Жанр: Любовные романы
Страсть
... Габриэль
почувствовал, как сжалась его челюсть. Теперь он понимал, почему Марисоль
так боялась этого старика. В нем была какая-то злая сила, сила, которую он
получал каждый день своей жизни. Он, казалось, вытягивал ее с окружающих.
Конечно, не так как Габриэль вытягивает жизненную энергию, но люди вокруг
него в скором времени стают нервными и усталыми. Как птички, которые смотрят
на змею.
Он вселяет страх.
Габриэль не хотел быть страшным. Но он присоединился к темной стороне, и ему
нужен Зитс. У старика есть недвижимость, организация, связи. А Габриелю
нужно все это на пути к вершине.
Он обдумывал все это, как внезапно в его сознание ворвался крик. Это не был
звук, сигнал поступил с телепатической сети. Он был полон как ненависти и
гнева, так и страха. Это Кейтлин.
Совсем рядом. На северо-западе от меня
, — подумал он.
Он уже двигался, перед тем, как смог подумать о чем-то еще. Габриэль даже не
знал почему, ведь его никто не просил.
Он двигался широкими плавными шагами, словно волк на охоте. Крик последовал
снова, и теперь в нем послышалась борьба за жизнь. Габриэль ускорил шаг на
пути туда.
Плющевая улица. Крик исходил откуда-то снизу, теперь он смог это видеть, под
фонарем, в конце тупика. Кроме мыслей он ничего не слышал, Кейтлин никогда
не кричит в голос, когда попадает в беду.
На бегу Габриэль достиг борющихся фигур. Красноволосый мужчина был на
Кейтлин, а она отбивалась и царапалась. Мужчина получил немало повреждений,
но, в конце концов, он победит. Он тяжелее и сильнее, а значит, продержится
дольше.
Дежа-вю
, — подумал Габриэль.
Однажды за Институтом он уже находил Кейтлин, на которую напал мужчина. Но
как оказалось, тот был из Братства.
А этот, — подумал Габриэль, осмотрев немытые волосы нападавшего, — вряд ли
может быть кем-то, кроме бродяги
.
Он может просто оставить все как есть. Старик будет рад услышать, что
Кейтлин мертва, и это уменьшит количество людей охраняющих осколок. Но...
Все эти мысли молнией пронеслись в его мозгу. Пока он неосознанно сделал
вывод, подходя к мужчине.
Габриэль схватился за конец грязного плаща и отдернул его. Кейтлин
выкатилась из-под мужчины, и он почувствовал ее изумление.
— Габриэль!
Значит, она его не видела. Наверное, потому, что была немного занята,
стараясь остаться в живых. Мужчина в плаще уже поднялся на ноги. Он увидел
Габриэля и попытался ударить его кулаком, но тот увернулся. Габриэль резким
движением руки достал нож, немного разрезав рукав. Его рука сжалась на нем,
чувствуя вес и гладкость рукоятки.
Глаза мужчины стали побольше.
Как у росомахи
, — подумал Габриэль, отработанными движениями размахивая
ножом перед ним. Красноволосый следил за ним. Он испугался. Габриэль начал
наслаждаться привкусом его страха.
Можешь не волноваться насчет ножа, — подумал он, зная, что мужчина его не
услышит. — Это всего лишь отвлекающий маневр... пока я буду делать это...
Другой рукой Габриэль грациозно и молниеносно дотронулся до хребта мужчины.
Сразу за грязным воротником плаща в задней части шеи.
Его пальцы установили контакт с кожей, нащупав точку передачи энергии.
Габриэль мог установить и лучший контакт, используя рот, но он не собирался
прикасаться к этому грязному бродяге больше чем следует. Затем последовало
ощущение разлома, как будто что-то начало вырываться наружу. Красноволосый
дернул мускулами. Затем Габриэль ощутил приток энергии, словно с точки
передачи фонтаном вырывался ярко-синий свет. Через пальцы Габриэля протекала
теплая энергия всего тела мужчины.
