Жанр: Любовные романы
Беспкойная любовь
...сь, но с
такой нежностью в голосе, что она, не выдержав, расплакалась.
— Ты просто жалеешь меня! — прорыдала она и оттолкнула его
руку. — Ты не понимаешь! С тобой такого никогда не случалось! Боже, я
теперь настоящая уродина!
Блейк вздохнул.
— Не болтай ерунды, Юлиана. Знаешь, твоя мама не ошиблась, когда
говорила, что ты вырастешь и станешь очень красивой. А твоя фигурка просто
блеск! И не надо на себя наговаривать, — добавил он, бросив, однако,
разочарованный взгляд на то место, где должна выступать грудь. — Но ты
что-нибудь делаешь, чтобы избавиться от них?
— Все бесполезно. Мама уверена, что в этом случае ничего не поможет.
Она сказала, что с возрастом с Божьей помощью они сами пройдут.
— Бог помогает тем, кто стремится помочь себе сам, — запальчиво
перебил ее Блейк. — Послушай, давай сходим к доктору. Мне точно
известно, что сейчас уже успешно борются с этим.
— А не врешь? — недоверчиво покосилась на него Юлиана.
— Ну вот еще!
Через час они вернулись домой веселые, ободренные надеждой. Доктор прописал
Юлиане антибиотики и заверил, что это лекарство помогло уже многим его
пациентам, особенно девочкам ее возраста. Юлиана должна принимать их утром и
вечером, и очень скоро, по словам доктора, она забудет о своей беде.
— Просто чудо! — воскликнула девочка, бросившись вслед за Блейком
в бассейн.
— Чудес на свете не бывает, — отозвался он с такой высокомерной
ухмылкой, что у Юлианы перехватило дух. Как же люди меняются, огорченно
подумала девочка. Но почему? Зачем? Сначала она, а теперь Блейк.
Юлиана увидела, как Блейк подплыл к краю бассейна и стал подниматься из
воды. Девочка отметила атлетическую мускулатуру своего приятеля, чего не
замечала раньше.
— ТЫ качаешься? — поинтересовалась она. Он небрежно повел плечами.
— Слегка. В университете прекрасный спортивный комплекс. Это мое
спасение.
— От чего спасает?
Блейк вместо ответа внезапно вспыхнул и помрачнел.
Юлиана выбралась из бассейна и уселась рядом со своим приятелем. Неожиданно
к своему ужасу она увидела, что у нее одна грудь выскочила из купальника.
Она быстро поправилась, метнула на Блейка быстрый взгляд и покраснела.
Может, он ничего не заметил? Вряд ли, решила она. Надо попросить маму к
следующей неделе купить новый купальник, а то вдруг такое случится во время
соревнований. Этот уже сов сем мал.
— Можно потрогать твои мускулы? — спросила она Блейка и пальцами
надавила на его бицепсы. — Ого, надо же! А твоя спина — фантастика!
От невинного прикосновения девочки к его лопатке, Блейк дернулся и по его
телу пробежали мурашки.
— Отстань! — рявкнул он и бросился в воду.
Юлиана обескураженно, с обидой посмотрела ему вслед. Что она такого сделала?
Она дотронулась до него! Видимо, Блейку неприятно, когда к нему прикасаются
девчонки.
Странно! Она никогда не думала о нем, как о будущем мужчине, и ей всегда
казалось, что у него к ней такое же отношение. Они просто Друзья.
Однако вскоре оказалось, что эта неприязнь почему-то не мешает ему общаться
с другими девочками. Узнав о приезде Блейка, его просто одолели местные юные
красотки. Блондинки, брюнетки, рыжеволосые — на любой вкус. Но Блейк никому
из них не отдавал предпочтения. Ни одна из них не удержалась возле него
дольше, чем на пару-тройку недель.
Блейк с головой ушел в загул и забыл о своей подружке. Сначала Юлиана
страшно расстраивалась, ревновала. Но потом трезво рассудила, что всему
бывает конец и, видимо, сыну и наследнику Престонов просто больше не нужна
ее дружба. Девочка снова и еще более остро почувствовала несправедливую
реальности жизни — она всего лишь дочь кухарки со всеми вытекающими
последствиями...
Они встретились лишь однажды, и то случайно.
— А, привет!
— Как дела?
— Ну ладно, еще увидимся.
И это было все, что старые друзья смогли сказать друг другу.
