Жанр: Любовные романы
Перед свадьбой
...ал огромный букет белых роз.
Взглянув на визитную карточку, она прочла:
Самой изумительной женщине,
которую я когда-либо встречал. Несмотря на ваше решение, мое предложение
остается в силе. Буду звонить
.
Подпись отсутствовала, да она была и не нужна. Корина с облегчением
подумала, что все финансовые проблемы еще могут быть решены. Но мысль о том,
что ей снова предстоит встреча с самым удивительным мужчиной, которого она
когда-либо встречала, приводила ее в трепет.
После смерти родителей ей пришлось продать старинный дом, построенный в
викторианском стиле, и перебраться в другой, более дешевый, но зато
расположенный ближе к Мантэттену, где на Мэдисон-авеню находилось ее
рекламное агентство. Если бы не большие расходы на образование Бланш, ей
вполне хватило бы тех денег, которые она зарабатывала. А так она с трудом
сводила концы с концами.
Войдя в дом, Корина бросила букет на кухонный рабочий стол, борясь с
желанием тут же отправить его в мусорное ведро. Если я поставлю его в вазу,
думала она, он постоянно будет напоминать мне о той унизительной
беспомощности и слабости, которые я испытала во время встречи с этим
человеком. Приняв душ, Корина нырнула в домашний шелковый комбинезон ярко-
зеленого цвета. Пройдя на кухню, она быстренько соорудила ужин: кусок
оставшейся с воскресенья холодной курицы и зеленый салат с молодым
картофелем. Приятно пахнущие розы все еще лежали там, где она их оставила.
Корина только что закончила еду, как кто-то позвонил во входную дверь. В
последнее время ей изрядно надоели незваные визитеры, и поэтому она решила
не открывать. Но кто-то упорно держал палец на кнопке звонка. Обычно, прежде
чем открыть дверь, Корина накидывала на нее предохранительную цепочку. В
этот раз ей так нетерпелось высказать неизвестному нахалу все, что она о нем
думает, что все предосторожности были отброшены. Она распахнула дверь. Перед
ней стоял Орсо Гамбини собственной персоной.
— Что вы здесь делаете? — изумленно спросила Корина.
— Мне хотелось убедиться в том, что вы получили мои цветы, — как
ни в чем не бывало спокойно ответил тот.
— Для этого было бы вполне достаточно телефонного звонка. Спасибо
большое, но мне непонятно, с чего вдруг вы мне их прислали.
— Я подумал, что вы, наверное, любите белые розы.
Гамбини оценивающе посмотрел на нее. Начав с покрытых розовым лаком ногтей
на голых ногах, его взгляд медленно пополз вверх, задержавшись на мгновение
на груди, и окончательно остановился на лице.
— Да, — с трудом произнесла Корина. Белый цвет действительно был
ее любимым, но Гамбини никак не мог знать это.
— Вот ведь какая беда, — продолжал он. — Когда заказываешь
цветы, сам никогда не видишь, что ты заказал.
— Если вы таким образом напрашиваетесь на приглашение в дом, то я
должна вас разочаровать — его не будет.
На Гамбини были надеты легкие голубые брюки и сочетающийся с ними по цвету
кашемировый свитер. Под свободно сидящей одеждой легко угадывалось
тренированное мускулистое тело. Разум говорил Корине, что этого мужчины
следовало опасаться, но предательски размякшее тело вовсе не испытывало
желания следовать голосу разума.
— Предлагаю сходить куда-нибудь выпить и обсудить в деталях мое
предложение, — с улыбкой произнес Гамбини, но его карие глаза
оставались при этом холодными и изучающе смотрели на Корину.
— А вам никогда не приходилось мириться с отказом?
— Если я по-настоящему чего-то хочу, то не смиряюсь.
— И вы действительно меня хотите?
В следующее мгновение Корина поняла, что ее вопрос прозвучал весьма
двусмысленно. Красная от смущения, она поспешила поправиться:
— Я хотела сказать, действительно ли вы так уж хотите со мной работать?
— Вы идеально подходите для моих целей, — поджав губы, чтобы не
рассмеяться над тем, что услышал, ответил Гамбини.
