Жанр: Любовные романы
Золотоискательница
...иданно обернулась. — Кайя, вы действительно
любите Филиппа? Пожалуйста, я должна знать...
В ее глазах была такая мука, что у Кайи заныло сердце.
— Кайя, он нуждается во мне. Я знаю. Я люблю его всем сердцем, и я
готова подавить свою гордость, и, прошу вас, скажите мне правду.
Кайя не могла дольше выдерживать боль в глазах Линетт. Она не могла солгать
этой женщине.
— Нет, Линетт. Я не люблю Филиппа.
— Слава богу! — Линетт умолкла, пытаясь сдержать слезы. Когда она
успокоилась, то в недоумении посмотрела на Кайю. — Тогда почему вы
обручились?
И тут Кайя не выдержала. Она мысленно попросила у Филиппа прощения и
рассказала Линетт всю правду, объяснив, что произошло на самом деле.
— Я сожалею обо всей боли, которую мы вам причинили, Линетт. Я только пыталась помочь Филиппу.
— Вы... — Линетт осеклась. — Вы думаете, что он все еще любит
меня?
— Я уверена в этом.
Надежда загорелась в глазах Линетт.
— Я поеду к нему.
Кайя кивнула.
— Если он будет и дальше мучить вас, передайте ему от меня, что он
дурак.
Линетт порывисто обняла ее.
— Я надеюсь, вы еще встретите своего мужчину.
— Не уверена, что я его ищу, — ответила Кайя с легкой улыбкой.
Единственный мужчина, к которому она когда-либо что-то чувствовала, был
Брант. Но он... У них ничего не поручится, и это даже хорошо.
Линетт ушла настолько счастливая, что казалось, она не идет, а летит по
воздуху. Кайя облегченно улыбнулась, но тут же почувствовала, как волоски у
нее на затылке встали дыбом. Даже прежде, чем Кайя повернулась к двери
кабинета, она поняла, кого там увидит.
Там стоял Брант. Он все время был рядом, в небольшой комнате для
переговоров. Он все слышал и теперь насмешливо смотрел на нее.
— Брант... Я и не знала, что вы были там.
На мгновение воздух между ними почти ощутимо сгустился.
— Так что, в охотнице за состоянием заговорила совесть? —
язвительно спросил он.
Она задохнулась.
— Охотница за состоянием?! — Он что, с ума сошел? — Вы
говорите обо мне?
— Сочувствую, дорогая. На этот раз вы упустили богатого жениха, но, я
думаю, скоро найдете себе другого.
— Ч-что?! — Она понятия не имела, о чем он говорил.
— Не отрицайте. Я видел вашу фотографию в журнале. Даже младенец
распознает, кто вы. Что там о вас писали? Что вам удалось отхватить одного
из самых богатых холостяков Австралии.
Кайя не верила своим ушам.
— Этот журналист, если его можно так назвать, написал гадость, потому
что я отказала ему в свидании.
— Действительно?
Глаза Бранта говорили, что он ей не верит.
— Даже если это правда, я слышал ваш разговор по телефону.
Она нахмурилась.
— Какой разговор?
— Когда я вернулся из Парижа, я слышал, как вы хвастались кому-то по
телефону, что вам так же легко закрутить с богатым, как и с бедным. —
Он криво улыбнулся. — А потом вы сразу же прилипли к Филиппу.
Тут до Кайи дошло.
— Да, я помню... Я говорила с отчимом. Но это наша обычная шутка.
Господи! Так вот почему вы так мерзко вели себя со мной с первой нашей
встречи! Выдумали, что я пытаюсь добраться до денег Филиппа?
Брант хохотнул.
— Разумеется, нет. Именно поэтому вы так быстренько выпросили у него
бриллиантовое ожерелье.
— Он сам попросил, чтобы я надела его на вечеринку. Спросите его, если
вы не верите мне.
— А
порш
?
— Это подарок моего отца. Он же занимается машинами.
— Но вы же ненавидите своего отца! И принимаете от него подарки?
— Почему бы и нет? Я полагаю, что этот человек очень многого мне
недодал. Если он хочет подарить мне
порш
, я беру
порш
. — Она
сделала паузу. — Так или иначе, если бы мне нужны были деньги, я могла
попросить у него... хотя не думаю, что я бы это сделала...
— Даже если все сказанное вами правда, я уже убедился, как хорошо вы
умеете лгать.
Она вздрогнула.