— А-а-а-а-а.
Это походило на холодный напиток в очень жаркий день, в высоком стакане и с
кубиками льда, звенящими внутри. А снаружи на стакане сконденсировались
капельки воды. Это как открывающееся другое дыхание, когда ты бежишь и вдруг
ощущаешь силу, спокойствие и энергию. Такое чувство словно стоишь на краю
катамарана, и тебе в лицо дует ветерок. Это не сильно напоминало все чувства
восстановления, жизненности и возбуждения Габриэля, но были очень близки.
Поглощение жизненной энергии ни с чем нельзя сравнить. Даже отобранная у
грязного бродяги она была прекрасной. Когда этот парень боится, в нем
протекает больше энергии. Габриэль отпустил его и положил нож обратно в
ножны.
Красноволосый вздрогнул и свалился на землю, словно у него пропали кости. На
земле он вздрогнул еще раз и замер. От него воняло.
Кейтлин тяжело дыша, поднялась на ноги.
— Он умер? — Спросила она.
— Пока нет, он еще вдохнет разок или два. Но жить он не будет.
— И тебе это понравилось. — Брови Кейт изогнулись в презрении, а дымчатые
голубые глаза вспыхнули. Ее легкий рыжий локон прилип ко лбу, а остальные
волосы казались огненным водопадом. Они были взъерошены и очень красиво
развевались на ветру.
Габриэль сердито отвернулся. Он не будет думать о ней, не будет смотреть,
какая она красивая, какая прекрасная у нее кожа, или как дыхание вздымает ее
грудь. Она принадлежит другому, она для него ничего не значит.
— А ты хорошо постаралась. — Сказал он, смотря на лежащую на земле фигуру.
Кейтлин задрожала, но потом взяла себя в руки. Когда она ответила, ее голос
прозвучал мягко.
— Я видела, он был полон мерзости. Его разум был...— Она опять задрожала.
— Ты проникла в его разум? — резко спросил Габриэль.
— Ну, не совсем. Я это как-то ощутила, будто какое-то чувство или запах. Я
не могу сказать точно, о чем он думал. — Поколебавшись, она взглянула на
Габриэля и глубоко вздохнула. — Извини. Я тебя не поблагодарила. Я рада, что
ты заметил. Если бы ты не... — ее голос в очередной раз сорвался.
Последнюю реплику он пропустил мимо ушей.
— Может, пребывание в телепатической сети усилило твои способности по
отношению к другим людям или у парня был телепатически слабый разум. — Он
коснулся ботинком плаща. Затем поднял взгляд на Кейт. — А где остальные?
Кейтлин выпрямилась, и постаралась быть невозмутимой.
— Кто?
— Ты знаешь кто остальные. — Габриэль напряг свои чувства, ища признаки их
присутствия. Ничего. Он посмотрел на Кейтлин и сузил глаза. — Наверное, они
где-то поблизости. Ты бы не пришла сюда одна.
— Не пришла бы? Но я одна. Я приехала на автобусе. Разве ты не хочешь
спросить меня, почему?
Позади нее небо окрасилось в зеленый и бледно-розовый цвет, в отличие от
ультрамаринового на западе. Последние звезды затухли, и первый луч света
коснулся ее рыжих волос. Она была стройной и гордой, словно средневековая
ведьма встречающая рассвет. Габриэль приложил немало усилий, чтобы оставить
выражение лица бесстрастным, а присутствие в сети ледяным.
— Ладно, — сказал он. — Что ты здесь делаешь?
— Что значит, она пропала? — потребовал Роб.
— Она пропала, — несчастно повторила Анна. — Я проснулась, а ее нет. Ее
здесь нет.
Льюис перевернулся в спальном мешке, посмотрев на них искоса, и начал
скрестись.
— Вы смотрели в, ух...