Юлиане уже шестнадцать лет. Сегодня у нее выпускной бал. Она надела бальное
платье Барбары, в котором та была на своем выпускном вечере.
— Мама заплатила за него целое состояние, Лили, — сообщила
сестрица Блейка, протягивая шикарное платье из атласа цвета слоновой
кости. — Было бы страшно несправедливым, если бы в нем вышли только
однажды. Уверена, оно подойдет Юлиане и будет сидеть на ней намного лучше,
чем на мне. Она высокая, стройная.
Естественно, добрая и все еще до удивления наивная мать Юлианы не
заподозрила в предложении Барбары ничего дурного. Наоборот, она очень
обрадовалась, что ее дочери достался такой королевский подарок, и
рассыпалась в благодарностях.
— Юлиана, подумать только, — восторженно говорила она, — нам
не надо тратиться на выпускное платье, и теперь мы вполне можем сделать тебе
в парикмахерской красивую прическу. Да у нас еще хватит и на новые туфли! А
если подумать, то и на сумочку. Ты будешь просто принцесса!
Лили ни понимала или не хотела понять, что в привилегированных школах, в
одну из которых она с гордостью отправила свою дочь, считалось дурным тонем
приходить на выпускной бал в платье, которое уже надевали на вечер по такому
же случаю. А Юлиане было еще во сто крат сложней, потому что Барбара с
удовольствием растрезвонила ее одноклассницам и их приятелям, в чьем наряде
та предстанет на балу. Сестра Блейка сделала все возможное, чтобы Юлиана
запомнила этот вечер надолго!
Но Лили так радовалась и казалась такой счастливой, что Юлиана не отважилась
огорчить ее отказом. Итак, она пошла в школу в этом платье и глядя на своих
обидчиков свысока, стойко вынесла, словно не замечая, все колкости и
насмешки, отпущенные в ее адрес. Она держалась настолько высокомерно и так
естественно игнорировала шепот за своей спиной, что со стороны могло
показаться, будто ей и в самом деле безразлично мнение окружающих.
Однако это была всего лишь маска, под которой скрывались боль и обида.
Неужели то, что их родители купаются в деньгах, дает им право так издеваться
над ней? Это же несправедливо! Но настанет день, когда она плюнет им в глаза
за все свои обиды, особенно Барбаре!
Юлиана ушла с бала очень рано. Домой идти не хотелось — там мама, которая с
нетерпением ждет ее впечатлений. Впечатления, горестно усмехнулась бедняжка.
Раздумывая, куда бы податься, она вспомнила, что Барбара с матерью ушли в
гости к родственникам, а мистер Престон, как обычно в это время, закрылся в
своем кабинете. Прекрасненько, вот и пересижу у бассейна, обрадовалась
девушка, крадучись обогнула дом и вышла на внутренний дворик.
Подойдя к бассейну, Юлиана остолбенела, увидев там сидящего в шезлонге
Блейка — его ждали на летние каникулы, но лишь через несколько дней.
Юлиане бросились в глаза бокал с виски в его руке и полупустая бутылка на
полу рядом с шезлонгом. Что-то новенькое! Виски! До этого Блейк не пил
ничего, кроме пива.
— А, так, так, так, — прогремел он, оглядывая ее. — Неужели
Золушка вернулась с бала? Вы очаровательны, моя принцесса, — так же
игриво продолжил он. Университетская жизнь, а может и что-то другое, научили
Блейка быть циничным.
— Да, никто не сомневается, что я больше, чем кто бы то ни было,
подхожу на роль бедной Золушки, — в тон ему отозвалась Юлиана. —
Вот только что-то твоя сестра не похожа на добрую фею.
Блейк, видимо, совсем не ожидал такого отпора от своей подружки.
— Не понял...
— Барбара великодушно преподнесла моей маме платье, в котором была у
себя на выпускном вечере, чтобы я его надела сегодня.
— А-а... теперь все ясно...
— Правда? Неужели ты способен чувствовать все то унижение, когда над
тобой просто издеваются, чуть ли не плюют в лицо? Нет, куда тебе! Ты же
счастливчик, родился в рубашке.
— Иногда можно и задохнуться в такой рубашке, — мрачно ответил он
и сделал большой глоток виски.
— Ни разу не видела, чтобы кому-то в ней стало тесно. Если, конечно, не
выпить лишнего, — добавила она и, подойдя к нему вплотную, уперла руки
в бока. — Как я погляжу, ты пьешь виски, как воду. С ума сошел? Ты
подумал, чем это кончится?
