Жанр: Любовные романы
Полуночный шепот
...; Да, и, кроме того, ниже Тиффани.
— Я тоже это заметила. — Из-за плеча Боба Джейми увидела
приближавшегося к аппарату Хэзарда.
— Доброе утро, Джейми, — поздоровался тот.
— Привет. — Она взглянула на него, все еще не избавившись от
странного чувства ревности, охватившего ее несколько минут назад. Стараясь
казаться спокойной, Джейми представила Хэзарду Боба.
Боб снова водрузил на нос очки.
— Мне понравилось, как вы обошлись с Тиффани, — заметил он.
— Порой это сущая ведьма. Хотите сниматься?
Хэзард фыркнул.
— Никак нет.
— Это друг Марка, — заметила Джейми.
— А, любитель компьютеров.
— Нет, я моряк.
— Неужели? — Фиттро поверх очков смерил Хэзарда оценивающим
взглядом. — И к тому же высокий. Мне нравится ваш акцент. Звучит, как
настоящий.
— А он и есть настоящий, — ответил Хэзард. — Я родом из
Шотландии.
— Скажите, мистер Макдугал, вот вы, что думаете о сцене, которую мы
здесь пытаемся снять?
Джейми покачала головой, будучи уверена в том, что Хэзард ничего не знает об
их утренних попытках что-то снять. Однако тот ответил весьма охотно.
— Ну, я вам скажу кое-что, мистер Фиттро. Если бы я был девушкой, то
никогда бы не бросился в объятия этого человека.
— Да ну? — удивился Боб, мусоля во рту кончик очков. —
Почему же?
— Это не тот человек, который может интересовать женщину. Он просто
баба
.
—
Баба
?
— Да-да. Ни рыба, ни мясо. Коротышка. А женщины любят мужчин, в которых
есть что-то загадочное и даже опасное. Порой их это даже немного пугает.
Джейми почувствовала, как у нее по спине забегали мурашки.
— Им нравятся мужчины, которые могут руководить ими, и не с помощью
силы, обратите внимание, а чисто мужской воли.
Фиттро согласно закивал.
— Кроме того, я что-то не знаю моряка, который бы все время застегивал
свой китель.
Моряк — это ведь вольная душа, человек действий, ему нужно
пространство, он должен двигаться. И еще. Он ведь не нравится этой рыжей.
— Откуда вы знаете? — спросила Джейми. Хэзард взглянул на нее и
улыбнулся.
— Чтобы узнать, нравится ли девушке парень, достаточно взглянуть, как
она смотрит на него.
— О! — произнесла Джейми охрипшим голосом. Так Хэзард вообразил,
будто она благоволит к нему, потому что она смотрела, как он брился?
Интересно, заметил ли он, что она наблюдала за ним через объектив
фотоаппарата? Ей следует прекратить глазеть на него так откровенно. Она бы
не хотела, чтобы у него создалось о ней неправильное представление. Хотя
Джейми и находила его красивым, но знала, что дальше этого дело не пойдет.
Боб выразительно посмотрел на Джейми.
— Вы думаете о том же, о чем думаю и я? — спросил он ее.
Джейми поняла, на что он намекает, но поверить в это она не могла. Хэзард в
коммерческой рекламе?
Невозможно.
Во второй половине дня съемки продолжились. Рика Ковингтона отправили
восвояси, пообещав вызвать в случае надобности. Бретт согласился дать
опробоваться Макалистеру в коммерческой рекламе с единственной целью —
посмеяться над ним. Бретт стоял сбоку и, прикладываясь к бутылке с
Кровавой
Мэри
, злорадствовал. Джейми забеспокоилась. Если и имелся верный путь
унизить человека, так это во время съемок, когда он выставлен на всеобщее
обозрение для критики и осмеяния. Джейми была против того, чтобы снимать
Макалистера, но вся остальная съемочная группа нашла идею замечательной и не
посчиталась с ее мнением.
— Дубль первый. Начали!
Хэзард ворвался в дверь. На нем был все тот же синий китель поверх свитера,
только ни одна пуговица не была застегнута, фуражка лихо сдвинута на
затылок, а вещевой мешок перекинут через плечо. Ворвавшись в дверь, он
швырнул мешок на пол и посмотрел на Тиффани. Их глаза встретились, и
мгновение они, не отрываясь, смотрели друг на друга, затем он бросился к
лестнице, как раз в тот момент, когда она была уже на последней ступеньке.