— Конечно, мы смотрели в ванной. Мы смотрели везде, ее нигде нет. Роб, ее
сумка тоже пропала.
— Что? — Это походило на крик. Анна прикрыла рот рукой, пока Роб пристально
на нее смотрел.
— Если ее сумка пропала, и она сама пропала, — через секунду мысленно сказал
он.
— Я это и говорю, — ответила Анна. Ее красивые темные глаза расширились, но
остались спокойными. Анна всегда сохраняла спокойствие в экстремальных
ситуациях, а Роб уже стал близок к тому, чтобы его потерять. Все время с
прошлой ночи его эмоции были в беспорядке.
Приложив усилие, он взял себя в руки.
— Нет, Я имею в виду, она уехала не надолго и, скорее всего, по своей воле.
Если бы ее похитили, то не взяли бы сумку.
— Но почему она уехала? — Поднявшись, спросил Льюис. — То есть, она не
должна была уезжать, но если она сделала это по своей воле, тогда почему?
Роб перевел взгляд с тяжелых темных очертаний мебели в гостиной на окно.
Рассвет.
— Думаю... наверное, она уехала в Институт.
Остальные посмотрели на него.
— Нет, — сказала Анна.
Роб выпрямил плечи и прикусил губу. Он все еще смотрел в окно.
— А я думаю, да.
— Но зачем? — спросил Льюис. Роб услышал его, но все продолжал смотреть в
голубоватое, словно стекло, небо. Кейт где-то там...
— Роб! — Льюис его встряхнул. — Почему она уехала в Институт? — потребовал
он.
— Не знаю, — ответил Роб, когда пришел в себя. — Может у нее есть какая-то
идея, чтобы повлиять на Габриэля, или она хочет что-то сделать с мистером
Зитсом.
Анна и Льюис громко выдохнули.
— Я думаю, имею в виду, то есть думаю, ты же говорил...
Роб смущенно на него посмотрел и моргнул.
— Он думает, ты говорил, что Кейт изменилась, как и Габриэль, — решительно
сказала Анна. — Я знала, что это не правда, но предположила, что ты так
подумал.
— Конечно, она бы этого не сделала, — шокировано, ответил Роб. Ему сложно
разбираться в людях, иногда все проходит так быстро, что не успеваешь
подумать о их худших сторонах, даже друзей. Но он знал, что Кейтлин не может
быть злой.
— Она ушла посреди ночи, — сказал Льюис. — Думаешь, взяла машину?
— Машины на месте. Я проверила, когда только проснулась, — проговорила Анна.
— Не понимаю, как она могла сделать такое.
— Она нашла другой способ, — кратко сказал Роб. Кейтлин шелковая, под
твердой огненной оболочкой решимости. — Нет, если она направилась туда,
значит она уже там. Вопрос в том, что нам теперь делать?
— А что мы можем делать? — спросил Льюис.
Сзади дома послышались звуки движения. Родители Марисоль. Роб посмотрел в
том направлении, затем перевел взгляд на окно.
— Нам нужно как-то ее вернуть. Найти и вытащить.
— Вытащить, — тихо повторила Анна. Это не было вопросом, скорее
подтверждением.
— Мы должны, — сказал Роб. — Не знаю, что она задумала, но это не сработает.
Не в том доме с безумцами. Они опасные. Они ее убьют.
— Я пришла тебя повидать, — сказала Кейтлин, придвинувшись ближе к нему.
Она точно могла сказать, что Габриэль этого не ожидал.
— Правда. Посмотри на меня, прочти мои мысли. Я пришла сюда, чтобы тебя
повидать, Габриэль.
Кейт рискнула. Но, ведь она пришла к нему, это правда, и после того, как
Габриэль спас ей жизнь, она очень рада его видеть. Это он мог понять и с
помощью безопасного способа. Кейтлин могла поспорить, что он не будет
копаться в ее голове, потому, что это означает подойти ближе, позволить
знать ей, что он чувствует. А она знала, что Габриэль этого не хочет.