Он вдруг встал и пристально посмотрел па нее. Она оцепенела, как под
гипнотизирующим взглядом змеи. Он медленно приблизился к ней.
— Чем кончи гея?..
Не договорив, Блейк стремительно перешел к действиям. Он с жадностью поймал
ее губы и попытался языком разомкнуть их. Резкий вкус виски на губах вернул
Юлиану к реальности, вытащил ее из состояния блаженного оцепенения.
Она вырвалась и возмущенно уставилась на пего. Блейк с неохотой сделал шаг
назад. В его помутневшем взоре было что-то дьявольское.
— Что случилось, родная? Тебе не понравилось?
— Ты пьян, Блейк Престон! Вот что мне не нравится!
Его лицо сразу же прояснилось. Блейк ядовито ухмыльнулся.
— Так значит, все из-за того, что я выпил? Вот в чем дело! А если я был
бы трезв, ты бы позволила мне?..
— Да... нет... Не притворяйся дураком, Блейк! Ты же знаешь, что между
нами ничего не может быть. Зачем сыну хозяина связываться с дочерью его
поварихи? По меньшей мере несерьезно!
Его лицо, минуту назад веселое, стало мрачным. В какой-то момент в глазах
мелькнула злость.
— Может, ты и права, — согласился он и язвительно
ухмыльнулся. — А как же твой план выйти замуж за миллионера?
— Я поняла, что мне не на кого надеяться и придется самой здорово
потрудиться, чтобы стать богатой.
— Ой ли? И не подскажешь как? Вроде бы в школе ты не подавала больших
надежд.
— С этого дня я стану заниматься, как одержимая. У меня все получится,
вот увидишь!
Блейк слегка склонил набок голову, смерил ее взглядом и одобрительно кивнул.
— Что ж, может, и так. Ну, я пошел...
В ту ночь Юлиана стала взрослой. Проводив Блейка взглядом, она вдруг
почувствовала, что ее больше не терзает ни то, как с ней обошлись
одноклассницы, ни то, что ей придется солгать матери. Все теперь свелось к
единственному человеку, чьи нежные губы, язык, настойчиво пытавшийся
проникнуть внутрь нее, объятие сильных рук она осязала, как будто это
происходило сейчас.
Что же заставило оттолкнуть его? Сознание, что он пьян, или то непонятное,
совершенно новое ощущение, приведшее ее в замешательство? Юлиана никогда до
сих пор не испытывала ничего подобного. Это было похоже на неистовый порыв
гнева и восторга, смешанный с импульсивным, неосознанным стремлением
поддаться желаниям Блейка.
Больше всего Юлиану встревожила ее собственная мгновенная ответная реакция
на призыв Блейка. Но как же так? Ведь ей никогда даже в голову не приходило
увидеть в нем нечто большее, чем просто друга. Иногда, после просмотра
очередного эротического фильма, она воображала себя в постели с мужчиной, но
всегда героями ее романа выступали полюбившиеся ей актеры, но никак не
Блейк. Тогда почему же она сразу не остановила его, лишь только заметила
блеск желания в его глазах?
Ей стало не по себе от мысли, что ее сегодняшний поступок ничем не
отличается от того, что постоянно делала Лили, которую Юлиана осуждала,
считая слишком неразборчивой и податливой мужчинам. В мыслях она
противопоставляла матери себя: уж у кого-кого, а у нее все будет о'кей! Юная
моралистка видела себя хозяйкой своей судьбы, которую она построит сама
согласно своим желаниям. А что до мужчин, то они и пальцем не посмеют до нее
дотронуться без ее на то соизволения... не говоря уже о сексе.
В эту ночь Юлиана засыпала с твердым намерением больше никогда не терять
бдительности и не быть мямлей, чтобы снова не влипнуть в подобную ситуацию.
Как это ни трудно, она приняла решение во избежание неприятностей не
оставаться больше с Блейком наедине, да и вообще до поры до времени
держаться подальше от мальчишек. Она также поклялась выполнить свое слово,
данное Блейку, получить аттестат с хорошими оценками, поступить в
университет и собственным трудом добиться успеха в жизни. Первую клятву
выполнить было нетрудно, так как Блейк вскоре уехал. За вторую же она
взялась всерьез.
