Жанр: Любовные романы
Прелесть лунной ночи
...не ахнул от удивления. Она так четко и верно сформулировала его
же собственные мысли! Но он никак не ожидал, что от этих слов его вдруг
охватит такое щемящее чувство пустоты и одиночества. Казалось, жизнь
потеряла всякий интерес для него.
Ричард откашлялся, чтобы восстановить дыхание.
— Я считаю...... — Он стал лихорадочно подыскивать фразы, которые не
разрушили бы окончательно их отношения, но ему не приходилось бывать в таких
ситуациях. — Пожалуй, ты выбрала единственно правильный путь. — И
понимая, что это звучит слишком сухо, торопливо добавил: — Мы... слишком
много времени потратили на эмоции, тогда как следовало придерживаться
строгого графика. Без этого никакая работа не может быть эффективной.
Ну вот, совсем как на собрании в фирме. Все эти казенные речи не имели
ничего общего с тем, что Ричард сейчас испытывал, — это была лишь
попытка скрыть его задетое самолюбие. На самом же деле ему хотелось взять
каждое слово обратно, крепко обнять Ди и сказать, что у них все будет
хорошо, пока они любят друг друга.
Пока они любят друг друга? Но ведь это неправда. Да, их действительно сильно
влечет друг к другу, но это же не любовь. Как можно полюбить женщину,
которую знаешь всего несколько дней?
— Ди, мы оба понимаем, что не безразличны друг к другу. Мы не можем этого
отрицать, — признался Ричард и встал из-за стола. — Лично я не
могу этого отрицать. — Он принялся вышагивать взад-вперед по
кухне. — Я много над этим думал...... И ничего придумать не смог.
Ди закусила губу.
— Я согласна с тобой. Так что же нам делать?
Ричард повернулся к ней спиной и стал мыть посуду.
— Если бы я знал, что смогу ездить по Чарлстону с кем-нибудь еще, то
предложил бы нанять другого гида. Конечно, я заплатил бы тебе за все, как
договаривались.
Ди так быстро вскочила, что даже уронила стул.
— Мне не нужны твои деньги! Более того, если я соглашаюсь выполнить какую-то
работу, то я ее выполняю. — Она схватила стул и поставила его на место.
Затем подошла к Ричарду и вручила ему свою тарелку.
— У нас с тобой контракт, который надо выполнять. Предлагаю тебе побыстрей
взяться за работу. Мы сжигаем дневной свет, как говорит Джед.
В этот день они посетили Форт-Самтер и Форт-Мултри. И тогда и в последующие
дни они сохраняли чисто деловые отношения и ничуть не пытались разрушить
стену, которую сами же воздвигли между собой. Каждый вечер Ди валилась на
кровать без сил от усталости и стресса, но отказывалась сдаться и позволить
Ричарду нанять другого гида...
Прошло два дня, и члены комитета по спасению старинного особняка —
исторической достопримечательности Чарлстона — вновь собрались на встречу.
Мэр Ретт уже успел к этому времени поговорить с гадалкой, миссис Элисон, как
он теперь ее называл, по телефону.
— Мы условились встретиться завтра, в десять утра. Похоже, она ожидала, что
мы позвоним ей гораздо раньше. Она, кажется, живет там уже больше месяца.
— И на что же она надеялась? Что ее встретят здесь с распростертыми
объятиями? — возмутилась одна из женщин. — Конечно же, она знала,
что мы все это не одобрим.
— Уверен, — продолжил Дэн Ретт, — но это не имеет значения. Завтра
утром мы изложим ей наши претензии.
— Ди, а ты о чем можешь доложить? — спросила Мэгз, усаживаясь
поудобнее.
Ди захотелось исчезнуть. Отдавая все время работе с Ричардом, она почти
ничего не успела узнать насчет дома для гадалки.
— Я беседовала с некоторыми агентами, но они ничего пока не могут обещать.
Один из них, собственно, и организовал продажу дома этой... миссис Элисон,
кажется?
— Да, — подтвердил Дэн. — Плохие дела. Кстати, как он считает —
миссис Элисон переедет в другой дом?
— Нет. Оказывается, она заплатила огромную сумму, чтобы приобрести именно
этот особняк. — Ди усмехнулась и покачала головой. — Он говорит,
что в нем водятся приведения.
Комиссия по сбору денег сообщила, что обратилась к некоторым крупным
бизнесменам, но пока безрезультатно.
Мэгз нахмурилась.
