Жанр: Любовные романы
Поверить в счастье
...луженная репутация защитит ее. Ее слишком влечет к
Джейку. Хотя хорошие отцы не часто бывают бабниками, в его жилах течет
королевская кровь.
Ровена обещала себе никогда больше не влюбляться... а тем более в членов
королевской семьи или аристократов. Они думают только о себе и не привыкли
ни с кем считаться.
Так пусть Джейк считает ее
развязной
.
А она тем временем займется своим делом, ради своей страны, ради Изабеллы.
И не важно, что у этого
дела
широченные плечи, голубые, как небо, глаза,
заглядывающие прямо в душу, и изогнутые губы, так и напрашивающиеся на
поцелуй.
Этими самыми губами он вполне мог произнести:
Убей его
, обращаясь к какому-
нибудь головорезу и глядя прямо в глаза королю.
Ровена поежилась.
Она ненавидела этот дом. Здесь всегда было холодно.
Вторая глава
Этим же вечером Джейк открыл перед Ровеной дверь детской.
Девушка на цыпочках вышла в коридор.
Джейк повернулся и взглянул на нее в полумраке. Хотя после ужина они
находились в разных комнатах, он чувствовал ее присутствие весь вечер.
Легкое дуновение, тончайший аромат, отголоски звонкого смеха из дальней
части дома.
Он и сейчас слишком остро ощущал ее близость.
— Спокойной ночи, мистер Стэнбери, — с нервной улыбкой сказала Ровена и
повернулась, чтобы уйти.
— Еще только половина девятого, — торопливо возразил Джейк, не желая ее
отпускать. — Неужели ты ложишься так рано?
Она пожала плечами.
— У меня книжка в комнате.
Джейк махнул рукой в сторону лестницы.
— Я собираюсь поработать в библиотеке. Можешь почитать там.
Ровена взглянула на лестницу, а затем на него. Ее глаза были прикованы к
губам Джейка, словно она вспоминала сегодняшний несостоявшийся поцелуй.
Джейк весь вечер только об этом и размышлял. Можно подумать, если Ровена
придет в библиотеку, он сможет работать.
Кто его за язык тянул?
Просто ему не хотелось работать. Жар в крови, вызванный присутствием этой
улыбчивой женщины, был гораздо интереснее судебных дел.
— Нет, спасибо. — Казалось, ей не хватает воздуха.
Он должен был отпустить ее, но не мог.
— Почему?
Ровену удивила его настойчивость.
— Не самая лучшая мысль.
Отпусти ее, Джейк. Отпусти
.
— Почему?
Она нахмурилась.
— Потому что вы принц, а я служанка. На подобное... панибратство косо
смотрят.
— Может, лет сто назад, но не сейчас.
— Мы живем по-другому, чем вы, американцы. У нас королевскую власть
уважают. — Ровена расправила плечи. — К тому же, мне не хочется отвлекаться
от книги. Думаю, я сама догадаюсь, кто убийца, еще до того, как его
разоблачат. Так что спокойной ночи, мистер Стэнбери. Желаю приятно провести
вечер.
Девушка развернулась на каблуках и направилась в соседнюю спальню, которая
теперь принадлежала ей. Джейк проводил ее взглядом.
Как только Ровена открыла дверь, он крикнул:
— Меня зовут Джейк, Ровена. Запомни.
Она замерла, и Джейк догадался, что ей потребовалось сделать над собой
усилие, чтобы войти в комнату.
Когда дверь закрылась за ней, он повернулся к лестнице.
— Папа! Знаешь что?
Ровена оглянулась с кофейником в руке... и у нее перехватило дыхание.
Джейк стоял в дверях, взъерошенный и небритый, и смотрел на нее сонными
глазами.
— Ой, Ровена. Я и забыл... Я услышал шум и решил, что Сэмми пытается
сам соорудить себе завтрак. Миссис Хансон готовила для нас только обеды и
ужины.
На нем были одни пижамные штаны. По их наглаженному виду Ровена догадалась,
что Джейк надел их перед тем, как спуститься вниз... а спал голышом.
Она судорожно сглотнула. Слишком много сведений для ее душевного
спокойствия.
Ее взгляд скользнул по черным густым волосам, покрывающим его широкую
мускулистую грудь.
— Я... — Ей пришлось сглотнуть еще раз. — Я знаю.
Прежде ей приходилось видеть столь красивые мужские тела только в глянцевых
журналах. Скалистые пляжи Эдембурга были не самым привлекательным местом для
любителей загара.