Следующие два года Юлиана изумляла и мать, и учителей завидной усидчивостью
и усердием. Мужской пол ее просто перестал интересовать. Она отшивала даже
тех мальчишек, которым в душе симпатизировала. Девушка целиком посвятила
себя учебе и пробам в качестве манекенщицы. В ней не было классической
красоты, тем не менее ее длинные, шелковистые волосы, высокая, стройная
фигура и несколько необычные черты лица приглянулись одному агентству,
которое в конце концов предложило ей работу фотомодели.
После успешного окончания школы Юлиана поступила в университет на факультет
маркетинга, параллельно продолжая успешно совершенствоваться в качестве
модели.
Блейк же делал огромные успехи в качестве биржевого маклера. До Юлианы дошли
слухи, что он быстро освоился на новом месте и прослыл усердным трудягой, в
работе способным на самые смелые, рискованные поступки.
В последний год ее учебы в университете дом Престонов постигла страшная
беда. Норин Престон, приняв большую дозу снотворного, покончила жизнь
самоубийством. Вскоре после этого Мэтью Престон умер от сердечного приступа,
оставив после себя множество долгов и почти разоренную фирму.
Внезапно, почти в одночасье, Блейк и Барбара остались сиротами, получив в
наследство лишь долги своих родителей. Оказалось заложенным даже имение
Престонов. Барбара вынуждена была срочно выйти замуж за пожилого, но очень
богатого вдовца. Блейк изумил всех решением свернуть свою деятельность,
продать квартиру и вернуться домой, чтобы взять на себя бразды правления
фирмой отца. Он с головой окунулся в новое для себя дело, внедрил множество
новейших технологий и в короткий срок добился, что его компания из
отсталого, убыточного предприятия превратилось в современный, процветающий
концерн, получивший всемирную известность.
К тридцати годам Блейк Престон стал важной фигурой в деловых и общественных
кругах Мельбурна. Считалось, что он достиг небывалых вершин своей карьеры,
когда, ко всему прочему, было объявлено о его помолвке с мисс Вирджинией
Блейкторп. Блейкторпы были одной из влиятельнейших семей Мельбурна.
К этому времени Юлиана, которая проживала в небольшой, но очень уютной
квартирке и успешно применяла на практике полученные в университете знания
по маркетингу в сети магазинов розничной торговли в пригороде Мельбурна,
тоже уже стала невестой. Ее жениха звали Оуэн Хоуторн. Он был на два года
старше ее. Красив. Изыскан. Богат.
Казалось, будущее Блейка и Юлианы было предрешено...
И вот одна незабываемая ночь за день до двадцатишестилетия Юлианы, через
неделю после смерти ее матери, разбила две помолвки и создала третью.
А через месяц Юлиана и Блейк стали мужем и женой.
Глава 3
Юлиана лежала в ванне и вспоминала ту странную ночь, как вдруг услышала крик
Блейка:
— Юлиана! Где ты?
Она села, и от резкого движения пена и вода выплеснулись через край.
— Я... я здесь, — сразу как-то оробев, пролепетала она, — в
ванной.
Боже, мелькнуло у нее в голове. Блейк уже дома. Должно быть, Стюарт гнал,
как сумасшедший. Да нет, скорее она погрузившись в прошлое, потеряла счет
времени.
Юлиана встала, и в тот самый момент, когда она собралась вылезать из ванны,
дверь распахнулась и вошел Блейк.
— Юлиана, мне бы хотелось...
Увидев ее голой, он оборвал себя на полуслове. Оба застыли от неожиданности,
уставившись друг на друга. До сих пор Блейку не приходилось видеть жену
полностью обнаженной. Сейчас же она показалась ему нимфой, выступающей из
пены. Юлиана стыдливо вспыхнула и раздраженно выговорила мужу:
— Ради Бога, Блейк, тебя не учили, что перед тем как войти, надо
постучать? — Она потянулась к полотенцу, чтобы поскорей прикрыть
наготу, и в спешке не заметив образовавшейся лужи на полу, ступила в нее
одной ногой и поскользнулась.
— Осторожно, — крикнул Блейк и, метнувшись, подхватил ее.
Почувствовав на своем теле его сильные руки, она инстинктивно рванулась
назад.
— Отпусти. Все нормально.
Но он, словно не слышал. Крепко удерживая за талию, он поднял ее из воды и
осторожно поставил на коврик. Блейк лишь прикоснулся к ней, но даже это было
настолько возбуждающе, что ей вовсе стало не по себе.
