Жанр: Любовные романы
Код соблазна
... щекотливую тему?" Ты только представь, Берт!
Однако этот член комитета высказал мысль, пришедшую на ум и самому Берту.
Как можно писать об ухаживании, если за тобой никто никогда не ухаживал? Он
лучше, чем кто другой, знал, что мужчины выбирают для этого других женщин,
не таких, как Кассандра Росс. Может быть, дело было в воспитании: отец
Касси, рассеянный профессор, растил ее в одиночку, и никто не научил девочку
тому, что называется "женскими хитростями". — Но я решила, что не
приму отказа, — продолжала Касси. — Что ты имеешь в виду?
— То, что всеми силами буду стараться протолкнуть мою тему. —
Зеленые глаза девушки светились решимостью. — Первое, что я сделаю,
— это приобрету немного опыта.
Берт подался вперед. — То есть как это — приобретешь немного
опыта?
Он чувствовал себя человеком, нечаянно выигравшим в лотерею целое состояние
и не знающим, что с ним теперь делать. Неужели Леди-Профессор собирается
использовать его для.., приобретения опыта? Берт не знал, радоваться ему или
ужасаться. — Очень просто. — Касси поднялась, одернула юбку.
Однако, несмотря на решительный вид, пальцы девушки слегка дрожали, что не
укрылось от внимательных глаз Берта. — Но мне нужно, чтобы этот мой
личный опыт вызвал общественный резонанс. Короче говоря, мне нужно завести
роман, который заметит весь университет. Скандальный роман!
Берта словно окатили холодной водой. Черт возьми! А ведь начинался разговор
так многообещающе. Но именно скандального романа он себе не мог сейчас
позволить. Ни в коем случае! — Почему ты пришла с этим предложением
именно ко мне?
В глубине души Берт надеялся услышать, что Касси давно восхищается им и
предпочитает его любому другому мужчине. Но... — Потому что ты имеешь
самую скандальную репутацию в университете. Если мы начнем вести себя как
влюбленные, это не укроется от глаз администрации. Мой имидж книжного червя
развеется как дым. А уж если дойдет до страстных поцелуев на людях...
Берт горестно вздохнул. Значит, Касси в нем привлекает лишь скверная
репутация. Ей нужен тот мужчина, которым он был раньше, а не тот, которым он
пытается стать теперь. Если, конечно, хочет добиться опекунства над Хейзл.
Но Касси была аспиранткой кафедры истории, хотя и получила право
преподавать. А он, Бертрам Уорринг, носил звание преподавателя. Романы между
преподавателями и учащимися крайне не одобрялись администрацией. Берт не мог
рисковать: скандал сейчас пришелся бы ему как нельзя более некстати.
Придется ему разочаровать Касси, как ни жаль это делать, — видно, эта
тема много значит для нее.
Касси продолжала поедать его взглядом. Пальцы ее все сильнее дрожали от
волнения. — Так как же? Ты мне поможешь? Берт прикрыл на секунду
глаза, проклиная себя впервые за долгое время и зная, что будет это делать
еще не раз. — Прости, Касси. Но я.., не могу. Он готов был к какой
угодно реакции: что она обидится и уйдет, хлопнув дверью, что обвинит его в
трусости. Но только не к крайнему ужасу, зазвучавшему в ее голосе: —
То есть как это не можешь? Что ты хочешь этим сказать?
Берт поражение смотрел на нее. Девушка, казалось, была готова разрыдаться от
злости. — Ты же... У тебя же слава первого развратника в Эрлбери! Ты
что, заболел и потерял интерес к женщинам? Или просто я настолько не
соответствую твоим.., стандартам?
Губы Берта дрогнули в печальной усмешке. — Нет, Касси. Дело не в тебе.
И не в моем.., интересе к женщинам. Он никуда не девался.
На лице девушки появилось явное облегчение. — Я готов ухаживать за
тобой, и с большим удовольствием. — Голубые глаза Берта словно
потемнели под ее пристальным взглядом. — Ты понимаешь, что это значит?
Касси заставила себя кивнуть. — К-кажется.., да. — Дело не в
том, чего бы я хотел, а в том, что я могу себе позволить в сложившихся
обстоятельствах.
В этот миг Касси отчаянно жалела, что она не одна из веселых и разбитных
женщин в цветных шелках, которым все всегда удается. Такой женщине Берт не
смог бы отказать. — Я поняла, — выдавила она с трудом, даже
изобразила на лице улыбку.