— Знаешь что, папа? — Сэмми поднял тарелку. — Эна сделала мне вафли. С
гуубикой.
— Правда? — Джейк недовольно взглянул на сына, перемазанного ягодным
сиропом. — Обычно я готовлю завтраки.
— Я знаю, — с трудом выдавила Ровена. Она едва дышала.
Несмотря на заспанные глаза и всклокоченные волосы, Джейк казался ей самым
привлекательным мужчиной на свете. А может, именно этот растрепанный вид и
придает ему очарования?
— Хотя и не такие роскошные. Выглядит здорово. — Джейк подхватил
кусочек вафли с тарелки сына. — О, да. Потрясающе.
— Я знаю.
— Я обычно тосты жарил.
Джейк облизал сладкие пальцы, а Ровена, как зачарованная, следила за каждым
его движением. Ей захотелось облизать их самой.
— Я знаю.
— Или жабьи языки.
— Я...
— Ууууу, папа!
Ровена резко отвела взгляд.
Джейк насмешливо выгнул бровь.
Что с ней творится? У нее же никогда в жизни не было подобных мыслей. Пальцы
облизывать? Что за чушь в голову лезет?
Но, хуже всего, Джейк, судя по его улыбке, обо всем догадался.
Черт побери.
— Или шейки ящериц.
Сэмми захихикал.
— Нет!
— Или...
— Я поняла. — Ровене очень хотелось закрыть ладонями пылающие щеки. Ее
подловили, когда она пялилась на мужчину. Она достаточно времени провела во
дворце, чтобы знать, как грубо... и опасно пялиться на мужчин. Надо или
извиниться или сменить тему. — Хочешь кофе?
— Кофе? — Джейк понимающе улыбнулся, но приманку схватил. — Конечно. И
вафли тоже?
Она вздохнула с облегчением.
— Если хочешь. Черный или...
— С гуубикой?
Ровена улыбнулась. Она уже поняла, от кого Сэмми унаследовал свое чувство
юмора.
— Если хочешь. Но должна предупредить, в это время года свежей голубики
не бывает. Она мороженная.
— Мне без разницы. С вафлями очень вкусно.
Ровена, польщенная комплиментом, с улыбкой налила ему кофе.
— Сколько?
— Две не слишком много?
— Для такого большого мальчика? Не думаю.
— Большого мальчика? — переспросил Сэмми. — Папа?
Джейк взъерошил волосы сынишки и пододвинул стул.
— С такими завтраками, я стану очень большим... в ширину.
Ровена кашлянула.
— Пока я приготовлю вафли, ты успеешь умыться и одеться. — Она сунула
ему в руку кофейную чашку. — Это можешь захватить с собой.
— Черный? — Джейк взглянул на нее. — Я люблю, чтобы кофе был сладким. —
Он усмехнулся. — Как и мои...
Девушка его перебила.
— Сахар на столе. Сливки в холодильнике.
— ... вафли.
Ровена прищурилась. Что он делает? Заигрывает с ней? А что предлагал прошлым
вечером? Вместе почитать в библиотеке? И сидеть рядышком, словно супружеская
пара?
— Я глязный, — объявил вдруг Сэмми. — Пойду помоюсь.
Ровена отошла от стола.
— Я пойду с...
— Нет, Эна. — Он остановился у двери, приложив испачканную ладошку к
косяку. — Я большой мальчик. Я сам.
Девушка проводила взглядом своего подопечного.
— У него через три месяца день рождения, — сказал Джейк. — Наконец-то
закончится этот ужасный возраст. Мальчишка упрямый как... — Он усмехнулся, —
как и его отец.
Чувствуя себя неловко рядом с Джейком, Ровена взяла мочалку и подошла к
двери, чтобы стереть с косяка пятно сиропа.
Джейк повернулся к холодильнику.
— Прости, если обидел. Я просто не мог не поддразнить тебя. Ты так удивилась, увидев мою грудь.
Значит, он дразнился, а не заигрывал. Слава тебе, Господи.
— Да... немного, — призналась Ровена, хотя в том, что разочарована, не
хотела признаваться даже себе. — Во дворце не часто встретишь полуголых
мужчин. А уж тем более, членов королевской семьи.
Джейк открыл дверь холодильника и достал сливки.
— И давно ты там работаешь?
— С девятнадцати лет. Семь лет уже.
Он налил в кофе с полчашки сливок.
— И все это время у Изабеллы?
Ровена кивнула.