Он смотрел на Кейт против света своими твердыми серыми суженными глазами.
Прекрасного северного света вокруг них, в котором простые дома казались
очаровательными, и даже Габриель под ним выглядел золотистым и теплым. Она
могла только догадываться, как выглядит сама.
Габриэль опустил глаза. Его телепатические чувства легонько, как крылья
бабочки просканировали ее разум.
— Значит, пришла меня повидать, — сказал он.
— Я заскучала, — ответила Кейтлин, и это тоже было правдой. Ей недоставало
его острого разума, насмешливого юмора, сверкания глаз, и присутствия силы в
сети.
— Я хочу к тебе присоединится.
Это была такая ужасная ложь, что Кейт ожидала, что он это поймет. Но его
телепатическая сила была направлена на скрытие собственных мыслей. Он за ней
даже не наблюдал должным образом.
— Не глупи, — сказал Габриэль внезапно ослабевшим голосом.
Кейтлин увидела зацепку и ухватилась за нее.
— Но я уже это сделала. Я решила прошлой ночью. Мне, конечно, не нравится
мистер Зи, но думаю, в некоторых вещах он прав. У нас есть неограниченные
возможности, и нужно просто найти, где остановиться. Свобода. Мы стоим выше
других людей.
Габриэль, казалось, собрался с мыслями.
— Ты для этого не подходишь.
— Почему это? Я устала убегать. Я хочу быть с тобой, я хочу силы. Что же тут
не так?
Его челюсть напряглась.
— Ничего, просто ты в это не веришь.
— Проверь. — Сердце Кейтлин забилось быстрее, когда она опять пошла на риск.
— Габриэль, я даже не представляла, кем мы были вместе, пока ты не ушел. Ты
мне не безразличен. — Это было так. Ей бы в Голливуд. Кейт подошла еще
ближе, она почти касалась его. — Поверь мне.
Если он захочет, то сможет проникнуть в ее разум и вытащить оттуда правду. И
ее тоненькие щиты не смогут его удержать.
Но он не хотел этого делать. Он просто ее поцеловал.
Кейтлин намеренно приняла поцелуй, потому что знала, что должна. Она ощутила
вспышку триумфа. Девочка доказала. Звезда родилась!
Затем триумф улетучился под напором чего-то более сильного и глубокого. Чего-
то горячего, радостного и чистого. Они хватались друг за друга, он обнимал
ее так же сильно, как и она его.
Между ними, казалось, промелькнула искра. Везде, где они соприкасались,
Кейтлин чувствовала покалывания. Его рука поглаживала ее волосы, и она
боялась шевелиться. Маленькая боль пронзила ее, пока его пальцы не
останавливались. Его губы прикасались к ее снова и снова.
Боль поднималась изнутри Кейтлин. Они сейчас вместе, очень близко, и она
хочет быть еще ближе. По ней прошлась дрожь возбуждения, а затем вспыхнул
свет. Его пальцы скользили по ее затылку.
И вспышка света была только началом. Бледно-синие искорки превратились в
стремительный поток. Через секунду точка передачи откроется, и ее энергия
потечет к нему.
Это последняя часть, но она не могла. Их разумы раскроются друг перед
другом. Ее щит исчезнет, и он увидит все.
Кейтлин попыталась вырваться... но безрезультатно. Он держал ее, и казалось
не хотел отпускать. Она не может сопротивляться и через секунду он все
поймет.
Вдруг подъемная дверь гаража начала открываться. Кейтлин подскочила и
спаслась. Габриэль поднял голову и взглянул на дом возле них. В этот момент
Кейт отступила.
Мир вокруг них начал оживать. Рассвет закончился и наступил день. Дверь в
другом доме открылась, по дорожке бежал кот. Никто не обращал внимания на
высокого парня на улице, который целует девушку, или скрутившуюся фигуру у
их ног.
— Они скоро нас заметят, — прошептала Кейтлин. — Уходим.