Она прыгнула в его объятия, и он прижал ее к груди, закружив от радости и
целуя в шею, а потом и в губы, приподняв в воздухе. Губы их слились в
страстном поцелуе, как будто они и в самом деле долго не виделись. Волосы
Тиффани рассыпались по его широким плечам. В этот момент сквозь стеклянную
дверь в холл проникли солнечные лучи, осветив их с ног до головы. Момент для
съемок был самый удачный.
— Стоп! — распорядился Бретт.
Джейми впилась взглядом в сцену у лестницы. Она не могла не смотреть на
Хэзарда, целующего Тиффани, она с изумлением видела, как он ласкает ее, как
его руки охватывают ее под грудью, большими пальцами упираясь в мягкие
округлости, а белые руки самой Тиффани сжимают его шею. Джейми почти
представила свои руки вместо ее рук, свои губы, прижимающиеся к его губам.
— Стоп! — повторил Бретт.
Тиффани приникла к Макалистеру в страстном поцелуе и, запустив пальцы в его
волосы, сбросила его фуражку на пол. Хэзард медленно опустил Тиффани на
ступеньку лестницы и оторвался от ее губ.
— Стоп, черт возьми! — изо всей мочи заорал Бретт.
Вся съемочная группа, включая Джейми, была просто загипнотизирована этой
сценой. Хэзард вел себя перед аппаратом совершенно естественно, и никто не
мог этого отрицать. Кроме того, словно какая-то искра пробежала между
Хэзардом и Тиффани. И потому Джейми была уверена, что второго дубля не
потребуется.
— Разве нам нужен еще один дубль? — поинтересовался Боб.
— О, Господи, конечно! — Тиффани провела рукой по корсажу своего
платья и поправила волосы. Она тяжело дышала, видимо, возбужденная поцелуем
Хэзарда. — Думаю, что нам требуется дополнительное время на эту сцену,
— Тиффани не сводила глаз с Хэзарда. Он улыбнулся ей в ответ, но не
ответил ей таким же страстным взглядом.
— А ты как думаешь, Джейми? — спросил Бретт.
Джейми должна была сохранять самообладание. Вся эта сцена заставила ее
сердце учащенно биться. Во рту пересохло. Колени дрожали. Она не ожидала,
что эта сцена так сильно подействует на нее.
— Определенно здорово, — ответила она не сразу. — Что тут говорить. Хорошая работа.
— Макдугал может еще и озвучить, — вмешался Фиттро. — С его
акцентом это вообще будет высший класс. Я перепишу сценарий, и он пройдется
по нему завтра.
Бретт сердито смотрел, как Хэзард снимает китель. Ему не удалось посмеяться
над Макалистером.
— Я сейчас перепишу это на видеопленку, — добавила Джейми,
которой не терпелось посмотреть отснятый материал. Если он и вполовину так
хорош, как она думала, то их ждет еще одна премия.
— Ну, а я хочу есть, — заметила Тиффани. — Этот поцелуй
возбудил у меня аппетит.
— Сырой бифштекс? — растягивая слова, спросил Фиттро. Тиффани
ухмыльнулась.
— Что думают об обеде остальные? Можно отправиться в маленький
ресторанчик на воде. Бретт обернулся к Джейми.
— Не говори ничего... Ты должна остаться с Марком. Так ведь?
— Конечно. И мне бы хотелось немного поработать. Просто не терпится
увидеть, как все это будет выглядеть.
— Мешай дело с бездельем, — и Тиффани погрозила Джейми пальчиком,
— проживешь век с весельем.
— Она всегда такая, — заметил Бретт. — Тифф, идите
переоденьтесь. — И он шлепнул Тиффани по мягкому месту.
Бретт искоса посмотрел на Джейми, чтобы узнать, какое впечатление его жест
произведет на нее. Но она нисколечко не ревновала: Правда, Джейми заметила,
что он недоволен, и отвернулась, вдруг осознав, что ее совершенно не
интересует, как Бретт обходится с Тиффани, да и вообще с другими женщинами.
Она понимала, что это должно ее беспокоить, и винила свою сдержанную натуру,
совсем забыв о том, как только что она ревновала Хэзарда.
— А как вы, Макдугал? — спросил Боб Фиттро, укладывая очки в
футляр, который он сунул в карман рубашки. — Присоединяетесь к нам?
— Который час? — поинтересовался Хэзард.
Бретт посмотрел на часы.