— Мне кажется, что у вас что-то другое на уме. Во-первых, уж очень вы
настойчивы.
— А во-вторых?
— Женская интуиция. — Голос Корины прозвучал спокойно и холодно.
Она полностью овладела собой.
— Ах, вот как, — рассмеялся Гамбини.
— Да, вот так, и вы не посмеете отрицать, что я права.
— Знаете, это-интересная мысль. Давайте все-таки посидим где-нибудь и
спокойно ее обсудим.
— Послушайте, я не имею ни малейшего желания выходить из дома, —
устало вздохнула Корина. — У меня был трудный день, в том числе
благодаря вам, и я собираюсь пораньше лечь спать.
Гамбини взглянул на часы. Она невольно отметила про себя, что это была
дорогая вещь из золота, скорее всего
Картье
. Все говорило о богатстве
этого человека. Кажется, он искренне считает, что может получить все, что
только ему заблагорассудится. Корина была уверена, что он предложит еще
большую зарплату.
— Еще так рано. Только начало девятого. В крайнем случае, мы могли бы
переговорить здесь у вас. Обещаю, что не займу больше часа.
— Извините, но я никогда не приглашаю чужих людей в свой дом.
— Я не думаю, что мы такие уж чужие, и заверяю вас, мисс Дэвидсон, что
пришел с вполне благородными намерениями.
Сказав это, Гамбини усмехнулся над собственными словами.
— Получилось уж очень по-старомодному. В общем, я хотел сказать, что
мой визит носит чисто деловой характер, и я не собираюсь претендовать на
ваше тело, каким бы прекрасным оно ни было. Поверьте, вам абсолютно ничто не
угрожает.
Корина вдруг поняла, что верит этому человеку. Она инстинктивно ощущала, что
он опасен, но в этот раз ему можно доверять.
— Хорошо, — неохотно согласилась она, пропуская Гамбини в
дом, — но предупреждаю, что вы зря потратите время. Я никогда не меняю
своих решений.
— А я никогда не могу смириться с отказом. Так что мы оба в тупике.
Интересно, кто выйдет из него победителем?
Корина провела неожиданного посетителя в гостиную, окна которой выходили в
небольшой дворик, заставленный кадками и большими вазами с цветущими
кустарниками и вьющимися растениями, придававшими ему средиземноморский вид.
— Прошу вас, садитесь, — указала Корина на низкое кресло. Сама она
села в другом конце комнаты на деревянный стул с прямой спинкой, стоявший у
окна. Благодаря этому она получила некоторое преимущество, поскольку лучи
заходящего солнца били Гамбини в глаза, ослепляя его.
Однако с этим господином такие штучки не проходили. Улыбнувшись над ее
наивной уловкой, он с видом благородного джентльмена встал со словами:
— Не могу себе позволить наслаждаться удобным креслом, в то время как
вы собираетесь сидеть на жестком стуле.
Гамбини протянул руку, чтобы помочь ей перейти на его место. Ей ничего не
оставалось делать, как принять его предложение. Правда, от его руки она
отказалась. По дороге Корина попыталась задернуть занавеси, но прикрыть окно
полностью не удалось, и теперь ей самой приходилось щуриться от яркого
света.
— Вам, наверное, жарко, — участливо осведомился Гамбини. —
Сочувствую, но предпочитаю сам контролировать ситуацию, а не принимать то,
что мне навязывают.
Корина сидела молча, крепко сжав губы, и всем своим видом говорила:
Ну
давай, давай! Делай свое предложение
.
— Думаю, прежде всего нам следует проанализировать причины вашего
отказа, — примирительно произнес Гамбини.
— А что тут анализировать? — удивилась Корина.
— Есть что, — настаивал Гамбини. — Только состоятельные люди
могут позволить себе отказаться от тех денег, которые я вам предлагаю.
— Ах так! — воскликнула Корина. — Вы, кажется, всерьез
полагаете, что все покупается и продается. А я отказываюсь продаваться.
— Вам удалось выяснить ситуацию с вашей фирмой?
— Да, оказывается, вы были правы, — неохотно призналась она.
— Ваш дом заложен, не так ли?
— А вот это вас совершенно не касается.