— Я делала это ради Филиппа...
— И ради себя самой. Вы использовали его так же, как он использовал
вас.
Кайя вскинула голову.
— Ради чего мне было это делать? — спросила она с вызовом.
— Чтобы не допустить нашего сближения.
— Между нами не может быть никакого сближения!
Он пересек офис и закрыл наружную дверь.
— Опять лжете, Кайя?
Ее колени начали дрожать.
— Что вы делаете?
— Как вы думаете, что я делаю?
Ее горло внезапно пересохло.
— Не надо играть со мной в игры.
— Никаких игр, Кайя.
Она выпрямилась.
— Брант, перестаньте. Это смешно. Вы мой босс.
— И я вас сейчас поцелую, — сказал Брант, останавливаясь перед
ней. Но он не сделал этого. Он просто стоял и смотрел на нее, но от этого
взгляда ей казалось, что в теле растаяли все косточки. Он все еще сердился,
но он безумно хотел ее.
Она облизнула губы.
— Брант, я...
— Я так зол на вас, что сейчас либо разорусь, либо все-таки поцелую.
Кайя отстранилась. Он схватил ее за руку.
— А затем я собираюсь сорвать одежду с этого восхитительного тела и
попробовать на вкус каждый его сантиметр.
Она почувствовала, как комната вокруг нее закружилась.
— Я не уверена, что это хорошая идея.
Брант притянул ее ближе, его глаза потемнели.
— Я ждал слишком долго.
Дрожь нетерпения пробежала по ее телу, когда она увидела его губы совсем
близко. А когда они коснулись ее рта, Кайя не могла больше сопротивляться. С
первой минуты их знакомства она мечтала об этом поцелуе. С того самого
момента, как впервые увидела его в офисе, ее ни на секунду не покидало
желание ощутить прикосновение этих губ. Наконец-то...
И все же его поцелуй застал ее врасплох. Кайя ожидала, что он накинется на
нее, возьмет прямо на ковре. Но он лишь нежно целовал ее, и прошла целая
вечность, прежде чем его язык скользнул навстречу ее.
Но Кайя уже хотела большего. Она обвила руками его шею и притянула ближе к
себе. Это было невообразимое блаженство, но длилось оно недолго. Он вдруг
оторвался от ее губ и пристально и глубоко заглянул ей в глаза. Так глубоко,
что она испугалась.
— В чем дело? — спросил Брант.
— Ни в чем, — ответила Кайя, спрятав лицо у него на груди. Она
хотела бы остаться стоять так, не позволять ему читать свои мысли. Ей было,
что от него скрывать.
Он взял ее руки и снял их со своей шеи. Потом поднял лицо Кайи и снова
заглянул в глаза.
— Я не позволю тебе прятаться от меня, — мягко предупредил он.
Кайя едва дышала.
— Не позволишь?
— Нет.
И Брант расстегнул верхнюю пуговицу ее платья. Она не возражала, просто
стояла, позволяя ему медленно раздевать ее. Ей хотелось, чтобы он оторвал
все эти пуговицы сразу, хотелось скорее почувствовать его ладони на
разгоряченном теле.
Но его пальцы были неторопливы, они медленно расстегивали одну пуговку за
другой, все больше и больше открывая его глазам прекрасное дрожащее тело.
Кайя видела, как бьется жилка на его шее, и ей мучительно хотелось провести
по ней пальцем, но это было бы все равно что бросить спичку в лужу керосина.
Брант спустил шелковый материал с ее плеч и позволил платью соскользнуть на
ковер. Она слышала, как он застонал, увидев ее полуголую, стоящую перед ним
в одном кружевном белье и босоножках на каблуках.
— У тебя кожа цвета спелого персика, — сказал он хрипло. —
Тебе идет.
Она застонала и прошептала:
— Обними меня.
Но он не просто обнял ее, он подхватил ее на руки и понес к большому столу
красного дерева и уложил прямо на бумаги. Кайя дрожала от нетерпения, а он
стоял и просто смотрел на нее.
— Я уже месяц мечтаю увидеть тебя такой, — прошептал Брант. Потом
запустил руки ей в волосы, собрал их в одну золотистую копну и зарылся в них
лицом.
Кайя вдыхала аромат его разгоряченного тела, а его губы, скользнув по ее
шее, захватили мочку уха и вернулись вновь к ее губам.