— Нам следует пошевелиться. Давайте посмотрим, не удастся ли убедить какую-
нибудь крупную корпорацию внести необходимую сумму целиком.
В комнате поднялся шум, а это означало, что собрание закончилось. Ричард так
и не промолвил ни слова. Впрочем, он мало чем мог помочь этим людям, хотя и
искренне хотел этого. Будь у него чуть больше времени, он, вероятно,
разработал бы такое решение, которое бы удовлетворило и город и миссис
Элисон.
Ричард поднялся вместе со всеми и, попрощавшись, направился к двери. Ди
предложила отвезти его в гостиницу, но он отказался.
— Мне нужно немного прогуляться!
Ди молча кивнула в ответ. Она помогла тете Мэгз вымыть кофейные чашки и
тарелочки из-под десерта и пошла к себе в комнату, мечтая погрузиться в
горячую ванну с обильной пеной. Лежа в воде под пушистыми белыми хлопьями,
Ди попыталась обдумать, как лучше наладить работу своей комиссии, но мысли
ее вновь и вновь обращались к Ричарду.
— Ах, если бы все было по-другому, — сказала она, грустно вздохнув.
Следующие несколько дней оказались самыми несчастными в жизни Ди. Каждое
случайное прикосновение Ричарда вызывало у нее волнение в крови, напоминая о
счастливых минутах их близости. Ди работала не щадя себя, чтобы показать ему
свой Чарлстон, город, который она любила. Они повидали все красивые старые
дома и плантации, посетили все форты и музеи, попробовали еду в лучших
ресторанах, катались на яхте, на водных лыжах, выезжали на пикник, гоняли до
полного изнеможения на велосипедах. Но ночи для обоих были длинными и
одинокими.
Каждый вечер Ди падала в постель и старалась поскорее заснуть. Когда ей
везло, в ее снах появлялся Ричард. Все чаще, продремав час или два, она
встречала рассвет, сидя на веранде. Ди приезжала к отелю
Плантерз
каждое
утро без опоздания. И не потому, что стала, как Ричард, все делать точно по
часам, а потому, что просто не могла жить без него.
Сегодня — последний день пребывания Ричарда в Чарлстоне. Ди все ждала
появления солнца, но потом поняла, что туман, скрывавший от нее место
слияния двух рек, был продолжением затянутого тяжелыми тучами неба. Ричард
уезжал и, казалось, забирал с собой солнце.
Ди настояла на том, что отвезет его в аэропорт, но сейчас уже жалела о своем
решении. Еле волоча ноги, она пошла одеваться и, поразмыслив, выбрала
простое открытое платье из мягкой ткани персикового цвета и кожаные
босоножки. Волосы остались распущенными.
— Зачем ты это делаешь? — спросила она себя, глядя на свое отражение в
большом зеркале на двери ванной. — Это же будет настоящим мучением для
нас обоих.
Может, позвонить Ричарду и сказать, что она не совсем здорова? Нет, Ди
слишком горда и не допустит, чтобы он подумал, будто ей тяжело с ним
прощаться.
В назначенное время она твердой походкой вышла из дома, села в машину и
направилась к гостинице. Когда Ди подъехала к гостинице, Ричард уже был
около входа. Все его сумки с одеждой и книгами стояли рядом на тротуаре.
Все утро Ричарда подмывало позвонить Ди и попросить, чтобы она не
беспокоилась и не провожала его. Так было бы гораздо проще для них обоих. Но
он так и не сделал этого, потому что не мог уехать, не повидав ее в
последний раз.
— Привет. Рад, что ты добралась вовремя. — Ричард побросал вещи на
заднее сиденье и сел рядом с Ди. — Ненавижу опаздывать.
— Знаю. — Ди взглянула в зеркало и отъехала от тротуара.
Затянувшееся молчание становилось для Ди невыносимым. Она должна о чем-
нибудь говорить, пусть даже о каких-нибудь мелочах.
— Знаешь, я уже упаковала картины, которые тебе понравились. Должно быть, ты
получишь их через пару дней. Я пошлю курьерской почтой.
— Спасибо. — Ричард смотрел, как они покидали город, который он успел
полюбить. — Боюсь, я вернусь домой и обнаружу, что мне чего-то не
хватает. Ничего, если я позвоню тебе?
— Конечно. Когда захочешь. — Ди мчалась к аэропорту на бешеной
скорости. Время шло, и она чувствовала себя все более несчастной. —
Я...... Я буду рада что-нибудь сделать для тебя.