Вот ведь как, и это тоже он разузнал, подумала она. За дом, принадлежавший
родителям, удалось выручить не так уж много, а собственность на Лонг-
Айленде, куда они переехали вместе с сестрой, стоила значительно дороже, и
ей действительно пришлось заложить их новый дом.
— И наконец, дорогая частная школа, — с улыбкой всезнающего
человека подвел черту Гамбини. — По-моему, вам приходится нелегко.
Задохнувшись от возмущения, Корина вскочила и выкрикнула, щурясь на солнце:
— Уходите! Какое вы имеете право вмешиваться в...
— В гневе вы еще прекраснее, — прервал ее Гамбини. —
Удивительно, как это до сих пор никто еще не влюбил вас в себя? Вам нужна
эта работа, Корина. Почему вы отказываетесь?
Он был прав, она не могла позволить вторично отвергнуть его предложение, но
чертик противоречия все еще грыз ее душу.
— Я приму предложение только в том случае, если вы станете платить
втрое больше моей нынешней зарплаты.
— Согласен. — Широкая, довольная улыбка расцвела на лице Гамбини.
Он встал и протянул ей руку, которую она была вынуждена пожать. — Я
знал, что вы образумитесь. Каждый имеет свою цену.
Ее рука буквально онемела от его рукопожатия, таким оно было сильным. Но еще
хуже было то, что при этом ее тело содрогнулось как от электрического
разряда. Так же как в офисе, только гораздо сильнее. Дай бог, чтобы наши
пути пересекались не слишком часто, молилась она про себя.
Месяц спустя Корина приступила к новой работе. К большой радости, первые
полторы недели она ни разу не встречалась с Орсо Гамбини, хотя имя его
постоянно произносилось всеми вокруг: Орсо сказал, Орсо хочет, Орсо
потребовал, и так далее и тому подобное.
Большой загадкой оставалось для нее и то, каким образом она получила свое
новое назначение. Никаких вакансий на момент ее появления в фирме не было, и
Корина сделала вывод, что ее должность была создана специально для нее.
Некоторое время спустя посыльный доставил второй букет белых роз. На этот
раз на визитке было написано:
С благодарностью
.
И вот однажды Корине сообщили, что ее вызывает босс. Она шла по длинному
коридору, чувствуя учащенное биение сердца. Разозленная таким проявлением
слабости, она остановилась перед кабинетом, чтобы перевести дыхание,
успокоиться и взять себя в руки. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге
появился Гамбини.
— Что вы здесь делаете, мисс Дэвидсон? — с неподдельным удивлением
спросил он. — Набираетесь смелости перед тем, как войти в клетку льва?
Это было настолько точное определение ее состояния, что Корина откровенно
призналась:
— Ничего удивительного. Вы так себя здесь поставили, что каждый вызов к
вам воспринимается как чрезвычайное событие в жизни ваших сотрудников. Так
что меня ждет? Увольнение или повышение?
Усмехнувшись, Гамбини жестом пригласил Корину войти.
— Немногие из моих коллег позволяют говорить со мной таким тоном, мисс
Дэвидсон.
— Почему же? Кажется, вы говорили, что все служащие — одна большая
семья. Все равны независимо от занимаемой должности. Если это действительно
так, не вижу причин, почему бы мне не говорить то, что думаю, —
выпалила Корина, решив, что вряд ли Гамбини уволит ее за такую дерзость,
ведь он так добивался того, чтобы она перешла в его фирму.
— Ладно, садитесь. Какие у вас планы на ближайшее будущее?
Она удивленно посмотрела на него, не понимая, о чем он спрашивает.
— Я имею в виду ваши личные планы: отпуск или еще что-нибудь в этом
роде, — спросил Гамбини сухим, деловым тоном, что сразу успокоило
Корину.
— Нет, я ничего такого не планирую.
— Очень хорошо. Я хочу предложить вам поехать со мной на Корсику.
— Корсику? — изумилась Корина.
— Да, я оттуда родом.
— И это основание для того, чтобы я сопровождала вас?
Ее снова охватила тревога, и на этот раз, кажется, были серьезные основания.
— Разумеется, это будет чисто деловая поездка. У меня там серьезные
рекламные проекты.