Но Берта эта улыбка не обманула. — Нет, ты ничего не поняла. —
Он накрыл ее дрожащую руку своей и попробовал притянуть к себе, снова
усадить на стул.
Но Касси не желала выслушивать, почему этот мужчина не хочет с ней спать.
Она попыталась отдернуть руку. На сегодня довольно, ей не вынести вежливой
реплики вроде "давай останемся друзьями". — Все в порядке. — Она
поправила очки, как всегда делала в минуты волнения.
Но Берт не отпускал ее руки, продолжая настойчиво тянуть на себя. —
Пусти, Берт. Честное слово, я не в обиде. Я просто подумала, что для тебя
это будет несложно. Ты развлечешься, а мне поможешь в работе, к тому же мы
так давно дружим, что... — Она сглотнула, подыскивая слова. —
Нет, слишком большой наглостью было беспокоить тебя из-за моих проблем... У
тебя ведь могли быть неприятности с администрацией, а я и не подумала. Пойду-
ка я лучше домой, поработаю. — Сядь, пожалуйста, и выслушай меня,
— попросил Берт тихо.
В его голосе было нечто такое, что Касси послушно опустилась на стул, молясь
только, чтобы он не слишком мучил ее оправданиями. — Мне сейчас нужно
во что бы то ни стало сохранять лицо, — сказал Берт. — Поскольку
в ближайшие две недели я должен оформить опекунство над младшей сестренкой.
Отпустив наконец ее руку, он полез в карман и вытащил цветную фотографию
черноволосой девочки-подростка. — Хейзл шестнадцать лет. Самый опасный
возраст. — Это твоя сестра? — удивилась Касси. В чертах девочки
не было ни малейшего сходства с Бертом. Он — белокурый, широколицый,
светлый как солнце, а она — темненькая, кареглазая. — После того
как мама ушла к другому мужчине, мой отец женился на матери Хейзл, —
продолжал Берт. — Она родилась года через два. — Он ласково
провел пальцем по фотографии. — Мы всегда были очень близки, даже
когда уехал учиться, я все время писал ей, приезжал на выходные. А когда наш
отец и мама Хейзл погибли в катастрофе...
Теперь уже Касси сжала его руку, желая утешить. — Я помню. Ты тогда..,
ужасно переживал. Берт кивнул. — Хейзл всегда была сложным ребенком, а
после такого горя и вовсе изменилась, стала очень эксцентричной. Она до сих
пор не может смириться со случившимся. Какое-то время Хейзл жила у своей
бабушки по материнской линии. Долорес всегда не любила нашу семью и моего
отца. Она считает, что тот погубил ее дочь. Хейзл было плохо у нее, и она
написала мне, прося забрать к себе. Поэтому я оформляю опекунство. —
Теперь понятно, — кивнула Касси сочувственно. Она хорошо помнила, как
мучился с опекунским советом ее отец, а ведь речь шла о родной дочери! В
случае с сестрой, конечно, хлопот будет еще больше. Берту попортят немало
крови. — Конечно же бабка Долорес полагает, что я дурно влияю на
девочку, продолжал тот. -Помню, когда мы еще детьми приезжали к ней в гости,
она считала меня едва ли не дьявольским отродьем только за то, что я езжу на
мотоцикле. Ты знаешь таких старух, которые в любом подростке видят исчадие
ада?
Касси легко представила эту бабушку Долорес, и ей стало ужасно жаль Хейзл.
Бедной девочке приходилось нелегко. Она кивнула. — Самое странное, что
старухе удалось склонить на свою сторону членов опекунского совета. Она
делает все, чтобы помешать мне забрать Хейзл. Не то чтобы старуха очень
любит внучку, просто хочет настоять на своем. — Кошмар! —
искренне отозвалась Касси. Ей даже неловко стало: собственные проблемы вдруг
казались ничтожными по сравнению с неприятностями друга. Кроме того,
льстило, что Берт откровенен с ней. — Тут вообще все довольно сложно.
— Он сокрушенно покачал головой. Дело в том, что моя сестра не простой
подросток. Хейзл — вундеркинд. В школу она пошла в четыре года, а в
этом году поступает в университет. Сдала все выпускные экзамены экстерном.
— В университет? Сюда, в Эрлбери?
Берт гордо кивнул. На лице его сияла улыбка. — Ничего себе! —
поразилась Касси. — Это в самом деле потрясающе! У тебя, как я
погляжу, забот полно. Справишься? — Надеюсь, солнышко. Иногда мне
кажется, что Хейзл старше меня и не мне ее опекать.