У аэропорта Ди заметила знакомого охранника и позвала его.
— Эй, Стони, ничего, если я оставлю здесь Изабель на пару минут?
— Только ненадолго, беби. — Стони порылся в карманах, извлек оттуда
листок бумаги и прикрепил под козырек на переднем стекле машины.
— Спасибо, я твой должник, — улыбнулась ему Ди.
— Ди, может, нам лучше проститься здесь? — предложил Ричард, увидев,
что она подняла его сумку с книгами.
— Не беспокойся. — Она накинула ремень на плечо и прихватила прядь
волос. — Ой!
— Дай, помогу. — Ричард поставил на тротуар сумку с одеждой и,
приподняв ремень на плече у Ди, убрал волосы и затем снова бережно опустил
его на место. — Так лучше?
Ди была не в состоянии говорить. Прикосновение его руки к плечу и волосам
вызвало дрожь в ее теле. Неодолимое желание, о котором она старалась не
думать и которое всячески гнала от себя последние дни, вспыхнуло в ней с
новой силой.
— Спасибо, — еле слышно пробормотала она. — Так гораздо лучше.
Они прошли через зал аэропорта к указанному выходу, и, пока Ричард
регистрировался, Ди сидела и наблюдала за ним. В такую жару у Ричарда в его
деловом костюме-тройке был несчастный вид. Так ему и надо, злорадно подумала
она. И все же, до чего он красив. Его загар, почти черный от частого
пребывания на солнце, очень изменил внешность Ричарда. Он стал для нее более
желанным, чем когда бы то ни было. Ди отвела глаза от Ричарда, уже не в
состоянии больше смотреть на него.
Потом они немного поболтали о его планах относительно новой рекламной
кампании, но Ди едва слушала и понимала, о чем говорил Ричард. Наконец,
чувствуя, что не в силах и дальше выдерживать напряжение, она произнесла:
— Ну что же, мне пора идти, Янки.
И пошла прочь. Каждый шаг давался с неимоверным трудом. Если она не уйдет
сейчас, то не уйдет уже никогда.
Ричард догнал ее и схватил за руку. Он заглянул Ди в лицо, в ее прекрасные
голубые глаза, стараясь запомнить каждую, столь дорогую для него черточку.
Он прикоснулся рукой к ее щеке и наклонился ниже, зная, что, если хоть раз
поцелует Ди, то уже не сможет остановиться.
Ди застыла на месте, не в состоянии вымолвить ни слова. Она была так
счастлива снова оказаться в его объятиях, и в то же время все в ней
протестовало против этого. До чего невыносимо чувствовать на себе взгляд
этих любимых светло-серых глаз, проникающих в душу. Тело Ди горело под его
руками, словно кричало, что принадлежит ему и только ему.
Не в силах терпеть эту муку, Ди на мгновение прижалась к Ричарду,
взмолившись, чтобы произошло чудо и он остался. Но она понимала, что этого
не произойдет, а потому приказала себе не раскисать и собрать свою волю в
кулак.
Короткий, но обжигающий поцелуй Ричарда стал последней каплей для Ди. Она
вырвалась из его рук и побежала через весь аэропорт к выходу, надеясь только
на то, что он не станет ее догонять.
Не видя никого вокруг ослепшими от горя глазами, Ди врезалась в какую-то
женщину с сумками в руках, которые тут же разлетелись по полу. Женщина
отругала Ди за неуклюжесть, но та продолжала мчаться вперед, словно спасаясь
от кого-то, словно там, дальше, ее ждала свобода, которую она боялась
потерять.
Подбежав к машине, Ди вынула бумажный листок с надписью:
Важная персона
из-под козырька, скомкала его, бросила на землю и села в машину. Уронив
голову на руль, Ди изо всех сил старалась справиться со слезами, готовыми
вот-вот хлынуть у нее из глаз. Она так закусила губу, что вскоре ощутила у
себя во рту солоноватый вкус крови. Затем выехала на дорогу, идущую
параллельно взлетной полосе, остановила машину и вышла.
Она не тронулась с места, пока не показался большой реактивный самолет —
самолет Ричарда. Он замер на секунду, затем двинулся вперед и стал набирать
скорость. Когда он был совсем близко от Ди, она подняла руку и слабо
помахала на прощание своему последнему шансу на счастье.
Ричард смотрел в окно самолета, а перед глазами стояла убегающая от него Ди.