— Четыре. Хэзард кивнул.
— У меня есть одно дельце в городе, не подвезете меня? Джейми
посмотрела на него с тревогой.
— Нет, Джейми, не стоит беспокоиться, — заметил он. — Я не
буду долго отсутствовать.
Бретт слушал их разговор, нахмурившись. Джейми пыталась скрыть тревогу в
своем голосе, и в то же время лихорадочно выискивала в голове предлог, чтобы
заставить Хэзарда остаться дома. Макалистер собирается в город? Какие у него
там могут быть дела? А вдруг с ним что-нибудь случится? А вдруг его кто-
нибудь опознает?
Но Джейми не удалось скрыть свою тревогу. Бретт подошел к ней и положил руки
ей на плечи.
— Джейми, посмотри на себя. Ты изводишь себя из-за ерунды. Когда,
наконец, ты это поймешь? Этот дом не может причинить тебе вред. Здесь нет
привидений.
— Но... — глаза Джейми расширились от испуга.
Бретт покачал головой.
— Ты сама поймешь это как-нибудь.
— Бретт, я не... — она замолчала, будучи не в состоянии объяснить
причину своего волнения.
Он обращался к ней так, словно говорил с ребенком.
— Слушай, дорогая, Марк здесь и миссис Гипсон тоже. Ты ведь не
останешься одна.
— Прошлой ночью тут был незваный гость, — вмешался Хэзард.
— Вот чего девушка и боится. А не привидений. Их она совсем не боится.
— Черта с два не боится! — с сердитой насмешкой сказал Бретт.
— Джейми полжизни спасалась от того, что, как она думала, было в этом
доме привидением.
— Я бы так не сказал.
— Она одержима навязчивой идеей насчет этого привидения Макалистера. И
я думаю, что ей нужно как-то покончить с этим. Прямо здесь и прямо теперь.
— Бретт, ты не знаешь, о чем говоришь! — возразила ему Джейми с
пылающими щеками.
— Ты не избавишься от наваждения, написав биографию Макалистера.
Единственный путь к освобождению — это остаться с этим домом один на
один, пока ты не поймешь, что привидение существует лишь в твоем
воображении.
— Очевидно, ты считаешь, что я должна просидеть всю ночь одна при свете
единственной свечи, как в кино, — спросила она. Ее голос стал
отчужденным. — В этом состоит ваша идея излечения, мистер Голливуд?
Бретт пристально посмотрел на нее.
— Ничто другое не поможет.
Хэзард при этих резких словах Бретта обнял одной рукой Джейми за плечи и
осторожно прислонил к своей груди. Этот покровительственный жест согрел душу
Джейми. Ее негодование против Бретта куда-то улетучилось. Впервые в жизни
она почувствовала поддержку того, кто абсолютно верил ей и разделял с ней ее
тайну. Общее чувство поддержки и товарищества наполнило ее сердце радостью.
И та мучительная неуверенность в себе, которая одолевала ее с детства, почти
покинула ее. Рука Хэзарда извлекла яд из раны, освободила ее от постоянной
боли, угнетающе действовавшей на нее долгие годы. Она не хотела ни говорить,
ни двигаться. Только стоять под прикрытием его руки, ошеломленная чувством,
которое пробудили в ней и его объятие, и его присутствие, моля Бога, чтобы
Хэзард не отошел от нее.
— Да вы не волнуйтесь, Бретт, — сказал Хэзард, и его голос
прогрохотал у нее над ухом. — Джейми не боится привидений.
— Не боится? — усмехнулся Бретт, не-приятно удивленный
фамильярностью, установившейся между его невестой и шотландцем. — А
откуда вы это знаете, Макдугал? Вы что, можете превращаться в невидимку?
— Я друг этой семьи, Бретт. И очень старинный.
8.
Следующую ночь Джейми провела в тревоге за Хэзарда. Он не вернулся, и она не
знала, что и думать. Беспокоить местные власти относительно исчезновения
столетнего привидения в виде голограммы она не могла. Оставалось лишь ждать.
Утром она нашла Хэзарда в комнате Марка. Они заинтересованно обсуждали
проблему компьютеров. По-видимому, Марк обучал Хэзарда начаткам новой
технологии. Сейчас Хэзард осваивал принтер, который начал выдавать
изображения. Он уже усвоил изрядное количество сведений и в разгоревшейся
дискуссии высказывал свои соображения. А потому и не заметил присутствия
Джейми. Она села на стул рядом с постелью Марка и попыталась заставить его
съесть несколько подрумяненных на огне ломтиков хлеба с медом.