Касси знала кое-что об одаренных людях и сомневалась в последних словах
Берта. Талантливые натуры, как правило, оказываются особенно беззащитными в
жизни. — Я рассказываю все это, чтобы ты поняла, почему я отверг
твое.., очень заманчивое предложение. — Берт коснулся губами своей
ладони и послал девушке воздушный поцелуй. — Мне как раз сейчас нужно
печься о моей репутации, а ты еще, как назло, аспирантка. Если администрация
будет мною недовольна, прощай опекунство.
Касси согласно кивнула. — Все в порядке. Спасибо, что объяснил. Было
бы очень славно, если бы ты помог, но, если нельзя... Что ж, придумаю что-
нибудь еще.
Берт нахмурился. — И что, например? — Ну, попробую протолкнуть
мою тему каким-нибудь иным образом.
Мозг ее уже работал в поисках выхода, пока она вставала со стула. —
Если понадобится любая другая помощь, буду рад ее оказать, извиняющимся
тоном произнес Берт.
Девушка улыбнулась краешком губ. — Непременно воспользуюсь твоим
советом, Ты ведь самый известный эксперт в области ухаживания, которого я
знаю.
Она направилась к двери, не понимая, почему Берт продолжает хмуриться.
— Не волнуйся насчет меня. Удачи тебе с опекунством!
Закрыв за собою дверь, Касси глубоко вздохнула и попыталась выбросить из
головы все мысли о том, как прекрасна была бы ночь в постели с Бертом. Нет
значит нет.
Раз план номер один провалился, следует приступить к плану номер два
"Каблуки и красное платье".
Глава 3
На следующий день Берт подъехал к супермаркету Эрлбери, где он собирался
встретиться с сестрой. Изо всех сил молодой человек старался отвлечься от
размышлений о том, что могло бы быть, если бы вчера он принял предложение
Касси. Даже с утра поехал на конюшню и провел там около трех часов, укрощая
молодого арабского жеребца. Но даже лошади, всегда отвлекавшие его от
собственных проблем, на этот раз не помогли. Перед глазами так и стояла
Касси — с дрожащими руками, с глазами, полными слез.
Когда Берт поднимался по ступеням супермаркета, две девушки, шедшие ему
навстречу, одарили его одобрительными взглядами. Одна кокетливо улыбнулась.
Но Берт, обычно чувствительный к знакам женского внимания, даже не ответил
на улыбку.
Нет, он ни на миг не сожалел о своем решении. В конце концов будущее Хейзл
важнее всего! Вряд ли, конечно, старуха Долорес подошлет шпиона в Эрлбери,
чтобы следить за ним, но публичный скандал, в котором он будет замешан,
непременно отразится на решении об опекунстве.
Хейзл заслуживает нормальной, спокойной жизни, которую он, старший брат, в
силах ей обеспечить. Только нужно проводить с девочкой побольше времени. А
свяжись Берт с Касси, даже этого он не сможет дать своей сестре.
Не желая думать, к кому теперь обратится отвергнутая им девушка для
выполнения своего безумного проекта, Берт принялся разыскивать сестру. Она
должна была быть где-то здесь. Страсть к посещению больших магазинов
появилась у нее еще в малолетстве. Мать Берта, помнится, тоже обожала ходить
по магазинам и сына обычно таскала с собой. От чего он, напротив, приобрел
стойкое в ним отвращение.
В какой-то момент миссис Уорринг поняла, что финансовые возможности мужа
исчерпаны, и отправилась на поиски другого, который мог бы обеспечить ей
беспрепятственное хождение по лучшим бутикам Сиднея... По подсчетам Берта
его мать сейчас была замужем в пятый раз. А он все так же терпеть не мог
супермаркеты, распродажи, бутики, мебельные салоны и все, имеющее отношение
к торговле...
Звонкий голос Хейзл оборвал течение его грустных мыслей. — Эй, Берт! Я
здесь!
Она сидела в прилегающем к продуктовому отделу кафе за круглым столиком.
Страсть девочки к экзотике в одежде на сей раз выразилась в широкополой
ковбойской шляпе и в индейской кожаной жилетке. На запястьях ее поблескивало
сразу несколько браслетов, а на шее — штуки три бисерных ожерелья.
— Там была распродажа а-ля Дикий Запад, — пояснила она с
улыбкой, когда брат подошел ближе. — Нравится? Смотри, какая шляпа!