Ему так хотелось тогда догнать ее и сказать что-нибудь такое, отчего исчезло
бы с любимого лица это выражение невыносимой боли. Но нечего было сказать. И
ничего тут не поделаешь. Они оба оказались пленниками судьбы, которая
возвела между ними надежную преграду, и ее нельзя ни разбить, ни сломать, не
пострадав при этом.
Лучше бы он никогда не приезжал в Чарлстон и не встречался с Ди! Но было бы
еще лучше — и он желал этого всем сердцем, — если бы он придумал, как
им соединиться навсегда.
Когда самолет оторвался от земли, Ричард заметил у дороги Изабель. Рядом
стояла Ди и глядела вверх на самолет. Ричард не надеялся, что Ди его увидит,
но все равно стал изо всех сил махать ей рукой. Чем выше они взмывали, тем
больше он приходил в отчаянье. Если бы можно было, не нарушая законов,
заставить пилота повернуть обратно в Чарлстон, он бы немедленно это сделал.
Никогда за всю свою жизнь Ричард Кемп не чувствовал себя таким несчастным.
11
Ди смотрела вслед самолету, пока тот не исчез из виду. Какое-то мгновение ей
казалось, что она видит Ричарда, но потом Ди решила, что просто какой-то
парень заметил в окне девушку и помахал ей рукой.
Когда до ее сознания дошло, что все кончилось, она села в машину и
направилась домой. Бесполезно пытаться работать сегодня. У нее просто не
было на это сил.
Ди поплелась в кухню и налила себе кофе. Села на стул и невидящими глазами
уставилась на чашку. Подождав, пока боль в груди немного отступит, она
встала, дотащилась до гостиной и рухнула на тахту. Вытянувшись, уставилась в
потолок.
Минула целая неделя с тех пор, как уехал Ричард.
Со вздохом сожаления Ди поднялась и вышла из дома. Она решила отправиться на
ферму и проведать Мунстара. Когда она добралась туда, Джед подметал веранду.
— Привет, — поздоровалась Ди, надеясь, что голос ее прозвучал бодро.
— И вам привет. Ну-ка, идите сюда. — Джед наблюдал, как она медленно
добрела до веранды и поднялась по ступенькам. Он прислонил веник к столбу и
крепко обнял Ди. — Что случилось с моей девочкой?
Ди почувствовала себя уютно и тепло. Раньше всякий раз, когда ей было больно
или страшно, она прибегала к старику и он крепко прижимал ее к груди своими
ручищами или добродушно подшучивал, пока Ди не становилось лучше. Теперь ее
проблемы не решишь так просто.
— О, ничего. Я лишь заехала навестить Мунстара.
— Да-а? Ну тогда мне повезло. — Он отстранился от Ди и заглянул ей в
лицо. — Таких грустных глаз я еще никогда не встречал. Они ничего не
видят вокруг — только то, что в голове у хозяйки.
— О, Джед, — проворчала Ди, высвобождаясь из его объятий. — Ты же
не психиатр.
— Не нужно никакого психиатра, чтобы сообразить, что вы страдаете. Я ведь
знаю вас много лет и видел во всяких настроениях. — Джед взял ее за
руку и повел в дом.
Он налил Ди чашку кофе и принялся печь блины, пока вскоре их не выросла
целая горка. Ди наблюдала, как он привычно двигался по кухне, и это
успокаивало ее.
— Джед, он уехал.
— Не нужно быть гением, чтобы догадаться. Я понял все сразу, когда увидел
вас. — Он поставил перед Ди тарелку, полную аппетитных румяных
блинчиков. — А теперь поешьте.
— Я не голодна. Правда. Я просто хотела повидать тебя и Мунстара. — Она
поиграла вилкой.
— Вы съедите все до последнего кусочка. — Джед сложил руки на груди и
сверкнул глазами, затем добавил, взмахнув ложкой: — Может, даже больше.
— Еда не излечит мою болезнь.
— Но все же поможет.
— Только не на этот раз, Джед. — Ди увидела, что он стал приближаться к
ней, и торопливо откусила от блина. — Я ем, ем.
— И правильно делаете. Мне бы не хотелось кормить вас самому. — Джед
сел рядом, его темная кожа блестела от мелких бисеринок пота. — Ешьте,
заодно все и обсудим.
— Мама не разрешала мне разговаривать с полным ртом. — Ди улыбнулась и
забросила в рот еще кусок блина.
