджела
знакомое объяснение. Однако Каридад придерживалась другой версии.
— Тогда почему, если Каридад сразу сообщали тебе о моем звонке, ты
приехал в больницу только через шесть часов? — спросила Анджела, видя,
как бледнеет лицо мужа. — Пробки на дорогах? Горючее кончилось? Ведь
так мужчины оправдывают свое отсутствие, когда проводят время в постели с
женщиной, да? Или Каридад просто передала тебе мою просьбу только тогда,
когда посчитала нужным? Что скажешь?
Но Анджела не дождалась ответа и продолжила:
— Хорошо, можешь не отвечать. Это действительно уже неважно сейчас...
Но только изволь верить мне, когда я говорю, что эта женщина — медленный яд.
Мы с Санди уедем отсюда, если ты не будешь держать ее подальше от нас. Если
по-прежнему считаешь все сказанное мной бездоказательным — что ж, твое
право. Но ты слышал мои слова.
Воцарилась тишина. Оба молча смотрели на мерцающие в лунном свете струи
фонтана. Анджела понятия не имела, о чем Антонио знал, а о чем лишь
догадывался. Но одно понимала со всей определенностью: если и теперь муж
примется защищать Каридад, их брак обречен.
— Хорошо, — произнес он наконец ровным тоном. — Попробую что-
нибудь предпринять. Мы планируем открыть два новых филиала — в Нью-Йорке и
Париже. Каридад идеально подойдет на должность управляющего одного из них.
Но мне потребуется время, чтобы все это устроить, — предупредил
Антонио. — Да и Каридад придется разобраться со своими делами, прежде
чем она сможет уехать. К тому же приближается юбилей матери и она собирается
отпраздновать его с особой торжественностью. Естественно, мама захочет,
чтобы Каридад была рядом, пойми это, Анхела!
Скрепя сердце Анджела признала, что Антонио имеет право считаться с
желаниями своей матери.
— Всего две недели, — повторил он. — И обещаю, Каридад уедет
из Валенсии...
Две недели, прикинула Анджела. Смогу ли я прожить их рядом с этой женщиной?
Но она понимала, что у нее нет выбора.
— Ладно, даю тебе две недели, — произнесла Анджела. — Но
постарайся, чтобы все это время Каридад держалась подальше от нас с Санди.
С этими словами она повернулась, намереваясь уйти обратно в комнату.
— Я не спал с Каридад в тот день, когда ты потеряла ребенка, —
раздался у нее за спиной звучный голос Антонио.
— Что не спал, в это я могу поверить, — презрительно ответила
Анджела.
Резко выдохнув, Антонио сделал шаг и заступил дорогу жене.
— Ты хоть раз слышала, чтобы я произнес во сне имя Каридад? — с
горечью спросил он.
Анджела догадалась, куда метит муж, но мужественно признала:
— Нет.
— В отличие от тебя с твоим Мэтью!
— Я никогда не спала с Мэтью, — холодно произнесла Анджела.
— Заба-авно, — протянул Антонио. — Но я тебе не верю. Разве у
нас осталось хоть какое-то доверие друг к другу?
— А разве оно у нас было? — возразила Анджела. — Ты женился
на мне, потому что считал это своим долгом. Я вышла за тебя замуж, потому
что тоже сочла это своим долгом. А долг — плохой фундамент для доверия.
Казалось, у Антонио не нашлось, что возразить. Открыв дверь, Анджела шагнула
в спальню. Антонио, оставшись на галерее, долго о чем-то думал. Анджела не
знала, о чем именно, но, когда муж вернулся в комнату, по выражению его лица
она догадалась, что размышления не доставили ему удовольствия.
Достигнутая днем близость была безвозвратно утрачена.
8
Не было ничего удивительного в том, что ужин проходил в напряженной
атмосфере. Исабель не успела в полной мере оправиться от сцены, устроенной в
гостиной внуком. Тревожные взгляды, которые она то и дело бросала на сына и
невестку, выдавали ее беспокойство. Исабель понимала, что гармония, в
которой пребывали супруги с момента возвращения в Испанию, поколеблена.
Интересно, спрашивает ли себя мать Антонио, почему все так происходит?
Анджела полагала, что нет, поскольку в противном случае Исабель не смогла бы
и дальше закрывать глаза на недостатки своих ближних.
Даже Каридад притихла и провела большую часть ужина в глубоком раздумье.
Когда Исабель заботливо спросила, все ли в порядке у обожаемой крестницы, та
отговорилась усталостью. Однако попыталась, тем не менее, завязать с
Анджелой светскую беседу.
— Я правильно помню, что в Дублине ты работала у Рочестера и
Берда? — спросила Каридад.
Больше всего Анджеле хотелось послать ее к дьяволу, но она вежливо
улыбнулась и сказала:
— Да. Я, собственно, училась именно на секретаря-юриста.
— Должно быть, твои способности к языкам очень пригодились фирме,
которая специализируется по европейскому праву? — И, не дожидаясь
ответа, Каридад повернулась к Антонио: — А мы когда-нибудь работали с ними?
Тот с недовольным видом уставился в свой бокал и буркнул:
— Не припомню такого.
— Странно, — нахмурилась Каридад. — Ведь Мэтью Берд там
старший партнер, не так ли? — снова обратилась она к Анджеле.