Шляпа, по мнению Берта, была ужасна, но он не хотел портить сестре
настроение и восхищенно присвистнул. Хорошее настроение не так уж часто
бывало у Хейзл за последние несколько месяцев. — Шляпа просто класс!
Тебе еще нужны кожаные сапоги и хлыст за голенищем. Хочешь, принесу тебе
хлыст с конюшни? — Давай, — благосклонно кивнула девочка,
сдвигая шляпу на затылок. Садись сюда, сейчас принесут еще бутербродов.
Берту совершенно не хотелось есть, он собирался поскорее уехать домой. Но
Хейзл, как видно, только что расположилась перекусить: перед ней стоял
бумажный стакан с газировкой, а на тарелочке лежал салат. Берт вздохнул и
придвинул для себя стул. — Только поторопись. Я хочу отвезти тебя
домой и вернуться на конюшню. Меня там ждут. — Ладно, пять минут,
— кивнула Хейзл и принялась за еду.
Однако просто есть она не могла, поэтому то и дело прерывалась, чтобы
рассказать брату новости. Девочка только сегодня познакомилась с
университетскими профессорами и теперь делилась впечатлениями.
Благодаря ее болтовне Берт наконец расслабился и почти забыл про Касси.
Хейзл была такая смешная и хорошая! Она нуждалась в его любви и заботе.
Рассеянно слушая сестру, Берт пил кока-колу и лениво поглядывал по сторонам.
Вдруг невысокая девушка в соседней секции женского белья привлекла его
внимание. Он сразу узнал рыжие волосы, завязанные в пучок, и блестящие
стекла очков. Плоские подошвы спортивных туфель Кассандры Росс бесшумно
ступали по мраморному полу.
Берт моментально забыл свое решение не думать о ней и уставился на Касси.
Отражаясь сразу в нескольких зеркалах, девушка подходила все ближе. Она не
замечала сидящих за столиком, сосредоточенно изучая возможные приобретения,
прежде чем положить их в корзинку. Берт напряг зрение до предела: то, что
она держала в руках и придирчиво рассматривала.., было нечто черное и
кружевное. Или он ослеп, или Касси покупала себе самое соблазнительное белье
в этом магазине. — Берт, ты слышишь, что я говорю? — обиженно
воскликнула Хейзл. — Да, конечно... Конечно, малышка, — невпопад
отозвался он и потянулся за газировкой, чтобы скрыть смущение. Отхлебнул
большой глоток, надеясь, что ледяная жидкость приведет его в чувство.
В это время Хейзл слегка откинулась на спинку стула, чтобы проследить за его
взглядом. — Что ты там заметил, в бельевом отделе? Тебе нравятся
манекены в атласных бикини?
Берт не нашел, что ответить, и закашлялся. Перед мысленным взором тут же
возникла Леди-Профессор, одетая в черное кружевное белье и в очках... Не то
чтобы он раньше не представлял ее в подобном виде, просто ему казалось, что
Касси носит белое хлопчатобумажное белье. Когда же к эротическим фантазиям
добавились черные кружева, Берт чуть не застонал.
Тем временем Хейзл чуть приподнялась на стуле и указала рукой в блестящих
браслетах. — Смотри-ка! Я обозналась или это профессор Росс?
Звук имени Касси напомнил Берту, где он находится. Но прежде чем он собрался
с мыслями, Хейзл уже выскочила из-за стола. — Пойдем поздороваемся!
— Подожди, Хейзл. Не думаю, что это будет...
Но поздно — девочка уже ускользнула, оставив висеть на спинке стула расшитую бисером сумочку.
Чертыхнувшись, Берт взял сумочку и поспешил за сестрой. Больше всего ему
хотелось отшлепать Хейзл как следует. Было ужасно неловко отвлекать Касси
от.., покупки эротического нижнего белья. И зачем только он посоветовал
Хейзл записаться на лекции Касси?
Едва он вошел в отдел, как ноздрей его коснулся женственный, цветочный
запах. Кружево, шелк и атлас окружали со всех сторон. Возможно, есть на
свете парни, которые чувствуют себя комфортно в этом женском царстве, но
Берт к ним не относился. Наверное, большинству женщин так же неуютно будет
на конюшне, промелькнула у него странная мысль.
Хейзл уже вовсю ворковала с Касси. — Я вообще очень люблю "ходить по
магазинам. А Берт меня потом завозит домой. Очень мило с его стороны...
— Берт?