— Можно, я... — его пальцы ухватили бретельки бюстгальтера и
потянули их с плеч.
Она задрожала, когда его ладони скользнули на спину и нащупали застежку.
Бюстгальтер упал на пол.
— Как красиво, — сказал Брант еле слышно и накрыл ее груди
ладонями. Кайя в блаженстве закрыла глаза.
Он наклонился и стал ласкать губами ее сосок. Кайя судорожно вздохнула и
выгнулась, подставляя свое разомлевшее тело его губам.
— Брант...
Он оторвался от ее груди, еще раз окинул голодным взглядом обнаженное тело и
двинулся вниз, оставляя жадным языком влажную дорожку на ее горячей коже. Он
спускался все ниже, целовал ее через тонкую ткань трусиков, и это доводило
Кайю до экстаза. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного. Никогда
не позволяла ни одному мужчине делать такое...
Он оттянул шелковое кружево в сторону и припал ртом к ее горячей плоти. Его
язык ласкал ее, исследовал все изгибы, дразнил и нежил. Кайя почувствовала
приближение оргазма.
— О, Брант... — простонала она снова. С каждым движением языка
внутри нее нарастала волна наслаждение. И наконец эта волна накрыла ее
полностью, смела все вокруг, смыла ее прошлое и настоящее. Никогда больше
она не будет прежней, никогда не сможет забыть этого мужчину и его
прикосновения.
Когда она открыла глаза, Брант сидел на стуле и с нежным удовлетворением
смотрел на нее.
Кайя хотела отвести взгляд, но не могла. Слишком многое произошло между ними
за эти недели. Слишком много тоски. Слишком много желания. Они заслужили эту
минуту.
Брант заговорил.
— Давай я помогу тебе одеться, — сказал он без обиняков.
— О, но... — Кайя покраснела, когда Брант поднял с пола и подал ей
бюстгальтер. Я подумала... Разве мы не будем...
— Заниматься любовью? Не сейчас.
Он помог ей встать со стола. Разочарованная и растерянная, Кайя хотела
освободиться от его объятий, но он с силой удержал ее.
— У меня дома. В семь.
Она недоуменно заморгала.
— Сегодня?
— Да. — Брант провел кончиком пальца по ее губам. — Дольше мы
не выдержим. Ни ты, ни я. В офисе я не могу сделать с тобой всего, что хочу.
Она сглотнула, ошеломленная внезапно накатившей на нее паникой. Брант потряс
ее. Он заставлял Кайю испытывать такие чувства, какие она вовсе не хотела
испытывать. Заставлял ее делать вещи, которые она не хотела делать.
— Нет, я не могу. Я...
— Теперь ты моя, Кайя. Теперь ты уже не можешь отказаться.
Она понимала, что он прав.
— Брант, но это был только эпизод...
— Это было только начало, — оборвал он ее. — Минуту назад ты
таяла у меня в руках, — добавил он, и Кайя от этих слов снова
возбудилась.
— Да, правда, — она откашлялась. — Это было. И хватит.
Его глаза сузились.
— Кайя. Это должно было произойти месяц назад. Ты просто понапрасну
дурачила себя все это время.
Будто доказывая, его руки обвили талию девушки. Ее полуобнаженное тело
немедленно потянулось к нему, жар прокатился от кончиков волос до пальцев на
ногах. Да, он был прав. Она вырвалась, Брант позволил ей это, но глаза его
говорили все то же: он был прав.
Пытаясь взять себя в руки, Кайя быстро подобрала с пола платье. Брант следил
за ней, наслаждаясь каждым ее движением. Кайя поспешила натянуть на себя
платье так быстро, как могла.
— Кайя.
Она застегнула последнюю пуговицу, затем посмотрела на него. Голод в его
глазах заставил ее вздрогнуть.
— Ты сама себя обкрадываешь, Кайя.
На ватных ногах она дошла до своего кабинета и упала на стул. Она не могла
поверить тому, что только что случилось. Неужели она действительно это
сделала? Никогда прежде она не занималась оральным сексом, хотя слышала, что
большинство пар это делает. Теперь она понимала, почему.
Чего она совсем не ожидала, так это того, что так быстро сдастся Бранту. Где
была ее голова? Ее чувство собственного достоинства? Она знала, что бросила
ему вызов. Что он хотел сломить ее. Что ему нужно было только ее тело. И что
она сделала в результате? Преподнесла себя ему на подносе.