— Вашей мамы здесь нет.
— Я сделала глупость, Джед. Я имею в виду... — начала она, удивляясь, почему
рассказывает ему все это. Он же не мог ничем помочь. Никто не мог ей
помочь. — Я влюбилась в него, Джед. Я не собиралась. Честно, не
собиралась.
— Ну, это не новость для меня. Любой, у кого есть два глаза и ум побольше
горошины, легко бы сообразил. — Джед отхлебнул кофе и посмотрел на Ди
сквозь пар из своей кружки. — Я понял все в первый же раз — стоило
только взглянуть на вас обоих.
Ди поморщилась. Она и не подозревала, что ее чувства проявляются так
заметно. Раз уж Джед все понял, то Ричард и подавно догадывался об ее
отношении к нему.
— И как же мне теперь поступить?
— Пожалуй, тут есть два варианта. — Джед откинулся на спинку стула и
усмехнулся. — Или поезжайте к нему или ждите, когда он сам вернется.
— Ричард никогда этого не сделает. Он... он любит свою работу. Он любит Нью-
Йорк. — Ди покачала головой и горько вздохнула. — Ричард,
наверное, вспоминает обо мне, как о какой-нибудь деревенщине, которая по
глупости влюбилась в него. Спорю, он рассказывает друзьям о приключении со
мной во всех подробностях.
Ричард ходил взад и вперед по своему офису. Он день и ночь работал над
чарлстонским проектом, но никак не мог завершить его. Каждая картина и
каждая брошюра напоминала ему о Ди. Как он ни старался забыть ее, у него
ничего не получалось.
— Черт бы ее побрал. Не ее, а тебя, — проворчал он. Ты влюбился в нее.
И это не ее вина.
Ричард тяжело опустился на белый кожаный диван. Каждый раз, когда он
закрывал глаза, перед мысленным взором возникала Ди. Все новые и новые
видения проплывали перед ним, преследуя своей невинной красотой. Ди редко
пользовалась косметикой, но была прекрасней любой женщины, которую он когда-
либо встречал. Ее нежная кожа сияла теплотой летнего солнца, ее мягкие,
вьющиеся волосы свободно развевались на ветру, когда она ехала в открытой
машине.
Изабель. Ну кто еще назвал бы свою машину Изабель? Только Ди. Ричард
улыбнулся, вспомнив красивую обивку салона. Да, Дейзи Анджелина Дей —
незаурядная женщина.
Но она не подходила Ричарду. Ему нужна такая, которая помогала бы
подниматься по служебной лестнице, которая умела бы приносить пользу на всех
деловых обедах и приемах. Он вспомнил комбинезон, в котором Ди отправилась с
ним на Полиз-Айленд. Как он смеялся, когда на аттракционах она сначала
визжала от страха, а потом утверждала, что подобные развлечения ей очень
нравятся. Мужчина посерьезнел, вспомнив шелковистую кожу ее грудей, прижатых
к его груди, когда она выгибалась в порыве страсти.
Черт побери, ему так хотелось снова ее увидеть.
Ди остановила машину у дома
колдуньи
. Она посмотрела на ветхий фасад и
покачала головой. Этот особняк можно показывать туристам только, если его
как следует отреставрировать.
Набравшись смелости, Ди вылезла из машины и поднялась по ступенькам крыльца.
После некоторых колебаний она уже решила было постучаться, но дверь, как по
волшебству, открылась сама.
— Входите, — прозвучал приятный низкий голос из темной глубины дома.
Ди не знала, как поступить — войти или убежать. В конце концов я здесь по
делу, подумала она и шагнула через порог. Среди бела дня ничего дурного со
мной не произойдет, убеждала она себя.
— Я ждала вас. Чай уже готов.
Ди уставилась на женщину, стоявшую перед ней. Она ожидала встретить какую-
нибудь старую каргу, одного вида которой можно испугаться, а эта дама была
молода и красива. Ее светлые волосы были уложены на макушке, и лишь
небольшие пушистые пряди ласково касались гладкой кожи лица.
Темно-карие глаза уловили изумление гостьи и внимательно посмотрели на нее.
— Ну что же, мы так и будем здесь стоять и глядеть друг на друга! Или все же
познакомимся?
— Ах, да. Я Ди Дей, — наконец промямлила Ди и вынужденно улыбнулась,
все еще стараясь справиться с шоком.
— Ну что ж, Дейзи — красивое имя.