Они пошли быстрым шагом. На перекрестке Кейтлин посмотрела на него. — В
какую сторону Институт?
— Ты что, и вправду хочешь туда пойти? — Он посмотрел нерешительно, но не
насмешливо, как раньше. Она его убедила.
— Я хочу быть с тобой.
Габриэль засмущался. Смущенный и уязвимый, в его глазах было что-то хрупкое.
— Но ведь я причинял тебе боль.
— Ты не хотел этого делать. — Кейтлин была в этом уверена. Она думала так и
раньше, но теперь она была уверена.
— Не знаю, — кратко сказал он. — Я больше ничего не знаю.
— Зато я знаю. Забудь об этом. — Он все еще был смущенным, и это хорошо. Чем
больше он будет неуверен, тем меньше шансов, что он будет ее сканировать.
Она все еще была сбита с толку тем поцелуем.
О, Боже, во что же я вляпалась?
Кейт решила подумать об этом позже.
— Джойс все еще бесится? — Джойс Пайпер была женщиной, которая собрала их
прошлой зимой, и привела Институт в порядок. Даже сейчас Кейтлин не может
смириться с тем, что она плохая, как и мистер Зи.
— Ну, если это можно так назвать. Она думает, что руководит всем, но...
ладно, сама увидишь.
На Кейтлин нахлынула волна победы. Он больше не спорил. С ее приходом, он
стал самонадеянным, и они впустят ее.
Я сделаю это
, — подумала она.
Вдруг она поняла, ей очень повезло, что она придет вместе с Габриелем. Он
очень сильно ей помог. Пока они идут к Институту, ей не следует стыдиться
или боятся. Она подняла голову. И впервые за всю дорогу сюда почувствовала
тревогу. Тревогу за ее новых соседей, понравиться ли она им, примут ли они
ее? Сейчас у нее есть вещи и поважнее, за которые следует беспокоиться,
чтобы достигнуть цели. Она знала, что выглядит прохладно и уверенно, почти
царственно.
Кейт порылась в своей дорожной сумке, достала солнцезащитные очки Марисоль,
и надела их, откинув назад волосы.
Теперь я готова
.
Габриэль бросил на нее взгляд.
— Новые?
— Ну, думаю Марисоль они больше не пригодятся. — Кейт увидела, как поднялись
его брови из-за ее жесткости.
Институт был пурпурного цвета. Конечно, она это помнила, но все равно с
удивлением смотрела на этот яркий цвет. Как же она дико соскучилась по дому.
— Пошли, — сказал Габриэль и повел ее к двери. Та оказалась закрытой, и он с
силой начал в нее колотить.
— Забыл ключ...
— И где же твой новый талант взлома и проникновения?
Но дверь открылась. За ней стояла Джойс, ее короткие светлые волосы были
гладкими и мокрыми. На ней был розовый свитер и лосины.
Как всегда, ее окружала аура энергии, будто она готова приступить к
выполнению любой задачи. В ее аквамариновых глазах сияла жизнь.
— Габриэль, где ты...— Она умолкла, а ее глаза расширились. Она увидела
Кейтлин.
Пару секунд они просто стояли и смотрели друг на друга. Скрытое наружной
прохладностью, сердце Кейтлин забилось быстрее. Джойс ей тоже придется
убедить. Но она чувствовала волны подозрения исходящие от светловолосой
женщины.
Однажды Джойс уже одурачила ее, одурачила всех их.
Теперь очередь Кейтлин. Кейт чувствовала себя федеральным агентом,
охотящимся на мафию.
А ты знаешь, что они с ними делают
, — подумала она.
— Джойс... начала она благородным и убедительным голосом.
Джойс на нее даже не взглянула.
— Габриэль, — сказала она скрипящим шепотом, — уведи ее к чертям отсюда.
Кейтлин испугано посмотрела на Джойс. У нее загудело в ушах, и она не смогла
выговорить и слова.