Точнее, на столе, вспомнила Кайя, чувствуя, что краснеет. Как она теперь
сможет смотреть ему в глаза? Ей надо немедленно уйти отсюда. Она заработала
право уйти с работы пораньше.
Кайя вскочила, схватила сумочку и кинулась к двери. Если она останется здесь
один на один с Брантом, то позволит соблазнить себя снова, даже не дожидаясь
вечера.
Сегодня вечером.
Ты сама себя обкрадываешь
— так он сказал.
Он был прав, но все же как она может пойти к нему на свидание, если он
думает, что она — золотоискательница? Это по меньшей мере оскорбительно.
Надо сразу же прекратить с ним все отношения!
Так почему ее сердце переворачивается при мысли, что она никогда больше не
будет заниматься любовью с Брантом?
Брант бросил карандаш на стол. Ему нужно было срочно разобраться с отчетами,
но мысли его были полностью заняты Кайей. Верил ли он, что она не охотница
за состоянием? Она говорила очень убедительно. Но золотоискательница и
должна быть хорошей актрисой, должна заставить мужчину поверить во все, что
говорит.
Все эти недели Кайя лгала, притворяясь, что у нее роман с Филиппом. Даже
объявила о помолвке. Да она была даже лживее Джулии! Хотя Джулия изменяла
ему с его собственным братом...
Он слышал, как Кайя сказала Линетт, что не любит Фила. А ведь за день до
этого он прямо спросил ее, любит ли она своего жениха, и она ответила:
Да
.
Почему? Потому что знала, что иначе он немедленно попытается затащить ее в
кровать. А она не сможет отказаться. Она тоже хотела его.
Как же она отличалась от тех искушенных женщин, с которыми Брант привык
иметь дело. Женщин, которые гордились своим телом. Женщин, которые брали
инициативу в свои руки, и ему это нравилось. Женщин, которые не таяли от
первого его прикосновения, как Кайя.
Ее страсть, ее невинность сказали ему, что у нее давно не было мужчины или,
может, не было мужчины вообще... Это говорило в ее пользу. Ведь
золотоискательница должна была бы использовать свое тело, чтобы завлекать
мужчин?..
Он совсем запутался.
Когда Брант открыл дверь своего пентхауса, то едва не потерял дар речи.
Струящееся голубое платье оставляло открытым загорелые руки и плечи Кайи.
Такой простой фасон смотрелся бы очень скучно на любой другой женщине, но
она выглядела потрясающе.
Брант посторонился, пропуская ее в квартиру.
— Расслабься. Я не собираюсь насиловать тебя прямо на пороге.
Хотя на самом деле он был не прочь.
Кайя прошла мимо него, оставив шлейф тонкого аромата, остановилась в центре
комнаты и повернулась к нему с воинственным блеском в глазах.
— Мне повезло, — сказала она ехидно, но щеки ее залило краской.
— Присаживайся, я налью тебе выпить, — он указал рукой на черный
кожаный диван.
Кайя нервно облизнулась.
— Брант. Я думаю, что это ошибка. Я не должна была приходить.
— Это не ошибка. Это взрослый шаг.
Она вздернула подбородок.
— А по-моему, это как раз абсолютный детский сад — сразу хватать то,
что хочешь.
— Ах, так ты признаешь, что хочешь меня? — сказал он, разливая
коньяк по бокалам.
Кайя впилась в него взглядом.
— Я думаю, нам надо оставить все как есть. Зачем я сюда пришла? Это все
только усложняет.
Брант взял стаканы и подошел к ней.
— И пусть усложняет.
— Откуда ты знаешь, что я не использую тебя? Не обманываю? Я же
изображала из себя счастливую невесту, а ты даже ничего не заподозрил, при
всем своем опыте.
— Я всегда подозревал, что ты врешь.
Ее рот сложился в упрямую линию.
— У меня была причина. Я пыталась помочь Филиппу.
— И удержать меня на дистанции?
— Это сработало.
— Но больше не сработает. Имей это в виду.
Ее синие глаза вспыхнули гневом.
— Если тебе просто нужна женщина, то почему именно я? Пригласи любую
другую.
— Не пойдет, — коротко ответил он.
Ему не нужна была другая женщина. У него уже больше месяца никого не было.
Потому что единственная женщина, которую он желал, встречалась с его другом.
Нет, он думал, что она с ним встречалась. Он думал, что Кайя недосягаема. Но
теперь все иначе. Брант кивнул на стеклянные двери.