— Я с детства мечтала попасть во дворец. Когда Изабелле исполнился
двадцать один год, ей понадобилась фрейлина, а у моего папы были знакомые во
дворце, и они договорились насчет собеседования. Я им подошла, и с тех пор
там работаю.
Джейк добавил в кофе три ложки сахара и тщательно размешал. Не поднимая
глаз, он спросил.
— И... дополнительные льготы есть?
— Какие? Страховка? Оплаченный отпуск?
Когда Джейк поднял голову, его глаза были прищурены. Он окинул ее долгим
взглядом, а затем пожал плечами.
— Забудь. Работа нравится?
— Конечно. Изабелла отличная подруга.
— Тогда почему ты здесь?
Ровена вернулась к раковине, чтобы сполоснуть мочалку. Она ожидала этого
вопроса и знала, что отвечать.
— Надо ведь кому-то позаботиться о Сэмми. Не все ж его с чужими людьми
оставлять. Разве не поэтому ты искал няню?
— Да... но почему именно ты?
— В Эдембурге очень трудно найти опытную няню. Даже приходящую. Здесь
такая низкая безработица, что воспитателям в детских садах платят намного
больше, чем в Америке.
— А у тебя какой опыт?
— Разве ты у Изабеллы не спрашивал?
— Ответь на вопрос, пожалуйста.
— Да, сэр. — Ровена выгнула бровь, дав понять, что возмущена его
заносчивостью. — Я подрабатывала в детском саду, когда была школьницей. И, —
она пожала плечами, — детям я нравилась.
— Сэмми тоже. Я не ожидал, что ты сумеешь так его расшевелить.
— Тогда почему ты волнуешься?
Джейк пожал плечами и отхлебнул кофе.
— Я же его отец. Это моя обязанность.
Ровена вздохнула.
— Я здесь потому, что люблю детей. Мне очень нравится Сэмми. А Изабелла
попросила меня помочь, потому что ты можешь тут задержаться. Я на все для
нее готова. Она мне как сестра.
— Я могу задержаться, — повторил Джейк. — Почему? Потому что я виновен?
Девушка пожалела, что вовремя не прикусила язык.
— В чем?
— В похищении короля.
Сразу видно, что Джейк адвокат. Напористый и меткий.
— Разве я это сказала?
— Но ты так думаешь?
Ровена взглянула на него и решила быть такой же напористой.
— А ты виновен?
— Нет, — последовал мгновенный ответ.
Ровена была поражена. Не тем, что Джейк отрицает свою виновность, а тем, что
она ему верит.
— Тогда тебе не о чем волноваться, правда?
— Я не гражданин вашего государства, а улики можно подделать.
Она только рукой махнула.
— Здесь же не диктатура какая-нибудь. В наших замках есть подземные
темницы, но там уже лет сто как никого не держат.
— Но ты...
— Мне сказали, что ты работаешь с принцем Николасом над пересмотром
торгового соглашения с Европейским Союзом, и поэтому остался здесь.
Его это не убедило.
— Мы оба знаем...
— Я чистый. — Сэмми, возникший на пороге, показал им отмытые ладошки.
Ровена улыбнулась.
— Отлично. Поможешь приготовить мне вафли для папы?
— Ага! Я буду толочь гуубику?
Девушка пододвинула скамеечку, чтобы Сэмми мог дотянуться до кухонного
стола.
— Нет, толочь мы не будем. Но можешь отобрать самые лучшие ягоды.
Когда она в следующий раз повернулась к двери, Джейка уже и след простыл.
Спустя два дня Джейк прислонился к каменным перилам террасы, выходящей в
дворцовый сад, и скрестил на груди руки. Он заметил, что часто использует
этот жест, общаясь с отцом и братом.
— Джейк, ты не слушаешь, — упрекнул его Эдуард Стэнбери.
Джейк подавил вздох. Его отец требовал постоянного внимания к себе, словно
малый ребенок. Беда в том, что ему уже не два года, а пятьдесят пять.
— Нет, слушаю. Ты согласился с Люком, что нам не следует поддерживать
Николаса в вопросе об иммиграции.
— Стоит только впустить сюда иностранную голытьбу, — фыркнул Люк, — и
сразу же возрастет преступность.
— Не обязательно. Между прочим, при такой развитой экономике в
Эдембурге вечно не хватает рабочих рук.
— А если начнется экономический спад? — возразил отец. — Впустишь их
сюда, а потом пинками не выгонишь.