— Полотенце! — Все в голове спуталось. Блаженная, тянущая истома,
страх, гнев, то вместе, то попеременно охватывали ее, никак не давали
собраться с мыслями. — Мое полотенце. — Вырвав из его рук
полотенце, она быстро обвернулась им и вдруг поймала на себе настороженный,
недоумевающий взгляд мужа. Юлиана спохватилась, что ведет себя как
истеричная дура, мгновенно собралась и выдавила улыбку.
— Спасибо. Я... э-э... боялась испортить твой любимый костюм. Смотри,
как он намок и весь в пене.
Блейк покосился на свой светло-серый костюм-тройку, постоянно сопутствующий
ему в дальних поездках, и смахнул пену.
— Две-три капли никак не смогут его испортить.
И правда, этот мохеровый с шелковистым ворсом костюм имел потрясающее
свойство не меняться и не терять форму при самой длительной носке. И даже
сейчас, в пиджаке с пятнами от воды и пены, Блейк выглядел все таким же
элегантным и уверенным в себе. Но этого никак нельзя было сказать о Юлиане.
Куда запропастились ее палочки-выручалочки — высокомерие и самообладание?
Она молила Бога, чтобы Блейк поскорей ушел и дал ей возможность отдышаться и
собраться с мыслями...
— Наверное, вы мчались на огромной скорости, — сказала она,
стараясь придать своему голосу легкомысленный тон, — раз так быстро
добрались.
— Да, нам повезло — по всему пути нам открывалась
зеленая улица
.
— А я уже решила, что просто потеряла счет времени.
Поняв, что Блейк не собирается уходить, Юлиана отвернулась к ящику для
белья, но увидев в зеркале его устремленный на нее пристальный взгляд, опять
смутилась и занервничала. У них были раздельные ванные, и Юлиана не
привыкла, что кто-то, пусть даже муж, наблюдает за ней.
— Может, ты спустишься вниз и подождешь, пока я почищу зубы и приведу
себя в порядок? — предложила она с вымученной улыбкой.
— А можно... мне остаться? Я так соскучился по тебе.
— А... ну ладно. — Она небрежно повела плечами, поняв, что стоит
на пороге испытаний. Юлиана, соберись с мыслями и представь, как бы ты
поступила пару часов назад, приказала она себе.
Но как она ни старалась, ей так и не удалось изобразить то, что она хотела —
прежде у нее не возникало похожих ситуаций.
Хорошо, тогда подумай, как бы на твоем месте поступила любая другая женщина,
которой во что бы то ни стало надо скрыть от мужа свою любовь к нему?
Вообрази, что его просто нет в комнате, нашлась Юлиана. Перестань его
замечать, и веди себя так, словно ты одна и разговариваешь с ним по
интеркому.
Взяв с вешалки новое полотенце, Юлиана сначала вытерла руки, потом, не
обращая на Блейка внимания, отвернулась и поставила ногу на край ванны.
— Расскажи мне о своем приключении, — совершенно спокойно и очень
довольная собой сказала она, вытирая ноги.
— Да, ничего интересного. Там... Откуда у тебя такие синяки? —
удивился он, хмуро разглядывая три иссиня-черных кровоподтека на бедре.
Юлиана не менее удивленно стала рассматривать ногу.
— Сама не знаю, — призналась она. — Наверное, ударилась об
угол стола на работе. — Ты же знаешь, что у меня синяки появляются
почти на пустом месте.
— Откуда мне знать, — задумчиво отозвался он.
Недоверие в его голосе удивило и вместе с тем напугало ее.
— Что ты себе напридумывал? — деланно засмеялась она.
Но взглянув на него, Юлиана увидела нового, совершенно ей не знакомого
Блейка Престона. Его обычно смеющиеся голубые глаза сейчас были прищурены и
отливали холодным стальным блеском, в лице — страшное напряжение, челюсти
сжаты. Однако в одно мгновение видение страшного Блейка исчезло, как мираж,
и перед Юлианой снова стоял ее муж — вальяжный и безразличный ко всему.
Только на губах заиграла непривычная презрительная усмешка.
— Значит, говоришь, натолкнулась на стол? — медленно переспросил
он, глядя ей в глаза. — Интересно. Хотелось бы знать, как? Уж не
занималась ли ты сексом с этим
столом
?