С пачкой писем для Марка в комнату вошла миссис Гипсон.
— А мне есть что-нибудь? — спросила Джейми.
— Нет, дорогая, — миссис Гипсон подошла к окну и раздвинула
занавески. В комнату ворвался яркий солнечный свет. — А вы ждете какую-
нибудь весточку?
— Только письмо из Нью-Йорка. Из
Галереи
Тафта.
— Это там ты хочешь устроить выставку своих работ? —
поинтересовался Марк, рассеянно просматривая лежавшие перед ним письма. Он
отложил в сторону дешевые рекламные объявления, которые Хэзард тут же стал
внимательно изучать, особенно цветные фотографии культиваторов и газонных
косилок.
Джейми кивнула.
— Это моя первая попытка пробиться в мир некоммерческой фотографии.
— Тут она взглянула на миссис Гипсон. — Мечтаю вырваться из Лос-
Анджелеса, из всего этого порочного круга, и сделать что-нибудь более
значительное.
— Хорошо, буду следить за почтой из Нью-Йорка, — ответила миссис
Гипсон с улыбкой. — Марк, могу ли я быть вам чем-нибудь полезной, пока
я здесь?
— Нет, благодарю, миссис Гипсон, — он оторвался от письма,
которое только что вскрыл, и улыбнулся ей в ответ.
Хэзард посмотрел на Джейми, когда миссис Гипсон покидала комнату.
— А какого рода некоммерческой фотографией вы занимаетесь, Джейми?
— Черно-белой. В основном портреты. Моя тема — настоящие люди.
— Слабая улыбка показалась у нее на губах. — Думаю, это потому,
что слишком много ненастоящих людей попадалось мне при моем роде
деятельности.
— Если состоится выставка твоих работ, то мы прилетим посмотреть ее,
— заметил Марк. — Устроим прием гостей. Кутнем.
— Конечно, Марк. Но ты и сейчас можешь увидеть большинство фотографий,
предназначенных для выставки. Они со мной. Хотелось бы знать, что ты о них
думаешь.
— Здорово, — он положил корреспонденцию на ночной столик. —
Давай сейчас их и посмотрим.
— Прямо сейчас?
— Конечно. Макалистер, хотите взглянуть?
— Да, — кивнул Хэзард. — Было бы весьма поучительно узнать,
что Джейми подразумевает под словом
настоящий
. Посмотрим, что это такое,
милочка.
Джейми притащила из своей спальни тяжелую кожаную сумку. От нервного
напряжения ей стеснило грудь. А что если им не понравятся ее работы? Что
если они ограничатся вежливыми фразами и не проникнут в самую суть образов,
которые она запечатлела? Джейми был хорошо знаком страх, присущий
художникам, независимо от того, сколько раз они показывали свои работы.
Одну за другой она прикрепляла к стене свои беспорядочно сложенные
фотографии, все пятнадцать. Казалось, что Марк рассматривает их с каким-то
веселым интересом. Джейми перевела взгляд на лицо Макалистера и дальше, не
отрываясь, смотрела только на него, увидев одобрение в его глазах.
Фотографии нравились ему, она была уверена в этом. Долгое время он не
произносил ни слова, продолжая изучать ее работы. Он даже сделал несколько
шагов вперед и снял пару фотографий со стены, чтобы получше их рассмотреть.
Потом потер подбородок и обратился к Джейми.
— А вы беспощадны к ним, милочка.
— Я лишь запечатлеваю то, что вижу, — ответила она.
— Вы слишком много видите. Просто невероятно.
Джейми покраснела от удовольствия.
— Взгляните на этот дымок, поднимающийся вверх от лица мужчины. Что-то
призрачное. Нечто само по себе.
— Его надежды и мечты, — пояснила Джейми.
— Да, его надежды и мечты, — согласился Хэзард, вкладывая в эти
слова более глубокий смысл. Затем он взял снимок торговки с корзиной на
фруктовом рынке, сделанный при закате солнца. Тени от другой корзины
перерезали лицо и грудь женщины.
— А эта, — сказал Хэзард, держа фотографию на расстоянии
вытянутой руки, — весьма необычна, точно женщина сама себя посадила в
корзину.
— Вы уловили это? Здорово! — Джейми оглянулась на него через
плечо. — Эта старуха так долго просидела на рынке, что и сама
превратилась во фрукт.