— А если для них не найдется работы, придется платить им пособие. — Люк
закурил сигарету и выдохнул дым в сторону Джейка. — Это обуза, с какой
стороны ни взгляни.
Джейк и бровью не повел. Он давно уже понял, что на выходки Люка лучше всего
не обращать внимания.
— Это не всегда обуза. Приток рабочей силы только укрепит экономику,
так что никакого спада не будет. Сейчас в Эдембурге огромная нехватка
работников на низкооплачиваемых должностях. Еще хуже, чем в Штатах, потому
что жители Эдембурга, как правило, имеют более высокий уровень образования.
— Ты всегда был... — Неожиданно Люк заметил что-то за спиной Джейка. Он
присвистнул. — Зато вон та штучка обузой не будет... ни в одной стране мира.
Наверное, какая-нибудь красотка. Джейк оглянулся через плечо. Его брат
слишком предсказуем.
В сотне метров от них женщина, стоящая на берегу маленького пруда,
склонилась к ребенку.
— Черт, и такие тут на каждом шагу. — Люк загасил сигарету. — Пойду
покажу этой милашке, какими любезными бывают американцы.
Женщина выпрямилась, и ее темно-рыжие волосы вспыхнули пламенем в солнечном
свете.
Ровена.
Джейк схватил брата за руку.
— Это Сэмми с новой няней.
— Что ж, я... — Люк впервые оборвал свои излияния на полуслове. — Не
удивительно, что ты в последнее время так домой и рвешься.
— Разве это не фрейлина принцессы Изабеллы? — спросил Эдуард. — Как ее
зовут?
— Ровена Уайльд. — Джейк отпустил рукав Люка. — А домой я спешу, чтобы
повидаться с сыном.
— Ага, оно и видно, — усмехнулся Люк. — И когда же ты брата с отцом к
ужину пригласишь? Она хорошо готовит?
— Между прочим, она... — Джейк запнулся.
Ровена и Сэмми обошли вокруг пруда, направляясь к качелям на противоположном
берегу. С террасы Джейк видел то, чего не замечала Ровена.
Скрытый за полосой кустарника, к ним бежал огромный мастиф.
— Что случилось? — спросил Эдуард.
— Сэмми боится собак.
Джейк пулей слетел с террасы и помчался вниз по длинной каменной лестнице,
перескакивая через ступеньки. С бешено стучащим сердцем он перепрыгнул через
розовый куст и бросился к живой изгороди. И все же пробежка до пруда заняла
у него пару минут.
Картина, которую увидел Джейк, была очень далека от ужасной кровавой сцены.
Ровена опустилась на корточки рядом с Сэмми. Мастиф уселся напротив, высунув
язык, и протянул мальчику свою огромную лапу.
Его малыш, которого приводили в ужас собаки любых размеров, хихикал. Вправду
хихикал.
Джейк стоял, разинув рот; Ровена взглянула на него, и ее очаровательная
улыбка стала еще шире.
— А вот и папа.
Сэмми отпустил собачью лапу и обернулся.
— Папа, знаешь что? Это мой песик. Его зовут Бубу.
Опомнившись наконец, Джейк присел на корточки рядом с сыном и легонько
погладил пса по голове.
— Да, конечно, Сэмми. Бубу — очень хорошая собака.
— Его полное имя Бутен Себастьян Кабот Четвертый, — со смехом пояснила
Ровена. — Но оно слишком длинное для такого маленького ротика.
Сэмми, подражая отцу, погладил Бубу по голове.
— Холосая собачка.
— Как тебе это удалось? — В голосе Джейка все еще звучало удивление. —
Сэмми всегда... опасался собак.
— Этот храбрец? — Ровена обняла мальчика. — Просто ему надо было
убедиться, что собаки такие же, как мы. Все, что они хотят, это немного
любви.
Бубу ткнулся носом в ее руку.
Ровена со смехом почесала пса за ушами.
— Ну ладно, много любви. Доволен, ты, большой ребенок?
— Большой лебенок! — рассмеялся Сэмми. — Он большой лебенок, папа?
Джейк погладил собаку по спине.
— Конечно.
Бубу заскулил, наслаждаясь всеобщим вниманием.
Сэмми захихикал и тоже принялся гладить пса.
— А можно взять Бубу к нам домой?
— Не сегодня, Сэмми, — ответил Джейк. — Но ты всегда сможешь прийти к
нему в гости.