Касси взволнованно обернулась и тут же встретилась с ним взглядом. Теперь
отступать было некуда. И Берт шагнул вперед, криво улыбаясь. — Привет,
Касси.
Он знал, что девушке сейчас так же неловко, как и ему. Взяв сестру за плечо,
он принялся легонько подталкивать ее к выходу. — Рад был тебя видеть.
Мы с Хейзл как раз уезжаем домой.
Все, что надлежало сделать сейчас Касси, — это мило помахать рукой на
прощание. Но... — Подожди минутку.
Она шагнула к ним, держа перед собой корзину, набитую черными кружевами,
— достаточно для того, чтобы вызвать бессонницу у какого угодно
мужчины. — Раз уж мы тут встретились, я хочу получить от тебя пару
советов. Мне нужно мнение мужчины о моих покупках.
На лбу Берта выступил холодный пот. Он не удержался, бросил взгляд на
содержимое корзинки — и быстро отвел глаза.
Пока она не успела извлечь что-нибудь особенно вызывающее, Берт выставил
перед собой сестру, используя ее как щит. — Хейзл понимает в этом куда
больше меня. Он был уверен, что Касси не станет демонстрировать девочке-
подростку что-нибудь уж вовсе неприличное. Касси нахмурилась. — Но я
хотела, чтобы именно ты посмотрел... — Хейзл — настоящий
эксперт, — торопливо продолжил Берт, легонько стискивая плечо сестры.
— Разве я не говорил, что она — вундеркинд?
Он прекрасно понимал, что ему не стоит смотреть на покупки Касси. Иначе все
его клятвы начать более воздержанную жизнь пойдут к чертовой матери. Против
него уже работало вчерашнее предложение девушки, а если прибавить еще и
черный шелк... Словом, Берт едва сдерживался, чтобы не вытащить Касси из
магазина, затолкнуть в свою машину и там заниматься с ней любовью сутки
напролет.
Хотя, если говорить откровенно, Берт знал, что и в белом хлопчатобумажном
белье Касси может заставить его потерять голову. А на это он сейчас не имел
никакого права! — Хейзл, я буду ждать тебя у выхода, когда вы
закончите ваши дамские разговоры. — Но... — Касси сделала еще
одно движение в его сторону. — До скорого, Касси. — Он поспешно
кивнул и пулей вылетел из отдела, притворившись, будто не слышит, как Хейзл
зовет его.
Берт ждал в машине добрых полчаса, пока сестренка наконец вернулась. За это
время он успел более-менее прийти в себя. Когда же Хейзл плюхнулась на
сиденье рядом с ним, он включил музыку как можно громче, чтобы не слышать
рассказов девочки об их с Касси разговоре. Однако по дороге домой его так и
преследовали образы, один соблазнительнее другого. А самое скверное было то,
что черное шелковое белье Касси покупала ради свидания с Бертом.
Конечно же она твердо решила добиться своего и теперь найдет другого
мужчину, способного ей помочь. Черное белье — лишнее доказательство
того, что Касси собирается соблазнить кого-то еще. И Берт никогда не узнает
удовольствия расстегнуть ее мешковатую мужскую рубашку, чтобы обнаружить под
ней черные кружева и шелк, едва прикрывающие тело...
Теперь у него появилась дополнительная причина ненавидеть магазины. Пожалуй,
больше он не будет подвозить Хейзл до дому, лучше даст ей денег на такси.
Берт подозревал, что еще несколько месяцев не сможет спокойно проходить мимо
отделов женского белья.
В пятницу вечером Касси преследовали собственные, женские, проблемы.
Превращение из Золушки в принцессу не давалось легко. Устроившись в
туалетной комнате возле кафедры, девушка несколько часов кряду безуспешно
боролась с накупленной в супермаркете косметикой.
С красным платьем и чулками проблем не возникло. Они были специально созданы
для образа секс-бомбы, в которую Касси намеревалась превратиться на
сегодняшний вечер. Интересно, что сказал бы Берт, увидев ее в таком наряде?
Смог бы он так же легко отвергнуть ее предложение?
Касси повертелась туда-сюда перед большим зеркалом и осталась довольна. К
счастью, по пятницам факультет пустел, и она могла не бояться вторжения в
туалетную комнату кого-либо из студенток. Она еще раз критически оглядела
себя, тяжело вздохнула и вооружилась щеточкой для ресниц.
Дверь за спиной скрипнула. Послышались шаги по кафельному полу.