— Но мне-то зачем туда ехать?
— Неужели не ясно? — теряя терпение, повысил голос Гамбини. —
Вы специалист сразу по двум направлениям рекламной деятельности, к тому же
владеете французским и итальянским языками. На месте вы сможете обозначить
проблемы и найти способы их решения, что сэкономит время и деньги.
— Вы именно это имели в виду, когда уговаривали меня перейти к вам на
работу? — настороженно спросила Корина.
Гамбини молча кивнул головой.
— Тогда почему же вы сразу мне об этом не сказали?
— А вы согласились бы принять мое предложение, если бы знали, что я
собираюсь тащить вас за собой через океан? — спросил Гамбини и,
постукивая пальцем по столу, с улыбкой взглянул на Корину.
— Возможно, что не согласилась бы, — неуверенно улыбнулась она в
ответ. — Хотя кто знает, может быть, наоборот, я увидела бы в этом
интересную возможность реализовать свои задумки, а заодно и мир посмотреть.
— Значит, вы довольны, что отправитесь на Корсику?
Она понимала, что возражать бессмысленно. Все равно он настоял бы на своем.
— Я поеду при условии, что это будет чисто деловая командировка.
— Даю слово.
— Как долго мы там пробудем?
— День или пять, — пожал плечами Гамбини. — Ровно столько,
сколько потребуется, чтобы закончить все дела.
На Корсике их ожидали комфортабельные номера лучшей гостиницы Бастии,
второго по величине и значению города острова. За ужином, к ее удивлению,
Гамбини пустился в воспоминания о детстве.
— Знаете, на нашем острове семья-это все. Мне было всего лишь четыре
года, когда умерла мать, и я воспитывался ее родителями при самом активном
участии моей прабабушки. И мой отец, и родители матери скончались, а
прабабушка Бастелика еще жива. Впрочем, между собой мы никогда не зовем ее
по имени. Для нас она просто Биснонна, что по-корсикански означает
прабабушка
. В этом году ей исполнится девяносто три, и дай бог ей
здоровья.
Гамбини говорил о своих родственниках с большой теплотой, и Корина с
сожалением подумала, что ее дедушки и бабушки ушли из жизни, когда она была
еще совсем маленькой, а Бланш еще даже не родилась.
— Меня направили учиться в Соединенные Штаты, в Оксфордский
университет, — продолжал Гамбини. — Америка мне понравилась, и я
решил здесь остаться. Но при этом несколько раз в году я приезжаю на
Корсику. Мои многочисленные родственники не простили бы мне, если бы я стал
забывать родину.
— У вас здесь, наверное, остались братья и сестры?
— Два брата и сестра, — кивнул он. — Маддален, младшая в
семье, и братья — Брандолаччо и Винчителло. Завтра вы их увидите.
— Вы собираетесь навестить родных? — удивилась Корина.
— Разумеется. Как можно, приехать на Корсику и не повидать
семью? — в свою очередь удивился Гамбини.
— Вы же уверяли меня, что поездка чисто деловая, — возмутилась
Корина.
— Ну что же тут плохого, если мы соединим приятное с полезным, —
усмехнулся Гамбини.
— Ладно, пусть будет так, — согласилась Корина. — Непонятно,
почему вы меня не предупредили об этом. У них есть семьи?
— Да, братья-женаты, сестра — замужем.
— А что же вы до сих пор холостяк? — Сказав это, Корина тут же
подумала, что ей не следовало задавать такой личный вопрос. В конце концов,
он — ее босс, а она — всего лишь сотрудница фирмы. Кроме того, по
нахмуренному лицу Гам-бини она поняла, что вопрос этот ему неприятен. —
Извините, мне не следовало спрашивать вас об этом... Корсиканское блюдо
удивительно вкусное.
— Так и должно быть. Корсиканская кухня славится во всем мире, но еще
вкуснее нам покажутся блюда, приготовленные в моем доме.
На вид Гамбини можно было дать лет тридцать пять. Странно, что он до сих пор
холост, размышляла про себя Корина. Чтобы на такого интересного мужчину да
не нашлось желающих? Исключено. Дело, конечно, в нем самом. Может быть, он
слишком занят своими делами и не имеет времени для личной жизни? Может быть,
он разочарован в женщинах? Господи, да мало ли какие могут быть причины!