— Пойдем на балкон. Поужинаем на воздухе.
Ее плечи напрягались.
— Я не голодна, — ответила она, но все-таки пошла вслед за ним.
— Я думал, что тебе здесь понравится, — лукаво сказал Брант,
становясь рядом с Кайей, ошеломленной открывшимся видом. Балкон выходил
прямо на море. Этот вид был хорош в любое время дня, но особенно теперь,
когда солнце садилось в океан.
И все же сегодня вечером он хотел смотреть только на женщину, стоявшую рядом
с ним. Вечернее солнце золотило ее персиковую кожу и играло в светлых
волосах, делая Кайю еще красивее.
— Тебя обязательно нужно так меня разглядывать? — спросила она
неуверенным голосом, и румянец снова залил ее щеки.
— Да, — сказал он хрипло.
Ему казалось, он никогда не сможет на нее наглядеться.
— Я знаю, что тебя привлекает во мне, Брант. Ты не мог меня заполучить.
И решил завоевать меня любой ценой.
— Да, обычно я принимаю вызов. — Его глаза скользнули по ее
полураскрытым губам. — Но я ничего не решал. Увидев тебя в первый раз,
я понял, что за нас уже все решили где-то там, наверху.
— Да неужели? — спросила Кайя приторным голосом.
Он улыбнулся. Она могла говорить все что угодно, это ничего не меняло.
Сегодня вечером она будет с ним. В его постели. В этом он был уверен.
— Так мы будем ужинать? — спросил Брант и, взяв ее под руку, повел
к накрытому столу, стоявшему в центре балкона. Ее рука слегка дрожала, и он
понял, что это была дрожь желания. Но он решил не спешить.
Они ели коктейль из креветок и жареного ягненка с помидорами и цуккини.
— Очень вкусно, — сказала Кайя. — Сам готовил?
— Я похож на повара?
— Почему бы и нет? Многие люди любят готовить.
— Многие люди любят секс. — Голос Бранта был умышленно
соблазнительным. — Со сколькими мужчинами ты занималась любовью, Кайя?
Девушка задохнулась, но тут же парировала удар:
— А ты?
— Ни разу ни с одним. Я предпочитаю женщин.
Ее глаза наполнились смехом.
— Я думаю, их было много.
— Верно. Но все-таки? Сколько мужчин у тебя было?
— Один.
Он выгнул бровь. Неужели она на самом деле была так невинна?
Кайя поймала его недоуменный взгляд.
— Ты сам спросил, так что не надо меня обвинять, если ответ тебе не
нравится.
Его глаза сузились.
— Я понял твою игру. Ты надеешься, что я откажусь от тебя, если буду
думать, что ты неопытна.
Она положила вилку.
— Мне все равно, что ты думаешь. Это правда.
— Расскажи мне о нем.
— Зачем?
— Потому что я не хочу больше тайн между нами, Кайя. Не в кровати.
Она посмотрела на него долгим взглядом. Потом сказала:
— Я потеряла девственность на вечеринке, когда мне было пятнадцать. Я
впервые напилась и отдалась первому мальчику, который взял меня за руку. Мой
отец только что женился и не хотел, чтобы на его гламурной свадьбе была
невзрачная дочь. Мне очень хотелось почувствовать, что меня любят. А он даже
не спросил моего имени...
Она проговорила все это очень сухо, но Брант ей поверил.
— Я едва помню, как это все было. Была пьяна.
— Я хочу заняться с тобой любовью. Но остановлюсь, как только ты меня
об этом попросишь...
Ее горло сжалось.
— Ты обещаешь?
— Я же не насильник. И хочу, чтобы меня хотели. — Он поднялся и
предложил ей руку. — Я хочу тебя, Кайя Бентон. И обещаю тебе, это не
будет похоже на твой первый опыт.
Глава седьмая
Кайя сильно рисковала и ни на секунду не забывала об этом. Действительно ли
она хотела, чтобы Брант разрушил стену, которой она себя окружила?
Девушка посмотрела на него. Сила желания в его глазах заставила ее
задрожать. Все ее сомнения исчезли.
— Я хочу тебя, Брант, — призналась она, неспособная дольше
бороться с собой. — Я тебя очень хочу.
Он ничего не сказал, просто молча протянул ей руки. Кайя прижалась к его
груди, чувствуя через тонкую материю жар его тела и дрожь его мускулов.