Касси оглянулась. Слава Богу, помощь подоспела вовремя. Союзные войска
появились в образе доктора Вивиан Саммер, давней подруги Касси. Эта
сорокалетняя дама гренадерского роста возглавляла сравнительно-историческое
отделение факультета. Она славилась громким смехом и легким характером.
— Господи Иисусе, что это с тобой? — воскликнула доктор Саммер,
останавливаясь как вкопанная. Лицо Касси отражалось в зеркале, мучнисто-
бледное от пудры. — Ты что, собралась на Хэллоуин? Вроде бы до него
еще далеко, весна на дворе...
Хотя между женщинами была солидная разница в возрасте, они по-настоящему
дружили. Часто обедали вместе, обсуждая студентов, занятия и втихомолку
сплетничая о других профессорах. — Платье, конечно, сногсшибательное,
— одобрила Вивиан, поправляя пышную прическу. С длинными стреловидными
серьгами в ушах, в изящном брючном костюме она походила на амазонку-
воительницу. — Но, несмотря на макияж, ты выглядишь так, будто не
спала неделю.
М-да... А она-то надеялась, что у нее очень сексуальный вид. После того как
Бертрам Уорринг дал ей от ворот поворот, она решила не прятать более своей
красоты под мешковатой одеждой и применить ударные методы обольщения мужчин.
Слишком долго она прожила в башне из слоновой кости, сознательно ограничивая
свой мир стенами университета.
Но оценка Вивиан ее внешности была так не похожа на комплимент, что Касси
недоуменно захлопала глазами. — Наверное, я не правильно пользуюсь
косметикой. Вивиан, мне нужна помощь специалиста.
Пусть первая попытка не удалась, но она сохраняла надежду пофлиртовать
сегодня с каким-нибудь мужчиной. Она не пойдет на попятный только потому,
что ей не удалось добиться благосклонности Берта. Она еще докажет ему
— да вообще им всем, — что Кассандра Росс настоящая женщина.
Ждать, когда Берт закончит свои дела с опекунским советом, не представлялось
возможным. Менять репутацию следовало немедленно, потому что тема
диссертации так и оставалась не утвержденной. А бросить ее и заняться сухими
книжными исследованиями Касси не могла. Это означало наступить на горло
собственной песне.
Доктор Саммер подошла ближе, коснулась темных кругов у Касси под глазами. На
кончиках пальцев у нее остались серые следы. — Бог мой, так синяки
— это результат макияжа?
Касси неуверенно кивнула, пытаясь улыбнуться. — Продавщица в
косметическом отделе очень рекомендовала эти тени. А сама я не знаю, что
нужно выбирать...
Вивиан картинно возвела глаза к небу. — Ну-ка, покажи, что она еще
тебе подсунула.
Касси кивнула на косметичку, лежащую перед зеркалом. Доктор Саммер заглянула
в нее и принялась перебирать кремы и тени, одобрительно похмыкивая. —
Вещи-то хорошие, только применять их нужно с умом. А это что, ретуширующий
гель? Зачем? — Веснушки, — пролепетала Касси. — Чепуха,
милая моя. Особенности своей внешности нужно не маскировать, а делать из них
"изюминку". Что из этого ты уже использовала? — Всего понемножку...
— Так-так, понятно. У тебя тут есть отличный очищающий скраб. Возьми-
ка его и смой весь этот ужас со своего лица. — Как, совсем? —
жалобно спросила Касси, жалея двухчасовой работы. — Совсем! —
безапелляционно заявила Вивиан.
Касси покорилась: оспаривать мудрость доктора Саммер представлялось ей
невозможным. — И напомни мне, чтобы я в понедельник принесла тебе пару
хороших женских журналов, — продолжала Вивиан. — Просто
представить не могу, чтобы девушка твоих лет настолько не умела делать
макияж! — Мой папа всегда говорил, что серьезные ученые не красятся,
отозвалась Касси сквозь шум льющейся воды. Потом, поняв, что неожиданно
пустила шпильку в адрес доктора Саммер, поспешно добавила: — Ну, мой
папа отличается консервативными взглядами. Думаю, он ошибался...
Наконец все следы стараний Касси были уничтожены. Она вытерла лицо бумажной
салфеткой и послушно села на подставленный подругой стул перед зеркалом.
— Я над тобой сама поработаю. Но за эту услугу ты расскажешь, что с
тобой приключилось.
Пока Вивиан покрывала лицо Касси тонким слоем тонального крема, та вкратце
поведала ей грустную историю. Правда, часть ее, касаю
...Закладка в соц.сетях