— Нет. Мэтью — Рочестер, а Берд — Уолтер, — поправила та, чувствуя
на себе горящий взгляд мужа.
— Ах да, я ошиблась. Тебе, наверное, теперь скучно сидеть здесь без
дела?
— Мне надо работать. — Антонио поднялся так резко, что все
вздрогнули. — Каридад, если ты не собираешься отправиться прямо сейчас
в постель, я бы хотел обсудить с тобой кое-что.
— Конечно! — сразу же согласилась она и очень скоро последовала за
Антонио, оставив Анджелу в компании со свекровью.
Так что, когда молодая женщина поднялась в спальню, ей ничего не хотелось,
кроме как поскорее лечь и забыться сном. Но только она разделась и нырнула
под одеяло, как появился Антонио. Анджела свернулась калачиком и закрыла
глаза, притворяясь, что уже спит.
Но когда через мгновение рука мужа коснулась ее щеки, глаза распахнулись
сами самой. Антонио сидел рядом с ней на постели.
— Кое-какие сложности на работе, — произнес он спокойно. —
Мне надо ненадолго съездить в офис.
— Ты поедешь один? — помимо воли сорвалось с губ Анджелы.
При виде того, как темнеет лицо Антонио, ей захотелось дать себе самой
пинка.
— Да, один, — резко ответил муж. — Смотри, Анхела, недоверие
скоро сожрет тебя!
С этими словами он встал, повернулся и вышел из спальни. Анджела не винила
мужа, ведь он был прав — недоверие и в самом деле не давало ей спокойно
спать.
— Проклятье! — выдохнула она, перекатившись на спину и уставившись
в потолок. — Что же я делаю, а?
Ты прекрасно это знаешь, ответила Анджела себе самой. Мучаешься сейчас так
же, как и все последние семь лет. И все из-за этого человека...
Услышав шум мотора, она поднялась с постели и подошла к окну, чтобы
посмотреть вслед Антонио. И увидела вдали габаритные огни его автомобиля.
— Я люблю тебя, — прошептала Анджела. — Хотя сама этого не
хочу.
С грустью она следила, как красные огоньки петляют вниз по склону. Когда они
исчезли, Анджела собралась вернуться в постель, но ее внимание снова привлек
шум мотора, и она увидела, как из-за дома, где находились гаражи, выезжает
черный
БМВ
.
Это был автомобиль Каридад.
Анджела не сомневалась, что за рулем сидит ее соперница, которая последовала
за Антонио туда, где они назначили встречу.
Для меня это уже слишком, подумала Анджела. Но как ни странно, не
почувствовала ни злобы, ни обиды, ни даже горечи. Она долго не могла уснуть
той ночью и слышала, как около половины пятого к дому подъехала машина.
Потом Анджела задремала.
Ее разбудил легкий шум в спальне: приоткрыв глаза, Анджела увидела, что
Антонио одевается. Его половина постели осталась непримятой. Тогда она
закрыла глаза, притворяясь, что спит.
Через час она спустилась по лестнице, одетая в свой старый костюм.
Классическому покрою недлинной прямой кремовой юбки не суждено было
состариться, а шелковая блузка без рукавов нежно-кофейного цвета выигрышно
оттеняла золотистые волосы и зеленоватые глаза.
Войдя в освещенную утренним солнцем столовую, она нашла там Каридад и
Антонио, работавших с бумагами.
Надо же, какой у них деловой вид, мысленно усмехнулась Анджела. Каридад —
как обычно, в черном, Антонио — в серо-стальном. Учитывая, что не спал всю
ночь, он выглядит превосходно, подумала Анджела о муже. Тот повернул голову
на звук шагов, и его глаза сузились, когда он понял, что его супруга сегодня
встала явно не с той ноги.
Антонио сразу догадался, почему Анджела снова надела старый костюм и
заколола волосы на затылке черепаховым гребнем: теперь ее прическа была
аккуратной, но не слишком строгой.
— Куда-то собираешься? — спросил он недовольным тоном.
Анджела деланно улыбнулась.
— Хочу возобновить старые связи, — ответила она, подходя к столу.
Каридад подняла на нее свои черные глаза.
— Доброе утро, — поздоровалась она и добавила, оглядев
Анджелу. — Никак на работу решила устроиться?
— Все лучше, чем ничего не делать, не так ли? — легко ответила
Анджела, усаживаясь на стол и пододвигая к себе чашку.
— Я вчера сказала что-то не то? — осведомилась красавица-
брюнетка. — Извини, я не нарочно.
Напротив, нарочно, мысленно возразила Анджела, когда Каридад вернулась к
бумагам и спросила у Антонио про какие-то цифры.
Тот не слышал ее. Глаза Антонио были прикованы к жене, которая спокойно
наливала себе кофе, как будто ничего не случилось. Однако он знал: Анджела
взбунтовалась.
— Сандро с бабушкой, — произнес он, не ответив Каридад. — Они
снова ушли на пляж на весь день.
— Я в курсе. Я помахала им из окна, — спокойно улыбнулась Анджела,
взяв тост и вазочку с домашним апельсиновым джемом.
— Тоньо, если ты...
— Потерпи, Каридад, — отмахнулся он. Черные глаза удивленно
расширились.
— Я вам мешаю? — спросила она.
— Совсем нет, — уверила ее Анджела, намазывая д
...Закладка в соц.сетях