Габриэль пришел ей на помощь.
— Подожди, пока не услышишь, что она хочет сказать.
Джойс переводила взгляд с одного на другого. И, наконец, промолвила:
— Ты забрал осколок кристалла?
— Я его не нашел, — сказал Габриэль, не делая заметных пауз. — Они его где-
то спрятали. Да какая вообще разница?
— Какая разн...— Джойс сжала губы и оглянулась, будто беспокоилась, что ее
могут подслушать. — Разница в том, что он должен быть здесь сегодня вечером,
он нам нужен.
— Так ты впустишь нас или нет?
Джойс громко выдохнула и снова перевела взгляд своих красивых глаз на
Кейтлин. Она долго смотрела, затем вдруг выскочила и стянула с Кейтлин
солнцезащитные очки. Кейт испугалась, но не показала этого, она просто
безразлично встретила пристальный взгляд аквамариновых глаз.
— Ладно, — наконец сказала Джойс. — Входите, только без фокусов.
— Хорошо, тебе ведь нужен ясновидящий, — ответил Габриэль, оказавшись в
гостиной. — Сама знаешь, что Фрост не очень.
Джойс села, скрестив ноги.
— Ты, наверное, шутишь, — кратко сказала она.
— Я хочу к вам присоединится, — ответила Кейт. Гул в ушах уже прошел, и она
смогла сделать тон своего голоса прохладным и равнодушным.
— Не сомневаюсь! — саркастично сказала Джойс.
— Разве я привел бы ее, если бы это была ложь? — спросил Габриэль. Она
сверкнул одной из своих волнующих улыбок. И пока Джойс не смогла вставить
хоть слово, он продолжил, — Я заглядывал в ее разум. Она говорит правду.
Почему бы нам не зарезать быка? Я очень голоден.
— Почему она хочет к нам? — потребовала Джойс. Она поймала обвиняющий взгляд
Габриэля.
Кейтлин начала рассказывать речь о том, что верит словам мистера Зи про
теорию высшей ментальной силы. В прошлый раз у нее получилось неплохо. И она
ничего не имеет против, чтобы предоставлять эту силу за деньги другим людям.
Они это поймут.
Под конец ее речи Джойс сжала губы.
— Не знаю. А что с остальными? Твоими друзьями.
— С остальными? — холодно спросила Кейтлин.
— У тебя были отношения с Робом Кесслером. И не отрицай это.
Кейтлин ощутила, что Габриель тоже ждет ответа.
— Ми расстались, — сказала она. Внезапно поняв, что нужно было лучше
обдумать эту часть истории. — У меня появился интерес к Габриэлю, и он
рассердился. К тому же, — весело добавила она, — ему нравится Анна.
Она не знала, что заставило ее так сказать, но это произвело впечатление,
как на Джойс, так и на Габриэля. Брови Джойс взлетели вверх, а с ее рта
понеслась какая-то бессмыслица. Габриэль прошипел так, будто хотел сказать
я так и знал
.
Кейтлин испугалась. Она не знала, что так получится. Роб никогда не подавал
ни единого признака, что ему нравится Анна, он даже не думал об этом...
Но теперь поздно об этом думать. Нужно оставаться решительной. Она
остановила взгляд на Джойс, которая выглядела потрясенной.
— Ладно, — сказала Кейт. — Это правда. Я бы не пришла сюда, если бы не была
уверенна. Я не хочу подвергать отца еще большей опасности. — Она ответила на
пристальный взгляд Джойс. — Потому что вы можете ему навредить, ведь так? Я
не хотела рисковать. — Вообще то, об этом она думала уже давно. Пси-атаки
мистера Зи действуют на любом расстоянии, и если ее отец узнает правду о
Кейтлин то, разумеется, станет мишенью. Отступать теперь некуда, и
единственный способ защитить отца, это сыграть как можно правдоподобнее.