— Я никогда в жизни не обнимал такой красивой женщины, — прошептал
Брант.
— Рядом с тобой я действительно чувствую себя красивой.
Это была правда. Ей казалось, будто он взмахнул волшебной палочкой и открыл
в ней что-то, чего она не знала.
Кайя подняла лицо и потянулась к нему губами. С этого момента она больше
себе не принадлежала. Его руки скользили по ее спине, сминая тонкую ткань
платья, потом Брант расстегнул молнию и стал ласкать обнаженную кожу.
Он оторвался от ее губ и теперь покрывал поцелуями шею, ключицы, а она рвала
ткань рубашки, желая скорее коснуться его.
Когда Кайя почувствовала под своей ладонью его напряженную плоть, голова у
нее закружилась.
— О боже! — прошептала она с гордостью, чувствуя, как под ее
пальцами она становится еще тверже.
— Ты играешь с огнем, Кайя, — прошептал Брант и снова приник к ее
рту, в то же время крепко стискивая ее бедра и прижимая их к себе.
Одним движением он стянул с нее платье и бросил его на пол. Белье полетело
следом.
Брант поднял ее на руки и понес в спальню.
— Сегодня вечером ты станешь моей, Кайя.
Не отрывая глаз от ее распростертого на постели обнаженного тела, Брант стал
быстро раздеваться. Не прошло и минуты, как он стоял перед ней совершенно
обнаженный.
Дыхание замерло у нее в груди. Он был великолепен: широкие плечи, мощная
грудь, узкие бедра и длинные, мускулистые ноги.
Он лег рядом с ней на кровать, и она отдалась ему, себе, этой минуте. Она
задохнулась, когда его губы добрались до ее отвердевшего соска, а рука
скользнула между бедер. Его пальцы ласкали средоточие ее чувственности, пока
Кайя не начала стонать и извиваться.
Но когда она уже почти достигла пика наслаждения, он внезапно замер. Кайя
застонала:
— Не останавливайся!
— Ш-ш-ш. На сей раз мы будет заниматься любовью вместе, —
прошептал он.
Кайя расслабилась, готовясь принять его, страстно желая, чтобы он вошел в
нее.
— Пусти меня к себе, — сказал Брант, раздвигая ее ноги, и она
охотно подчинилась ему.
Он вошел в нее медленно, глядя ей прямо в глаза с нежностью, от которой у нее перехватывало дыхание.
Некоторое время они так и лежали, не двигаясь, глядя друг другу в глаза,
слитые телами и душами. Это было самое глубокое переживание, какое Кайя когда-
либо испытывала. И она была уверена, что Брант чувствует то же самое.
Потом, будто по молчаливому уговору, они начали двигаться. Он медленно начал
отдаляться, почти совсем выйдя из нее. И тут же заполнил ее снова. Она
поднимала бедра, все больше раскрываясь ему навстречу, в блаженстве прикрыв
глаза.
— Посмотри на меня, — сказал он хрипло. Она застонала, но сделала,
как он велел. Он поймал ее взгляд и начал двигаться снова. Ей показалось это
невероятно эротичным. Он двигался все быстрее, все сильнее впечатывая ее
своим телом в постель.
Брант прошептал ее имя, и Кайя поняла, что он не может больше сдерживаться,
выгнулась ему навстречу, и уже через секунду он упал на нее, обессиленный и
счастливый.
Еще несколько раз он поцеловал ее в шею, прежде чем подняться и пойти в
ванную.
Кайя крепко зажмурилась. Иначе, когда Брант вернется, он прочтет ее в глазах
кое-что, что она сама только сейчас поняла.
Она влюбилась в него!
И это открытие ее поразило. Ее кидало то в жар, то в холод. Она любит Бранта
Мэттьюса. Она будет любить его до последней минуты своей жизни, даже если
больше никогда с ним не увидится.
Кровать рядом с ней прогнулась — Брант сел рядом.
— Кайя? — позвал он, нежно убирая прилипшие прядки волос с ее
лица.
Ей не оставалось ничего другого, как открыть глаза и посмотреть на него,
молясь, чтобы он не прочитал в них то, что было очевидно. Как она сама не
поняла этого раньше?
Она подняла веки и, затаив дыхание, поймала его взгляд. Самодовольный,
удовлетворенный мужской взгляд.
Он понятия не имел, что она его
любит. Слава б
...Закладка в соц.сетях