От таких слов Юлиану обдало жаром. Она покраснела.
Блейк как бы по-отечески снисходительно похлопал ее по щеке.
— Юлиана, дорогуша, ты сама наивность. Неужели ты думаешь, что кто-то
может поверить этому? Но... ты мне нравишься такая. Это... еще раз
доказывает... И тем не менее...
Он долго, пристально смотрел на нее, не отрывая ладони от ее лица. Юлиана
готова была поклясться, что увидела в его глазах желание поцеловать ее.
Ну, поцелуй меня, мысленно призывала она. Поцелуй, обними, возьми меня...
Но неожиданно Блейк отпустил руку, распрямил плечи и отошел.
— Ты права, пойду-ка я выпью чего-нибудь, — с наигранной
беззаботностью улыбнулся он. — Хочешь, присоединяйся. А нет... тогда я
попозже сам приду к тебе.
И резко повернувшись, он вышел из ванны. Юлиана облегченно прислонилась к
стене, но увидев свое отражение в зеркале, пришла в ужас щеки пунцовые, губы
полураскрыты, расширившиеся глаза помутнели и горят желанием.
Она застонала, сжала кулаки и зажмурилась, стараясь подавить никак не
уходящее возбуждение. Боже! Что же делать?
Через пятнадцать минут она уже спускалась в гостиную в своем старом, любимом
розовом бархатном халате с большими карманами. Блейк встретил ее улыбкой.
— Ты не перестаешь меня поражать. Как тебе удается быть такой
обворожительной даже без макияжа, с наспех заколотыми волосами? Надо же, и
этот халат, видевший лучшие времена, не портит мою очаровательную женушку.
Фантастика! А походка?! — восторженно добавил он, не спуская с нее
восхищенных глаз.
— Где ты научился так льстить? — уклончиво и немного натянуто
усмехнулась Юлиана.
— Это не лесть, а чистая правда, Юлиана. Зачем мне льстить собственной
жене?
Что-то вдруг прорвалось в ней. То ли это было искреннее чувство, подогретое
долгой разлукой, то ли провокационное желание испытать себя и его.
— Я люблю тебя, Блейк! Он, довольный, засмеялся.
— Итак! — Поставив свой бокал на стеклянный кофейный столик, Блейк
встал. — Что мы будем пить?
— Что-нибудь покрепче, — ответила она, слегка поморщившись.
Блейк поднял бровь и с удивлением взглянул на жену.
— Это на тебя не похоже! Что это с тобой? Юлиана небрежно пожала
плечом.
— Сегодня был чертовски трудный день. Блейк засмеялся.
— Обычно это мой удел.
Он подошел к буфету из розового дерева, служившего им баром, достал бутылку
виски и наполнил хрустальный бокал, не забыв бросить туда несколько кубиков
льда.
— Это поможет тебе расслабиться. Вот увидишь, напряжение как рукой
снимет. — Блейк протянул бокал Юлиане, стоявшей спиной к камину.
Юлиана, так и не сумевшая до конца успокоиться и унять дрожь, чтобы не
расплескать бокал, взяла его обеими руками.
— Спасибо.
— Ну вот и хорошо. А теперь сядь и успокойся.
— Я лучше постою.
Он снова внимательно посмотрел на нее.
— У тебя что-то не так? Может, я смогу тебе помочь? — спросил он
и, налив свой бокал, подошел к ней.
— Нет, честно, нет. Просто не все идет гладко, как бы мне хотелось, с
запуском новой продукции, вот и все, — подчеркнуто равнодушным тоном
призналась она.
— А что конкретно?
— Ой, да ничего особенного, — чуть нетерпеливо отмахнулась она.
Ей-Богу, по сравнению с тем, что случилось с тобой, это сущий пустяк. Может,
расскажешь поподробнее? Тебе ведь не угрожала никакая опасность, правда?
На его губах появилась кривая усмешка.
— Скажем так, пару раз я уже подумывал, мне конец.
Внутри у Юлианы все сжалось. Чтобы Блейк признался, что стоял на краю
гибели! Недаром она так боялась за него. Боже, какой ужас!
— Я... я так боялась... И так рада, что ты вернулся домой живым и
невредимым! Блейк искоса взглянул на нее.
— Ты веришь мне? — в страхе, что, стараясь сдержать эмоции, она
выглядела н
...Закладка в соц.сетях