— Да и похожа она на старое сморщенное яблоко, — закончил Марк.
— А вот эта, — и Хэзард указал на снимок рыбака на берегу озера,
по поверхности которого стлался туман, — расскажите нам о ней,
милочка.
И Джейми, переходя от одной фотографии к другой, давала Хэзарду либо
короткое пояснение, либо просто роняла несколько слов о месте, где была
сделана фотография. Хэзард пришел в восхищение от фотографий Джейми. Он
выказал к ним неподдельный интерес, что она и отметила про себя, наблюдая за
выражением его лица. Кроме того, она была удивлена тем, что мнение Хэзарда
значило для нее больше, чем мнение Марка. Она даже поняла, что поэтическая
натура Хэзарда воспринимала ее работы более глубоко, чем это мог сделать ее
собственный брат.
В этот вечер Джейми спустилась в маленькую гостиную и подошла к уютному
полукругу стульев и диванчиков, расставленных перед камином. Никого не было.
Радуясь возможности согреться у каминного огня, Джейми плюхнулась на
диванчик, стоявший в шести метрах от окон позади нее, которые насквозь
продувались ветром. Минуту она прислушивалась к шуму дождя за окнами.
Непогода помешала съемкам на берегу. И вся группа, промокнув, поспешила
поскорее принять горячий душ и переменить одежду.
Джейми посмотрела на часы. Что так задержало Бретта? Она ожидала, что к
этому времени он уже спустится вниз. Он упросил ее отправиться с ними
пообедать. Там они могли бы и поговорить. Если он не появится в ближайшие
минуты, то заранее заказанные им места в ресторане
Лидо
им уже не
достанутся. Конечно, таким уж большим несчастьем это не было. Джейми даже
вздрогнула, представив себе, как она будет сидеть в ресторане с мокрыми
ногами. И ей не очень улыбалось провести время с Бреттом, учитывая его
недавнее поведение.
Джейми стала смотреть на огонь. Она плохо спала с тех пор, как приехала в
Порт-Таунсенд, в основном урывками. Сейчас же недостаток сна и усталость от
долгого пребывания на холодном ветру сморили ее. Она задремала, обхватив
себя руками.
Проснулась она, когда кто-то заговорил по телефону рядом с диванчиком, где
она задремала. Она лежала тихо и все еще в состоянии дремоты, стараясь не
прислушиваться к разговору, но все-таки слыша произносимые рядом с ней
слова. Джейми узнала голос Тиффани. Тиффани, взяв телефон, стоявший рядом с
диванчиком, прошла через всю комнату и встала у окон с видом на залив.
Тиффани была чем-то расстроена. Она то бранилась резким голосом, то тяжело
вздыхала.
— Что вы имеете в виду, утверждая, что не можете... — произнесла
она, стараясь сдержать крик. — Отправьте телеграмму! — Она
помолчала, слушая ответ на другом конце провода.
— Почему нет? — И Джейми услышала, как каблучки Тиффани застучали
по полу, когда она подходила к окну. Джейми не знала, что делать. Она могла
остаться лежать на диванчике и слушать каждое слово, но могла встать и
покинуть маленькую гостиную. В любом случае Тиффани придет в замешательство,
обнаружив, что кто-то слышал ее разговор.
— Послушайте, я знаю, что подхожу для этого. У меня уже была подобная
работа, да и другая будет вместе с Ричем, когда я вернусь. Черт возьми, да.
И Бретт обещал мне, что другая...
Каблучки застучали снова. Потом наступила пауза.
— Черт подери, пришлите сюда. На какие шиши, вы думаете, я здесь живу?
Морскими водорослями, что ли, питаюсь?
— О, я не знаю. Два или три дня. — Она вздохнула и закурила
сигарету. Джейми почувствовала едкий запах табака. — Да, да. А что еще
я должна делать? Бретт захватит меня в полночь. Мы вылетим на рассвете.
Точно я и в самом деле готова узнать.
Джейми увидела, как белые колечки дыма поднимаются к потолку от сигареты
Тиффани.
— Черт подери, обойдусь и без ваших советов. Нужно быть полной дурой,
чтобы слушать вас. Он как раз то, что нужно...
— Так что насчет него?