Ночью, лежа в соседнем с Гамбини номере, Корина не могла отделаться от
мыслей о новом боссе. Никогда еще в своей жизни она не встречала мужчину с
такими разносторонними достоинствами. Интересный внешне, ярко выраженная
сексапильность, неприлично богат. Какая девушка устоит перед таким мужчиной?
Когда однажды обнаружилось, что Сидней Хат, которого все уже называли не
иначе как ее женихом, встречается с другой женщиной, к тому же ее лучшей
подругой, Корина твердо решила все свое время и силы отдавать карьере, на
корню пресекая любые попытки окружавших ее мужчин к сближению. Впрочем, это
было совсем не трудно, поскольку ни один из них по-настоящему не нравился
ей. Сослуживцы даже окрестили Корину
ледяной и неприступной женщиной
. И
вот теперь при каждой встрече с Гамбини ее охватывало не подчиняющееся
разуму волнение.
Перелет через Атлантический океан произвел на Корину неизгладимое
впечатление. Во-первых, они летели на личном самолете Орсо. Самолет был
оборудован по последнему слову техники и представлял собой не что иное, как
ультрасовременный офис, находясь в котором можно решать все без исключения
рабочие вопросы. Во-вторых, полет был таким длительным, что она еще раз
убедилась в том, какое сильное воздействие оказывал на нее сам хозяин офиса.
В каждом слове, даже жесте чувствовалась незаурядная личность.
Каждый раз, когда Орсо обращался к Корине, у нее перехватывало дыхание, как
будто в самолете не хватало кислорода. К счастью, такое случалось не слишком
часто, поскольку почти всю дорогу он просидел с телефоном, поддерживая
деловые контакты.
И теперь, даже отделенная от Гамбини гостиничной стеной, она ощущала его
присутствие. И это глубоко тревожило Корину. Она понимала, что если этот
мужчина захочет быть с нею, то сопротивляться его желанию будет нелегко.
В ту ночь она почти не спала. Утром ранний звонок пригласил Корину к
завтраку. Она вышла невыспавшаяся, а потому была немного раздражена.
Поздоровавшись с Гамбини, Корина едва улыбнулась.
— Вы нездоровы? — участливо спросил Гамбини, выглядевший свежим и
вполне отдохнувшим. На нем была белоснежная сорочка и темные льняные брюки.
Еще не совсем высохшие волосы свидетельствовали о том, что он пришел в
столовую прямо после душа. Как всегда он благоухал дорогим лосьоном.
— У меня слегка побаливает голова, — не слишком оригинально
солгала Корина. Не могла же она сказать ему, что всю ночь лежала в темноте с
открытыми глазами и думала о нем.
Всего лишь шесть недель прошло с тех пор, как Гамбини вошел в ее жизнь. До
этого перелета они встречались лишь трижды, и, тем не менее, он полностью
овладел ее воображением. Это просто какое-то наваждение! Хорошо еще, что он,
не нарушает данного слова и не пытается ухаживать за ней. По крайней мере,
пока! Тем не менее на всякий случай Корина на ночь заперла дверь номера на
ключ.
— Вы подвержены головным болям? — неожиданно резко спросил
Гамбини. — Вы страдаете от мигрени?
Корина отрицательно покачала головой.
— Тогда не страшно. Видимо, это результат перелета и смены часового
пояса. Примите пару таблеток аспирина и все пройдет.
— Что у нас сегодня по плану? — поинтересовалась Корина. Мысль о
предстоящем знакомстве с родственниками Гамбини не давала ей покоя. Поверят
ли они, что их совместная поездка — чисто деловая, или примут ее за
очередную подружку их Орсо? Как часто он привозит сюда своих пассий?
Впрочем, последнюю мысль Корина сразу отбросила. Гамбини говорил ей, что он
из старинного корсиканского рода, чуть ли не аристократического, а в этой
среде придерживаются строгих взглядов на любовь и отношения между мужчиной и
женщиной. Да и сам он не производит впечатления волокиты.