— Конечно. — Ровена встала и взяла пса за ошейник. — Кстати, у папиной
собаки недавно щенки появились. Ничего, если я завтра свожу Сэмми к нему в
гости?
Джейк тоже поднялся и взял Сэмми на руки.
— А где живет твой отец?
— В Кемптене. Это около получаса езды.
— Сама поведешь?
— Конечно. Я могу взять машину из дворцового гаража. — Она приложила
ладонь ко лбу, загораживаясь от яркого солнца. — Хочешь с нами?
Взглянув на ее прекрасное лицо, Джейк понял, что очень хочет.
За последние пару дней он обнаружил, что ему очень нравится ее способ
общения с детьми. Веселье и похвалы вместо упреков и ругани. Сэмми просто
преобразился.
Хотелось бы увидеть человека, который ее вырастил. Должно быть, она была
любимым ребенком, раз в ее сердце есть столько любви.
К детям, конечно.
— Неплохо бы тебе хоть ненадолго вырваться из дворца, — сказала Ровена.
— Ты хорошо знаешь Эдембург?
— Только дорогу от аэропорта до Олд-Стэнбери.
Она наморщила лоб.
— Это ведь ты нашел машину короля?
Джейк насторожился.
— Да. А что?
— Просто шоссе вдоль побережья не самая прямая дорога из аэропорта.
Джейк нахмурился. Как проехать из аэропорта, ему объяснял Люк.
— А щенки такие же, как Бубу? — поинтересовался Сэмми.
Ровена улыбнулась.
— Нет, они гораздо меньше. У папы керн-терьер. Он купил ее, когда мы с
ним ездили в Шотландию несколько лет назад.
Джейк решил на время забыть о дороге из аэропорта.
— Керн-терьер?
— Ты смотрел
Волшебника из страны Оз
?
— А кто не смотрел?
— Тотошка той же породы.
— Тотошка! — воскликнул Сэмми.
— Ты смотрел
Волшебника из страны Оз
, Сэмми?
Джейк кивнул.
— Мы с ним пару месяцев назад кусочек посмотрели. Пока эта колдунья не напугала... гм... меня.
Золотисто-карие глаза Ровены заискрились смехом.
— Я ее тоже боялась.
— И я, — признался Сэмми.
— Ты во дворец идешь? — спросил Джейк, поворачиваясь и пропуская ее
вперед.
Ровена все еще держала пса за ошейник.
— Надо Бубу отвести на псарню.
Сэмми попытался слезть с отцовских рук.
— Я хочу с Эной.
Джейк с трудом его удерживал. Иногда его сын бывал похожим на смазанного
маслом угря.
— Я не знаю, можно ли, Сэмми.
Ровена взглянула на Джейка и кивнула в знак согласия.
— Слушай, что я скажу, Сэмми. Иди с папой. Я вернусь через минуту и
покажу тебе бассейн во дворце. Его сто пятьдесят лет назад построили.
Сэмми явно колебался, но затем с неохотой уступил.
— Ладно, Эна.
Не дожидаясь продолжения, Джейк направился ко дворцу.
Сэмми глядел вслед Ровене поверх отцовского плеча.
— Знаешь что, папа?
— Что, Сэмми?
— Мы завтла поедем щенков смотлеть?
Джейк прижал к себе мальчика.
— Поедем, Сэмми.
Сэмми обнял его за шею.
— И ты тоже. Да, папа?
— Да, Сэмми. Я тоже.
С довольным вздохом Сэмми опустил голову Джейку на плечо.
У Джейка екнуло сердца. Завтра он наплюет на все дела и отправиться смотреть
щенков Ровены.
С Сэмми, конечно. Только ради Сэмми.
Только когда
мерседес
с королевскими номерными знаками отъехал на
несколько миль от столицы Эдембурга Олд-Стэнбери, Джейк откинулся на спинку
кресла.
— Наконец-то, — буркнула Ровена.
— Что наконец-то?
— Ты сидел на краешке сиденья с тех пор, как мы выехали из дворца. Это
не так-то просто с пристегнутыми ремнями.
— Прости.
— Ты думал, я вас всех угроблю?
На самом деле Джейк не возражал, чтобы Ровена вела машину, хотя и вызвался
сесть за руль еще в гараже. Расслабился он потому, что почувствовал себя
свободным, вырвавшись из дворца.
Между прочим, водила она превосходно.
— Я и не ожидал, что ты такой прекрасный водитель.
— И почему же не ожидал?
Джейк пожал плечами.