Джейми была уверена, что разговор шел о Бретте. Тиффани сказала, что Бретт
— это как раз то, что ей нужно. Но для чего? Джейми услышала, как
Тиффани затаилась, и увидела, как дымок поднимается к потолку. Тяжелый,
удушливый запах, как и духи Тиффани. У Джейми запершило в горле. Она
понимала, что должна встать и выйти из комнаты, прежде чем у нее начнется
приступ кашля. И все же ей не очень хотелось обнаруживать свое присутствие,
особенно после фраз, сказанных о Бретте. — Ну, этого он мне не
говорил. Это ложь, и вы знаете это. Он обещал эту роль мне! — Тиффани
нагнулась над столом рядом с диванчиком. — Черт возьми, пришлите мне
сейчас же деньги! — Она с силой положила трубку и швырнула телефон на
стол так, что даже трубка соскочила с рычага. Тиффани наклонилась, чтобы
положить ее на место, и увидела Джейми. Удивленная, Тиффани выпрямилась и
буквально потеряла дар речи. Через некоторое время она пришла в себя и криво
улыбнулась, как бы разрешая Джейми произнести несколько слов об услышанном
телефонном разговоре. Но Джейми молчала. Что она могла сказать? Извините, я
подслушивала? Извините, я опять стала свидетельницей того, что вы ведете
себя, словно последняя тварь? Или почему бы вам не сообщить мне, что же все-
таки обещал вам Бретт? Это что? Сделка, о которой он не хочет мне говорить?
Молчание Джейми, по-видимому, обеспокоило Тиффани, и она нервно затянулась.
— Шпионили? — спросила она.
— Я заснула.
— Конечно, конечно. — Тиффани ткнула окурок в пепельницу рядом с
телефоном. Джейми встала с диванчика, чтобы не нюхать исходящее от окурка
зловоние.
— Послушайте, Тиффани, если вам нужен аванс...
Презрительный взгляд Тиффани прервал слова Джейми.
— Я получу свои деньги. Не беспокойтесь.
Джейми точно дали пощечину. Она не знала, что ответить и не понимала,
следует ли ей тут же выйти из комнаты. Однако это был бы бестактный жест. Да
и удалиться, не произнеся ни слова, было бы трусостью, точно она спасовала
перед более сильной Тиффани. Но и дать достойный отпор ей едва ли было по
силам. Мстительные и грубые слова были чужды натуре Джейми, и потому к
стычке с Тиффани она совсем не была готова. Обе знали это. Тиффани
продолжала презрительно смотреть на Джейми. Воцарилось неловкое молчание.
Через несколько мгновений дверь распахнулась, и в дом поспешно вошла миссис
Гипсон. С ее мокрого зонтика капала вода, а пластиковая сумка повисла у нее
на руке бесформенным мешком. Джейми почувствовала огромное облегчение. Она
отвернулась от Тиффани и обратилась к стоявшей на пороге миссис Гипсон.
— Какой дождь! — воскликнула миссис Гипсон, увидев женщин.
— Просто ужасный.
Тиффани смотрела, как миссис Гипсон с трудом снимает с себя промокшую
тяжелую одежду.
— Эта буря заставила нас быстренько собраться и поспешить в дом,
— заметила Джейми. — Мы работали на берегу около паромной
станции, и вдруг ни с того ни с сего хлынул дождь. Мы все промокли до нитки.
— Льет, как из ведра. Туча появилась из-за холма. Никто и не видел ее.
— Миссис Гипсон сняла пальто и взглянула на Джейми. — Вы уже
обедали где-нибудь?
— Нет. Я жду Бретта.
— А как насчет вас, дорогая? — спросила миссис Гипсон Тиффани.
— Приготовить вам что-нибудь?
— Нет. Спасибо. — Тиффани покачала головой. — Думаю, что
Гастингс спустится сюда с минуты на минуту. Хочу сегодня вечером показать
ему город.
Сердце Джейми тревожно екнуло. Щеки вспыхнули. Ее реакция оказалась
мгновенной и всепоглощающей. Джейми сжала кулаки, стараясь сохранить
самообладание, хотя муки ревности терзали ее. Весь день она наблюдала, как
Тиффани буквально вешалась на шею Хэзарду. Она изобретала тысячи маленьких
уловок. То ей требовалась помощь Хэзарда, чтобы вытряхнуть песок из ее
туфель, то притворялась, что ее испугала собака, появившаяся на берегу, то
чайка, чуть не накапавшая ей на голову. Она висла на руке Хэзарда до
последней минуты
...Закладка в соц.сетях