Улыбка мгновенно погасла. Откуда могла эта женщина узнать ее настоящее имя?
— Вообще-то, оно несколько старомодно, поэтому я и назвала себя Ди.
— Я Урсула Элисон. — Урсула жестом пригласила Ди пройти в гостиную, что
та и сделала.
— Приятно с вами познакомиться, — произнесла Ди, усаживаясь на обитый
шелковой парчой диван, которому, вероятно, было не менее ста лет. —
Насколько мне известно, Урсула, мэр Ретт заходил к вам поговорить
насчет......
— Он был здесь. Мы обсудили одну проблему, но, если откровенно, я не вижу
никакой проблемы вообще, — заметила Урсула и опустилась в кресло времен
королевы Анны. — А вы пришли сюда не по этой же причине, хотя и хотите
убедить себя в обратном.
— Что? Я не понимаю, что вы имеете в виду.
Ди не смогла посмотреть в глаза этой женщине, которая каким-то непостижимым
образом догадывалась, о чем она думала. Ди явилась сюда по трем причинам.
Во-первых, она действительно хотела помочь Урсуле подыскать другой дом. Во-
вторых, она умирала от любопытства. И, наконец, в-третьих, собиралась
узнать, действительно ли эта женщина может предсказывать будущее. Ди никогда
еще не встречалась с гадалками.
— У вас здесь очень красиво, Урсула. — Ди осмотрелась, и ее внимание
привлек небольшой шар дымчато-серого цвета, стоявший на подставке и,
казалось, излучавший какой-то загадочный свет. — Ммм, я не хочу
показаться любопытной, но это и есть... магический шар? Я думала, они все
прозрачные.
Хозяйка засмеялась.
— Да, это он. Он сделан из лабрадорского камня. Идите сюда, я покажу.
Урсула встала и подошла к камню. Ди осторожно последовала за ней.
— Какой красивый.
Приглядевшись к шару внимательней, она заметила, что он переливается разными
оттенками серого цвета — почти как глаза у Рича. То там, то здесь
проблескивала голубизна.
Урсула сняла шар с подставки и приподняла. Он сразу же засиял голубоватым
светом.
— Видите? Свет где-то внутри камня. Это удивительное явление, как вы
считаете?
Ди строго посмотрела на Урсулу.
— Я считаю, что это довольно дешевый трюк. Люди, естественно, думают, что свет идет изнутри шара....
— Всякий свет идет изнутри, — прошептала, улыбнувшись Урсула.
— Очень удобная теория, но в данном случае совершенно очевидно, что......
— Я не использую этот шар для гаданий. Я не... шарлатанка, которая
обманывает людей. — Урсула покачала шар на руке и положила обратно на
подставку. Затем снова взглянула на Ди. — Он вернется. А сейчас прошу
извинить, я все никак не распакую вещи.
Ди покинула дом умиротворенная и успокоенная. Урсула утверждает, что он
вернется. Хотя откуда ей знать? Как она вообще могла подозревать, что Ди
хотелось узнать, вернется ли Ричард? В конце концов Ди решила, что Урсула
сказала наугад, просто догадавшись, что у Ди несчастная любовь. Ее слова
он
вернется
можно ведь толковать как угодно.
Неделю спустя Ди ехала в машине к гостинице
Плантерз
. Ее попросили
провести для какого-то важного лица экскурсию по городу.
Она остановилась около отеля, но продолжала сидеть, не в состоянии
избавиться от воспоминаний о Ричарде, которые были еще слишком свежи.
Необходимо взять себя в руки и покончить с этими воспоминаниями как можно
скорее, решила она.
Оставив ключи от машины швейцару, Ди прошла в холл и справа от себя увидела
столик, на котором стояли хрустальный графин с вином и изящные стаканчики.
Ди не любила спиртное, но сейчас, чтобы успокоиться, налила почти полный
стакан и быстро выпила. Затем окинула взглядом сидящих в холле людей и вдруг
замерла, не веря своим глазам.
— Ричард! — наконец воскликнула Ди и бросилась к нему. Тот торопливо
поднялся навстречу. — Что ты здесь......
Ричард заглушил слова жадным поцелуем, который говорил о том, что он
изголодался по ней так же сильно, как и она по нему.
Ди едва не лишилась сознания в его объятиях. Кое-как справившись с
волнением, она снова накинулась на него с вопросами.
— Что ты здесь делаешь? Я...... Я не ожидал
...Закладка в соц.сетях