— Гм. Но ты ведь проделала все то путешествие в Канаду, чтобы сразить нас.
— Конечно. Я приехала к Братству и поняла, что оно бесполезно. Они даже о
себе позаботится не могут, не то, что еще о ком-то. Я, конечно, переживаю за
Роба и остальных, но они проиграют, а я хочу быть на стороне победителей.
— И ты, и Лида, — жестко сказала Джойс. Затем последовал еще один удар. —
Ну, если это все, тогда мы можем использовать тебя как заложницу, —
прошептала Джойс.
— Может, позавтракаем по такому случаю? — спросил Габриэль, не дожидаясь
реакции Кейтлин.
— Хорошо, — кратко ответила Джойс, держа солнцезащитные очки Кейтлин. —
Никто еще не проснулся. Разбудите их.
А ты немного отличаешься от веселой домохозяйки, какой была раньше, —
подумала Кейтлин, не стараясь скрыть это от Габриеля
.
Он улыбнулся.
Кухня была другая. Грязные вещи, тарелки в умывальнике и банки с-под колы в
корзине для бумаги. Картонная коробка, заполненная покупками.
— Китайская еда, — увидела Кейтлин. — Джойс никогда не кормила нас китайской
едой. А те коробки с замороженными хлопьями и Капитаном Хрустяшкой в
кладовке. Что случилось с тягой Джойс к здоровой пище? Она что притворялась?
— Я же говорил, она здесь больше почти ничего не делает, — выдохнув, сказал
Габриель, бросив на нее быстрый взгляд.
— Ох. — Кейтлин пожала плечами и наклонилась над тарелкой с Капитаном
Хрустяжкой.
Когда они закончили есть, Джойс сказала:
— Теперь, идите наверх и уберитесь у себя. Сейчас ты можешь пойти в комнату
Лиды, пока мы что-нибудь не придумаем.
— Лида живет здесь? — удивилась Кейтлин.
— Я же говорил, — ответил Габриэль. — Под присмотром отца.
Когда они с Габриэлем пришли, Кейт спросила:
— Ты теперь в какой комнате?
— В той же самой. — Он забрал самую лучшую комнату в доме. Большую, с
кабельным телевидением и балконом. Затем он бросил на нее злой взгляд. —
Хочешь, будем жить в ней вместе? У меня есть джакузи и королевская кровать.
— Думаю, Джойс не позволит, — сказала Кейт.
Она не знала, в какой комнате живет Лида, но мягко постучалась в ту, где
раньше жили они с Анной. И заглянула внутрь.
Лида была маленькой в очень большой футболке, она только что встала с
постели. Увидев Кейтлин, она вскрикнула. Ее взгляд метался по комнате в
поисках выхода, затем она сделала шаг в сторону ванной.
Кейтлин захихикала. Было облегчением видеть кого-то еще более напуганного,
чем она сама.
— Что за спешка? — спросила Кейт, чувствуя себя ленивой и опасной. Прям как
Габриэль.
Лида казалось, замерла. Она немного повертелась, как червяк на крючке, затем
выпалила:
— Он заставил меня. Я не хотела уезжать с Канады.
— О, Лида, какая же ты врунишка. Ты сделала это по той же причине, что и я.
Ты хотела быть на стороне победителей.
Кошачьи глаза Лиды открылись еще шире, чем до этого. Она была маленькой, с
утонченным бледным лицом и большой копной черных волос.
Ее можно назвать красивой, если бы не ее виноватый скрытный взгляд
, —
подумала Кейт.
— По той же причине, что и я? — переспросила Лида. — То есть, тебя сюда отец
притащил?
— Я пришла по своей воле, теперь я с вами ребята, — уверенно говорила
Кейтлин. — Джойс сказала, я могу заселиться здесь. Она качнула дорожной
сумкой в сторону одной из кроватей, которая была не застеленной.
Она ожидала, что Лида расслабится, либо испугается.
...Поділитися у соцмережах