— Утром нас ждут дела, а вечером мы направимся к моим
родственникам, — ответил Гамбини, откидывая назад голову, что невольно
придало ему весьма самоуверенный вид. Заметив, как она напряглась, он
добавил: — Не волнуйтесь, Корина, они полюбят вас.
С какой стати они должны полюбить обыкновенного служащего фирмы?
Корина, с тех пор как встретила Гамбини, постоянно чувствовала себя не в
своей тарелке. Сначала это было неожиданное предложение работы и
фантастической для нее зарплаты, потом поездка на Корсику, а теперь еще и
его родственники.
— Вы ничего не скрываете от меня, мистер Гамбини? — Она подозрительно посмотрела на него.
— Пожалуйста, называйте меня просто Орсо.
— Почему вдруг?
— Что почему? — нахмурился Гамбини.
— Почему я должна называть вас, хозяина фирмы, в которой я всего лишь
один из сотрудников, по имени? Мы почти не знакомы и находимся здесь по
чисто служебным делам.
— Я уже говорил, что здесь нас ждут и дела, и удовольствия. Для меня
встреча с членами семьи — всегда большая радость.
— А приезжать сюда с девушкой тоже входит в число удовольствий?
— Ошибаетесь, — после короткого раздумья ответил Гамбини. — Я
никогда еще не приезжал к своим с девушкой.
— Неужели у вас никогда и ни с кем не было серьезных отношений?
— Серьезные отношения были, — признался Гамбини, — только из
них ничего не вышло. Лучше нам это не обсуждать. Вы закончили завтрак? Я
хотел бы как можно скорее приступить к делам.
По его интонации Корина поняла, что невольно задела больное место, и, хотя
ее разбирало любопытство, она сочла за благо воздержаться от дальнейших
вопросов. Может быть, позже, когда они поближе узнают друг друга, ей удастся
выяснить, какая девушка и каким образом оставила такой глубокий след в его
душе. Ясно было одно — именно из-за нее он остался холостяком.
Деловая встреча с крупным производителем автомобилей прошла исключительно
интересно, и Корина была довольна, что ей довелось в ней участвовать. Одним
из ее профессиональных достоинств, которое она тут же продемонстрировала,
было знание французского языка, и, хотя корсиканский диалект несколько
отличался от того французского, которому обучали в колледже, Корина
прекрасно все понимала, а ее собеседники были очень довольны, что им не надо
обнаруживать свои скудные знания английского. Правда, иногда в азарте
полемики корсиканские бизнесмены переходили на один из диалектов
итальянского, принятый на острове в бытовой речи, но тут уж сам Гамбини
просил вернуться к французскому. Одним словом, Корина произвела на всех
прекрасное впечатление. Позднее, во время обеда в ресторане на окраине
Бастии, Гамбини при всех поблагодарил ее за помощь в обсуждении проекта.
Обед длился недолго. Орсо явно торопился к своим, и прежде всего к
прабабушке, которую он называл не иначе как Биснонна и о которой было
сказано немало самых теплых слов. Видно было, что между ними существовали
самые нежные отношения и что они очень любили друг друга.
Дорога шла на юг, время от времени пересекая небольшие горные речушки.
Далеко на западе виднелась вершина Мон-Сенто, самой высокой горы острова.
Уже через пару часов они подъезжали к городу Аяччо, административному центру
Корсики.
С автострады свернули на уходившую к морю узкую дорогу, и через пятнадцать
минут машина въехала во двор большого старинного замка.
Корина с изумлением смотрела на великолепное, сложенное из серого камня
здание, с пристройками с обеих сторон. Здание, как, впрочем, и вся
территория, носило отпечаток некоторой запущенности, что не мешало ему
выглядеть величественно.
Со скрипом открылись массивные двери, и они оказались в огромном, отделанном
коричневым мрамором вестибюле. Их встретила молодая женщина,
вся в черном,
которая, радостно и в то же время застенчиво улыбаясь, приветствовала
Гамбини, с любопытством при этом поглядывая на Корину.
— Здравствуй, Софи. Моя Биснонна ждет меня?
Девушка радостно кивнула головой, широко улыбаясь и с явным о...
Закладка в соц.сетях