— Как часто ты водишь машину? Такое впечатление, что ты торчишь во
дворце не меньше меня, а когда куда-нибудь едешь с принцессой, вам дают
машину с шофером.
Она окинула его взглядом.
— В последнее время я редко куда-нибудь выбиралась, это ты верно
заметил. С тех пор, как король исчез, все пошло кувырком. Мне приходится
больше времени проводить с Изабеллой. Но обычно я езжу к отцу не реже, чем
раз в неделю.
— У тебя даже машины нет.
— Вы, американцы, — улыбнулась Ровена, лавируя по
серпантину
над
зеленой долиной, где виднелась очаровательная деревушка, раскинувшаяся на
склоне горы, — жить не можете без личного автомобиля. Зачем мне тратиться на
машину, когда всегда можно взять любую из дворцового гаража? Кстати, и ты
можешь. Ты же не пленник. Бери машину и вези Сэмми, куда захочешь.
— Но с острова-то не уедешь. — В голосе Джейка звучала горечь.
— Но Эдембург — красивейшая страна. У нас здесь куча
достопримечательностей, и исторических и культурных...
— Таких, что даже двухлетнего ребенка заинтересуют?
— Сэмми ведь почти три, разве нет?
— Да, через три месяца исполнится.
— Он очень хорошо говорит для своего возраста.
— Знаю. Он начал разговаривать месяцев в десять. Наверное, потому, что
ему приходилось как-то выражать свои желания. — Джейк оглянулся. Сэмми не
обращал на них ни малейшего внимания. — Аннетта была не слишком...
заботливой матерью.
— Это так.... Ой, смотри. Вот то, что интересно двухлетнему мальчику. —
Ровена притормозила. — Сэмми, взгляни. Видишь оленя? Это важенка. И смотри!
С ней два пятнистых олененка.
— Где? — Сэмми вытянул шею, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть с
заднего сиденья.
— Вон, за деревьями.
— Я вижу! — крикнул мальчик. — А можно погладить оленят?
— Прости, Сэмми, — улыбнулась ему Ровена. — Это же не Бубу. Они дикие.
Если ты попытаешься подойти к ним, они убегут.
— Испугаются?
— Да.
— Чтобы я их не обидел?
— Да, как ты раньше убегал от собак, потому что боялся, что они тебя
укусят. Оленята же не знают, что ты хочешь их приласкать. Ой. Убежали.
— Куда? — спросил Сэмми.
— Не знаю. Может, домой к папе. — Ровена нажала на газ.
Через мгновение Сэмми спросил:
— Эна, знаешь что?
— Да, Сэмми?
— Я больше не боюсь собак.
— Я знаю. — Она подмигнула ему в зеркало заднего вида. — А почему?
— Потому что они хотят, чтобы их любили.
— Ты очень храбрый мальчик, Сэмми. Я горжусь тобой. И твой папа тоже.
Правда ведь, Джейк?
Джейк повернулся, чтобы сын мог видеть его глаза.
— Я очень горжусь тобой, Сэмми. И очень тебя люблю.
— Я знаю, папа.
Поворачиваясь, Джейк обратил внимание на профиль Ровены. Для такой
миниатюрной женщины у нее очень решительное лицо... и столь же острый ум.
Она перехватила его взгляд.
— Что?
— Тебе стоит стать детским психологом... или матерью.
По ее лицу пробежала тень, но Джейк так и не понял, было ли это тенью
дерева, мимо которого они проехали.
— Я так не думаю, — отрезала Ровена.
— Ты о чем?
— И о том, и о другом.
— Ты не хочешь иметь детей? Ни за что не поверю. Ты так прекрасно
ладишь с чужими детьми... и ведь любишь их.
— Я действительно люблю детей. Они еще не утратили способность верить в
чудеса.
— В Санта-Клауса и Пасхального зайца?
— Да.
— Но родить ребенка не хочешь?
— Просто... — Ровена напряженно смотрела на дорогу. — Давай не будем об
этом, ладно?
— Ты не можешь иметь детей? — Джейк снова вспомнил о ее репутации.
Может, поэтому она до сих пор не замужем. Аристократам нужны наследники.
— Я... — Она указала взглядом на зеркало заднего вида.
Джейк оглянулся: Сэмми увлеченно играл в старинных солдатиков, которых
Ровена взяла на время из детской комнаты дворца. Мальчик ничего не замечал
вокруг, так что отвертеться ей не удалось.
— Он не слушает.
— Откуда ты...
— Ровена,
...Закладка в соц.сетях
